Отчуждённость

Драконья гордыня им путь не затмит...

      Метель бушевала вовсю. Ветер встал сильный: верхушки деревьев время от времени сгибались, ветер нёс с собой множество снежных хлопьев, которые били в лицо участникам Поиска. Каждый из них был в куртках и утепленной одежде, которые захватили в Лагере, но они не особо помогали в этот холод. Все, за исключением Нико. Он был даже не в своей авиаторской куртке, а в простом чёрном плаще. На ветре тот развевался, придавая обладателю какое-то мистическое обличье.       Люк с трудом приблизился к идущему впереди Нико. Он чуть ли не прокричал: — Нико, какого чёрта ты без тёплой одежды?!       Брюнет, не сбавляя темпа, ответил коротко: — Я снизил температуру тела. Мне не холодно. — Ты получишь обморожение!       Нико развернул голову к нему. Шрам с правой стороны лица выглядел угрожающе и ужасающе. Зубы Нико, в отличие от остальных, не постукивали от холода. Снег бил в лицо, но брюнет даже не моргал. По нему никак нельзя было понять, что холод доставляет дискомфорт. Мне плевать, Лукас.       В единственном сейчас видном глазу была только суровость и властность. Лицо осталось стальной маской. Оно всë реже изменялось. Иди и проследи, чтобы никто из остальных не получил обморожение. Если понадобится, остановимся на отдых.       Процессия шагала уже несколько часов. Идущая сзади Семëрка и впрямь успела выдохнуться. — А метель-то не шуточная, скажи? — прогортанил Перси. — Не могу говорить! — пробубнил Джейсон, вытаскивая ногу из глубокого снега. — Не отставайте! — развернувшись назад, крикнул Фрэнк Пайпер, Хейзел и Аннабет. Лео шёл немногим впереди. Он попытался что-то ответить, но снег залетал в рот, и он, отплевываясь и кашляя, выдохнул: — Скажешь тоже, сам-то под 2 метра…       В это время Лукас приблизился к ним. Снег бил ему в спину, поэтому он смог крикнуть: — Вы хотите привала?       Вся Семëрка закивала головами (это сопровождалось завываниями ветра и попытками не увязнуть в снегу). Люк понял, что вряд ли докричится отсюда до ди Анджело, и поэтому сделал самую благоразумную, по его мнению, вещь: взяв горсть снега, он слепил снежок, прицелился, и запустил прямо в Нико. Он надеялся, что попадёт в спину, но снежок угодил прямо в затылок брюнета. Сын Аида остановился. Медленно, он развернул голову назад. Лицо с глубоким чёрным шрамом сейчас выглядело не просто угрожающим из-за спокойствия и отсутствия каких-то движений, а смертельно опасным. Переборов себя, Кастеллан крикнул: — Голосуем за привал! Если не хотим, чтобы они утонули в снегу, надо остановиться и переждать бурю!       Нико на расстоянии кивнул, и его поток мыслей передался в разум Луки: Здесь есть пещера. Им нужно немного потерпеть.       Сын Гермеса кивнул в ответ и повернулся к полукровкам. — Тут недалеко есть пещера! Нужно немного потерпеть, и мы дойдем до туда. Нико поведёт! — А ты откуда знаешь? — громко спросил Перси, подойдя и чуть ли не опять в ухо. Люк замнулся. — Он как-то раз рассказывал, ещё до Поиска! Не отставайте! — и быстро отвернулся, стараясь не выдать свой растерянности. С другой стороны, почему он должен скрывать свою мысленную связь с Нико? Разве у хорошего лидера должны быть тайны от своей команды? Не идеализируй людей, Лукас. Себя тоже. У них всех тоже есть тайны, — напомнил о себе Нико в его голове.       Следующие полчаса, идя и утопая в сугробах, члены отряда утешали себя мыслью о том, что вот-вот доберутся до обещанного прибежища. Правда, эти полчаса казались вечностью, специально растягиваемой невидимыми руками. Было безумно холодно, и кто-то уже был готов свалиться от этого, но в этот момент Фрэнк заметил впереди то, что им сейчас так было нужно. Лукас махал Семëрке, и его было еле видно из-за летящих вниз снежинок. Он стоял у входа в пещеру, расположенную у подножия мелкого холма. — Прибежище! — победоносно воскликнул Перси, а за ним подхватили остальные, и они с остатками сил ринулись к силуэту Луки. Сам парень тоже был очень рад наконец найти возможность переждать лютую метель.       Пещера была неглубокой. Снег залетал лишь на пару метров, а остальная часть была без снега, пахла сыростью. Нико уже стоял внутри, оперевшись о стену и ожидая внутри остальных полукровок. — Поверить не могу, что ты прошёл этот путь с плащом, — стуча зубами восхитился Лео. Нико перевёл взгляд левого глаза на латиноса. — Однажды я провëл несколько суток в Арктике один, без тёплой одежды. Думаешь, эта метель заставила бы меня почувствовать холод? — Ты был в Арктике? — круто развернувшись от Аннабет в сторону Нико, удивился Лука. — Когда?       Теперь брюнет перевёл взгляд на Кастеллана. Словно выдавливая из себя слова, он ответил: — В октябре. — В первой или второй половине? — со всей серьёзностью задал вопрос Лукас. Нико насторожился. — Во второй. — Ты мне этого не рассказывал, — с излишней спокойностью, сразу бросавшейся в глаза, заметил Люк. Ди Анджело кивнул.       «Между ними двумя что-то есть?» — спросила себя Пайпер. И ей показалось, что в этот момент Нико бросил взгляд в десятую долю секунды на неё. — Кхм, эм, если уж у нас появилось время на разговоры, — поспешил заполнить эту паузу Джейсон, — то я уверен, все бы хотели знать, куда они направляются, — и выжидающе начал пялиться на ди Анджело. Тот всë также стоял у входа в пещеру, в то время как всё прошли внутрь, скрестив руки на груди и опираясь на стену. Он ответил ему своим фирменным разрежающим сталь взглядом, который, могу вас заверить, он строил не специально. — Мы идём к горе, — повторил Нико низким ледяным голосом. — Да брось уже, — вступил в диалог Лео. Нико посмотрел вниз в сторону, откуда шёл голос Лео. — Мы поняли, что ты не будешь давать прямых ответов сразу, но мы уже несколько часов прошли в эту метель, и нам честно, очень хотелось бы знать, почему мы идём к горе? — Вальдес пытался быть очень вежливым, вспоминая, что может сделать Нико с теми, кто ставит ему ультиматумы, но всё же сказал это с ноткой раздражения.       Ди Анджело повернул голову в противоположную сторону — к выходу из пещеры. И молчал. Аннабет пыталась держать себя в руках, но на первый взгляд пофигизм Нико и его пренебрежение всем Поиском доканали еë. — Знаешь что? Мы виделись с твоим отцом, и ты чем то похож на этого властного старика. Но если ты сын Повелителя мёртвых, это не значит, что…       Следующие её слова потонули в рëве снаружи. Откуда-то там слышался ясный, нечеловеческий рëв. Даже метель не могла заглушить его — звериного, пугающего, принадлежавшего кому-то большому. Он стих, но его эхо продолжалось раздаваться в головах полукровок. — Что это было?! — шëпотом подсуетилась Хейзел. — Это был ответ на вопрос Вальдеса, — спокойным тоном ответил брюнет. — Почему мы идём к горе. Они могут помочь нам. — Они? Кто они? — всполошился Лео, уже жалея, что открыл рот. Ди Анджело остановил свой тяжёлый, как небосвод, взгляд на парне. Затем пообещал: — Скоро сам узнаешь. Я оказал им услугу однажды. Возможно, они окажут её вам. Но… Чейз. — Последнее слово он произнёс так, будто схлопнулся капкан. Аннабет не смела шевельнуться. Перси, на всякий случай, привстал с холодного пола, на котором сидел. Нико смотрел на неё из-за волос, спадавших с головы. Люк предостерегающе шагнул к ним. — Нико, извини, я подумала, что ты… — начала было Аннабет, но слишком резко замолчала. Она и сама не понимала, почему. Она в недоумении пыталась что-то выговорить, но лишь изменялась в лице. Затем, она схватилась за горло. — Я не понимаю тебя, Чейз. О ком ты говоришь? — без театральной наигранности, серьёзно и честно спросил Нико. Перси ринулся к девушке, чтобы оказать помощь, но её отпустило ю; она снова могла говорить. — Я… — девушка переводила взгляд с друзей на ди Анджело, — Я сказала, что ты похож на своего отца, но ошибл… — Ошиблась. Ты ошиблась, — закончил за неё Нико. Аннабет выдохнула и потирала горло, отказавшись от помощи Джексона, когда Нико сказал: — У меня нет отца. Я не понимаю, о ком ты говоришь.       Джейсон повернул голову к Луке: Нико сбрендил? Кастеллан, в свою очередь, часто моргал, не переводя взгляд с брюнета. — О ком она говорит? — ужаснулась Хейзел. — Она говорит про Аида, твоего отца!       Нико ответил ей спокойно: — Дочь Плутона. Я отрёкся от этого бога. У меня нет отца. Когда-то он был им. Больше — нет.       Хейзел уставилась на него не волнуясь о том, о как выглядит. Что он несёт? Отрёкся от Аида? С ума сошёл? — Так-так-так, хватит, довольно, отдыхайте пока есть возможность, а нам надо на пару слов, — и Лука взял Нико за руку и хотел направиться наружу, когда подумал, что там вряд ли безопасно: во-первых, из-за метели, во-вторых, из-за тех, кто устроил рëв. Ди Анджело высвободил свою руку. — Нам не надо на пару слов. Отдыхай, пока можешь, — отдал приказ Нико, а затем круто развернулся и направился вглубь пещеры, и скоро исчез в её темноте. — Он не уйдёт? — спросил Джейсон вслух. — Пещера... Неглубокая, — ответила Хейзел, использую свою связь с тектоникой. — Ну, не знаю, с чего и начать, — медленно проговорил Перси, снимая обувь и ставя её так, чтобы она опиралась о стену пещеры. — Тогда начну я, — взял на себя ответственность Джейсон. Лука в это время наконец оторвался взглядом от продолжения пещеры и уже достал свой личный дневник, чтобы записать туда что-то, когда Грейс обратился к нему: — Рассуждаешь, как бы свергнуть богов, да?       