Звенья одной цепи

Шёл уже второй месяц в гнезде. Будни были относительно спокойными, насколько это возможно у Воронов. Натаниэль умудрился мыться самым последним, благодаря чему его шрамы не были раскрыты. Тут помогали наказания Тэцудзи. Тот, судя по всему, решил, что Кристофер мало старается, и стал оставлять его после тренировки, гоняя по полю несколько кругов, а потом заставляя убираться. Жан, конечно же, был вместе с ним. Веснински часто пользовался этими отсрочками, и пока третий убирался, он бегал по полю, дабы успокоиться. Другого варианта у него особо не было. Приходилось держать средний уровень, ведь привлекать внимание не хотелось. Часто рефлексы крашенного психовали из-за этого. Он постоянно дëргался что-то сделать. Тело вспомнило игры в детстве, и быстро привыкло к темпу, требуя больше из-за этого. Притворяться становилось всё сложнее. Именно из-за этого после тренировки он бегал на полной скорости, а также метал мяч по целям. Жан же спокойно за этим наблюдал, собирая снаряды, оставленные Воронами и периодически те, которые летели от Ната. Они стали не просто партнёрами, которых случайно поставили вместе, но и близкими друзьями, можно сказать братьями. Хэтфорд теперь при Моро спокойной разговаривал с Лорой и Эндрю на английском, а не испанском и немецком. Последнего из той передряги с полицией выпустили в тот же день, и блондин сразу же спросил, что именно голубоглазый хочет за это, ответ был прост: «безопасность моего ребёнка и тебя». Миньярда это явно удовлетворило. Он и правда единственный человек, находящийся далеко от Балтимора, которому Веснински может доверять. Это было самым оптимальным ответом. За эти месяцы он несколько раз навещал сына и успел сыграть в правду, смотря глаза в глаза Эндрю. “Монстр” стал по-настоящему важен. Нат, конечно же, даже не пытался ему рассказать об этом. Пусть и явно плохо шифровался. Француз дразнил и посмеивался над парнем. Как только срок работы Миньярда закончится, они растанутся, и блондин забудет обо всём, как о страшном сне. При таком раскладе не особо умно рассказывать правду, но вразумить его никто особо не мог. Всадники честно пытались, однако это было немного бесполезно. Алекс же, как оказалось, сильно привязался к своей няне, и в его ещё формирующимся характере всё больше мелькало что-то от Миньярда. Было бы лучше, наблюдай Веснински за этим самостоятельно, а не через посредника в виде Ники, который каким-то чудом получил его номер. Только после Хэммика Нат спросил у Жана, как отключить это вибрирующее устройство. Тот долго смеялся, но выключил уведомления, и голубоглазый смог спокойно игнорировать кузена «Монстра». С Лорой же они обменивались новостями. Оказалось, с тремя очагами бунта намного легче. Теперь территория от границ Мексики до Северной Каролины включительно, и от Канады до штата Нью-Йорк и Род-Айленд. Они буквально окружили главные штаты. Это оказалось не так сложно. Младшему приходилось периодически выбираться из гнезда, дабы лично что-то уладить, и показать, что: “вот, я живой, не дождётесь моей смерти”. Даже так многие выбирали Натаниэля сами. Для них он кажется более хорошим кандидатом на главу мафии, чем отец. Это и неудивительно. Кровожадность Веснински и рассудительность Хэтфордов смешано в нём, давая многие преимущества. Конечно, люди Натана пытались сопротивляться, но быстро оказались подавлены или же залегли на дно. Именно из-за этого у Малькольмов появилось много проблем, и они просто не замечали такое долгое отсутствие Натаниэля, что было ему на руку. Так же ФБР начало усилено копать под Мясника, создавая тому проблемы. Конечно, этому поспособствовал Младший и его люди, которые недавно подкинули полиции информации. От Стюарта он научился, что намного лучше дружить с правоохранительными органами. Он хочет позже сам убить Ромеро и ДиМаччо. Побеждать двух здоровых мужиков в одиночку уже приходилось. Могли лишь возникнуть проблемы из-за того, что именно они его тренировали, и знают его слабые места, пусть он и перекрыл большинство из них во многих прошедших драк. Однако, напрягало одно: всё шло слишком гладко. Конечно, не прям всё, но так или иначе это не нравилось Нату. Его отец не был лишён ума и хитрости, пусть и в меньшей мере, чем его жена и сын. Это очень не нравилось Хэтфорду. План был продуман три года назад, если не больше. Да, несостыковки появлялись, такими являлись Эндрю и Рико. Изначально в них не было нужды. Однако Мэри умерла, а её доверенное лицо передало информацию о договоре Натана и Кенго. С Морияма лучше не воевать, так что просто ослабить, чтобы смещение Мясника прошло более гладко, а потом можно заключить другой договор. Лучше с Ичиро — главным наследником этого клана. С Рико же всё было просто, как и думал голубоглазый. Тот привык, что защитник постоянно мелькает поблизости, а также с учётом разговоров почти каждый день, сменил гнев на милость, насколько это возможно в его случае. Первые недели младший Морияма просто становился всё менее агрессивным и более сдержанным. Однако сейчас он открылся, насколько может. Особенно после помощи в разговорном французском. Натаниэль же уяснил пару вещей. Одной из которой было то, что надо разговаривать на равных, но помнить с кем говоришь. С учётом неумения голубоглазого держать язык за зубами, это очень и очень трудно. Так или иначе, один из главных правил остаётся: не реагировать агрессивно. Это было полегче, ведь парня приучили контролировать эмоции. Судя по всем наблюдениям, который сделал Крис, Рико было