Игры судьбы

      — Ребекка, ну вот где ты мне прикажешь сейчас искать платье? У меня тут нет, знаешь ли, модных попутных бутиков. Они не предназначены для внезапных мероприятий.       — Ничего не знаю! Почему ты меня не предупредила, что уезжаешь? И куда ты вообще уехала? — недоуменно вопрошала Майклсон, хотя слышалось недовольство из-за того, что я не известила её о своих внезапных планах выездных.       — Мэди попросила меня съездить к её подруге в Дьюк. Я должна у неё что-то забрать, — соврала я. Хотя, частично, всё же это была правда, однако я ехала туда не к подруге Мэди.       — Отлично, успеешь ещё вернуться во всяком случае. Ты мне нужна на этот вечер, — заявила или, вернее будет сказать, поставила перед фактом Майклсон. Я в изумлении хмыкнула. Неужели мы и правда с ней теперь будем соревноваться, кто чаще друг друга будет вводить в такие неудобные ситуации?       — Интересная ты, конечно, я к тебе на радиоактивной метле должна прилететь за доли секунд? — По ту сторону раздался чей-то веселый смех, а после и вовсе голос его обладателя:       — Если найдёшь такую, сообщи мне обязательно! — крикнул Кол.       — Ты на громкой связи? — спросила я. Конечно, я знала, что у тех просто отменный слух, но они-то не знают, что я всё знаю.       — Теперь нет, — ответила Ребекка, кидая недовольный взгляд на более весёлого и довольного брата.       — Тогда передай ему, что я со всей любезностью могу только воткнуть ему эту метлу в одно неусидчивое место. Уверена, он будет в восторге от контраста ощущений.       Двусмысленность.       Смех Ребекки и чей-то еще прервали недовольное бормотание Кола. Тот выхватил у сестры телефон под ее негромкое «Эй!» и приложил к уху.       — Милая, ты ко мне слишком груба. Мы толком не познакомились как следует, но ты уже показываешь зубки. Как некрасиво, — самодовольно проговорил Кол, взглянув на закатывающую глаза сестру.       — Да прямо там, оскорблённый ты мой. Гордость задела? — фыркнула я под одобряющие по ту сторону смешки. — Ты вроде там у зеркала красовался, как Ребекка мне сказала, вот иди и дальше полируй своё самовлюблённое отражение. Уверена, твоя компания ещё успеет напомнить мне на балу, что такое доставучесть. — Ребекка усмехнулась, одобряя ответ, который явно задел мужское достоинство Кола, и забрала свой телефон обратно.       — Сколько тебе времени нужно, чтобы вернуться обратно в город? — вернулась она к предыдущей теме.       — Час, плюс-минус, — ответила я, прикинув в уме примерное время.       — Отлично, как вернёшься — сразу езжай ко мне, я подберу тебе платье. На твой вкус полагаться в таких вещах не стоит.       — Твоё рукоприкладство подталкивает меня к крайностям, так и знай. Да и зачем платье, если у меня пары даже нет?       — Тоже мне проблема. Один из моих братьев не будет против твоей компании, — ответила Ребекка, даже не задумываясь. Шустрая какая, вы поглядите.       — А я против, — возразила я. — Некрасиво, знаешь ли, впихивать меня тем, кто знаком со мной от силы пару часов. Кто-то и того меньше.       — Когда тебя волновали морали? — невпечатлённо хмыкнула Майклсон, не воспринимая мою отговорку всерьёз.       — Сейчас! У тебя рядом кое-кто продолжает уши греть, так что передай ему, что пусть не надеется.       Кол сощурился, замечая ухмылку сестры. Клаус так же не остался равнодушным, смотря не без удовольствия на лицо младшего брата, которого весьма вежливо послали с его ещё неозвученным приглашением.       — У меня ещё три брата.       — А у меня всего одна жизнь и очень мало приличия, как ты верно заметила, так что самым культурным в твоей семье передавай мои искренние извинения и отказ на твоё сомнительное предложение.       Рисовавший что-то в альбоме Клаус сразу же поднял глаза на сестру. И та посмотрела в ответ, видя знакомую усмешку.       Ну да, культурными были только Элайджа и молчаливый Финн. И я пока ничего не сказала за Клауса. А ему даже стало интересно, что думают на его счёт.       — У меня ещё один брат есть.       — Ты хочешь моей смерти, признайся? — вполне искренне поинтересовалась я.       И Клаус рассмеялся, получая, очевидно, не такой жестокий ответ в виде характеристики. Что ж, уже не так всё плохо. Но разумное опасение заметить было нетрудно.       Элайджа усмехнулся, исподлобья взглянув на сестру.       — Тогда остаётся Трэвис.       По обе стороны наступило молчание, а Кол и Клаус посмотрели на сестру, не понимая, о ком она.       Ребекка… Вот же… чертовка. Знает ведь на что надавить.       — А Элайджа свободен? — выпалила я, даже не раздумывая о том, согласен сам Элайджа или нет. Он наиболее безобидный вариант.       Это развеселило Ребекку. На красноречивый взгляд брата она отмахнулась, хотя её глаза явно говорили о жестокой расправе, если откажется.       У него ведь тоже всё равно нет партнёрши. Убьют двух зайцев.       — Свободен, — злорадно усмехнулась блондинка.       — Чёрт с тобой, скоро приеду, — обречённо вздохнула я, вешая трубку.       Положив телефон на соседнее сидение, я снова вздохнула, проведя рукой по голове, убирая мешающие волосы назад. Уже жалела, что оставила их распущенными.       Еще рано утром решила съездить в Дьюк, поискать там что-то обо мне. В университете было много различных книг с преданиями, историями и тому подобное. Очень надеялась, что и про кольцо что-то будет (ведь как-то же ведьмы смогли создать его), но, к своему огорчению, там не было ничего. Полный ноль. Так что я просто зря прокаталась туда-сюда.       А еще и этот внезапный бал, который устраивают Майклсоны.       Всё очень вовремя, блин.       По пути обратно Ребекка позвонила мне с этой новостью, буквально поставив в тупик. Просто сходу заявив о праздновании и о том, что я обязана там быть. Даже не спросила, хочу ли я пойти на него. Ну а выбора у меня и не было, как оказалось. Она бы меня насильно приволокла тогда к себе.       Наконец, увидев табличку «Добро пожаловать в Мистик Фоллс», я откинулась расслабленно на спинку сидения, держа расслабленно руль одной рукой.       Подъехав к дому Ребекки, я остановила машину и вышла из неё. Дом был нереально красивым. И пусть подготовка ещё шла полным ходом, но на глазах здесь уже всё преображалось. Украшения и гирлянды даже не сверкали пока, но всё равно выглядили изумительно даже в отливе солнечных лучей. И вот теперь ради этих огоньков я сама жду вечера, только чтобы взглянуть на всю эту красоту при ночном времени.       Подойдя к двери, я пару раз постучала и мне сразу же открыли дверь.       — Ну наконец-то, проходи, — схватив меня за руку, Бекка потащила меня в гостиную, где у зеркала всё ещё (точно самовлюблённый) красовался Кол в костюме, Клаус сидел и тихонько что-то рисовал, чем меня хорошо так удивил.       Значит, гибрид-художник.       Ещё один.       Круто, у нас есть кое-что общее. Снова.       