Когда потухнет солнце

      Ньют бежал так, словно от этого зависела его жизнь. Хоть один неверный шаг и он бы мог свалиться. Нет, так нельзя, тогда его поймают и убьют. У тех парней точно было с собой оружие, а, зная всех тех, кто когда-то наведывался к ним, парень с лёгкостью мог сказать, что они могли устроить перестрелку ровно в ту же секунду. Почти каждый, кого они встречали, как-то недружелюбно относились к новым людям, потому что это означало, что придется сражаться за еду, который, увы, стало ещё меньше. Наверное, где-то на другом континенте есть фермы, но здесь из-за засухи довольно тяжело было бы содержать овец или коров, поэтому никто этим не занимался. Хотя, скорее всего, даже на другом континенте из-за изменения температуры всё превратилось в безжизненную пустыню. По крайней мере так говорила Тереза.       Точно.       Только забежав за угол магазина, блондин огляделся по сторонам, стараясь заметить хоть какие-то признаки подруги, которая побежала в эту сторону. Недалеко от него раздались быстрые шаги, и он, потеряв весь страх, посмотрел в сторону звуков. Чёрт! Его дыхание спёрло по щелчку. Он смотрел долго на другого парня, словно его глаза целую вечность были приклеены к нему. Его лицо было знакомым, но, списав всё на адреналин, Ньют отмёл эту мысль, прошмыгивая в магазин и прячась где-то за стеллажами книг и журналов.       — Я слышал его! – громко крикнул один из них, заворачивая намного раньше, чем окно магазина. Его голос был взволнованным, будто, если бы он нашел его, голова блондина стала бы его главным трофеем. Зажав рот рукой, парень привалился спиной к стене, пытаясь выравнять своё сердцебиение.       Ньюта мелко трясло. Он не понимал, почему его организм реагирует именно так, но сейчас разбираться времени не было. Парень смотрел в сторону кассы, разглядывая обшарпанную стену и успокаивая самого себя. Его мозг, наверное, отключился в тот момент, когда он рванул в другую сторону. Где Тереза? С ней всё хорошо? Вместо ответов он услышал громкие выстрелы, будто кто-то старался подстрелить какое-то страшное животное. Его желудок сразу же скрутило. В этой местности, конечно, водились олени или какие-то еноты, но по ним не нужно было стрелять несколько раз. Значит это существо быстро передвигается, что было очень плохо, потому что существует только одна тварь, способная преодолеть быстро расстояние.       Шизы.       Глаза забегали по поверхности. Он находился не в лучшем месте, особенно учитывая темный коридор, ведущий к туалету. Может, там кто-то и спрятался, потому что после звука пуль внутри что-то зашевелилось.       Так. Главное не паниковать. Ньют ещё сильнее прижался к стене, надеясь таким способом слиться вместе с ней, но это было довольно проблематично, потому что толстый слой бетона сразу же отвалился за его плечами. Тихо сглотнув, он попятился назад, думая о том, как тихо выйти из магазина. В его голове громко пульсировало сердце, которое готово было вот-вот покинуть его организм. Оно стучало настолько громко, что любой в радиусе километра смог бы услышать это. Надо было двигаться аккуратно, чтобы то, что сидело в туалете, не заметило его.       Стук.       Рядом с Ньютом что-то упало. Он посмотрел в эту сторону, мысленно проклиная себя за неаккуратность.       Это была какая-то книга про философию. В темноте было довольно тяжело рассмотреть название, тем более писателя, но блондин проклял его уже в ту же секунду, когда на него выбежал шиз. Он резко развернулся назад и впечатался носом в стену. Точно! Он же пробежал через огромное окно.       — Сюда! – его грубо схватили за плечо и потащили в противоположное направление. Блондин даже не успел повернуть голову, он наблюдал за шизом, который тоже дёрнулся за ним.       Чёрт!       Чёрт!       Чёрт!       Нет, он не должен умереть здесь. Человек, тащивший его всё это время на другую сторону улицы, также думал. Он крепко ухватил парня за запястье и буквально тащил за собой, иногда поглядывая им под ноги, потому что, если кто-то из них упадёт, то второй тоже покатится кубарем вслед. И если незнакомец шёл уверенно, то больная нога Ньюта подводила его каждые пять метров, напоминая о том, что в далеком прошлом она была сломана.       — Нужно спрятаться, – спустя несколько минут их бега сказал другой парень. Он резко остановился, проверил, нет ли хвоста сзади. Послышались выстрелы. — Здесь тихо.       