Правило №3
23 марта 2023 г., 19:12
Примечания:
Ждём ваших комментариев 🥺💓
/ Кукрыниксы -"Никто" /
Правило №3 «Никому не доверяй» Ночь ужасна, если не попытаться разглядеть в ней хоть что-то светлое, возможно, даже таинственное. Но единственной загадкой в здешних стенах был лишь вопрос: «Как мне выжить?» Действительно, как же можно выжить выжившему из ума? Кошмары, казалось, всю жизнь преследовали Сережу. И каждый раз он верил в них. Доверял самого себя царству Морфея. Даже сильное свойство транквилизатора, вколотого двумя часами ранее, не могло уберечь Разумовского от собственного разума. Посреди ночи юноша вскакивает с кровати, тут же падая обратно. Привязали. Как же очевидно. Сережа пытается освободиться из ремней, привинченных к каркасу кровати, но все тщетно. Вокруг никого нет, лишь пугающая тишина. Сознание пациента находилось в «спячке», хотя тело несомненно активизировалось. Разумовский начал оценивать обстановку, ища в себе силы бороться со сном. В углу промелькнула тень. Парень перестал дышать. Это был человек. Живой человек. Но как он проник в запертое помещение? Сережа постарался замереть. Силуэт вышел из тени и двинулся вперед, останавливаясь в паре метров от кровати и тихим, спокойным голосом произнёс: — Привет, Сережа. Разумовский зажмурился, потому что это не могло быть правдой. Совсем не могло. Парень молчит еще около минуты, прежде чем снова восстанавливает дыхание и начинает моргать. Из глаз непроизвольно потекли слезы. — Не может быть, — почти беззвучно шепчет Сережа. — Ты не рад мне? — собеседник с улыбкой на губах подходит ближе, садясь на край кровати, почти невесомо. — Олег, — шумно выдыхает Разумовский и закрывает глаза, сильно зажмуриваясь, — этого точно не может быть, ты же… — Погиб? — заканчивает собеседник. — Ты действительно этому поверил? Сереж, я ведь здесь перед тобой. Я пришел к тебе. Тишина вновь заполняет небольшое помещение, заставляя воздух буквально искриться от напряжения. Олег пытается приблизиться к Сереже, останавливаясь в паре сантиметров от носа, ехидно выдавливая улыбку. И также резко отдаляется, положив свои руки на связанные кисти, собеседника. — Я так скучал, дружище. Так мечтал увидеть тебя вновь, — слова вонзались в сознание Разумовского острыми копьями информации: Олег. Погиб. Олег. Здесь. Олег. Скучал. Олег. Олег. Олег. — Я тоже, Олег. Я безумно скучал, — думать было некогда. Перед ним человек, который составляет его смысл жизни. Как можно не поверить в это? — Я придумаю, как спасти тебя отсюда, ты согласен? — Олег, уверял Разумовского в своих слова, медленно проводя рукой по чужой, но до боли знакомой кисти. — Сбежать? Да, — тут же согласился парень, кивнув головой. — Я рад, что ты со мной, снова, — он вскакивает с кровати, начиная дергать парнишку за плечи. Его глаза словно наливаются кровью, делая их безумными. Сережа резко распахивает глаза. Он один в комнате. Он все так же привязан к кровати. Еще один кошмар? В «наручниках» виднеется маленькое черное перышко.***
07:08 В конце коридора слышится отчаянный крик из палаты. Один из буйных пациентов — Разумовский. В покои больного почти сразу же вбегает запыхавшийся врач. Подходя ближе, он тут же старается выровнять дыхание. Санитары крепко удерживают Сережу, который то и дело дергается из стороны в сторону, выкрикивая разные фразы: — Отпустите! Он выжил. Мне нужно уйти. Прекратите держать меня, — парень начинает сильно мотать головой, будто стараясь прогнать надоедливый рой комаров, — Нет, пожалуйста! — голос срывается, как только Разумовский видит сверкающий конец острой иглы. — Успокоительное и клозапин в повышенной дозировке, — Лорд, взглянув на одного из санитаров, холодно и безразлично отвечает на его немой вопрос. — Будет сделано, — также безэмоционально отвечает последний. Врач еще раз смотрит на Разумовского, пытаясь понять, в чем же кроется причина внезапной «вспышки». Ответ был до очевидного прост. Пациенту вкололи достаточную дозу успокоительного, но сам лекарственный препарат - забыли. Спешка - серьёзная проблема. Особенно в медицине. Больше такой ошибки не повторится. Лорд уходит почти бесшумно, оставляя за спиной отчаянные крики юноши, постепенно переходящие в шепот. 