Lier

— Ай молодца! — Чонгук довольно хлопает в ладоши, откладывая в сторону бинокль. — Девяносто шесть из ста, Тэхён! А ты меня радуешь… Тэ ещё крепче винтовку сжимает, из которой стреляет уже последнюю неделю каждый божий день. Чон натаскивает его с ещё большим усердием, теперь даёт в руки снайперские винтовки, выматывает на тренировках до такой степени, что Тэхён даже пару раз засыпал прямо в офисе, отчего на утро жутко болела спина. Однако он не жаловался, пахал за троих, чем Чонгук был ну очень доволен. Он такого от него явно не ожидал. — Стараюсь, — Ким выпрямляется. — Я могу разбирать винтовку? — Да. Чонгук на что-то в телефоне отвлекается, поэтому просто кивает, быстро набирая сообщение. Тэхён смотрит на него несколько секунд, будто выжидательно, но потом хмыкает в ответ на известные только ему мысли. В последнее время его не покидает ощущение, что он на грани провала. Киму кажется, что Гук его насквозь видит: все его тайны, все секреты. Это слишком нервирует, заставляет надумывать ловушки даже там, где их быть не может. Он закусывает нижнюю губу, крутит пальцами прицел, который только что снял. Тэ ощущает себя очень тревожно каждый раз, когда Чон находится рядом. Дживон названивает каждый день после того случая, извиниться пару раз пытался на трезвую голову, но Ким знает, что в его словах нет ничего искреннего. Жажда выгоды, не более. Если он позвонит, когда Чонгук будет рядом… Это всё. — Эй! — его сзади несильно толкают в спину. — У тебя всё хорошо? В облаках мне тут витаешь. — Да, я в норме, — Тэ отвечает на автомате, даже головы не поднимает на старшего и не оборачивается к нему. — Просто задумался. — Ты разомнёшься в тренажёрном сам? — Чонгук повторяет свой вопрос уже в третий раз. — Мне нужно к Намджуну заскочить минут на пятнадцать. У тебя сегодня руки и спина по плану, помнишь? — Помню. Чонгук кивает и снова заглядывает в телефон, на время смотрит. Его беспокоит, что Намджун так внезапно захотел увидеться и о чём-то поговорить. Единственное, он сказал, что поговорить нужно по поводу Тэхёна и его результатов. Да, Джун, конечно, в курсе, что тот преуспел, но Чон в подробности особо не вдавался, говорил кратко и по делу. — Давай, — он хлопает Тэхёна по плечу, будто подбадривает, — на большие веса не налегай без меня. Приду, силовую сделаем вместе. И винтовку сдай. Ответа не дожидается, спешит к выходу, на ходу прячет руки в карман объёмной чёрной толстовки. Чонгук спиной ощущает взгляд тёмно-шоколадных глаз, которые в его спине вот-вот дыру прожгут. Тэ его в последнее время напрягает немного — кажется мутным каким-то, несобранным. Да, его показатели улучшились, но вот внутреннее состояние… Ким отстранённый и потерянный, каким ему быть совсем нельзя. Одно неловкое движение… Чонгук поднимается по лестнице на этаж, где работает Намджун, ускоряется немного, чтобы побыстрее вернуться обратно. Он немного смягчился по отношению к Тэхёну за его заслуги, но всё ещё обращается с ним с особой осторожностью. Привычка такая: нельзя доверять малознакомым людям, первое впечатление о которых сложилось не очень хорошее. Да, Ким себя показал как человека упорного, способного добиваться того, что ему нужно. Иногда Чону кажется, что Тэ и догнать его сможет, если ещё немного поднажмёт. Он заглядывает в кабинет начальника без стука — привык так делать. Ким за столом сидит, напряжённо перебирает документы, в принципе, как и обычно. И вот не надоедает же человеку сидеть в бумажках… — Заходи уже, раз пришёл, — Намджун стреляет на вошедшего глазами и тут же возвращается к своему занятию. — Я ждал, когда дверь с ноги вылетит, а тут сегодня всё очень даже культурно. Подожди, я закончу и поболтаем. — Ой, да ладно тебе, хён, — Чон улыбается, спокойно воспринимая в свой адрес безобидный стёб. — Как будто я варвар какой-то. — Ну, иногда бываешь. Чонгук отмахивается от него и плюхается на диван, разваливается так, будто к себе домой пришёл, глаза даже закрывает и