Занесенная рука над дневником так и осталась занесенной. Но ответил Лука твердым голосом: — А почему бы и нет? Нико подал мне идею. — Люк, она у тебя была и до этого, — строго напомнила Аннабет, потирая горло. — Я не отрицаю. Полагаю, Лео уже сказал про мою единственную ошибку? Я буду стараться не допустить её снова. — Тебе же не сойдёт это с рук, — скрестив руки на груди, проговорил Фрэнк. — И вы, конечно, на меня донесëте, — усмехнулся блондин. — Может и донесëм! — вызывающе сказала Аннабет. Лука на секунду опешил, но постарался собраться с мыслями. — А ты, Аннабет, блефовать так и не научилась. — Отбрось шутки! — велела девушка. — Ты даже не знаешь, сколько времени я провела, вспоминая о твоих поступках и о твоей смерти! Я была подавлена, Талия вообще стала охотницей, чтобы забыть всë это, а теперь ты, оказывается, жив, и замышляешь ещё что-то в этом духе! — сорвалась на крик дочь Афины. Лука встал, и глядел девушке прямо в глаза; остальные притихли, с волнением и паникой наблюдая за происходящим. — Почему ты не поймёшь, что я делал это ради тебя, Талии, всего Лагеря?! — тоже задал ей вопрос Люк. — Ты просто хотел отомстить всем и всему за свой проигрыш в Поиске! — парировала Аннабет. — Я четыре года провел, скитаясь на улицах всей страны, потому что богам было плевать на смертных, своих детей и последствия своих поступков! Ещё до того, как мы с Талией нашли тебя! И её отец плевать хотел и на неё тоже! — не срываясь на крик, но грозно отбил Кастеллан. — И ты предал её, меня и свою семью чтобы что? Показать отцу, что ты уже взрослый? — разъяренно орала Аннабет. Этот разговор должен был состояться, а слова Лео о том, что Лука не изменился, ускорили момент его прихода. — Чтобы не допустить таких судеб, как моя! Как Талии! Как твоя! — Ооо, ну, я сомневаюсь, что кто-то повторит судьбу Талии, превратится в дерево, или твою — пойдёт против богов! — Повторит? — тихо повторил Люк. — Конечно повторит. И не один полубог. Всë повторится — через десять, двадцать, пятьдесят, сто, да хоть тысячу лет! Боги не изменились, и меняться не будут. — Речь не про богов, а про тебя! — рявкнула Аннабет. — Это неделимо. Ну разве мы не семья? — елейным голосом спросил Лукас. Аннабет не ответила на это, прекрасно зная ответ. — Вот видишь? Я — плод ошибок и лицемерия богов. Не будь этого — не было бы войны, битвы за Манхэттен, да вообще всего... — И поэтому ты должен быть лучше! Мы должны быть лучше! — с новыми силами вступила в перепалку Аннабет. — Мы и лучше! Но пока есть они, пока они правят миром силой и страхом, от того, что мы лучше, не будет пользы! — ДА ПОЙМИ УЖЕ! ТЕБЕ НЕ УДАСТСЯ ПОБЕДИТЬ! — вне себя от ярости заорала на него Аннабет. Но Кастеллан не отступал. — Потому что ты так сказала, Энни? — издевательски спросил Люк. Лицо блондинки вспыхнуло. — Знаешь что? Было лучше, пока я не узнала, что ты жив, — вякнула она, не успев понять, что сказала. Сын Гермеса, только что хотевший что-то ответить, осёкся на полуслове. Полукровки надеялись, что ослышались. Осознав, что сказала, Аннабет попыталась извиниться: — Я не это имела ввиду, Люк... — Всë в порядке, — перебил её парень, засовывая дневник в свой рюкзак, который нёс на спине. — Знаешь, Аннабет, может, поэтому я даже не пытался выйти с тобой на связь. Потому что тебе было лучше, когда ты думала, что я мёртв, — и рывком направился в глубь пещеры. — Стой, нет, Люк! Куда ты? — Аннабет ринулась за ним, но он оглянулся и ожëг её свирепым взглядом. Затем, когда она остановилась, ответил: — Куда? К тому единственному, кто меня понимает. К тому, кто вернул меня к жизни и к тому, кто не считает, что если я жив — это плохо, — и уже не оглядываясь он направился дальше, и скоро его стало не видно в темноте. — Оставь, — Перси прихватил Аннабет за плечо. Девушка сползла по стене пещеры вниз и присела. — Я взболтнула лишнего, — дрожащим голосом сказала она. — Есть немного того, — подтвердил Лео. — Вы бы в любом случае рано или поздно перешли к этому, — пыталась успокоить Пайпер свою подругу, — он понимает, что ты взболтнула последнее, не подумав.       Джейсон хотел было расспросить Аннабет о том, было ли что-то между Лукой и Талией, но момент был от слова совсем для этого неподходящий. Он решил отложить это ненадолго. — Вот будет о'кей, — попытался убедить Перси свою вторую половинку и обнял девушку.       Лука пнул камешек под ногами. Она правда сказала "Было лучше, пока я не узнала о том, что ты жив?" Он считал её своей сестрой, а затем получил такой удар под дых! Почему она не поймёт, что всë, что он делал и всë, что он думает — ради неё, ради них? Это не пустые слова, а правда, которую никто принимать не хочет. Мы должны быть лучше... Они и лучше! Но ими помыкают те, кто хуже них. Это надо прекратить. Если бы Талия сейчас была здесь...       Талия. Люк встал на месте. Рассказала ли ей Артемида о том, что он жив? Если да, то добавила ли что-нибудь от себя? А главное... Есть ли у них шанс начать всë заново? Но она же охотница...       Размышляя об этом, Люк шёл вперёд, и в один момент понял, что дошёл до конца пещеры. Она действительно была не очень глубокой. Он еле как заметил в углу силуэт Нико. Он сидел в этой приятной прохладе и наверняка расслаблялся. Предположив, что он что-то слышал из их криков с Аннабет, Люк обратился в темноту: — Нико, это просто идиотизм. Она, они думают, что всë, что я раньше делал — я делал из эгоизма!       