Сила клятвы

Глава 7

      Вопреки предсказанию Кима, завтрак прошёл невесело и настроение не улучшилось, хотя запечённая рыбка оказалась отличной, а хлеб острым.       Дело принимало дурной оборот из-за проклятого молодого зверя и его свадьбы. Его таинственное исчезновение вместе со слугой не могло не всполошить родственников и с минуты на минуту надо было ожидать новых посещений слуг, друзей или, что ещё хуже, солдат.       Деон Белый и его спутники обсудили создавшееся положение, но решение всё не приходило. Бежать в данный момент было абсолютно невозможно. Пиратов наверняка бы узнали, схватили и повесили, как бедного Лорна Красного и его несчастных товарищей. Надо было дожидаться ночи, но кто мог поручится, что родственники молодого маламута оставят их в покое.       Трое пиратов, обычно не уступавшие в ловкости и находчивости своим товарищам с Такаригуа, были на этот раз в полной растерянности.       Ким предложил переодеться в одежду пленников и идти напролом, но тут же убедился в невозможности осуществить свой план, так как костюм юноши не налез бы не только на него, но и ни на кого другого. К тому же такое предприятие могло бы оказаться слишком рискованным в городе, где повсюду рыскали солдаты. Медведь, напротив, вернулся к старой идее и предложил отправится в город, чтобы приобрести мундиры мушкетёров или алебардистов. Но и это предложение было пока отвергнуто, поскольку для успешного осуществления надо было дожидаться наступления ночи.       Пока они ломали голову в поисках подходящего выхода из сложившегося положения, с минуты на минуту становившегося всё более запутанным и опасным, в дверь опять кто-то постучал.       На этот раз это был какой-то сервал дворянин, вооружённый шпагой и кортиком — возможно, кто-то из родственников юноши или его невесты. — Подавится мне ядром! — воскликнул Ким свою любимую фразу. — В этот проклятый дом скоро выстроится целая очередь! Сначала явился юнец, затем слуга, теперь какой-то дворянин… А там, глядишь, появится отец, родственники, друзья и так далее. Дело кончится тем, что свадьбу придётся праздновать здесь.       Видя, что никто не торопится открывать, сервал удвоил силу ударов. Он беспрерывно колотил тяжёлым молотком в дверь, показывая всё своё нетерпение. Дворянин явно был решительнее юноши и слуги. — Сходи, Ким! — приказал белый лис. — Боюсь, капитан, что этого голыми лапами не возьмёшь. Нам попался крепкий орешек и уверяю вас, его сразу не раскусишь. — Я пойду с тобой, рыжий кум, ты ведь знаешь, что у меня крепкие лапы.       Увидев в углу шпагу, хранившуюся у нотариуса в качестве семейной реликвии, капитан попробовал её гибкость и повесил себе на пояс. " Имперская сталь. Берегись сервал! "       Ким и Шоко открыли тем временем дверь, грозившую рухнуть от следовавших друг за другом яростных ударов молотка и дворянин, держась лапой за шпагу, ворвался внутрь. — Вас что, пушкой будить?! — спросил он раздражённо, меча вокруг яростный взгляд.       Сервал был статным мужчиной лет сорока, крепкого телосложения, мужественный и высокомерный. На морде читались грозные черты, которые так же, придавали его глаза с радужкой зелёного цвета.       На нём был элегантный имперский костюм из тёмного шелка и кожаные сапоги с отворотом, украшенные зубчиками. — Извините, сэр, что мы замешкались, — ответил Ким, потешно раскланявшись перед ним, — но мы были очень заняты. — Чем это? — спросил сервал. — Лечением сэра нотариуса. — Неужели он заболел? — Его мучит свирепая лихорадка, сэр. — Зови меня графом, мошенник. — Извините, господин граф, я не имел чести быть с вами знаком. — Убирайтесь к дьяволу! Где мой племянник? Вот уже два часа, как он торчит у вас! — Мы никого не видели, господин граф. — Ты шутишь со мной?! Где нотариус? — В постели, господин. — Немедленно отведите меня к нему!       