Кот этого Города

      Кот Нуар, по-кошачьи вальяжно разлегшийся на прогретой солнцем каменной крышке старого саркофага, лениво приоткрыл один изумрудный глаз и оглядел новоприбывших с абсолютным спокойствием и невозмутимостью, как будто гости из другого мира маршируют перед ним шеренгой как минимум по десять раз на дню и ничем удивить уже не способны.       – Ледибаг в от-мур-р-ске, приходите позже, – глаз Нуар закрыл обратно, посчитав ситуацию исчерпанной, и для убедительности уткнулся носом в сгиб локтя, явно готовясь заснуть обратно. Обеденное летнее солнышко приятно грело спину и макушку, немного плесневелый камень не менее приятно грел живот и грудь, злобных монстров на горизонте не наблюдалось, а разбираться с Носителями Камней Чудес из другой реальности Нуару было влом. Это не его дело. Вообще. Абсолютно. Пока не вмешается Лука, по крайней мере. Или Хлоя. Не больше.       Ладно, есть еще небольшой список людей, ради которых Кот Нуар согласен опять ввязаться в канитель с Талисманами, но их не так много, чтобы паниковать. И большая часть из них прекрасно способна защитить себя самостоятельно, так что плевать. У Кота тихий час.       – ...и все? – Токсинелль, привыкшая, что ее появление обычно встречают паникой и боем (в крайнем случае, тупыми каламбурами Когтя) недоверчиво вскинула брови, наставив на местного владельца Камня Неудачи огромный красный в черный горошек тесак. – Ты даже не спросишь кто мы и чего хотим?       Благополучно успевший задремать Кот Нуар раздраженно мотнул кончиком хвоста-пояса, свисающим почти до каменных ступеней, и дернул черным накладным ухом, но глаза не открыл и позу не поменял, как самый настоящий растревоженный кошак, к которому зачем-то пристали случайные прохожие.       – Мне неинтересно, – пробурчал он максимально честно, едва сумев подавить зевок.       – Даже если мы пришли за твоим Талисманом? – хотя это ни в коей разе не было их целью, Коготь из принципа попытался расшевелить ушастую амебу, смотреть на которую ему было тошно. Злодей показушно-беспечно закинул себе на плечи жезл и перекинул через него руки, немного горбясь и становясь похожим, по мнению Токсинелль, на моднявого гопника из подворотни. Черные губы и неоново-розовые глаза только дополняли образ.       – Удачи, – не то чтобы Коту было дело до его выпендрежа – зато он соизволил пошевелиться, доставая из-под лохматой головы руку и демонстрируя гостям средний палец.       ...Кольца на обтянутой черной когтистой перчаткой руке не наблюдалось.       – Это как? – ошалел Коготь, от неожиданности отступив на шаг назад. Токсинелль себе слабость не позволила, только напряглась еще больше, крепче сжав рукоять клинка. Мало ли, что может значить отсутствие Талисмана при наличии костюма – а вдруг этот Кот местный Высший? Тогда они с Когтем в непередаваемом дерьме.       – А ты не знаешь? – Кот Нуар, смирившись с мыслью о том, что поспать ему сегодня явно не дадут, со вздохом сел по-человечески, подогнув под себя одну ногу и устало подперев подбородок кулаком. Черная маска, черные уши, черный костюм и золотой колокольчик на шее – по виду вроде как ничего необычного, но что-то в его облике напрягало повидавших многое злодеев. Сквозила в парне напротив них какая-то… не подлость. Скорее, мистицизм? Как будто в полночь пошел в ванну, посмотрел в зеркало – и резко вспомнил все просмотренные ужастики про зазеркалье, пиковых дам и двойников. Жутковато. – Занимур-р-ртельно. Получается, в разных реальностях у мур-р-рня разная совместимость с Талисманом? Или ты – не я.       Нуар задумчиво прищурился, снизу вверх оглядев оскалившегося в ответ Когтя, и забавно повел носом, принюхиваясь. Токсинелль на всякий случай приготовилась обороняться. На Когтя ей было, в общем-то, плевать, но остаться в этом странном мире одной, без какого-никакого напарника, способного прикрыть спину и защитить, идеей было бы не очень хорошей. Да еще и это кладбище… Монмартр, если она правильно опознала тот надгробный памятник плачущего ангела через две могилы по диагонали от них. Какого черта «Кот» спит на кладбище? И какого черта их сюда перенесло, если портал должен был открыться в ту же точку, куда упорхнул Мотылек?! Паршивое начало паршивого приключения, только этого Токсинелль для полного счастья и не хватало.       – Ха! – что-то таки унюхавший, Нуар хищно ухмыльнулся и спрыгнул со своего насеста, плавным кошачьим движением почти что перетекая к Когтю и с любопытством заглядывая ему в широко распахнутые глаза. Меч Токсинелль он проигнорировал, поднырнув под него, как под какую-то балку. Ублюдок, ее еще никто так нагло не игнорировал! – Ты человек. И от тебя несет гнилью и прахом... Талисман убивает тебя, не так ли?       Коготь моргнул, отгородившись шестом от странного «Кота», несущего какой-то бред с примесью фактов. Использование Талисмана действительно истощало его – хотя и медленнее, чем Токсинелль, у которой иногда из-под воротника костюма выглядывали кончики выступающих сине-черных вздувшихся вен.       – Да что ты можешь знать! – окрысился Коготь, активируя на своем жезле наконечники-лезвия и без раздумий атакуя златовласого ублюдка. Тот, впрочем, от связки выпадов с легкостью уклонился, прыжком вернувшись на чем-то полюбившийся ему гроб и презрительно посмотрев на злодеев сверху вниз.       – Не вздумайте сдохнуть в этом городе, – то ли посоветовал, то ли пригрозил Нуар, облизнув нижнюю губу. Коготь неосознанно отзеркалил движение чужого языка, отчего его губы из матово-черных стали глянцевыми, невольно притянув внимание Токсинелль. – Не хватало мне потом еще с вашими душами и Талисманами разбираться. Во всем остальном – делайте, что хотите, хоть второе пришествие Бражника устраивайте, мне все равно. Только одна просьба конкретно к тебе.       Кот ткнул когтистым пальцем в зло оскалившегося Когтя.       – Не ходи по улицам без трансформации. Официально мое гражданское «я» мертво больше года, так что не дразни гусей и будь пусечкой.       – А то что? – Коготь Нуар по жизни был кем угодно, но не «пусечкой», поэтому на чужие указания, как себя вести, отреагировал как всегда – желанием сделать наоборот. И желание это побеждало даже здравый смысл, твердящий о том, что стоило бы спросить у Кота что-нибудь другое, более полезное. Например, какого хрена он считается мертвым, какого хрена он уверен, что под масками они – один и тот же человек, и какого хрена вообще здесь происходит?! – Отшлепаешь меня своим хвостом?       Нуар хмыкнул, почти дружелюбно улыбнувшись.       – Ты, Колючка, в моем вкусе, конечно, но извини – парень у меня уже есть. И ему вряд ли понравится идея тройничка, особенно с кем-то младше нас.       – Угх, – молчавшая до этого Токсинелль закатила красные глаза, щелчком пальцев развеивая супер-шанс. Коготь рядом с ней уже открывал рот, чтобы разразиться бранью, и слушать голос разоряющегося напарника Токсинелль не хотела абсолютно. – Это больше, чем я когда-либо хотела о тебе знать. Хэй, мешок с блохами, у нас нет времени на зубоскальство! Пошли, нам нужно найти Мотылька раньше, чем он найдет то, за чем сюда явился.       – Вам на юг, – любезно подсказал Нуар со своего места, снова мотнув хвостом. – Минут двадцать назад я почувствовал с той стороны возмущения Города, скорее всего, тот, кого вы ищите, появился там.       – И почему ты нам помогаешь? – подозрительно прищурилась Токсинелль, ни капли не доверяя подозрительному не-герою-не-злодею.       – Чем быстрее вы закончите, тем быстрее свалите подыхать из моего мира в свой. Говорю же, не хочу потом с вами возиться – трупы уничтожать, Талисманы возвращать, этого вашего Мотылька выслеживать. Оно мне надо? – Нуар беспечно развел руками, одарив гостей сияющей «модельной» улыбкой. – И не приведи Париж, еще Неупокоенными станете на мою голову. Так что кыш-кыш, давайте, в темпе вальса. Разрешаю что-нибудь разрушить и кого-нибудь убить, только быстро.       Кот помахал в их сторону рукой, будто отгоняя их от себя, и у злодеев сдали нервы. Они напали одновременно, слаженной командой из раскрытого шеста и вновь появившегося меча, но оба оружия, не коснувшись, зеленоглазой сволочи, ударились о крышку саркофага, разрубив мох и оставив несколько мелких трещин на старом камне.       …А Кота Нуара уже нигде не было, хотя что Токсинелль, что Коготь могли поклясться, что ублюдок даже не шевельнулся, чтобы уйти от атаки и как-либо защитить себя. Он просто... Исчез, как Чешир из известной сказки.       Или как призрак, что ближе к той страшной истине, что царила в этой не розово-зефирной, но и далеко не апокалиптической реальности.