10
29 апреля 2023 г., 20:04
Примечания:
Дорогие читатели, простите за задержку!
Приятного чтения :)
Начались учебные будни, и Гарри изо всех сил старался сконцентрироваться на составлении планов уроков, дополнительной информации для студентов, проверки домашних заданий, но ситуация с Малфоем его так и не отпустила. Чем больше дней после инцидента проходило, тем больше он понимал, что повёл себя как полный идиот. Мастер зелий же изо всех сил старался не пересекаться с Поттером — приходил в Большой зал либо раньше, либо позже, и почти никуда не уходил из подземелий.
— Я не замышляю ничего хорошего! — в очередной раз за последние дни произнёс Гарри и коснулся палочкой Карты. Точка, которая его интересовала, как и все дни до этого, находилась в своих покоях в подземелье. Он решил, что лучше всего не пробовать врываться к Малфою ещё раз, да и вообще не стараться его найти — так советовала Гермиона.
Гарри: и что же мне тогда делать? просто ждать?
Гермиона: Ну, да. Ты вбежал в его дом, наорал на него, домогался. Судя по тому, что ты рассказал, он вряд ли рад будет тебя видеть, даже если ты придёшь с извинениями
Гарри: это ожидание убивает меня, Герм: (
Гермиона: Просто дай ему время, Гарри. Прошло всего 6 дней!
Конечно, Гермиона была права, как и всегда. Поттер старался не преследовать Малфоя изо всех сил, и ещё через неделю это дало плоды — он впервые пришёл на завтрак в Большой зал в то же время, что и Гарри. Он пил кофе и без аппетита жевал тост с джемом, когда Драко прошествовал мимо и сел, ни разу не посмотрев в его сторону. «Ну, уже что-то,» — подумал Поттер, и настроение немного улучшилось.
— Итак, 5 курс, сегодня мы с вами будем учиться применять щитовые чары. Есть желающие быть моим противником? Давайте вы, Флоренс, — махнул рукой Гарри. Подросток, чем-то похожий на Малфоя, но с пшеничного цвета волосами встал напротив.
— Вы будете атаковать, а я — защищаться. Можете использовать любое знакомое вам заклинание. Кстати, класс, есть ли заклинания, против которых щит не действует?
— Непростительные заклятия, — быстро ответила Роуз Дэй и подняла испуганные глаза на преподавателя.
— Верно, мисс Дэй, — усмехнулся Поттер, — но, пожалуйста, поднимайте руку прежде чем отвечать.
— Ну что, готов? — спросил он у Флоренса, и когда тот кивнул, они разошлись на несколько метров друг от друга и поклонились — всё, как того требуют обычаи дуэли.
— Инкарцеро!
— Протего! — одновременно крикнули они, и синий щит образовавшийся прямо перед Гарри отразил заклятие ученика.
— Теперь, пожалуйста, разбейтесь на пары и потренируйтесь. Если есть вопросы — рад ответить.
Студенты зашумели, разбредаясь в разные части класса. Поттер с удовлетворением заметил, что не все студенты встали в пары со своим факультетом — какая-то часть выбрала в партнёры человека из другого.
Щитовые чары не были сложными, но требовалось овладеть определённым навыком, чтобы в условиях боя смочь выставить достаточно сильный щит. Гарри ходил по классу и поправлял тех, у кого не получилось. Отработка заклинаний и практические занятия нравились ему больше всего — нет ничего лучше для учителя, который видит своими глазами, как студент овладевает новым знанием и потом успешно использует его на практике.
На целых два часа он забыл о Малфое, но как только последний ученик покинул его класс и настало время обеда, он сам напомнил о себе, снова появившись в одно и то же время с Гарри. Блондин опять даже не взглянул на него, всем своим видом показывая, насколько сильно ему наплевать — беспристрастное лицо и взгляд холодных, как ртуть, серых глаз, направленный куда угодно, но не на Поттера. «Хочешь играть в недотрогу, Малфой? Хорошо, давай сыграем, » — подумал он и тоже отвернулся.
