Когда потухнет солнце

      — То есть ты хочешь сказать, что тебе нужно в Последний город, чтобы спасти Ньюта и Терезу? — Минхо оглянул друга с ног до головы, не веря своим словам, и на то у него были свои причины: они — его друзья, — черт возьми, уже давно умерли. Год назад, когда жизнь Томаса сломалась на две части, а азиату пришлось вытаскивать своего единственного близкого человека из лап отчаяния и страдания по усопшим.       — Да, — выдохнул брюнет, нервно теребя рукав рубашки, словно она виновата в том, что Минхо не верит его словам.       Второй ещё несколько раз с ног до головы оглядел друга, проверяя наличие каких-либо синяков на его голове или лице. Нет, он однозначно ударился чем-то, а потом ещё изощрённый мозг решил подкинуть вот такую информацию.       — Ты случайно не поехал крышей? — скрестив руки, спросил парень.       — Я поеду крышей, если узнаю, что у меня был шанс спасти их, а я даже его просрал, Минхо! Ты не представляешь, как мне чертовски сложно верить в это всё, но вчера, когда я услышал голос Терезы, я понял, что это не шутки или моя больная фантазия, слышишь? Мне показалось, что я знал, что они живы, просто нужен был повод, — на одном дыхании произнёс Томас. — Год. Целый год я мучал себя мыслью, что не спас их, и теперь ты предлагаешь мне просто забыть? Сделать вид, что ничего не произошло, что я не слышал их?       Друг выставил руки вперёд, намекая, чтобы тот остановился. Обойдя столик, где лежала какая-то книга про приключения, он оказался слишком близко к брюнету: так, что можно было видеть его бешеный взгляд, который метался из стороны в сторону.       — Нет, Томас, я имею в виду не это. Я всего лишь пытаюсь понять, а не твой ли извращённый мозг это всё придумал, — сделал паузу, обдумывая следующие слова. — Просто...       Кареглазый готов был заскулить сейчас. Он сам понимал, что в его слова трудно было верить, но надежда же должна быть, даже если и очень маленькая. Парень понимал, что азиат тоже дорожит Ньютом и Терезой, правда ему тяжелее принимать решение, потому что он не слышал диалог с девушкой.       Хотя, про синеглазую слабо верилось. Может, где-то в голове и отложилось, что она хотела помочь человечеству, правда какими рисками...       — Это всё слишком нереально, понимаешь? — парень выгнул бровь. — Может, Галли был бы рад такое услышать, но Винс... Он же уничтожит нас.       — Между самобичеванием и Винсом я выберу второе, Минхо. Можешь считать меня сумасшедшим, но я всё равно полечу туда, даже если мне нужно будет угнать Берг.       Азиат прикрыл руками лицо. Сделав глубокий вдох, он посмотрел снова на парня, который решительно глянул в сторону машины.       Нет, Томас однозначно двинулся. Его крыша начала медленно ехать, но зато так верно.       Проследив за чужим взглядом, Минхо остановился на Галли, который что-то уверенно объяснял Арису. За последний месяц они очень сильно сблизились, словно между ними было что-то общее до жизни в Лабиринте. Это притягивало, хотелось узнать, что именно между ними происходило в другой — до лабиринта — жизни, но юноша отчаянно засовывал себе эти мысли.       Бренда промчалась в нескольких метрах, крича что-то Хорхе. Девушка была чем-то разозлена, да ещё и так сильно, что даже не заметила, как за ней наблюдают.       Жизнь в Тихой Гавани текла своим чередом. Казалось, что здесь всё так размеренно, но в то же время было ощущение, что скоро это всё закончится и настанет хаос.       Как жаль, что хаос настал ещё до того, как подростки попали в Лабиринт.

