Ненавистная «Москвичка», наличка, а ты моей души частичка

Я проснулся в прохладной постели, белое одеяло свисало с края дубовой кровати, а подушка намокла стекающей с моей щеки слюной. Комната была наполнена непоколебимой тишиной, которую так не хотелось нарушать. Я приподнялся на локти, дабы осмотреться, ведь вчерашний день напрочь вылетел у меня из головы. На полу валялась бутылка клубничного коктейля, однако голова моя раскалывается так, будто три фуры разом проехались по мне. Глазами я обвожу мятую одежду, на которой остались шерстяные клочки, взглянув на которые, в памяти всплывают отрывки минувшего вечера. Походу сегодня я сильно разочаруюсь, взглянув в свой потрёпанный кошелёк, так как что-то мне подсказывает, что вчера была потрачена большая часть моих сбережений. О, нет, мои подозрения оказались не случайны, ведь в самом углу комнаты я заметил опустошённую бутылку портвейна, которая нанесла судьбоносный удар по моим худым финансам и слабо работающей голове. «Double kill». Я не спеша встаю с кровати, параллельно балансируя своим телом, ведь ноги подобны ватным подушкам - мягки и недееспособны. Руки мои тянутся к пыльному подоконнику, дабы опереться на него. Но планы меняются, когда я замечаю пачку сигарет, лежащую в ожидании своего использования. Схватив её, я выскочил на балкон, откуда на меня напал сильный порыв ледяного ветра, заставляя меня невольно съежиться от пронизывающего холода и с противным скрежетом стиснуть зубы. Оглянувшись, с радостью замечаю зажигалку, которая со вчерашнего утра бездельно валяется. Из пачки винно-красного цвета я достаю никотиновую палочку, которую умело помещаю меж двух пальцев. Одним движением зажигаю её и ещё пару секунд смотрю, как медленно падает пепел. Не задумываясь ни о чëм более, зажимаю сигарету между губами, вдыхая едкий дым, который заполонил меня изнутри, обволакивая каждую клеточку, растворяясь невероятным вишнёвым вкусом, действуя подобно успокоительному. Массируя виски, я осматриваю пустую туманную улицу, без единой души и вовсе не заснеженную, к сожалению. Уже конец осени, а я слепо верю, что придёт снегопад - уйдёт всё неладное. Из года в год одно и тоже. Может быть пора перестать идти по пути вечных оплошностей и перестать верить во всякие небылицы, Саш? Из моей пустой комнаты я услышал тихий, но отчётливый мелодичный звук, который не прекращался на протяжении минуты. А может и больше. Это заставило меня потушить догорающую сигарету о пепельницу, разрывая мою связь со спокойным утром. Захлопнув дверь балкона, я вошёл в комнату, сразу же ощущая тепло. Для большего эффекта я хватаю огромный чёрный плед, и укутываюсь в него полностью. А источником звука оказался мой телефон,а если быть точнее - будильник, в какой раз оповещающий меня о раннем подъёме с кровати. - Не сегодня, дружище - улыбаясь произношу я, понимая, что теперь мне торопиться точно некуда. Отключив телефон, я падаю на кровать, прикладываясь к мягким подушкам. В памяти всплывают отрывки вчерашнего дня, который почему-то так и не оставил меня в покое, погружая всё глубже в самые корки моего сознания. -«До завтра»- мимолётно пронеслось в моей голове. И меня будто током пробило. Я вспомнил весь вчерашний день, в отдельности беспокойное утро, когда я ничего не подозревая сопел на работе. Но тут явился он, будто ангел спустившийся с небес, ворвался в жизнь мою нежданно, словно лучик света, который является проводником в бесконечное море, наполненное любовью. Я помню те глаза, в которых я видел своё заспанное лицо и нелепую улыбку, всячески скрывающую огромную симпатию. Взгляд их не скрывал насмешки и лёгкого кокетства, но ярко читалось незаменимое тепло, которое окутало меня с ног до головы, пронизывая насквозь. Этот парень запал глубоко в мою душу, и я понял это сразу, не отрываясь от некого созерцания. Да что со мной происходит?! Почему мои мысли так однообразны? Разве я не способен на иные думы? Опять сон с тобой оставил след, Прости, я забыл, что тебя - нет. А в мыслях вновь появился тот парень, будто он решил пожелать мне «доброго утра». Но мне не нужны слова, ведь достаточно лишь