Прятки со Смертью

      Девушка вступила на границу Запретного леса. Тьма от высоких деревьев и гуляющий непроглядный туман холодно встретили её. Веста слегка замешкалась, но всё же сделала первый шаг навстречу густым деревьям, напомнив себе, что она — Дева. А бояться не в их приоритетах. — Прохладно тут. Девушка поежилась и крепче сжала ледяную ткань червонного плаща. Несмотря на скорый приход лета, в мёртвом лесу всегда стоял мороз, будто суровой осенью. Сразу ясно, что тут дело рук Сивы. Сива — строгая богиня, правящая миром с приходом осени. Она может порадовать народ расписными и яркими листьями, но и сгубить его она в силах. Колдуны запустили Запретный лес, нечисти больно много развелось. Богиня чары и навела. Теперь лес мёртвый, как и его обитатели. Веста уже прошла вглубь леса. Дева брезгливо приподняла подол плаща, перешагивая через грязь. Она продолжила путь, размахивая небольшим топориком. Эта реликвия такая же старая, как и серп Мораны. Раньше сама богиня Жива защищалась этим железным топором. Подходя к поваленному дереву, девушка несильно сжала кулак с перстнем. Тусклое свечение сочилось из голубого камушка на изящном кольце. Он, словно лианы, обвивал тонкий палец девушки. Листья деревьев начали несильно шевелиться. По стволам деревьев поднялись зелёные заросли, обнимая жёсткую кору. Вся природа ожила, стоило Весте начать колдовать. В лесу стало невозможно холодно. Веста ещё сильнее задрожала, покрываясь мурашками. Но она лишь стиснула зубы, не собираясь разжимать пальцы, которые мёртвой хваткой впивались в кожу ладони. — О, Жива, сестра священная, пусти луч светлый, живой, чтобы зверек путь из того мира нашёл, — дрожащим от ветра голосом сказала Веста, надеясь, что её богиня поможет ей. — Проклятье! — тут же прошипела она, наблюдая, как дорожка из зелёных ростков, которая должна была помочь её фамильяру найти путь к хозяйке, пропала, пригнувшись к холодной земле. Даже сила богини Живы тут бессильна. Неяркое свечение перстня потухло. Веста насторожилась, вытянув вперёд топорик и крепче сжав его деревянную рукоятку. В нос девушки ударил запах сгнившей плоти. Веста отшатнулась, сминая массивными ботинками мох под ногами. Противный запах гнилого тела усилился. — Ох, чёрт, — прошептала девушка, оглядываясь в поисках лесных тварей. В этот же миг она почувствовала, как цепкие зубы нечисти с силой вцепились в её кожаные ботинки. Не сомневаясь ни секунды, Веста взмахнула топором, отбрасывая мертвеца к соседнему дереву. Упырь зашипел, то и дело открывая и закрывая сломанную челюсть. Из его гниющей плоти в каких-то местах торчали переломанные кости. Упырь вновь поднялся, направляясь в сторону Девы. — Дева Жива поблизости, дрянь! — зло выкрикнула Веста, наставляя на мертвеца остриё топора. Её взгляд нашёл тусклую серебряную нить около свёрнутой шеи чудовища. Веста обманула тварь, которая попыталась наброситься на неё, и пнула мертвеца в спину. Со стоном тот упал мерзкой мордой в грязь. Веста поморщилась, когда капли грязи, перемешанной с кровью, покрыли подол её червонного плаща. — Эй, вот же тварь! — громко выругалась Дева, когда упырь встать и с новой силой бросился на неё. Девушка успела отбежать, но её плащ зацепился за корягу, и Дева рухнула