17:17 Темнота, кругом одна лишь темнота. И тишина. Тишина, которая пугает. Сережа оглядывается и понимает, что не может вдохнуть. Голова начинает кружиться, а перед глазами появляется красный слепящий цвет. Разумовский судорожно глотает воздух ртом и пытается открыть глаза. Снова кошмар. Вокруг все та же палата, отвратительно белый свет и запах раздражающих медикаментов. Руки стянуты и зафиксированы. Сережа догадывается, что это смирительная рубашка. Дыхание становится каким-то рваным и скованным. Словно еще один круг Ада. Напротив кровати сидит санитар с каменным лицом, совсем не реагируя на пробуждение пациента. Он лишь молча встает и направляется к двери, нажимая красную, еле заметную кнопку у себя на рации, останавливаясь рядом с выходом. Больше он не двигается. Парень, лежащий на кровати, внимательно следит за всеми действиями «охранника», не замечая головокружения и подступающей тошноты. Через некоторое время в палату заходит Лорд, отправив санитара за дверь. Подождав, пока в палате останутся лишь двое, мужчина медленно, все на тех же цокающих каблуках, подходит к Разумовскому. Парень выглядит призрачно-бледным, а когда-то ярко-рыжие волосы начали тускнеть на глазах, возможно, из-за этой белости повсюду. — Как ты себя чувствуешь? — скорее с издевкой, чем со страданием, спрашивает врач, тут же присаживаясь на край кровати. Даже движение губ давалось с огромным трудом — Сережа молчал. Лорд убирает мешающие прядки с лица, вглядываясь в помутневшие глаза. Движения его были плавными и замедленными. Или, может, Разумовскому только так казалось. Врач поправляет смирительную рубашку пациенту и улыбается. — Лисенок, — Лорд шепчет это совсем тихо, рядом с ухом, отчего у Разумовского еще сильнее кружится голова, — ты плохо себя вел, не надо на меня обижаться, — врач отодвигается и проводит пальцем по линии подбородка, слегка приподнимая его. Парень сипло пыхтит, отворачиваясь от прикосновений. — Я здесь, чтобы помочь, ты же знаешь, — тонкие пальцы сильнее сжимают челюсть собеседника, насильно поворачивая его к себе, — если будешь хорошим мальчиком, я скажу отменить уколы, договорились? — очаровательная и широкая улыбка сводит с ума. Сережа громко сглатывает и закрывает глаза, осторожно кивая. — Я знал, что ты умничка! Пойдем же, тебе нужно набраться сил, — врач отстёгивает ремни с ног и помогает встать с кровати. До стола они идут очень медленно. Разумовский не чувствует ног и почти ничего не видит, его держит лишь рука Лорда, находящаяся на чужом плече. Усаживая своего пациента на специальный стул, врач пристёгивает его с двух сторон за ремешки, чтобы он не смог упасть. За окном гремит гром, скоро начнется дождь. В палате все также тихо. — Давай, нужно покушать, — притворно мило вторит Лорд, поднося ложку ко рту Разумовского. Парень с трудом открывает рот, заставляя себя есть все, что ему дают, слушая похвалу за каждый съеденный кусок, — вот видишь, Лисенок, каким хорошим ты можешь быть, просто чудо, — Лорд подходит к стулу Сережи и разворачивает его к окну, давая больному насладиться прекрасной картиной за решетчатым окном. Руки мужчины мягко падают на плечи парня, заставляя того слегка дернуться. Изящные пальцы переходят на тонкую шею, а затем на длинные волосы. Лорд аккуратно массирует кожу головы, расчесывая своими пальцами медные пряди. Он долго заплетает различные косички на голове Сережи и каждый раз умилительно рассматривает их, приговаривая, как они ему идут. После всех манипуляций, Разумовского ведут обратно в постель, застегнув необходимые ремни, удерживающие его на кровати и проверяя смирительную рубашку. — Ты сегодня такой молчаливый, но тебе это идет, я рад, что ты все понял, — Лорд садится на край кровати, медленно приближаясь к лицу парня, оставляя легкий поцелуй на холодном лбу. Сережа даже не шевелится, стараясь не думать обо всех действиях врача. Лорд встает и уходит, без оглядки. Просто уходит. Сережа засыпает.***