одного взгляда и искры в карих глазах, которая наворачивает круги по тёмной радужке, означая, что наши сердца бьются в унисон. Я не знаю как так получается, но я снова хочу увидеть его, ощутить хотя бы малейшее прикосновение, вдохнуть аромат его парфюма, не ожидая разрешения укутаться в чужую огромную куртку. Но почему он так невообразимо привлекателен? Что в нём словно магнит, тянет меня всё ближе и ближе, разрывая сердце на куски? И всё же я помню его взгляд, нежно обводящий меня с головы до ног, вгоняя в тупик, из которого я пока так и не выбрался. А не он ли причина моих многочисленных душевных мук и пустых колючих страданий? И почему я вновь представляю, как прикоснусь к его впалой бледной щеке, проводя пальцем некую линию, которая станет связующей между мной и им? Внезапное ощущение того, что мои глаза влажные, будоражит меня не шутку, но становится побуждением на отчаянный шаг, который может привести к счастью и упоению, либо окунуть в бездну. Вдох, выдох.. Я забываю обо всём, о себе, о последствиях и вскакиваю с кровати с единой мыслью «Я хочу видеть его. Прямо сейчас» И вновь беспокойство грациозно фигурирует в 48 квартире. Белокурый паренёк бегает по квартире, также спешно приводя себя в порядок, только теперь он боится опоздать. Сейчас Саша в одних трусах и уже в двух розовых носках щеголяет по скользкому ламинату, находясь в поиске одежды и уверенности в себе. Влево-вправо, туда-сюда и вот, казалось бы, финишная прямая. Но не тут то было. Один неверный торопливый шаг и Парадеев поскальзывается на ровном месте, цепляя ногой уголок одеяла. Некий хлопок, громкий и чёткий, раздаётся эхом по комнате. Затем следуют пару ругательств, олицетворяющих весь казус и неприятность случая. Саня медленно встаёт на ноги и ощущает неприятную боль в области лба. Прикоснувшись к нему, он тут же одëргивает руку, будто ошпарившись о чайник. Правда вместо чайника фигурирует маленькая шишка, которая решила оригинально пожелать парню «доброго утра». Парадеев же подбегает к зеркалу, рассматривая полученную травму, периодически касаясь её пальцем, и тут же тихо вскрикивая от боли. Вспышка гнева пронзает Сашу, и тот, не выдержав напора обстоятельств, издаёт что-то похожее на агрессивный рёв и метко наносит удар по стене, выплëскивая излишки эмоций. - Куда я опять вляпался? - пробурчал Саня, моментально концентрируясь на поспешном завязывании шнурков. Затем он засовывает руки в карманы своей куртки, в надежде найти ключи и в скором времени покинуть тёплую квартиру. Пальцы ловко ползают по внутренностям карманов, но заветной связки ключей не находят, лишь выуживая купюру в 500 рублей, на которой еле заметно была нарисована очаровательная улыбка, взглянув на которую он лишь быстрее закопошился, ведь вспомнил, куда так яро спешит. Поэтому Саша немедленно отыскал ключи на полке и, накинув капюшон, прикрыв покрасневший от удара лоб «пепельной шторкой», открыл входную дверь. * * * Мои крошечные неуверенные шаги попеременно сменяются на бег, ведь я так желал быстрее оказаться у этой чëртовой кофейни, которая теперь согревает лишь воспоминаниями, а не горячим кофе. Я уже предвкушал, как вновь взгляну в глаза того парня и, нелепо улыбнувшись узнаю его имя, которое будет не таким как все, звучащим совсем иначе, разливаясь извилистыми реками у меня в груди, где будет горячо полыхать моё сердце. Ветер дует мне прям за шиворот, мгновенно охлаждая мою белоснежную кожу, пропуская сквозь меня импровизированный заряд тока, заставляя меня непринуждённо дëрнуться, то ли от холода, то ли от чувств переполняющих. Лёгкий холодок новой волной накрывает меня, и я тут же готов встать на месте от преследующей неуверенности, необъяснимой такой, нагоняющей страх, который внушительно ограничивает мои желания. Я рад, что пока мне удаётся пересилить себя и идти вперёд, не думая о последствиях, которые могут либо ранить, либо лечь бальзамом на душу. Тем временем мои руки оледенели хуже некуда, пальцы свело немой судорогой, озноб зашёл настолько далеко, что даже колени начали неосознанно трястись. Я жадно глотаю воздух, понимая, что потерялся среди своих