Стараясь заманить графа подальше в коридор, прежде чем напустить на него медведя с его могучей мускулатурой, Ким повёл сервала за собой, но, подойдя к лестницы, внезапно обернулся и крикнул: — Хватай его, бурый кум!       Медведь бросился к графу, но тот был настороже и, обладая ловкостью своего биологического вида, одним махом перескочил на три ступеньки выше, резко оттолкнул Кима и решительно обнажил шпагу, воскликнул: — Ах, мошенник! Что всё это значит? Я вам уши оторву вместе с хвостами! — Если вам угодно знать, что означает это нападение, то я вам объясню, — раздался голос капитана.       На площадке неожиданно появился со шпагой в лапах Деон Белый и начал спускаться по лестнице.       Сервал обернулся к нему, не сводя, однако, зелёных глаз с Кима и Шоко, отступивших в глубь коридора для охраны двери. Первый вооружился навахой, которую он забрал при нападении на них басков, второй — палкой, столь грозным в его лапах оружием. — Кто вы такой? — спросил сервал, не обнаруживая и признаков страха. — Судя по одежде, вы дворянин, но не всё золото, что блестит, и я не удивлюсь, если вы окажетесь бандитом, а то и хуже — флибустьером! — За эти слова вы можете дорого поплатится, мои друг, — ответил белый лис. — Посмотрим! — Вы смелый зверь, тем лучше. Я бы советовал вам, однако, отдать шпагу и сдаться. — Кому? — Мне. — Бандиту, устраивающему засаду для расправы над благородными зверьми? — Нет, кавалеру Деону Вентимилья. — Как, вы дворянин?! Могу я в таком случае знать, почему господин Вентимилья подослал своих слуг, чтобы убить меня? — Вам это показалось, господин. Никто не собирается вас убивать. Вас хотели разоружить, подержать в плену несколько дней, и больше ничего. — А с какой стати, позвольте узнать? — Дабы вы не могли предупредить власти в Кайбо, что здесь нахожусь я, — ответил белый лис. — Быть может, господин Вентимилья не в ладу с властями Кайбо? — Просто они, а вернее, Ван Кульд не питает ко мне особой любви, и ваш губернатор был бы очень счастлив заполучить меня в свои лапы, как я его — в свои. — Не понимаю вас, — сказал сервал. — Это не имеет отношения к вам. Итак, согласны ли вы сдаться? — О! Неужели вы думайте, что зверь, вооружённый шпагой, сдаться, не защищаясь? — Тогда я вынужден буду вас убить. Я не могу позволить вам уйти: это означало бы поставить под удар себя и своих товарищей. — Но кто же вы такой, наконец? — Вы уже догадались, сами того не ведая: мы пираты с Такаригуа, или как нас называют в империи — флибустьеры. Защищайтесь! Я не собираюсь отпускать вас живым! — Охотно верю, ибо вас трое. — Не беспокойтесь о них, — сказал белый лис, кивая на Кима и Шоко. — Когда их капитан сражается, они не имеют привычки вмешиваться. — В таком случаи надеюсь скоро с вами справится. Вы ведь ещё не знайте, какова лапа у графа Лермы. — Так же, как вы не знайте, какова она у господина Вентимилья. Защищайтесь граф! — Одно слово, если позволите. Что вы сделали с моим племянником и его слугой? — Они мои пленники вмести с нотариусом, но за них не беспокойтесь. Завтра они будут на свободе и ваш племянник сможет обручится со своей невестой. — Спасибо, господин Вентимилья!       Деон Белый отвесил лёгкий поклон, затем, быстро сбежал с лестницы, напал на сервала так стремительно, что тот был вынужден отступить на два шага.       В течение нескольких минут в тесном коридоре только и слышно было, как свистят шпаги. Прислонившись к двери, Ким и Шоко безмолвно следили за дуэлью. Скрестив лапы на груди, они едва поспевали глазами за молниеносным сверканием шпаг.       Сервал сражался отлично, благодаря своей природной ловкости и грации. Он хладнокровно парировал удары и уверенно делал выпады, однако вскоре убедился, что имеет дело с одним из самых грозных противников, обладавшим железными мускулами. После первых ударов Деон Белый обрёл своё обычное спокойствие. Он редко переходил в наступление, уходя в глухую защиту, словно хотел прежде утомить противника и посмотреть, на что тот способен. Крепко стоя на сухопарых ногах, он держался прямо, поддерживая равновесие левой лапой. Казалось, что для него этот поединок — обычная забава.       