(Не) герой

По пути в свою квартиру, куда я решил добраться на метро (стоит отметить, в Нью-Йоркском метро в час пик не люди, а слоны: задавят и не заметят), я анализировал всё, что произошло за последние сутки. Итак, теперь меня зовут Уильям Джек Хиззард, мне 19, но сейчас я младше, чем 24 часа назад, на два месяца одиннадцать дней. Мозг сломать можно, путешествия во времени и между вселенными это не ко мне. Далее, что нам известно? Наш Уилли (или Билли, кому как удобнее) — остался сиротой в десять, в приюте толком не жил, но часто кочевал по фостерным семьям. Несколько раз усыновляли, но приёмные родители отказывались от щуплого несносного мальчишки, сорванца, карманника, а ближе к совершеннолетию и наркомана, менее, чем через год. Дольше всех, почти полтора года, прожил с мистером Смитсоном, и то только потому, что седому мужчине пятидесяти лет было плевать, где, с кем и как был четырнадцатилетний подросток. То, что Смитсон тратил деньги, выделяемые государством, только на необходимый минимум и небольшие карманные расходы Уильяму, а всё остальное забирал себе, выяснилось в ходе очередной проверки работников соцопеки. Как они могли это проворонить, когда проверяли Уилла Хиззарда в предыдущие разы — непонятно. Хотя нет, тут как раз таки всё понятно: маленький наивный Билли решил, что Смитсон — идеальный взрослый, который ничего не запрещал, ни в чём не ограничивал, никак не контролировал и не поучал. Хотя он не разрешал только пропускать школу (иначе у соцопеки были бы к нему ненужные вопросы), зато щедро хвалил за хорошие оценки, не только на словах, но и материально. Чем выше оценки, тем больше денег на карманные расходы. В результате при проверках все были довольны, Уилл не жаловался (ни на сильный сквозняк в его комнате, ни на отсутствие даже некоторых необходимых школьных учебников, ни на многое другое), а при наглейшей лжи Смитсона в лицо соцработникам, поддакивал, соглашаясь. В семнадцать с половиной подсел на иглу. Очередные фостерные родители даже не догадывались, где шлялся парень, и хоть могли попытаться заставить его что-то сделать (в данном случае - не шляться хуй знает где, хотя бы, по ночам), но взрослые давно перестали быть для юного наркоши авторитетом. Через год, в восемнадцать, Уилл завязал: стимулом послужила смерть лучшего друга, Дэйва Маккарти, бездомного парня 22-х лет, от передоза наркотическими веществами. Пошёл в университет, выбил грант, устроился на подработку официантом в кафе и даже смог позволить себе ипотеку на небольшую двухкомнатную квартиру в Куинсе. Короче, только стала у него жизнь налаживаться, как вдруг смерть и я в его теле. Я абсолютно уверен, что он погиб не из-за меня, я занял тело уже без души. Но тогда как он умер? Или его кто-то убил? Почему не осталось никаких следов смерти, уколов от иглы шприца, ножевых ранений и т.д.? Это может быть как-то связано с моей гибелью от падения с высоты? И почему, несмотря на автомобиль, сбивший меня, я всё ещё жив? Может, я тоже теперь супергерой какой? Вопросов всё больше, а ответов не прибавляется. "This is Queens Plaza..." — произнёс динамик, дальше я уже не слушал. А вот и моя станция, пора выходить! А-а-а, помогите, спасите, обожемой, госпади, ДАЙТЕ ПРОЙТИ, чёрт возьми! Кое-как распихав толпу локтями, я вышел на свежий воздух. Хотя где-где, а в больших городах это понятие сильно отличается от привычного нам. Ебать, я тупой! Зачем, скажите мне, я вышел здесь? Отсюда до нужного дома топать и топать! Но в принципе, я и так не знал, на какой именно станции мне выходить: в метро я почти не разбирался, в моём городе его попросту не было. Ладно... Пройдёмся.

