Остров Линкольна: Шокирующая история колонизации (Без смс и регистрации)

Итак, день рождения Пенкрофа стал первым, который колонисты отмечали на острове. Подарков, разумеется, не было, как и торта, украшенного свечами. Бюджет колонии не предусматривал расходы на праздничные мероприятия. «Мы живы, можно ли просить о большем?». Для стола поджарили дикую свинью и собрали привычный уже набор даров моря. Как мы знаем, чревоугодием колонисты занимались ежедневно и, чтоб выделить этот день среди серых будней, инженер решил заставить Наба спеть для моряка веселую песню. Совершенно игнорируя тот факт, что негритянские мотивы, как правило, отличались унынием и хандрой, — записал в своем дневнике Гедеон Спилет. — Давай, Наб! — подбадривал слугу Сайрес Смит. — Спой! Для создания атмосферы! Видишь, какой Пенкроф грустный, а он хочет улыбаться, у него юбилей! — Ровно 38 лет, — для протокола заявил моряк. — Я не умею петь, масса. — Ты же черный?! Соул, джаз, блюз, госпел, тебе что-нибудь говорят эти слова? Негр мотал головой, пока не вспомнил, как ребенком посещал церковный хор, и коряво исполнил «Хэппи бёрздэй ту Пенкроф». — Аминь! — хором прокричали колонисты, едва стих голос Наба. — Ну вот, — обрадовался моряк, — от души, друзья, теперь можно полакомиться поросятиной! Колонисты неторопливо наслаждались приготовленным мясом и яичницей по-линкольнски, когда Пенкроф выругался и сплюнул что-то на травяные подстилки, украшавшие пол Гетто. — Что с вами, Пенкроф? — Так и челюсть поломать можно! — Нечего употреблять свинью с головы. Должно быть, кусок черепа. — Нисколько! Череп я сразу опознаю по вкусу, — Пенкроф поднял с пола объект явно металлического происхождения. Сайрес Смит подошел к моряку и вырвал из его руки находку. — Этого не может быть! — заорал он, изучив предмет в лупу. — Почему? — Это ржавый гвоздь! — Черт побери! — Выходит, на острове завелся плотник? — предположил Гедеон Спилет. — И где стук молотка и визг пилы? — Работает, верно, только во время грозы, чтобы мы не услышали! — согласился с ним Пенкроф. — А что если его принесло течением? — Это гвоздь, Герберт, а не сосновое полено! — Что делать-то будем? — Пошлем Наба с Копом, пусть ищут. Моряк склонился над ухом инженера и перешел на шепот: — А если этот негр, найдя плотника, сговорится с ним против своих поработителей? — Кого? — Против нас! — Вы, наверное, хотели сказать — работодателей, Пенкроф? — холодно посмотрел на него инженер. — Наб любит меня, я спас его от плантаторов-южан, а его потомков от беспредела полиции в далеком будущем. Без тяжелой работы он зачахнет и начнет болеть, таково мышечное строение у людей его расы. Есть еще идеи? — Пешком обходить остров не хочется, и к тому же звери дикие… Давайте построим что-то типа лодки и обойдем остров по периметру? Этот негодяй нужен нам живым или мертвым! У кого есть один гвоздь, у того может быть и второй! И даже молоток! — Построим пирогу? — Нет, настоящую шхуну! — с азартом выдал моряк. — Ведь в пироге негде разместить сортир! — Поддерживаю, — подал голос Спилет. — Плыть навстречу неизвестности без сортира выше моих сил… — Предлагаю подводную лодку! Как у мистера Бушнелла в войне за независимость! Если вдруг плотник окажется сильнее нас, или будет не один, мы погрузимся, и нас не найдут. Пенкроф ее за пять дней выстругает! — Нас точно не найдут, Герберт, если мы погрузимся на твоей подводной лодке. Никто и никогда! — захохотали колонисты. Так как эти явно бредовые идеи были очень далеки от реализации, Сайрес Смит принял мудрое решение отправиться в пеший поход. Куда же им отправиться первым делом? Скорее всего, по логике вещей, предполагаемый плотник должен обитать в лесу. Ведь именно там он мог применить свои инструменты и кромсать ими древесину. Но Гедеон Спилет уверял, что плотник прячется в самой непроходимой части острова — в центре Гримпенской трясины. Когда он работал в Англии, подобную историю ему рассказали в приватном салоне. Якобы некий джентльмен жил на болотной кочке в собачьей будке, прячась от сотрудников Скотланд-ярда. — И чем он там питался? — Говорят, в будке нашли обглоданный скелет коккер-спаниеля. — Ужасная история, мистер Спилет, ужасная. Поразмыслив, Сайрес приказал заготовить несколько бамбуковых шестов, без которых передвижение по болотам могло привести к неминуемой смерти. — Будем использовать как лот, ощупывать дно. — Так что, мы серьезно идем в болото вместо леса? — Жизнь