Нико ничего не сказал в ответ. Подумав, что брюнет ждёт подробностей, Лука продолжил: — Думает, что мои действия были желанием мести отцу и богам. Да, были! Но ещё они были ради общего блага. Она понимает, что мы лучше богов, но отказывается идти против! Да как будто я заставляю идти против! Нужно просто выждать момент, подготовиться. Я ведь прав? — в чувствах рассказывал Люк, а ди Анджело молчал. Кастеллан решил выговориться: — Что ещё хуже, она думает, что я предал её и Талию. Она же знает, что они — часть моей семьи, как ты, Нико. И можешь даже не пытаться отрицать. А затем она сказала, что было лучше, пока она не знала, что я жив. И мне совсем не дерьмово, нет, что уж там. Я в этом говне по колено, Нико, — выдохнув, закончил Люк. Стало заметно легче: тот факт, что кто-то выслушал его, не перебивая, не осуждая и, может даже, соглашаясь с его мыслями и идеями, помогли ему почувствовать себя лучше. — Нико, спасибо, — поблагодарил вслух темноту и брюнета Лукас. Нико не отзывался. Какое-то внутреннее чувство начало говорить Луке о том, что что-то не так. Он сделал пару шагов вперёд. Внезапно, подошвой он ощутил, как на полу течёт какая-то жидкость. Рука полезла в карман — там находился портативный, небольшой фонарик. Взяв его в руки, блондин включил фонарик и направил счёт в сторону сидевшего, как ему только что казалось, Нико.       Он и правда сидел. Но у него были небольшие проблемы. Из его глазниц сочилась алая кровь, ручьями стекая по лицу. Изо рта на пол капала какая-то субстанция — чёрная, вязкая, нечеловеческая, не жидкость и не газ. Челюсть немного свисала вниз, руки были раскинуты в стороны, голова — откинута назад, на стены пещеры. То, на что наступил Люк, было вытекающей кровью парня из ушей и глаз. Нико за всё время, пока Люк разговаривал, не шевельнулся. Его кожа была холодной, холоднее озёрного льда. Но самое ужасное... От луча фонарика, которого держал Лука, была видна тень Нико. Но она не лежала, как её хозяин. Она возвышалась над ним на стене. Своими глазами-прорезями она с нескрываемой ненавистью глядела на того, кому принадлежит. Тень становилась больше. Плотнее. Реальнее. Вот и руки начали выползать, выковыриваться из стены, тянулись к Нико, который истекал кровью и чём-то ещё, чем-то не его.       Фонарик выпал из руки. Лука ринулся к Нико. — Нико! Ты в порядке?! Ответь! — он тряс брюнета, пытался вытереть кровь, сочившуюся из глазниц, в которых глаза закатились так, что были видны только белки. Люк паниковал. Он должен как-то помочь... Но как?       "Надежда. Она скоро умрёт". Это сказал Нико. Люк не понимал, почему именно эта мысль пришла ему сейчас в голову, но он приблизился к уху, из которого тоже текла кровь, как при высоком давлении, и прошептал: — Нико, надежда.       Это, кажется, сработало. Медленно, очень медленно, в его левой глазнице глаз приходил в привычное положение, зрачок спускался сверху. То же самое происходило с левым глазом. Мышцы на лице начали двигаться, и вот, наконец, Нико начал дышать. Да, оказывается, у него также не было дыхания, чего Лука не заметил. Взглядом он упёрся в Кастеллана, и спокойно проговорил: — Лукас, если они думают, что ты начал войну из-за эгоизма и жажды мести — они идиоты. Не слушай червяков. — Что с тобой такое?! — оглядывая своего воскресителя, ужаснулся Люк. Ди Анджело держал себя в руках: — Всë в порядке, Лукас. Я в норме. — Да ну что ты?! А что с тобой было минуту назад?       Нико ответил не сразу. Повременив с ответом, он попытался заверить блондина: — Всë было под контролем. Я пытался... — Ничего не было под контролем! Я видел твою тень сзади, на стене. Она точно оживала и протягивала свои руки к тебе. Не знаю, чтобы случилось, если меня не оказалось рядом, но думаю, что это из-за твоих трюков с путешествием в тенях, твоей книги тёмных сил и всего того, что ты делаешь с... — Лукас, — чуть громче позвал Нико. Люк остановился. Ди Анджело продолжил: — Лукас. Я никогда не лгал ни тебе, ни кому-либо ещё. Всë было под контролем. Я пытался узнать то, на что ещё я способен. Нам это пригодится в борьбе с нашим врагом. Ты же знаешь, что это значит. — Но не такой же ценой, когда ты... Когда та тьма, что внутри тебя, медленно убивает тебя. — Я же дал тебе слово, — Нико, опираясь на каменную стену пещеры, встал. Даже в этой темноте его чёрный силуэт был различим. — Я никогда тебя не покину.       Люк продолжал вглядываться в него. В своего воскресителя. Он никогда его не покинет. Он дал слово. А ещё он никогда не лжёт. Он лучше богов.       Встав на ноги, Нико снова заговорил с Лукасом: — Чейз тебе дорога. Она тебе как сестра. Но она ещё не понимает твоих планов, потому что боится снова потерять своего брата. Поэтому, неудивительно, что она сказала тебе. Но кто бы что ни говорил, помни: этот мир лучше, когда есть ты и такие как ты. Те, кто готов бороться, Лукас. За себя и за идею, — и Люк, стоя в этой темноте, почувствовал, как Нико смотрит ему в глаза. Не пытаясь пронзить своим взглядом, втолкнуть в стену, а говоря правду и веря в него. Это была ещё одна, одна из множества причин сказать ему — спасибо. С ним он мог быть собой. Не предателем семьи, не генералом, не главой Поиска.       