***

      — Минхо, это суицид! — громко крикнул Арис. Да так громко, что голова начала раскалываться на разные части, будто по ней только что ударили самым тяжёлым молотком.       Азиат прикрыл глаза, ожидая словесную тираду, но уже от другого человека. Повезло, что здесь ещё нет Винса: он бы точно высказал свое мнение по поводу того, что хочет сделать Минхо.       «Нет, это уже перешло все границы!» — вот, что сейчас кричало лицо Ариса, который пытался собрать все свои слова во что-то единое. Начиная говорить, он прикрывал рот, явно понимая, что ничего дельного так и не скажет.       Рядом стоявший Галли был, как и шокирован, так и рад новости. Он скрестил руки на груди, выжидая, что продолжит говорить бывший глейдер. Ему однозначно было интересно, ведь ровно день назад азиат прогнал парня от себя, уверяя, что всё, что он сейчас говорит, — самый настоящий бред сумасшедшего.       «Выкусил, Винс» — а вот это было уже на лице друга. Он самодовольно ухмыльнулся, поднимая брови вверх и приготавливаясь затыкать Ариса, чтобы он только не спугнул его нового союзника. Видимо, парень ещё не понимал, с кем имеет дело.       — Я ничего не могу поделать с этим: Томас неуправляем. Если этот кретин что-то вбил себе в голову, то невозможно будет оттуда убрать эти мысли, — юноша пытался не повышать тон, чтобы никто из других обитателей Тихой Гавани не обратил на них внимание: это сейчас было совершено не нужно.       — И они заразны, как я вижу. Галли, почему ты молчишь? Эти придурки хотят уйти на верную смерть, чтобы спасти тех, кого уже нет, — Арис умоляюще посмотрел на парня, который не выразил никакую эмоцию, даже сожаление.       Минхо прикрыл руками лицо. Он понимал, что его слова звучат, как что-то невообразимое, но в то же время ему очень сильно хотелось верить Томасу. Да, было осознание, что это его фантазия дорисовала такие красочные моменты, где Тереза связывает с ним, но маленький, такой хрупкий шанс, что Ньют — его лучший друг — жив, заставлял азиата сейчас убеждать друзей в том же.       Галли покачал головой, улыбнулся и посмотрел на парня напротив, у которого глаза округлились после этих действий.       — Только не говори, что ты с ними, — зашипел подросток, боясь услышать чужие слова.       — Хорошо, буду молчать, — парень пожал плечами, отворачиваясь к Минхо и ожидая благого мата от Ариса. А ведь тот уже собирался начать что-то говорить, как его нагло перебили.       Бренда, до этого стоявшая в нескольких метрах, позвала к себе Томаса, передавая какие-то бумаги. Парень, кивнув, направился в сторону Винса. Так, есть шанс объяснить всё без лишних ушей.       Галли, решив воспользоваться этой ситуацией, кивнул головой в сторону леса, предлагая пройти туда, чтобы глава Тихой Гавани не убила его раньше времени. Он, Винс, по-любому уже несколько дней грезит этой мечтой, особенно учитывая, что парень хочет сделать: уйти из безопасного места.       Минхо и Галли однозначно психи, но Томас... Арис просто не мог верить в это. По брюнету не было понятно, что он ударился головой так сильно, что ему могло такое померещиться. Всё же это кареглазый спас их от неминуемой смерти ещё там, в Последнем городе.       — Если вы решили промывать мне голову, то поверьте, у вас не получится. Даже ПОРОК не смог этого сделать, — юноша скрестил руки на груди, явно выбирая, где лучше всего будет закапывать их тела.       — Арис, всё не так просто, как ты думаешь. Там, — Галли показал на горизонт, за которым скрывалась гора, — всё ужасно. Вирус мутировал, невозможно подойти и ближе, как шизы на тебя нападают. Ты помнишь, как они выглядели?       — Не очень хорошо, — фыркнул Арис. — Разве в этом есть какая-то разница?       — Да, — Минхо гнусно произнёс это, словно не хотел верить своим словам. Опустив голову, он решил разглядывать землю под ногами, а не думать о том, что их может ждать в грядущем будущем: парень был уверен, что всё будет плохо.       — Те шизы, которых мы помним, могли хоть что-то тебе сказать, а эти — нет.       — Откуда ты знаешь?       — Поверь, у меня слишком много знакомых, которые сейчас анализируют это. Таких мест, как Тихая Гавань, миллионы, и в каждом рано или поздно происходит полнейший пиздец. Я не хочу, чтобы мы также быстро передохли.       Галли присел на камень, вытянулся, словно кот, и посмотрел на небо. Яркое солнце мгновенно ослепило глаза.       — И что ты предлагаешь? — Арис смотрел на него, ловя каждую эмоцию, которую мог только считать с лица.       — То, что предлагал Винсу. Он меня не слушает, даже тогда, когда я пытаюсь доказать свою правоту, но сейчас, когда на моей стороне есть люди, он обязан будет выслушать меня, иначе произойдёт тотальная ошибка.       Когда парень произнёс это, словно по зову судьбы что-то прогремело с той стороны. Начиналась гроза, тучи затягивались над Тихой Гаванью. Погода была полной противоположностью тому, что сейчас происходит в этом светлом месте.       Галли пнул маленький камешек, который отлетел в сторону маленького деревца, явно посаженного совершенно недавно.       — У тебя, Галли, есть хоть какой-то план вообще? Или мы будем действовать по «делаем то, что считаем правильным»? И как ты представляешь себе эту экспедицию?       — Слишком много вопросов, у меня и так голова болит после оров Винса. Вот к нему вместе с Томасом сходим и объясним. Уверен, меня одного он убивать решится, но вот нашего героя — вряд ли.       Галли слабо усмехнулся. Над ними пролетела птица, рассекая своими крыльями воздух. В данный момент хотелось быть ей: не беспокоиться за свою жизнь, всего лишь лететь по своим делам и ничего более.       — Если Томас не ошибся, то вирус мутировал до такого состояния, что убить шизов будет невозможно, — сказал Минхо.       — Или возможно, но слишком трудно. Скорее всего, Ньют был на самой последней стадии. Но ему удалось выжить, и нам нужно узнать, как это произошло, — Галли поднял голову, продумывая дальнейшие слова.       — Говоришь, как Тереза, — Арис горько усмехнулся, вспоминая девушку. Они виделись не так часто, но ему хватило того, чтобы почувствовать некую связь между собой.       Они были последними в своих лабиринтах, по крайней мере.       Наверное, именно поэтому Арис не мог держать на неё зла. Да и вообще, они вдвоём, не считая Томаса, работали на ПОРОК, если бы их руки протянулись и до него самого, то он тоже сидел бы с ней, выбирая, каким безболезненным образом лучше всего вскрывать мозг иммунным.       Чем больше времени проходит, тем легче становится мыслить на эту тему. Даже Минхо отпустил все её действия, понимая, что другого пути у неё не было, а, учитывая, что им рассказал брюнет, парень был полностью уверен, что она горела этой идеей — помочь себе и спасти мать. Только Дженсена и Аву Пейдж он никогда не простит: их зверские испытания, которые они проделывали над обычными подростками, невозможно было назвать спасением человечества, скорее только ещё одним вариантом умереть. Если был бы хоть малейшие шанс, азиат сам бы пустил пулю в их лбы.       — Может быть, не знаю, но она нам тоже нужна. Я уверен, она знает что-то ещё, чего не знаем мы. Если Томас прав, а я надеюсь, что это не ещё одна ловушка долбанного ПОРОКа, то у нас будет гигантское оружие против вируса в лице доктора.       Арис, закатив глаза, пошёл в сторону домов, напоследок кидая:       — Винс нас убьёт.       Минхо проследил за ним, переводя взгляд на парня рядом. Тот ухмыльнулся, поднимаясь с места.       — Он с нами, — хлопнув в ладоши, Галли поправил футболку. — Собери тех, кто на нашей стороне, сегодня ночью обсудим всё это, окей? — азиат кивнул головой.       Раздался раскат грома. Всё небо на несколько секунд стало чисто белым. Так, словно случился конец света, а всё, что людям остаётся, — мучиться и просить прощения за свои грехи.       Это означало одно — настало время перемен.

