berry

Разлепить на утро глаза кажется настолько невозможным, что раньше, чем получается это сделать, Феликс жалеет, что вчера они так припозднились. Точнее Сынмин, который никак не мог перестать болтать, даже после того, как Феликс постелил ему в гостиной (потому что везти его до дома не было ни сил, ни желания) и с головой накрыл одеялом. — Ли-икс… — Сынмин стягивает с головы одеяло, что-то капризно шепча о том, как ему жарко, — что за парень был с тобой в баре? Феликс борется с желанием проигнорировать, просто оставить друга засыпать и самому, наконец-то, лечь в кровать, потому что на времени – пятый час, а телефон оповещает, что будильник зазвонит через четыре часа и девять минут. — Понятия не имею, как его зовут, — всё же отвечает он, пожимая плечами, — но состояние у вас было схожее. Кажется, он просто заскучал, вот и подсел. Феликс не дожидается ответа – выключает свет в гостиной, желает сладких снов Сынмину и удаляется в свою комнату, где, еле найдя силы переодеться в пижаму, облегчённо падает в кровать. Засыпает через пару минут, и последнее, о чём думает, – это то, что завидует другу незнакомца, которому всё-таки хватило смелости отказать, и он избежал той участи, которая выпала на долю Феликса. Утром после принятия душа и традиционной чашки чая с утра (потому что Феликс не переносит кофе), он чувствует себя немного лучше, чем ожидалось. Пока готовит себе завтрак на кухне, совмещенной с гостиной, наблюдает за Сынмином, который крепко спит на диване, и улыбается этой милой картине – не каждый день его друг выглядит, как безобидный щенок. Будить Феликс его так и не решается, перед выходом оставляя на столешнице возле временной постели Сынмо записку: «надеюсь, ты хорошо поспал! холодильник, душ и все остальное в твоем распоряжении. вернусь к шести». Недавно приобретённое место работы встречает Феликса огромным количеством людей, ещё большим – заказов и теплой улыбкой Минхо – официанта, который работает тут на несколько месяцев дольше, чем сам Феликс. Минхо старше на пару лет. Опыта у него, как жизненного, так и в работе, немного больше, так что они неплохо сдружились, несмотря на то, что их встречи пока редко выходили за рамки рабочих. И не то чтобы Феликс против – вовсе нет, но у Феликса – работа и Сынмин, который таскает его по всему Сеулу каждый раз, как приспичит, а у Минхо – та же работа и парень, имя которого Феликсу неизвестно, но о котором его друг рассказывает с горящими глазами. — Утро! — Минхо приветливо машет, положив один из подносов на столик, чтобы обслужить клиента, заодно освободив руку. — Привет, хён, — улыбается Феликс, подходя ближе. — Сегодня завал, да? — спрашивает он, оглядываясь на зал, полный людей как никогда. — Верно подметил. Я на ногах с самого утра, — Феликс мысленно благодарит высшие силы за то, что сегодня начало его смены позже обычного, а Минхо-хён улыбается глазами и продолжает: — Поболтаем в обед. А сейчас – переодевайся и за работу! И Феликс даже чувствует некоторое воодушевление от такого позитивно настроенного Минхо и уже через десять минут выходит из маленькой комнатки, служащей одновременно и раздевалкой, и местом встречи во время коротких перерывов, и личным кафе для работников, приходящих со своей едой. Силы, появившиеся буквально из неоткуда, заставляют Феликса думать, что он готов обслужить все столики одновременно, если это потребуется. Но, конечно, пыл Феликса утихает, стоит солнцу за окном начать печь сильнее всего за весь день, а стрелке часов переметнуться поближе к заветному времени обеда. Последние полчаса до перерыва кажутся вечностью, и Феликс отсчитывает минуты, надеясь хотя бы посидеть, не говоря уже о еде. — Хорошо постарался! — Минхо похлопывает его по плечу, забегая