трудно осознать, что к нему относятся с пониманием. Он неосознанно начал тянуться к этому. В итоге Морияма и Веснински постоянно мелькали в поле зрения друг друга, а вместе с последним и Моро. Нат начал подходить к азиату вне комнаты и разговаривать. Это происходило как можно дальше от тренера. Обоим парням не хотелось, чтобы “Хозяин” узнал о их общении. Голубоглазому просто не хотелось привлекать внимание, а у Рико какие-то свои заморочки. Так или иначе, Жан тоже при этом присутствовал, пусть и пытался слиться со стеной, но даже так периодически прыскал с шуток своего напарника, а также не выказывал никакого отвращения к капитану. Лишь остатки страха, другую часть отбил Дьявол, больно уж он убедительный. Сегодня Веснински задумал кое-что, что могло бы выйти ему боком, но не то, чтобы сильно. Появилась идея раскрыть Рико немного правды. Что-то взамен на то, что ему ранее давал Морияма. Тот, казалось, поставил его на один уровень со сбежавшим Кевином, и крашенному это не нравилось. Что-нибудь серьёзное ему раскрывать ещё нельзя, так что выбор пал на шрамы. Их появления можно спокойно объяснить работой в мафии. Так же, если он правильно помнит, то его родители не указывались, да и всё равно всем начхать на них. Так что можно рассказать об «не очень хорошем» отце. Это пусть и будет полу-правда, но всё же. Крис сомневался, что Рико побежит рассказывать своему дяде, но безопасность не повредит. Голубоглазый снова за час до завтрака постучал в комнату Рико. Благодаря кошмарам, он научился обходиться 15 минутами сна, так что спать по два часа после ночной тренировки, дабы нормально встать и подготовиться к походу к азиату. Обычно он просто собирается, но чаще он пытается отойти от очередного воспоминания, которое подкинула ему память. Но через полчаса он снова как огурчик и за его потугами скрыть шрамы на шее и лице, наблюдает сонный растрëпанный Жан. Сегодня утро выдалось чуть более суматошным. Краска перестала скрывать рыжие корни, и они бросались в глаза. Пришлось будить тройку и заставлять помогать с покраской. Для них это была более обыденная процедура. Пусть из-за многочисленных заданий приходилось часто менять цвет волос и это их немного убило, они всё ещё были достаточно мягкими и французу это явно нравилось. Он лепетал что-то сонное на своём, но помогал. Периодически они ворковали так полушёпотом друг с другом на тренировках или где-либо ещё. Нормально шутить особо нельзя, так что они делали это таким образом. Так или иначе, сейчас Веснински постучал три раза, как делал только он, и не дождавшись ответа, зашёл в комнату. Привычная практика, которую он нагло использовал в первый же день. Голубые глаза быстро нашли тёмные и смотрели прямо в них, показывая всю серьёзность сегодняшнего диалога. Обычно казалось, что Дьявол просто играет, плетя какие-то свои тёмные нити, однако сейчас что-то заметно изменилось. Прочитать его эмоции стало в несколько раз труднее, хотя тело всё ещё было расслабленным. — Доброе утречко, — на лице красовалась улыбка. Всё так же не дожидаясь ответа, он уселся уже на ставший родным стул. И размесившись поудобнее. Рана, которая ранее стягивала движение, уже давно заросла, хотя и намучался он с ней. В какой-то момент попал гной, и организм сопротивлялся просто всему. Пришлось ходить без швов с очень тугими бинтами. Из-за этого сразу после тренировки парень уходил вместе с Жаном в комнату и мылся уже там. Повезло это никто не отслеживает. — Тебе того же. Чем снова меня терроризировать собрался? — сказал Рико. Он явно до этого хотел съязвить что-нибудь, но что-то его всё-таки остановило. Серьезный Нат напрягал всех. Именно таким его видят те, кто дали ему кличку «Дьявол Балтимора». Жестокий, холоднокровный и вечно ведущий какую-то свою игру не на жизнь, а на смерть. Странно сочетает внешности без участного, бесполезного Кристофера и уверенного в себе, хитрого Натаниэля. — Что сразу терроризировать-то? — голубоглазый сделал обиженный вид, хотя он конечно привык к сарказму Рико, и просто стал отвечать шутками. Променял одно на другое, зато без агрессии. То, что они так спокойно разговаривают прям победа. Так или иначе, всё это надо для достижения цели, может когда-нибудь он станет смотреть на капитана, кроме как на способ ослабить Воронов. — Я тут хотел кое-что тебе рассказать… — Интересно, какой ещё бред я из твоих уст не слышал… — было видно, как глаза капитана, так и намеревались закатиться за орбиты, сколько бы он ни слышал такое начало предложений от Криса — они всегда оканчивались каким-то странным пересказом, за который получил бы таких тумаков, что было бы трудно ходить. Нат же просто продолжал проверять границы терпения азиата. Как оказалось, если втереться ему в доверие, то нервы у него железобетонные. Даже Лора периодически не могла выдержать его не связной болтовни. — Выкладывай. Нат сделал тяжёлый вдох, расслабляя тело. Сколько бы он ни показывал свои шрамы, это всегда было сложно. Поэтому он старался не делать это без надобности. Выпрямившись, голубоглазый снял с себя спортивную кофту, а вместе с этим стёр тональный крем с шеи. Куча разных белёсых следов окутывали тело защитника. Самым заметным был от утюга. Его перекрывали другие, но даже так он оставался заметен. Были большие и неровные через всё тело, оставшийся от неудачного падения из машины на всей скорости. Можно различить так же пулевые ранения. Однако больше всего было ножевых, и именно такие сейчас красовались на боку, но по цвету можно понять, что нанесли их