The one who knows

2 января 11:30 Квартира Гарри. Выйдя из душа, Гарри быстро вытерся и откинул полотенце в сторону, подходя к зеркалу. Взгляд встретился с равнодушными зелёными радужками в отражении, чуть зарумяненными щеками после горячей воды и ровной линией губ, что теперь не кривились от безудержного гнева. Да, после срыва на боксёрской груше Гарри пришёл в порядок. Убедившись, что на лице восстановилось прежнее спокойное выражение, отдающее прохладной отстранённостью, а руки больше не дрожали от плохо скрываемых эмоций, он удовлетворённо хмыкнул, готовясь вернуться к рабочим делам. После того, как у Гарри начались вспышки агрессии, он старался всегда быть сдержанным. Гасил эмоции, чтобы не сорваться. Хоронил весь этот негатив так глубоко, чтобы никто из близких никогда не смог увидеть его таким: сорвавшимся с цепи, с глазами, переполненными горящей яростью, со рваным дыханием и затуманенным рассудком, не знающим слова «хватит». И невольно он отдалился ото всех, кто был ему дорог, будто специально стараясь обезопасить от демонов внутри себя. Отказывался от посиделок за сливочным пивом вместе с Гермионой, игнорировал приглашения Рона на выставки по квиддичу, не отдыхал вместе с подчинёнными по пятничным вечерам в баре. А Джинни… Мерлин, он хотел пустить себе в лоб Аваду, когда впервые после секса заметил дорожки синяков на её теле. Он даже не понимал, в какой момент успел оставить их. Казалось, всё было как обычно. Вот только фиолетовые пятна на коже Джинни и её чуть растерянная улыбка вкупе с тихим голосом, который успокаивающе заверял, что ей понравилось, говорили об обратном. О том, что он стал ёбаным монстром, слетевшим с катушек. И вот уже год он почти не прикасался к Джинни. Просто… не мог. Ведь даже самый потрясный секс не стоил её боли. Он ни за что не пойдёт на это. Зайдя в спальню, Гарри удивился: всё это время Джинни была дома и тихо спала в кровати. Его «половина» была идеально заправлена так, будто все эти полгода на неё действительно никто не ложился. От этого зрелища уголки губ Гарри приподнялись в грустной полуулыбке. Ведь абсолютно не так должна выглядеть любовь. А он был не только агрессивным извергом, но ещё и трусом, которому не хватало решимости для того, чтобы разорвать отношения, ведь Джинни всё ещё дорога ему. Как человек, как друг, как семья. Но не как любовница. Не после всего, через что он заставил её пройти. Уже нет. Подойдя ближе, Гарри медленно скользнул взглядом по когда-то любимым чертам лица. По огненно-рыжим густым волосам, которые он так обожал гладить, пока они с Джинни вместе валялись в кровати все выходные напролёт. Ничего в ней не изменилось. Только сам Гарри. Возможно, после закрытия дела о взрыве в Отделе тайн ему хватит смелости честно рассказать Джинни об остывших чувствах, а пока… Он оставил на прикроватной тумбочке записку с просьбой прийти на допрос, когда она проснётся. Гарри уже хотел было уйти, но взгляд зацепился за небрежно брошенную рядом сумочку. Молния была расстёгнута, демонстрируя любому желающему всё содержимое. Какие-то непонятные тюбики с косметикой, расчёску, пару галлеонов и… Гарри напрягся всем телом, когда увидел чертовски знакомую ампулу. Он посадил в Азкабан так много людей за распространение наркотиков, что был абсолютно уверен: это чёртов допинг. Он переводил взгляд с сумочки на спящую Джинни и обратно, не веря в то, что видел. Но, когда Гарри запустил руку внутрь, обнаруживая под косметикой ещё одну точно такую же ампулу с порошком, он всё понял. Потому что вторая ампула была опустошена. — Чёрт… Джинни… И он даже боялся представить, насколько на самом деле дерьмово она чувствовала себя все эти месяцы. Стиснув зубы от досады и осознания, которое будто хлёсткой пощёчиной ударило по лицу, Гарри быстрым шагом вышел из спальни. Теперь он знал наверняка: когда Джинни явится на допрос, серьёзного разговора им не избежать. Всё приняло слишком хреновый оборот, чтобы молча закрыть глаза на происходящее. — Кикимер! — сквозь зубы процедил Гарри, как только спустился на первый этаж. — Да, хозяин, — привычно прохрипел эльф, тут же материализовавшись рядом. — Что там по Нотту? Гарри опёрся на кухонную тумбу, ожидая, пока эльф заберётся на табурет. Кикимер всегда садился, если понимал, что говорить придётся долго. — Весь вечер Теодор пребывал в приподнятом настроении. Он всё время странно улыбался, будто был крайне доволен собой, — сипло начал эльф. — Ближе к ночи он отправился в бар, где снял отдельное помещение и встретился там с мистером Забини. — Блейзом? — тут же уточнил Гарри. — Да-да, — активно закивал Кикимер. — Всё правильно, с Блейзом Забини. Они пили огневиски и разговаривали, в основном обсуждали новости из газет и некую Линду, плохо отзываясь о ней. — Кажется, это девушка Нотта, — пробормотал Гарри, задумавшись. — И? Что ещё? — Мистер Забини хвалился, как чудесно отпраздновал Новый год с… — запнулся Кикимер и замотал головой, будто собирался с мыслями. — Со своей любовницей, х-хозяин, — чуть тише продолжил он. — На квиддичной вечеринке? — Н-нет… — Кикимер опустил голову, пряча глаза. Всё его поведение раздражало Гарри, обычно эльф был более прямолинеен в подобных делах. — Они провели праздник в квартире мистера Блейза. — Отлично, — усмехнулся Гарри. — Что-то ещё? — Ничего примечательного, хозяин. Сегодня мистер Нотт весь день работал, рисуя какую-то одежду. — Спасибо. Продолжай наблюдать. Получив покорный кивок Кикимера, Гарри махнул рукой, побуждая его исчезнуть. Он был крайне доволен полученной информацией — лживое алиби Блейза можно было откинуть. Только одно не давало Поттеру покоя: почему Забини так уверенно заявлял, что Джинни подтвердит его ложь?.. Неужели рассчитывал, что Гарри поверит ему на слово и не станет её спрашивать?.. В голову закрадывались самые худшие подозрения.

