Lier

Тэхён напряжённо смотрит в окно, за которым проносятся редкие деревья и домики. Они сейчас в пригороде Тэджона, что его совсем не радует. Чем ближе он оказывается к месту выполнения задания, тем сильнее его охватывает мандраж. Чонгук всю дорогу молчит, видно, что он тоже нервничает немного, но держит себя в руках. Ким заметил за старшим, что он отлично умеет контролировать эмоции, только делает это очень редко. Редко, но метко. Тэ дёргает ногой, стискивает челюсти, понимая, что страх постепенно достигает своего апогея. Мысли о Дживоне покоя не дают. Он же ничего плохого не задумал, да? — Не нервируй меня, — бурчит Чонгук, выкручивая руль вправо. — Машина уже от твоих дёрганий ходуном ходит. — Извините. Ким рукой удерживает колено, стараясь прекратить раздражать Гука, но его хватает всего лишь на пару минут. Он старается на Чона сейчас не смотреть, успев заметить, что тот уже едва терпит, чтобы ему пару подзатыльников не дать. Ему не так страшно ехать на само задание, как думать о том, что Кан может настигнуть их в любой момент. Наверное, Тэхён бы сейчас всё отдал, чтобы вернуть время назад и соврать, что на руки ему ничего не дали. В тот день он был очень уставшим и ничего не соображал, вот и вышло так паршиво… Тэ не в первый раз чувствует себя предателем и далеко не в последний. — Мы приедем через семь минут, — Чон смотрит на навигатор. — Будь готов. — Вы пойдёте туда со мной? — Тэхён готов его умолять, только бы порознь не расходиться. Дживон… Он что-то готовит. Это точно. Чонгук хмыкает, переключая передачу. — Пойду, — он кивает. — В этот раз пойду. В следующий ты уже будешь один. Возможно я приеду с тобой, но на самом задании тебе нужно будет справиться самостоятельно. Ну, хотя бы так. Может, если они пойдут вдвоём, так будет безопаснее? По крайней мере, ему с Чонгуком будет не так страшно — он соображает быстрее и ситуацию может взять под контроль, в отличие от Тэ. Да, так определённо будет лучше. Он надевает кепку и прячет лицо под маской, аккуратно её расправляет. Таковы правила — лицо нужно стараться прикрыть. Чон удерживает коленом руль и проделывает то же самое, только гораздо быстрее. Будто он каждый день так делает. Тэхён хочет заранее достать винтовку, что спрятана за первым рядом сидений, но ему хватает одного грозного взгляда Чонгука, чтобы понять, что он поторопился. Спешка на данном этапе ни к чему. Ким зажимается в кресле, сводит колени и накрывает их ладонями — как в детском садике. Чон хмыкает, но ничего не говорит. Пусть Тэ делает так, как ему удобно. Наконец Чонгук съезжает на обочину и, скрывшись в небольшой посадке, глушит двигатель. Машину нужно хотя бы пытаться прятать и оставлять там, где она не будет мозолить глаза. Бросать у дороги нельзя. Недалеко от места, где они остановились, расположен заброшенный завод, возле которого через десять минут должна произойти крупная сделка. За это время Тэхён должен занять свою позицию и приготовиться. После выстрела у них есть всего три-четыре минуты, чтобы уехать, поэтому медлить нельзя. — Давай быстрее, — вот здесь Чон подгоняет немного. Тэхёну, правда, это не поможет никак — руки дрожат и не слушаются, а ноги ватными становятся. Он чувствует, что это ловушка, не может от этой паранойи никак избавиться. Это тошнотворно до ужаса. Если бы у него только была возможность бросить всё прямо сейчас и уехать, он бы непременно ей бы воспользовался. Но увы. Такой возможности у него нет и не будет. Они доходят до здания всего за минуту — Чонгук засекает время, чтобы потом рассчитать, за сколько они смогут уйти. Так нужно делать всегда. По крайней мере, Чон делает. Всего четыре этажа, которые Тэхён преодолевает с огромным трудом — ноги едва переставляются, так и норовят за что-нибудь зацепиться. За каждый лишний звук, что Ким издаёт, Чонгук одаривает его недовольным взглядом, от которого хочется сжаться