(Un)Locked

Темно. Сверху, снизу, слева и справа; Феликс стоит в полной темноте. Он медленно оборачивается, но нигде вокруг не видно света. Он растерян. Ему кажется, что он должен быть где-то в другом месте, в голове мелькает картина заброшенной гостиницы, которая через секунду исчезает. Вдруг вдалеке появляется что-то, похожее на булавочный укол света. Феликс без раздумий начинает идти к нему. Свет - это прожектор, одинокий конус яркости в темноте. Когда Феликс приближается, он видит одинокий стол с двумя стульями, стоящими друг напротив друга. Только один из стульев занят: на нем сидит парень, положив локти на столешницу. Парень сосредоточен на шахматной партии, и его глаза лишь ненадолго поднимаются, чтобы встретиться с глазами Феликса - голубые и розовые с карими, - прежде чем его взгляд возвращается к игре. Молча, Феликс садится на другой стул и с любопытством рассматривает шахматную доску, пока Чонин, похоже, обдумывает свой следующий ход. Сама доска не представляет собой ничего особенного, плитки серебристо-черные, но фигуры другие, странные. Вместо черно-белого набора, некоторые шахматные фигуры молочно-белые, но все же немного полупрозрачные, в то время как противоположные фигуры полностью прозрачные - выглядят так, будто сделаны из стекла, хрупкого и бьющегося. Слева от Феликса стоят маленькие шахматные часы, ближе к Чонину - тикают. Тиканье - единственный звук в кажущейся бесконечной темноте. Спустя неизвестное количество времени Чонин берет одну из молочных фигур и достает одну из стеклянных. Теперь он сидит прямо рядом со стеклянным королем. Отложив упавшего коня в сторону, Чонин нажимает кнопку на шахматных часах и обращает свое внимание на Феликса. — Твоя очередь, — говорит он, и Феликс слишком ошеломлен, чтобы как-то отреагировать - впервые он действительно слышит голос одного из парней из своих снов. — Твоя очередь, — повторяет Чонин только после того, как Ли ничего не сделает. Феликс смотрит на доску, но даже не зная ничего о шахматах, он задается вопросом, что ему вообще остается делать, когда чужая королева уже стоит рядом с его собственным королем. Просто признать поражение? — Твоя очередь, — снова говорит мальчик напротив него, и прежде чем Феликс успевает что-либо ответить, пол проваливается под ним, и Феликс погружается в темноту. Остаток ночи Феликс спит без снов, впервые за последние месяцы.

***

Сны не возвращаются. Каждый раз, когда Феликс ложится спать вечером в течение следующего месяца, он ожидает, что окажется в пустом холле отеля, который стал таким знакомым. Вместо этого он просыпается на следующее утро, не помня ни о каком сне. Наконец-то избавление от снов должно принести облегчение, но вместо этого Феликс испытывает глубокое чувство потери, как будто у него отняли что-то ценное. Это заставляет его постоянно нервничать и волноваться, замок, с которым он возится, чтобы занять себя, теперь так часто используем, что уже не закрывается правильно. Феликс продолжает пересказывать цензурированную версию сна своему психиатру, умолкая об их исчезновении. Он перестает принимать лекарства, которые ему прописали, но это не возвращает их. Вместо этого он начинает задаваться вопросом, действительно ли он проснулся после сна с шахматной партией. Он чувствует странную отстраненность от всего, что его окружает, но дни проходят как обычно, и ему больно, когда он ударяется пальцем ноги о комод. Главной причиной версии о том, что он все еще спит, являются короткие промежутки времени, когда ему кажется, что он видит мальчиков из своего сна в повседневной жизни. Байкер, который чуть не сбил его, когда он шел домой, имеет яркие синие волосы администратора, татуировка скелета на руке. Мальчик в странной шапке держится за поручень в автобусе, наблюдая за ним через окно, где Феликс стоит на остановке - внезапное громкое тиканье в ушах Феликса. Он уходит, когда Феликс спешит сесть в тот же автобус. Фотограф в парке, раздается щелчок, Феликс зажмуривает глаза от вспышки, а когда снова открывает их, тот уже исчез. Он видит Чонина за стойкой кафе, его двухцветные глаза сверкают на него, но когда Феликс входит, его заказ принимает кто-то другой. Феликс продолжает случайно наступать или пинать раздавленные банки из-под газировки, а когда он поднимает глаза, то видит кошкоподобного мальчика с клюшкой для гольфа. Между ними вечно движущаяся толпа, но второй не двигается, просто стоит и смотрит. Кто-то проходит перед Феликсом, впоследствии загораживая ему обзор, а потом мальчик исчезает. Случайные чувства одиночества и тоски по простому объятию, по тому, чтобы кто-то прикоснулся к нему, продолжают одолевать Феликса, и когда он оглядывается, мальчик с табличкой "бесплатные объятия" продолжает смотреть на него своими грустными глазами, но одно моргание - и он снова один. Затем появляется рыжий. Феликс постоянно слышит его шаги и хруст, как будто он ест яблоко, постоянно видит его тень в углу своего зрения. Феликс часами бегает за ним и в конце концов каждый раз теряет его. Феликс задается вопросом, является ли он по-прежнему сном или это галлюцинации, о которых говорил его психиатр.