же размышлений и бесполезных волнений, которые вторят о том, как я ничтожен. Дабы совладать с паникой, я делаю глубокий вдох, и медленный выдох, в надежде поймать успокоительную дозу кислорода. Но тот будто ловко уворачивается, активно избегая меня. Путь мой значительно сократился, а это означало лишь то, что сейчас произойдёт встреча, которую я одновременно боюсь и ожидаю. Но риторический вопрос тяготит мою душу: Смогу ли насладиться желанным разговором, Купаясь в соке упоенья? Иль остриём, судьбой, укором, Я буду изгнан прочь, в нелепых поисках прощенья? В моём поле видения появилось заветное кафе, к которому я так торопливо шёл. Волнение, как рукой сняло, а уверенность потихоньку начала наполнять меня доверху. Я приблизился к входной двери, крепко схватившись за деревянную ручку, но тут что-то остановило меня, и я замер на секунду. - А ждёт ли он меня?- шепчу я, задаваясь очередным вопросом. А правда, ждёт ли меня тот парень? Помнит ли он обо мне? Я словил себя на мысли, мол, надо посмотреть, есть ли он там, а то мало ли я просто так зайду, оглянусь и выйду. В связи с данной думой, я отошёл от входной двери, подойдя к ближайшему панорамному окну так, чтобы казаться крайне незаметным. Взглянув сквозь стекло, я увидел знакомые мне столик, двух пожилых дам, мирно болтающих под чашку чёрного чая. Стоило перевести мне взгляд на своё бывшее рабочее место, как я увидел молодую брюнетку в ранее моём фартуке. Я догадался, что это та самая «очень трудолюбивая девушка, которая точно принесёт прибыль предприятию». Возможно, я бы не заострял на ней внимания, если бы она мирно работала, бегая от столика к стойке. Но что-то кольнуло в груди, когда рядом с ней я увидел до боли знакомый силуэт, ради которого я готов падать и взлетать, пока не добьюсь очередного мимолётного взгляда. Он был в той же салатовой дутой куртке, которая казалась довольно тёплой, но не такой, как его сердце. Я онемел, замер, обомлел, и обездвиженными руками прикоснулся к толстому слою стекла, мысленно прикасаясь к темноволосой макушке парня, несмотря на «прозрачную преграду» между нами. Его дыхание казалось таким обжигающим и горячим, что если бы я стоял рядом, то моментально расплавился, словно шоколад в микроволновой печи. Чёрно-белый длинный шарф небрежно лежал на плече, обернув тонкую шею. Бледная, лëгкая, полупрозрачная, казалось чуть скованная рука парня лежала на глянцевой столешнице, суетливо постукивая проворными пальцами, не скрывая неловкости и глубокой задумчивости, создавая некую стену вокруг парня, ограждая от постороннего воздействия. Его прядь волос, окрашенная в розовый оттенок, свисала на лицо, прикрывая часть лица, чему я и любуюсь, и разочаровываюсь одновременно, ведь я вновь хотел застынуть в немой мольбе о том, чтобы хоть на секундочку остановить скоротечное и беспощадное время, которое не давало ме дивиться столько очаровательным чертам лица. Я уверен, что мог бы вечность смотреть на то, как горит рыжий язык пламени, как течёт тонкая струя воды в лесном озёре, и как человек, который стал для меня кислородом, кидает поистине волшебный завораживающий взгляд, но не в мою даже сторону.. Сейчас он взирает на красивую девушку, вместо которой должен был стоять я, но мне нашли замену с продуктивным коэффициентом полезного действия, браво, маэстро! Но смогу ли Я стать чем-то значимым и незабываемым для того парня? Или уже стал? А может этому вовсе и не суждено сбыться? Ответ на мой вопрос не заставляет испытывать муки ожидания, ведь в эту же секунду я со скрежетом зубов наблюдаю, как между ними пробегает еле видная искра, и взгляды их цепляются между собой. Далее девушка касается его ладони, нежно проходясь по костяшкам, затем плавно оглаживает запястье, неспешно перебираясь всё выше к предплечью. Она тянется к нему, словно хочет нежно шепнуть ему на ухо или прислониться щекой к его подборку, от чего мне становятся невыносимо больно и душно, будто сама смертоносная ревность скрестила свои руки, пропитанные ядом, на моей шее, не давая вздохнуть полной грудью. Видимо мне суждено медленно и мучительно умирать от желания стать