в комок. Однако Тэ себя в руках держит неплохо, свой страх выдаёт только тем, что до боли в пальцах сжимает ручку сумки с оружием. Наконец они поднимаются на крышу, и Ким полной грудью вдыхает ночную свежесть, которая заменила запах бетона и затхлости, что ощущался внутри здания. — Выбирай позицию, — Чонгук оглядывается по сторонам. — Это ведь твоё задание, так что тебе решать, откуда его выполнять. Тэхён направляется к краю, но близко не подходит. Вообще здание расположено так, что у него есть внутренний двор, на котором и предполагалась встреча. Вычислить стрелка будет сложновато в силу того, что пространство окружено со всех сторон, но Ким знает, что сделать это можно минут за десять. Он быстро сканирует все возможные места и направляется к углу, с которого должен быть самый лучший обзор. Вообще, было бы неплохо сдвинуться ещё немного, в конце концов, выходы на лестницы, ведущие вниз, есть с каждой стороны. Но нужно остаться рядом с тем, в надёжности которого можно быть уверенным — ведь именно по нему они поднялись. Ким опускается на колени и щурится, обозревая площадку. Чонгук подходит сзади очень тихо, практически бесшумно, но Тэхён его будто спиной чувствует. — Молодец, — Чон усаживается рядом, — ты выбрал хорошую позицию. Устанавливай винтовку. У нас осталось не так много времени. Тэ молча делает то, что ему сказали. Достаёт из сумки оружие, собирает его по частям, холодными от волнения пальцами отточенными движениями быстро скользит по такому же холодному металлу. Он делает всё на автомате, даже не задумываясь о том, что и куда прикрутить. Чонгук сделал всё, чтобы Ким запомнил порядок сборки и разборки наизусть. Он подкручивает оптический прицел, чтобы он более чётко передавал цель, и припадает к нему для проверки. Всё. Вот так хорошо. Ким занимает позицию в тот самый момент, когда неподалеку раздаётся шуршание шин о насыпь вокруг здания. Вовремя. Тэхён снимает оружие с предохранителя сразу же и указательным пальцем находит спусковой крючок. Чонгук ложится рядом и аккуратно поправляет положение тэхёновых рук, вдруг кладёт руку ему на бедро и похлопывает несильно, призывая согнуть ногу в колене, как всегда делает он. У Тэ от этого прикосновения мурашки по телу пробегают. — Не нужно, сонсэнним, — он говорит тихо, но так, чтобы его можно было услышать. — Мне и так удобно. Гук кивает, но руку лишь перекладывает младшему на спину, будто пытается направить немного. Но Кима направлять не нужно, он сам должен всё сделать. Причём так, как надо. Чётко и быстро, как делает Чон. Тэхён напрягается сразу же, как во внутренний двор входит несколько человек, он подбирается и прицеливается. Стрелять пока рано, среди вошедших цели нет. Он чувствует, как вместе с ним напрягается и Чонгук, с которым почему-то сейчас страх улетучивается. Наконец к вошедшим присоединяются ещё трое, что появляются с другой стороны, и среди них есть нужный человек. Тэ сглатывает с большим трудом, прицеливается сразу, несмотря на то, что мужчина ещё двигается, заставляя двигаться и его самого. — Не спеши, — старший произносит это одними губами, но Ким слышит. Ему кажется, что в момент обострились все органы чувств, а ещё сердце бьётся так громко… Выдох. Ещё один. Тэ полностью опустошает лёгкие, надеясь, что пульс снизится, однако удары в груди стали ещё громче. Плевать. Он дожидается, пока мужчина перекинется парой фраз, и как только тот останавливается на одном месте к нему спиной, стреляет. Осечка. Пуля скользит мимо, задевает землю возле его ног, отчего вверх поднимается маленький едва заметный столб пыли, заставляет всех закрутиться по сторонам. Чон от неожиданности вздрагивает, тут же поворачивается к Тэхёну, который тоже такого не ожидал. Этого же не может быть, чёрт возьми! — Уходим, Тэхён. Ким не обращает внимания на серьёзный голос старшего, прицеливается ещё раз, но вдруг позади них