rumour has it / Ходят слухи

Джессика думает, что, возможно, именно так должен чувствовать себя умирающий человек. Она полагала, что на самом деле чуть не погибнуть в автокатастрофе — это ужасно, но сейчас она, в платье и на каблуках, пьëт шампанское, наблюдая, как Триш вежливо флиртует с каким-то придурком, и это хуже всего. Триш над чем-то смеëтся — мелодичный звук заставляет Джесс нахмуриться, а затем этот парень вторгается в личное пространство Триш. Джессика сжимает ножку бокала с шампанским, и та легко трескается под этим усилием. Спина Триш напрягается, и Джесс перемещается к другому концу зала быстрее, чем успевает даже подумать. Это плохая идея, говорит она себе, но не останавливается. Парень стоит так близко к Триш, с такой улыбкой на лице, будто он пытается заключить сделку, и хотя Джесс не видит лицо Триш, тело той настолько напряжено, что Джесс практически чувствует, как дрожат еë плечи от усилий держать мышцы в натянутом состоянии. Это первый предупреждающий знак о том, что тревога Триш берëт над ней верх, и, может, это не тот крик о помощи, которого велела ожидать ей Триш, но он достаточно близок к этому. Это нужно прекратить сейчас же, пока у Триш не случилась полномасштабная паническая атака посреди помещения, наполненного людьми её круга. У Триш не было приступов панической атаки с тех пор, как они переехали из дома Дороти. Однако угроза всегда рядом, как тень, которую не может прогнать даже прямой солнечный свет. Джессика делает всë возможное, чтобы этот свет сиял, даже когда становится тяжело. Она почти всегда опережает страх. Она могла бы его ударить. Это было бы самым простым и быстрым способом убрать его от Триш. Джесс прикидывает, насколько сильно она могла бы ударить, не сломав ничего… важного. Но она помнит, что повсюду присутствует пресса, а последнее, что нужно Триш, — это очередной скандал. Так что другим лучшим вариантом будет… Ну… Скандал, но более интересного рода. — Привет, детка, — мягко говорит Джесс и удивляется спокойствию в собственном голосе. Она подходит достаточно близко и осторожно касается бедра Триш, словно спрашивая разрешения. Плечи Триш слегка опускаются, и это достаточное согласие, чтобы Джесс провела рукой по еë пояснице и положила ладонь на талию. Это довольно энергичное небрежное движение: еë рука лежит на теле девушки, предплечьем касаясь поясницы. Триш рефлекторно делает то же самое, будто они делали это тысячу раз — еë рука скользит вокруг талии Джесс. Их тела подходят друг другу, как всегда, и Джессика чувствует себя сильнее при этом контакте. Всё еë тело покалывает от электричества, свернувшегося в пружину энергии, а разум лихорадочно пытается рассчитать переменные, как всë может пойти не так: сколько разных способов у неë есть, чтобы врезать этому придурку за то, что бы он там ни сказал, — но она никогда не была сильна в математике или логике. У неё просто хорошо получается орудовать кулаками и спасать Триш. — Джесс… — Какие-то проблемы? — Джессика смотрит на Триш широко раскрытыми глазами, а затем одаривает парня самой фальшивой, самой опасной улыбкой, на которую только способна. Тот, должно быть, не понимает угрозы в еë взгляде, потому что только криво усмехается. — Нет, мы просто разговаривали. Верно, Пэтси? — Парень поднимает брови, словно намекая на что-то ещë, и Джессика чувствует, как спина Триш снова выпрямляется. Джесс бесит, что существуют люди, которые ведут себя с Триш так, что она, такая мягкая с Джесс, превращается в сталь рядом с другими. — Ну… — начинает Триш хриплым от напряжения голосом. Джессика прочищает горло, и Триш смотрит на неë. Они всего несколько секунд ведут разговор в виде серии взглядов, и Триш просто кивает головой, после чего немного сдвигается в сторону Джесс. — Послушай, приятель, я собиралась быть любезной, но… Как насчëт того, чтобы отвалить от моей пары? — это не совсем неправда; она сопровождала Триш на это мероприятие. — Твоей… — взгляд парня перемещается в пространство между ними — туда, где рука Джессики лежит на бедре Триш, — и на его лице появляется некое странное выражение, словно он не может определиться — сексуально это или отвратительно. — Пары, — просто подсказывает Триш, мягко сжимая талию Джесс. Джессика сгибает пальцы на бедре Триш в ответ, отвечая заверениями, что всë в порядке. Парень бледнеет. — Не знал, что ты лесбиянка, — он кривит губы, и Джессика думает, что пора пускать в ход кулаки. Рука Триш на еë бедре снова сгибается, и она делает успокаивающий вдох. Парень лишь усмехается, после чего проходит мимо них и направляется, как предполагает Джессика, в сторону бара. Она вроде как сама хочет быть там. Но затем Джесс чувствует, как Триш расслабляется, прижавшись к ней, и понимает, что это именно то место, где она должна быть. — Спасибо, — вздыхает Триш. Джессика смотрит на неë и пожимает плечами. — Ты бы сделала для меня то же самое. — Верно, — смеëтся Триш, и на еë лицо возвращается прежнее спокойствие. — Хотя я и близко не такая пугающая, как ты. — В этом ты права, — фыркает Джесс и слегка толкает еë бедром, прежде чем отойти. — Насчëт того, что он сказал… — начинает Триш, кусая губу. — Он что, какой-то тупой актëр? — Он играет за «Янки», — ровным голосом говорит Триш. — Думаю, мы можем не обращать на него внимания, потому что он явно ещë больший придурок, чем я думала. — Джесс морщит нос, уходя от темы. — Однако я не позволю тебе тусоваться в одиночестве. На всякий случай, если у него возникнут какие-либо предположения, что я это выдумала. — Как романтично. — Триш закатывает глаза, а затем скользит взглядом вверх и вниз по фигуре Джессики. Она уже делала это двумя часами ранее, но тогда речь шла о платье, туфлях и причëске — всё это было дело рук Триш. Этот взгляд другой, более оценивающий, словно она рассматривает Джессику как потенциальную… неважно, и Джесс фыркает от еë пристального внимания. Она протягивает руку, чтобы Триш взялась за неë, и та вздыхает: — Хорошо, — и берëт Джесс под руку: — Хогарты где-то здесь. Думаю, тебе понравится Джери.