Проходит больше двух месяцев POV: Сережа Единственное, что я не понимал: почему меня не выпускают отсюда? Я потерял счёт времени. Сколько я здесь? Полгода. Я ведь не эксперимент? Я терплю все, что они мне дают. Правда, в последнюю неделю таблетки я не пью совсем. Лишь делаю вид. Меня стали преследовать какие-то видения и черный образ, которого я боюсь. Может, я действительно поехавший и без таблеток вижу всякую дичь? Этим вопросом я и хотел заняться. Лорд за это время был таким милым и внимательным, но я все еще не могу доверять ему. Все вокруг меняется. Я чувствовал себя овощем больше двух месяцев, а сейчас этого отравляющего тумана будто не существует. Врач по обычаю заглядывает ко мне в палату ровно в 7:30, оставляя таблетницу на тумбочке. — Доброе утро, Лисенок, сегодня у нас с тобой беседа, — обволакивающий голос всегда так манил меня, неважно куда. Я, даже не сопротивляясь, шел за ним, перед этим «проглатывая» таблетки, и выплевывал их в ближайший горшок с цветком. Разум должен оставаться чистым. Кабинет моего врача был всегда в идеальном состоянии, все предметы были расположены на своих местах. Слишком идеально. Я сделал задумчивый взгляд и залип в стену. — Я вижу, ты начинаешь чувствовать изменения в себе? Заторможено киваю в ответ, пытаясь не отводить взгляд от стены. — Замечательно. Тогда займемся другим твоим вопросом. Я старался не подавать виду, но меня встревожило его высказывание. Повернув свою голову, я поймал хищную улыбку Лорда. И тут же все понял. Мне нужно лишь продержаться. Это на раз, не больше. Врач, словно дикий зверь, подкрался ко мне со спины и уткнулся носом в загривок. Дергаться было нельзя. Из меня вылетел лишь еле заметный вздох. — Умничка, — голос Лорда в миг сделался низким и прошел волной по всему телу, вызывая табун мурашек. В следующую беседу он прикоснулся к моим губам, медленно и кровожадно растягивая удовольствие. Через три беседы он прижимал меня к стене, изучая черты лица, хищно требуя ответной реакции. Каждый раз я тайно ото всех - ревел, я чувствовал лишь отвращение и усталость. Палата была моим единственным спасением. Беспомощность захватила меня полностью. Мне очень хотелось почувствовать что-либо, я пытался, правда пытался, и даже хотел попробовать ответить хоть чем-то,***
Разумовский вот уже битый час сидел напротив стены и сверлил ее взглядом, решая скоротать время до нового «испытания». Парень безумно любил книги, но читать ему удавалось с трудом, вернее сконцентрироваться на самом содержании. К нему снова приходил Олег, звал за собой, предлагал сбежать, а потом просто душил или избивал его. Повторяющийся кошмар. Реальность и фантазии размывали свои границы, запутаю их главного героя. Прислушавшись к привычной тишине, Сережа заметил слишком активные движения за дверью и сразу насторожился. В дверь ударили. Разумовский отпрыгнул к кровати и залез на нее под одеяло, выстраивая преграду. Раздался оглушающий стук или взрыв, Разумовский так и не понял. Из-за двери повалил дым, а сама дверь рухнула на пол. В палате показался Олег и несколько вооруженных людей. Сережа застыл на месте в немом шоке. Снова кошмар? — Сереж, прошу, собирайся, нужно уходить! — Олег подбежал к кровати. — НЕТ! — парень закрыл глаза, мотая головой, — ты умер. Ты умер. Ты — ненастоящий! — Сережа, я здесь, перед тобой. Живой! Пожалуйста, пошли со мной. Я тебе потом все объясню, прошу, — Волков практически умолял парня, раскрывая руки для объятий. Разумовский взглянул в глаза своему самому близкому человеку. Но этого не может быть! Сережа инстинктивно прикрыл шею руками, будто защищаясь. — Босс, времени мало! — один из вошедших громко крикнул Волкову. — Прости, Серый, — Олег хватает парня под колени, крепко держа на руках. Бежать было тяжело, но этого того стоило. Волков был счастлив.
Примечания:
Завершаем!