***

      Бренда, сидевшая в стороне от парней, поглядывала на ночное небо, выявляя для себя новые звезды. Ей казалось, что она впервые видит такую красоту, хотя частенько перед сном любила полежать на крыле Берга.       После дождя погода была прекрасной. Засухи не было, и это очень сильно радовало, потому что жгучее солнце палило, как не в себя. Даже иногда можно было подумать, что вот-вот весь мир загорится, как спичка из коробка Винса, который он таскает с собой «на всякий случай, вдруг понадобится в дальнейшем».       Галли опëрся руками на стол, поглядывая то на Минхо с картами, то на Хорхе, потиравшего лицо. Второй увлечённо ждал слов того, что их ждет в скором времени.       — На Берге летим вот сюда, — Минхо ткнул пальцами в какой-то маленький городок Портленда. — Там нужно будет забрать кое-что из жаровни, если, конечно, ещё никто ничего оттуда не стащил.       — Нет, — запротестовала Эллен, — туда нельзя соваться, там слишком много шизов, это тебе не большие города, которые держались до последнего.       Эллен — это доктор в Тихой Гавани. Блондинка появилась там совершенно случайно: Галли подцепил её ещё тогда, когда работал на Лоуренса. Она показалась ему очень опытной в своём деле, а в дальнейшем, подкрепив свои знания, девушка стала главной по части медицины в этом месте. Правда ей совершенно не нравилась эта роль: всё же её сердце лежало больше в сторону вируса, который начал делать свои маленькие, но верные шаги в сторону исчезновения человечества. Именно по этой причине она сейчас находилась здесь, отстаивая свою позицию, до этого не говоря ни единого слова, только разве что Галли, которому девушка доверяла.       Парень глянул в её сторону, замечая на себе заинтересованный взгляд. И не кого-то из споривших, а Томаса. Тот вальяжно оперся на стену, разглядывая его. Он ждал его слов.       — И что? — не унимался Минхо. — По твоей логике почти во всех точках этой планеты, — парень обвёл карту пальцем, — есть эти тупорылые шизы.       — Я не знаю про все другие места, — прошипела Эллен, — но там, куда ты хочешь, их в разы больше. Все люди, не получившие шанс на светлое будущее в больших городах, остались умирать в своих домах, только редкие из них решились отвоевать этот шанс.       — И ты была одним из них, — юноша закатил глаза.       — И я была одним из них, — спародировав его, произнесла девушка. — И я точно до конца жизни запомню тот ужасный день, когда весь мой город кешил ненормальными.       Все затихли. Никто не хотел прерывать эту тишину. Было слышно только завывание ветра, проносившегося в нескольких метрах от домика. Они выбрали самый дальний, чтобы никому не пришло в голову подслушивать их. Хотя всё равно казалось, что где-то в кустах притаился Винс, поэтому Томас стоял на страже, вылавливая едва уловимые шорохи на улице.       Сейчас можно было сказать спасибо дождю, ведь хлюпанье услышать было проще простого. Вообще, можно было подумать, что мир никак не менялся, но сегодняшний дождь был совершенной противоположностью этому высказыванию: он был сильным, долгим и таким, словно после него такого явления больше не будет.       Тишину прервала упавшая капля. Арис встрепенулся, будто до этого он спал. Нервно поправив свою толстовку, парень тихо просипел:       — Галли, какой вообще план? Вижу, у них, — парень посмотрел на бывшего бегуна и блондинку, — не получится прийти к общему решению. Есть какие-то мысли вообще или мы и вправду будем действовать по методу «делаем то, что считаем нужным»?       Бренда, до этого не обращавшая на них внимание, повернула голову в сторону приятелей. Ей однозначно стало интересно, что такое скажет Галли, потому что всё то время, что они обсуждали их путь, он молчал.       Медленно поднявшись, парень остановился возле карты. Его глаза пробежались по надписям, останавливаясь на несколько секунд возле «Последнего города». Выдохнув, он начал свою речь:       — Туда нам нельзя, пока мы не будем знать хоть чуть-чуть больше о шизах. Я понимаю, что это очень глупо, но другого варианта нет. Сначала мы поедем в Жаровню. Там нас будут ждать другие команды, которые шерстят уже несколько месяцев в надежде, что найдут лекарство.       — Почему в таком случае они не смогут сделать это одни? — Арис уставился на юношу, ожидая ответ на свой вопрос.       Фыркнув, Галли продолжил:       — Они не знают, где находятся лабиринты. Их нет на картах, а те, что им удалось найти, давно развалены. Поэтому нам нужен Томас, — сделав паузу, бывший глейдер продолжил: — и Тереза. Она тоже много знает. Наверное, у нее даже осталось что-то, что отведёт нас туда. Тереза не выглядела глупой, поэтому, я уверен, она по-любому забрала с собой карты.       — Вы точно уверены, что Тереза жива? — подал свой голос Хорхе. Бренда от упоминания только её имени сморщила нос.       — Уверен, — отрезал Томас. — Можете считать меня психом, но она жива.       — Но как? — тихо спросил Арис, не веря в его слова. Он чувствовал её присутствие, но ему всегда казалось, что в этом виноват его мозг.       — Разрешаю спросить у неё, когда мы её найдём, а сейчас даже мне это интересно. Она не выходила сегодня на связь, — брюнет посмотрел за спину, на свою палатку, где лежала рация, с которой он просидел весь свой день. — И Ньют тоже.       Минхо, поднявшись с места, подошёл к другу. Грустно взглянув на него, парень заставил поднять глаза и обратить на себя внимание. Азиат мягко улыбнулся.       — Мы найдем их, даже если надо, то достанем с того света. Без них мы никуда не уйдем, понятно? — повернувшись на Галли, он обратился к нему: — Когда Винс узнает о нашем безумстве?       — Завтра. Ровно тогда, когда мы будем улетать. Хорхе, всё готово?       — Осталось доделать совершенно чуть-чуть, — мужчина потер свои руки, вспоминая, как недавно на Берг свалился огромный валун, передавив крыло. — Утром доделаю, нужно только помочь кое с чем.       — Я помогу, — вызвался Томас, но его прервала Бренда.       — Нет, Томас, ты обязан будешь быть в этот момент с Галли, иначе Винс нас отпустит только в жопу сходить, а не в Последний город. Ты меня понял? Мы с Минхо поможем. И не надо ничего говорить, — Бренда перебила его, — ты же знаешь меня.       Томас вздохнул. Ещё раз посмотрев на девушку и убедившись, что брать свои слова обратно она не будет, парень снова глянул на ночное небо, будто прося у звезд спокойствие. Сейчас он чувствовал себя никчёмным куском дерьма, которого, как обычно, обставили по разным сторонам, не разрешая делая шаг в сторону, потому что будет только хуже. И он сам знал об этом, просто хотел быть полезным.       — И что мне делать? — взмолился парень.       — Упросить Винса отпустить нас. Больше ничего, — сказал Минхо. — Галли он вряд ли будет слушать, — состроив грустную гримасу, азиат посмотрел в сторону бывшего глейдера, — а тебя хотя бы трогать не будет, может, даже выслушает. Ну, выгнать, по крайней мере, он точно не сможет, всё же ты у него в почёте.       Томас кивнул, анализируя, как лучше всего преподнести новость о том, что им нужно улетать.       «А может, лучше всего просто ничего не делать? Ну, не говорить, а без лишних слов улететь?» — размышлял брюнет, но каждый раз откидывал эти мысли, потому что те, кто здесь живут, уже давно стали ему семьёй, и, если им удастся найти место, в котором всё будет безопасно, он прилетит за ними и заберёт.       — Значит, мы сначала летим в Жаровню? — переспросил Хорхе. — Надо будет зайти в наше местечко, — он обратился к ухмыльнувшейся Бренде. — Там есть то, что нам поможет с шизами. Только придётся походить по трубам.       — Нам не привыкать, — Минхо ухмыльнулся. — Там очень ценное что-то?       — Если ты считаешь, что несколько ящиков с пистолетами и дробовиками не нужны, то хорошо, можем проехать мимо, — девушка пожала плечами. — Доктор, что Вы думаете по поводу того, чтобы прогуляться по трубам?       Эллен подняла свои голубые глаза на Бренду. Увидев наглую улыбку, она покачала головой, поднимая ручку со стола и указывая на место.       — Вот здесь, Галли, нам нужно остановиться на ночь.       — Вы хотите ночевать в городе? — Арис удивлённо уставился на Эллен, которая только сейчас заметила его взгляд. Она медленно очертила окрестность.       — Здесь меньше всего заражённых. Мне нужно будет исследовать некоторые места, поэтому да, я не против буду покопаться в грязи. Я потом тебе расскажу, все свои планы, хорошо? — она обратилась к Галли.       Парень кивнул ей головой, и где-то послышался жалкий стон недовольства. Естественно это был Арис. Юноша, вытащивший девчонок из лабиринта, но теперь боявшийся, что что-то пойдёт не по плану.       Бренда подошла к окну, открыв его и впустив немного воздуха. Маленькая свечка, стоявшая рядом, мгновенно потухла.       — Что за секреты? — поиграв бровями, спросил Минхо. — Неужели вы нам ничего не расскажите?       — Потом, — отрезала Эллен, — потому что мои планы могут не удастся. Не хочется впадать в панику раньше времени, я права?       Все кивнули головой. Пора расходится. Где-то возле леса зажёгся огонек в доме, а потом выглянул Фрайпан. Он проспал их совет, но был уверен, что азиат расскажет ему всё, что там было.       Двинувшись в их сторону, парень оглянулся по сторонам, а самое главное — на домик Винса, который мог в любую минуту проснуться. Сделав ещё один шаг, он остановился и показал, чтобы выключили свет. Бренда моментально метнулась в сторону выключателя, призывая всех заткнуться.       На улицу вышел Питт, помощник Винса. Он оглядел улицу, замечая Фрайпана. Крикнув громкое: «Какие-то проблемы, Фрай?» — он уставился на парня, ожидая хоть какой-то ответ. Бывший глейдер, быстро спохватившись, качнул головой и сделал вид, что идёт в сторону реки.       «В его голове я останусь идиотом» — подумал Фрайпан, пока парень не скрылся за дверью. «Ну, в таком случае легче будет улетать».       Подобравшись тихо к дому, где были его друзья, он заглянул в окно, прежде чем что-то сказать. Испугавшийся Минхо, что их спалили, но более того ещё и подслушали, готов был уже вылетать из двери и бежать в сторону Берга без слов о том, что они куда-то улетают.       — Вы ужасно громкие, — сказал Фрайпан. — Не думали потише рассказывать всё?       — У нас уже всё, — Галли, оперевшись о стол, посмотрел на всех членов этого «тайного общества». — Ты помнишь, что я тебя попросил?       — Всё будет, босс, — и с этими словами ребята начали расходиться.       Минхо, последний раз глянув в сторону Бренды, побрел в свой дом, находящийся в другой стороне так называемой деревни. Ему нравился вид из окна его жилища, правда вой ветра возле моря иногда пугал, перенося в стены лабиринта, где вовсю ползали гриверы, хотевшие его убить. Он даже не так сильно боялся тех же шизов, как этих машин, у которых вместо нормальных отростков были железные конечности.       Единственный, кто остался на месте, был Галли. Он разглядывал карту, словно на ней будет написан целый ход действий, при помощи которых никто из его друзей не погибнет. Парень бегал глазами туда-сюда, натыкаясь на названия каких-то новых городов.       Эллен, остановившаяся в проеме, посмотрела на юношу. Её нежный взгляд прошёлся от его рук до глаз, которые не хотели выражать страх, но получалось совершенно другое. Да, он боялся, но не за то, что может умереть, а за то, что это всё напрасно.       Он был уверен, что те перемены, которые происходят в мире, не приведут ни к чему хорошему, но вдруг, если они улетят, начнётся самый настоящий конец света? Хаос без своего финиша.       Томас думал также. Смотря на звезды, он лежал в палатке. Ему хотелось не думать о чём-то плохом, но он уже начал думать о худшем.       И только один голос в голове напоминал, что даже в темноте есть свет.       И этот голос был Ньюта. Того, кто сейчас находится в нескольких тысячах километров от него. Тот, кого Томас несколько дней назад считал мёртвым.       «Томми, у тебя всё получится».       Это единственное, что сейчас заставляет двигаться в сторону Последнего города.       Тереза и Ньют ждут его.