***

2 января 15:10 Министерство магии. Кабинет Гарри. Гарри вновь потянулся к пачке, лежащей на столе. Какая это была сигарета? Шестая или десятая?.. За последние три часа в ожидании Джинни он уже сбился со счёта. Нервы были на пределе, даже глубокие затяжки не дарили ему хоть каплю спокойствия. Наконец дверь без стука распахнулась, и Джинни, не здороваясь, зашла внутрь, тут же опускаясь на диван напротив. Она отбросила сумочку в сторону и подняла на него резкий и чертовски недовольный взгляд. По растрёпанной причёске было ясно: она только что проснулась. Гарри неспешно стряхнул пепел с сигареты и тяжело вздохнул, собирая всё имеющееся внутри самообладание по крупицам. — Ну привет, — начал он, стараясь придать голосу хоть толику тепла. Нихрена не вышло. — Вижу, ты уже протрезвела? Джинни хмыкнула, закидывая ногу на ногу. — Не так уж я была и пьяна. Скорее зла, Гарри. Я чертовски зла на тебя за все эти нелепые вызовы на допрос, твои подозрения и полное безразличие. — Безразличие? — Поттер не смог сдержаться от ироничного смешка и развёл руками. — Хорошо. Как прошла твоя вечеринка с коллегами? — Было просто отлично! Пока ты не вызвал меня сюда. И я действительно не понимаю зачем! Гарри выдохнул густой табачный дым, вновь стараясь успокоиться и хоть как-то абстрагироваться от её криков. — Как я уже говорил, произошёл взрыв в Отделе тайн, — размеренно проговорил он, с ювелирной аккуратностью выверяя каждое слово. — Ты что-то знаешь об этом? — Ты издеваешься?! Я абсолютно ничего не знаю! — её голос сорвался на высокие истеричные нотки, бьющие по ушным перепонкам. — Я в душе не ебу, что тут взорвалось и по каким причинам, ясно?! — Потому что в этот момент танцевала на вечеринке, да? — хмыкнул Гарри. — Бинго! — Вместе с Анджелиной, Блейзом и Кэти, правильно? — Да, они все были там, — процедила Джинни. — Какое это вообще имеет отношение к нашему разговору?! — Никакого, — по губам Гарри скользнула тень ядовитой улыбки. — Я просто интересуюсь твоими делами. Проявляю небезразличие, — он вновь стряхнул пепел, игнорируя тихое фырканье своей девушки. — Так на чём мы остановились? Ты танцевала на вечеринке, и тут появился мой патронус, всё верно? — Так точно, мистер главный аврор, — почти выплюнула Джинни. — Как странно… — наигранно задумался Гарри, уже с трудом сдерживая всю желчь неугомонных бесов внутри. — А вчера утром ты говорила, что я выдернул тебя из постели. — Это было всего лишь образное выражение, — зло процедила Джинни, скрещивая руки на груди. — Вот как… А я уж подумал, что теперь на вечеринках организация на таком высоком уровне, что даже кровати ставят, — иронично изрёк Поттер, выбрасывая истлевшую сигарету в пепельницу. Джинни молчала, лишь продолжая прожигать дыры в его лице взглядом когда-то любимых карих радужек. А теперь они были такими лживыми. Гарри считывал её, как открытую книгу. — Хорошо, давай продолжим, — медленно проговорил он, вставая с кресла и обходя стол, чтобы быть ближе к ней. Теперь их разделяла лишь ничтожная пара метров и воздух, раскалённый от напряжения. — Взрыв произошёл на складе, где хранились досье на волшебников. Я помню, ты как-то раз слышала, как мы с Министром обсуждали их, — плечи Джинни заметно напряглись. — Что, если я прочитал твоё досье?.. И знаю о каждом твоём действии поминутно? Что ты скажешь теперь, Джинни? На весь кабинет прогремел её истеричный смех. Такой болезненный и надрывный, что Гарри вздрогнул. — Тогда ты-то уж точно должен знать, чем я занималась, — наконец выдала она, окидывая Гарри почти злым прищуром. — И уж тем более то, что я непричастна ни к какому чёртовому взрыву. — Джинни, ты ведь не