Любить по-настоящему

☆

Чонвон никогда бы не подумал, что найдётся такой человек, который будет любить его так сильно. Последний день на хате Джея не оказался настолько болезненным, на сколько позволяла себе его простуда. И всё благодаря Сонхуну. Такие лёгкие и небрежные слова стали для него самыми родными и нежными. Какого было удивление Сону, когда он узнал, что его план полностью сработал. Да, он получил потом по шее за то, что тот заболел, ведь в этом была и его вина тоже, но про это потом плавно все забыли. Возвращение в город уже не было таким утомительным. Эти двое не замечали разговоров их друзей и музыки в машине, находясь в это время в своём собственном мире. Тёплые руки и такие же тёплые объятия согревали как никогда кстати. И лишаться этого всего он не хотел, но это произошло. Он не знает причину, но уйти было его решением.

•••

Скучные и долгие пары теперь не казались таковыми, ведь рядом с Сонхуном теперь сидел Чонвон. Нет, они давно сидели вместе, но впервые отвлекаться на то, что говорит препод совсем не было желания. Переписка по небольшому отрывку бумаги вскоре перешла в простые переглядывания, ведь понимать друг друга без слов могли многие влюблённые люди. В этом нуждались они оба так долго. В этих перешёптываниях, сплетённых руках и тёплых взглядах. — Вы, ребята, такие милые. Я бы вам завидовал, не будь у меня Ники. — сказал как-то раз Сону Чонвону, когда «гостил» у него в комнате их общежития. И в такие моменты Сону был с Чонвоном, а Сонхун с Ники. А у них ещё даже двойного свидания не было. — Да, да, ты мне это уже говорил. Только посмей заикнуться про то, что без твоего вмешательства у нас бы ничего не сложилось. Но я опять же повторю, что это из-за тебя я сидел на карантине неделю, но Сонхуну ничего не мешало проводить со мной время. Как он вообще не заболел? — протараторил Ян, болтая ногами туда-сюда, пока лежал на животе на своей кровати. — Хён был слишком занят тобой, чтобы болеть, поэтому у него не было времени на себя. Хорошо, что он хотя бы занятия не пропускал, но сидел на них такой кислый весь, от лимона не отличишь. А как в комнату к вам летел... И это вы ещё только неделю встречаетесь. — задумчиво говорил Сону, улыбаясь своим же мыслям. — «Ведь у нас с Ники всё так же начиналось». — Да блин, этот придурок Пак Сонхун ничего мне не рассказывал. Так бы всё раньше началось. — Чонвон перевернулся на спину и опередся ею на спинку кровати, — Прикинь, ещё в той поездке, двести лет назад, когда он помогал мне возвратиться до комнаты, я его поцеловал, оказывается! И это не раз было причём. Я то вот всё ему про ту ночь рассказать хотел сразу, но всё произошло по другому. А почему? Потому что кое-кто решил проявить инициативу и без моего ведома напоить меня. Купидон хренов. Просто супер класс. Даже слов не могу подо... — в этот момент Сону спас внезапные телефонный звонок. Старший уже поблагодарил того человека, что оборвал речь Чонвона. Он бы точно сейчас полез его убивать. Младший покачал головой, мол, повезло тебе. — Да, хён. — взял трубку Чонвон. — Чонвони, мы можем встретиться? — говорил Сонхун. Разговор мог слышать и Сону. — Прямо сейчас? Мы могли бы в комнате поговорить. — Мне надо прямо сейчас поговорить с тобой. — Это срочно? Просто я на грани убить Ким Сону. Но раз это так необходимо, то я приду, конечно. Где встретимся? — Правда придёшь? Я скину тебе адрес. — Да, уже выхожу из общаги. Целую. — отключившись от звонка, Чонвон презрительно посмотрел на старшего. — Сожжение на костре временно отменяется. Живи, пока можешь. — Передавай привет Сонхуну-хёну и огромную благодарность. — кивнув, помахал ему Ким, устроившись на чужой кровати. Эта комната стала его вторым домом, после его собственной комнаты. Показав двумя пальцами сначала на свои глаза, а потом на Сону, Чонвон вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