в раздевалку. Его окружают сейчас остальные их коллеги, которые лишь уставше поднимают глаза на Минхо, не понимая, откуда у него силы говорить? — В честь такого за обед плачу я. У Феликса глаза на миг расширяются, он бы подавился, но нечем – во рту совершенно пусто с тех пор, как он пришёл на работу. Количество клиентов сегодня заставило позабыть о коротких переговорах с коллегами, о минутных перерывах и, чёрт побери, даже о воде! — Сегодня праздник? В смысле «плачу»? И вообще-то ни у кого из них нет проблем с финансами, но всё равно, пообедать где-то за пределами работы – не самое частое явление. — Не будь таким мрачным, Ликс! — Минхо смешно щурится и скрещивает руки на груди. — Каждый день, прожитый на этой земле, – праздник. Так что сегодня мы пообедаем в кафе, которое отсюда в паре кварталов. (Кто из конкурентов решил установить свое заведение так близко, навсегда останется тайной, и этот человек, конечно, идиот, но это идет на пользу Минхо с Феликсом). Они так и поступают: у них есть целых сорок пять минут, так что шаг они немного прибавляют, не отвлекаясь даже на разговоры, негласно придя к тому, что поговорить за едой будет куда приятнее. В том кафе оказывается уютно: стены, выкрашенные в бежевый, украшенные редкими картинами; деревянные столики стоят не слишком близко друг к другу, позволяя ощутить немного личного пространства, и, конечно, приветливый персонал. Минхо заказывает две порции кимчи, газировку для себя и яблочный сок для Феликса, аргументируя это тем, что «у тебя растущий организм, полезнее будет». Феликс дуется буквально пару мгновений прежде, чем рассмеяться. — Ну и что ты молчишь? — Минхо приподнимает одну из бровей в непонимающем жесте. — Рассказывай! Как вчера вечер провёл? И, конечно, Феликс ему рассказывает. Знакомство с Минхо – случайность, стечение обстоятельств, но он с первого дня внушает доверие, приняв позицию старшего брата, которого у Феликса никогда не было. — Сынмин позвал в бар… — Феликс не выглядит особенно воодушевлённым, а Минхо понимающе кивает – знает, как мучительны бывают вылазки куда-либо после смен. — Хорошо провел время? — с надеждой спрашивает он. — Ничего особенного… — Феликс на секунду замолкает, потому что приносят их заказ и продолжает, как только официант отходит, пожелав приятного аппетита: — Правда, парень один немного скрасил вечер, подсел ко мне, — он улыбается, вспоминая неуклюжего незнакомца из бара, — он был пьян и… ну, забавным, что-ли. — Ого! Так может это судьба? — глаза Минхо загораются, а Феликс смеется: — Он сказал тоже самое! Абсолютно! И Минхо отвечает, что раз уже двое придерживаются этой теории, то она с вероятностью в почти сто процентов – не просто теория. Феликсу не очень хочется говорить хёну, что это случайность и они вряд ли еще когда-нибудь встретятся. Вместо этого они желают друг другу приятного аппетита и продолжают обсуждать события последних дней. Минхо рассказывает, что вчерашний вечер провёл с тем парнем, которого называет «любовь моя»: они смотрели фильм ужасов; рассказывает, как его непоседливые коты (их, кстати, целых три!) всё время шуршали где-то на кухне именно в те моменты, когда было страшнее всего, а «любовь его» сначала громко вскрикивала, а уже спустя секунду тихо материла всех жителей квартиры. В глазах Минхо бесконечно много тепла, когда он говорит об этом человеке, о своих котах, что у Феликса не находится подходящих слов, только искренняя улыбка и скомканное «вы милые». — Ну и потом мы с Джисоном легли спать… Вау! Феликс даже перестает есть, услышав впервые имя этой «любви всей его жизни». Ему кажется, что это какой-то новый этап их дружбы, а ещё ему кажется, что он уже слышал это имя, но никак не получается вспомнить, где…