Мы будем счастливы теперь и навсегда

Шеннон никак не походил на плод ее воображения — слишком осязаемый, живой и чертовски злой. Правда, поняла Александра это не сразу. В первые секунды она просто радостно таращилась на него, борясь с острым желанием подойти и потрогать. Желание материализовалось в классический по своей глупости вопрос: — Как?.. Как ты здесь оказался? — Через дверь. Мне ее, знаешь ли, открыли, — едко проговорил Шеннон и, не имея привычки долго ходить вокруг да около, рубанул: — Ты ничего не хочешь мне объяснить, Алекс? Александра легкомысленно пожала плечами: — Ты имеешь в виду Франсуа? Он просто зашел за оставшимися вещами. — Ну надо же! — Шеннон скрестил руки на груди. — И именно поэтому он разгуливает по твоей квартире полуголый. — По старой привычке, — проговорила Александра, еще надеясь разрешить зреющий на глазах конфликт миром. — Совсем недавно это была и его квартира тоже. Да и жарко же, Шен! Но Шеннон момента не почувствовал. Ревность несла его по узкой колее, совершенно не оставляя места для маневра. Наклонив голову, он исподлобья сверлил Алекс обвиняющим взглядом. — А шампанское и все, что к нему прилагается, тоже по старой привычке? У вас предполагался романтический ужин? А я так не вовремя, без предупреждения! Прости, помешал! — развел он руками. — Что ты несёшь, Шен! Ситуация была глупейшая. Претензии Шеннона представлялись ей совершенно смехотворными и нелепыми. Да и, прямо скажем, несколько несвоевременными. — И это чертово полотенце! Это ты как объяснишь? — повысил Шеннон голос. Александра разозлилась: — Да никак! — она крепче затянула обмотанное вокруг тела злополучное полотенце. — Почему я вообще должна что-то объяснять? Что за допрос ты мне устраиваешь? — А как, по-твоему, я должен реагировать? Я срываюсь с места, мчусь, сломя голову, чтобы провести с тобой хотя бы несколько часов, и натыкаюсь здесь на этого… этого… — силился подобрать достойное определение Шеннон. — И это после того, как ты заверила меня, что с твоим сомнительным сожительством покончено! Черт возьми, Алекс, как давно ты водишь меня за нос? — Ты сошел с ума? — холодно поинтересовалась Александра. — Ты первый раз слышишь о том, что Франсуа некоторым образом мой муж? У тебя амнезия? Мне заново изложить все аспекты нашего брака? В ванной воцарилось молчание. Было только слышно, как капает из неплотно завернутого крана вода, с гулким стуком ударяясь о дно поддона. — Так значит муж? — медленно произнес услышавший кодовое слово Шеннон. — Все-таки муж, да, Алекс? Да здравствует наша дружная шведская семья! Александра поморщилась: — Ты, случайно, не перегрелся? Что на тебя нашло? — Что на меня нашло? Тебе не приходило в голову, что мне просто надоело натыкаться на твоего так называемого мужа всякий раз, когда я здесь появляюсь? — Ах, вот оно что! Шеннон, поправь меня, если я ошибаюсь, но мне казалось, что еще в самом начале мы все расставили по своим местам: я не лезу в твою жизнь, а ты не пытаешься контролировать мою. Что теперь изменилось? К чему эта сцена ревности? Шеннон встал, подошел почти вплотную к Александре, так близко, что она невольно отклонилась назад. — Я не знаю, что изменилось, — проговорил он, почти касаясь губами ее щеки. — Может быть, все дело в том, что я не умею и не хочу быть вторым номером? И прежде, чем Алекс успела что-либо сказать, он резко развернулся и вышел из ванной. Александра растерянно потерла лоб. Неожиданное появление Шеннона и его не менее стремительное исчезновение как-то не желали укладываться в голове. Франсуа маялся в гостиной. — Ушел, — развел он руками. — Выскочил, как ошпаренный, только дверью громыхнул. Он вздохнул, глянул огорченно: — Мне