на мокрую землю. При падении она ловко удержала оружие в руках и резко откинула мертвеца от себя, когда тот почти впился ей в шею. Упырь ударился об землю. Из его гнилого рта струёй потекла вязкая, почти чёрная жижа. — Пора заканчивать с этим, — грозно сказала Веста, поднимаясь на ноги, пока упырь медленными движениями приближался к ней. Дева набросилась на лесную тварь, проткнув гнилую плоть маленьким лезвием, которое прихватила ещё с утра, надеясь, что оно ей не пригодится. Тело мертвеца рухнуло противной грудой в грязь. Дева, не медля, подхватила нить вурдалака лезвием топора. Веста не решалась перерезать её, ведь помнила, что такое могут сделать лишь Девы Мораны, иначе её ждала кара. Сердце ёкнуло. Замерев, девушка стала прислушиваться, отчётливо слыша шуршание. К её ужасу, среди дремучей чащи показались мерзкие морды парочки упырей — таких же тварей. Они, вытянув руки с длинными когтями, направлялись к Деве. — Флиппендо!! — громкий мужской голос и взмах волшебной палочки отбросил одного из мертвецов, оглушая. Чудовище упало на землю, а из остатков его ушей полилась вязкая жидкость. — Никогда не была так рада видеть тебя, Фредерик, — усмехнулась Веста, облегчённо выдыхая. Её счастью не было предела, ведь следом за Уизли на поляне показались её подруги. — Дева Мораны поблизости, дрянь, — произнесла Элен, перерезая серпом последнюю нить упыря, валяющегося боком в густой луже. Адель в несколько шагов оказалась рядом с Вестой. Девушка покачивала кинжалом в своих руках, таким же древним, как и остальное оружие, принадлежащие ранее богиням, и проткнула лезвием бок упыря, который мёртвой хваткой вцепился в плащ Весты. Адель брезгливо пнула безжизненное тело мертвеца. — Дева Лёли поблизости… — сказала девушка, цепляя появившиеся нити жизни чудовища, чтобы тот не смел больше встать. На поляне, среди мёртвого леса, становилось всё оживлённее. Девы раз за разом пронзали упырей. Мягкие тела мертвецов падали на землю, пачкая жижей зелёную траву. За секунду, вместо окровавленых тел, появлялся зимний иней, стоило Деве Мораны перерезать им нить жизни. Фред, который уверенно решил, что любой ценой пойдёт вместе с подругами в Запретный лес, наблюдал за этим с готовностью атакавать, если это потребуется. Глухой звук удара черепа об ствол дерева разнёсся по лесу. Последний упырь, оказавшийся крупнее, чем предыдущие, ударился всем телом о кору и повалися на землю. — Последний, — победно произнесла Адель, вынимая кинжал из бока упыря. — Давай, Элен, время покончить с этим, — сказала Веста, обращаясь к Поттер. Элен, тяжело вздохнув, подошла к уродливому телу твари. Она легко поддела тусклую серебряную нить, оборачивая её вокруг лезвия. Девушка последний раз взглянула на мертвеца, подумав, что когда-то он был живым и наверняка не думала, что его жизнь оборвется, а тело будет вынуждено скитаться несколько веков по Мёртвому лесу. Мысленно посочувствовав ему, Элен несильно дёрнула серпом. Тихий треск нити жизни и последний, еле заметный серебряный отблеск. Нить была настолько слабой и старой, что не понадобилось много усилия для того, чтобы разорвать её. Тело упыря окончательно обмякло. Каждая частичка лесной твари превратилась в иней и улетала с ветром, словно пепел.