Элайджа сидел в кресле, начищая свои туфли чуть ли не до блеска. Уверена, на балу Кол наверняка будет и в них пытаться разглядеть своё отражение. И при виде Элайджи я неловко помахала рукой, улыбнувшись.       Да, моя вынужденная пара (или его в моём лице) так и красила его жизнь, я видела уже этот блеск восторга. Определенно ничего другого, ни разу.       И ещё Финн, которого измеряли для его будущего костюма, наверное.       Проведя меня к дивану, первородная уселась на него, а я следом за ней. Впихнув мне журналы и каталоги, девушка продолжила красить ногти.       — Выбирай платье отсюда. Там выбор хороший.       — Хороший? — насмешливо переспросила я. — Мне казалось, ты ниже «превосходно» не рассматриваешь, — добавила ехидно.       — Я-то нет, а вот ты вполне себе. И заставлять тебя одеваться в нечто подобное тут уж даже у меня сил не хватит, — объяснила Бекка под мой согласный кивок.       — И это моя маленькая победа, — заявила горделиво я, начиная листать каталог.       При всём этом Кол поправлял рукава на рубашке, через отражение в зеркале кинув на нас взор.       — Ребекка, скажи же, что я красавчик?       Я лишь исподлобья глянула на того, усмехнувшись.       — Продолжай и дальше себя в этом убеждать, — ответила она под одобрением остальных.       — Ну хоть ты скажи, Цветочек, — подмигивая мне в отражении, перескочил на меня парень.       — Цветочек? — вопросительно выгнула бровь я, скривив нос.       Не он ли, случаем, шлёт мне записочки? Оригинальности ноль.       — Именно. Ты ассоциируешься у меня с нежным цветком и острой тычинкой, — объяснил свою позицию Кол. — Ну так, как я тебе?       Я для вида осмотрела его внимательно, оценивая костюм. Безусловно, ему шло. Я даже готова признать, что он и правда был красив, но сказать ему это означало обеспечить себе мигрень.       Потому, подняв глаза, мило улыбнулась.       — Как король Испании Карл второй, — ответила я, и усмешка Кола разом слетела с лица, сменяясь замешательством.       Ребекка и Клаус весело рассмеялись, и даже Элайджа с Финном не смогли оставаться в стороне, услышав подобное сравнение, выдав смешки.       Ну да, этот король не славился потрясающими внешними данными. И сейчас его так низко оскорбили. А если ещё учесть, что они его застать могли, то вообще я заработала пять с плюсом за остроумие. Мистер Зальцман может гордиться.       — Я не настолько уродлив, — возразил Кол, чьё эго явно было задето. А самолюбие теперь упало ниже некуда.       — Убеждай себя в этом дальше, — повторив фразу Ребекки, усмехнулась я, возвращаясь к журналу.       — Знаешь, Цветочек, ты с таким стервозным характером останешься одна, — выдал Кол, а я удивлённо воззрилась на него.       — Ты меня этим напугать решил? Да я не особо-то и претендую на место чьей-то пары. Мне семнадцать, уж проживу как-нибудь, — усмехнулась я.       — Будешь молодой, красивой и одинокой? — перечислил он.       — Именно такой и планирую оставаться, — кивнула я.       — И, очевидно, к старости станешь более невыносима. Что ж, тогда добро пожаловать в мой клуб холостяков! — торжественно объявил он.       — Кол, отстань уже от девушки и любуйся собой дальше, — осек того Клаус.       — У тебя появился защитник, Цветочек, — усмехнулся Кол, не упуская возможности перекрутить всё под себя вновь. Клаус дал ясно понять, что он думает о младшем брате, чем только вызвал у того усмешку.       — У меня уже есть мой рыцарь в Амуре, — сказала я, подмигнув Ребекке, не замечая направленный в мою сторону взгляд.       — И когда же сестрёнка им стала?       — Твоя сестрёнка тебе об этом и расскажет. Если посчитает нужным, — добавила я.       — Даже не надейся, Кол, — отказалась сразу же Бекка, не поднимая на него глаз.       Я же продолжила листать журнал, натыкаясь на симпатичное платье.       — Как тебе это? — поинтересовалась я, показав Майклсон бледно-жёлтого цвета платье до щиколотки на бретельках и с фатином.       — Не твой цвет.       — Давай ты сразу скажешь, какую цветовую гамму мне искать. Или я просто могу нарядиться во все цвета радуги и прийти, как снег в мае. Вот все обзавидуются, — хмыкнула весело я.       — Тебе или Элайдже? — насмешливо решил уточнить Клаус, поймав острый взгляд упомянутого брата. Но промолчать он просто не мог.       — Платью, конечно, — не посмотрев в ответ, ответила я. Хотя чувствовала на себе пристальный взгляд, который так и вынуждал повернуть голову.       Я правда боролась сама с собой и с искушением. Только уже неясно, своим или его.       — Будешь самой яркой на этом балу, — весело отозвался Кол, уже представляя себе эту картину. Незабываемое зрелище получилось бы.       — Как солнышко буду светить в морозные дни, — с улыбкой проговорила я, пока на мой телефон не раздался звонок. Вытащив его из заднего кармана джинсов, я посмотрела на дисплей, и моё хорошее настроение в миг пропало. — Солнышко прогнали тучи… Пришла губительница веселья, — разочарованно пробормотала я, отвечая на звонок.       По ту сторону что-то закопошилось, но я решила пойти на опережение и всё же развеселить себя.       — Погребальная контора слушает вас, — загробным голосом заговорила я, а на той стороне возникла тишина.       Майклсоны оторвались от своих занятий, слушая разговор и с лёгким удивлением смотря на меня после сказанной фразы, на что я лишь приложила указательный палец к губам, призывая их молчать.       — Извините, а куда я попала? — неловко спросила Елена. Ребекка тихо прыснула, прикрыв лицо журналом.       Да, кто-то умом не блещет, но что поделать, что имеем. Или имеют нас. Когда как. Тут от графика занятости нас всех зависит.       — Погребальная контора. У вас кто-то умер? Или вы умерли и уже звоните с того света? Судя по всему, там хорошая связь, — продолжала я комедию, сама еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. А вот Кол всё же не сдержался, из-за чего я кинула в него баночку с лаком, попадая тому прямо в лоб, но даже это его не остановило. Правда, он всё же прикрыл лицо подушкой, когда упал на диван к Элайдже.       Того эта наступившая непосредственная обстановка как никогда порадовала.       — Извините, я думала, это моя знакомая, — всё ещё неловко продолжала Елена.       То есть её действительно не смутило, что у неё откуда-то подобный номер взялся? Или у неё он там в избранных?       — Ваша знакомая Рика Ховард? — спросила я всё таким же туманным голосом, словно какая-то цыганка-гадалка в метро с этим «жизнь твоя будет несладкой, но ты крепись, держись и просто смирись, ведь у кого всё в ажуре?».       — Да,— напряженно ответила та.       — Приносим наши соболезнования. Но она не смогла жить среди людей, что окружают её и явно страдают серьёзной тупостью, — всё тем же низким серьёзным голосом продолжала я этот концерт актёров без Оскара, когда уже чуть сама не подавилась смехом, смотря на смеющихся Майклсонов.       