голову откидывает на спинку. Он устал очень, но каждый день дел всё больше, а сил всё меньше. Днём Гук торчит в офисе: занимается с Тэхёном или сидит за компьютером, вечером — спорт и опять же поиск информации, наведение справок. Заебало до жути. — Что там с Тэхёном? — Намджун, наконец, откладывает документы, но тут же берётся за новые. — Кажется, он стал неплохо себя показывать. — Да. Старается, — Чон даже горд за Тэ немного — все лавры ведь в конце концов ему достанутся. Подло? Ну и пусть. Намджун поднимается со своего места и берёт со стола две папки, подходит к Чонгуку и протягивает ему. Гук непонимающе поднимает на начальника глаза, хмурится — догадывается, о чём речь пойдёт. Новое задание. Он аккуратно берёт документы, молча открывает первую страницу и глаза распахивает от удивления. Исполнитель: Ким Тэхён Помощник: Чон Чонгук Ким садится напротив, с интересом наблюдает за необычной реакцией — Чонгук удивляется редко. Он уже заранее знает, что произойдёт дальше, что Чон скажет, как будет возмущаться и доказывать ему, что ещё рано. Не рано. Намджун почему-то чувствует, что уже пора, если затянуть ещё, они потеряют время, которого всегда будет мало. — Ты шутишь? — Чонгук трясёт папками. — Намджун! Тэхён не справится, он не готов. — Готов. Ты сам говорил, что он справляется. Вспомни, тебе дали первое задание спустя две недели тренировок. — Да, но у меня была другая база. Ты помнишь, откуда я пришёл? Я уже умел всё делать. У него хорошие показатели, но в моральном плане он не вывезет. Понимаешь? Ему не хватит характера! Намджун прерывает его одним жестом поднятой вверх раскрытой ладони. Он знает, что если Чона сейчас не успокоить, он начнёт злиться, хлопнет дверью и просто уйдёт. Такой уж у него характер. Не совсем уравновешенный. — Дай объяснить, Чонгук, — Ким говорит тихо. — Нам либо нужен ещё один человек, либо нет. Если Тэхён справится, он будет работать самостоятельно, так же, как и ты. Это хорошая возможность проверить его в деле. — А если не справится? — Чон подаётся вперёд, опираясь локтями о колени. — Что тогда? Кто возьмёт ответственность? — Я возьму. Чонгук будто не сразу осознаёт смысл услышанного. Намджун сам готов поручиться за Тэхёна? Что такого в этом парнишке? Он настолько важен? Почему за него никто не поручался, когда он получил своё первое задание? Может быть, в нём просто были уверены, в отличие от Кима… Чон ведь практически сразу стал здесь лучшим, его тогда лично сам Намджун курировал, как особо ценного сотрудника. Сам обучал Чонгука всем правилам, ездил с ним на его первое задание, научил работать с информацией. Теперь Чон не только может всё сам, но и научить другого право имеет. — Я возьму ответственность за вас обоих, если потребуется. За обоих… — За меня не нужно, — Чонгук вдруг встаёт. — Я сам в состоянии за себя ответить. Возможно, это нужно Тэхёну, но не мне. Он выходит из кабинета, ответа дожидаться на свои слова не хочет, знает, правда, что потом наверняка пожалеет. Чонгук злится за это чрезмерное покровительство, в котором он не нуждается. Иногда кажется, что Намджун пытается заменить ему отца: оберегает даже тогда, когда бесит, взял под свою опеку, когда это было необходимо. Да, это порой бесит, но Чон понимает, что Джун сам по себе такой — с самого начала показал, что на него можно опереться. Но кто сказал, что Чонгук хочет на кого-то опираться? Он вечно черту проводит между всеми, кто пытается хоть как-то в его жизнь залезть. Привычка такая. Гук быстро спускается по лестнице, терзает зубами нижнюю губу, чувствует острую потребность покурить. Отказывать он себе не собирается, поэтому сразу же направляется к выходу из здания — у него ещё есть немного времени в запасе, чтобы успокоить нервы и подумать. Чонгук на ходу достаёт из кармана купленную с утра пачку и, прижав к себе локтем папки с заданием, вытаскивает из неё тёмно-коричневую сигарету. Закуривает сразу же, как только отходит от дверей на пару метров. Тэхён Чону все ещё не нравится. Конечно, он смирился, хочешь не хочешь, а ему придётся с Кимом повозиться, пока тот не сможет в полной мере сам всё выполнять. Но это не значит для него ровным счётом ничего. Тэ зелёный ещё, хоть и некоторые его показатели лучше, чем у тех, кто уже работает. Он всё ещё раздражает…