недавно. Выходные были весёлыми. Стёртая косметика открыла вид на кучу старых следов от ножевых, будто кто-то пытался вырезать ему кадык. Про отрывание головы он не шутил. Лола тогда перестаралась. В свои шестнадцать лет Нат чуть не лишился голосовых связок, ведь вместо помощи в поисках Мэри язвил и врал. — Обычно я показываю их по необходимости, так что сейчас это трудно… — произнёс голубоглазый, чуть зажимаясь. Он сказал чистую правду. Обычно их видели лишь те, кто создавали новые, или же зашивали его. Чистая необходимость. Полностью увидеть свои шрамы по собственному желанию он дал лишь Эндрю и Рико. Как-то странно эти двое стали очень важными звеньями, хотя изначально о них и речи в плане не шло. Судя по всему, видеть шрамы на других не было какой-либо проблемой у Рико. Некоторым он и сам наносил увечья, просто знал такие болезненные места, что можно было скрыть от десятков глаз жёлтой прессы, что любила перед началом сезона или очередного матча подпортить репутацию некоторых команд, Воронов в том числе. Это было известно всем в гнезде, поэтому и старались не злить единицу. Но, что Крис делится этим с ним, он хмыкает и как-то не то брезгливо, не то с сожалением смотрит на зажившие и не очень раны. Натаниэль чудом сдержался, чтобы не фыркнуть. Его воротит от этой смеси. Жалость ему ни к чему. Конечно, он знает какая реакция у людей на его тело, но намного легче видеть отвращение. Выражать сочувствие или поддержку — не в силе Рико. Но только словами и мимикой лица, в ту же секунду, он разворачивается спиной, многие бы решили, что ему попросту стало неприятно на это смотреть: — А я говорил, что твой язык тебя никогда до добра не доведёт. Теперь я убедился в этом больше, — произнёс японец. Веснински чудом не рассмеялся от такого. Конечно, он понимал, что никто не объяснял Рико, как поддерживать людей. Им в какой-то момент это стало и не нужно. Они дети, выросшие чудом, который из раза в раз собирали себя по кускам. Чужая поддержка для них казалось жалостью и чем-то мерзким. Или же просто незаслуженным, тут как посмотреть. — Не зря же у меня кличка дьявол, —Весело хмыкнул Нат, вспоминая их первые разговоры. Как тогда, так и сейчас — это звучало, как анекдот. Особенно когда ему доказывали, что его размышления ложны, хотя он воплощал их в жизни продуманными до мелочей планами. — На самом деле, это не полностью то, что я хотел рассказать. Парень обратно надел кофту, и поудобнее устроил на стуле. Эта комната никогда не была безопасным местом, однако тут было достаточно спокойно, чтобы Натаниэль мог хоть немного расслабиться. Даже начинать разговор об отце было неприятно, однако это один из этапов достижения желаемого, так что, стиснув зубы, он стерпел внутренний страх и ненависть. Натан для него был мерзким. Внутри кипел гнев, но нерациональный ужас часто приглушал это. Сейчас он уже взрослый, у него связи и сила, но воспоминания из детства дают о себе знать при малейшем триггере. Кошмары раз за разом посещают его, не давая спокойно спать. — Большинство шрамов нанёс мой отец. Тот ещё мудак. Лучше не верить Хэтфордам, когда те говорят, что готовы на всё ради семьи. По крайней мере, большая часть из них забьёт на это, — сказал Веснински. Он и правда не любил семью по маминой линии. Не только из-за того, что они выдали Мэри за Натана, но и за то, что за всё это время бескорыстно ему помогал лишь Стюарт, который был полностью против брака своей сестры. Конечно, Натаниэль сразу пытался отплатить мужчине, но даже так тот почти никогда не требовал ничего, кроме связи со своим племянником. Именно Стюарт и Мэри поддерживали репутацию Хэтфордов, как клан готовый на всё ради своих. — Тебе хотя бы есть с кем об этом поделиться… — голос Рико и будто не его, потерял всю холодность и сталь, что быстро растворилась, стоило заговорить на больную тему — семья. Нат знал, насколько это сложно для Морияма. Рико явно завидовал, и завидует Крису. У него есть Хэтфорды, пусть те и помочь не могут. Но у Кристофера хотя бы есть это, когда у азиата ничего нет. Даже Дьявола это печалило. Единица была почти чужой, пусть сейчас Абрам и делится правдой, но всё же. Где-то внутри закралось желание помочь юноше. Мозг моментально начал пытаться перестраивать план, дабы заполучить себе Рико по-другому. Без того, чтобы тот стал бесполезен клану. — И всё же… больше тебя он не тронет. Не посмеет. Вещи, что принадлежат Морияма — никто не смеет трогать, кроме их самих. — Очень на это надеюсь… Хэтфорды они… Лицемеры. До чëртиков. Хотя, моя мать была верна своим принципам и умерла за них. Подвал тогда долго пришлось мыть, — Ната передёрнуло. Совсем недавно он отошёл от кошмара о том моменте. Придя «домой» в Балтимор, ему сразу же пришлось соскребать остатки своей матери с разных углов подвала. Это казалось чем-то нормальным тогда, но сейчас это было в кошмарах. Натан не дал женщине спокойно умереть от кровопотери или же в аварии. Это было страшное зрелище. В голове Натаниэля тогда было невозможно пусто. Своё место занял Дьявол, которому плевать на смерть собственной матери, однако, чем больше времени проходило, тем сильнее было осознание. Сейчас, как и тогда, в голове звучала весëлая шутка искалеченной психики. — Кровавая Мэри… — это было произнесено на грани слышимости. Женщина всё равно была тëмной лошадкой Хэтфордов, и про неё могли знать только верхушки. Состояние всё ухудшалось, голубоглазый не ожидал, что разговор придёт к этой теме. Хотя он всё равно умело держал оборону, не выдавая своих эмоций. — У