Возрождённая

Ветер был резким и пронзительным, разрезающим кожу и пробирающим душу. Похоронная служба почти закончилась. Всего несколько минут осталось до того, как самая последняя связь с твоим детством останется позади. Ты поговорила с людьми пришедшими на службу, отметив всех друзей твоей мамы из дома престарелых. Люди обожали ее, и она была любимой, всегда готовой выслушать с теплой улыбкой друзей и соседей, скрывая при этом ужасное насилие, которому она подверглась со стороны своего мужа. Возможно, ты не была такой же дружелюбной, но ты научилась приспосабливаться так же, как и она: была «ты», которую видел внешний мир, и была настоящая «ты», о которой никто не знал.   Пока ты блуждала глазами по толпе, твое сердце подпрыгнуло, когда ты поняла, что Билли стоит в нескольких десятков метров от тебя, близко к парковке, одетый в темный костюм и черное пальто. Его глаза были скрыты за солнцезащитными очками-авиаторами, а волосы блестели под ярким солнечным светом.   Твоё сердце начало колотиться, тоскуя по нему. Билли. Но потом ты вспомнила свою нынешнюю реальность.   Ты ожидала, что будешь злиться, по крайней мере будешь раздражена, но все, что ты чувствовала, было оцепенением от его вопиющего пренебрежения к твоей частной жизни. Он был здесь, чтобы задеть тебя, точно так же, как он сделал это в тот день в твоем офисе, когда ты узнала новости о своей маме. Ты проснулась посреди ночи на диване, он лежал рядом обнимая тебя, и ты тихо ушла, не разбудив его.   Это был первый раз, когда ты увидела его с той ночи. Была причина, по которой он был здесь, почему он приехал следом за тобой из Нью-Йорка в Чикаго. И ты подозревала, что не для того, чтобы выразить тебе сочувствие и поддержку. Он что-то замышлял, и можно поставить свою жизнь на то, что это связано с Дюмон. Он знал, что ты задумала? Она знает? Нет, нет ответов. Ты была осторожна, но знание того, что у Кристы есть связи с мафией, означало, что ты сделала все возможное, чтобы замаскировать свои действия в сети. Тем не менее, тебе нужно быть более осторожной в будущем и быть начеку рядом с Билли.   После того, как служба закончилась, ты попрощалась со всеми. Нехотя ты пошла на стоянку и обнаружила его, прислонившегося к твоей арендованной машине. Он снял солнцезащитные очки и засунул их в костюм, его расплавленные глаза неотрывно смотрели на тебя, когда ты подходила ближе. - Что ты хочешь? — спросила ты голосом, лишенным эмоций.   Он протянул тебе ладонь. - Дай мне ключи. Я отвезу тебя обратно в отель.   Ты внимательно посмотрела на него. - Зачем? Твоя девушка ждет меня там? Вы, планируете убить меня?   Легкая ухмылка тронула его губы. - Это очень конкретно. Мы устраивали подобное веселье на наших свиданиях?   - Ты поэтому здесь? Ищешь совета, чтобы оживить твои жалкие отношения?   — Может быть, я здесь, потому что скучал по тебе.   — Раньше ты был лучшим лжецом. - Ты жестом попросила его отойти в сторону. — Я не в настроении для твоих игр, Билли.   - Ты выглядишь усталой.   — А ты выглядишь, как ебанный мудак. Что ты от меня хочешь?   - Я никуда не поеду. Так что можешь перестать ругаться со мной и отдать мне ключи.   Ты думала о том, чтобы поспорить с ним, но какая-то часть тебя хотела узнать, почему он здесь. И, по правде говоря, ты была измотана. Так что, если он хотел отвезти тебя в отель, ладно. Меньше работы с твоей стороны.   Ты передала ему ключи.   ***   Ты потягивала виски из стакана, чувствуя себя намного бодрее после горячего душа. Твой разум был острым, как бритва, и снова сосредоточился на Билли. Его пальто, висело на стуле, а туфли стояли у двери. Пока ты была в душе, он заказал для тебя обслуживание в номере, а после того, как ты закончила есть, взял грязные тарелки и поставил их за дверью гостиничного номера.   Очень заботливо, очень правильно. Обман во всей красе.   