•••

Сонхун скинул свою геолокацию. Он находился в каком-то парке, неподалёку от их общежития. Сам Пак сидел на одних из качелей, медленно покачиваясь. Чонвон, тихо подойдя сзади, резко обнял того со спины, оставляя лёгкий поцелуй на щеке. — Чонвон? — развернулся старший, удивлённо улыбнувшись. — Ты пришёл. Можешь присесть? Нам надо поговорить. — указав рукой на соседние качели, сказал Хун. — Ты такой серьёзный. Что-то случилось? — присев на качели, взволнованно спросил младший. — Ну, начну с того, что я не хочу сделать тебе больно тем, что сейчас скажу, так что можешь побить меня после моих слов, — предупредил его Сонхун, а после молчания продолжил, — До всего этого я правда не знал, что всё так выйдет. Мне очень жаль, что всё так вышло. Обстоятельства изменились, поэтому они мешают мне... Так тяжело это говорить. Так произошло, что я... мне... у меня больше не остаётся выбора, как... В общем я хочу сказать, что... — он всё никак не мог подобрать правильных слов, так как говорить это было сложно, особенно Чонвону. — Всё в порядке. Просто скажи мне то, что хотел. Не волнуйся. — накрыв чужие замёрзшие ладони своими, сказал Ян. — В общем я хочу сказать, что... Ты правда этого не достоин. То, что я сейчас скажу может ранить тебя, поэтому я не уверен. — глубоко вздохнув, Сонхун посмотрел на чужие руки, что согревали своим теплом, как раньше делал он Чонвону. — Нам нужно остановиться. — подняв глаза и посмотрев на чужие, быстро сказал Сонхун. — О чём ты говоришь? — недоумевал Ян. — Я не могу так больше. Я хочу остановиться. Хочу остановить наши отношения. Хочу прекратить. Но не хочу делать тебе больно, но так нужно. Это не правильно, но другого выбора нет. Я... Мы не можем... Ты... — слёзы потекли влажными дорожками по щекам, скатываясь на землю. То, что так не хотелось говорить, но то, что было единственным выходом. — Хён, что произошло? Ты хочешь... расстаться? — тихо проговорил Чонвон. Он не верил. Он отказывался в это верить. Сонхун кивнул. — Но почему? Что... Ты плачешь? — подняв лицо старшего, он заглянул в стеклянные глаза. Чужие объятия всегда успокаивали, но эта ситуация заставляла плакать без остановки. Это больно. — Нам нужно... расстаться. Чонвон, нам нужно расстаться. Я не знаю, как объяснить тебе, так как это сложно. Обстоятельства поменяли всё, перевернули с ног на голову, понимаешь? Я так не хотел, чтобы тебе было из-за этого грустно и больно, но выхода нет. Я пытался его найти, но безрезультатно. — проговаривал он это в плечо Чонвону, словно оправдывался перед самим собой. — Ты не можешь назвать мне причину, по которой ты хочешь расстаться? — тот кивнул, громко всхлипывая. — Ты любишь меня? — он опять кивнул, только на этот раз с небольшой паузой. — Так почему... — У меня нет другого выбора. Этот придурок... Я не могу сказать тебе правду, но и молчать не хочу. Я не хотел, чтобы всё так вышло, но он... — опять остановился он, явно недоговаривая, — Я не знаю, что мне делать. — тихо-тихо прошептал Сонхун, сжимая в руках чужую ветровку на спине. — Я не верю тебе. Прости, но я не хочу в это верить, так как я знаю, что ты обманываешь нас обоих. Ты любишь меня, ты сам мне об этом сказал. — Чонвон начинал плакать, — Я не хочу прерывать то, в чём нуждался так долго. Я нуждаюсь в тебе. В твоём внимании, в твоих объятиях, в твоих поцелуях. Я не могу без тебя. Если ты решишь уйти, то... то я... то просто позволь сделать это мне. Я не хочу, чтобы ты уходил от меня. Я так люблю тебя, так скажи же мне, что мешает тебе быть со мной? Пожалуйста. — Просто... Так будет лучше для нас обоих. Пройдёт время, и тогда я тебе всё расскажу. Обещаю. — крепче обнимая Чонвона, шептал Пак, словно они прощались перед долгой разлукой. И лишь только один из них знал, что это действительно было прощание перед разлукой.