***
В следующее воскресенье, спустя 9 дней их «игры», Гарри встал чуть позже обычного, потому что опять слишком увлёкся чтением на ночь. Едва разлепив веки, он быстро умылся, впрыгнул в джинсы, надел на себя футболку и рубашку в клетку поверх и пошёл на завтрак. Малфой уже сидел за столом и тихо беседовал с Макгонагалл, когда Поттер вошёл. — Доброе утро, Гарри, — сказала директриса. — Доброе утро, профессор Макгонагалл, профессор Малфой, — кивнул он и сел за своё обычное место, краем глаза заметив, что Драко кивнул в ответ. От этого еле заметного движения сердце Гарри забилось быстрее, но он постарался не улыбаться и сел за стол. Взяв бейгл и намазав на него немного творожного сыра, он с удовольствием откусил. Настроение было отличным: на улице была чудесная погода, впервые за несколько дней, завтрак был вкусным, а ещё Малфой ему кивнул, а это значит, что, возможно, они снова будут общаться. Поттер изо всех сил не хотел признаваться, что скучал по Малфою, но это было именно так — он скучал по его беззлобным подколкам и заумным комментариям, а ещё больше — по возможности летать с ним. С тех пор, как они поиграли несколько месяцев назад, он ни разу не поднимался в небо. «Этим и займусь!» — решил Поттер, доел бейгл, осушил чашку с кофе в два глотка и пошёл переодеваться. Полетать на метле было отличной идеей: ветер, который поднялся в окрестностях замка, как будто сдул все его негативные мысли и он вернулся к себе усталый и счастливый спустя пару часов.***
Спустя ещё неделю они с Малфоем почти столкнулись у кабинета директрисы — Гарри заметил его в противоположном конце коридора. Когда тот поднял глаза и увидел Поттера, который уже было хотел пойти к нему — развернулся на каблуках на 180 градусов, и его светлые волосы взметнулись и хлестнули по лицу. «По крайней мере, он не проклял меня, » — улыбнувшись, подумал молодой преподаватель и подошёл к каменной горгулье, охраняющей вход в кабинет. Вечером того же дня он заметил нечто странное на Карте Мародёров — впервые за несколько недель Малфой покинул подземелья не для того, чтобы сходить к Макгонагалл или в Большой зал. Гарри ощущал себя примерно так же, как на 6 курсе, когда буквально спал в обнимку с Картой, следя за передвижениями слизеринца в режиме реального времени. И вот сейчас, увидя как точка «Драко Малфой» покинула пределы подземелий, он отставил чашку с чаем на журнальный столик и внимательно смотрел. — И куда же ты отправился? — подумал он вслух и хлебнул ещё чая. — Ага! Малфой пришёл туда, где Поттер ожидал увидеть его меньше всего — на Астрономическую башню. Что он там делал — одному Мерлину известно. После Войны, насколько он знал, там больше никто не занимался и башня была полузаброшена. Гарри просидел ещё час, читая книгу и периодически бросая взгляд на Карту — точка «Драко Малфой» была неподвижна. Первое занятие завтра было с утра, и он с сожалением, что не дождался ничего, пошёл спать. На следующее утро Гарри, как и всегда, с трудом разлепив веки, надел джинсы, футболку и рубашку и поплёлся в Большой зал. За столом уже сидел Малфой, одетый с иголочки и выглядящий гораздо лучше, чем растрёпаный Поттер. Каким-то волшебным образом чёртов Драко Малфой всегда выглядел так, будто сошёл с глянцевых страниц «Ведьмополитена» или журнала мод для волшебников — дорогая мантия, не имеющая ни одной складки или залома, рубашка, подчёркивающая его цвет глаз и чёртовы идеально сидящие брюки, облегающие стройные длинные ноги и округлые ягодицы, которые можно было разглядеть даже под слоем мантии. «Какого хрена я вообще думаю о том, как он одет!» — подумал Поттер, подходя к преподавательскому столу. — Доброе утро, — сказал он громко, и коллеги подняли глаза от тарелок. Малфой тоже поднял голову и встретился глазами с Гарри, но не отвёл взгляд и кивнул. Его лицо ничего не выражало, ни единый мускул не дрогнул, но Поттер заметил, как на доли секунды между