тебя хотя бы была мать… — вновь в голосе Рико была зависть, что разъедала изнутри. Это было неудивительно. У Натаниэль была хоть какая-то семья, хотя лучше бы её не было. Завидовать ему до невозможности глупо, однако Абрам понимал, что для ребёнка, который был отрезан от семьи, было завистно до чëртиков. Именно таковым являлся Рико, а Нат лишь кивал своим наблюдениям. — Тебе хотя бы комфортно об этом говорить? — О матери? Она давно мертва, так что в полне. Об отце? Неприятно. Всё ещё чувствую страх и ненависть к нему, — сказал Нат, расслабляясь. Те, кто знают его достаточно хорошо, поняли бы, что он ни черта не спокоен, и чудом не дёргается от любого шороха. Полу-правда же со знакомым привкусом слетала с губ. Ему становилось дурно от разговора о матери, в то время как разговоры о Натане были достаточно терпимыми, пусть и со скрипом, но они вошли в повседневную жизнь. — У тебя хотя бы был и есть выбор, а это о многом говорит. Ты больше не с отцом, что тебя бы каждый день терроризировал, и вряд ли ты к нему вернёшься… если он жив, конечно, — на последней фразе, Рико заметно усмехнулся. Странный юмор у него, понятный только ему. Хотя Кристофер периодически шутил так же, и ловил на себе осуждающие взгляды. Если Морияма выдержит этот диалог, и встанет на его сторону, то его будет смысл спасать, если же нет, то пускай. — Несмотря на это всё… могу сказать, что тебе просто повезло. У некоторых бывает и хуже. — Рико-Рико, завидовать плохо, — тяжёло выдохнул Нат. Он понимал позицию единицы, но его это немного нервирует. Тот многое не знает. Им обоим не повезло по жизни, так что глупо думать, что он выиграл джекпот. — На самом деле, у меня не было и никогда не будет выбора. Мой отец жив, да здоров. Его вряд ли остановит то, что я являюсь вашей собственность, —Эта была полная правда. Натан убил бы, если узнал об этом, хотя старший и так этого хочет. Причиной больше, причиной меньше. Но голубоглазый принял решение рассказать ещё больше жëсткой правды. — Мой отец оставил первый шрам в мои 2 года. Мать тогда оттаскала меня за волосы и сказала, что я сам виноват в ошибке… — парень внимательно посмотрел на Рико. Сейчас может быть не особо удачная возможность рассказать японцу всё, но другого может не быть. — Доверять я тебе не могу, да? — Если не остановит, то он очень пожалеет, что тронул то, что принадлежит мне, – Рико усмехнулся. Некоторая пауза прошла после вопроса Криса, и он вновь усмехнулся, но горько. И в этот момент, чёрно-красная джерси слетает на кровать, обнажая израненную спину со множеством продольных шрамов, да витиеватых синяков. Нат мог определить, чем нанесли каждым. Наличие таких следов было ожидаемо, особо с учётом известной крашеному информацией. Однако даже так где-то внутри гудела злость. — Можно сказать, что у нас ничья. — Я могу тебя обнять? — вопрос слетел быстрее, чем Нат смог нормально его обработать. В его глазах не было какой-либо жалости, лишь пустое понимание. Он знал, что тактильность нужна каждому, но не каждый к ней готов. Он сам не любил касания, но в некоторых случаях они успокаивали и заземляли, показывая, что он не один. Рико долго молчит, явно обдумывая этот вопрос, и взвешивая все «за» и «против». Ответ словами давался сложно, поэтому он просто кивает. Тот явно не понял, зачем Крису его обнимать, но решил: раз хочет, то чёрт с ним. Веснински весело усмехнулся, осознавая, что начал понимать логику единицы. Абрам поднялся со стула и подошёл к Рико, обнимая того. Хватка была достаточно сильной, однако из неё легко можно было выбраться. Одна из рук легла на затылок Морияма, потрепав там волосы. Натаниэль сразу же отшëл, хотя выглядело так, будто он отскочил. — Хотелось бы мне рассказать тебе по больше, но какая-то часть правды выйдет мне боком, — сегодня прям день откровений. Даже если что-то пойдёт не так, план особо не изменится, так что опасаться нечего. Инстинкт самосохранения и тормоза окончательно умерли. Главное не забыть их вернуть к тренировке, нельзя раскрыть всё карты перед Тэцудзи. Было бы конечно обидно, допусти он подобную ошибку. Рико замер, судя по всему не зная, как себя вести, обвивает руки, которые его обняли, и как только они уходят, остаётся стоять в оцепененнии, будто и не хотел того, чтобы это прекратилось, но понимал, что стоять так вечно было невозможно. Так что тот решил снова начать язвить, дабы скрыть данный факт. — Я же сказал, что у нас ничья. Мне уже выходит боком то, что ты это увидел. Этого не должно было произойти, — сказал азиат, надевая джерси. Зайди кто-нибудь по ошибке в комнату, картина была бы уморительной. Для тех, кто знает, что именно тут происходит, для других это было бы шоком. — Я не просил ничего взамен, — Нат отрицательно помотал головой. — Хотя, да. Бесплатный сыр только в мышеловке. — Парень уселся обратно на стул, внимательно смотря на Рико. Голубые глаза всегда смотрели глубже, чем им позволяли. Он делал это неосознано, привычка, полученная из-за жизни в Балтиморе. Там или у Натана хорошее настроение, или прячься. — Но даже так, ты ценен сам по себе. Жаль, что ты считаешь, что тебе не нужна помощь, — снова Абрам мог спокойно нарваться на агрессию, но пусть будет так. Казалось, он льстил, однако это далеко не так. Чистая правда. Азиат разворачивается, смотря прямо на Ната. Оценивает, снова. Но никакой агрессии на лице не было, лишь малая раздражительность и… сожаление? Молчание в секунду, после чего обладатель чëрных глаз произносит: — Не думаю, что ты мне поможешь, но даже если