***

Проскользнув в нужный дом вслед за одним из жильцов и поднявшись на лифте, я позвонил в одну из дверей. Где ключ от моей (а к этому легко привыкнуть!) квартиры я не имел ни малейшего понятия: его не оказалось ни под ковриком, ни возле лампочек, поэтому придётся поспрашивать соседей — вдруг у них запасной? Если нет — не беда: пойду по пожарной лестнице и залезу через окно. Хотя, после недавних событий я начал побаиваться высоты. Спасибо за фобию, организм! Возможно надо было спросить о ключе у врачей ещё в больнице, но мне было так стрёмно, что они положат меня до восстановления памяти полностью, которой у меня и нет, что временная амнезия "чудом" так скоро прошла. Вызнал я не так уж и много информации, и в будущем, скорее всего, не раз пожалею, что так и не узнал по поводу того, как я попаду в квартиру. Дверь, напротив которой я стоял, открылась. Ну раз я позвонил, мне и начинать: — Здравствуйте... Извините, я забыл, как Вас зовут, ужасная память на имена и лица. Не подскажите, как к Вам обращаться?.. — Да-да, конечно! — старушка улыбнулась. — Меня зовут Алисия Барлоу. А ты ведь Хиззард с этажа выше, да? — Именно! И у меня возникли некоторые трудности, миссис Барлоу, я потерял свой ключ и понятия не имею, где. Может вы находили его? Было бы странно не помнить, кому давал запасной ключ от квартиры, поэтому я сделал вид, что потерял ключ в подъезде и думаю, что кто-то мог подобрать, чтобы потом вернуть. — Прости, дорогой мой, но я не видела никакого ключа. Но ты не волнуйся, — кажется, она заметила мой разочарованный взгляд, - если у тебя есть второй, можно сделать дубликат. Увы, первый опрошенный человек не обладал никакой более-менее важной информацией. — Спасибо, так и сделаю! Доброго Вам вечера, мэм! Что ж, опросим остальных. Лезть по пожарной лестнице ох как не хотелось.

***

Всё-таки пришлось. Ненавижу. Всех. Ключа не было ни у кого из соседей ни на моём этаже, ни этажом ниже. Выше я решил не подниматься, потому что тогда было бы несоответствие в моей легенде, плюс я заебался общаться с людьми. Не, ну серьёзно, я больше интроверт и к тому же прагматик. Никогда не любил пустую болтовню не по делу с малознакомыми людьми. К чему условности? Зачем нужна эта игра в вежливость? — Блять! Я чуть не ёбнулся вниз, оступившись в темноте поздней ночи. Кстати, чем больше я злюсь, тем больше мата, хотя у всех так, ничего удивительного. Хорошо, что я привык материться на русском, иначе мои собеседники давно узнали б меня с другой стороны, и прилежный отличник стал бы грешником в их глазах. Осторожненько открываем окно и лезем внутрь... — Хэй! Невежливо грабить чужие квартиры! Когда что-то резко дёрнуло меня за кофту в области лопаток, я пытался не заорать в голос от того, что расстояние подо мной было нешуточным для гарантии выживания при падении, и от чистого и незамутнённого фанатского восторга. Не так я представлял себе встречу с кумиром. В воздухе я инстинктивно развернулся всем телом на 180 градусов (рывок назад был резкий, но непродолжительный, что дало возможность для такого выкрутаса), и в итоге я упал на решётчатую лестничную площадку ничком, больно ударившись грудью. У меня мгновенно выбило воздух из лёгких. Закрыв глаза, я попытался сделать вдох, задыхаясь от сильного удара и хрипя. Боль быстро прошла, что было даже немного удивительно, а в это время мой мозг соображал. Что я скажу Человеку-пауку, которого вижу первый и, скорее всего, в последний раз в жизни? Вынудить сотрудничать, сказав, что знаю секрет его личности (т.е. примерно так, как Старк и сделает в ближайшем будущем)? Плохая идея, мне нужно доверие этого мальчонки, а не страх. Или просто сказать, что произошло недоразумение? Но тогда где шанс, что я увижу его снова? Хотя... мне не обязательно делать что-то сейчас, я и так смогу найти адрес паучка в любой момент. Просто потому что знаю, что его зовут Питер Паркер, и он ходит в Мидтаунскую школу науки и технологий. Этой информации будет более, чем достаточно. Все эти мысли промелькнули в моей голове за секунду, и когда юный супергерой приземлился возле меня, я был готов. Но человеческому фактору было на это насрать, потому что я посмотрел вниз. И паника охватила меня холодными щупальцами, не давая подняться или пошевелиться. В глазах задвоилось, я забыл, что нужно дышать, да и сейчас разум был занят другим, уступив место подсознанию. Единственное, что я чувствовал — это страх. Земля была слишком, слишком далеко внизу. Перед глазами пронеслось другое событие: я перелезаю ограду обзорной площадки Эмпайр-стейт-билдинг, смотрю на короткое мгновение вниз и отпускаю ограждение, лишь бы не думать. Не сомневаться. Издав полувздох-полувсхлип, я чувствую, что снова могу вернуть контроль над телом, и в один момент отползаю от решётчатого пола и прижимаюсь к наружной стене