глупая… — вздохнул Гарри. — Должна понимать, что на допрос просто так не вызывают. Он опёрся на столешницу, и весь его вид источал холодную и такую пугающую уверенность. Джинни нервничала. Она помнила со слов патронуса, что взорвали именно досье, а значит, Гарри блефовал: он не мог прочесть его. Но почему-то голову не покидали самые страшные опасения. Вдруг он узнал о них с Блейзом каким-то другим способом. Нет, это невозможно. Они были максимально осторожны, как и весь год до этого. Это просто идиотские игры Гарри из-за подозрений во взрыве. Джинни прочистила горло, придавая голосу уверенности. — Я не понимаю сути твоих претензий, — отчеканила она. — Я всего лишь хочу знать правду: где ты была в новогоднюю ночь? И, прошу, не нужно нести чушь про какую-то вечеринку. Он не сводил взгляд с её лица, будто проверял реакцию. Но Джинни не собиралась поддаваться, твёрдо стоя на своём. — Я не понимаю, ты не веришь мне? Или ты хочешь сказать, что подозреваешь меня в этом преступлении?! — повышала голос она, решив перейти в очередную «атаку» и внутренне молясь, что это сработает. — Повторяю ещё раз: я была на вечеринке с коллегами по квиддичу. Спроси Блейза, он скажет… Гарри поднял руку, останавливая поток её слов. — Хорошо, забудем про вечеринку на минуту, — напряжённо вздохнул он. — Ответь на другой вопрос: как давно ты сидишь на запрещённом допинге? Джинни вздрогнула, будто от пощёчины. От страха ладони тут же вспотели, а дыхание участилось. Подняв дрожащую руку, она заправила выбившуюся прядь за ухо, тупо уставившись в пол. — Я… Слова застряли в горле, и она уже подумала, что её сейчас стошнит. Сделав глубокий вдох, она приложила все оставшиеся силы, чтобы встать с дивана и направиться к двери. — Я не знаю, кто тебе сказал эту чушь и… Гарри схватил её за руку и больно сжал, заставляя прерваться на полуслове и остановиться. Она не поняла, как он так быстро приблизился к ней. — Джинни! — его голос прогремел чересчур громко, отчего ей захотелось прямо сейчас провалиться под землю. — Я видел ампулу в твоей сумке. Когда ты стала такой лгуньей? Джинни задрожала всем телом, её трясло, как от жуткого холода. Она попыталась освободить запястье, но все попытки оказались тщетны. — Где ты была в новогоднюю ночь? — настаивал Гарри, но отчего-то знакомые зелёные радужки были наполнены ничем не прикрытой болью. Так же, как и её собственные. С неё хватит. Джинни устала молчать, устала жертвовать собой ради других. Перед глазами встал образ матери, но она тряхнула головой, отгоняя наваждение. Подняла глаза и с вызовом посмотрела в его напряжённое лицо. — Мне всё это надоело, Гарри, — почти шёпотом проговорила она, наконец высвобождая руку из его хватки. — Я устала притворяться, что до сих пор что-то чувствую к тебе. Устала от этих отношений, — она сделала небольшую паузу, прежде чем продолжить: — Устала от тебя. Хочешь знать, где я была? — с надрывом спросила она, не сдержав всхлипа. — Весь Новый год я провела со своим любовником. Да, я с другим. Уже давно. Гарри замер, как от удара током. А затем отшатнулся. Он не думал, что горькая правда окажется намного больнее, чем все его догадки. — Это он подсадил тебя на наркотики? — сухо спросил он, пряча все свои эмоции глубоко внутри. Последнее, что ему сейчас нужно — это сорваться, причинив Джинни ещё больше боли. — Нет. Конечно, нет, — она замотала головой и потянулась к ручке двери, желая как можно быстрее сбежать отсюда. — Имя, — сквозь зубы процедил Гарри, и Джинни прекрасно знала этот тон: он не остановится, пока не узнает. Джинни открыла дверь и шагнула наружу, но, обернувшись, тихо обронила напоследок: — Блейз.