бровей пролегла складка, но тут же разгладилась. Этот взгляд в глаза длился всего мгновение, и потом Драко снова вернулся к своей тарелке с сэндвичем и кофе. Гарри сел на свой стул и принялся есть. Очевидно, Малфой всё ещё злился, но это уже был шаг вперёд и тактика выжидания работала, хоть и отнимала у Поттера все силы — он всегда был человеком действия и ждать чего-то просто ненавидел. Но та хрупкая дружба, которая зародилась между ними — она того стоила. Малфой был умным, весёлым и осторожным (в отличие от самого Гарри), и Поттеру очень не хватало его едких комментариев, которые, как оказалось, не такие уж и едкие; не хватало так же духа соперничества — и не того оголтелого противостояния, как в школе, а просто азартной борьбы за что-то. Как не стыдно было признаваться, Малфой стоил того, чтобы ждать, и поэтому Гарри ждал. Через две недели после сухих кивков друг другу в Большом зале, лёд наконец треснул. Поттер, почти всю ночь провозившийся в своей постели из-за кошмаров, чувствовал себя просто ужасно, но никаких бодрящих зелий у него не было и вся надежда была на утренний кофе. Он шёл, как обычно, к преподавательскому столу, поднял глаза и увидел, как на него смотрит Малфой — и в этот же момент глаза зельевара расширились, потому что Поттер споткнулся на ровном месте. Он смешно размахивал руками в попытках поймать равновесие, и Драко фыркнул от сдерживаемого смеха и чай совсем неаристократично брызнул из его носа. Гарри, найдя наконец баланс, увидел, как прячет улыбку Драко и каплю чая, стекающего с его носа. Это длилось всего мгновение — взгляд глаза в глаза, несостоявшееся падение, брызги чая — но он увидел эту улыбку и насмешливые серые глаза, а затем Малфой наложил на себя Очищающее заклинание и снова вернулся к холодной непроницаемой маске. Этим же вечером Гарри увидел, как он снова покинул подземелья и направился к Астрономической башне, и решил, что время пришло. Затолкав мантию-невидимку в передний карман и привычным жестом положив палочку в задний, он вышел из своих покоев и направился к Малфою. Замок почти опустел, только редкие старшекурсники попадались Поттеру по пути, но и они, увидев его строгий взгляд, расходились по своим гостиным. Чем ближе он подходил, тем большее волнение его охватывало. Маловероятно, конечно, что Малфой его заколдует, но не исключено. И вот, когда оставалось только подняться на площадку Астрономической башни, Гарри остановился и глубоко вдохнул, как будто собирался нырнуть в Чёрное озеро. Накинув на плечи мантию, он старался не шуметь, ступая по вековой лестнице. Ни звука не раздавалось вокруг, только его дыхание и бешеный стук сердца. Драко стоял к нему спиной рядом с телескопом, ветер трепал его волосы и мантию, но он был недвижим, как статуя. Поттер тихонько зашёл, закрыл за собой дверь на лестницу и без помощи палочки наложил запирающее заклятие. «Пора,» — подумал он и снял с себя мантию-невидимку. Малфой его не заметил, всё ещё стоя спиной. — Чудесный вечер, чтобы полюбоваться звёздами, — тихо сказал Гарри, и при первых же звуках его голоса Драко вздрогнул и резко развернулся, брови его поползли вверх. — Поттер, — прошипел он. — Ты меня преследуешь? Ты хоть осознаёшь, насколько ты… — Я пришёл, чтобы попросить прощения. Выслушай меня, пожалуйста. Малфой полностью развернулся к нему, опёрся на перила и скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что ему этот разговор не очень приятен. — Валяй. — Прости меня, Драко, — так же тихо сказал Поттер, глядя ему прямо в глаза. — Я повёл себя, как конченый долбоёб, вломился в твою гостиную, накричал, распустил руки. Я искренне сожалею о своём поступке. Малфой молчал. Между его бровей залегла складка, а губы начали нервно подрагивать. В конце концов, Драко прикрыл глаза и глубоко вздохнул. — Ты и есть долбоёб, Поттер, — с усмешкой сказал он. — Ты поступил как мудак, но и я тоже немного виноват, и прежде, чем