***

Тэхён заваливается домой в восьмом часу — Чон его сегодня выжал максимально. Он вернулся от Намджуна взвинченный, пропахший сигаретами, и на Киме с лихвой отыгрался, не забыв «торжественно» вручить папку с его личным первым заданием. Его. Личным. Первым. Заданием. Чонгук, кажется, этому был не очень рад, ходил мрачнее тучи и не упускал ни одного косяка со стороны Тэ, который к вечеру уже просто-напросто валился с ног. Это никого не волновало. «Если ты думаешь, что на задании можно будет сказать, что устал, и у тебя будет ещё одна попытка, ты ошибаешься». Ким тихо воет, когда ощущает, как неприятно тянет в ногах, как мышцы спины ноют. Он сейчас даже с пола не в состоянии подняться, не то что пойти куда-то и что-то сделать. К плохому физическому состоянию прибавляется ещё и моральное, которое ничуть не лучше. Тэ сам себя знает: он не справится. Чонгук считает точно так же. Хоть где-то они во мнениях сходятся. Тэхён встаёт с огромным трудом, хватается за всё, что попадается ему на пути к спальне и, наконец, без сил падает на кровать. Тотальная усталость высосала все силы окончательно. Ему хочется уснуть и проспать до самого утра, только вот есть кое-что, что Киму необходимо сделать. Он достаёт из кармана спортивных брюк телефон и набирает номер Дживона, ставит на громкую связь и кладёт рядом на подушку. Гудки протяжные, по мозгам неприятно бьют, отчего Тэ морщится и переворачивается на бок, чтобы хоть немного оградить себя от этого противного звука. Кан отвечает не сразу. — Да, малыш. Опять это идиотское прозвище, от которого Тэхёна тошнить моментально начинает. Дживон каждый раз будто назло его так называет, зная, как Тэ это бесит. И так же происходит со всем, что Тэхён не любит. — Мне дали первое задание, — Ким говорит без предисловий, не желая особо растягивать разговор. — Мне нужно будет выполнить его. — О, так тебя можно поздравить с этим? Дживон явно издевается, и Тэхён глаза раздражённо закатывает в ответ на его вопрос, который кажется язвительным донельзя. Лучше бы вообще не звонил, вот честное слово. — Не нужно меня поздравлять. Я сказал тебе лишь для того, чтобы ты не говорил потом, что я ничего не докладываю тебе. Я отключаюсь, — Ким уже тянется к смартфону, чтобы нажать на сброс, но голос из динамика вдруг его прерывает. — Подожди. Пришли мне детали: когда, где и на кого. — Зачем? Тэ спать хочет ужасно, языком еле ворочает, но то, что его просят сделать, ему уже не нравится. Даже слишком не нравится. Кан не просто так спрашивает — дураку понятно. Только вот с какой целью… — Интересно посмотреть, — Дживон раздражается моментально. — Какого чёрта я вообще должен объясняться? Ты не дохера ли берёшь на себя, Тэхён? Снова грубость. Снова злость. Киму хочется взвыть от этого всего, послать всё к чертям, выбросить сим-карту и уехать куда-то подальше, туда, где его никогда больше не найдут. Никогда не позвонят, не заставят заниматься мерзкими вещами, подвергать опасности себя и людей, которые не сделали лично ему ничего плохого. — Я скину утром, — Тэ пытается сгладить углы, понимая, что подняться сейчас не сможет. — Пока у меня этих документов нет, будут завтра. — Сделаю вид, что я тебе поверил, — Дживон хмыкает. — Как дела с Чонгуком обстоят? Он начинает тебе доверять? Блять. Да когда же это всё закончится?! Тэхёну не хочется об этом говорить, не хочется думать о том, что Чона нужно будет предать. Да, Чонгук далеко не замечательный человек, но даже он не заслужил такого. Никто не заслужил. Кроме Дживона, которого хочется смешать с грязью при первом же удобном случае. Только вот этот случай под руку никогда не подвернётся. — Не