Он вышел из ванной, сел напротив тебя и налил себе выпить. Его глаза встретились с твоими, удерживая твой взгляд.   — Ты наконец собираешься сказать мне, чего ты хочешь?   — Как ты думаешь, чего я хочу? Он отпил из своего стакана, скрестив руки на столе, и придвинулся ближе. Рукава его темно-синей рубашки были закатаны до локтей, и его глаза пронзали тебя насквозь.   В твоем животе порхали бабочки, твое тело реагировало на его близость. Его волосы отрасли и он снова стал носить свою обычную прическу, его взгляд был обольстительный до умопомрачения, томная, дерзкая улыбка сводила с ума, все это вместе, заставляло подкашиваться колени, а сердце биться быстрее. Конечно, твой разум знал, что это все уловка. Несколько недель назад ты бы сделала все, чтобы он смотрел на тебя с таким вниманием, но теперь ты могла видеть его махинации насквозь. — Анвил, — ответила ты, взбалтывая жидкость в стакане.   - Ты права. Я хочу Анвил.   — Он все еще твой. Я не заинтересована в том, чтобы забирать его.   — Почему ты не забрала его при разводе?   — Потому что я не хочу быть с тобой каким-либо образом связанной.   Он вздернул бровь. — Если бы это было правдой, ты бы давно ушла из компании.   — Твои приятели умоляли меня остаться, и я была у них в долгу. Не волнуйся, меня не будет через три месяца.   Улыбка на его лице исчезла, глаза потемнели, что казалось невозможным. - Чем больше я рядом с тобой, тем больше я вспоминаю.   Ты взяла свой стакан и наклонила его в его сторону, улыбаясь. — Я не держу тебя в заложниках. Проваливай.   Ты выпила свой напиток, наслаждаясь тем, как легко ты себя чувствовала в данный момент. Ты прилетела в Чикаго на следующий день после того, как узнала о своей маме, и с тех пор все ощущалось как эмоциональный удар. Были моменты, когда ты плакала из-за матери, которая была милой и доброй к тебе, за которыми следовали приступы гнева и ярости из-за женщины, которая использовала чувство вины и манипуляции, чтобы заключить тебя в тюрьму. Но сейчас ты чувствовала себя прекрасно.   - Ты разбита, — заключил он.   - Я в порядке.   Ты взяла полупустую бутылку и встала, не обращая внимания на его взгляд, когда направилась к кровати и плюхнулась на ее мягкое одеяло. Потолок немного кружился, так что ты закрыла глаза, просто дыша. Ты почувствовала, как матрас рядом с тобой прогнулся, тепло его пальцев накрыло твои, когда он взял у тебя бутылку.   - Мне постоянно снится этот сон.   Ты открыла глаза и повернула голову, чтобы посмотреть на него. Он балансировал на боку, его ониксовые глаза держали тебя в плену.   - Сначала были видения, как мы просто трахались рядом с чьим-то трупом, но в последнее время стало больше картинок.   Твой желудок сжался в узел, ты заставила себя не показывать никаких эмоций.   - Мы убили его. Вместе. Потому что он что-то сделал с тобой. Я не знаю, что это такое, я не могу вспомнить, но я был рад, что осел был мертв. На самом деле, я был чертовски в восторге от этого.   — У тебя богатое воображение, — заметила ты, сохраняя голос ровным.   - Нет, не говори так! Не веди себя так, как будто я сумасшедший, как будто я надумываю это дерьмо в своей голове!   — Ты кажешься сумасшедшим, Билли. Может быть, тебе следует обратиться к психиатру. - Из горла вырвался горький смех. — Подожди, он же у тебя уже есть.   — Это был не сон и не мое гребаное воображение. Это случилось, — настаивал он, прижимая руку к твоему животу.   Вес его руки на твоем теле, казалось, прожег дыру в твоем халате, как будто он коснулся твоей голой кожи. Ты закрыла глаза, борясь с непреодолимой потребностью чувствовать его больше.   — Ты ведешь себя так, будто то, что у нас с тобой было раньше, было таким идеальным, таким чертовски эротичным, но это не так. Это было хреново и грязно, и если бы я знал об этом…   - То что? - вскинулась ты. — Ты бы не обращался со мной как с ничтожеством? Ты бы не унижал меня? - Ты оттолкнула его руку от своего тела, чувствуя теперь отвращение к нему. Может быть, он думал, что выражение сожаления на его лице успокоит твой гнев, но это лишь еще больше разозлило тебя. - Я тебе ничего не должна. Ты не мой муж. Ты не тот мужчина, которого я любила. Он мертв, а ты всего лишь какой-то больной ублюдок, живущий в его теле.   