Последние слова едва не сорвали мне всё, но я держалась.       Правда, недолго.       — Простите? — недопоняла Гилберт, опешив.       — Да, примите наши искренние соболезнования, — сказала я, и после этой фразы вернула себе нормальный голос: — Ведь соображалка и мозги в вашей семье комплектом не идут при рождении, по всей видимости. К сожалению, при жизни вы тоже, видимо, умудрились пропустить вагон с комплектацией нужных функций.       — Рика?! — раздался возмущённый возглас Елены.       — А кого ты ожидала услышать, позвонив мне? Серьёзно поверила, что мой номер стал путеводителем в загробную жизнь? — не выдержала и я, а после, не сдержавшись, откинула голову на спинку дивана, захохотав. — Чёрт, Елена! Ну ты серьёзно?       — Рика, нельзя так шутить! — возмутилась Гилберт, которая походу и правда поверила во всю эту лабуду с конторой.       — Нельзя так сильно тупить, а на всё остальное «нельзя» я отвечаю «можно», — выдала я. — Чего звонила-то? Стефан сделал тебе предложение, а Деймон так уж и быть любезно согласился побыть шофёром с разбитым сердцем?       — Что? Нет, конечно нет. Рика, прекращай свои шутки! Я звоню по делу.       — Я вся во внимании, — усмехнулась я, даже заинтриговавшись немного.       — Майклсоны устраивают бал, ты идёшь?       Я бросила взгляд на Ребекку. Куда ж я денусь? Мне не разрешают отказаться. Приводят уж слишком железные аргументы.       — Елена, какой бал? Я уже в шаге от похорон, — выдала я, озорным взглядом смотря на остальных, а в голове снова появилась тема для очередной шутки. Вернее, я подумала: «а почему бы, собственно, не продолжить то, с чего мы начали?». Как показала практика, мне верят в мою наглую ложь. А кто я такая, чтобы отказываться от таких щедрых даров ситуаций?       — Похорон? — недоумевала Елена. — Опять шутишь? — недовольно цокнула она.       — Елена, какие шутки? Я же не просто так упомянула погребальную контору. Вот, у меня тут процесс погребения. Между прочим идёт полным ходом!       Смех остальных был очень заразительным, и мне уже самой хотелось поступить так же, но нельзя. Нужно держаться до конца. Удивлена ещё, как Елена не услышала посторонний шум.       — Погоди, ты серьёзно? — Тут Кол уже не выдержал и уткнулся в подушку сильнее, с надеждой заглушить громкий хохот, чтобы не сорвать представление. Это нравится ему всё больше и больше.       — Хочешь, я тебе фотки пришлю позже, если не веришь?       — Какие фотки?.. — растерялась она, верно ослышавшись.       — А какие хочешь. Трупа, могилы, кладбища. Тут выбор такой большой, даже глаза разбегаются от разноообразия. У нас же кладбище прямо кладезь фотогеничных пейзажей и портретов. Бери любые ракурсы, тут с какой стороны ни глянешь — ну прямо сказка.       Я не уверена, но судя по тому, как тряслись плечи Кола и немного покраснело лицо Ребекки, то я, кажется, довела до истерики первородных. Бегло глянула на остальных, замечая, что только Финн не поддался так же на мой цирк. Улыбка мелькала, но почти сразу исчезала.       Какой чёрствый первородный!       Нет у него чувства юмора. Даже собранный всегда Элайджа и то выдавил реакцию, хотя его это веселило не меньше. И Клаус вон, вроде как смеялся, развеселившись вместе с остальными. И смеялся открыто, отчего я вдруг смогла заметить ямочки на щеках. Тут же отвернулась резко, поняв, что с моей стороны это неправильно поймут.       Клаус, напротив, посмотрел на меня.       Ну это надо додуматься до такого!       Гибрид всё смотрел — я чувствовала — в мою сторону, пока я, не обращая внимания, ожидала ответа Елены.       Эта весёлая улыбка, готовая перейти в смех. Сверкающий взгляд, который отражал весь спектр задора. И всё это не могло просто оставить равнодушным никого.       И Клауса не смогло, когда он поймал себя на том, что это чувство юмора и слишком живые эмоции имели, оказывается, свойство цеплять.       Такая живая…       — Рика… ты рехнулась?! — не сдержалась в конце концов девушка, а я расслышала ещё тень возмущения и недовольства.       — Возможно. Может, если только чуть-чуть, — не стала отрицать я. — Я позже подумаю о том, какая я отвратительная. Мне пора, ждут люди от меня передачки на тот свет. — Повесив трубку, я не сдержала весёлого смеха. И тут уже дала свободу эмоциям.       Господи, это что сейчас было?!       — Ребекка, наш радужный парад в поддержку за ЛГБТ отменяется. Ищем труп.       Я сказала это непринужденно, конечно же продолжая веселье, но моя последняя фраза показалась бы уже не такой нормальной кому-то.       Однако сейчас здесь сидит первородная семья вампиров и один гибрид. Тут такое уместно. Тут такое даже привествуется. И тут это воспримут как очередной прикол, так что все в порядке.       — Ты точно чокнутая, — отходя от смеха, вынесла вердикт Ребекка, но я заметила, как она это сказала. И знала, что ей это нравится. Я только ухмыльнулась ей на это, а потом перевела внимание на конкретного Майклсона из компании мужчин.       — А если серьёзно, Элайджа, ты ведь не против побыть моим партнёром? — спросила я, посмотрев на мужчину. — Веселье весельем, но мне по-хорошему нужно спросить. А то некрасиво получается и будет ещё более неудобно, если… ну ты сам понимаешь.       — Цветочек, ты не того выбираешь себе, — влез Кол, тяжело дыша после лучшей в его жизни истерики за последние столетия. — Такой нрав нужно укрощать кому-то более… подходящему. Если ты понимаешь, о чём я, — с очевидным флиртом продолжил он, растягивая губы в знакомой ухмылке.       Элайджа кинул на него взгляд, и я тоже посмотрела на младшего Майклсона с прищуром.       Вот чего пристал-то, а? Я ж не с ним беседую!       — Слушай, ты, укротитель нрава, я тебе буклетик могу принести, там, кажется, требовался клоун в цирк в соседнем штате. Если ты понимаешь, о чём я, — скопировала последнюю его фразу, используя против него же. И мне нравилось наблюдать за тем, как я сбиваю его спесь. — Ну так что, Элайджа? — тут же непринужденно спросила я, игнорируя пристальное внимание Кола. А вот нефиг лезть! Я тоже знаю пару фраз крутых, чтобы отвалили.       Старший Майклсон кивнул, а я благодарно улыбнулась, уже открывая рот, чтобы поблагодарить, когда прервали с другой стороны. Внезапно раздавшиеся хлопки, которые были очень похожи на аплодисменты.       Непонимающе и немного растерянно из-за этого посмотрела на Клауса, который встал со своего места, откладывая альбом и карандаш. Его глаза так и были направлены в мою сторону. Кажется, он смотрел на меня больше, чем я могла предположить.       — Браво, дорогуша. Ещё немного, и можешь быть уверена, ты заведёшь себе фанатов в моей семье. Кажется, ты произвела фурор, — усмехнулся он, кидая многозначительный взгляд на Ребекку, как ту, что являлась моей подругой.       — Лестно. Автограф дать? Я сегодня на удивление щедрая, — ехидно ответила я, не особо понимая, к чему он начал это.       