знаю. Честно. Он мутный и… Тяжёлый какой-то. Я пока не могу сказать хотя бы примерно, сколько это займёт времени. — Я тебе дал это задание не просто так, — Ким ощущает, как по спине пробегает неприятный холодок, и подтягивает ноги к груди. — Ты ведь хороший и преданный мальчик, да, Тэхён? Тэхёна от этого тошнит, проблеваться тянет, но он сглатывает. Эта манера общения Дживона просто отвратительная… Вымораживает. — Я не сказал, что не выполню задание, — Ким переворачивается на живот и телефон перекладывает так, чтобы он лежал перед ним. — Я правда не знаю, сколько времени мне понадобится. Всё, давай закроем эту тему, я рассказал, что хотел, больше мне не о чем с тобой говорить. Пока. Тэ сбрасывает звонок, прерывая громкий окрик Дживона, которого такой расклад явно не устраивает, ставит смартфон в режим полёта. Сейчас больше общаться ни с кем не хочется. Он к себе подушку пододвигает и обнимает её, прижимается щекой к прохладной ткани. Глаза уже от усталости слипаются, но голова от мыслей и переживаний кипит. Тэхён ощущает в этом всём подвох. Да, в таком состоянии он находится последнее время двадцать четыре на семь, но сейчас это чувствуется и осознаётся слишком остро. Он почему-то знает, что провалится, знает, что Кан достанет Чонгука в любом случае. А если он не справится с заданием, достанут и его. Страшно от одних мыслей о предстоящем задании, что заставляют его нервничать до дрожи в руках, до холодной испарины и жгучих спазмом в животе. Ужасно. Такого волнения Ким не испытывал даже тогда, когда стоял перед Намджуном в его кабинете. Это ведь когда-нибудь закончится?..

***

Чонгук подтягивается на перекладине в последний раз и спрыгивает на пол. Ему снова не спится, вот и изнуряет себя работой и тренировками посреди ночи. Он делает глоток воды из бутылки, что стоит тут же, и берёт в руки папку с тэхёновым делом, на которое уже ехать, кстати, завтра. Это не радует. У Чона от хренового предчувствия нервы, как струны, натянуты двадцать четыре на семь вот уже пару дней. В глазах Тэхёна он особого энтузиазма не увидел, когда вручил ему документы, скорее, страх, который тот попытался спрятать где-то на подкорке, чтобы никто не заметил. А Чонгук заметил и ещё раз убедился, что Ким пока к такому не готов. Да, он подтянул физподготовку, результаты по стрельбе стали практически такими же, как у него, но характер… Его так быстро не закалишь, не заставишь себя хладнокровно относиться ко всему вокруг по щелчку пальцев. Чон это знает по себе и видит, что Тэхён пока так не может. Возможно в силу недостатка опыта или возраста. Да, у них разница всего в несколько лет, но в таких делах это слишком ощутимо, кто бы что ни пытался доказать. Ехать предстоит аж в Пусан. Такое чувство, что Намджун неудачно пошутил, впихнув им обоим эту дрянь. Да, задание достаточно простое, но почему, блять, так далеко? Это злит неимоверно, хоть Чонгук и знает, что траты на бензин ему возместят плюсом к бонусу за дело. Ну да, практичный он человек, часто заостряет внимание на простых вещах, однако и извернуться может при необходимости так, что у Намджуна порой волосы дыбом становятся. Чон играет желваками, в сотый раз пробегаясь глазами по уже выученным наизусть строкам. С одной стороны, ему хочется, чтобы Тэхён облажался, чтобы его не взяли работать официально, а с другой… Он ведь с ним столько времени возится, просрать дело будет досадно. Он раздражённо откидывает папку на кровать и снова запрыгивает на турник. Хочется довести себя до такого состояния, когда заваливаешься спать без задних ног, когда даже дышать становится лень. Именно до такого состояния Чонгук доводит Тэхёна с завидной регулярностью. Младший пару раз засыпал прямо в офисе, и его приходилось отвозить домой, чтобы он никуда не влип по дороге. Чон на это не злился особо, помнил себя, когда только пришёл к Намджуну. Злой и неуправляемый, он своим характером доставил Джуну немало проблем, но это всё осталось в прошлом. Чонгук