со стороны лестницы раздаётся топот нескольких пар ног. Чонгук оборачивается и, быстро поднявшись, со всех ног бежит к двери на лестницу, закрывает её, накидывая два крючка, — сверху и снизу. Как раз вовремя, кстати, в дерево тут же с силой ударяют с той стороны. — Открывай, тебе не скрыться! — окрик заставляет Чона отпрянуть назад. Он понимает: это ловушка. Грёбаная, блять, ловушка. — Быстрее! — Чонгук буквально за шкирку отрывает от орудия оторопевшего Кима, который успел промазать ещё раз. — Какого хера ты разлёгся здесь?! Тэ испуганно смотрит куда-то в пространство перед собой. Он секунду назад взглядами пересёкся с тем, кого ему нужно было убить. Ему улыбнулись. Да так, что пробрало до мозга костей. Тэхён не видит, как Чон быстро разбирает винтовку, не слышит, как в дверь позади них ломятся так, что та скоро просто с петель слетит. Почему так вышло?.. Что сейчас будет? — Вставай, блять! — Гук тащит младшего за куртку и заставляет подняться. — Ты… Он не успевает договорить, дверь распахивается, и на крышу вылетают трое мужчин. Ким испуганно смотрит, понимает, что одного из них видел в офисе Дживона. Тот усмехается, когда видит, что его узнали. Чон реагирует первым: выхватывает из-под ремня джинс пистолет и, заслонив Тэ собой, направляет его на противников. — Какие люди, неужели сам Чон Чонгук, — тот, что стоит ближе всех, губы растягивает в улыбке, от которой в груди неприятно холодеет. — Давно не виделись. — Давон, — Гук оттесняет Кима в противоположную сторону, ближе к другому выходу, что находится метрах в двадцати. — Очень «приятная» встреча для нас обоих, не так ли? Они что, знакомы? Тэхён крепко пальцами сжимает чужую ладонь, чувствуя, как потеет своя собственная. Отвратительное липкое чувство забивает горло настолько, что не получается вдохнуть. Его могут вот-вот раскрыть. Чонгук не знает, что делать. Был бы он один, можно было бы просто перестрелять их всех к чертям собачьим, но с ним Ким. Новичок, за которым тоже нужно следить, который пока не обладает такими навыками, чтобы без слов понять, что нужно сделать. Тэ хорош, но не сориентируется, по крайней мере, именно в этой ситуации. Он ещё ближе прижимает Тэхёна к своей спине, чтобы тот грудью между его лопатками вжался. — Ну что? Деваться некуда? Понимаю… — Ошибаешься. Чон хмыкает и неожиданно стреляет мужчинам по ногам, заставляет отшатнуться в сторону, а кого-то болезненно застонать от полученных ран. Он попадает в одного, даже не целясь, что Тэхёна немного пугает, но его приводят в чувства моментально, дёргая за руку в сторону и рыча, что им нужно сваливать. Ким старается взять себя в руки, спешит за старшим, который несётся вперёд, стараясь преодолеть эти заветные метры как можно быстрее. Чонгук с силой дёргает дверь на себя, срывая замок, и проталкивает перед собой Тэ, чтобы тот оказался в укрытии первым. Пара пуль врезается в деревянный наличник прямо рядом с ним, и Чон заскакивает внутрь следом. По лестнице буквально скатываются, едва ли не ломая шею. По крайней мере, это касается Тэхёна, который летит сломя голову. Он готов сам себе глотку разорвать из-за того, что подставил Чонгука — знает ведь: это ловушка от Дживона, которую удалось устроить благодаря ему. — Давай быстрее! — Гук подталкивает его, слышит, как за ними следуют по пятам. Ким только сейчас вспоминает, что у него в кармане пистолет спрятан, но достать его не выйдет. Тут бы ноги унести, а не по карманам шариться. Дыхание сбивается до такой степени, что болезненно сводит лёгкие, но останавливаться нельзя. Лишь бы до машины добраться… Там уже будет гораздо проще удрать. Они оба это понимают. Наконец Тэхён вылетает на улицу и тут же оборачивается на Чона, который не отстаёт ни на шаг. Они преодолевают расстояние до автомобиля секунд за тридцать, но, кажется, преследователи просто так сдаваться не собираются, практически догоняют. Чонгук