Не стоит благодарностей — прозвучали мысли брюнета у него в голове. Но он всë равно метнулся к нему, и приобнял. Это было его "спасибо".       Спустя несколько часов метель начала слабеть. Некоторые члены Поиска решили вздремнуть, остальные просто сидели и разговаривали друг с другом. Затем они услышали шаги в конце пещеры. Люк, а за ним и Нико, вышли из темноты и предстали перед членами Поиска. — Пора идти, — произнёс пленник Тартара. Все спавшие как один пробудились. Они окинули взглядами всех в пещере, а заприметив темноглазого вскочили с мест. — Собирайтесь, — велел Нико. Аннабет боялась даже взглянуть на Луку, но пока все собирались, блондинка подошёл к ней и поставил руку на плечо. — Я... — поняв, что это подходящий момент для извинения, затараторило чадо Афины, но за неё закончил названный брат: — Погорячилась. Я знаю, Аннабет. Нам пора, — и пошёл на выход. Аннабет переглянулась с остальными, а затем попыталась незаметно взглянуть на Нико, но тот неотрывно за ней наблюдал. По его лицу нельзя было сказать, хочет он её прибить на месте или ему до неё нет никакого дела. Так или иначе, через пару минут уже все со своими вещами были снаружи, покидали пещеру.       Снег всë также шёл, но в сравнении с тем, что уже было, он шёл вяло, нехотя, лениво спускался на землю большими хлопьями. Гора стала заметно ближе: теперь было видно, что у неё есть крутые склоны, множество вершин, и размерами она походила на пяти километровую. Теперь Семёрка не молчала: снег не залетал в рот и не мозолил глаза, можно было свободно общаться. Пытались вести себя не очень громко и периодически оглядывались назад. Нико так и не сказал им, кто ревел, когда они были в пещере, и приходилось быть осмотрительнее. Но Перси решил ненадолго отделиться от своих друзей и поспешил к Луке с Нико, которые шли впереди. Они как раз что-то обсуждали: — Твоя рука в порядке? Не чувствую твоей боли, но хочу удостовериться.       Кастеллан пощупал левое плечо и подмышку. — Ноет, но это терпимо. Меня больше беспокоит то, что ты забираешь мою боль. Тебе достаточно своих испытаний, а м... — Сзади, — не глядя назад, на Джексона, предупредил он. Перси, расслышавший только это слово, удивился: может, у брюнета на затылке глаза есть? — Да, Перси? — посерьёзнев, обратился к нему Кастеллан. Перси покашлял и ответил: — Лука, я хотел бы узнать, куда именно мы направляемся. Вы сказали, что к горе, но это значит, что мы идём к вершине?       Голубоглазый посмотрел на Нико. Тот, не глядя ни на того, ни на другого, шёпотом ответил: — Почти. Заберемся на гору. Дальше — увидите. — Ты хочешь, чтобы мы просто слепо тебе доверились? — без намёка на агрессию, но желая уточнить, спросил сын морей. Пленник Тартара парировал умело: — Сомневаешься? — и Перси никак не ответил, лишь пожал плечами. Нико продолжил: — Несколько месяцев я защищал твою семью от нападок монстров, чтобы твоя мать не лишилась дочери. Тогда ты тоже слепо доверился мне, хоть и не знал про это. — И я благодарен, — поспешил поблагодарить Перси, — но это совсем другое... — Разве это не вопрос доверия? — возразил Лука. — Да, именно, это вопрос доверия... — После этого ты мне не доверяешь? — поинтересовался Нико, так и не удостоив Перси того, чтобы тот увидел его лицо, и тому приходилось любоваться лишь затылком. — Нико, при всём этом, ты также говорил, что следил за нами. В Лагере ты сказал, что знаешь наши потаëнные желания, как причинить нам боль, если это будет нужно, так? — Именно. — Как, по-твоему, мы после этого должны тебе доверять? — хотел узнать секрет доверия Перси. — Как? — Нико остановился. Он повернул к Джексону голову через правое плечо. Была видна только часть лица со ужасным шрамом. — Также, как когда ты доверился мне довести твоих друзей до Дома Аида. Тогда ты не заботился о доверии. Что не так, Джексон? Боишься? — и шрам по какой-то причине сейчас пугал Перси. — Нет! Нет, то есть, я хотел сказать, — поспешил с ответом парень. — Тогда доверься мне. Как доверялся раньше. — Я... Хорошо, — нехотя признал своё поражение сын Посейдона. — Тогда, я пойду? А вы? Может, присоединитесь? Метели уже нет, путь видно, — предложил Перси. Люк задумался. — Пожалуй, что да. Пойдём, Нико.       Тот ответил ему мысленно:       Чего ради? — Нам бы не помешало сблизиться с нашей командой, — поднажал Люк.       Ты можешь сам сблизиться с ними. — Нет, ты тоже должен. Идём, — требовательно попросил Люк. Но со стороны Перси это выглядело так, будто Кастеллан говорит сам с собой. Он метался взглядом с одного парня на другого, ему казалось, что он немного спятил. Люк уловил этот взгляд и ухмыльнулся: — Всë в порядке. Мы сейчас догоним, — и кивнул Перси, что тот может возвращаться, что тот и поспешил сделать. Лука немного проводил его взглядом, а затем накинулся на Нико: — Нико, пожалуйста, пойдём. Тебе это будет полезно, да и мне тоже. — Нет. — Пожалуйста, Нико. — Нет. — Будь так добр, помоги мне выглядеть в глазах подчинённых чуть лучше, — вежливо попросил сын Гермеса.       