ты ещё что-то скажешь — заткнись! — остановил он Гарри жестом. — Не стоило тебя целовать и убегать после этого, оставляя твой маленький гриффиндорский мозг обрабатывать это событие. Не удивительно, что ты надумал какой-то ерунды. — Но ведь… — начал было Гарри. — Молчи! Я думаю, мы оба были слишком поспешны в действиях. Предлагаю сделать вид, что этого никогда не было, и никогда не возвращаться к этой теме. — Не думаю, что… — Судя по всему, ты не умеешь думать, Поттер. Я не буду обсуждать то, что произошло. Ты либо с этим соглашаешься и мы продолжаем общаться, либо нет. — Хорошо, я согласен, — повержено произнёс Гарри. — Мы снова ээ… друзья? — Если я решил не заколдовывать твои яйца — это не значит, что мы друзья, — резко сказал Малфой и откинул чёлку со лба. — Но… полагаю да, мы друзья, — немного подумав, продолжил он. — А теперь, если ты не возражаешь, я бы хотел вернуться к своим делам. — А чем ты тут вообще занимаешься? — Очевидно, бальные платья шью, — язвительно ответил Драко. — Смотрю на звёзды. Хочешь тоже?..***
Впервые за полтора месяца Малфой проснулся действительно отдохнувшим, несмотря на то, что вчера опять лёг очень поздно. Сладко потянувшись, он перекинул одну ногу через свёрнутое валиком одеяло и полежал ещё минутку, прежде чем встать. Насвистывая какой-то незатейливый мотивчик, он поплёлся в душ, сбросил тапочки и пижаму и нырнул под водопад. Чертыхнувшись на закончившийся бальзам для волос, Драко расстроился, но не дал этому событию омрачить свой день. Он оделся в сливового цвета рубашку, серо-голубую мантию и графитового цвета брюки и придирчиво оглядел себя в зеркало. Волосы завивались без бальзама и чар, волнами спадая по бокам от лица, делая его излишне острое лицо более мягким. — Ладно, возможно, это даже мило, — сказал Малфой вслух, заправил прядку за ухо и ускользнул в дверь. В Большом зале уже было многолюдно — почти все места за столами факультетов были заняты, а за профессорским столом отсутствовали только он и Поттер, который, как всегда, влетел в двери как ураган, когда Малфой как раз собирался сесть на свой стул. Гарри кивком поприветствовал коллег и плюхнулся рядом с ним. — Доброе утро, — наклонившись, сказал он Драко и улыбнулся — широко и радостно, как улыбался прежде только своему рыжему недотёпе или зазнайке Грейнджер. — Доброе утро, Поттер, — ответил Малфой, стараясь сделать свой голос не таким подпрыгивающе-радостным. Внутри он улыбался, практически лучился от того, что они наконец-то разговаривают! Гарри чёртов Поттер извинился перед ним, а теперь улыбается ему настолько счастливой улыбкой, что, кажется, даже в Большом зале стало светлее! Эти полтора месяца прошли для Драко как в тумане: сначала он так сильно злился на Поттера, что еле сдерживался, чтобы не пойти и не наколдовать ему больнючих фурункулов на задницу, а может и что-то похуже; потом злился на себя, что злится на Поттера, потому как что ещё можно ожидать от этого насквозь гриффиндорского придурка, кроме как прискакать помахать кулаками или сделать что-то необдуманное и глупое?; затем он ждал, когда этот тупица наконец поймёт, что это его вина и что Малфой перед ним извиняться не пойдёт — и наконец дождался. Он так сильно скучал по этим пронизывающим до глубины души взглядам зелёных глаз, по шуточкам и пикировкам, которыми они обменивались, по какой-то особенной атмосфере, которая всегда складывалась вокруг Поттера — как будто вокруг становилось теплее и солнечнее, но самое, пожалуй, странное — Драко скучал по его магии. Поттер творил беспалочковую невербальную магию даже не задумываясь: ему нужна книга с полки — и вот она уже летит ему прямо в руки, на Астрономической башне стало холодно — и вот их окружил тёплый кокон его Согревающего заклинания, наступил в лужу — и одним взглядом тут же высушил свои ботинки. Малфой находил это невероятным, но, естественно, никогда не говорил об этом Поттеру.