так… то, чего бы ты хотел? — Чего бы я хотел? Хм… Наверное того, чтобы мой план сработал, — звучит двояко, как и лукавый блеск в голубых глаза. Даже если Рико расскажет что-либо Тэцудзи, то вариант, который придумал Нат очень незатейлив и размыт, так что перекроить его не составит труда. Вопрос единицы на самом деле даже удивил, но не то чтобы сильно. Они проводят такие беседы уже два месяца и привыкли к поведению друг друга. Хэтфорд решил вытащить японца, а тот в свою очередь перестал реагировать так ярко. — У меня есть идейка как вытащить Моро и себя, а также я могу придумать как вытащить тебя. Но ты должен признать, что тебе нужна профессиональная помощь, как в принципе и большинству людей, — Дьявол с довольной моськой растянулся на стуле. Сейчас он, конечно, при плохом раскладе мог и получить, а после ещё огрести палкой, но кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Да и глупо это было бы со стороны Рико. – У тебя был план?.. — Рико задаётся риторическим вопросом, но дальше просто молчит, слушает. И с каждым новым словом брови вздымаются всё выше и выше. После, он и вовсе замолкает, опустив взгляд в пол, обнимая себя за левое плечо, что особенно страдает от дяди в последнее время. Голубоглазый, щурясь, наблюдал за этим, зная, что при хорошем раскладе он сможет договориться о смерти Тэцудзи, но об этом он подумает позже. — Я не могу так поступить, а тебя поймают вмиг, если ты такое провернёшь… — Почему не можешь? Боишься тренера? Я смогу выбраться сам и вытащить вас, а также обеспечить защиту, — парень серьёзно смотрел на Рико. Он не лгал, при желании он и правда может продумать всё возможное. Уцепиться за любую возможность и осуществить её. Звучит как чудо, а на самом деле правила игры, в которой Натаниэль с рождения. Натан приучил его терпеть, сжав зубы, и идти к своей цели, в то время как Мэри помогла взрастить моральные принципы, и желание защищать. «Не будь они конченными садистами, то стали бы хорошими родителями» — пронеслось в мыслях парня. На самом деле, их можно понять, но не оправдать. Этим он перестал заниматься ещё в 10 лет, себе дороже. — Я не боюсь, — отрезает Рико, садится на кровать, как и всегда. Абрам прекрасно понимал, что это ложь. Будь перед ним кто-то из верхушек и спроси про отца, он ответил бы точно так же. «Боятся — значит уважают», как говорят все, но если пережать, то угнетëные восстанут. Почему-то вспомнилась русская классика, точнее брать Раскольникова из «Преступление и наказание», которую Хэтфордов прочёл по рекомендации одной из кузин. — Я не могу подвести семью, ты понимаешь? — Не совсем, пусть и хочу. Я лишь вижу, что из тебя растят вещь и не более. Подвести семью? Родство не делает нас семьёй. Семья — это люди, к которым хочется вернуться. Я где-то не прав? Объясни, чего я не понимаю. Я хочу понять твою точку зрения, — Натаниэль говорил с напором. Единственные, кто был с ним связан семейными узами по родству это Алекс и Стюарт, но остальных ему плевать. Парень собрал собственный круг лиц, которых готов спасать ценой собственной шкуры. Это были принцип, который он приобрёл сам, наблюдая за людьми вокруг. Веснински собрал вокруг себя Всадников, Стюарта, Алекса, а также с недавних пор Эндрю и Жана. Эти люди те, кого он считает своей семьёй. — У нас разное понятие семьи… Семья — это работа, обязанность, где несёт свою каждый с возрастом. У кого-то она появляется раньше, а у кого-то позже, и длится всю жизнью. Да, я вещь в своей семье, не отрицаю… но и по-другому я не могу. Я нужен своей семье, и когда-нибудь, они действительно обратят на меня внимание, которое я заслуживаю, — закончив свою речь, Рико выжидающе смотрел на Криса. Натаниэль же пристально смотрит. Он знает это понятие, точно такое же у Натана, и к нему голубоглазого приучали с детства, но он выбрал другой путь. Видел, что всё равно так ничего не добьётся. — Я могу сказать одну интересную вещь, которая прозвучит, как грубость? — впервые он задал такой вопрос, обычно просто говорил. Рико соображает очень хорошо, поэтому лишь отрицательно мотает головой. Он знает, что скажет защитник. Такое странное понимание между ними забавляло дьявола. Помолчав ещё немного, капитан всё же сказал: — Не нужно. Сам понимаю. — Так ты позволишь помочь? — Нат пристально смотрел на Морияма, выжидая его реакции. План в какой-то мере держится на молчании нападающего, так что облажаться просто нельзя было. Рико сдержанно вздыхает, и только потом кивает, давая свой ответ: — Да. Позволю. Делай то, что нужно, — слова были произнесены совсем слабо, однако Кристофер счёл это своей отдельной победой, за которую можно и медаль получить. Он полностью расслабился и начал улыбаться, как кот, наевшийся сметаны. — Я очень рад, — он достал из кармана старенький телефон, протянув его Рико. — Телефон без прослушки и другого. Там записан мой номер и номер психолога. Её зовут Бетси. Она полностью проверена, — конечно же Дьявол не сунется в план, в котором не уверен на все сто. Натаниэль понимал, что сейчас решается стоит ли переделывать план, дабы вытащить Рико, а так же рассказать единице всю правду. Морияма принял гаджет осматривая его. Веснински же быстро выдохнул, будто хотел залпом выпить шот какого-то ядрëного напитка. В принципе, он не отказался бы от алкоголя. — Ну что-ж. Раз пошла такая пляска, то лучше рассказать тебе всё…. Что ты знаешь о Веснински? — закономерный вопрос, ведь надо понимать, какая информация была доступна Рико, и где её лучше дополнить. — Не так много, на самом