***

      Утро выдалось тяжёлым. Ну, не из-за того, что не хотелось вставать, а скорее из-за того, что сейчас приходится выслушивать гигантскую речь от Винса, который, явно вдохновившись, решил высказать всё, что думает по этому поводу.       Томас стоял рядом с Галли. Если первый был ещё сдержанным, то второй готов был вцепиться в глотку мужчины ровно через пять секунд после открытия его рта.       — Винс, ты же понимаешь, что мы не передумаем? — прервал его брюнет. — Если надо, то мы угоним Берг. Мы это сделали перед глазами ПОРОКа, — парень скрестил руки.       — Я это делал на протяжении нескольких лет, Томас, думаешь, я не успею вас остановить?       — Именно, — встрял Галли, — нас не остановить. Ты должен понять, что нам нужно это. Уже не я один так считаю.       Винс загорелся красным светом. Казалось, что вот-вот и его волосы будут полыхать огнем. Он гневно посмотрел на юношу, который даже не испугался такого жеста.       — Я даже уверен, что это ты всех подбил на это, — выплюнул мужчина.       — Лучше заткнись, Винс, — Галли прервал его. — И отпусти нас.       — Мы не можем терять людей, кретин. Как ты этого не понимаешь? Что будет, если вы умрете?       — Скажите, чтобы никто больше так не делал, — сказал Томас. — Нам нужно вылетать сегодня. Просто скажи, мы можем улететь?       Винс закрыл лицо руками. Он понимал, что они не смогут забрать свои слова обратно — если они решили, то они однозначно отправятся туда.       Сделав глубокий вдох, мужчина поднял на них свой взгляд, надеясь, что так они передумают.       Он давал им время, чтобы они успели сказать, что это глупая затея.       — Если я скажу нет?       — Мы приступим ко второму плану. Винс, Галли не один, нас команда. Дай нам шанс.       Оглядев брюнета с ног до головы, он перевёл свой взгляд на небо. Его грудь поднималась и опускалась, а в голове происходил быстрый мысленный процесс.       Ему нельзя было сделать ошибку. Кому угодно, но не ему.       — Я надеюсь, Томас, что, если что-то произойдёт, ты успеешь спасти друзей. Галли я потом уничтожу за это, не бойся.       — То есть ты соглашаешься? — переспросил его кареглазый, будто подумав, что ему только что показались эти слова.       — То есть вас уже ждут, — он кивнул в сторону Хорхе, который стоял рядом с Минхо и поглядывал в их сторону.       Томас моментально сдвинулся с места. За считанные секунды он сократил расстояние и уставился на Берг. Галли, догнавший его через несколько секунд, одарил Винса благодарным взглядом, который так и кричал: «Я не подведу тебя, даже если мне будет угрожать смерть».       Азиат моментально накинулся на ребят с вопросами, но те, кивнув в сторону машины, двинулись туда. Эллен стояла рядом, держа в руках массивную сумку, в которой, скорее всего, лежали инструменты для исследований. Её светлые волосы развивались на ветру, а голубые глаза слились с цветом неба. Она улыбнулась подходившему Галли, замечая, что рядом нет ещё кого-то.       — Где Бренда? — словно прочитывав её мысли, спросил Фрайпан.       — Она скоро придёт, — ответил Хорхе, открывая двери Берга.       В нескольких метрах раздался чей-то крик. Маленький мальчик побежал к ним в сторону, расталкивая столпившийся народ. Его золотистые волосы спутались от бега, а глаза бешено бегали по лицу Томаса.       — Ты куда? — Сэм остановился в радиусе метра, боясь подойти, будто брюнет заражён.       — Мне нужно спасти своих друзей, — наклоняясь, сказал Томас. — А это тебе, — парень вытащил из кармана рацию, недавно взявшую у Хорхе. — Если что-то произойдёт, то ты мне скажешь, хорошо?       Мальчик кивнул, принимая так называемый подарок.       Подняв глаза вверх, юноша наткнулся на бежавшую в их сторону Бренду. Она неслась так быстро, словно боялась, что не успеет на очень важное мероприятие.       