снимает машину с блокировки и снова подталкивает Тэ к двери со стороны пассажирского. Случайно оборачивается и краем глаза цепляет дуло пистолета, что направлено на них. Чон Тэхёна прикрывает собой не задумываясь. Острая боль пронзает плечо, а звук выстрела в ночной тишине оглушает своей внезапностью. Ким задерживает дыхание, когда следом за хлопком слышит тихое рычание. Чонгука ранили. — Сонсэнним… Чон заталкивает его в машину и, выхватив пистолет здоровой рукой, несколько раз стреляет в сторону оставшихся двоих мужчин. Ещё минус один. Чонгук прыгает за руль и заводит двигатель несмотря на то, что плечо отзывается резкой болью от малейшего движения. Нужно потерпеть. Сейчас не время расслабляться. Гук выруливает задним ходом и разворачивается на ходу, отчего всё ещё напуганного Тэхёна впечатывает в дверь. Он пытается пристегнуться, но руки слишком сильно дрожат, не могут попасть по ремню, который где-то сзади, как назло, потерялся. В сторону Чонгука ему даже смотреть страшно: видеть куртку, что пропитана кровью, его выражение лица… От всего происходящего Кима трясёт, но он изо всех сил старается держаться. — Блять, за нами хвост, — Чон цедит сквозь зубы, переключает передачу, превозмогая боль. Тэ смотрит в зеркало заднего вида и замечает серую большую машину, что летит вслед за ними, стремительно сокращая расстояние. Он быстро нащупывает в кармане пистолет и нажимает на кнопку на двери, чтобы опустить оконное стекло. Раз уж его вина в том, что сейчас происходит, нужно попытаться загладить её. — Что ты… — Чонгук не успевает договорить — Ким наполовину высовывается из окна и наставляет оружие в сторону преследователей. — Ты ебанутый?! Тэхёну плевать, что его дёргают за куртку, пытаясь утащить обратно, он прицеливается и стреляет несколько раз. Чон слышит позади визг шин по асфальту и цепляется глазами за зеркало заднего вида: джип слетел с трассы, видимо, Тэ попал по водителю. Да он сумасшедший просто! Ким плюхается на своё место, пытается отдышаться, держась за грудь, из которой сердце вот-вот выпрыгнет. Он впервые попробовал сделать нечто подобное, впервые прострелил кому-то голову так быстро, ни на секунду не задумавшись. Нет, Тэхён не неженка, просто он… Никогда не думал, что способен на такое внезапное решение. — Ты точно ебанутый, — Чон вздыхает, чувствуя, как к ране неприятно липнет ткань. Больно и противно. Он ощущает, как начинает кружиться голова, в горле пересыхает быстро, а перед глазами всё плывёт. Чонгук встряхивает головой, стараясь избавиться от этого тумана, но это помогает лишь на несколько секунд. Он трёт кончиками пальцев глаза, стараясь не выпустить руль. Тэхён распахивает глаза, когда видит, как струйка крови скользит по тату на запястье старшего, окрашивает чернильные рисунки. — Сонсэнним, нам нужно поменяться местами, вы не сможете вести машину в таком состоянии. — Отстань, — Чон упорно игнорирует педаль тормоза, смотрит чётко перед собой, стараясь не потерять сознание, которое уже, кажется, само решило его оставить. — Мне не нужна помощь. Так что заткнись и сиди. Ким глаз не сводит с него, испуганно хлопает ресницами, вдруг руку кладёт на ручник. — Если вы не остановитесь, я дёрну его. Чонгук рычит от злости и боли. Он мог бы скинуть его руку, не будь у него прострелено плечо, которым совсем сейчас не получается двигать. Стирать шины не хочется, поэтому он прижимается к обочине. Возможно, Тэхён прав. Чон отключиться может в любой момент, и тогда разобьются они оба. Он зубы стискивает до того, что челюсти болезненно сводит, но на педаль тормоза давит, наконец останавливает машину. Откидывается на спинку кресла и запрокидывает голову, закрывает глаза, пытается голову выключить, чтобы не чувствовать этих дерьмовых ощущений, которые он не испытывал уже очень давно. — Подождите, я помогу вам, — Ким быстро выскальзывает из автомобиля. Ага, ещё