Гермиона Грейнджер и плеть-невидимка

После этого урок продолжился. Следующий студент рассказывал способ приготовления одного из зелий, но его мало кто слушал. Остальные с удовольствием продолжали следить за Гермионой, стоявшей у доски штрафников. Спиной к аудитории, с по-прежнему оголённым задом, располосованным плетью, она старательно выводила на доске мелом раз за разом: «Пререкаться с преподавателем запрещено». Следовало уместить там эту фразу шестьдесят раз. Щёки и уши у неё пылали так же, как и зад… Перед окончанием урока Северус разрешил ей надеть юбку, но трусы не вернул. Трусы она получит после второй встречи. — До отбоя будешь носить юбку по форме У-1, — распорядился он. Гермиона побледнела, но только согласно кивнула: — Да, профессор. Как и ожидалось, чаша её стыда ещё не была осушена. Гермиона надела юбку, приспустив её на четыре дюйма, так, чтобы сзади была видна верхняя часть ложбинки, разделяющей ягодицы, и верх самих ягодиц. Широкая резинка надёжно удерживала юбку в таком положении, наглядно демонстрируя всем следы порки. В таком виде ей надлежало теперь ходить по всему Хогвартсу до самого отбоя, выслушивая насмешки и ехидные замечания. И пусть только посмеет приподнять верх юбки хоть на полдюйма! Снейп придирчиво оглядел студентку. Резинка юбки находится в правильном положении, открывая верхнюю треть задницы, а похотливая щель пусть пока проветривается. — Вечером жду тебя в кабинете, — холодно заявил маг и сделал жест, означающий, что отпускает её. …Весь оставшийся день стал для Гермионы сущим кошмаром. Каждый встречный-поперечный беззастенчиво разглядывал её одеяние «по форме У-1» с неопровержимыми доказательствами только что понесённого наказания. Учащиеся Хогвартса не скупились на язвительные замечания по этому поводу, тем более что Драко Малфой и его приспешники поспешили всем раззвонить о том, чем закончилась порка. Что профессор Снейп обнаружил, как взмокло её лоно. И теперь в адрес незадачливой гриффиндорки то и дело неслось: — Ну что, Гермиона, понравилась тебе профессорская плеть? — Говорят, ты там потекла, пока тебя пороли? — Какие красивые узоры на твоей заднице! Покажешь, что там ниже? Кроме того, кто-то успел разболтать о её идеально депилированном лобке. Это мгновенно дало пищу для новых острот. Студенты с других факультетов задавали ей колкие вопросы: — Гермиона, ты, наверное, так хотела порки, что подготовилась заранее? — Говорят, ты продепилировалась так, что всё аж скрипело. Хотела, чтобы профессору приятнее было тебя там щупать? — Поди, ждёшь-не дождёшься, когда настанет вечер? Мечтаешь о второй порции? И так далее, и тому подобное… Девушка не знала, куда деваться от нахальных взглядов и ядовитых комментариев. Она краснела, отводила глаза, норовила спрятаться где-нибудь в укромном уголке, но это было бессмысленно, потому что не могла же она пропустить остальные уроки? Там она пыталась усесться куда-нибудь на задний ряд, чтобы избежать бесцеремонно разглядывающих глаз. Но её то и дело вызывали к доске отвечать, потому что и преподавателям было любопытно посмотреть на то, как студентку разукрасила плеть Снейпа. Взгляды и профессоров, и одногруппников были одинаково липкими, они словно мысленно сдирали с неё юбку, пытаясь увидеть — что под ней. Мысль о том, что девушка вынуждена сейчас обходиться без трусиков — словно пробуждала в них какие-то нездоровые фантазии. Когда она выходила из аудитории с занятия по Трансфигурации, Рон Уизли ненароком поставил ей подножку. Гермиона споткнулась и чуть не упала, но вовремя вспомнила заклинание левитации и удержалась на ногах. Юбка на ней, правда, всё-таки успела задраться, вызвав довольный смех безжалостных студентов. — Я тебе этого не прощу, Рон! — взбешённо пообещала измученная стыдом девушка. — Применишь ко мне заклятие Круциатус? — насмешливо спросил тот. Развернувшись, Гермиона бегом бросилась к одной из лестниц и принялась быстро подниматься по ней, в таком состоянии совершенно забыв про ступеньки-ловушки. Одна из них провалилась под ней, и студентка застряла с защемлённой ногой под новый взрыв хохота гриффиндорцев. Тут же началось: — У тебя точно сегодня память отшибло! — Как первокурсница! — Может, ты с утра выпила чего запрещённого, Гермиона? — Поделом тебя Снейп взгрел! С трудом высвободив ногу, девушка, прихрамывая и едва не плача от злости и нового приступа стыда, всё-таки взобралась по проклятой лестнице на площадку, перепрыгнула на другую лестницу и в конце концов добралась до библиотеки; забилась там в самый тёмный угол и просидела до отбоя, пытаясь прийти в себя от всего того кошмара, который на неё сегодня свалился. В сотый раз она ругала себя и за невнимательность во время ответа у доски, и за то, что не сдержалась в ответ на замечание Снейпа… Вспоминала порку, пережитую боль и позор, холодела при мысли о том, что совсем скоро её ждёт повторение «урока». А скорее всего, Снейп придумает что-нибудь новенькое, дабы не повторяться… Она поёжилась. Гермиона снова стала пунцовой, вспомнив о том, как неожиданно для себя потекла во время наказания. Неужто Снейп прав и она действительно настолько похотлива? Как ей теперь жить дальше? Ведь этот день надолго врежется в память студентов четырёх факультетов, имевших возможность лицезреть её располосованные ягодицы и узнавших позорную подробность о реакции на профессорскую плеть… Но думай-не думай, а время идёт и второй серии истязаний ей не избежать. Она выбралась из своего угла. Отбой вот-вот настанет, а если она опоздает — всё будет ещё хуже. Обречённо вздохнув, Гермиона покинула библиотеку и направилась в сторону кабинета профессора зельеварения. Никогда ещё она так не тряслась перед встречей со Снейпом, как сейчас.