***

Прошло два месяца с тех пор, как сны прекратились, когда Феликс выходит из автобуса по дороге домой и видит красноволосого мальчика, прислонившегося к кирпичной стене напротив него, словно ожидая кого-то. Феликс встает посреди тротуара и пристально смотрит в его стальные серебристо-голубые глаза. Рыжий ухмыляется и неторопливо поворачивается. Когда он развернулся к Феликсу спиной, тот взмахивает рукой в жесте "следуй за мной". Он исчезает на другой улице, и Феликс быстро идет следом. Феликс тяжело дышит, его сердце быстро бьется в груди, когда он бежит за знакомым звуком шагов по задним переулкам. Его ноги попадают в лужу на земле, но он едва замечает это сквозь стук крови в ушах. Как так получается, что шаги всегда звучат неторопливо и сохраняют свой медленный темп, но Феликс не может догнать, даже если бежит так быстро, как только может? Феликс забегает за очередной угол и замирает, увидев знакомую улицу. Напротив него, через дорогу - то место, где он впервые увидел Чонина в светлой закусочной. Переулок, из которого он только что вышел, - тот самый, в который он последовал за рыжеволосым всего несколько минут спустя. На этот раз закусочной нет (как и в другие бесчисленные разы, когда он искал ее за последние два месяца), нет и развалин здания. Вместо этого перед ним обычный фасад отеля, неоновая вывеска светится в темноте и гласит: "ORDINARY". — Какое странное название, — думает Феликс, наблюдая, как первая буква "R" мерцает и в конце концов перестает светиться. В темноте она больше похожа на букву "D", чем на "R". Он на мгновение забыл о мальчике, за которым следил, когда увидел знакомый вид приемной, виднеющейся через окно. На мгновение он возится с замком в кармане джинсов, металлическая поверхность которого на ощупь холодная. Ноги Феликса сами, без его подсказки, несут его через улицу к входу. Он почти не колеблется, прежде чем войти. Пустые стулья и диваны усеивают переднюю часть помещения, которое, если не считать Феликса, совершенно пустынно. Здесь царит полная тишина. Свет мерцает раз, два, и когда он снова становится стабильным, за стойкой администратора кто-то сидит. Его голубые волосы блестят, пока он что-то набирает на планшете. Он поднимает глаза, когда Феликс подходит ближе. Их глаза на мгновение встречаются, и Феликс замечает нечто, что отличается от его снов: левый глаз мальчика - изумительно золотого цвета, что резко контрастирует с его правым, темно-карим. Другой мальчик продолжает смотреть между Феликсом и его планшетом. Странным образом, все происходит точно так же, как всегда было в его снах, но почему-то вопреки всему - Феликс просто знает, что он не спит. Похоже, что перекрестные взгляды другого закончились, так как теперь он просто спокойно смотрит на Феликса. Он подпирает подбородок кулаком, татуировка, напоминающая скелет, выставлена напоказ. После, наверное, целой минуты этого странного общения, синеволосый мальчик поднимает брови и машет Феликсу рукой в сторону подсобки с выражением, похожим на "Иди, чего ты ждешь?". Феликс поспешно обходит прилавок и открывает заднюю дверь. Но прежде чем пройти, он еще раз оборачивается, желая подтвердить, что ему разрешено. Однако в фойе снова пусто, как и тогда, когда он только вошел. Глубоко вздохнув, он переступает порог и спускается в кроличью нору. Хотя, по правде говоря, его спуск, вероятно, уже начался в тот момент, когда он побежал за рыжим, когда шел домой после сеанса терапии - или, может быть, за несколько месяцев до этого, когда он впервые проснулся, дрожа и потея, от сна, который не мог понять. Феликс ожидает услышать тиканье бесчисленных часов, но его путь вниз остается безмолвным. Единственный звук - это его шаги, когда он медленно спускается по лестнице. Свет приветствует его из-за угла, и Феликс узнает стену с бесчисленными часами, висящими на ней. Однако тишина сохраняется, все они стоят на месте, и поблизости нет мальчика в странной шляпе. Напуганный тишиной там, где должен быть шум, он спешит дальше вниз, стремясь оставить неподвижные часы позади себя. В следующем коридоре его ждет похожая картина: фотографии на месте, бесчисленные снимки, на которых он идет по лестнице. Однако звука щелчка и нового снимка нет - только одиноко стоящая на столе полароидная камера. Феликс начинает идти быстрее, ища что-то, чего он не знает. Так продолжается и дальше: Диван Чонина пуст - на нем лежит только аккуратно сложенная газета, банка из-под напитка застряла в стене, но никто не приходит ее вытащить, клюшка для гольфа забыта на полу. Феликс заходит в часть, похожую на пустой склад, и в коридоре справа от него лежит только брошенная и затоптанная на полу вывеска "free-hugs". Отсутствие человека, который ее носит, почти заставляет Феликса рыдать. Теперь Феликс бежит по открытому пространству склада, его шаги отдаются эхом. Балки над ним пусты. Когда он наконец пересекает открытое помещение, он тяжело дышит и останавливается. Звук шагов, отдающийся эхом, продолжается. Шаги неторопливые, в удобном темпе, и Феликс поворачивает голову туда-сюда в поисках источника звука. Шаги стихают, а он все еще тщетно ищет. Однако прежде чем он успевает запаниковать, тишину прорезает дзиньканье прибывающего лифта, и часть стены перед ним открывается, открывая лифт из стекла. Из прозрачных стен открывается захватывающий вид на ночной город, и, несмотря на то, что Феликс шел вниз, вниз, вниз, вниз, он оказался выше небоскребов. Феликс нерешительно заходит в лифт, двери автоматически закрываются за ним, и без предупреждения он начинает неуклонно подниматься вверх. Внезапно раздается громкий шум, лифт резко останавливается и трясется так, что Феликс пытается удержать равновесие. Тряска утихает, снова воцаряется тишина, и Феликс чувствует, что он больше не один в лифте. Через секунду после того, как он осознает это, он чувствует чье-то дыхание на своей шее и, как во сне, мгновенно замирает. Прядь красных волос мелькает в его периферийном зрении, когда человек вдыхает, и его неземной голос раздается в кабине лифта. — Do you want to be oddinary? — шепчет он.