чего… Чонгук открывает дверь и сам пытается вылезти, от боли мычит, но всё равно не хочет ждать, пока ему помогут. Самое отвратительное — чувствовать себя обузой. — Я же просил подождать, — Тэхён наклоняется и закидывает его здоровую руку себе на плечо, поднимает Чона практически самостоятельно — тот лишь едва ногами опирается на землю. — Почему вы даже сейчас не даёте помочь? — Потому что не нуждаюсь! Чон вырваться не пытается, ноги едва волочит из-за головокружения и лёгкой тошноты, которая липкими волнами накатывает. Он помнит всё это — пулю ловит не в первый раз, но ощущения максимально паршивые. Тэхён помогает ему усесться на пассажирское, руки пачкает чужой кровью, кончика носа касается неприятный металлический запах, но Ким на него внимания не обращает. Сейчас не до этого совсем. — Вы даже до Сеула не доедете, — Тэ пристёгивает старшего ремнём безопасности. — Кровотечение слишком сильное. — Доеду, если ты не будешь пиздеть и поведёшь. Тэхён захлопывает дверцу и, обогнув автомобиль спереди, садится за руль и быстро выкручивает его в сторону, пристёгивается одной рукой. Пульс по вискам бьёт, но Ким старается сосредоточиться на дороге и спидометре, стрелка на котором переваливает за пятьдесят слишком быстро. Чон сидит, как кукла тряпичная, отвернувшись к окну и плотно закрыв глаза. Тэ постоянно косится на Чонгука, чтобы хотя бы немного следить за его состоянием. Выглядит он не очень: бледный, лицо и шея блестят от испарины, дыхание хриплое и тихое. Не доедет. Ким достаёт телефон и быстро открывает в навигаторе поиск по близлежащим отелям и гостиницам. Нужно достать пулю и остановить кровотечение. Если этого не сделать, у них обоих будут большие проблемы. Ближайшая больница находится километрах в ста, да и нельзя туда с огнестрелом — сразу вызовут полицию для дальнейших разбирательств. До отеля около сорока километров, что не может не обнадёживать. Тэхён нажимает на надпись «построить маршрут» и крепит смартфон на панель управления, где раньше был телефон Чонгука. — Поедем в мотель, — Тэ поглядывает на старшего, — вытащим пулю и обработаем рану, чтобы была возможность доехать до Сеула. Позвоним доктору Киму, чтобы он ждал нас. — Какой нахер мотель?.. — Чон морщится, пытаясь сесть поудобнее, но цепляется плечом за часть двери и, болезненно застонав, оставляет эту ничтожную попытку. — Езжай в Сеул сразу. Я вытерплю. Там вызовем Сокджина. Тэхён стискивает зубы, давя в себе желание чем-нибудь швырнуть в старшего, чтобы тот, наконец, заткнулся — ведёт себя, как маленький ребёнок, всё героя корчит. Бесит. Он крепко, до скрипа обивки, пальцами сжимает руль, смотрит прямо перед собой, понимая, что все слова Чонгука нужно пропустить мимо ушей и сделать так, как действительно нужно. Навигатор показывает, что ехать осталось пятнадцать минут, и Ким давит на газ, пытаясь сократить это расстояние за десять. Ему кажется, что каждая минута на счету. Пусть он преувеличивает, из мухи раздувает слона, но если Чон реально не доедет, Тэ себе этого никогда не простит. — Куда ты так гонишь? — у Чонгука голос подрагивает немного, и от этого внутри всё сжимается. — Мы что, опаздываем? — Вы можете помолчать хотя бы десять минут?! — Тэхён взрывается от этого холодного безразличия. — Хватит делать вид, что всё хорошо! Всё очень и очень хреново! Ким поворачивается в сторону старшего, который почему-то молчит и не отвечает ему на дерзость. Чон сидит, плотно закрыв глаза, голова безвольно опущена вниз. Кажется, он отключился. — Вот же чёрт… — Тэ одной рукой держит руль, а пальцами другой нащупывает на чужой шее пульс. Колебания слабые, но ощутимые. Дживон. Это всё сейчас из-за него! Из-за него, блять! Тэхён гонит, насколько хватает смелости. Хотя кто сказал, что это не страх? Страх за чью-то жизнь, которая оказалась в опасности из-за него самого… Если бы Ким не слил детали дела, ничего