Решил устроить своё шоу или продолжить, но на своих интересах?       Но он только усмехнулся. И чёрт его знает, какие мысли теперь засели в его голове. Я со всем своим бесстрашием опасалась предполагать даже.       — Обойдусь. Но теперь надеюсь, что ты придёшь вечером. Кажется, празднование может быть не таким скучным, и ты даже скрасишь вечер, — обронил он напоследок, прежде чем скрыться с наших глаз.       Я непонимающе проводила его силуэт глазами.       — И что это значит? Меня не ждут? Мне не идти?       — Вот ещё, — фыркнула Ребекка, которая как-то странно с примесью неудовольствия смотрела в проход, где скрылся её брат. — Придёшь как миленькая. Ищи платье, — снова впихнула она мне журнал, который открылся совершенно случайно почти в конце.       Но глаза уже увидели то, что я буду называть как «моя мечта». Я тут же забыла обо всём, что только что здесь произошло.       — Всё, я нашла идеальное платье! И если тебе, Ребекка, оно не понравится, я всё равно куплю его.       — Покажи, — забрала она журнал. — Мне нравится, мы его берём, — даже не думая, ответила первородная, только увидев платье на модели. И удовлетворенно кивнула. — Я сама всё оформлю, платье тебе позже уже доставят.       — Кажется, в Африке дождь начнётся, — чуть удивлённо пробормотала я, стоило мне услышать одобрение со стороны Ребекки. Я встала с дивана. — Мне нужно идти, к семи буду тут, — направляясь к выходу, сказала я. — До встречи.       — До встречи, Цветочек! — крикнул мне вслед Кол. — Порадуй меня своим визитом вечером!

***

      Приехав обратно домой, я быстро вышла из машины и, подойдя к двери, открыла ее, заходя внутрь. В доме царила тишина, что означало, что Мэди явно куда-то ушла. Достав телефон, я набрала ее номер, прислоняя мобильник к уху.       — Слушаю.       — Мэди, а ты где?       — А, я… совсем забыла тебе сказать. Я у миссис Локвуд. Нужно обговорить с ней кое-что. А ты уже вернулась?       Мне показалось, или её голос был каким-то взволнованным?       В любом случае, я могу себя накручивать, ведь если у той что-то случится, она ведь расскажет, так?       — Только что. Тебя забрать или ты сама приедешь?       — Я на машине, так что не надо. Скоро приеду. До встречи.       — Буду ждать… — услышав, как поспешно и резко она повесила трубку, пробормотала я. Странная она какая-то.       Стрелки часов показывали только полдень, так что я решила себя занять игрой на скрипке, чтобы скоротать время.       Достав из чехла музыкальный инструмент, я так же достала нотную тетрадь, открыв её на незаконченной мелодии. Приставив смычок к струнам, по комнате тут же разлилась музыка, и я прикрыла глаза, отдаваясь этому делу целиком.       Играя, я параллельно записывала ноты в тетрадь, зачеркивая что-то или исправляя.       Еще до катастрофы мама учила меня играть на скрипке и записывать ноты. В один из дней мы решили с ней придумать свою собственную. Но так и не смогли закончить задуманное. Так что я решила в память о минувшем завершить начатое. Мама бы гордилась мной.       Последний раз проведя смычком по струнам, я вновь взяла ручку и дописала наконец последние ноты. Теперь музыка была закончена. На лице заиграла лёгкая, но грустная улыбка. Я представила, как мы бы с мамой слушали музыку и обсуждали ее, но в реальности меня окружали тишина и одиночество.       Я убрала тетрадь и скрипку в чехол, ставя его к стенке. Достав из ящика стола альбом и карандаш, я запрыгнула на кровать к изголовью, принимая удобную позу. Раскрыв альбом, я открыла чистый лист, приступая к работе. В голове уже ясно появилась идея, кого я могу нарисовать.       Осторожными штрихами я стала выводить контуры лица и фигуры, уделяя больше внимания мелким деталям, а также, окружающей картины. И вот! Рисунок спустя чуть больше часа был закончен.       На альбомном листе красовался тот самый самоуверенный Кол Майклсон в костюме, стоя около зеркала. Я смогла в точности до мелочей передать недавнюю картину, изображая ее на листе. И была довольна результатом.       Несмотря на то, что он имел черту раздражать, всё же с точки зрения художника Майклсон был красив. Я просто не могла не изобразить его и не запечатлеть таким, каким видела его сегодня.       Убрав альбом и карандаш на место, я прошла в ванную, чтобы вымыть руки от грифеля карандаша. Вернувшись в спальню, бросила взгляд на часы, которые показывали уже начало четвёртого. Что ж, можно начинать собираться потихоньку.       Сначала решила принять горячую ванную с пеной, прежде чем начать собираться. А уже после процедур села за туалетный столик, начиная делать легкий макияж. Серебрянные тени легли на глаза, которые были заметны лишь благодаря тому, что на свету отливались блеском. Нанесла на ресницы тушь, делая их более пышными и объёмными, а на губах был обычный блеск с вишней.       С причёской решила сильно не заморачиваться. Просто сделала много локонов и убрала их по бокам, закрепив заколками с цветами. Это были нежные лилии сиреневого цвета, где на краях лепестков проглядывал золотой блеск. Оставив у лица выпущенные две пряди, я, наконец, осталась довольна результатом. Посмотрев на часы, я слегка удивилась. Стрелки уже показывали седьмой час. И тут как по сигналу в дверь раздался звонок. Я поспешила вниз, потуже завязывая пояс на розовом халате. Открыв дверь, я удивлённо распахнула глаза.       — Ты чего здесь забыл? Неужели не всё сказал на прощание? — спросила я, пребывая в недоумении.       — Моя сестрица попросила передать тебе платье. Вот, выполняю ее просьбу, — улыбнулся обольстительно Кол, держа в руках чехол. Сам же он был в том самом парадном костюме.       — Что ж, спасибо за доставку, — я потянула руки к чехлу, но тот отодвинул его от меня.       — Ну же, милая, прояви гостеприимство. Я такой путь проделал, пригласи хоть на чай, — с лёгким прищуром сказал Майклсон, на что я лишь недовольно посмотрела на него и забрала платье.       — Обойдешься, — закрыв прямо перед его носом дверь, я пошла обратно на второй этаж. Приглашать в дом первородного вампира? Я похожа на больную или самоубийцу?       Нет, не спорю, иногда проглядывает степень неадекватности, но она пока ещё не на грани довести до безумия.       Зайдя в спальню, я повесила чехол на дверцу шкафа, раскрывая его и ахая от изумления.       Само собой то, что было на картинке, даже близко не стояло с реальностью.       Платье было шикарное. Невероятно красивое и в то же время передающее всю нежность образа.       Аккуратно, чтобы не помять, я достала его из чехла, кладя на кровать. Сняв халат, взяла в руки платье, расшнуровывая корсет. С Богом пополам, но я все же смогла его надеть, только вот не учла одну деталь: как теперь прикажете на себе корсет завязывать?       Как будто меня кто-то услышал, когда входная дверь на первом этаже открылась, а следом раздался голос Мэди. И я поспешила позвать её, чтобы та помогла мне.       — Ты готова еха… — остановившись в проходе, та так и замерла. — Бог ты мой, — восхищенно выдохнула Мэди. К слову, сама девушка тоже уже была готова. Лёгкое темно-синее платье, струящееся к самому полу. Верх был полностью закрыт прозрачной темной тканью, лишь лиф выделялся на фоне более глубоким синим цветом, прикрывая грудь, а юбка полностью была свободной, не открывая ни единого участка кожи её ног. — Ты выглядишь великолепно… — проходя ближе, выдавила Мэди. И я в глаза видела, что она говорила правду.       — Думаешь? — действительно беспокоясь за свой образ, спросила я.       — Уверена! — возразила тут же девушка, замечая моё лёгкое беспокойство. — Ты выглядишь просто волшебно.       — Твоё платье смотрится не менее восхитительно. Так что я, видимо, должна быть готова к тому, что тебя не раз похитят на балу, а домой я вернусь одна, — усмехнулась я. — Поможешь корсет зашнуровать? — поворачиваясь спиной, попросила я. Мэди без слов стала позади, начиная проделывать эту кропотливую работу.       Я чувствоала, как эта деталь стягивала талию, визуально делая её ещё тоньше. И мне нравилось то, как платье сидело на мне.       — Готово, — оповестила она меня, и я повернулась к ней.       — Осталось туфли. — Выбор пал на открытые туфли. Застёжка была на щиколотке, оставляя ноги открытыми. Невысокий каблук, а сами они были серебряного цвета. И вот только тогда я встала перед зеркалом, разглядывая свой образ.       — Ты затмишь всех, — на полном серьёзе произнесла Мэди, становясь рядом со мной.       Сиреневое платье доходило до самого низа, лишь немного оголяя каблуки. Полупрозрачный корсет оттенка чуть посветлее на талии был обшит цветами, придавая образу лишь больше нежности и красоты. И только лиф, почти как у Мэди, был темнее, вполне даже выгодно приподнимая небольшую грудь. Юбка была воздушной и сверху покрытая фатином с маленькими рассыпанными блёстками.       Длинные локоны водопадом струились по открытой части спины, доходя до талии. А образ завершали перчатки до локтя в цвет платья, но уже из атласной ткани.       — Вот, думаю, тебе это отлично подойдёт. — Мэди прервала моё разглядывание своего же отражения, становясь за спиной. Тут же она аккуратно отодвинула волосы и кожи коснулось что-то холодное, пока моему взору не предстала серебряная тонкая цепочка, на которой висело красивое сердце, словно алмаз, белого цвета. Небольшое по размеру, на котором на обеих половинка были выгравированы инициалы.       — «М» и «Ч»… — прочитала я.       — Мэнсия и Чарльз, — пояснила Мэди. — Твой отец подарил этот кулон твой матери. Я думаю, он должен быть у тебя. — На глаза выступили слезы, но я их быстро сморгнула, чтобы не испортить макияж. Подушечками пальцев я коснулась сердца, проведя по нему.       — Спасибо… — прошептала я.       — Думаю, нам уже пора, — желая перевести тему, сказала Мэди, и я кивнула, улыбнувшись своему отражению. — Я заказала такси, так что пошли вниз. Наша современная карета приехала с на редкость вредным кучером, который требует оплату поминутно. — Я кивнула, улыбнувшись, и, взяв клатч, положила в него свой телефон и на всякий случай решила взять ключи от дома.       Поверх платья накинула легую накидку серебряного цвета и, наконец, вышла из дома, а следом за мной и Мэди, закрывая дверь. Такси уже и правда ждало нас около дома, и мы поспешили в него сесть. Время было уже десять минут восьмого, когда мы только подъезжали к дому. На мой телефон раздался звонок, и я поспешила достать его из сумки.       — Ты где? — стоило мне ответить, тут же спросила Ребекка.       — Подъехала только, — ответила я. — Вот, возьмите, — передавая таксисту деньги, сказала я, и мы поспешили выйти из машины, смотря, как та начала отъезжать. — Уже иду, — сказала я и повесила трубку, убирая телефон.       — Кто звонил? — спросила Мэди.       — Подруга. Потеряла меня, — усмехнулась я. — Идём?       — Идём, — кивнула она, направляясь к дому. И теперь я действительно могла восхититься всей красотой дома. Красиво украшенное здание с множеством гирлянд; музыка, которая была слышна даже на улице. Всё это придавало этому месту волшебности.       А я неосознанно замерла, видя те самые огоньки в полной их красе. И не сдержала восхищенния.       Прийти сюда стоило хотя бы ради этого зрелища.       На входе у нас забрали верхнюю одежду и клатчи, и мы, переглянувшись, прошли чуть вперёд. На встречу к нам вышла миссис Локвуд.       — Добрый вечер, миссис Локвуд, прекрасно выглядите, — сделала я комплимент.       — Благодарю, Рика. Вы обе тоже выглядите превосходно, — я слегка улыбнулась, склонив голову в благодарстве. — Могу я поговорить с твоей тётей?       — Конечно, какие проблемы, — согласилась я. Женщины отошли чуть поодаль, а я, подняв подол платья, направилась к столу с закусками, беря одну канапешку в рот, а вдруг руку бокал с шампанским.       — Твой образ превзошёл все ожидания, — голос Бекки я узнала сразу же, поэтому поспешила повернуться.       — Вау, — восхищенно выдала я, прожевывая еду, когда увидела подругу. — Ты выглядишь сногсшибательно! — Я прошлась взглядом по ее изумрудному платью, приходя в восторг.       — Спасибо, знала, что ты оценишь, — несколько смущённо улыбнулась она мне, тоже беря бокал.       — Где твои братья? — спросила я, повернувшись всем корпусом к ней.       — Финн с мамой, Элайджа и Кол без понятия, а Клаус ждёт свою обожаемую Форбс…       — Клаус и Кэролайн? — перебила я её с удивлением.       — И что он такого нашел в ней? Там столько посредственности и высокого мнения о себе, что ничего другого не разглядеть, — хмыкнула Бекка, проигнорировав моё удивление.       — Погоди, ты серьёзно? Клаус и Кэролайн? — всё ещё не верила я в услышаное. И та посмотрела на меня чуть недовольно.       — Да, Рика, Клаус и Форбс. У моего брата нет вкуса.       — Я, конечно, не осуждаю людей, как некоторые, — выдавила немного оторопело я, на что та закатила глаза, — но Кэролайн… Тут уже даже я не могу слов подобрать. Мои эпитеты снова на нуле.       — Кому косточки перемываете? — Кол нагло протиснулся между нами под наше явное недовольство. — Цветочек, ты восхитительна! — в одобрении произнёс Майклсон, окидывая меня взглядом.       — Благодарю, — вежливо ответила я. — Походу, я была права: ты не дашь мне спокойно провести время.       — Мне скучно, — просто ответил Кол, пожимая плечами.       — А я на аниматора похожа? Развлекательную программу должна тебе устроить? — фыркнула я. — Могу всё-таки дать тот самый буклетик. Клоуны вроде тебя должны повеселить твою персону.       Ребекка обронила смешок, скрытый за бокалом. Кол же, цокнув, закатил глаза.       — Не будь такой колючей, Цветочек. Полностью оправдывай себя и внешний вид, ведь ты правда великолепна, а твой ядовитый язык отпугивает, — выдал он, на что получил от меня чуть удивлённый взгляд. — Да и с тобой весело. Даже если весь арсенал твоего словарного запаса направлен на меня. Что, кстати, льстит. Я в твоей голове чаще, чем остальные.       — Ты только на моих нервах искусно прыгаешь, вот ту да, бесспорно. Но всё равно спасибо, — чуть кивнула головой я.       — Так кто стал вашей темой обсуждений? Или, простите, осуждений?       — Да, замечательная игра слов, Кол. В любом случае, это одно и то же. Но твоя сестра считает, что у Клауса нет вкуса.       — Он у него отсутствует, — поправила блондинка меня, на что я пожала одним плечом, мол, без разницы.       — Тут так и есть. Ник совершенно не умеет выбирать себе девушек, — встал на сторону Ребекки вампир. И это было неудивительно.       — Во всяком случае, от нас не зависит его выбор. Даже такой.       — Ты не можешь отрицать, что Форбс ему не подходит, — сказала Бекка, с прищуром глядя на меня.       — Я не могу в принципе сказать, кто ему подходит. Это его дело и выбор. Но я так же и не могу сказать, что мне нравится Кэролайн, — согласилась я, встав на нейтралитет.       — И что же ты не поделила с блондинкой, которая сейчас обхаживает моего брата? — с интересом спросил Кол, но я пропустила его вопрос мимо ушей, просто смотря куда-то в сторону.       В другом конце зала стояли Клаус и Кэролайн о чём-то говоря, отчего Форбс, кажется, светилась от радости. А вот со стороны гибрида я заметила сдержанность. И очевидно, что такими же феромонами счастья он не пылал, как его спутница. Дилемма.       — Кэролайн скоро побьёт все рекорды своей перебежной личной жизни. Она вроде с Локвудом, но как бесстыдно сейчас строит глазки другому.       — Отсюда ещё один пункт, что она неудачный выбор, — добавила Ребекка.       Моё же настроение вдруг мигом испарилось, стоило наткнуться взглядом на знакомую фигуру.       — Что он здесь делает? — напряженно спросила я, после чего оба Майклсона проследили за моим взглядом.       — Он тоже был приглашён. И не смотри на меня так, приглашения пришли многим в городе.       — Кто это? — спросил Кол.       — Моя головная боль, — хмуро ответила я. — Супер, этот вечер я проведу в бегах по всему дому, — буркнула я. Отойдя от Майклсонов, я поспешила скрыться от Кенджи, пока он меня не заметил, ведь я стояла в поле замечательной видимости, так что это только вопрос времени, как скоро он бы меня заметил.       Кое-как затерявшись в толпе, я чуть не врезалась в кого-то. Подняв глаза, отошла назад.       — Прошу прощения, я не смотрела, куда иду, — чуть неловко отозвалась я. М-да, вот так встреча партнёров. У меня иначе не бывает.       — Ничего, — кивнул Элайджа. — От кого-то убегали? — спросил Майклсон и подставил свой локоть, за который я ухватилась, следуя за ним.       — От одноклассника, — не видя смысла лгать, честно ответила я.       — Он вам докучает или, может быть, сделал что-то? — чуть нахмурился мужчина.       — Скорее первое, — ответила я, как только мы прошли к столу с закусками. — Он довольно… м-м, навязчивый, если это можно так назвать.       — Хотите, могу поговорить с ним, чтобы он вас не трогал? — вполне серьёзно предложил Элайджа, разумеется, как тот, кто сегодня исполнял роль моего спутника на вечер.       Господи, и вот почему такие мужчины вымирающий вид?       — Не стоит, — вежливо отказалась я. — Но спасибо.       — Пока не за что. И с этими разговорами я совсем забыл про манеры. — Я в лёгком недоумении посмотрела на него. — Вы сегодня выглядите восхитительно.       — Спасибо, — кивнула я в благодарстве, улыбнувшись. — И вы тоже.       — Благодарю. И извините, кажется, я вынужден вас покинуть ненадолго, — я кивнула, провожая взглядом мужской силуэт, который остановился на ступеньках, со всей своей семьёй.       Там я увидела и Ребекку, которая стояла между братьями во всём своём великолепии и женской притягательности. Мужчины, которые в своих костюмах были неотразимы. И женщина между ними, кажется, их мать, выглядела не менее роскошно.       — Добро пожаловать. Спасибо, что пришли, — начал свою речь Элайджа, теперь уже, когда присоединились все.       Я снова быстро пробежалась по всем Майклсонам глазами, а когда очередь дошла до Клауса, встретилась с его собственным взглядом. Лишь легкий кивок в знак приветствия, после чего поспешила отвернуть голову, хотя кожей всё ещё ощущала на себе прожигающий восхищённый взор.       — Каждый раз, когда наша семья собирается вместе, мы начинаем вечер с танца. Такова традиция, — рассказывал первородный, и моё внимание полностью переключилось на него, стараясь не смотреть больше на гибрида. Сейчас я ясно ощутила, как это искушение выросло сильнее. Оно стало каким-то более значительным. Ещё именно в этот момент мне отчего-то стало немного неловко. — Это древний вальс, так что ищите себе партнёра и присоединяйтесь в бальном зале, — закончил свою речь Элайджа и, спустившись, подал мне свой локоть. Я с лекой улыбкой приняла его, позволяя увести меня в танцевальный зал.       Заиграла музыка, и танец начался. Вальс действительно очень древний. И как же я боялась в этот момент сделать что-то не то или оступиться. Вышло бы немного неловко. Хотя, кого я обманываю? Вышло бы очень неловко!       — Как вам вечер? — вежливо поинтересовался первородный, заводя разговор.       — Я в восхищении, — честно призналась я. — Правда, здесь очень красиво.       — Значит, старания не прошли даром, — ответил Элайджа, чуть подняв уголок губ в кроткой полуулыбке.       Разговор продолжить у нас не получилось, так как я тут же оказалась в других руках.       — У тебя такой обряд после похорон: сразу отправляться на праздник? — ехидно поинтересовался Деймон. Я закатила глаза, поняв, кого мне придется терпеть. — Связь с тем миром потеряла вдруг и обрадовалась освобождению?       Знал бы он, как это звучит двусмысленно, когда обращается именно ко мне.       — Напротив, мне там по секрету нашептали, что сегодня я вынуждена буду вспомнить, что такое компания задетых мужчин. Кстати, привет, Деймон, — с фальшью улыбнулась я. И мы оба знали, с каким подтекстом я произнесла его имя.       Это станет его вечным призрачным клеймом.       Рука, сжимающая мою, неприятно сдавила её, на что я не осталась в долгу и незаметно каблуком наступила Деймону на ногу, отчего тот зашипел, разжимая ладонь, передавая меня сразу следующему.       — За вами наблюдать сплошное удовольствие, — усмехнулся Клаус.       — Как ты нас слышал? — сведя брови к переносице, задала вопрос я.       Да мне в актрисы надо идти. Такой талант пропадает.       — Я был позади вас, — спокойно ответил гибрид, повернувшись ко мне лицом, но я так и не решилась сделать тоже самое. Хотя его внимание пробивало все стены сдержанности. — Ты прекрасно выглядишь, дорогая, — понизил он тембр голоса. И это прозвучало искренне, как и восхищение, которое было неподдельным, но я по-прежнему старалась не поддаваться, продолжая смотреть вперёд, что, кажется, у меня отлично получалось. Он просто искуссный льстец. До чёртиков порой интригующий и красивый льстец.       — С учётом того, сколько времени я угробила на этот образ, я бы тебя убила, если бы ты посчитал иначе, — только и ответила я, слыша приглушённый смех.       — Почему ты ни разу не посмотрела на меня? — задал неожиданный вопрос тот. В его голосе проскочила заметная тень какого-то понимания, но его это осознание больше веселило. Я же вопросительно взглянула на него.       — Вероятно потому, что если я буду смотреть на тебя, то в скором времени упаду, не следя за доро́гой. И доверие к партнёру подразумевает явно другое, — как маленькому ребёнку стала объяснять я, медленно поворачивая голову обратно под легкую усмешку первородного.       Чёрт, я уверена, что он слышит моё сердце, бьющееся со скорость света. И я уверена, что на его лице сейчас играет самодовольное выражение. Я же сейчас себе приступ паники заработаю.       И так на грани, пока продолжала ощущать непривычное покалывание под корсетом, где его рука лежала как и полагается. Кожа горела от чужих прикосновений, и я не могла найти этому разумное объяснение, но то, что именно этот Майклсон стал прародителем подобных чувств, напугало меня ещё больше.       К счастью, музыка прекратилась, и я смогла покинуть компанию Клауса.       Взволнованно выдохнув, по мере каждого шага слышала, как сердце в груди бьётся всё быстрее от странного перевозбуждения эмоций. Накал ощущался ярко.       Решив проветриться и подышать свежим воздухом, я направилась на выход, предварительно забрав накидку, чтобы не так сильно замёрзнуть. Ну и, конечно же, я не я, если снова в кого-то не врежусь. Это для меня какой-то новый вид приветствия уже. Правда с каждым столкновением личности все хуже и хуже.       — Ты опять пошутила тогда? — с ходу спросила Елена, и я тут же вымученно простонала, поняв, на какую проблему буквально наткнулась.       — Елена, тебе пора научиться не верить всему, что я говорю. Да это даже звучало тупо, как в этот бред поверить можно было? Хотя, — я обвела Гилберт выразительным взглядом, снова возвращаясь к её лицу, — кому я это говорю? — Оставив возмущенную Елену одну, я поспешила к выходу, пока ей не приспичило снова заваливать меня вопросами.       На улице никого не было, что позволило мне спокойно постоять и насладиться тишиной, прикрыв глаза.       Подумать, в какой момент жизнь стала с издевательской усмешкой поворачиваться ко мне задницей.       До знакомства с Ребеккой всё было размеренно, но её приход слово ураган — принёс кучу последствий. Необратимых. И нет, я не виню её, ведь это глупо скидывать все обстоятельства на неё, но просто как факт: она стала моим Эффектом бабочки. Или его подобием.       Моё одиночество было недолгим, стоило мне услышать позади тихие и неспешные шаги.       — И я оказался прав, когда сказал, что твоё присутствие скрасит этот вечер.       Я тихо выдохнула, открывая глаза и медленно поворачивая голову влево, где уже стоял Клаус.       — Осторожнее, Клаус, твоя спутница может не то подумать. Или я.       — Я лишь пригласил Кэролайн, но не давал ей каких-то обещаний. Что касается тебя…       — То твои все эти непонятные фразы вводят в замешательство, буду откровенна.       Он кротко усмехнулся, но я, по правде говоря, всё же хотела узнать, что он подразумевает всякий раз, когда что-то говорит мне. За последний часы я накопила несколько его фраз, которые так и не поняла до конца в истинном смысле.       — Лишь выражение интереса. И разве это плохо?       — Смотря, с какой стороны поглядеть, — пожала я плечами, поднимая глаза к небу. Звёзды были рассыпаны по всему ночному небу, и лишь самая яркая из них выделялась на фоне всего небосвода.       Звёзды действительно будто мерцали для нас.       — Разве должен быть повод для того, чтобы насладиться тишиной в компании красивой девушки? — беззаботно поинтересовался Клаус, поймав мой насмешливый взгляд. Я опустила голову к плечу, даже не скрывая скепсиса.       — Ты надеешься, что я поверю этим словам?       — У меня нет повода лгать, — пожал плечами мужчина, но я всё ещё с нескрываемым недоверием смотрела на него. — Буду тоже откровенным, — произнёс он, не разрывая зрительного контакта, — сейчас и впрямь нет повода обманывать тебя, и я вполне серьёзно говорю, что ты красива. И обычно, когда делают комплименты, говорят «спасибо», а не выказывают недоверие, — уже почти так же насмешливо парировал он. Но с каждым его словом я лишь хмурилась всё больше и больше.       — Пожалуйста, — только и ответила на его сомнительные слова.       Ну вот не вызывал он во мне и толики доверия, хоть убейте.       — Тоже продолжу откровение: мы друг друга знать не знаем, так что да, я буду выказывать недоверие. И ты такой не один, не думай.       — Стало гораздо лучше, несомненно, — кивнул он с сарказмом. — Твоя недоверчивость не даёт тебе права пообщаться с людьми.       — Да, именно поэтому у меня ограниченный круг друзей, — отсекла я, решая на этом закончить этот странный разговор.       И я просто ушла, затылком ощущая провожающий взгляд.       Кто бы теперь мог знать, что в итоге всё это принесет нам всем в будущем.       В зале Мэди я не нашла, поэтому смело могла предположить, что мои слова подтвердились, и что она с кем-то коротает время. Что ж, на крайний случай она сможет мне если что позвонить.       — Цветочек, я тебя по всему дому ищу, — подойдя ко мне, прервал мои мысли своим голосом Кол, тормозя меня. — Ты потанцевала почти со всеми моими братьям, но не со мной. И я хочу это исправить, — чуть лукаво смотрел он на меня.       — Прости, Кол, не сегодня, — отказала я. — Но я предлагаю кое-что другое. Как компенсацию. Не думала, конечно, что предложу это тебе, но ты, вроде как, неплохая компания, когда ведёшь себя не как придурок. Так вот, как тебе идея уйти куда-нибудь отсюда?       — Что ж, ты теперь должна будешь мне танец, — ничуть не расстроившись, произнес Майклсон.       — Отлично, пошли.       — Куда пойдём, Цветочек? Я за тобой хоть на край света, — включив снова своё обаяние и женского угодника, пролепетал он.       — Подальше отсюда. Ну и я предлагаю отведать вкусной, но вредной еды.       — Всё, что пожелаешь, — усмехнулся Кол.       Долгожданная и вредная еда была теперь у нас. Обычные бургеры и стаканы с колой. Прекрасное завершение этого вечера. Мы оба сидели на детской площадке на качелях, поедая с наслаждением еду.       — Знаешь, Цветочек, это действительно вкусно, — произнес Кол, откусывая бургер.       — Я же говорила. Это однозначно любовь.       — Но также странно кое-что, — проговорил он, и я повернулась к нему, смотря с немым вопросом, откусывая ещё немного бургера. — Мне казалось, я тебе не настолько симпатизирую. А тут ты спокойно сидишь со мной на детской площадке, более того, сама и позвала. И ещё ешь со мной… этот…       — Бургер, — подсказала я.       — Да. И это странно.       — Скажем так, с тобой действительно можно пообщаться, когда ты не включаешь в себе различные режимы кого-то другого. И, даже возможно, подружиться. Хотя это ещё не точно. Я пока думаю, не подействовал ли на меня тот бокал шампанского.       — Ну, у нас с тобой ещё всё впереди, — подмигнул он мне, возвращая взгляд на стакан с колой, делая глоток. Я же лишь чуть усмехнулась, скрывая улыбку, помотав головой.       Трель моего телефона прервала такую тихую атмосферу, и мы оба посмотрели на клатч, лежащий на земле около самих качелей.       — Не отвечай, — сказал вампир. И я бы сейчас с удовольствием впервые послушала его, если бы этот кто-то не был таким настойчивым, а я до ужаса вежливой в таких ситуациях.       — Не могу, — ответила я, встав с качели. Поставив стаканчик с колой на землю и взяв половину бургера в одну руку, второй я открыла клатч, доставая телефон и отвечая на звонок. — Да?       — Рика, ты куда подевалась? — раздался по ту сторону недовольный голос Ребекки, которая была немного озадачена.       — А я ушла, — весело отозвалась я, откусывая еду.       — Чего?! — возмутилась первородная. — А меня предупредить?! И куда ты ушла вообще?       — Расслабься, я просто решила немного прогуляться. В доме душно и шумно. А я бываю интровертом. Так, совсем немного, но всё равно эта часть меня не особо жалует подобное, — с набитым ртом ответила я, кидая взгляд на повеселевшего Кола.       — Ты собираешься возвращаться? — спросила та, вздохнув, когда поняла, что хотя бы всё в порядке.       — М-м-м, нет, не думаю, — задумчиво ответила я, кидая взгляд на стаканчик с колой на земле. Как пить захотелось…       — Ясно, бросила меня тут одну, — буркнула не очень уже весёлая Майклсон.       — Я тебя умоляю, ты там, кажется, нашла себе компанию. И довольно привлекательную, на мой взгляд, так что эти печали лишние, — закатила я глаза.       — Ты права, — хмыкнула Ребекка, даже не отрицая, вернув себе свой прежний настрой. — Тогда завтра ещё созвонимся или встретимся, — девушка после своих слов сразу же скинула трубку, а я в последнюю секунду услышала мужской голос, произнёсший имя первородной.       — Ну вот, — положив телефон обратно, я подняла с земли стаканчик, делая такой желанный глоток колы.       — Знаешь, а… — Кол так и не успел договорить. Мы оба повернули головы в одну сторону, когда услышали третий голос.       Женщина средних лет стала приближаться к нам, и по ее взгляду можно было понять, что она чем-то недовольна. А судя по тому, как она смотрела на нас, недовольна была, видимо, нами… С чего бы это?       — Это детская площадка, молодые люди, так что немедленно уйдите отсюда, — заявила она хмуро, на что мы с Колом только в лёгком удивлении переглянулись. Вот оно в чём дело.       Но извольте, тут качельки удобные. Я себя ребёнком ощутила даже на миг.       — А так мы тоже дети. Нам нет ещё восемнадцати, — спокойно ответила я ей, переглядываясь с Колом, на чей вопросительный взгляд только пожала плечами. И, наплевав на всякого рода манеры, показательно положила в рот последний кусок бургера, что лишь говорило о том, что на её слова мне побоку. А после, оттряхнув руку об руку, скомкала бумагу, в которой лежал бургер.       — Это площадка для совсем ещё детей! — взбесилась женщина. — А вы уже не дети! Я не удивлюсь, если вы окажетесь какими-то наркоманами!       Это заявление заставило нас рассмеяться, введя женщину в замешательство и даже злость на подобное хамское поведение к её персоне.       — Наркоманы в смокинге и бальном платье? — насмешливо поинтересовался Кол.       — Ну что ты, Кол, — манерно пристыдила я его, — они же так и ходят, ты разве не знал? Ещё и на детских площадках качели помечают. Как мы с тобой. И фастфудом заедают всё.       — Уходите немедленно отсюда! — разошлась не на шутку женщина, видя это откровенное насмехательство над ней.       — Ух, какой голосок. А знаете! Я понял, почему вы в таком плохом настроении! — Кол будто в озарении хлопнул себя по лбу, мол, как же я раньше не догадался. Я с замирание ожидала продолжение фразы, уставившись на него и уже предвкушая гениальный ответ. — Вас наверняка ведь ваш муж не вынес. Такой-то голос и характер… Я даже представлять не хочу, что у вас в постели творилось, — скривился Кол.       — Кол, не будь таким грубияном. Разве прилично вот так вот бороздить чьи-то раны? Кто мы такие, чтобы осуждать, — не менее насмехательски кинула я.       — Ах ты дрянь, — женщина в своих ужасно безвкусных сандалях подошла ближе, и пока я придирчиво разглядывала ее обувь, та внаглую резко схватила меня за предплечье, дергая на себя. Я от неожиданности соскочила с качели, размахивая свободной рукой.       — Ой! — пискнула я, еле устояв на своих двух ногах из-за каблуков, едва не подворачивая лодыжку. — Женщина, вы не в себе!       — Да как ты смеешь! — Она второй рукой замахнулась, но ее остановила железная хватка, перехватившая её запястье.       — Я очень сильно сомневаюсь, что у вас руки лишние, — обманчиво-ласковым тоном проговорил Кол, обратив внимание женщины на себя. Та попыталась выдернуть свою руку, но хватка только усилилась, начиная приносить ей дискомфорт.       — Немедленно отпусти меня! — вскрикнула женщина в возмущении. — Ты что себе позволяешь?!       — Отпусти девушку. — Кол повернулся так, чтобы его лица не было заметно со стороны, но чтобы видела сама женщина. И когда она взглянула в его глаза, то тут же вскрикнула, резко отпуская мою руку. Я же удивлённо вскинула брови. Это он что там ей продемонстрировал?       Кол ослабил хватку, и та как ошпаренная отскочила назад.       — Де… Демон! — выкрикнула она в ужасе, уносясь прочь с площадки.       — Вообще-то, очень сексуальный, раз на то пошло! — крикнул он ей вслед, вновь вернув прежний привычный настрой.       — Твоим самомнением можно всю Америку отапливать, — не удержалась я от такого уместного подкола.       — Я её тут спасаю, а она ещё находит наглость язвить, — возмутился притворно Майклсон.       — Спасибо, — искренне произнесла я, чуть усмехнувшись уголком губ.       — Всегда пожалуйста, Цветочек, — горделиво произнес он, а его вид был настолько самодовольным, что невольно он стал напоминать мне кота, что до отвала напился ликёра. Это внезапное сравнение, пришедшее ко мне в голову, заставило меня прыснуть.       — Не обращай внимания, я, кажется, потихоньку, но уже в нужном направлении схожу с ума, — ответила я на его вопросительный взгляд.       — Мы с тобой великолепная парочка друзей. Оба сумасшедшие и оба любим поскандалить. Залог шикарных отношений.       — Места в психушке, если что, попросим рядышком, — тоже поддержала я, поднимая клатч. — Думаю, пора уже нам с тобой возвращаться по домам.       Этот вечер должен завершиться на более приятной ноте. И лучше не ждать.