Его шёпот отразился от стен. Ньют мог легко почувствовать чужое дыхание на своем лице, отчего стало дурно. Он дёрнул рукой, но крепкая хватка не позволила ему вырваться, что взбесило блондина ещё больше. Что он себе позволяет? Ньют снова двинулся в другую сторону и снова его ждала неудача.       — Отпусти! – рявкнул на него парень, а потом вспомнил, что вообще-то в руках этого человека может быть нож. Или пистолет.       На его лице сразу же отразились все эмоции, его кожа побледнела, а глаза опустились в пол. Он за секунду превратился в собаку, которую вот-вот должны были убить за то, что она вела себя очень плохо. Ему было страшно. Он тешил себя мыслью о том, что его спасли от лап шиза, но не могло ли это быть потому, что этот убийца хотел уничтожить его сам, собственными руками? Ведь такие есть, Ньют читал об этом в каком-то глупом романе, где главная героиня потом влюбляется в маньяка. Стокгольмский синдром, не более.       — Ты же знал, что тебя могли убить! – брюнет,до этого державший его за руку, дёрнул парня на себя и повернул их, прижимая Ньюта к стене. Он буквально рычал эти слова в его лицо, словно изголодавшийся медведь, готовый убить его в этот же миг, если он откроет свой рот. — Почему? – чужой голос резко понизился.       Недалеко от них просвистело ещё несколько пуль. Кто-то крикнул, что угрозы больше нет, но Ньют не слышал ничего: он слушал биение своего сердца. Ему казалось, что это неадекватная реакция на того, кто держит его сейчас, но его тело думало совершенно по-другому.       — Томас, надо идти! – с левой стороны к ним подбежал ещё один человек с пистолетом. — А это кто?       Томас. Так вот как звали его. Блондин мысленно проговорил это имя.       — Ньют.       У Ньюта спёрло дыхание. Нет, он точно не ослышался. Его глаза округлились, а рот приоткрылся в немом вопросе. Откуда он знает его? Что, мать вашу, тут происходит? Неужели это те люди, о которых всё то время говорила Тереза? Неужели это те люди, которые должны были спасти их? Нет, такого быть не может!       — Я бы пожал руку, но времени нет, - на его лице появилась саркастичная улыбка. — Мне ещё руки отмывать, – словно не хотя, он вытер кровь о свою рубашку, спрятав пистолет в кармане. Да, выглядело это не очень.       — Где моя подруга? – чуть сиплым голосом спросил парень. Его голова медленно поднялась, заглядывая в чужие глаза напротив. Он выглядел сейчас как волк, которого в любую секунду могла разорвать чужая стая.       — Тереза? – тихо спросил брюнет, будто он не верил своим словам.       — Да. Где она?       Томас выглядел растерянно. Наверное, его легко можно было сравнить с ребёнком, который только что вспомнил про свою забытую игрушку. Ньюта это ни капли не умиляло. Он смотрел на парня жёстко, будто пистолет находится не у человека напротив. Его взгляд следил за каждым жестом. Спина, до этого касавшаяся стены, отодвинулась от холодного бетона. И если ей удалось избежать этой мертвой хватки, то его руку всё никак не отпускали, наоборот, чужие пальцы ещё сильнее сжали кожу, наверное, желая оставить на ней свои следы.       — Шустрая у тебя подружка. Она уже с нашими. И вообще-то мы тоже должны оказаться там, так что пошли.       Он махнул головой в сторону домов. Ньют посмотрел вверх, где заканчивался одна из таких многоэтажек. Его грудь сжалась от такого вида. Окна были выбиты, некоторые этажи держались на Божьем слове, в каких-то квартирах прорастали маленькие деревья. Парень видел уже такие дома, но почему-то этот выглядел так удручающе, словно это здание умерло с последним жившем там человеком.       Поравнявшись с Томасом, Ньют шел, не замечая ничего вокруг. Его уши то и дело ловили какие-то звуки, словно недалеко от них находились скопления шизов. Может, так и есть.        — А ты хорошо бегаешь, – прервав тишину, сказал еще один незнакомец. Блондин даже не сразу обратил на него внимания, только, когда человек повернулся, парень посмотрел в его сторону.       — А ты стреляешь, – ядовито выдавил из себя Ньют.       — В наше время эти два навыка должны быть хорошо отработаны, — с ухмылкой произнес он. — Но, как вижу, ты еще и хромаешь.       — Да, он… — вдруг резко сказал Томас, косясь на блондина, словно спрашивая, может ли он рассказать о том, что произошло тогда, в Лабиринте, из-за чего Ньюта пришлось чуть ли ни с того света доставать. — Повредил ногу, когда мы были в Последнем городе, – соврав, сказал брюнет.       Ньют цокнул.       — Придурок, Тереза уже рассказала мне, что это было в так называемом Лабиринте. Она в ту ночь дежурила и заметила, как я начал по лианам лезть, чтобы выбраться. Если бы не она, меня бы не спасли, — будто не веря своим словам, произнёс парень.        — Да?       — Тупица, — прошептал светловолосый, — и отпусти меня, я не маленький, чтобы за ручку с тобой ходить.       Томас, как ошпаренный, отскочил от Ньюта. Его глаза округлились, когда он понял, что всю дорогу держал его за руку. Он ведь даже не ощущал этого! Это было так необычно, словно ему нельзя было это делать. Нарушать чужие грамматики — ужасно. Парень знает это не понаслышке, ведь почти каждый, кто жил в Тихой Гавани, постоянно приходил к нему, то и дело касаясь и надоедая, когда он хотел посидеть в тишине. Скорее всего, это и была одна из основных причин, почему он сейчас здесь: желание уединения. Ему надоело быть тем героем, спасшим всех ребят из лап ПОРОКа. Ответственность душила его, давила на грудную клетку и всякий раз напоминала, что один неровный шаг и его друзья окажутся в лапах смерти.       — Прости, — он аккуратно отошел от Ньюта, но не так далеко, чтобы парень ненароком не убежал в другую сторону. Конечно, это будет проблематично, ведь его нога так и кричала о том, что больше пяти метров не пробежит, но сила воли у него была сильнее, поэтому, забив на боль, он мог дать дёру в какую-нибудь ближайшую кафешку, спрятавшись в темном месте.       Ньют, видимо, прочитав его мысли, не отходил далеко, чтобы не складывалось впечатление, что он замышляет побег. Нет, он думал об этом, но его подруга находилась с людьми Томаса, поэтому пришлось тащиться за ними. Свернув несколько раз вправо, они вышли на трассу. Одинокие сгнившие машины стояли под палящим солнцем.       — Дорогие, — незнакомец снова подал свой голос. — Лет пять назад каждый второй мечтал о такой малышке. Владельцы были крупными магнатами.       Глупо мечтать о куче металла. Хотя не Ньюту судить, ведь в реалиях почти каждый сейчас мечтал выжить. Только заядлый самоубийца, потерявший любое желание жить, готов был умереть. Блондин встречал таких: их потухший взгляд было видно даже за километры, словно над этими людьми застыли грозовые тучи. Они были отрешены, говорили мало, в основном смотрели в одну точку и думали, думали, думали. Наверное, именно поэтому им и хотелось умереть, ведь когда ты адекватно оцениваешь ситуацию, ты понимаешь, что выжить в таких условиях было невозможно: вирус мутировал, Солнце сожгло большую часть планеты и людей осталось слишком мало (и они продолжают убивать друг друга, чтобы выжить). А ещё сама по себе природа изменилась: появились новые виды животных и растений. Мир менялся, и было тяжело понять, в хорошую ли сторону.

***

      Тереза не помнила, как завернула за угол, убегая в противоположную сторону от Ньюта. Только сейчас, когда ее окружили с двух сторон, она поняла, что бежать ей некуда: впереди стояла огромная непреодолимая стена, вскарабкаться на которую за несколько секунд было невозможно. Люди сзади навели прицел на нее. Даже не поворачиваясь, девушка чувствовала, как в любое мгновение они могли всадить ей пулю в затылок.        — А ты шустрая, — раздался знакомый голос за ухом.        Тереза на некоторое время подвисла. Неужели ее мозг сейчас пытается обмануть ее?       Она сделала еще один шаг вперед, из-за чего раздался щелчок. Еще один человек наставил пистолет на нее. Черт!       — Может, перестанешь убегать? Тогда ты сделала также.       — Галли… — она тихо прошептала его имя, медленно поворачивая голову в другую сторону. Её глаза сразу же зацепились за знакомую фигуру. — Но почему вы здесь? Том говорил…       — Я тоже рад тебя видеть, — с сарказмом проговорил парень, убирая пистолет и сокращая расстояние между ними. — Значит, Томас не врал… Тогда тот парень…       Голова Терезы сразу же разболелась, словно, пока она бежала, врезалась в кирпичную стену и даже этого не заметила. Потирая виски, она оглядела каждого, кто стоял перед ней. Не было ни одного знакомого лица, кроме Галли.        — Ньют, — шепотом произнесла девушка, а потом ее словно осенило, — чёрт! Ньют! Он же ничего не помнит. Где он?! — она буквально кричала на Галли за то, что они погнались за блондином.        Не понимая ничего, парень смотрел на нее, как на сумасшедшую. Как Ньют мог потерять память? Неужели в этом виновата она? Только ПОРОКу получилось стереть их воспоминания о прошлой жизни: о семье, о друзьях, о детстве. Тереза как-то причастна к этому? В его голове было слишком много вопросов.       — Если бы вы не рванули, ничего бы не было, — рядом стоявшая девушка подала свой голос. Скорее всего, ей была непонятна вся ситуация и то, почему их сейчас считают виноватыми в том, что они не совершали. Если бы они остались на месте, то не пришлось бы бегать по городу, кишащему шизами или какими-то дикими животными.       Тереза повернула голову в ее сторону. Брюнетка, арбалет в руке. Несколько стрел сзади. Это было чем-то новеньким: никто никогда не использовал такое оружие, обычно почти каждый имел при себе ружье или на крайний случай нож. Её стальные глаза также смотрели в ответ, будто если она отвернется, то проиграет.       — Здесь много людей, желающих нам смерти.       — И я могу их понять. Не каждый будет рад встретиться с теми, кто работал на ПОРОК. Эта организация уничтожила слишком много людей, особенно тех, кто ни в чем не был виноват, — незнакомка злобно выплюнула каждое слово.       — Мне очень жаль, если кто-то из твоих близких оказался в такой ситуации, — искренне сказала Тереза. — Где Томас?       — Ловит Ньюта, — Галли пожал плечами, мол, он не знает, где на этот раз брюнет. — По крайней мере последний раз я видел, как они с Минхо побежали в сторону Ньюта.       Чёрт!       Чёрт!       Чёрт!       Блондин ни за что на свете не выйдет, если рядом будут они. Он же их не помнит, значит в его глазах они несут опасность. А что, если парень рванет в темный уголок? Тогда его съедят шизы!       — Надо срочно их найти! — Тереза резко сорвалась с места, побежав в ту сторону, из которой несколько минут назад прибежала.       Галли побежал за ней. Резко дернув за плечо, он сумел обратить на себя внимание. Девушка затормозила.       — Куда ты бежишь? Мы в другом конце города, если Ньюта и поймали, то точно не там, где вы разбежались. Нужно идти к остальным. Скоро вечер, будет опасно бродить по улицам, если, конечно, у тебя нет какого-то лекарства, — он выжидающе смотрел на нее, будто через секунду она могла достать из кармана таблетки или шприц, но ничего такого не было: Тереза непонимающе оглядела его с ног до головы, — тогда пошли, — Галли схватил ее за локоть и потащил в другую сторону, головой кивая остальным в сторону дороги.       Брюнетка несколько раз пыталась скинуть с себя чужую хватку, но у нее этого не получилось. Это начинало раздражать. Она могла идти сама, тогда почему ее тащат?       — Ты, кстати, что-то знаешь про новую Вспышку? — прекращая тишину, спросил парень, когда они поворачивали возле продуктового магазина. Ну, возле того, что раньше можно было бы назвать продуктовым магазином, ведь сейчас там даже витрин не было: всё разбито и разбросано в разные стороны, на полу кое-где были красные подтеки, а в углу лежал старый труп, которого забыли съесть еще, наверное, год назад.       Тереза посмотрела на Галли. Он выглядит так, будто ему и вправду было интересно, а не потому, что нужно было как-то заговорить.       — Он мутировал.       — Это мы знаем.       Тереза вздохнула. Она тоже не так много знала.       — Если раньше глэйдеры могли выжить за счет иммунитета, то сейчас ни у кого нет шанса. Он передается воздушно-капельным путем, иногда даже нахождение возле логова шизов может навредить. Есть несколько стадий. Те, кто заразился, пока существовали Лабиринты, эволюционировали до ходячих машин убийц, они ничего не видят, но у них хорошо развит слух и обоняние. Следующая стадия промежуточная. Они могут видеть, но очень плохо: гной мешает. Их голова разбухает до ужасных размеров. Самая первая фаза может видеть, быстро передвигаться и даже говорить. Про речь очень редко, это скорее девианты или те, кого неделю назад укусили.       — Ты знаешь что-то про их смерти из-за Солнца?       — Да. Они покрываются волдырями и умирают. Но не только Солнце несет для них угрозу: месяц назад были обильные дожди и грозы. Тогда мы с Ньютом наблюдали за новыми растениями, записывали, что с ними происходит в тех или иных случаях. Тогда на нас вышел шиз. Было пасмурно, не было лучей, поэтому он предоставлял нам огромную угрозу. Мы уже собирались уходить, как его кожа покрылась ожогами, словно это был не вода, а кислота. Его кожа мгновенно начала слезать. По нему можно было делать скелет. Из его рта вытекла фиолетовая жидкость, не черная, как у начальной фазы. Наверное, это была переходная, не знаю.       Они дошли до многоэтажек, откуда послышался голос. Тереза остановилась.       — Это опасно, — незнакомка поправила арбалет, — почему остановилась?       — Там кто-то есть, — брюнетка приоткрыла дырявую шторку. Легкий ветерок проник на улицу.       — И давно ты такая добрая? — Галли стоял рядом.       — С того момента, как мне дали второй шанс.