бы этого сейчас не было. Он раздражённо ударяет ладонью по рулю и ещё прибавляет скорость. До мотеля добираются за семь минут благодаря Тэ, который сделал всё, чтобы сократить время в пути до минимума. План в голове есть, главное, чтобы его дали осуществить. Убедившись, что в машине есть аптечка со всем необходимым, Ким быстро руки обтирает влажными салфетками, чтобы смыть хоть часть крови, хватает аптечку, спрятав её под курткой, выскакивает на улицу и бегом направляется ко входу в небольшое мрачноватое здание с подсвеченной неоном вывеской, натягивая рукава куртки пониже. Нужно сделать всё как можно скорее. Он дёргает на себя стеклянную дверь и входит внутрь, только вот за стойкой регистрации нет никого. Тэхён несколько раз ударяет по звонку, что стоит тут же, и, наконец, из подсобного помещения выходит пожилой мужчина в полосатой футболке. Он тут же цепляет на нос очки. — Доброй ночи, чем могу помочь? — Мне нужен одноместный номер на одну ночь, — Ким выпаливает, тут же достаёт из кармана бумажник. — Самый простой. Оплата наличными. Сколько это будет стоить? — Тринадцать тысяч вон. Как вас зовут? — Джиху, — Тэхён ляпает первое, что приходит в голову, — Ким Джиху! Администратор записывает его имя в толстую книгу, где ведётся учёт заселения в номера. Тэ от нетерпения дёргает ногой, чем вызывает у мужчины недовольный взгляд. Конечно, кому понравилось бы, завались к нему ночью странный гость, так ещё и нервный какой-то? — Седьмой номер, второй этаж, — мужчина кладёт на стоку ключ. — Выселение в четыре часа дня. — Спасибо. Тэхён хватает ключ и бежит к лестнице, что ведёт наверх, быстро топает по ступеням, стараясь добраться до комнаты как можно скорее. Сердце в груди заходится от мыслей о том, что где-то там остался Чонгук, которого нужно перенести в номер. Через администратора нельзя — кровь на одежде может вызвать ненужные подозрения, а состояние старшего их лишь подкрепит. Ким ворочает ключ в замочной скважине, замок поддаётся не сразу, скрипит неприятно, заставляя поморщиться. Плевать сейчас на это. Комната вполне себе обычная: кровать посередине, небольшой туалетный столик и шкаф для одежды, есть ещё одна дверь, которая, по всей видимости, ведёт в ванную. Это несомненный плюс в их ситуации. Он отшвыривает аптечку на кровать, выскакивает в коридор, лишь прикрывает дверь — Чонгук вряд ли сможет прийти сам, а открыть номер одной рукой будет проблематично. Здесь должен быть запасный выход, через который можно попасть на задний двор и обойти здание. Благо, Тэ догадался поставить машину сбоку, чтобы не идти слишком далеко. Он тихо спускается на первый этаж и проверяет под лестницей. Бинго! Ким толкает белую пластиковую дверь, но она закрыта. Не поддаётся давлению. Хочется громко заматериться, с ноги её выбить, но Тэхён старается держать себя в руках, дышит глубоко, сжимает и разжимает кулаки, думая, как её можно открыть. В фильмах замки открывают невидимкой, но её у Тэхёна нет. Он шарится по карманам, пытается найти хоть что-то, что могло бы помочь. Пальцы нащупывают в кармане ключи от машины Чонгука. На них есть брелок, что прицеплен на проволочное кольцо. Это вариант. Тэ быстро снимает ключ и брелок, убирает их в карман, пытается разогнуть кольцо. По-хорошему нужны плоскогубцы, но рассчитывать на вспомогательные предметы сейчас не приходится. Ким режется до крови, ломает ногти, но проволоку разгибает почти полностью. Шарится ей в замочной скважине, прокручивает несколько раз, молится, чтобы помогло… Тихий щелчок, и дверь распахивается сама, отчего коридор наполняется ночной прохладой. Всё. Тэхён вылетает на улицу, бежит к машине, что стоит неподалеку. У него мало времени — заметить открытую дверь могут в любой момент. И чёрт с ней, если закроют, главное, чтобы их не заметили. Ким снимает автомобиль с сигнализации и распахивает дверь со стороны Чонгука, который