***

Я, не отрывая взгляда, смотрела на то место, где недавно валялось безжизненное тело. Никогда ещё нам не приходилось убивать столько нежити за один раз, как сейчас. Я критично оглядела свой плащ, который ещё утром был чист. Повезло, что он хотя бы красный и не придётся с помощью какого-нибудь заклятия выводить пятна крови нежити. Пожалуй, тут обойдётся лишь чистящим заклятием. Выдохнув, я повернулась в сторону остальных. Адель брезгливо пыталась очистить остриё кинжала от вязкой крови. Уизли, стоящий рядом с ней, пытался приободрить её, рассказывая, что у них с Джорджем в планах изобрести заклинание, отталкивающее вражескую кровь во время сражения. Веста нервно перебирала ткань плаща, сминая её и создавая складки. — Вест, — я протянула имя подруги, подходя к ней ближе. Я не решалась спросить напрямую, мол, где твой фамильяр. Это звучало бы грубо, наверное. Ведь вид подруги и так показывал, как она нервничала по этому поводу. Каждый русский колдун по наступлении пятнадцати лет получает фамильяра. Не может же быть она исключением? — Я не знаю, где он, — проговорила Веста. — Даже магия самой Живы тут не действует. Самой Живы, представляешь? А она ведь богиня весны, перерождения, жизни… А этот грёбаный лес мёртв! — крикнула она дрожащим голосом, пнув при этом ближайшую шишку. Я молчала, пытаясь вспомнить хоть что-то по этому поводу из прочитанных мною книг. Неожиданная идея пришла быстро — терять всё равно сейчас нечего. Я сжала кулак, прикрыв глаза. Камень на перстне засиял. Ветер вновь поднялся, раскачивая верхушки деревьев и елей. Колдовать в чаще этого леса сложнее, чем на его окраине. — Что ты хочешь сделать? — недоуменно спросила Веста. — Наш единственный выход сейчас — это попросить помощи сразу у трёх богинь. Веста без дальнейших расспросов поняла, о чём я. Подозвав Делю, они встали рядом со мной, образуя небольшой круг. Каждая понимала, что сейчас будет, поэтому попросили Фреда, раз он пришёл, отойти в сторону и не вмешиваться, чтобы ни случилось. Стоило камню на перстне Весты загореться, как природа заволновалась ещё сильнее. Лианы, будто из ниоткуда, стали оплетать стволы деревьев. По небу поплыли грозные тёмные облака, как только зажёгся магический камень Адель. Ветер зашумел ещё пуще, заглушая всё живое. — Если мне не изменяет память, то нам нужно преподношение, так ведь? — спросила Адель. — Да, если обращаться к старыми источником, то ещё из покон веков Девы преподносили богиням свою собственную кровь, как дар. — ответила я, уже не удивляясь такому странному преподношению. — Кровь? — удивилась Веста. Я ели кивнула и вслед сказала: — Нужна всего лишь капля крови Девы, чтобы богиня помогла. В нашем случае мы должны пожертвовать каплей крови по старшинству, от старшей к младшей, как сказано в старинной книги о Девах. Собравшись с мыслями, я посмотрела на подруг и первая провела левой ладонью по лезвию серпа, который уже успела закрепить на ремешке под плащем. Я зашипела, стиснув зубы, когда свежая и глубокая рана появились на моей ладони. Алая кровь быстрой струйкой стекла по коже на землю, быстро впитавшись в неё. Адель с тихим ужасом в глазах закусила губу и второй по счёту провела кожей ладони по своему кинжалу, закрепленному на поясе. Она шумно выдохнула, стараясь скрыть писк боли. Не теряя времени, Веста сразу же, как только капля Адель достигла сырой земли, резко провела ладонью по острому краю топора, чтобы побыстрее закончить с этим. Она лишь пробубнила ругательство из разряда "дрянь", стараясь не смотреть, как с её ладони капает кровь. Камни на перстнях заискрили чёрным. Ветер разбушевался настолько, что деревья прогибались сильнее, чем обычно, а тучи тёмной пеленой закрыли небо. Пути обратно уже нет. Чёрные искры падали и оседали на земле. Мой камень потух. Остался свет лишь от одного магического перстня — перстня Весты. Он светил так ярко, как не светил при обычном волшебстве. Подруга, испуганно взглянув то на меня, то на Адель, сильнее сжала ладонь, наверняка молясь богиням, чтобы её фамильяр наконец-то нашёл путь к ней. — Это горностай!! — радостно крикнула нам Веста, когда заметила белую шёрстку за поваленным деревом. Подруга разжала руку и, сев коленями на землю, видно, уже не боясь запачкать плащ и одежду грязью, подозвала к себе зверька. Я облегчённо выдохнула, вспоминая, как я была рада, когда находилась на месте Весты пару месяцев назад. Получение фамильяра — это самый радостный день для колдуна. В этот день волшебник получает лучшего друга и защитника на всю свою жизнь.