всего за полгода охладел ко всему, что его окружало, стал злиться и выплёскивать свою агрессию лишь иногда, когда было уж совсем невмоготу. Ему всё равно на посторонних людей, что постоянно мелькают в его жизни, на отношения, которыми бы уже пора обзавестись, пока не стало слишком поздно, на тех, кому он не нравится. Чонгука не волнует абсолютно ничего, кроме его специфической работы, за которую он держится обеими руками. Да и плевать. Ему и так хорошо. Никто не беспокоит, когда устаёшь, не выносит мозг по мелочам и не устраивает сцены ревности, которые Чон терпеть не может. Да и род деятельности не позволяет подпустить к себе кого-то слишком близко — ты станешь уязвим, если полюбишь. Чонгук делает ещё один подход, подтягивается свои стабильные двадцать пять раз и без сил опускается прямо на пол, чувствуя, как неприятно от слишком большой нагрузки сводит мышцы рук и спины. Усталость наконец берёт своё, понемногу заполняя тело свинцом, от которого оно становится тяжёлым. Чон поднимается на ноги и, сдёрнув со спинки стула полотенце, направляется в ванную комнату. Гук слишком много думает, слишком цепляется за каждую мелочь, которая ему не нравится, на всём заостряет внимание. Его самого это иногда бесит, но сделать с этим ничего не получается. Так же и с Тэхёном. С первой их встречи Чонгук ощутил, что что-то неправильно, не так, как он привык. Ким не боится его, максимум уважает, не боится вступать в спор даже там, где заведомо проиграет. Никогда не отказывается от того, чтобы попробовать что-то новое, чего не делал раньше: оружие, приёмы, упражнения, программы на компьютере. Чонгук его и с информацией работать научил, объяснил, как её искать, как использовать, где лучше её хранить. Тэхён преуспел везде, где только смог, не сдавался до последнего, зубами вгрызался в любое дело, что не могло не радовать. Ким умеет добиваться своего, только вот что он делает в компании Намджуна с таким упорством? Неужели не смог в жизни устроиться? Чон откидывает со лба мокрые волосы, глаза жмурит, чтобы в них не попала вода, что льётся сверху. Наверное, расскажи Чонгук тому себе, что был года три назад, кем он станет, не поверил бы точно. Разве могут обстоятельства так повлиять на человека, его состояние и то, чем он занимается? Могут. Ещё как могут. Он людям больше не верит, только самому себе, не хочет ни на кого опираться и уж тем более от кого-то зависеть. Только вот желания не всегда совпадают с возможностями, хотя Чонгук всё делает, чтобы круг своих возможностей расширить. Он знает, что к прошлой своей жизни уже никогда не сможет вернуться. Обратной дороги нет. Да и не было, наверное, никогда. Чонгук воду выключает, оборачивает полотенце вокруг бёдер и шагает на мягкий коврик, что тут же на полу лежит. Горячая вода немного разморила, и теперь на него навалилась приятная усталость, от которой тягуче клонит в сон. Всё, как Гук и планировал. Он всегда знает, что и за чем последует, что и для чего нужно сделать. В этом весь Чон. Чонгук выходит из ванной и идёт обратно в спальню, на ходу вытирает мокрую голову, маленьким полотенцем её трет, чтобы ткань влагу побыстрее впитала. Натягивает на голое тело просторные серые спортивки, в которых спит, и садится на край кровати, берёт в руки телефон, чтобы поставить будильник. Половина третьего. Замечательно. Каждый день бы во столько ложиться. Гук ставит будильник на девять утра — завтра в офис нужно только к трём часам дня ехать, а с утра он планирует выбраться на пробежку и ближе к обеду встретиться с Тэхёном, чтобы ещё раз всё с ним обсудить. Он опускается на прохладные подушки, что приятно пахнут кондиционером, закрывает глаза и расслабляется всем телом. Поставленное на микропроветривание окно пускает в комнату свежий ночной воздух, который хочется полной грудь вдыхать, что Чонгук и делает. Это успокаивает. Он переворачивается на бок и укрывается одеялом, чувствуя, как начинает проваливаться в сон. Завтра тяжёлый день.