здания, наплевав на по-прежнему висящую паутину на спине, что, кажется, намертво приклеила меня к кирпичам стены позади. Из глаз непроизвольно текут слёзы, и я неосознанно закрываю голову руками в защитном жесте, подтягивая коленки поближе к груди. Ужас всё не желал отпускать из удушающих ледяных объятий. — Эй, э-э-эй, — Человек-паук легко коснулся моего плеча, видимо понятия не имея, что делать в такой ситуации. — Я могу даже не рассказывать родителям, если пообещаешь, что больше не будешь никого грабить, — произнёс он тихим голосом. Мне захотелось рассмеяться в голос истерическим смехом. Пацан решил, что я школьник, который пошёл на первое дело и до усрачки боится карающего наказания. Буду вынужден разочаровать. — Я в свою квартиру лез, — негромким, но уже твёрдым голосом известил придурка в маске. И добавил: — Ключи забыл. — Оу, но тогда почему... — он смущённо замолчал. — Высоты боюсь, — ответил я, правильно расценив молчание парнишки, хотя и признаваться в этом было непросто. Человек-паук неловко переступил с одной ноги на другую. — Извините, жутко виноват, обознался, давайте помогу, у меня растворитель паутины есть, — тараторил смешной пацан, в самодельном костюме супергероя с дурацкими пластиковыми линзами, помогая отклеиться от стены. Захотелось назвать его придурком, но это было бы не самое лучшее начало сотрудничества, поэтому я сказал другое. — Ты же Человек-паук, да? И как супергерой тоже должен подписать Заковианский договор? — Ага, — он помог мне подняться на ноги. — Слава бежит впереди меня. Но фактически в Заковианском договоре говорится только о Мстителях, поэтому я не обязан подписывать этот договор. Может стоит его отговорить от участия в разборках Мстителей в будущем? Нет, точно нет. Во-первых, может разрушиться канон, и я снова буду беспомощен без самого сильного оружия человека — знаний. А во-вторых, он вряд ли меня послушает, в конце концов я ему никто. Так, Уильям, спокойно. Главное — не смотреть вниз. Не думай о пропасти под ногами. Если я упаду, паучок поймает. Не бойся. Я развернулся лицом к окну, чтобы попытаться снова залезть в квартиру. — Извините, сэр! Как вы докажете, что квартира ваша? А пацан правильные вопросы задаёт. Только вот мой лимит терпения на сегодня был исчерпан. — Опиши меня соседям, они меня точно знают и помнят. Я Уильям Хиззард, если что, — я попытался ответить максимально вежливо, будучи уже в квартире и стоя коленями на кровати, оказавшейся прямо под окном. Надеюсь, что так оно и прозвучало. — Окей... Ещё раз извините, что произошло подобное недоразумение! Человек-паук оттолкнулся от перил лестницы и исчез в темноте. Постояв перед окном на коленях ещё с минуту, я прошёл внутрь квартиры. Включив свет — невысоко расположенный выключатель нашёлся слева от двери напротив окна — я наконец-то смог оглядеться получше. Сама спальня была довольно узкая и длинная, полутораспальная кровать расположилась боком вплотную к окну, полностью занимая узкое пространство. Если смотреть от двери, то большой раздвижной шкаф-купе стоял у правой стены, а деревянные стол, стул и книжные полки над столом слева. Стены светло-голубого цвета вызывали некое спокойствие, а небольшая комната — чувство защищённости. На самом деле, я никогда особо не любил открытые пространства (за исключением чистого поля, где ты точно можешь быть уверен в своей безопасности). Почему-то подсознание буквально вопило о том, как опасно не видеть, что происходит за твоей спиной, мешая сконцентрироваться. Особенно это сильно отвлекало на оживлённых улицах, заставляя постоянно оглядываться. И подсознанию было похер даже если ты в помещении, один и заперся на ключ, поэтому в больших комнатах (только если всё свободное пространство не было забито мебелью или чем-то ещё) я ощущал себя не более, чем гостем там, куда меня не звали. Выйдя из комнаты, я сразу попал в гостиную. Кроме старого потрёпанного двухместного диванчика, такого же кресла и журнального столика там была просто туева хуча книг. Серьёзно, хотя некоторый порядок прослеживался, например, книг не было на диване (ну, на нём нередко лежали, а иногда и спали, судя по скомканному одеялу на полу возле), ковре и полу, но всё остальное было просто завалено. Несчастный журнальный столик, огромные книжные полки до потолка и даже явно неиспользуемое по назначению кресло. А ещё на полках стояла всякая бесполезная, но прикольная фигня. Осторожно обойдя этот хлам, я быстрым шагом покинул гостиную, которая тем не менее всё равно казалась уютной. Сейчас в приоритете было найти ключи. Бинго! Ключи всё-таки нашлись в прихожей, висящими на крючке над полкой для обуви. В связке было только два ключа: оба от входной двери, которая могла запираться на два замка и щеколду изнутри. Ключи использовали редко: на них почти не было царапин, характерных