Исчадие ада с подозрением глядело на сына Гермеса. Но спустя секунд двадцать он вынужденно кивнул. Лука чуть ли не потащил его к остальным. Когда они скоро дошли до остальных членов Поиска, те заткнулись и с расширенными глазами уставились на новоприбывших. — Вы не против, если мы пойдём все вместе? Нужно пытаться наладить коммуникацию со всей командой, — серьёзно сказал Люк. Никто не возразил. Какое-то время они шли молча. Нико это прекрасно устраивало — он шёл чуть в стороне, держась ближе к Луке. Люк заметил эту неловкую тишину и поспешил найти тему для разговора: — Молчите? Как насчёт лёгких дружеских разговоров? Можете задать мне вопросы, которые вас интересуют.       Первым вызвался Джейсон. Он спросил: — Спрошу прямо: между тобой и Талией что-то было?       Удар ниже пояса, — заметил для себя Кастеллан. Нужно будет ему задавать вопросы, а не им. — Слу-у-ушай, Джейсон, хороший вопрос. Мы вместе пытались выжить в этом мире. Она мне очень дорога, если тебя это интересует. — Но я хочу узнать... — не успел, увы, закончить предложение Грейс; Пайпер сильно пихнула его в бок. Глазами она говорила: не смей расспрашивать про отношения — это святое. Потирая место удара, он услышал Луку: — Мой ответ тебя удовлетворил? — Да... Конечно, — выдавил из себя улыбку парень. — Тогда, моя очередь. Любишь играть в снежки? — и Лука сделал вид, что завязывает шнурки, но сам зачерпнул горсть снега. — Что? — не успел понять, что сейчас произойдёт, Джейсон. Люк подскочил к его спине, чуть отодвинул капюшон, и засыпал ему в спину снега. Мгновенная реакция сына Зевса была бесценной: он вскрикнул, отпрыгнул и пытался вытряхнуть снег. Перси не сдержал себя и рассмеялся. Люк не терял времени, зачерпнул снега и кинул прямо в смеющийся рот Перси. — Я, Аннабет, Фрэнк и Пайпер против Перси, Джейсона, Лео и Хейзел! Начинаем! — и он кинул снежок в Лео. Какое-то мгновение никто не врубался, но затем до всех дошел смысл его слов. Начался весёлый хаос: две группы полукровок обменивались снарядами, уклонялись, пытались играть грязно — словом, они веселились. На пару бесценных минут можно было и забыть, что они на жизненно важном задании, скрываются одновременно от богов, фигуры из мрака и обладателей ужасающего рëва.       Лео и Хейзел вместе атаковали Фрэнка — в него было легко попасть из-за его роста, а Лео пользовался тем, что он ниже всех и в него сложнее всего попасть. Скоро на помощь Чжану подоспела Аннабет — вместе они смогли отогнать неприятелей. Чуть подальше от них всë происходило наоборот — Джейсон и Перси пытались попасть в Луку. Он резво прыгал от места к месту, от сугроба к сугробу и точечно обстреливал двух противников снарядами из снега. Он отвлекал двух полукровок — Пайпер зашла к Джейсону и Перси из-за спины, собрала приличное количество снежков и начала блиц обстрел с тыла. Это не долго спасало еë: совсем скоро они поняли, где настоящий враг, и сосредоточились на ней, не оставив девушке и шанса. Вскоре произошла перегруппировка: Лео был вместе с Джейсоном против Аннабет, Фрэнка и Луки. Теперь они укрывались за небольшими сугробами, используя их как крепости. Во время их баталии Перси с Фрэнком пытались в пух и прах уничтожить Хейзел, которая Туманом одурманивала их. Словом, им всем было весело.       Но не Нико. С каким-то странным чувством он наблюдал за их забавами. Само присутствие чувств в нём было мерзким, а когда они были настолько неприятными, хотелось в прямом смысле выбить из кого-то внутренности. Как они могут сейчас предаваться таким занятиям? Ди Анджело развернулся к горе. До неё оставалось меньше десяти километров. С этой стороны к ним стояла очень крутая сторона склона — почти полностью вертикальная. Это не было проблемой — Нико запросто туда заберëтся, и полукровкам поможет. Сложнее будет договориться с теми, кто внутри. Солнце уже начало свой путь на запад, и скоро должно было погаснуть.       Люк, занесший правую руку со снежком, замер. Нико передал ему свои мысли. — Ребят, повеселились, а теперь пора. Идём, — остановил их забавы Кастеллан серьёзным тоном. Семёрка невольно прислушалась к нему и перестала паясничать.       Вся процессия быстро шагала в сторону горы. Чем ближе к горе, тем больше задумывались: как они взберутся на неё с этой крутой стороны? Она было, считайте, полностью вертикальной. Никто из них не был опытным альпинистом. Может, Джейсон и смог бы взлететь на верхушку, прихватив с собой кого-то, но как насчёт остальных? Хотелось задать вопрос Нико, но что-то подсказывало, что он промолчит.       