Остров Линкольна: Шокирующая история колонизации (Без смс и регистрации)

Никто бы и не взволновался, услышав пушечный выстрел. Это могли быть взрывные работы инженера Смита, или испытание им новой пороховой ракеты. Но штука в том, что колонисты в этот момент отдыхали в гостиной Гранитного Дворца. Все до единого. Удивленные, они открыли окна, а Коп помчался к колодцу. — Это выстрел или хлопок? — осторожно спросил Пенкроф. — На нас напали! — в панике закричал Наб. — Они продадут меня в рабство! Сайрес Смит жестом успокоил его, достал из кармана подзорную трубу и навел на горизонт. — Господа, я вижу парус. — Пираты? — Боже, помоги! — причитал негр, бегая по кругу. — Может, это «Баклан»? — озвучил свои мысли Айртон. Надо заметить, что к этому времени Айртон в подробностях рассказал о своей сумбурной уголовной жизни. В том числе и про албанскую яхту «Баклан» лорда Хленарвана, которую он так и не сумел угнать по вине рассеянного французского профессора. — Возможно. Но кто на борту? Лорд Хленарван или пираты? — Лорд, скорее всего, сейчас заседает в албанском парламенте. Значит, пираты… — В логике вам не откажешь, Айртон. — А что если наш остров — это Остров Сокровищ, и они приплыли откопать клад? Гедеон Спилет жалеючи посмотрел на юношу. — Герберт, куда больше шансов на то, что это Летучий Голландец. А ты как думаешь, Наб, может этот корабль быть призраком? Далекий от флибустьерских историй, Наб сбивчиво рассказал о работорговцах из Анголы, вспоминая Альвеца, Коимбру и других слуг дьявола. — Они хотеть, чтоб Наб умер на реке Кванза, — заплакал негр. — Наб, слушай меня внимательно… Я обещаю тебе, что ты умрешь здесь, на острове, так что вытри слезы. Сайрес Смит опять поднял подзорную трубу. — У него оснастка брига! И дымовая труба! Не двигается, похоже, встали на якорь… — Ну, хоть не прау. На паровом бриге, вероятно, белые люди. Туземцам не совладать со столь сложным механизмом. А с белыми можно договориться. — Лучший вариант — если это судно из Англии, везущее в Австралию много полезных вещей и женщин. — Из Англии в Австралию везут, как правило, каторжников вроде нашего Айртона, а если там есть женщины, они, безусловно, проститутки. — Тогда на абордаж, быстро! — Герберт, ты помнишь анекдот про молодого и старого быка? Не надо спешить! — С вашими анекдотами, мистер Спилет, я буду жить как пескарь Салтыкова-Щедрина! — А что… сто лет не каждому дано… — Десятый час… — определил по солнцу Сайрес Смит. — Товарищи вы мои, дорогие товарищи…. Мы не знаем их намерений, но на всякий случай давайте приготовимся к бою! В течение дня колонисты чистили и смазывали оружие, а также маскировали ветками и листьями такие стратегические объекты, как сортир и мельница. Наб украсил стены Гетто очередными надписями — «Свободу Анджеле Дэвис» и «Аттика Стейт», а Спилет по-быстрому сочинил новую стенгазету. Срочный выпуск «Линкольнского вестника» перебирал все версии относительно принадлежности неизвестного судна, а в конце статьи Гедеон Спилет призвал колонистов быть храбрыми и помнить, что они северяне, несмотря на то, что географически стали южанами. Вечером бриг, застилая дымом паровой машины горизонт, подвалил к острову. Прогремел очередной выстрел и ядро вздыбило воду в сорока ярдах от берега. — Не, это не «Баклан», — уверенно заявил Айртон. — Труба у них другой системы. — Да мы давно это поняли, Айртон, ты пьян что ли? Бывший боцман, улыбаясь, поднял вверх глиняную кружку с еловым пивом. — Чего они стреляют? Заметили нас? — Возможно, у их капитана день рождения. Оптика позволила разглядеть на палубе кучу оборванцев, и жерла шести орудий, поблескивавших в свете заходящего солнца. — Надеюсь, это нарезные орудия системы Армстронга… — сказал Сайрес Смит, оторвавшись от трубы. — Это почему? — Когда бриг станет нашим, а он станет нашим, в Южных морях нам равных не будет! Так ведь, Пенкроф? — Да, мистер Смит. Я уже вижу себя на шканцах этого красавца! — «Вирджиния» — гадкий утенок в сравнении с ним. Придется переместить ее в ранг посыльных судов. — Матерь божья! — воскликнул вдруг моряк. — Эти олухи подняли черный флаг! — Решено! Эти негодяи сами подписали себе смертный приговор. То, что они пираты, освобождает нас от всяких угрызений совести. Перебьем их всех, а корабль захватим! — О, да! — с восторгом выдал Айртон, погрузившись на миг в бандитское прошлое. — Пенкрофа назначим адмиралом… Хотя нет. У него нет для этого дворянского звания. Впрочем, если он сумеет