для более-менее старых, а значит это запасные. Видать, эти два ключа были тем, что потерять было б очень досадно, поэтому и были сделаны только их дубликаты, а не других ключей. Карта для проезда на метро почему-то валялась на полу, но вряд ли я буду ей пользоваться: толпы людей, тем более в час пик, заставляют меня нервничать. В прихожей так же были справочник телефонных номеров, вешалка, на которой, кстати, даже висела какая-то одежда, а у двери валялись не новые, но вполне целые кроссовки. Осталось осмотреть только кухню и вторую комнату. Заглянув по пути в ванную, совмещённую с туалетом, я немного разочаровался: совмещённый санузел был настолько посредственным, насколько это возможно. Комната была безликой, совершенно лишённой хоть малейшей частички характера владельца. В кухне также не было ничего примечательного: маленький стол, две табуретки, обычный белый холодильник, плита, духовка, раковина, шкафчики с посудой, чайник и т.п. Попив воды из-под крана, я нашёл доширак и поставил чайник закипать. Странно, что хоть я и чувствовал голод, но не испытывал по этому поводу ни малейшего дискомфорта: усталости, боли в животе, слабости, недостатка энергии и/или головокружения не наблюдалось. А ведь я ничего не ел весь день! Наскоро поев и выкинув упаковку от дошика, я продолжил исследовать квартиру. Во второй комнате (она была намного больше, чем первая) была кровать, такая же как широкая, как и первая; сразу справа от двери стояли большой угловой компьютерный стол (с компьютером, разумеется) и стул, такой же, как и в маленькой комнате; слева у стены стоял не слишком высокий, но широкий и с кучей секций шкаф для одежды; на полках стола лежало ещё немного книг; а на кровати и спинке стула валялась одежда. Видимо, хозяина этой квартиры сложно было назвать чистюлей. Стены были светло-мятного цвета, да и вся комната была в тонах мятного, изумрудного и бирюзового. Интересно, что большая комната выглядела более обжитой, чем маленькая. А-а-а, ну конечно! Скорее всего, маленькая комната — это просто гостевая спальня, в отличии от этой. Это всё объясняет! Ну, если точнее, то ничего не объясняет. Насколько я понял, предварительно пошарившись в компьютере, Хиззард учился на дизайнера интерьера (и надо отдать должное Уильяму, рисовать он умел суперски, да и комнаты самостоятельно красиво обставил). Правда, я не очень комфортно чувствовал себя в большой комнате, поэтому решил, что пока поживу в гостевой спальне. К тому же, там был удобный выход на пожарную лестницу: дополнительный путь отступления, так сказать. Обыскав всю комнату, я нашёл необходимые вещи: паспорт, полотенце и сменную одежду. А так же я нашёл конспекты из универа, документы на квартиру и об ипотеке и медицинскую страховку. Единственное, что отсутствовало из стандартных вещей каждого американца — это телефон (я мысленно поставил заметку купить его) и телевизор. Возможно, Уильям не очень любил смотреть новости, но, скорее всего, ему не хватило денег на его покупку. Большинство, если не все, книг явно сменили не одного владельца прежде, чем были куплены на блошином рынке, барахолках, гаражных распродажах или где-то ещё Хиззардом. Как-то странно, конечно, прозвучала предыдущая мысль. В конце концов, я и есть Уильям Хизард, и думать о себе в третьем лице — как минимум, ненормально. Ну, в мире, где супергерои реальны, сложно судить о нормальности. Приняв душ и почистив зубы (видеть чужую рожу в зеркале было всё ещё непривычно), переодевшись (было странное чувство, когда я надел одежду, которую вижу впервые, и она оказалась в самый раз) и постелив себе в гостевой спальне, я наконец-то мог лечь спать. Но по закону подлости уснуть у меня никак не получалось. Мыслями я всё возвращался к встрече с Паркером и думал, как мне его найти. Через школу, разумеется! Но как? Запрограммировать робота? Пожалуйста! А взламывать школьный сайт - это мы не проходили, это нам не задавали! Не хакер я, короче. Это или знакомых в даркнете иметь надо, или собственноручно проследить за Паркером, когда он будет выходить из школы. Можно было б обратиться за информацией непосредственно к директору, Джиму Морите, представившись социальном работником, который занимается детьми-сиротами, коим и является Питер, но мне не нужно было лишнее внимание. А информация об адресе Человека-паука отличалась на разных источниках или вообще могла быть неактуальной на Земле-199999 (да и не запомнил я ни один адрес нихера). Остаётся только слежка. Я уже почти заснул незадолго до четырёх утра, когда услышал подозрительных звук от незакрытого до конца окна. Как будто у соседей, где-то на этаже выше, окно открыли. Не придав этому большого значения — вдруг может кому покурить захотелось (даже если грабят, мне пох) — я погрузился в сон. Который, впрочем, не продлился долго...