Прятки со Смертью

Поместье Арцыбаш. Север Англии, 1978 год, 4 декабря.       Рассвет медленно накрывал необъятные пушистые макушки елей. Звёзды, хаотично разбросанные по небу, светили тусклее. Посередине небесной пелены гордо возвышался месяц, ставший свидетелем страшного греха. Он видел того, чьё сердце, пораженное проклятьем, перестало биться в этот час. Полянку рассёк ужасающий смех и звук падающего тела. — А я предупреждала тебя, братец…

***

Громовой удар, смешавшись с настойчивым стуком в дверь, заставил рыжеволосую волшебницу вздрогнуть, напряжённо оглянуться в темень за окном поместья. Девушка не открывала, даже несмотря на настойчивость незнакомца по ту сторону дома. Её сердце с бешеной скоростью отбивало удары. Пальцы нервно перебирали край ночного платья. Взгляд юной ведьмы выражал явную усталость, а зелёные глаза не сводили свой взгляд с деревянной поверхности резной двери. Кусая губы, она прислушивалась к лепету ветра и стуку дождя. Девушка вздрогнула, услышав еле различимый сквозь бормотания природы голос: мужской, хриплый, такой родной, — он звал её, будто моля, словно это был последний его шанс. — Лили, прошу! — надрывисто, чуть ли не плача. Почувствовав жгучие слезы в уголках глаза, она, ещё раз оглядев просторный коридор поместья, поняла: парень, молящий её у порога, — единственный, кого она любила. Сорвавшись, будто бежав к последней надежде, девушка отворила дверь. — Джеймс… — выдохнула, прижимаясь к его груди. Легкое платье промокло — ей плевать. Всё, о чём трепещут её мысли — поцелуи парня, нежно осыпающие щеки. Он прижимал девушку так, словно она — статуэтка, которая вот-вот разобьётся от одного лишь неправильного движения. Звуки падающих капель прохладного дождя сопровождали их момент, будто бы идущий вечно — секунда идиллии во время войны, где лишь они существуют друг для друга. Услышав тихие бормотания и неразборчивый лепет, девушка спохватилась, отстранилась, приглашая парня в дом. Она мелькнула по коридору и подошла к детской колыбели, расположенной в крайней комнате на первом этаже. Джеймс прошёл за ней. В детской комнате пахло травами и дровами. — Когда? — удивлённо спросил парень, подходя к Лили и не сводя взгляда с новорождённой девочки, плачущей на белоснежных покрывалах в колыбели. — Она рождена очью, — девушка, наклонясь, поцеловала дочь в макушку. — 4 декабря. Между ними возникло неловкое молчание. — Я могу подержать её? К собственному удивлению, девушка, не задумавшись ни на секунду, передала дочку в руки Джеймса, который, словно не дыша, аккуратно взял малышку, слегка покачивая. По лицу Лили прошла лёгкая улыбка, видя, как дочь, оказавшись на руках незнакомца, не начала плакать. Но заботы, свалившиеся на неё, заставили нахмуриться, позабыв о минутном счастье. — Джеймс, — позвала она. — Алесан мёртв. — Это его дочь? — Да. — А ты любила его, Лили? Девушка задумалась. Неспешно пришло осознание — она никогда не любила Алесана Арцыбаша, но родила от него дочь, до безумия похожую на своего отца. — Ладно, — выдохнув, бросил парень. — Я заберу вас в Годриковую Впадину, — не отпуская ребёнка, он продолжил: — Собирай вещи, Лили, а я посижу с этой крошкой, хорошо?

***

— Ты придумала ей имя? — спросил Джеймс, когда Лили спустилась с сумками. — Нет, — ответила Эванс,— Я не думала об этом, — девушка пожала плечами, ставя последний чемодан на пол. — Как тебе, например, имя Элен, а, солнце? — гордясь своей идеей, предложил парень, поворачиваясь к любимой. — Элен Аяна Поттер — по-моему, звучит неплохо! На миг Лили замерла. — Поттер? — переспросила она. — Я люблю тебя, Лили. И никогда больше не оставлю, слышишь? — он подошёл ближе. — Я не позволю себе отвергать ту, в которой есть частичка тебя, — поцеловав девушку в губы, он, подведя Эванс к кроватке девочки, сказал: — И тем более, любовь моя, она выглядит как настоящая Поттер! Наблюдая за этой картиной — как юноша, беря дочь на руки, смотрит с такой нежностью, будто в ней действительно течёт его кровь — Лили не смогла сдержать улыбки, которую так любил Джеймс, когда они учились в школе…