***

Джесс считает, что Джери Хогарт — стерва, и шепчет это на ухо Триш, пока другая пара обменивается любезностями со стариком в смокинге. Должно быть, это выглядит… интимно, потому что, когда они снова обращают внимание на пару, на лице Джери появляется ухмылка, а еë жена Уэнди выглядит слишком счастливой для человека, который ещë не совсем накачался алкоголем. Джесс открывает рот, чтобы что-то сказать, но Уэнди только машет рукой. — Увидимся позже, да? — Конечно, — радостно отвечает Триш, и Джесс распознаёт на еë лице искреннюю улыбку. Хогарты растворяются в толпе людей, и Джесс понимает, что она понятия не имеет, для чего на самом деле нужен этот приëм. Для благотворительности, конечно же, но в чью именно пользу… она не может вспомнить. Триш словно наполненная мëдом ловушка для мух: красивые мужчины и женщины всë время жужжат вокруг неë, однако Джесс продолжает держаться рядом. Больше чем обычно, — как правило, она тусуется возле бара, пьëт большое количество бесплатной выпивки и старается ничего не сломать. Близость к Триш сопровождается целым рядом естественных действий, которые она не пытается остановить: например, дотрагиваться до локтя Триш, чтобы привлечь еë внимание, или наклоняться, чтобы прошептать ей на ухо непристойности, которые заставляют еë смеяться и краснеть. После третьего комментария «вы такие милые вместе» Джесс начинает прокручивать в своëм неповоротливом мозгу, что только тупица не посчитает их, ну, в общем, парой. Триш всегда реагирует вежливым «спасибо» и каким-то неопределëнным комплиментом в ответ, и еë большой палец нежно поглаживает бицепс Джесс. К этому моменту Джессика даже не уверена, играет ли Триш.