Ты попыталась встать с кровати, но он схватил тебя за руку, притягивая ближе, пока ты не оказалась под ним, а он не навис над тобой. Его руки сжали твои запястья, удерживая их над твоей головой. Ты смотрела на него, сначала борясь с ним, но остановилась, когда поняла, что сопротивления ещё больше заводит его. Его дыхание было затруднено, как и твое, вы оба тяжело дышали.   - Соня сказала, что я прослушивал твой телефон, и мои люди следили за тобой повсюду. Я был чертовым параноиком, всего что касалось тебя.   Он опустился на твои бедра, его эрекция терлась о твою промежность, и тебе потребовалось все самообладание, чтобы не обхватить его ногами и не застонать. Твой разум, возможно, ненавидел его, но твое тело жаждало его. Его хриплый шепот окутывал затуманенное сознание и ты, инстинктивно выгнулась, чтобы усилить трение его одежды о твою обнаженную киску. — Но ты и так знала это, не так ли? Ты знала, как далеко я зайду, чтобы удержать тебя, и ты, черт возьми, хотела этого. - Его глаза скользнули к твоим губам, а затем снова поднялись, чтобы встретиться с твоим враждебным взглядом. - Эта часть меня никогда не пугала тебя, ты действительно любила ее. Ты любила меня.   Ты громко сглотнула. - Нет, не тебя. Я любила своего Билли.   Его губы скривились. - Перестань вести себя так, как будто я мертв. Это все еще я!   Ты решительно покачала головой, вспомнив, как близко он был к тому, чтобы причинить тебе физическую боль. - Билли никогда бы не попытался меня ударить. Как бы он ни был зол, как бы я его ни злила, он скорее бы умер, чем причинил мне боль.   Выражение его лица сразу же смягчилось, и он ослабил хватку на твоих запястьях. Воспользовавшись моментом, ты оттолкнула его и поспешила к противоположному концу кровати.   Напряжение наполнило воздух, густое и ощутимое, пока ты и он сидели в тишине и смотрели друг на друга.   После того, что показалось вечностью, он наконец заговорил. — Я не собирался бить тебя в тот день. Я просто пытался напугать тебя, чтобы ты подписала бумаги о разводе.   Ты усмехнулась, недоверчиво качая головой.   — Ты мне не веришь. - продолжил он.   — Думаю, если бы я не убежала от тебя в тот день, ты бы меня убил.   — Если бы я хотел твоей смерти, ты бы давно уже была мертва. - Ты напряглась, когда он придвинулся к тебе, близко, но не так близко, чтобы коснуться тебя. - Когда воспоминания начали возвращаться, я не хотел этого, не хотел вспоминать. Тебя было легче ненавидеть. Так что я подумал, что если бы ты была мертва, мне не пришлось бы иметь с ними дело. Я преследовал тебя, даже держал тебя на прицеле, но я не смог этого сделать.   - Слишком много последствий с которыми пришлось бы разбираться?   — Мы оба знаем, что причина не в этом.   Ты смотрела в пол, изучая безобидный водоворот бежевых и коричневых цветов на ковре отеля. Это напомнило тебе о пропитанном кровью ковре в комнате мотеля, где вы убили Адама. Билли тоже собирался убить тебя той ночью. Вместо этого вы двое установили настолько глубокую и интимную связь, что никакие другие отношения никогда не были бы так близки.   - Как будто все в моей голове — бесконечный хаос. Ничего не имеет смысла. Все как-то не так, и я не могу дышать. - Его голос стал хриплым. — Если только я не с тобой.   Ты повернулась, чтобы посмотреть на него. — А как Дюмон относится к твоему искреннему признанию?   Его челюсти сжались. — Это не имеет к ней никакого отношения.   Насмешливо, ты изогнула бровь. - В чем дело? Вы, двое влюбленных, поссорились или что-то в этом роде? Ты здесь, чтобы заставить ее ревновать?   