Безуспешно сервал пытался прижать его к лестнице, втайне надеясь, что он споткнётся и упадёт. Несмотря на град обрушившихся на него ударов, белый лис ни на шаг не сдвинулся с места. Он словно не обращал внимание на жужжание клинков, с изумительной быстротой отражал удары, не покидая своей позиции. Вдруг он сделал глубокий выпад. Выбить шпагу из лап сервала было делом одной минуты.       Оказавшись безоружным, сервал оскалил клыки, тяжело дыша. Сверкающее остриё шпаги белого лиса на мгновение задержалось у его груди, затем поднялась кверху. — Вы отличный боец, — сказал белый лис, салютуя противнику. — Вы не хотели отдавать мне шпагу, но я возьму её сам взамен вашей жизни.       На морде сервала отразилось глубокое изумление, он застыл на месте, словно не веря, что остался в живых. Внезапно он быстро подошёл к белому лису и протянул ему лапу. — Мои соотечественники утверждают, что флибустьеры — бесчестные звери, занимающиеся лишь грабежом на море, я же теперь могу подтвердить, что среди них есть достойные звери, которые в рыцарстве и благородстве превзойдут самых благовоспитанных дворян империи Персеваля. Господин Вентимилья, вот вам моя лапа! Благодарю вас!       Деон Белый с чувством пожал его лапу, затем, поднял упавшую шпагу, протянул ему её. — Сохраните ваше оружие, господин граф, мне достаточно, если вы пообещайте не воспользоваться ею против нас до завтрашнего дня. — Обещаю вам, клянусь честью. — Теперь позвольте связать вас. Мне жаль прибегать к этой крайности, но я не могу обойтись без неё. — Поступайте так, как считайте нужным.       По знаку белого лиса Ким подошёл к сервалу и связал ему лапы, затем препоручил его Шоко, который поспешил отвести его наверх, в компанию к племяннику, слуге и нотариусу. — Надеюсь, визитов больше не будет, — заключил Ким, обращаясь к Деону. — Боюсь, что вскоре к нам пожалуют другие гости, — ответил капитан. — Все эти таинственные исчезновения не могут не всполошить власти Кайбо. Нам стоит подумать и подготовиться к обороне. Ты не заметил, нет ли огнестрельного оружия в доме? — Я нашёл на чердаке аркебузу и припасы к ней, а также старую заржавевшую алебарду и латы. — Аркебуза нам пригодится. — А сможем ли мы выстоять, капитан, если солдаты пойдут на штурм дома? — Там будет видно, а сейчас могу тебе сказать, что живым меня Кульду не видать! Итак, подготовимся к обороне. Позднее, если останется время, подумаем о трапезе.       Шоко вернулся, поручив Венсу охранять пленников. Узнав, что нужно делать, он горячо принялся за дело.       С помощью Кима он притащил в коридор всю самую тяжёлую и громоздкую мебель, что не обошлось, разумеется, без долгих, хотя и бесполезных, причитаний нотариуса. Шкафы, ящики, массивные столы, комоды — всё было свалено возле двери, так получилась надёжная баррикада.       Не довольствуясь этим, пираты с помощью других ящиков и мебели соорудили вторую баррикаду, у подножия лестницы, на случай если дверь не выдержит напора. Едва они закончили подготовку к обороне, как увидели, что Венс кубарем катится с лестницы. — Капитан! — воскликнул он, — на улицы столпились горожане и все смотрят на наш дом! Я думаю, они заметили, таинственное исчезновение входивших зверей. — Значит скоро начнётся! — заметил, глазом не моргнув белый лис.       Спокойно поднявшись, по лестнице, он, стоя за жалюзи, выглянул в окно, выходившее на улицу.       Венс сказал чистую правду. Где-то пятдесят зверей, разделившись на группы, толпились на противоположном конце улицы. Они оживлённо переговаривались и указывали на дом нотариуса, в то время как из окон соседних домов выглядывали обеспокоенные соседи. — То, чего я боялся, того и гляди, случится, — пробормотал белый лис, нахмурив лоб. — Ладно. Если уж и мне суждено погибнуть в Кайбо, значит, так записано в книге судеб. Бедные мои братья, кто же за вас отомстит?! О! Видно, смерть ещё не близка, а фортуна улыбается пиратам с Такаригуа! Ким, ко мне!       