деле… — Рико убрал телефон куда подальше. Так, чтобы никто и никогда его не увидел. — Я не главная ветка в семействе Морияма, лишь знаю, что они наши «подручные», как ну… послушные собачки, смекаешь, да? Проблема в том, что глава Веснински подставился в самый неудобный момент, и адвокат от нашей семьи не смог его удержать на свободе. Что-то или кто-то этому помешал. Почему ты спрашиваешь об этом? — голубоглазый буквально слышал, как шестерёнки медленно крутились, а затем резко остановились, произведя некий «шелчок». Что-то в глазах Рико не сходилось, изучающий взгляд чёрных глаз осматривал Криса, но сложить два и два становится всё труднее. Поэтому, он выжидающе ждёт ответа. Нат аж прыснул от такого сравнения. Натан и правда плясал под их дудку, хоть они и являются отдельной мафией. Теперь становится понятно недовольство его людей, те хотят не зависеть от какой-то левой мафии. — А ты знал, что мой настоящий цвет волос рыжий? — подводил крашеные. Он буквально подносил ответ Рико на блюдечке, и тот судя по реакции всё понял. «Что? Рыжий?» — промямлил капитан. Он чуть ли не в потолок отпрыгнул от такого заявления. Слишком резко подорвался с места, стоило ему и на этот раз приблизиться к разгадке очередного своего суждения. Натан тоже рыжий. Так что осознать всё было несложно и пазл в голове азиата явно складывался, однако не верил в это совпадение. Вот тут Натаниэль не смог сдержаться и рассмеялся. Лицо растянулось в собственной хитрой улыбке. Отцовская была противна, так же он составил собственную, которую бояться не меньше. — Дьявол Балтимора, или же Натаниэль Абрам Веснински, рад знакомству, — сказал он, чудом не протягивая руку. Это представление часто вызывало у людей инфакт. А у Рико, судя по всему, паническую атаку, ведь тот падает на кровать с измученным не то рёвом, не то вздохом. Из-за такого расклада уже напряг, успокаивать капитана было бы трудно. Однако успокоившись, нападающий сказал: — Не особо рад. Я — Рико Морияма и я полный идиот, что не замечал наследника Хэтфордов и Веснински в одном лице у себя под носом. — Вообще только наследника Веснински, наследником Хэтфордов является Мартин, сын Стюарта, — ответил Нат, уже довольно улыбаясь. Он обожает шокировать людей. Дядя обычно на это смотрел и говорил: «А я думал откуда у меня столько седых волос» — Теперь ты знаешь, что я точно сдержу своё обещание и вытащу вас. Хотя план может тебе не понравиться. — …Я даже не знаю на что я согласился, и хотелось бы заранее узнать, в какой эпицентр пиздеца я попаду, — озвучивать все свои мысли вслух теперь видно, что Рико решил уж точно, а на его молчании буквально весь этот план и держится. Нату даже нравился его склад ума и быстрое умение принимать правильные решения. Ещё лучше, когда они идут на пользу Веснински. — Хм…. Ну… В принципе всё будет достаточно нормально, мне ещё надо доделать некоторые части. Но расскажу то, что имеем сейчас: болезнь твоего отца и более адекватного Ичиро, с которым можно договориться. Заключить с ним какой-либо договор не составит труда, — Нат внимательно следил за Рико, в попытке проанализировали все его возможные реакции. Понятно точно, что при плохом раскладе это может закончиться полномасштабной панической атакой, а не бета-релизом как до этого. — Болезнь? — на половине этого всего, Рико буквально на глазах пустеет. Он явно понял смысл слов, и даже мог составить точную картину целиком. Тэцудзи тоже не отличался прекрасным здоровьем, только его это ударило намного раньше, чем Кенго. Простая генетика. Нат не совсем понимал его реакцию, что было неудивительно, но всё же. Капитан на удивление быстро успокоился, собравшись с мыслями достаточно хорошо. Веснински не давил на него, знал, что тому нужно время. — Ичиро не будет заключать контракты, если они не стоят всего этого. — Как и я. Однако у меня есть, что ему предложить и он это знает, так что всё в порядке, — объяснил Натаниэль, а после внимательно посмотрел на Рико. Варианты и правда были. Так же, как и небольшой должок у Ичиро, из-за которого наследнику придётся сделать крашеному поблажку. Сейчас же голубоглазого больше волновало состояние собеседника. — Ты как? — Ощущаю себя человеком, который до этого не знал, что его отец болен, — выгибает бровь, осматривая Ната с головы до пят. Азиат снова начал язвить, явно обороняясь. Голубоглазый понимал его, потому что так же огрызался на Лору после смерти Мэри. Слишком уж это было тогда шоком, пусть он и убеждал себя, что ему плевать. — Как думаешь, как я себя чувствую? — Честно, не знаю. Я бы обрадовался, узнав новость, что мой отец болен. Но с тобой совсем другая история, — Нат внимательно посмотрел на Рико, в попытке вспомнить известные ему детали. Её оказалось очень даже много. Парень хорошо развил свою память, чтобы спокойно воспроизводить целые диалоги. Это так же является проблемой, все кошмары слишком живые. — На самом деле, о его болезни знают не так много людей. Из известных мне: Ичиро, Стюарт, я и Всадники, то бишь, мои люди. Возможно, ещё пару человек, но это вряд ли, — чистая правда. Болезнь Кенго старались держать в секрете, ведь не ясно, как отреагируют члены других мафий. Это может стать сильной проблемой для Мориям. — Тем не менее, не очень рад, что узнаю об этом последним, — тот выдохнул, скрещивая руки на груди. Натаниэль на это лишь пожал плечами и пробурчал: «Скажи я раньше, то не сносить мне головы», однако сделал это совсем тихо. Как и всегда в своей манере выражающих недовольство звуками, который для