захватить корабль, то приставку «де» к его имени я припишу. Адмирал Бонадвентур де Пенкроф!.. — Слух режет… — сказал Гедеон Спилет. — И образование у него два класса церковно-приходской. Какой он адмирал? — Вы как всегда правы, мистер Спилет. Назначить адмирала дело нехитрое, в крайнем случае подкинем монетку. Вопрос в другом — как поднять на бриге наш флаг? — Предлагаю сначала пожрать, — предложил Пенкроф. — Когда я голоден, никакая мысль не идет в голову. — Жареный поросенок, полагаю? — Как вы догадались, мистер Спилет? — Вы же больше ничего готовить не умеете! — Да еще с гвоздями! — засмеялся Сайрес Смит. Колонисты подхватили этот задорный смех, и так заржали, что отголоски услышал океан. За пару часов до полуночи члены экипажа брига уже храпели. Кто на палубе, кто на камбузе, кого уж где застало алкогольное небытие. Корабль погрузился в тьму, не считая кают-компании, где при тусклом свете стеариновых свечей ужинали и курили два человека суровой внешности. — Капитан, вы слышали? Как будто собака лаяла… Что-то остров мне этот не нравится… — А мне он по душе, — проговорил капитан Боб Гарвей, пережевывая солонину, и запивая ее разбавленным ромом. — Я по рельефу острова сразу вижу… Здесь пахнет благородными металлами… — С виду он довольно цветущий и, вероятно, обитаем. — Дикари, — отмахнулся Гарвей. — Пара выстрелов из ружей и они разбегутся. Деревню сожжем, устроим оргию. Даже лучше, если он обитаем….Что толку от золота на необитаемом острове? Его надо искать, добывать… А местные туземцы и найдут, и добудут, и даже ювелирные украшения из него изготовят. — А ведь правда, — обрадовался помощник капитана, — об этом я как-то не думал! — Поэтому я капитан… — смерил его взглядом Боб Гарвей. — Как рассветет, спустим шлюпку. Выбери четверых парней из тех, кому не терпится размять ноги. — Ребята с похмелья будут. — Начнут грести веслами — протрезвеют. Боб Гарвей подождал, пока помощник выйдет, и вылил остатки рома себе в горло. От мыслей у него разболелась голова, и он начал ругать себя за это. Чем примитивнее организм, тем лучше он выживает — так Гарвею сказал когда-то судовой врач. С тех пор Боб старался держаться инстинктов, основных и не очень. — Я уже напился, — сказал капитан, глядя на затухающую свечу, — завтра я кого-нибудь убью и кого-нибудь трахну. Ночью, после ужина, в Гранитном Дворце состоялся военный совет. Первым взял слово Пенкроф. Он заявил, что прибывшие пираты, конечно же, по совместительству рабовладельцы, и, следовательно, их нужно ловить на живца. И как прекрасно, продолжил моряк, что среди нас есть негр. Таким образом, большая часть пиратов уйдет в Гетто, где Наб запутает им следы, что позволит колонистам малой кровью захватить бриг. — Малой кровью? — переспросил инженер. — Нет, это нам не подойдет. — Моя не согласна с Пенкроф, — возмутился Наб. — Где я в Гетто бегать? Вход одна дырка, а выход нет. — Послушайте, давайте пойдем логическим путем, как это делал Аристотель… — встал журналист. — Итак. Что мы имеем? Имеем пиратский бриг… — Нет, мистер Спилет, его мы как раз не имеем. — Прекратите придираться, Пенкроф, не то я разжалую вас в помощника юнги! Продолжу… Имеем бриг. Задача простая — надо поднять на его мачте наш флаг. — А какой у нас флаг? — Не знаю… Но мы придумаем. Пока сойдет флаг Конфедератов, который мы нашли на дирижабле. Мы можем и не поднимать флаг, черт побери, я вконец запутался… — Нужна тонкая диверсионная акция, все должно быть рассчитано до секунды. Без шума, пыли и без потерь! — сказал Сайрес Смит. — Потеря даже одного колониста уменьшит наши экономические показатели на 16,67%. — Перерезать им глотки во сне? — И как это осуществить, Спилет? — Здесь тот самый случай, когда Айртон как профессиональный преступник, должен сказать свое слово. — Что скажете, Айртон? Раньше вы промышляли такими делами? Бывший боцман потер бороду: — На вашем месте я бы сделал так… Пусть «Вирджиния» завтра днем подойдет к бригу в упор… — Но пираты расстреляют нас! — Зачем? Судно само идет к ним, поднимем черный флаг, решат, что мы коллеги. — Или белый! — воскликнул Герберт. — И тогда они решат, что мы сдаемся! — Вот, малец дело говорит… Подойдем на сорок-пятьдесят ярдов, и тут неожиданно расчехлим гатлинг на палубе. Стрелять будет мистер Спилет, он великолепный охотник. Плюс дадим залп ракетами. Через минуту палуба брига будет чистая. Разве что крови море… — Здорово! — Потом перелезаем на бриг и револьверами добиваем