говорит нам: успех приходит через трудности… Какие же трудности в прогулке по лесу? Нет, Спилет прав, нам нужно идти в центр трясины. Там ответы на все наши вопросы! Журналиста растрогали слова Сайреса, он даже пожертвовал своей финкой для обработки стеблей бамбука. В ходе работы над изготовлением шестов, Спилет также поделился своими историческими знаниями: — Полезная штука, этот бамбук. В Китае на таком казнили казнокрадов, а во Вьетнаме затачивали и вбивали на дно ямы. Человек падает, а там штук сорок заостренных кольев. — А дальше? — А что дальше? Мементо мори. После такой энциклопедической справки Пенкроф сразу зауважал бамбук. Хоть и курить его не получалось. Закончив приготовления, отряд тронулся в путь. Коп должен был идти в авангарде — отпугивать местную фауну. Вместе с ним шагал Герберт. Потом шли остальные, а замыкал процессию Наб. В случае появления ягуара или другого опасного хищника колонисты планировали бежать, а там уж кому «повезет» оказаться последним. При этом почти весь груз, в основном провизию, нес негр: сушеное мясо, кукумберы, вымоченные в морской воде, и кокосовые орехи. Через три-четыре часа колонисты почувствовали, что цель близка. Почва стала влажнее, как отметил Герберт, а трава выше. Прошло еще полчаса, и Сайрес Смит поднял руку и застыл как вкопанный. Отряд остановился, и все посмотрели на инженера. — Что случилось, мистер Смит? — Чувствуете этот запах, друзья? Впереди трясина, и мы отважно пройдем в самый ее центр. Опасно ли это?.. Куда опаснее делить остров с каким-то плотником, не зная, кто он и зачем. Скоро их ноги захлюпали по воде. Пока что густая трава и крепкая корневая система деревьев делала грунт проходимым, ноги утопали дюймов на пять, не больше. — А вот здесь лучше обойти, — советовал Герберт, указывая на круглый темный участок грунта, — похоже глубокие места. По пояс провалиться раз плюнуть. Сайрес Смит счел необходимым произнести мотивирующую речь. — Друзья, если утонете, не переживайте, через многие поколения ваше переработанное тело в виде торфа пойдет на растопку печей. Мы просто энергия, которая перетекает из формы в форму. — Какой мерзкий запах! Этот человек совершенно ненормальный, раз живет в таких условиях… — Поэтому и надо добраться до этого психопата! Тем временем юноша отклонился в сторону, так как приметил кустарники с ягодами. — Это клюква, — с восхищением прикоснулся к ягодам Герберт. — Великолепное целебное средство. — Что же она лечит? — Помогает при венерических заболеваниях! Когда появятся бабы, это будет крайне необходимо. Пенкроф скривился, и даже изобразил рвоту. Он не любил вспоминать о женщинах. Пятнадцать лет назад он чуть не женился на дочери фермера, оказавшейся столь токсичной дамой, что он сбежал от нее по-английски, запрыгнув на борт первого попавшегося судна. — Жизнь тебя не научила, Герберт. Но сифилис научит, зуб даю. — А вон там голубика… И брусника… Черт побери, будем варить компот! — Там булькает вода. — А это и есть трясина. — Божечки, — Пенкрофу стало не по себе. — Точь-в-точь как моя бывшая! — Пора возвращаться. Набираем ягод и уходим. Эти слова инженера Спилет записал в блокнот, он намеревался потом выпустить сборник афоризмов Сайреса Смита. Да, колонисты и впрямь зашли очень далеко. Болотистая местность осталась позади, впереди же чернела густая роща. Вдруг отчаянно залаял Коп. Выскочив из рощи, он бросился к людям. В зубах у него застрял кусок материи, покрытый бурыми пятнами. При этом одной лапой пес пытался выковырять его из зубов, а другой красноречивым жестом заманивал своего хозяина в глухой лес. — А что если там человек, потерпевший кораблекрушение? — воскликнул Пенкроф. — Плотник? — Лучше бы там были консервы… — Пятна похожи на кровь. — Думаете, это кровь человека? — Какого? — Потерпевшего крушение! — А… Не знаю. Анализ ДНК сейчас уже не проведешь, — развел руками Сайрес Смит. — Нет чистой пробирки. — Значит, он раненый! Нам это на руку — легче будет его добить. — Не факт. Коп мог содрать этот лоскут с трупа, когда пытался полакомиться мертвечиной. Не стоит исключать этот вариант. — Заглянем в лес? — А если засада? — Устроим пожар! — предложил Герберт. — Бросьте! — успокоил их Сайрес Смит, — Если это раненый Робинзон, то нам нечего опасаться! Просто запинаем его ногами и все. И бамбуковый шест вставим куда надо. — Верно, мистер Смит! — А что, если это баба? — спросил Пенкроф, и его вопрос заставил Герберта затрепетать.