следит за ним, приоткрыв глаза. Взгляд затуманенный, кажется, он то теряет сознание, то снова приходит в себя. — Постарайтесь вести себя тихо, чтобы нас не заметили, — Ким помогает ему вылезти, тут же закидывает здоровую руку себе на плечо и ногой захлопывает дверцу машины, на что Чонгук морщится. — Куда мы?.. — Пулю доставать. Чон молча кивает и старается не полностью на Тэхёне виснуть, хоть немного на ногах держаться. Нести его тяжело, но Тэ не сдаётся, даже умудряется поставить автомобиль на сигнализацию, пока они идут до здания. Лестница на второй этаж — самое страшное и сложное, что преодолеть получается с огромным трудом. Чонгук глушит в себе тихие стоны, губы до крови кусает и собирает все оставшиеся силы для последнего рывка. Ким бога благодарит за то, что у них получилось добраться до номера без приключений, если не учитывать, что он пару раз чуть не уронил старшего. Будь ты проклят, Кан Дживон, за то, что Тэхёну сейчас приходится через всё это проходить! И Чонгуку тоже… Тэ опускает Чона на кровать как можно аккуратнее, чтобы он лежал раненым плечом кверху, но тот всё равно рычит от боли, глаза жмурит. — Всё хорошо, скоро станет легче, — Тэхён сантиметр за сантиметром стягивает с него куртку, стараясь не навредить. — Нужно потерпеть ещё немного. Водолазку придётся разрезать — просто так не снимешь. Кровью ткань пропиталась насквозь, прилипла к коже, дискомфорт и болевые ощущения усиливает. Найдя в аптечке небольшие ножницы, Тэхён цепляет край плотной ткани и, поддев её, разрезает аккуратно, так, чтобы водолазку можно было снять как можно проще. Плевать, что её испортили окончательно. Это сейчас совсем неважно. Чонгук тихо хрипит, когда ткань срывают с раны, цепляя кожу вокруг, но облегчение всё же наступает, когда прохладный воздух опаляет повреждённое место. Тэхён отбрасывает окровавленную ткань на пол, стараясь не испачкать его, спешит в ванную, чтобы помыть руки. В шкафчике над раковиной обнаруживается ещё одна аптечка. По всей видимости, на всякий случай. Отлично, Киму это как раз и нужно. Он хватает её и возвращается в комнату. На столике стоит бутылка воды, как в приличном хостеле, что как нельзя кстати именно сейчас. Открутив крышку, Тэ аккуратно поливает водой всё ещё кровоточащую рану, пытаясь убрать хоть немного крови. Чонгук дёргается и рвано выдыхает — ему даже сейчас больно. — Постарайтесь не дёргаться,— Тэхён предупреждает на полном серьёзе, смачивая ватную палочку в спиртосодержащем антисептике, протирает кожу вокруг ранения. — Сейчас будет очень больно. Чон закрывает глаза и закусывает губы, половиной лица утыкается в подушку. Ким обрабатывает руки и пинцет, что по счастливой случайности оказался в аптечке мотеля, насухо всё вытирает и усаживается на край кровати, чтобы было удобнее. У Тэ от волнения руки трясутся — всё же он не врач, но у них сейчас нет выбора. Состояние Чонгука ухудшается с каждой минутой. Тэхён стискивает зубы и дотрагивается металлическим пинцетом до раны, стараясь добраться до пули. Больно. До ужаса. Чонгук громко рычит, пытается дышать, но у него не выходит — боль невыносима настолько, что перед глазами сверкает. Ким наконец цепляет кусочек свинца и тянет его вверх, чтобы извлечь из повреждённых тканей. Чон воет, руками сжимает простыню до белёсых костяшек, но не дёргается, лежит смирно. — Есть! — Тэхён быстро отбрасывает пулю на заготовленные салфетки и садится перед кроватью на корточки, чтобы заглянуть старшему в лицо, что всё ещё искажено гримасой боли. — Как вы, сонсэнним? — Ты сумасшедший… — Чонгук говорит с большим трудом, облизывает пересохшие губы, что потрескались от постоянных покусываний, и обессиленно закрывает глаза. — Мне есть, в кого таким быть, — Ким усмехается и убирает пряди волос с его лица, что прилипли ко влажному лбу. — Сейчас выпьете таблетку, я перевяжу вас и позвоню капитану Киму. Чон кивает.