остальных отдалëнно являются словами, а для него целыми предложениями. — От меня что требуется в целом? — Сейчас немного на самом деле. Сидеть и ждать, а ещё работать с Би. А так есть вариант, что в какой-то момент придётся сделать тебя бесполезным для семьи, чтобы договор прошёл более гладко. Ты, конечно, вряд ли на это согласишься, — это было самым простым вариантом, однако единица мог спокойно отказаться. Нат бы придумал что-то ещё. Потребовалось бы время, но идея бы всё равно пришла. Сделка с дьяволом всегда идёт в пользу дьявола, но периодически надо продумывать, что-то равноценное, по крайней мере на первый взгляд. — Мне терять уже точно нечего, — Рико вздыхает, и смотрит украдкой на электронные часы на тумбочке. Да и внутренние часы Ната были согласны с выводом, что времени прошло много. Совсем скоро завтрак, и на нём лучше присутствовать. Сегодня голубоглазый не вымотан так сильно, как после обычного диалога с Рико. Они обычно были достаточно эмоционально тяжëлыми. — В любом случае, у нас у обоих есть сейчас дела. Считай, что я согласен. — О, супер, я уже думал, что придётся всё переделывать, — Нат снова стал похож на кота, объевшегося сметаной. Весь план в целом требует просто огромной доработки, ведь он был как решето, однако его каркас уже обнадёживал. Продумать детали и закрыть дыры не так уж сложно. Он поднялся со стула и пошёл к двери, однако резко остановился, вспоминая интересную деталь. С учётом того, сколько раз он шокировал Морияма, тому кофе не понадобиться. — Точно. Ты, кстати, дядя. У Ичиро пару месяцев назад родились близнецы. Вот об этом ты узнаешь одним из первых. – Близнецы? Погоди, это… чего? — только и мог услышать Нат за своей спиной, прежде чем дверь закрылась у Рико прямо перед носом. Решив, что потрясений на сегодня хватит, голубоглазый довольный пошёл к себе в комнату, когда-нибудь он расскажет полную историю всего этого комка информации, но это будет точно не сегодня.

***

Эндрю Два месяца прошли достаточно быстро, ведь у маленькой семейки появилось некоторое расписание. Дни стали нормализовываться, да так, что среди Лисов теперь у Миньярда была ещё одна кличка “отец-одиночка”, хотя все ещё сторонились его. Эндрю решил просто проигнорировать это. Для команды было странно, что он чуть ли не убил человека, но при этом вышел без каких-либо последствий. Сам блондин тоже не совсем понимал первое время, но потом узнал, что это был Натаниэль. Удивительно, как оперативно работают его люди. Оставаться в должниках не хотелось, но мотивы рыжего были понятны. Больше оставить Алекса не с кем. Однако это послужило толчком, чтобы игра в правду набирала обороты. Они доверяли друг другу и открывались всё больше. Этому так же поспособствовал Саша, который умудрялся всё больше походить на обоих парней, не только внешне, но и характером. Тренировки с Роббин продолжились и даже начали появляться успехи. У Миньярда были хорошие рефлексы, что ему сильно помогало. Его эйдетическая память способствовало быстрой обработке информации и схватыванию на лету. За первый месяц он научился приемлемо стрелять, а также улучшил свой навык рукопашных боёв. Девушка и правда была сильным противником, намного сильнее Рене. Так же Эмили стала той, кто вечно слушает его гей-драму после встречи с Натаниэлем. Брюнетка лишь посмеивалась, но продолжала помогать блондину в его тренировках. Засчёт этого его реакция и скорость сильно взрасли, как и умение пользоваться ножами. До уровня наёмницы, которая занималась этим большую часть своей жизни, ему далеко, но даже так справиться с противником, или хотя бы потянуть время и сообщить Натаниэлю или Роббин, он сможет. Отношения между близнецами тоже налаживались. Они всё-таки пошли на совместную терапию. Это потихоньку, но даёт свои плоды. Оба парня стали больше понимать друг друга. Эндрю же стал терпимее к выкрутасам Аарона, всё-таки говоря ему, что не так. Тот быстро начал прислушиваться. Всё складывалось на удивление просто и это сильно напрягало. Майклу и правда вставили мозги на место, что даже радовало Джозефа. Но оба Миньярда ощущали стену, которая разделяла их. Скелеты всё ещё сидели в своих шкафах и не хотели вылезать. Хотя их особо и не тормошили. Легче забыть, как страшный сон, иронично с учётом эйдетической памяти Эндрю. Они так и сделали бы, будь у них выбор. Монстры снова начали собираться вокруг Эндрю, теперь уже всем составам приезжая на выходные. Или же бывший лис сам приезжал в Пальметто, однако тут больше по необходимости, чтобы кто-нибудь присматривал за Алексом, пока сам парень или на сеансах, или на тренировке. Мальчик же нашёл подход к каждому Лису. Кроме Джека с Шиной. Их он избегал и волком смотрел. Команда часто шутила, что стоит тем зазеваться, и мальчик откусит им палец, или ещё что-нибудь. Сам рыжик делал в этот момент, как можно более невинное лицо. Так и проходили первые полтора месяца, пока в один из приездов Нат не предложил сделку. Хотя отдельным шоу было то, как именно он её предлагал. Веснински сделал это при Кевине, который при виде него побелел, но явно обрадовался и был только рад помочь. Ещё бы, ведь условием было вытащить Лисов в финал. Младшему было всё равно каким образом, однако нужно было стать чемпионами. Это сильно напрягло Миньярда. Придётся снова переехать в общежитие, что не было особой проблемой, ведь про Алекса уже все знали, и команда считала его своим неким талисманном, но всё же. Уже наедине Хэтфорд предложил свою плату. Любая машина на выбор Эндрю и “я в любое время