всех, кто еще шевелится. Риск есть, но выгода очевидная. Главное, не поскользнуться на залитой кровью палубе. Если кто сломает ногу, то гипса у нас на острове нет. — План хорош, но не думаете ли вы, Айртон, что не все пираты будут на палубе? Например, кок может в это время готовить пудинг с изюмом. Кто-то вовсе может спать в гамаке. — Мистер Сайрес может сделать дымовые гранаты. Забросим внутрь и выкурим их на свежий воздух. А дальше наши карабины сделают свое черное дело. — Разумно. — Как назовем бриг? «Вирджиния-2»? «Дочь Вирджинии»? — Бриг у нас будет в единственном числе. Назовем его «Бриг». — Здорово! Ваш литературный талант, Спилет, прямо блистает красками! — Простота — вторая половина краткости. — А чего тогда ваши стенгазеты такие заумные и длинные? — с ехидцей спросил моряк, обидевшийся, что его план отвергли. Журналист на несколько секунд завис, прежде чем ответить. — Стандарт такой, общемировой! — Довольно, — остановил их Сайрес Смит. — Даю один час выспаться, и в путь. За оставшееся до утра время колонисты успели добраться до бухты, сняться с якоря, и на всех парусах двинуться к месту стоянки брига пиратов. Солнце поднималось над океаном и казалось, будто сумасшедший художник хаотично разливает вокруг себя оранжевую краску. Иногда солнечный свет тонул в эскадрах пушистых облаков, и становилось еще живописнее. — Красивый день, чтобы умереть, — сказал Герберт, и это были слова не мальчика, но мужа. — Кто умрет, тот лох, — напомнил ему Сайрес Смит. — Хочу чтоб все осознавали свою личную ответственность перед экономикой острова! — Вижу бриг! — доложил Пенкроф, и колонисты впились глазами в точку, маячившую над водной гладью. Скоро выяснилось, что корабль неприятеля стоит на месте со спущенными парусами, и не подает признаков жизни. Ни единого движения, лишь вымпел Ост-Индской компании да «Веселый Роджер» трепыхались под слабым ветром. — Если в трюме есть ром, о дисциплине речь не идет, — высказался Айртон, — вряд ли они выставили даже вахтенного. Пустим им кровь! — Всем приготовиться! Когда до предполагаемого сражения оставались считанные минуты, планы колонистов нарушил неожиданный взрыв, разорвавший пиратский корабль надвое. Обломки поднялись в воздух на десятки метров. Некоторые даже долетели до «Вирджинии». Бриг моментально отправился ко дну, выпустив на поверхность содержимое трюма и кают. — Круто!.. — выдохнул Герберт. — Вот это спецэффекты! Голливуд отдыхает! — Да чтоб!.. — выругался Айртон. — А кого мы будем резать? — Мистер Смит, это вы? — ошалевший Пенкроф смотрел на инженера. — Ну не верю я в его величество случай! — А в Господа Бога верите? — С подвохом вопрос, мистер Смит, с подвохом! Вскоре «Вирджиния» бросила якорь у места гибели брига. Поверхность воды была покрыта обломками корабля и трупами пиратов. Сначала колонисты предположили худшее — что корабль с негодяями потревожил спящего электрического нарвала и тот совершил роковой удар, вызвавший детонацию. — А лучшее? — Пираты раскаялись и решили покончить жизнь самоубийством. — Как? Суицид?! — Молча. Берешь заряженный пистолет. Идешь в крюйт-камеру. Стреляешь в бочки с порохом. — Для чего?! — Я же сказал — раскаялись! — Придурки какие-то… Я бы ни за что не раскаялся! — засомневался Айртон. — Возможно, среди груза находился китайский порошок…. Грибы тоже могли дать аналогичный эффект. Мистер Спилет, как вы считаете, могли разные галлюциногены ускорить раскаяние? — Определенно, да. — Что же, выходит нашим надеждам на господство в Южных морях конец? — Ну почему вы так пессимистично смотрите в будущее, Пенкроф? Разве Айртон не говорил нам, что со дня на день за ним должен прийти «Баклан»? А «Баклан», извините, это вам не малайское прау, а быстроходное паровое судно. Установим на нем орудия с потопленного брига и все, мы — гроза Южных морей! Айртон стал вспоминать, когда он такое говорил, и не вспомнил. — Труп женщины!.. Еще один… Еще… Герберт с комком в горле указал на проплывающие тела женщин, обезображенных взрывом. — Герберт, ты силен в естествознании, скажи, ты видишь следы электрического нарвала? Юноша, всхлипывая, пожал плечами. Жизнь, которую он хотел получить, ускользала от него. Он ненавидел остров, Наба и того, кто взорвал бриг. А еще в школе ему рассказывали про справедливого Старика с белой бородой, живущего высоко-высоко. Вот только где справедливость? Почему населяя земной шар, Старик просыпал много баб на Индию и ни одной на остров Линкольна?