единственным, кому было бы судьбой предписано прикасаться к его рукам и из раза в раз плавиться от взгляда шоколадных глаз. Ластится ли он к её ладони, иль нет, мне всё равно теперь. Надеюсь я не помешал им своими нелепыми подглядываниями, за которым таилось лишь желание взглянуть в тёмные глаза, в надежде затянуть разорвавшиеся раны. Но сил моих больше нет смотреть на то, что разбивает мне сердце! Больно кольнуло в груди, доказывая мою несуразность и умение чувствовать. Но крайне сильно меня волнует мысль о том, что я вправду неравнодушен к тому парню, меня пугает осознание того, что это уже нечто большее, чем просто симпатия (с моей стороны). Мне кажется, будто в данный момент сама Вселенная предоставляет мне судьбоносный выбор, условия которого очень просты: •зайти в кофейню и принять либо чарующие крепкие объятия, либо мощный удар ножом в спину. •уйти, ничего не сделав, возможно сильно пожалев об этом. Я мучительно долго размышлял, осмысливая каждую деталь и оценивая все последствия, но получилось так, будто я пошёл на компромисс со своей судьбой, добавив третье условие данного выбора. Именно оно побудило меня без оглядки умчаться прочь, подальше от кофейни, боясь посмотреть в глаза совести. «Твои глаза будут любить не меня», «И мне больше не больно разбиваться на части». * * * Я бежал сломя голову в эту дурацкую кофейню, до которой идти, казалось милю. Но больше всего меня будоражили мысли о том кудрявом парне, чьи пепельные локоны вчера запутались у меня в ладонях. Я сказал ему: «До завтра», в надежде разжечь в нём пламя чувств, касающихся именно меня, дабы запомниться ему надолго. На самом деле я жаждал встречи, которая могла бы изменить всю мою жизнь, переворачивая очередную страницу, ослепляя ярким светом нового чистого листа. Зайдя в тёплое кафе, которое моментально обвеяло меня нагретым воздухом, я устремил свой твёрдый ожидающий взгляд к сияющей огромной витрине, за которой находилась «барная стойка», ставшая для меня чем-то особенным, незабываемым, словно проводник между землёй и небом, внушая мне немой вопрос, который пугал одним лишь своим немногословием, мол, "Счастье будет ли? ". А у меня вновь создаётся впечатление, что данный вопрос будет поистине риторическим, как и многие другие, сопровождающие меня пожизненно. Когда же мои торопливые глаза, окинув помещение внимательным изучающим взглядом, не смогли отыскать пепельные кудри, который мне безумно не хватало, я отчаялся вовсе, думая что опоздал, иль совсем не заслужил внимания серо-голубых кристальных глаз, чьих омут я никогда не забуду. Но тут за прилавком появилась молодая, невысокая, тëмноволосая девушка с длинной густой косой, поправлявшая бежевый фартук, указывавший на то, что она является работником данного заведения, что взбодрило меня и побудило на уверенные шаги в её сторону. Она уже пристально наблюдала за мной, но зачем? Её глаза не скрывали кокетства и игривости, но они не были столь жгучими, великодушными, глубокими, манящими, старательно скрывшими лёгкое смущение. Этот хитрый властный взгляд никогда не будет подобен тому единственному, неповторимому, узнаваемому из миллиардов иных, ведь именно он оказался способным отпечататься у меня навсегда, въедаясь намертво мне в полыхающее от чувств сердце. Увидя приближающегося меня, брюнетка кротко улыбнулась и заострила изучающий взгляд на моём лице, чему я поначалу был удивлён, но как только всплыл перед глазами сопящий милый парень, мне стало не по себе и я желал лишь узнать: «Где пепельный?». Возможно прозвучало бы странно, если бы к молодой девушке, запыхавшейся на рабочей смене, подошёл парень и прямолинейно, утвердительно, чуть неуверенно задал столь странный вопрос. Я продумывал в голове, как бы мягче и понятнее расспросить незнакомого мне человека о том, что тревожит меня не первый час. - Здравствуйте, желаете чего-нибудь? Может быть вам подогреть шарлотку или заварить какао? - осыпала меня различными предложениями девушка, которая проявила ко мне неподдельный интерес, чему я слегка удивился. - Спасибо, я не голоден - улыбнулся я, пытаясь скрыть волнение и выбросить уже наконец