***

Джесс просыпается от настойчивого стука по клавишам совсем рядом со своей головой. Ей требуется мгновение, чтобы сонно осознать, что она находится в комнате Триш, и когда она переворачивается и обнаруживает Триш, сидящую с ноутбуком, еë рефлекторный вопрос звучит так: — Я хорошо себя вела? — Что? — Триш поднимает брови, отводя взгляд от экрана компьютера. — В постели, — поясняет Джесс. Еë голос звучит слишком грубо, чтобы быть в должной мере саркастичным. — Ты натянула на себя одеяло и храпела, — усмехается Триш, возвращая своë внимание к экрану. — Между прочим, о нас пишут на всех сайтах сплетен. — Хм? — Джессика выпрямляется и прижимается спиной к изголовью кровати. Еë разум затуманен, она мало что помнит с конца прошлого вечера, и она проснулась в постели Триш. Всë это обычно означает, что она много пила. — Вот. — Триш поворачивает экран, чтобы Джессика могла посмотреть. Заголовок гласит: «Это лесби! Звезда-подросток, ставшая ведущей ток-шоу, наконец-то призналась в своей ориентации!» — Лесби даже не особо сочетается с Пэтси, — говорит Джессика, нахмурившись, но затем Триш нажимает клавишу «вниз», и страница прокручивается до подборки картинок. Первая — это особенно привлекательная фотография с ними на красной ковровой дорожке, где рука Джесс слегка касается поясницы Триш, пока та улыбается и позирует перед камерами. Джессика тоже улыбается, что забавно: она вообще не помнит, чтобы улыбалась. Следующие фотографии — это серия снимков в тëплых тонах внутри помещения — откровенных, как думает Джессика. Она смутно узнаëт людей, с которыми они разговаривают на нескольких кадрах, важных богатых типов, чьи имена ничего для неë не значат. На большинстве фотографий она выглядит совершенно отстранëнной, просто стоя рядом с Триш, возможно, немного ближе, чем обычно. Каким образом это делает Триш лесбиянкой… Но затем… есть один момент, где Джессика касается бедра Триш и наклоняется, чтобы что-то прошептать ей на ухо. Щëки у Триш покрыты румянцем, а губы Джесс скривились так, что Джессика считает это гримасой, но с данного ракурса это выглядит почти как хищная улыбка. Она узнаëт Хогартов на заднем плане, фотограф поймал их в тот самый момент, когда на их лицах отразилось удивление, и Джесс понимает, что видит себя и Триш такими же, какими их видели вчера вечером все остальные. — Судя по всему, мы пара, — предполагает Триш, и Джессика просто смотрит на неë. — Типа, как лесби? — Я бы сказала, что мы обе бисексуальны, — легко говорит Триш, и Джесс фыркает в ответ. — Но да, Райан… — Это тот придурок Янки? — Ага. По-видимому, он сказал фотографу, что «Пэтси Уокер лесбиянка», и тот уделял нам особое внимание в течение всего вечера. — Мило, — зевает Джесс. — По крайней мере, я была хорошей парой? — Хм. — Триш наклоняет голову и несколько раз нажимает клавишу «вниз» на ноутбуке, а затем тихо закрывает крышку. — И да, и нет. Но ты держала Райана и любых других любопытных потенциальных поклонников подальше от меня, так что, думаю, это перевешивает всë остальное. Джесс только хмыкает и сбрасывает с ног одеяло, думая больше о кофе, чем о том, что весь мир считает Триш Уокер лесбиянкой. Она смотрит вниз и видит, что еë ноги голые. Что, конечно, не в первый раз, но это определëнно стоит отметить, поскольку они, по-видимому, повысили статус их отношений. — На мне нет штанов, — говорит она прямо. — Мы не… — Нет, — смеëтся Триш. — Но на тебе рубашка, чего я не могу сказать о любительнице-виски-и-шампанского-Джессике, которую я привезла домой после приëма. — Тьфу, — стонет Джесс, щипая переносицу. — Пожалуйста, скажи мне, что я ничего не сломала. Или не разрушила твою карьеру. — К счастью, ничего не сломано и не разрушено, кроме нескольких бокалов для шампанского. Папарацци ушли с мэром. — Триш поджимает губы и добавляет: — Из тебя бы вышла дерьмовая девушка… — Эй, да иди ты, — фыркает Джессика. — Я была бы отличной девушкой. — Но я бы всë равно с тобой встречалась, — просто говорит Триш, выскальзывая из постели. — Я… подожди… — Джесс глупо моргает, свешивая ноги с кровати, чтобы тоже выбраться. — Оставайся в постели, я принесу тебе завтрак. Ты вчера вечером забыла поесть. — А всë потому, что это из тебя получится дерьмовая девушка, — ворчит Джесс, не имея этого в виду, а затем полностью перемещается обратно на кровать. — Ничего подобного, — с улыбкой говорит Триш, прежде чем исчезнуть из спальни. Джессика вздыхает и откидывает голову на спинку кровати. По крайней мере, в этом Триш права — из неë получилась бы замечательная девушка.