Темные глаза Билли смотрели на тебя с презрением. - Брось это.   Ты засмеялась, снова потянувшись за бутылкой виски. Ты допила остатки жидкости и встала, обойдя кровать и Билли к мини-бару.   - Я не хочу Кристу. Я хочу тебя.   - Конечно. Ты достала из холодильника маленькую бутылку джина и отвинтила крышку.   Он подбежал к тому месту, где ты стояла, и выхватил бутылку из твоей руки. — Ты слышала, что я сказал?   Ты смиренно вздохнула. — Я слышала, и мне все равно.   — Это чертова правда! — процедил он сквозь стиснутые зубы.   — Месяц назад ты боготворил своего психолога, а теперь хочешь меня? - Ты хмыкнул. — Ты, должно быть, действительно думаешь, что я идиотка.   — Ты начинаешь меня бесить, милая.   — О нет, — усмехнулась ты, схватившись за грудь. — Это когда ты начинаешь швыряться в меня вещами.   Он вздернул бровь. - Отлично. Я заслужил это.   Твои глаза блуждали по нему, вдыхая его, даже когда ты закаляла свое сердце, ты не могла оставаться равнодушной к его красоте. — Нет, милый, ты заслуживаешь гораздо большего. Но ты уже отнял у меня два года жизни, и я больше не собираюсь тратить на тебя время.   Ярость светилась в его глазах, когда он сделал шаг ближе, пытаясь запугать тебя. — Думаешь, я просто позволю тебе уйти от меня? Ты действительно думаешь, что я бы сделал это?   Ты смотрела на него вызывающе. — Я думаю, когда Дюмон щелкнет пальцами, ты побежишь к ней, как маленькая сучка, которой ты и являешься. Или я могу ошибаться, может быть, ты не такой банальный. Может быть, ты просто ебарь, который любит погоняться, когда появляется кто-то красивее и получше. В любом случае, мне это не интересно.   Ты прижала руку к его груди, собираясь оттолкнуть его, но вместо этого он накрыл ее своей ладонью, прижимая к сердцу. Ты изо всех сил пыталась отказаться от физического контакта, но он был слишком силен, его хватка на тебе была слишком надежной.   Ты ожидала, что он будет в ярости и вспыльчивости, но его глаза сверкали злобным восторгом и озорством, и это так напомнило тебе твоего мужа, что ты на мгновение забыла как дышать.   - Я понимаю. Я облажался. А теперь ты в бешенстве и не хочешь иметь со мной ничего общего. - Его голос неожиданно упал до соблазнительного бормотания, до боли знакомого звука, который ты любила и скучала всеми фибрами своего существа. Бесчисленные телефонные звонки, заканчивающиеся одним и тем же шепотом, занятия любовью, когда он использовал тот же тон, чтобы сказать тебе, что любит тебя, и заставить тебя забыться в оргазме. — Так что я даю тебе две недели, детка. - Он сжал твою руку. - Две недели, чтобы выкинуть все это из своей головы и ненавидеть меня так сильно, как ты хочешь. - Другой рукой он приподнял твой подбородок, завороженно глядя на тебя. - Но после этого мы оставляем все это позади. Мы с тобой начнем все сначала, и ничто не встанет у нас на пути.   Этот Билли, может быть, и был совсем другим человеком, но у него было одно общее с твоим мужем — они оба были высокомерными придурками. — Двух недель вполне достаточно, чтобы ты сдох.   Он ухмыльнулся. — Ты угрожаешь мне, красавица?   - Нет. Просто констатирую факты, — спокойно сказала ты. - Я продолжаю свою жизнь. Наконец-то я нахожусь в том месте, где я счастлива, и я не позволю таким подонкам, как ты, сломить меня. Так что давай, угрожай, просто знай, что ты, возможно, не смог бы выстрелить в меня в упор, но у меня не будет такой проблемы.   Ты оттолкнула его, глядя на него с презрением.   Его ответом была дьявольская улыбка, как будто он прекрасно проводил время. Схватив пальто со спинки стула, он скользнул в него, не сводя с тебя глаз.   Когда он, наконец, повернулся, чтобы подойти к двери, его магия над тобой исчезла. Тревога потекла по твоим венам, желудок скрутился в узел.   - Увидимся в Нью-Йорке, дорогая.   - Иди к черту Билли!   Его веселый смешок был последним, что ты услышала перед тем, как он захлопнул дверь.