***

Тэхён постукивает носком кроссовка о деревянный пол на веранде кафе, где он сидит уже добрые полчаса. Ким ждёт Чонгука, который должен приехать с минуты на минуту. Он сегодня совсем не спал — не мог уснуть, вот и вышел очень заранее. Чон сказал, что им нужно поесть и поговорить о задании, но Тэ с самого утра кусок в горло не лезет. Он потягивает через трубочку зелёный чай со льдом, пытается хоть на чём-то задержаться глазами, чтобы отогнать мрачные мысли и переключиться на что-то более весёлое. У Дживона есть всё: адрес, место и имя того, с кем нужно разобраться. Это нервирует ещё сильнее. Тэхён жалеет ужасно, что не смог не скинуть ему документы — у него такого права нет. Нужно всегда делать то, что говорят, если не хочешь лишних проблем, которые Кан может ему устроить по щелчку пальцев. Отвратительный… Какой же Ким отвратительный. — На что залипаешь? Было бы на что. Чонгук садится на стул, что стоит рядом, тут же откидывается на спинку и берёт в руки меню. Кажется, он совсем не нервничает и действительно пришел сюда поесть. Ну, оно и понятно: для Чона это всё дело обычное. — Ни на что, — Тэхён делает глоток чая и ставит стакан на столик. — Почему не заказал ничего? — Чонгук пробегается глазами по списку предложенных блюд. — Дай угадаю: тошнит из-за того, что волнуешься? — Угу. Ким подпирает голову рукой и отворачивается от Чонгука, давая ему понять, что он не в настроении обсуждать своё состояние, которое старшего вообще касаться не должно. Тэхён не маленький, сам способен с этим разобраться. Чон откладывает папку с меню в сторону, так ничего и не выбрав. Он понимает, что если Тэ в таком состоянии куда-либо поедет, ничего хорошего ждать не стоит. — Выброси всё дерьмо из головы, — Гук несильно щёлкает его по лбу. — Здесь не детский сад — никто сопли тебе подтирать не будет. Ты знал, куда идёшь, зачем и что тебе придётся здесь делать, не так ли? Тогда смысл сейчас портить настрой самому себе? Если не хватает пороху сделать всё так, как надо, нахрена нужно было лезть и морочить людям головы? Лучшая мотивация — агрессия, которую можно вызвать простой манипуляцией. Чонгук знает, что Ким точно на это поведётся. И не ошибается. Тэхён сначала краснеет, потом немного бледнеет, напряжённо играет желваками, всем своим видом показывает, что сказанное его зацепило. Чон довольно хмыкает. — Докажи, что ты не маленький мальчик, что из себя что-то представляешь не только на словах, но и на деле. Докажет. Тэхён всем и всё докажет. Не только себе, но и всем, кто в него не верит: Чонгуку, Намджуну, Юнги и… Дживону. Ему он тоже покажет, что чего-то стоит, что он не безвольная кукла, которой можно распоряжаться, как угодно. — Я докажу, сонсэнним. И хочу, чтобы вы увидели это первым.