в твоей постели”. Блондин был в немалом шоке и подавился кофе, которое пил. Он прекрасно знал, что Натаниэль наглый до чёртиков, но такого явно не ожидал. — Ты не интересуешься, — отрезал кареглазый. Ему не нужно, чтобы рыжий подставлялся чисто из-за сделки. Миньярд пристально смотрел на гостя, ожидая ответа. Тот же явно призадумался или же делал вид. Актёрскому мастерству обладателю ледяных глаз можно позавидовать. Но даже так Монстр не собирался отступать от своего принципа. Слишком много триггеров, в то время как скелеты потихоньку выглядывали из шкафов. Как бы там ни было, Эндрю понимал, что согласится в любом случае, чтобы ему не предложили. — Не интересуюсь, — подтвердил Нат, и Эндрю нахмурился, уже собираясь отказаться от сделки, или покраней мере, заставить Веснински пересмотреть её. Было всё равно на условия. Бывший лис даст рыжему то, что ему нужно. Без разницы каким образов, и что он за это получит. Это чувство разъедало изнутри. Джозеф назвал бы это чувство ненавистью, в то время как Би, сказала бы, что он влюблён. Чувства, которые раньше были чужды ему. — Только ты. Меня интересуешь именно ты. — Я тебя ненавижу, — отрезал Эндрю, явно вводя гостя в шок. Казалось, тот пытался сопоставить что-то, но пазлы не складывались, путаясь между собой. На самом деле Миньярд достаточно давно ввел проценты счёта, которые всё более неумолимо приближались к значению сотни. Для Натаниэля это было игрой, которую он успешно выигрывал. Роббин и Би, которые после слушали рассказы об этом, по-доброму смеялись. А вместе с ними и Рене, которая недавно присоединилась к тренировкам вратарей. — Я тебе нравлюсь, — судя по всему, пазл всё же сошёлся полностью. Рыжий не был глупым, пусть и полный идиот в плане влечения. Это было бы даже мило, если бы не некоторые ситуации. Блондин узнал о матери Алекса из игры в правду, поэтому больше не удивлялся, что какая-то девушка клюнула на Дьявола. Хотя внешность тоже играет роль, а ею парень не был обделён. — Я тебя ненавижу, — настойчиво повторил Эндрю, отхлебнув немного кофе. — До последней капли. Но это не значит, что я не хочу тебе отсосать, — обладатель карамельных глаз с отдельным удовольствие наблюдал за тем, как его собеседник подавился воздухом. На самом деле этот ответ сорвался с губ, не давая времени на обдумывания, но всё же. Удивительно, что эта фраза прозвучала не очень то и плохо. Соглашение было заключено, как уже пол месяца, Монстры теперь всей толпой в общаге. Делили кровати они недолго. Было принято решение, что Алекс спит или в гостиной на диване, или же с Эндрю. Кевин начал гонять Лисов ещё сильнее, в то время как голкипер стал выкладываться на полную силу. Всех это поражало, однако команда засчёт Алекса стала сближаться, что пошло на пользу игре. Они даже стали выигрывать. С небольшим отрывом но даже так. Даже Джек и Сет это чувствовали, и начали догонять команду по мастерству. Оба всё ещё старались развязать конфликт, но магическим образом это перестало выходить. Точнее получалось в меньшем масштабе, ведь Лисы старались вести себя более спокойно при ребёнке. Ваймак поражался такому, однако ему слишком мало платят за разбирательства. Удивительно, как один мальчик способен так сильно изменить настрой команды. Многие спортивные критики начали говорить, что "Команда стала подниматься с колен". Они были не далеки от правды. Тренировки ужесточились и начались ещё и ночью. Кевин решил начать показывать упражнения Воронов, что помогло Лисам отточить многие свои приёмы. Вне поля, конечно, они всё ещё не очень контактировали, пусть и пытались. По крайней мере к этому тянулся общительный Ники и капитан-до-мозга-костей-Дэн. Вслед за ней шли старшекурсники, в то время как у монстров была целая цепочка. За Хэммиком тянулся Алекс, вслед за ним Эндрю, а за ним Аарон и Кевин. Лишь новички оставались в стороне. “Им же хуже” — брезгливо говорил тот-который-нормальный. Удивительно, как быстро поменялось его мнение, ведь это он произнёс, сидя с Сашей на коленях, и играя в приставку с Мэттом. Хотя скорее всего это был долгий процесс терапии с Би. На пары Эндрю так и не ходил, предпочитая дальше вести свои размеренные будни. Изменились в них лишь занятия с Алексом. Мальчик оказался любопытным до знаний. Так же у него, судя по всему, ещё не прошёл возраст “почему”, из-за чего страдали все Лисы. Миньярд на самом деле старался отвлечь того, уча Хэтфорда письменности, а также разговорному немецкому и более продвинутому английскому. Тот же схватывал всё на лету, осваивая всё достаточно быстро. Хотя написание букв всё ещё шло со скрипом. Больше из-за того, что ребёнок психовал из-за неровных линий. Эндрю в такие момент спокойно пил свой кофе, наблюдая за этой драмой. Спустя время, также стал известен интересный факт, что Алекс спокойно мог торговаться со всеми Лисами, и получать то, что хочет. Даже если это под запретом. Одним из таких стали мандарины и все цитрусовые. Аллергия открылась внезапно. Эндрю тогда думал, что схватит инфаркт. После этого и появился запрет, однако ребёнку всё равно удавалось умыкнуть то мандарины, то апельсины. Именно из-за этого буквально по всему общежитию распиханы антигистаминные. Один раз куча из упаковок упала на Ваймака, который просто открыл какой-то шкафчик у себя в квартире. Да, Эндрю всё так же вламывался без предупреждения и конечно же брал с собой Алекса. Будни стремились к нормальности. Однако в один момент Кевина позвали на интервью у Кэти, предчувствие всех трубило, что добром это не кончится.