Хэдканоны и коды

      Шёпот ветра в кронах деревьев и журчание фонтана неизменно успокаивали разум. Эфир неосознанно взял Фуси за руку и подумал уже, что тот отдёрнет её или просто окинет насмешливым взглядом. Но ничего из этого не произошло. Похоже, Фуси сам не знал, как реагировать. Эфир отпустил его, упёр руки в бока, вздохнул, прикрывая глаза, и честно признался:       — Понятия не имею, как правильно вести себя с тобой. Будь мы друзьями, у меня даже не возникло бы вопросов, а так…       — Тут я тебе не советчик, — спокойно ответил Фуси и после небольшой паузы добавил. — Это твой дом. Можешь вести себя как привык.       Эфир неловко улыбнулся.       — Пойдём.       Тропинка из парка вела прямо к высокому крыльцу дома, где Паймон уже о чём-то ожесточённо спорила с огромным клубком синих перьев, прячущихся от шумной Консервы в парящем чайнике.       — Фуси, знакомься, Пухля, дух-хранитель этой обители.       Заслышав голос владельца дома, комочек сперва высунул один клюв, а потом развернулся в добродушно улыбающуюся птицу вдвое больше самого Эфира (в ширину уж точно).       — Всё тихо, никто не конфликтовал в моё отсутствие?       — Всё спокойно, господин, — кивнула Пухля.       — А Альбедо?       — Не заходил.       (Надеюсь, у него всё в порядке)       Эфир попытался скрыть тревогу, но Фуси молча изучал его поведение и реакции так же внимательно, как сам Эфир осваивался с поведением Фуси.       — Что, не успел расправиться с одной проблемой, — он коротко указал на себя, — и уже возникла новая?       — Ха-ха, — Эфир нервно усмехнулся. Но врать не хотелось, поэтому он ответил, — с этим можно разобраться позже, не обращай внимания.       (И правда, нечего паниковать без причины, Альбедо даже спать забывает… Бестолковый алхимик…)       Скара ещё немного понаблюдал за этим, скрестил руки под грудью и заявил:       — Твоя привычка помогать всем подряд закончится для тебя только разочарованием и смертью.       — Есть кое-что гораздо страшнее смерти, Фуси, — спокойно отозвался Эфир.       — И чего же боится прославленный Путешественник?       Он уже хотел произнести «одиночество», но в разговор вмешалась Паймон:       — Помереть с голоду, конечно! Паймон пыталась убедить Пухлю приготовить что-нибудь вкусненькое, но Пухля сказала, что указания кормить Паймон не поступало! Возмутительно!       Эфир расслабленно засмеялся. Хоть что-то в этом мире было стабильно и понятно.       — Паймон, если ты будешь слишком настойчива, я непременно вспомню, что выловил тебя вместо обеда. До сих пор не понимаю, как умудрилось утонуть создание, которое летает даже во сне.       — Противный Путешественник! — она недовольно затопала по воздуху. — Паймон же не рыба, чтобы летать под водой!       (Это не объясняет, как она в такой ситуации вообще оказалась. С её-то памятью «не помню» звучит неубедительно)       Фуси заинтересованно посмотрел на Паймон.       — Значит ли это, что твоё умение парить связано с элементами?       Белая леталка потёрла голову.       — Слишком сложный вопрос для Паймон…       — Это имеет смысл, — задумчиво произнёс Эфир. — Архонты так могут, Нингуан и Кокоми могут, да и я мог, пока мои элементальные способности не заблокировала богиня.       На миг Скару словно закоротило. Он замер, уставившись перед собой, а после медленно обернулся на Эфира.       — Хочешь сказать, что победил меня, сражаясь вполсилы?       Эфир недовольно вздохнул и вновь упёр руки в бока.       — Ты совершенно неправильно расставляешь акценты. Я не в лучшей форме, поэтому без помощи жителей Сумеру проиграл тебе 168 раз. И это явно не то, о чём я рассказываю всем подряд, так что будь добр не распространяться лишний раз.       Скара обработал полученную информацию и разразился своим полубезумным смехом:       — Само собой. Не завидую тем Предвестникам, которые останутся твоими врагами, когда ты окажешься в лучшей форме, ха-ха!       