так жаль! — О чем ты? — спросила Алекс, сосредоточенно рассматривая пальцы ног. — Это не имеет никакого значения. — По-дурацки все как-то получилось, — сокрушенно проговорил Франсуа. — Если бы я только знал, что он придет… Может быть мне поговорить с ним, попытаться объяснить? Ну в самом деле, это же глупо! Алекс, ты же знаешь, я совсем не хочу мешать твоей личной жизни. Ты и так сделала для меня слишком много… — Пожалуйста… открой шампанское, — перебила она его, не зная, как по-другому остановить покаянный монолог. Франсуа моментально заткнулся и, виновато косясь на Алекс, потянулся за бутылкой. Этой ночью она долго не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок, то натягивая на себя простынь, то вновь сбивая ее ногами. Мешало все: тиканье настенных часов, едва слышный гул кондиционера, куда более громкое урчание Бобы, норовившего нагло улечься ей на шею. Учитывая размеры кота, это грозило банальным удушьем. — Ох, да отстань ты! — Александра в сердцах спихнула оскорбленно вякнувшего кота на пол. Закинув руки за голову, она уставилась в темноту перед собой. Злости уже не было, остались лишь досада и недоумение. Теперь, спустя несколько часов, обвинения Шеннона казались еще более абсурдными и оттого особенно обидными. В конце концов, она никогда не скрывала от него существование Франсуа и все нюансы своего брака и имела основания полагать, что, поддерживая с ней отношения, Шеннон тем самым принимал и эту сторону ее жизни. Понятно, что особого восторга от этого он не испытывал, но и до открытых претензий никогда не опускался. Они оба словно соблюдали некий негласный договор, оставляя за каждым право на определенную независимость. И вдруг Шеннон договор нарушил. И сделал это без какой-либо видимой причины. Ревность, по ее мнению, к категории причин не относилась. Всю свою взрослую жизнь Александра избегала по-настоящему сильных привязанностей. Не таясь, она признавала, что в отношениях с мужчинами ее больше интересует физический аспект. Никаких чувств сильнее симпатии, никаких уз крепче телесного влечения. И никаких обязательств. Давным давно, почти десять лет назад она с безжалостностью юности вычеркнула из своего словаря понятие «любовь» и все то, что под этим понятием подразумевалось. — У тебя какой-то совершенно мужской взгляд на отношения! — поражалась Алиса. — В этом есть что-то противоестественное. — Каждому свое, — философски отвечала Александра, — тебе — любовь до гроба, мне — секс без обязательств. И психиатр мне не нужен, все со мной в порядке. Её все устраивало. Она была уверена, что вполне самодостаточна. Шеннон эту уверенность поколебал. Александра и сама не заметила, как слишком увлеклась, как стала чересчур зависима от их нечастых встреч. Не это ли явный знак, что Шеннон стал занимать непозволительно много места в ее мыслях, а, следовательно, и в самой жизни? Алекс села на постели, с силой снизу вверх провела ладонями по лицу и сцепила их в замок на затылке. Пусть так. Значит пусть так все и будет. Лучше сейчас, пока не стало слишком поздно. Пусть через ссору — так проще. Удастся обойтись без объяснений, одинаково тягостных для обоих. Александра на мгновение зажмурилась и вновь открыла глаза. Глухая тоска не отпускала. — Черт бы тебя побрал, Шеннон Лето! — прошептала она. — Черт бы тебя побрал. Лупоглазое одиночество таращилось на нее сквозь серую мглу надвигавшегося утра. И вроде бы ничего не изменилось. Каждый новый день катился своим выверенным маршрутом без сбоев и отклонений, подобно хорошо отлаженному механизму. Дом, студия, дом. Любимый «El Paso» после работы и пляж в Лонг-Айленде, когда жара становилась совсем уж невыносимой. Все то же самое, все