•••

Природа была со всех сторон. Птичье пение, свежий воздух, солнечная погода. Гармония, которая помогала упорядочить мысли. Чонвон знал, что это было не лучшим решением, но так было нужно. Родители согласились с тем, что Чонвону нужно побыть на природе, тем более с учёбой у него всё хорошо, так что можно и отвлечься. Деревня, в которой жила его бабушка, очень для этого подходила. Ну, он ни от кого не скрывал своего местоположения, просто умолчал о нём. Отключил телефон, ничего не сказал друзьям и одногруппникам. Никто не знал, кроме родителей и преподавателей. Ничего не знал и Сонхун. Это к лучшему. — Чонвон? — позвала его бабушка, когда он сидел в комнате, судорожно перебирая дрожащими пальцами края футболки. — Иди кушать. — Да, бабуля. Уже иду. — вздохнув, отозвался Ян, вставая с кровати и направляясь на кухню. Бабушка Чонвона была самым понимающим человеком в мире, как он считал. Никто не понимал его так, как это делала она. За это он так любил её. Его визиту была рада и сама бабушка, ведь скрасить своё время с любимым внуком она очень любила. — Ой, ты так вырос. Всё не могу налюбоваться, каким же красавцем ты стал. — восхищалась она, когда они уже начали обедать. — Ну перестань. Не сильно я и изменился, но всё равно спасибо. — Чонвон всегда смущался. Бабушка всегда говорила правду. Он любил проводить с ней время. Они никогда не скучали. И самое малейшее изменение в его поведении она всегда замечала. Даже сейчас, когда правая рука с ложкой риса предательски тряслась не скрылось от её глаз. Чонвона стало часто трясти с того разговора с Сонхуном, но он даже не смел обвинять его в этом. — Что-то стряслось? Только не смей мне врать, я же вижу, что что-то не так. — обратилась к нему старушка. И почему она была так наблюдательна? Чонвон не знал, что здесь нужно ответить, но и врать своей бабушке он просто ненавидел, поэтому с самого детства разучился ей лгать. В любом случае он понимал, что его бабушка одна из самых понимающих людей, которая всегда сможет дать хороший совет. Она сможет помочь. Но а сказать о себе в третьем лице не считается неправдой? — Ну, у меня есть друг. Недавно у него появились отношения, о которых он всегда мечтал. Всё было идеально, но через некоторое время его парень сообщил ему, что им нужно расстаться. Мой друг спросил, что же так побудило его расстаться, но тот промолчал, сказав, что через некоторое время всё узнает. Он любит моего друга, но при этом они расстались. Почему любящие люди не могут быть вместе? Бабушка, неужели я просто его недостоин. — последнее предложение он проговорил тише. Это предложение выдало его. — Так ты говоришь о себе или о друге? — с напором смотрела на него старушка, сложив руки перед собой в замо́к. Вся его семья знала о его ориентации. Никто не был против, ведь у каждого человека свои вкусы. — Нет, я... Да, я говорю о себе. — сдался Ян, зная, что уже раскрыл себя. — Не знаю, что могло произойти, но представь себя на его месте. — начала она, жестикулируя руками всё, что собиралась сказать. Она обычно так делала, чтобы передать свою мысль собеседнику. — Многое могло случиться. Начиная с того, что ему нравится кто-то другой и заканчивая тем, что у него появились срочные дела, либо же нужно уехать. Многое могло произойти, нужно просто потерпеть. Чонвон вздохнул. Бабуля была права, нельзя так торопиться всё разузнать. Может быть, у Сонхуна есть свои причины сделать паузу. Но так быстро. — Так ты поэтому приехал меня навестить? — допивая свой зелёный чай, спросила бабушка. В её голосе не было обиды, ведь она понимает, что Чонвон — студент, у которого иногда просто нет времени на что-то кроме учёбы. — Не только поэтому. У меня в универе всё хорошо, так что я решил развеяться, поэтому решил, что приехать к тебе будет отличной идеей. — пояснил Ян, доедая последнюю ложку риса с кимчи. После обеда он решил прогуляться по полю, где в юном возрасте очень любил играть со своими сверстниками, Сону был одним из них. Казалось, что природа расцвела в большей степени. То, чего ему так не хватало в последнее время. Вскоре мысли про Сонхуна были отставлены на второй план. Лёжа на зелёной траве, он плавно заснул, больше не о чём не думая.