Услышав, что его зовут, моряк не замедлил явиться. — Слушаю капитан. — Ты мне сказал, что нашёл боеприпасы. — Да, полный бочонок пороха, на восемь-десять фунтов. — Поставь его в коридоре, под дверью и приладь к нему фитиль. — Подавится мне ядром! Мы взорвём дом? А, пленники? — Тем хуже для них, если солдаты попытаются нас схватить. Мы имеем право на защиту и воспользуемся им без колебаний.       На улице, вдали, показался отряд мушкетёров, сопровождаемый толпой любопытных. Под командованием лейтенанта маршировало две дюжины отлично вооруженных мушкетами, шпагами и алебардами солдат, словно направляющихся на войну. Рядом с лейтенантом белый лис заметил какого-то старого господина, вооружённого шпагой и решил, что это кто-нибудь из родственников сервала или маламута. Отряд проложил себе дорогу среди граждан, заполонивших улицу и остановился в десяти шагах от дома нотариуса. Солдаты выстроились в три шеренги и взяли мушкеты наизготовку, словно собирались открыть огонь.       Понаблюдав несколько минут за окнами, лейтенант переговорил со стоявшим рядом стариком, затем решительно подошёл к двери и постучал тяжёлым молотком. — Во имя закона, открывайте! — Вы готовы, мои храбрецы? — спросил своих товарищей белый лис. — Готовы, капитан, — ответили Ким, Венс и Шоко. — Вы останетесь со мной, а ты, мой славный Шоко, поднимешься на верхний этаж и посмотришь, нет ли там лазейки, которая позволит нам выбраться на крышу.       С этими словами он поднял жалюзи и облокотившись на подоконник, спросил. — Что вам угодно, сэр?       Увидев вместо нотариуса мужественное лицо белого лиса, одетого в широкополую чёрную шляпу с развевающимся чёрным пером, лейтенант растерялся от удивления. — Кто вы такой? — спросил он спустя мгновение. — Я хотел бы поговорить с нотариусом. — Я его заменяю, поскольку он пока не может двигаться. — Тогда откройте дверь! У меня приказ губернатора. — А если я не захочу? — В таком случаи я не отвечаю за последствия. В этом доме происходят весьма странные вещи, и я получил приказ узнать, что случилось с господином Педро Ксевила, его слугой и его дядей, графом Лерма. — Если вам не терпится это узнать, то могу вам сказать, что они находятся у нас в доме, все в добром здравии и даже в отличном расположении духа. — Пусть они спустятся вниз. — Это невозможно, сэр, — ответил белый лис. — Я требую подчиниться или велю взломать дверь! — Как вам угодно, но предупреждаю, что за дверью установлен бочонок с порохом и при первой же попытки взломать дверь я подожгу фитиль, и взорву дом вмести с нотариусом, господином Ксевила, его слугой и графом Лерма. Теперь попробуйте, если посмеете!       При этих словах, произнесённых спокойным, решительным тоном, не допускавшим ни малейших сомнений, ужас объял солдат и присоединившихся к ним зевак. Кое-кто поспешил убраться подобру-поздорову, опасаясь, что дом, того и гляди, взлетит на воздух. Даже лейтенант отступил назад.       Деон Белый невозмутимо стоял у окна, словно простой зритель, не спуская однако, глаз с солдат вооружённых мушкетами, в то время как стоявший за ним Ким и Венс следили за действиями соседей, высыпавших на террасы и балконы. — Но кто вы? — спросил наконец лейтенант. — Зверь, не желающий, чтобы ему кто-либо мешал, даже офицеры губернатора, — ответил белый лис. — Я приказываю назвать ваше имя. — Не вижу в этом необходимости. — Я заставлю вас сделать это. — А я взорву дом. — Вы сумашедшей! Вы хоть представляете, сколько будет жертв? — Нисколько, если вы уберётесь восвояси. — Кончайте! Ваши шутки зашли слишком далеко! — Вы думайте? Послушай, Ким… Подожги-ка фитиль!