***

Заиграла очередная песня группы "Ведуньи". Какой-то гриффиндорский парень прибавил громкость на волшебном радио, и радостные возгласы толпы стали громче. Некоторые из наших однокурсников выкрикивали имя Весты, пока та кружила вместе с Джинни, забравшись на деревянный стол. Фред стоял рядом в роли телохранителя, как он сам себя провозгласил ещё утром, идя с Запретного леса, и наблюдал, чтобы либо Веста, либо его сестра не свалились со стола. Признаю, Уизли умеют устраивать вечеринки. Вся идея насчёт праздника для Весты в Гриффиндорской гостиной принадлежит близнецам. Фред ещё неделю назад уговорил Весту, пока та не сдалась, согласившись провести праздник лишь на том условии, что тот взамен оплатит ей любой каприз в магазине волшебных товаров на Косой Аллеи. Джордж, в свою очередь, попросил меня уговорить эльфов на то, чтобы они приготовили нам немного еды. Эльфы — слегка вредные существа. Они не всегда слушаются обычных школьников. Поэтому я, как уверяли близнецы, смогу уговорить их, напугав бедных существ, ведь я владелица семейного эльфа рода Морозовых и знаю, как приказывать им. Я налила себе очередной стакан ледяного тыквенного сока. Несмотря на то, что Гриффиндорская башня находится достаточно высоко, сейчас тут невыносимо душно. Я даже начала скучать по холодным слизеринским подземельям. Сделав глоток ледяного сока, я заметила приближающегося Огнедара. — Адель уже полчаса находится в компании этого Уизли, — пожаловался он мне, пуская не очень дружелюбный взгляд в сторону парочки. Глянув в сторону подруги, я усмехнулась, пытаясь спрятать улыбку за кулаком. Адель, уже не скрывая насмешливого взгляда, флиртовала с Перси, вгоняя парня в краску. Она накрутила локон рыжих волос на палец и лучезарно улыбнулась, указывая ладонью на Александра, стоящего рядом. Друг пытался скрыть неприязнь к Перси и лишь крутил тяжёлый перстень на пальце. — Тебе так не нравится Перси? — Не нравится — ещё мягко сказано. Я доверяю ему так же, как Адель метлу. Вспоминая, как у подруги туго с полётами на метлах, я согласилась с таким сравнением. — Помяни моё слово, если он заставит её плакать, даже просто не так посмотрев, то я сломаю ему шею. Огнедар — тот человек, который за словом в карман не полезет. Так что на месте Перси, я бы не стала рисковать и выводить из себя Дара. Понимающе кивнув Огнедару, я поставила пустой стакан на стол. Оглядев толпы учеников, я заметила ярко выделяющиеся рыжие волосы. Джордж эмоционально рассказывал что-то своему другу Ли Джордану. Ли, заметив мой взгляд, несильно толкнул младшего близнеца по плечу. Тот, обернувшись, расстрел меня с ног до головы и улыбнулся под нелестные комментарии Джордана, которые я услышала даже сквозь гул толпы и музыки. Чёртов Ли. Уверена, он будет припоминать эту мелочь прямиком до выпуска из школы. — Кажись, вот и твой объект обожания, — протягивая гласные, сказал Огнедар и перевёл взгляд мне за спину. — Благо Моране, не-а, — неожиданно к нам присоединился Данислав. — Морозова ещё не попала под чары Уизли. Парень засмеялся и допил холодный морс, поставив стакан на стол. — Как вы тут живёте? — спросил он у Дара. — Душно, невозможно. — И это, прошу заметить, даже камин ещё не работает, — добавила я, кивая головой в сторону высокого камина. Огнедар лишь закатил глаза, пожимая плечами. — Могу также поинтересоваться про ваши холодные подъземелья. — Думаю, нам стоит идти, — сказала я, намекая им взглядом на именинницу. Веста, радостно смеясь, сидела рядом с Фредом и Адель. Старший близнец и моя подруга в шутку спорили, чей подарок Веста должна открыть первым, пока сама именинница рассматривала гору подарков рядом с собой, завернутых в разноцветные бумаги и перевязанных пышными бантами.