***

      Томас шел рядом с Айзеком. Им оставалось несколько кварталов до ребят, но это расстояние было каким-то невыносимо огромным, а мысль о том, что Солнце вот-вот сядет за горизонт, обжигала разум. Им нужно поторопиться. Ньют каждые пять минут останавливался, чтобы потрогать больную ногу. Брюнету было жаль его, он несколько раз предлагал, чтобы тот обхватил его за плечи, но блондин на эти предложения закатывал глаза и слал его подальше. Именно поэтому они уже около часа шли.       — Если ещё раз будет остановка, я возьму этого красавчика на руки и сам понесу, — произнес Айзек, облокачиваясь на каменный выступ. Они были посреди жилой улицы. Хотя как, раньше жилой улицы.       — Только попробуешь, — светловолосый выпрямился и зашагал. — Лучше этого придурка тащи, то он несколько раз запнулся, — Ньют кивнул в сторону Томаса. Тот смутился, его уши покраснели.       Всё это время он был в своих мыслях, представляя, с чем пришлось бороться Ньюту и Терезе. Они же могли умереть в любой день, ведь жить в месте, где каждый враждебно настроен против тебя, не очень хорошая идея.       А ещё ему было очень интересно, что именно помнит блондин. С какого момента он забыл всё? Если у него хоть какое-то воспоминание о Лабиринте? Что ему рассказывала Тереза?       — Почти дошли, — крикнул Айзек.       Жалеет ли Тереза о том, что случилось? Думала ли она об этом, пока рассказывала Ньюту о прошлом? А что, если он ничего не знает? Он ведь по-любому бы возненавидел ее, если бы она рассказала. Помнит ли он о том, что был болен? Есть ли у него какие-то побочки, связанные с этим?       Томас не мог не думать об этом. Все его мысли были о друзьях, которых он считал мертвыми. Для него они остались под обвалами Последнего Города, поэтому поверить в том, что Ньют сейчас идет рядом, было трудно. Он несколько раз касался его, пока они шли возле заброшенных домов, чтобы проверить, а не фантазия ли это. Вдруг он ударился головой и лежит сейчас на берегу Тихой Гавани под палящим Солнцем.       — Томас! — голос Бренды вывел его из транса.       Девушка стояла в нескольких метрах. Ее растрепанные волосы развивались на ветру. Она рванула в его сторону, будто не веря тому, что они живые вернулись.       Ньют аккуратно отошел в сторону, чтобы его не задели. Казалось, будто девушка готова была снести с ног парня.       — Ньют… — тихо прошептала она, когда оказалась рядом с ними. Её глаза округлились от удивления.       Блондин поежился от такого взгляда. Ему было не по себе, что почти каждый тут знал его, а он не мог вспомнить их. Их лица с одной стороны были знакомы, но с другой — он впервые их видел. Может, Тереза и знает их, но он — нет. Ему остается только верить, что они не хотят скормить его шизам, как какое-то жертвоприношение.       — Том…       Этот голос брюнет узнал бы из тысячи. Он даже не был уверен, сказал ли человек его или произнес медленно. Тереза стояла перед ним, перематывая руку бинтом. Она смотрела на него, пронзительно и долго. Ее взгляд обжигал.       Ньют сразу же оживился, когда увидел подругу. Хромая, парень пошел в ее сторону, наплевав на то, что незнакомцы могут быть врагами, заманившими его в клетку. Он шёл к тому, кого знал. Тереза медленно перевела свой взгляд с Томаса на Ньюта, улыбнувшись, что тот в итоге пошел с глэйдерами. Ее лицо на секунду смягчилось, а затем снова обрело серьезный вид.       Рядом показался Фрайпан. В его руках была какая-то железка. Он тоже удивился, когда увидел Ньюта, даже протянул ему руку, чтобы поздороваться, но тот проигнорировал его. Парень только хотел спросить, что это, чёрт возьми, значит, но Тереза махнула рукой. Она обязательно потом всё объяснит.       — Томас, — голос Бренды снова опустил брюнета на землю.       — Да?       — Минхо укусили, — на её глазах навернулись слезы.       Кажется, в этот момент мир Томаса рухнул.