И вот, спустя полчаса, они дошли до этого крутого склона, засыпанного снегом. Но им даже не пришлось спрашивать Нико: он сам развернулся к ним и заговорил: — Нужно забраться наверх. — Мы как раз думали, как? — ответил Лео, пытаясь не терять настроя. — Возьмитесь за руки, — приказал брюнет, скрестив руки. Ребята не сразу поняли, что он хочет этим сказать. — Хороводы водить будем? — ухмыльнулся Лука. Ди Анджело ответил серьёзно: — Возьмите друг друга за руки. И держитесь покрепче, — и он протянул левую руку Луке. Тот, удивлённо моргая, взял её, а другую протянул Перси. Руку Перси взяла Аннабет, её Фрэнк, затем Хейзел, Лео, Пайпер и, наконец, Джейсон. — И что теперь будет? — ожидая что-то необычное, спросил Лео из-за Фрэнка. Нико, взглянув ввысь, ответил мрачным железным тоном: — Вертикальный бег.       Прежде, чем хоть кто-то успел понять смысл его слов, он рванулся вперёд. Точнее, наверх. Он прыгнул, и его ноги как будто прилипли к вертикальному склону — он не падал! А затем он в таком положении побежал вверх, таща за собой весь Поиск. От неожиданности происходящего они закричали — Нико нёсся наверх с огромной, нечеловеческой... Аномальной скоростью и не падал вниз! Для него этот склон был будто поверхность земли, по которой все ходят, и он также без проблем бежал вверх. Джейсон болтался внизу, качаясь туда-сюда, как, впрочем, и все остальные. Гляди бы он на это со стороны — засмеялся бы. — КАКОГОЛЕШЕГОЧЁРТА?!!! — заорал Перси. — Я НЕ ЛЮБЛЮ БЫТЬ НАВЕРХУ!... — Не ори в ухо! — в ответ крикнул на него Лукас, обернувшись назад, то есть, вниз. Поразительно: земля так быстро отдалялась! Никогда раньше Нико не рассказывал и не показывал того, что способен на такое. Блондин повернулся к своему воскресителю, который резво бежал вверх. Вероятно, ему было тяжело тащить за собой восемь человек. Интересно, как быстро смог бы он пробежать без них?       Вертикальный склон кончался. Нико заметил сверху, то есть впереди, отвесный уступ. Он поднажал, и вот уже через десять секунд вспрыгнул на него, отпустив на совсем короткое мгновение руку Лукаса. Все они по инерции на это мгновение подлетели вверх, а затем, закричав, устремились вниз, но Нико, успев развернуться к ним, стоя на уступе, успел схватить руку Луки двумя своими. Он потянул их всех наверх, к себе. И вот Семёрка, вместе с Лукой, тяжело дышала и медленно вставала со скалы. И прежде, чем кто-то начал возмущаться и выходить из себя, Лео спросил: — Как? Нико, как? Как ты это делаешь?       На любой другой вопрос Нико бы не ответил. Но этот был тем, на который он хотел бы дать ответ. — Умею выделять антигравитоны, но в умеренном количестве. Манипулирую своим гравитационным полем, но не в совершенстве, — коротко объяснил брюнет. Глаза Лео засияли, а нос начал дымиться. Так всегда происходило, когда он перевозбужден. — Ооо, черт возьми, я так и думал! Ты сможешь выразить это на бумаге, в виде формулы? — хотел узнать латинос, но Перси, наконец придя в себя, запричитал: — Я имел ввиду не такое доверие, когда говорил, что доверяю! Почему ты не мог предупредить нас? — Может, так и надо было, но мы же должны быть в курсе! — поддержал Фрэнк, и со страхом глядя вниз, осознавая, что они пробежали этот путь.       Нико даже не удостоил их поворотом головы. Он смотрел на вершину горы, на которой они сейчас находились. Вот они и на горе, теперь осталось зайти внутрь. — За мной. Вести себя тихо. И на будущее: говорить буду я, — и пошёл вперед. Его плащ развевался на ветру. Как будто бы ему не хватало драматичности. — Говорить? — ужаснулась Хейзел. — С кем? — обратилась она к Луке, но тот и сам не знал, что черноглазый имеет ввиду. Надеясь, что ответ не ввергнет их в ужас, друзья пошли за ним.       А теперь, дорогой читатель, стоило бы рассказать об устройстве горы. Высотой она не превышала пять километров. На её единственной вершине, как и подобает горам такого типа, особенно расположенных в местности Северной Дакоты, был снег и древний лёд. Нико привёл группу Поиска к горе со стороны крутого склона, но путь к вершине был и другой, только пришлось бы обогнуть её всю, чтобы выйти к хорошей стороне склона. Это бы заняло много времени, быть может, ещё день в подобной погоде. Хоть метель и кончилась, от этой местности можно ожидать чего угодно. Чем ближе к вершине, тем больше сужалась гора. Но что важнее всего, в ней было отверстие — оно вело внутрь горы. Именно туда и направились члены Поиска. Путь занял приличное количество времени: Нико вёл их максимально короткими путями, но короткий путь означал и наличие опасностей. Пару раз члены Поиска чуть не свалились с горы, поскользнувшись на отвесном склоне, или когда карабкались наверх по не такому крутому склону, по которому пробежался Нико, но с которого легко можно было полететь вниз и ощутить падение с высоты птичьего полёта.       Так, Перси карабкался по этому самому склону наверх, вслед за Нико, который уже сидел на утёсе. Но внезапно его локоть обнаружил, что на том месте, где он сейчас полз, под снегом скрывается лëд. И обнаружил он это самым прямым способом. Рука скользнула по скользкому льду, и Перси осознал, что теперь ползёт, и ползёт быстро, вниз. Он попытался ухватиться за что-нибудь другой рукой, но поблизости не оказалось ничего, кроме снега, так что он лишил себя ещё одной опоры. Он пытался оттолкнуться, затормозить ногами, но ничего не находил вплоть до того момента, как ощутил внизу что-то твёрдое. Выдохнув и поняв, что больше не скользит вниз, он обрадовался, пока не услышал, мягко говоря, недовольный голос Луки: — Рад быть страховкой.       