Минхо, перетащивший несколько карт в салон, позвал Томаса на борт, но парень стоял и ждал, когда подруга будет ближе.       — Может, тебе лучше всего остаться тут? — брюнет шуточно посмотрел на девушку, у которой от бега растрепались все волосы.       Повернувшись на Томаса, Бренда с ухмылкой проговорила:       — Не дождёшься, Салага. Ты кое-что забыл, — девушка достала из заднего кармана рацию. — Думаю, без этого мы не найдём ту сучку и самоубийцу.       Горько усмехнувшись, она отошла в сторону. Всё же она обязана полететь с Томасом, потому что уже который месяц не может простить себе то, что не успела вовремя прибежать к блондину. Каждый день перед ее глазами стоит картина, где брюнет держит Ньюта в своих руках. Но это уже давно был не его друг, а шиз, которого она не успела спасти. Вина давила на неё, ей хотелось искупить это, даже если придётся умереть.       «Когда-то Томас спас меня, теперь нужно возместить должок и помочь ему» — вот, что было в её голове, когда Галли говорил план действий. Ещё тогда Бренда знала, что по-любому должна будет пойти с ними, даже если её будут отговаривать.       «Нет, меня никогда и ничто не испугает. Пора поведать свой дом. Посмотрим, насколько сильно там изменился интерьерчик» — ухмыльнувшись, она посмотрела на горизонт, за которым можно было увидеть гигантскую гору.       Лопасти Берга пришли в свой строй, поднимая машину наверх. Внизу стоял маленький Сэм, махая рукой и улыбаясь, словно только что увидел какую-то значимую персону. Щелкнув, Берг издал ещё какой-то непонятный звук, делая первые попытки повернуть вправо.       Хорхе, сжав руль ещё крепче, матюкнулся, боясь потерять контроль над этой машиной. Умереть раньше времени не хотелось.       Томас следил за жизнью в Тихой Гавани. Только сейчас он заметил, насколько большая территория была у этого места: гигантский лес и постройки рядом с ними. Сжимая вторую рацию, парень услышал детский голос:       — Ты же прилетишь обратно? — ребенок умоляюще проговорил это.       — Обязательно. Обещай мне приглядывать за Винсом, а то он последнее время слишком нервный.       — Обещаю, — с улыбкой на лице произнёс Сэм, отправляясь помогать Соне с некоторыми вещами. Да, мальчик, может, и лишился сейчас своего главное друга, но он был уверен, что Томас вернётся за ним, ведь друзья своих не бросают.       «Точно. Друзья своих не бросают» — проговорил его внутренний голос, напоминая, что в старых местах его ждёт Ньют и Тереза. Те, кого он не успел спасти, и те, в ком он искал поддержку, что всё будет хорошо.       Брюнет прошёл в сторону Минхо, садясь рядом с ним. Азиат что-то откладывал на картах, подписывая некоторые точки, которые перед этим ему сказал Галли. Он был сильно увлечён, не заметив, как за ним начали следить. Берг ещё раз тряхнуло, почему друг выругался.       — Тереза тебе сказала, где будет ждать? — Минхо поднял свой взгляд на него на несколько секунд, продолжая что-то чертить карандашом.       Томас достал рацию из кармана, покрутив ее в руках.       — Нет. Сказала, что будет ждать в Последнем городе и что ей нужно что-то рассказать нам.       — Надеюсь, это «ей что-то нужно рассказать нам» будет заключаться в том, что она нашла райское местечко, где ты не будешь убивать себя, — улыбнулся друг. — Как там в книге было? Carpe diem, вот. Общество мёртвых поэтов, советую почитать.       — Обязательно, а пока у меня нет свободного времени, нужно спасать мир, — кареглазый вальяжно развалился на диванчике, прикрывая глаза, словно только что сражался с самым сложным.       Хотя, это предстоит ему в скором времени. Подтверждая эти слова, Хорхе обратился к подросткам:       — Следующая остановка: Жаровня.