из головы того парня, чьи плавные движения, жилистые руки, сверкающие холодным светом глаза не оставили меня равнодушным. «Не голоден». Ведь это столь банально, но крайне утвердительно звучит. Но только как признаться, что душевный и моральный голод терзает меня, не давая спокойно сомкнуть глаз иль сделать шаг вперёд? - Вы выглядите довольно задумчивым, мне даже кажется, что вы грустны - тихо произносит она, боясь лишний раз задеть меня неудобным словом. А я лишь понимаю, что и вправду выгляжу со стороны огорчённым, нежели погружённым в размышления. - А можно вас спросить - с опаской, но резко осмелившись проговорил я, надеясь на положительный ответ. - Конечно можно. Спрашивайте - звонко "пропела" девушка, широко и по-доброму улыбаясь, будто внушая мне, что ей можно довериться. - Я вчера заходил в вашу кофейню, и на рабочем месте был кудрявый парень с веснушками. Вы не знаете, придёт он сегодня на работу? Или завтра? - медленно, стараясь не наговорить лишнего, но и не упустить важных деталей, спросил я. Девушка задумалась, её брови были сведены к переносице, а губы чуть поджаты, указывая на то, что она старательно что-то вспоминает. Вдруг её глаза загорелись, словно неожиданно пришло озарение, и она, пробормотав, мол, «Секундочку», вышла из-за прилавка, уходя в какую-то комнату, скорее всего принадлежавшую для персонала. Я стоял в ожидании ответа, который, как я предчувствовал, будет не столь сладок, как я хотел бы. Вскоре она вновь появилась у меня перед глазами, удерживая в руках небесно-синюю папку, к которой у меня сразу "приклеился" взгляд. - Я нашла эту папку на полу в углу комнаты. Она очень похоже на резюме - сказала девушка, указывая на тонкую книжку с хлипким переплётом. Открыв первый её разворот, она произнесла - Ага, Александр Парадеев. Так его зовут? Или вы не знаете его имени? Лучше взгляните на приложенную фотографию, может узнаете в нём нужного человека - сказала она, протянув мне в руки некое резюме. Я как можно бережнее взял эту папку, удерживая её словно хрупкую вазу. В момент я затаил дыхание, когда пришло время посмотреть на фотографию. Во мне зажёгся огонёк светлой надежды, которая твердила о значимости тёмно-синей обложки, а точнее о её содержимом, отображëнном на листках белоснежной бумаги. Взглянув на первый разворот папки, я увидел изображение, на котором отчётливо виднелось лицо, усыпанное рыжими веснушками, на которое небрежно спадали пепельные кудри, вьющиеся в разные стороны, аккуратно обводя контур впалых скул. Стеклянно-прозрачные, отдающие голубым сиянием с серым отголоском глаза, смотрели будто сквозь меня, заглядывая в самые глубины, задевая многочисленные недра мои, где притаились все заветные тайны, которые суждено раскрыть исключительно им. Но почему в этих очах я проследил блеск, но он не был подобен искре или огоньку счастья? Это была капля, являющаяся буревестником сожаления и потери самого себя, которая могла перерасти в длинные солёные реки, назвавшиеся «горькими». Он взирал на меня пристальным, неотрывным, бесподобным взглядом, отображающим бесконечную любовь, в которой я готов утонуть, погибнуть, задохнуться, всё что потребуется!Веснушки подобны звёздному небу, рассыпаны на впалых щеках, словно крупа пшеницы, рассыпанная на мостовой в качестве угощения для сизых голубей и иных пернатых. Мои глаза намокли, ведь я осознал, что не смогу взглянуть на них вживую вновь. Казалось бы, не беда, ведь передо мной открыта уйма возможностей, и нескончаемое количество попыток, побуждающих меня наконец заняться делом. Что-то сжалось внутри меня сильно-сильно, а я думал, мол, «Лопнет ли? Или останется со мной навечно? ». - Скорее всего его уволили, либо он ушёл по собственному желанию, так как в списке сотрудников парень не числится. Вы извините, если я вас огорчила.. - самовольно перейдя на шёпот сказала девушка, боясь задеть меня снова. Но не был он таким же ласковым, словно услада для ушей! Я помню единственный искренний шёпот, похожий на тихий детский лепет, который в замешательстве оправдывался, мол, «Извините, что-то заспался », и который я готов слушать вновь и