С трудом посмотрев из-за плеча вниз, он понял, что то, что он принял за какой-то твёрдый каменный выступ — это лицо Луки. — Ой! Извини! То есть... Я хотел сказать, что это за то, что скинул меня в бассейн на Андромеде после поисков Руна, — заострил Перси. Люк помог ему начать ползти дальше и ответил: — Отлично, но тогда мы квиты по всем фронтам. — По всем фронтам? Не пойдёт, с тебя годовая подписка на Нетфликс, — запротестовал Джексон. — Если после Поиска все из нас останутся живы, я согласен, — Лука хотел произнести это как шутку, но не смог. — Всë в порядке? — осведомился Перси, тревожно взглянув на блондина. Тот заострил своё внимание на Нико, и ответил не сразу. — Да. Всë путём. Лезь дальше, — и, не ждя сына морей, полез выше.       Через минут десять все были наверху. Подъем и весь путь по горе был далеко не простым. Полубоги отдыхивались, кашляли и благославили камни, на который сейчас находились. А затем увидели сквозное отверстие недалеко от себя. Оно вело внутрь горы. — Нам придётся лезть туда? — ужаснулась Пайпер. Действительно, проходит выглядел удачным, внутри таилась, как загнанная животина, темнота. — Нико? — позвал Лука. Тот поднял указательный палец, призывая к тишине. И тогда все услышали, на грани восприятия человеческого слуха, как что-то внутри горы шумит. — Что это? — в удивлении задал вопрос Лео. Но Нико, игнорируя это, развернулся к ним. Его шрам, обрамляющий правую часть лица, придавал ему ауры страха. — Когда мы проникнем внутрь, говорить буду я. Вы будете молчать. Если появится риск опасности, в битву вступлю я. Вы отойдете на расстояние. Лукас, позаботься об этом. — Какая битва? Какая опасность? — Кастеллан вплотную к нему приблизился, не понимающим взглядом глядя ему в лицо. — Ты же знаешь строки пророчества, — напомнил ди Анджело. Люка осенило. — Вот же черт... И ты собираешься... — не успел голубоглазый закончить мысль, как мысли Нико раздались у него в голове:       Ты заставляешь их бояться неизвестности. Возьми себя в руки и доверься мне.       Люк глубоко выдохнул, после чего развернулся к отряду. — Ладно, ребята, нам нужно собраться. Сейчас мы проникнем внутрь. Джейсон, ты возьми кого-то на руки, а Нико будет спускать нас так же, как мы и забирались по крутому склону. — Опять? — расстроились полукровки. — Так надо. Начинаем.       Джейсон притянул к себе Пайпер, и они взлетели. — Спускайтесь вниз не раньше нас! — прикрикнул Лука. Те с высоты кивнули. — Теперь беритесь за руки. Мы должны будем прыгнуть вниз, а Нико, стоя выше всех, будет медленно спускаться. Ясно?       Все согласно кивнули, и взялись за руки: с конца стоял Перси, Фрэнк, Лео, Хейзел, Аннабет, Лука и Нико. Джексон собирался с мыслями. — Прыгнуть... Сейчас бы Джейсон пригодился, скажите? — нервно хихикнул он. — Поспешишь? — попросил Лео. — Да, конечно, — Перси вздохнул, выдохнул, вздохнул ещё раз. — Надо разбежаться, просто прыгнуть и...       Но Нико, подойдя поближе, пнул его, стоящего близко к проходу вниз. Он полетел вниз с криками, а за собой потянул и всех остальных. Люку это показалось забавным, остальным — дико несмешным. Люк потянул Нико вниз, вслед за остальными, и тот последовал за ним, а затем, когда они уже все падали в эту дыру, использовал свободную руку как альпинисткое снаряжение. Он ухватился за стены дыры, и все перестали падать. — Кто меня пнул?! — кричал внизу Перси. — Тихо! — зашипел на него Фрэнк.       Тем временем, ди Анджело начал одной рукой лезть вниз, и спускался медленно и весь отряд Поиска. Джейсон подлетел к ним, с Пайпер на руках, и спросил у Нико: — Помощь нужна?       Ледяным тоном тот ответил: — Нет. Лети вниз.       Грейс с сомнением кивнул и последовал приказу. Себе он задал вопрос: с каких пор он начал подчиняться пленнику Тартара?       Спускались вниз с Нико остальные медленно. Прошло, казалось, десять минут, прежде чем Перси увидел дно. Когда он понял, что до него совсем немного, то решил отпустить руку Фрэнка. Приземлившись, он, чуть повысив голос, прикрикнул: — Всë в порядке! Тут невысоко.       Итак, вот уже через минуту Люк прыгнул вниз, а за ним и Нико. Последний лишь слегка потëр левую руку, будто поднимать почти десять человек разом не было какой-то проблемой.       А внутри их уже ждали. Десятки огромных созданий показали себя — крылатые, кто-то с рогами на головах, с опасными хвостами и чешуйчатой кожей. Драконы жили внутри горы, а отверстие в горе было для них входной дверью в их дом.       У Семёрки отвалились челюсти. Но Нико быстро встал перед ними, махнув головой назад. А затем обратился к огнедышащим тварям: — Мне нужен ваш босс. Время вернуть долг.