***

2 января 22:10 Бар «One more shot» — И ты понимаешь, дружище… она опять была под кайфом. И в тот момент я решил: конечно, я помогу ей, если буду уверен в нашем общем будущем, — с грустной улыбкой произнёс Блейз. Стильно обставленный бар в маггловской части Лондона в первую очередь был знаменит своим широким выбором алкоголя, а во вторую — чертовски мудрым персоналом. Да, в последние несколько месяцев, когда из близких людей, которым Блейз мог доверить свои самые тёмные тайны, осталась одна Джинни, в его жизни появился Томас — бармен заведения под названием «One more shot» в одном из самых престижных районов столицы Англии. Томас всегда был готов выслушать и поддержать. Ему вовсе не обязательно было знать, что существует магия или то, что Блейз далеко не обычный парень с итальянскими корнями, а чистокровный волшебник, ныне неспособный уберечь свою девушку от наркотической зависимости — по крайней мере, так думал сам Забини. Внезапно яркое сияние осветило тусклое пространство бара, и Блейз понял — это патронус Поттера. Очевидно, что дело было срочным, поскольку допрос был позади, и теперь Гарри волновало что-то иного характера… — Забини, в мой кабинет. Прямо сейчас, — произнёс олень и растворился. — А не пошëл бы ты… — Мистер Забини, что это было?! — шокировано произнёс бармен. Но не успел он продолжить, как Блейз стёр его воспоминания, бросил на стол пару купюр и покинул заведение.

***

Без стука зайдя в кабинет Гарри, Блейз впервые увидел главного аврора таким распалённым. Сжатые кулаки и едкий прищур — Поттера явно что-то разозлило. Не прошло и пяти секунд, как глава Аврората направился в сторону Блейза, и спустя мгновение его кулак прошёлся по носу Забини. Послышался звук ломающихся костей, и вниз по подбородку хлынул поток крови, оставляя дорожки и на пальцах Гарри. — Какого чёрта, Поттер? Ты совсем охуел? — воскликнул Блейз, пытаясь остановить кровотечение. — Думаю, этот вопрос должен был задать я, но никак не ты, — сквозь зубы проговорил Гарри. Блейз застыл, тихо цедя ругательства под нос. Но набрасываться в ответ с учётом положения Поттера стало бы верхом идиотизма. Он ещё не настолько выжил из ума, чтобы изображать камикадзе. — Поздравляю! — почти прорычал Гарри, резко отряхивая руку от крови. — Теперь у вас с Джинни есть железное алиби. Блейз зашёлся смехом, таким неуместным, но, чёрт возьми, просто необходимым. — Так вот в чём дело, — его губы изогнулись в почти хищном оскале. — Она всё-таки призналась тебе. — Я бы сказал, что было приятно иметь дело с честными людьми… но увы, — хмыкнул Поттер, садясь в рабочее кресло, — ни ты, ни Джинни таковыми не являетесь. Гарри устало вздохнул, поправляя очки на переносице, будто пытался успокоиться. Но Блейз заметил, как дрожали его пальцы. Забини хмыкнул, намереваясь уйти, но голос Поттера остановил его на полпути: — Передай Джинни, чтобы сегодня же собрала свои вещи. Я не хочу видеть её в своей квартире. А ты… Если причинишь ей боль — я уничтожу тебя, — с нескрываемой угрозой прохрипел Гарри, пытаясь на ощупь найти сигареты на столешнице. — Проваливай, — закончил он и придвинул к себе какие-то бумажки, будто не хотел тратить на Блейза больше ни секунды своего времени. Дверь громко захлопнулась.