•••

Время подходило к вечеру, а Чонвона по-прежнему не было не в универе, не в общаге. — Хён, что у вас произошло? Где Чонвон? — спросил в трубку Сону, явно сильно переживая. — Ты тоже не знаешь, где Чонвон? Странно, я думал, он у тебя. Ну или ты хотя бы в курсе, где он. — Сонхун начал беспокоиться. — Он ничего не говорил. Я его со вчерашнего дня не видел. Звонил ему? — спросил младший. — В том-то и дело, что да, но он недоступен. Видимо, он отключил телефон. Так что говоришь, никто не знает где он? — Да, я уже всех спросил. Вот поганец, куда он запропастился. — ворчал в трубку Ким. За недовольством скрывалось беспокойство за друга. — Ты не знаешь, где он может быть? — Сонхун начал ходить по комнате, нарезая круги. — Нет, скажи-ка мне сначала, что такого могло произойти, что он сбежал? Он бы не стал скрывать что-то от тебя. Говори. — когда Сону становился настойчивым, старший чувствовал, что они и правда лучшие друзья, раз тот за него так беспокоится. — Я не знаю. — Сонхун не собирался рассказывать правду. — Он никогда ничего от меня не скрывал, а тут внезапно сбегает. Мне страшно, Сону. Я боюсь, что с ним что-то случилось. — дрожащим голосом проговорил Хун, остановившись около окна, рассматривая проходивших мимо людей. — Так, без паники. Я позвоню его сестре, родителям. Те должны что-то знать. После сразу сообщу тебе. Я перезвоню. — отклонив звонок, Сону набрал номер его мамы. — Здравствуйте. Это госпожа Ян? — Да, а в чём, собственно, дело? С кем я говорю? — Я Ким Сону, друг Чонвона. — Ах да, здравствуй, Сону. Чем могу помочь? — Вы не знаете, где сейчас находится Чонвон? Он ничего не сказал мне. — Чонвони попросил ничего не говорить, если кто-то спросит. Но я расскажу, если ты беспокоишься. Так уж вышло, что он захотел развеяться, устал, бедный мальчик. Прошлой ночью он гостил у нас, но всё никак не мог заснуть. Я не стала спрашивать, что случилось, но видела, что ему необходимо отдохнуть. Поэтому я предложила ему съездить и навестить бабушку, он согласился. Он сам хотел уехать, но я его опередила своим предложением. — рассказала ему правду госпожа Ян. — О, вот как. А где именно он сейчас находится? — В той деревне, где вы с ним выросли. Помнишь, вы там вместе играли? — Понял. Спасибо большое. — Да, конечно. Сону отключился и задумался. Что такого могло произойти, что он внезапно уехал? Потом сразу же набрал Сонхуну, как и обещал. — Ало. Что такое? Что произошло? Где Чонвон? — начал тараторить старший, кусая губы. — Да тише ты, оглохнуть можно. Всё с ним в порядке. Правда эта информация не должна разглашаться, так как она конфиденциальная. Сам Чонвон распорядился, чтобы об этом никто не узнал, но его мама... — Ким Сону, просто говори уже! — перебил его Хун, желая как можно быстрее узнать, что с Чонвоном. — Ладно-ладно. Он уехал к своей бабушке. Его мама сказала, что он не мог спать прошлой ночью, поэтому отправила его развеяться. Что будешь делать с этим? Сонхун мысленно ударил себя по голове. Неужели он так сильно повлиял своими словами на Чонвона, что ему даже плохо стало? Боже, он ужасен. — К бабушке, говоришь? Скинь мне адрес. Сонхун знал, что Чонвон специально уехал, чтобы упорядочить мысли. Но он должен убедиться, что с ним всё в порядке. Всё шло против него. И с мыслью «Я во всём виноват» он сел на следующий день на автобус.

☆