как всегда — правильно, привычно, обыденно. Пусто. Она была вынуждена признать одну нехитрую истину: раньше ее жизнь была щедро увешена вешками ожидания их нечастых встреч. И она, сама не отдавая себе в том отчета, жила от одной вешки до другой, от встречи к встрече. И жизнь казалась бесконечно многогранной, а не уныло линейной, как сейчас. Даже положительный исход долгожданного собеседования не принес особой радости. То есть, конечно, она была рада, но как-то ожидаемо что ли, как-то приглушенно. Бен, подмастерье, ассистент и секретарь в одном лице, совершенно растерялся от такого известия. — А я? — жалобно спросил он. — А как же я, Алекс? — А что ты? — пожала она плечами. — Ты уже большой мальчик, не пропадешь. Сколько можно быть на побегушках, пора самому за дело браться. Ты хороший фотограф, Бен, больше уверенности в собственных силах — и все получится. Тем более, ты не с нуля начнешь. Студией можешь пока пользоваться. Только аренду вовремя плати. Помощник, напуганный столь блестящими перспективами, тяжело вздохнул. — У нас на следующей неделе три клиента. Отменять? — Зачем? — удивилась Алекс. — Все сделаем. Что там? — Два модельных портфолио: одно с нуля, второе — обновить плюс композитки. И одно актерское. Модели — женщины, актер — мужчина, — доложил Бен. — Начнем с моделей, загони их на один день, — решила Алекс. — Актера на десерт. Будет он моей лебединой песней. Где-то в необъятных недрах сумки запиликал телефон. Александра вздрогнула, дыхание сбилось. Она тут же на себя рассердилась за столь неадекватную реакцию. Номер оказался незнаком. — Слушаю, — осторожно произнесла она. — Привет, Алекс! Это Джаред. Александра молчала, сжимая трубку в ладони. — Алло! Алекс, ты где? Ты меня слышишь? — Да… да, я здесь, — пробормотала она. — Что-то случилось? — Ты о чем? — удивился Джаред. — Ничего не случилось, все в порядке. Ты, вообще, можешь сейчас разговаривать? — Могу, — облегченно выдохнула она. Надо же, а она все-таки идиотка! Джаред подозрительно помолчал. — Ладно, не буду ходить вокруг да около. У меня к тебе чисто деловое предложение. Но вначале… какие у тебя планы на ближайший уик-энд? — Твое предложение связано с моими планами? — недоверчиво спросила Алекс. — Напрямую. — По чистой случайности именно в ближайший уик-энд я абсолютно свободна. — Это хорошо, — задумчиво проговорил Джаред. — Это очень хорошо. — Джа-а-аред! — Да. В общем, я видел твои фотографии в «Сlimbing», те, которые из Юты. Прямо скажем, впечатлен. — Ты читаешь «Сlimbing»? — изумилась Александра. — У меня разносторонние интересы, — пресек дальнейшие расспросы Джаред. — Так вот, фото просто супер. — Я польщена, но… — все еще ничего не понимала Александра. — Я хочу такие же. — В смысле? — помолчав, осторожно поинтересовалась она. — В прямом. Я оплачиваю заказ, ты делаешь фотографии, материалы отдаешь мне. Все. — То есть ты хочешь, чтобы я снимала тебя на скале? — Ну да, что тут непонятного? — в голосе Джареда прорезалось нетерпение. — Насколько я понимаю, у тебя вполне приличный опыт восхождений? Как насчет мультипитча*? Александра немного оправилась от удивления. — Где? — Красный каньон в Неваде. Пройдем пару дорожек, освоимся, а потом можно и длинный маршрут замутить. Ну, как? — Я согласна, — быстро произнесла Алекс и зажмурилась в предвкушении. — Я не сомневался, — самодовольно произнес Джаред. — Как со снаряжением? — Обижаешь! — Окей, в таком случае детали обсудим позже. До встречи, Алекс. — Погоди, — остановила она его. — Компания большая? Кто еще будет? — Да никого, — заявил он беспечно. — Только ты, я и Шеннон. _____________ * длинный скальный маршрут, который проходится несколькими людьми в связке