вновь, каждый раз думая, что он только мой, и лишь мои уши могут наслаждаться новым излиянием звуковой волны, на которую я настроен, казалось, навсегда. Она положила свою ладонь на мою холодную кисть, но в глазах не было и намёка на поддержку или сожаление, там читался исключительно флирт, что подтверждала игривая ухлымка и проворные девичьи пальцы, которые успели пройтись вплоть до моего локтя. Её лицо приблизилось к моему неприлично близко, от чего я на мгновение оторопел, ведь никак не ожидал такого сюжетного поворота. - Вы так расстроены моим ответом? - спросила она, пытаясь настроиться со мной на одну волну, но ей лишь удавалось поставить меня в неловкое положение, от чего я желал скорее покинуть злополучную кофейню. - Что мне сделать, чтобы поднять вам настроение? - вновь спросила девушка, видя, что я окончательно раскис. Это разбивало меня с новой силой, ведь я не в силах совладать со своими чувствами, выплëскивая их наружу, из-за чего мысленно уже караю свою несуразность и пошатанное состояние. - Ничего не нужно. Спасибо вам огромное, вы мне очень помогли. - наигранно улыбаясь произнёс я, стараясь выдавить из себя что-то иное, нежели слабый тихий крик. Она обложила меня притворно мягким и нежным взглядом, желая чего-то большего, чем мои сухие ответы и противное дрожание голоса. В этот момент моих размышлений я не заметил её движений, как она уже коснулась моего лица своей ладонью, проводя подушечками пальцев по моей не бритой щеке. Мои глаза выражали недоумение, а мысленно я растерялся вовсе, не зная, как поступить дальше. Мне осталось спросить единственный вопрос, для чего полагалось согласие этой девушки. Но если я сейчас оттолкну её, она затаит на меня обиду, и увы, никак отвертеться и выкрутиться мне не удастся и моя мысль останется провальной. - Извините, а можно мне забрать эту папку? Я отнесу её Александру. Мы знакомы. - набравшись решительности и терпения, спросил я, смотря брюнетке прямо в глаза, надеясь на некий чарующий эффект моей тёмной радужки, который смог бы ввести её в стадию безотказности. - Да забирайте её, она всё равно никому не сдалась. Лишь лежала бездельно в пыльном углу - прошептала она мне на ухо, губами касаясь ушной раковины, от чего моё лицо покрывает лёгкий румянец, вызванный немыслимым смущением. Она легко прикусывает мою мочку, оставляя смазливый поцелуй где-то на шее, продвигаясь всё дальше, добираясь до дрожащего, нервно сглатывающего кадыка, забирая всю уверенность, подарив мне излишнюю скованность в конечностях. Затем, она бросает мимолётный, многозначный для неё, малозначимый для меня взгляд, предвкушая чего-то желанного, того, чего не желаю я. Брюнетка дотронулась длинными, чёрными, матовыми ногтями до моего подбородка, придвигая моё лицо настолько близко, что я ощущал невинное горячее дыхание, которое билось мне прям в шею, в надежде свести меня с ума. Я почувствовал, как нежная гладкая щека тëрлась о мою незаметную щетину, самопожертвенно царапаясь, но не получая дискомфорт. Мне становилось душно, будто меня насильно удерживают в разогретой бане, где от кислорода осталось совсем ничего. Так почему бы просто не выйти из неё, верно? - Извините, мне пора идти, я тороплюсь - протороторил я, отодвигаясь подальше от девушки, которая состроила обиженное обстоятельствами лицо, сведя брови домиком, оглядев меня грозным взглядом, не выражающим чего-либо светлого. - До свидания - неловко попрощался я, стоя у входной двери, на что получил кроткий кивок и «отворот - поворот». Но меня это вовсе не волновало, мои мысли заняты лишь синей папкой, которая стала влажной из-за моих потных ладоней. Я так хотел увидеть его сегодня, казалось, в последний раз, ведь уже вечером я покину многолюдный город-муравейник, который полюбился мне только вчера утром, стоило зайти в кофейню, дабы приобрести булочку с маком.. Я желал перед отъездом взглянуть в его глаза, найдя там своё счастливое сияющее отражение, проследить за движением сухих бледных губ в момент, когда он будет произносить своё имя, расплыться в улыбке, борясь с затуманенным сознанием, когда он прошепчет: «Ага, значит, Лёша».