Эфир взглянул на Скару и понял, что нужно срочно разрядить обстановку. Он подошёл к Пухле и принялся поглаживать её под клювом костяшкой пальца.       — Хорошая работа, Пухля. Фуси, попробуешь?       — Зачем?       — Пухле нравится, когда её треплют между перьями на шее.       Фуси тихо фыркнул, но всё же приблизился, неспешно погружая свои бледные, почти фарфоровые пальцы в синие перья на боку, над самым воротом белого халатика, в который куталась дух-хранитель. Пухля закрыла глаза, издавая совиные звуки.       — У тебя отлично получается, редко увидишь её такой довольной.       — А ты не такой уж и валенок, — спокойно отозвался Фуси. — Знаешь же, что я спросил, зачем мне это делать.       — Валенок?       — В Снежной так называют безвредного дурака.       Эфир добродушно улыбнулся:       — Посмотрим. У меня впереди ещё куча возможностей совершить глупость.       Фуси по инерции продолжил поглаживать огромную птицу, но видно было, что он о чём-то глубоко задумался. Паймон обиделась и улетела пастись на виноградник, явно подслушивая, а Эфиру только и оставалось наслаждаться мгновением покоя.       Нарушил его Фуси. Он отошёл к лестнице, лицом к парку, и закрыл глаза, медленно поднимая руки. Внезапный порыв ветра, который в Чайнике возникнуть просто не мог, ударил Эфиру в лицо, а за спиной Фуси воздух был столь плотным, что стали различимы прозрачно-лазурные потоки анемо стихии, свивающиеся в кольцо. Пухля недовольно встрепенулась и грозно хлопнула крыльями, но Эфир остановил её:       — Подожди, похоже, он придумал что-то.       Эфир бесшумно передвинулся к боковым колоннам, чтобы лучше видеть происходящее, но не мешать. Подобное выражение лица было у Скары в Ирминсуле, когда он искал данные о Сошедших и собственном прошлом. Фуси выглядел погружённым глубоко в себя, сосредоточенным и каким-то… заинтересованным, что-ли? Видно было, что процесс обучения чему-то новому доставляет ему удовольствие. Да, прежде в распоряжении Скары находился целый электро гнозис, но анемо стихия сильно отличалась по своей сути: плавная и текучая, словно гидро, переменчивая, постоянно движущаяся и крайне нестабильная. Её нельзя было понять разумом, только почувствовать.       Главное Фуси усвоил. Он прощупывал эту силу, дышал очень медленно, и в какой-то момент Эфиру показалось даже, что грудная клетка новорождённого мага вовсе замерла. Когда кольцо с несколькими лепестками полностью сформировалось, инадзумский Феникс оторвался от земли, не решаясь открыть глаза. Стоило лишь сделать это, и от удивления дыхание сбилось, а Фуси пошатнулся, но всё же восстановил равновесие и повис в полуметре над крыльцом.       Немного привыкнув к новому состоянию, он аккуратно пошевелил одной рукой, второй, чуть угрожающе ухмыльнулся и двумя резкими взмахами отправил в пространство перед собой воздушные тёмно-бирюзовые лезвия, что разрезали саму реальность, как и удары Сёгуна. Кольцо мгновенно развеялось, и Фуси свалился на край ступеньки, едва не полетев кубарем с лестницы, но Эфир был готов к этому и ухватил его за рукав. Вернув Фуси в вертикальное положение, он похлопал оперившегося Феникса по плечу, широко улыбаясь.       — У тебя получилось! Не хочешь проверить, как долго сможешь находиться в воздухе? — Эфир подпёр подбородок, задумавшись. — Возможно, совмещение с другой стихией, например, с крио, придаст кольцу большую стабильность…       Ответом ему стала тишина. Эфир вновь поднял взгляд на Фуси… и застыл, отдёрнув руку. Скара смотрел на него так холодно, будто разжился крио Глазом Порчи.       (Проклятье, наверное, я сейчас звучал для него точь-в-точь как Дотторе…)       — Да я не собирался… ставить на тебе опыты или что-то в этом роде…       Неприлично долго пронаблюдав за муками совести Эфира, Скара заметно и ощутимо успокоился, скрестил руки под грудью и, вздыхая, заявил, закрыв глаза:       — Нет, всё-таки ты тот ещё валенок, — он посмотрел на Эфира почти разочарованно. — Тебе никогда не сравниться с монстром вроде Доктора. До тех пор, пока ты не относишься ко мне, как к предмету исследования, можешь сколько угодно проявлять любопытство. Особенно если думаешь, что это окажется полезно.       Эфир облегчённо выдохнул, печально улыбаясь.       — Фуси, ты умный парень и заслуживаешь нормальной жизни. Поэтому я и радуюсь так твоим успехам.       — Остановись, — выражение лица Скары стало почти брезгливым. — То, что Дендро-Архонт поручила тебе помочь мне придумать имя, не значит, что теперь ты должен изображать из себя кого-то вроде… моего отца или старшего брата.       — Прости, — Эфир неловко усмехнулся, убирая руку за голову. — Я ведь и есть старший брат, от привычки защищать и опекать младшего непросто отвыкнуть, — в этот момент он вспомнил о Люмин и не смог скрыть смесь тоски и досады, а рука сама сползла на шею.       К счастью, Паймон как раз возвращалась к ним, на лету дожёвывая несколько виноградин. Видимо, больше в её маленькие ручки уже не поместилось.       — Ну что, вы закончили портить кусты? Теперь мы можем наконец пойти поесть?       — Разве ты не собиралась обчистить виноградник? — с иронией спросил Эфир.       — Вовсе нет! Паймон хотела собрать немного, чтобы ты сделал для Паймон виноградный сок, но едва нашла несколько спелых ягод, остальные ещё совсем зелёные и кислые, а такое Паймон не ест, — кажется, белая леталка действительно расстроилась.       Пока Паймон рассказывала о своих несчастьях, Фуси вновь подошёл к нахохлившейся птице и, поглаживая её, тихо произнёс:       — Не волнуйся, дух-хранитель, я усвоил правила этого места, и полёт куда-нибудь в Бездну сейчас точно не входит в мои планы.       Пухля тянулась шеей к его руке, но упрямо делала это молча.       — Сердится, — заметил Эфир, — в дальнейшем лучше предупреждать её о подобных… проверках возможностей. Как думаешь, получится повторить?       — В дальнейшем… И тебя не пугает, что я стану сильнее? — Эфир отрицательно мотнул головой, на что Фуси задумчиво ответил. — Ладно…       Эфир обратил внимание, что наличие рядом огромной птицы действительно успокаивало Скару.       (Надо сказать Нахиде, чтобы поручила Фуси ухаживать за какой-нибудь большой и тихой бродячей собакой. Хотя сперва придётся проверить, как на него вообще реагируют обычные животные)       Он смотрел на Фуси, расслабленно перебирающего перья, и вдруг осознал то, из-за чего не смог удержаться от смеха.       — Над чем смеёшься? — недовольно спросил Фуси.       — Паймон тоже интересно!       Отсмеявшись, Эфир ответил:       — Я только сейчас заметил, насколько вы с Пухлей похожи. Два сине-белых птенчика в огромных шляпах.       Скара язвительно-насмешливо выдал:       — Паймон, ты не видела, куда подевался первый мудрец Буэр, и когда его подменил этот плюшевый щенок?       — Ты начинаешь нравиться Паймон.       Дух-хранитель легонько клюнула Скару в плечо:       — Не груби хозяину.       Эфир миролюбиво улыбнулся.       — Всё в порядке, Пухля. Я хочу, чтобы гости Чайника чувствовали себя как дома и были теми, кто они есть на самом деле. Фуси не исключение.       Фуситё промолчал, а после решил всё же ответить на вопрос, который Эфир задал несколькими минутами ранее:       — Я запомнил ощущение полёта, так что проблемы не возникнет, а процесс пойдёт гораздо быстрее.       — Вот и отлично. Тогда сперва проверим, можешь ли ты на этом кольце передвигаться, а потом уже длительность. Но Паймон права, для начала нам всем нужно отдохнуть и перекусить, поэтому, — Эфир распахнул одну из створок массивной входной двери, — проходи и устраивайся поудобнее.