Прятки со Смертью

«Сказание о Аделине Яркосолнечной». Часть 1. *** год. 1 июня.       Хруст веток под тяжёлыми сапогами. Девушка оглянулась, ища совершенно напуганными глазами возможный источник шума. Попятившись назад, девица запуталась в подоле длинного белого платья с росписью узоров и неловко приземлилась на землю, теряя небольшой острый кинжал. — О, Сварог, погляди-ка, кажется, это трусливая Дева? — с долей усмешки, рядом с девицей появился молодой парень. Дева с недоверием рассматривала незнакомца: чёрные волосы, завязанные в хвост обычной ниткой, карие глаза, белая рубаха и меч в руках. — Охотник… — Не уж то ли я такой страшный, коль меня испугалась Дева? Она промолчала, неуклюже пытаясь подняться, но хозяйку подводили длинный червонный плащ и вечно путающееся платье. Парень усмехнулся, но протянул ей руку. Поравнявшись с ним, оказалось, что молодой охотник выше девицы на две головы. — Я… — девушка хотела представиться, но охотник перебил её. — Знаю, княжна ты, трусливая Дева. Как там слагают крестьяне: «Девица, кой краса сравниться лишь с солнца яркими лучами. Дева Ладъ да Лады, Лялей выбрана она» — Да, ты действительно краса-девица, трусливая Дева. Но видал-то я недавно твою сестру — Деву Мары. Смертельным хладом от неё веет! Аж страх пробирает, когда Дева серпом своим машет да мертвецам нити подрезает! — он был полон восхищения к старшей Деве. — Обязательно передам Маре, — буркнула девушка, собираясь уходить от неприятного разговора с новым знакомым. — Погодь-ка, княжна! Дай хоть провожу тебя из лесу, а то, небось, нежить встретишь, а потом ищи свищи тебя. — Какая тебя вообще разница: пропаду и пропаду. — Нравишься ты мне, трусливая Дева, — он, не стесняясь, что разговаривает с дочерью князя, поднял её кинжал и добавил: — Запомни, Девы ружьё не теряют. Кто знает, какая нежить захочет впиться в твою белую кожу зубами через пару минут. Дева покрылась незаметным румянцем, когда охотник схватил её за руку, совершенно не смущаясь, что пред ним княжна, и повёл её в сторону выхода к княжеству, не переставая болтать о чём попало.. *** год. 2 июня.       Солнце мягкими лучами освещает Ярградское княжество. Уже с раннего утра на субботней ярмарке полным-полно народу. Торговцы зазывают громкими слоганами: — «Свежая рыба!! Только тут!!» — «Злате, серебро, бронза!! Найдутся украшения на любой вкус!!» — «Коль от нежити защититься хочешь, покупай обереги!!» Малые дети выпрашивают у мамы купить яблочко, кто-то пытается торговаться, впрочем, как и всегда по субботам, с конца всего княжества сходиться народ почти всех сословий. Весея, пожилая полная женщина с забранными в платок волосами, весело переговаривается с каждым торговцев, наказывает, чтобы клали только свежие продукты. Она хаотично и беспорядочно переходит от одной лавки к другой. Нехотя, за ней идёт юная семнадцатилетняя девушка: светло-русые с оттенком рыжего волосы, заплетенные в толстую косу до поясницы и перевязанные алой лентой. Белая рубаха с расписными рукавами и поверх червонный сарафан. Она то и дело поджимает ярко-красные губы, от непривычного шума вокруг. Няня не часто берет её с собой на ярмарку. Девушка оглядывается, разглядывая толпы зелёными глазами. Засмотревшись, она чуть не врезалась в спину няни, когда та остановилась у очередной торговой лавки и завела беседу с торговцем. — Да, да, самые свежие яблоки, пожалуйста. Девушка закатила глаза. Пройдя чуть вперёд, она рассматривала сладости на прилавке. Но остановилась, услышав знакомый голос с соседней торговой лавки. — Не ожидал встретить вас именно тут, — парень усмехнулся. — Приветствую, княжна, — он поклонился, но через секунду, стоило ему приблизится, вновь сказал: — Ну, здравствуй, трусливая Дева. — Опять ты, охотник. — Я тоже рад видеть вас, княжна, - он улыбнулся, сделав акцент на слове «княжна» — Разве, я не представился в прошлый раз? Милуйте, княжна. Меня зовут Яр, сын владельца этой лавки. Мой отец кует оружие. Яр улыбнулся, с интересом осматривая наряд Девы. На самом парне же была простая рубаха с закатанными рукавами да брюки. Тёмные волосы непослушно завивались на концах, то и дело лезя в лицо. Хитрый прищур карих глаз, на вид ему было где-то восемнадцать. — Желаете что-то приобрести? — спросил он. — Благодарю, но я уже ухожу. — Как знаете, княжна, — Яр пожал плечами. — Увидимся позже, трусливая Дева, — тут он понизил голос, хотя из-за гула толпы это было необязательно. Яр на зло девушке поддел пальцами кончик её алой ленты, за что получил не очень одобрительный взгляд княжеской особы. Парня позвал отец. Перед тем, как уйти, он последний раз бросил взгляд на Аделину и, подмигнув ей, самодовольно улыбнулся, увидя замешательство и смущение на лице княжеской дочери. *** год. 21 июня. Громадные хоромы: Большой каменный дворец с высокими башнями, теремами и лестницам вокруг. Сегодня в княжеском тереме царит суматоха. Князь Ярградского княжества принимает и выслушивает просьбы крестьян да бояр. Князь, одетый во всё самое лучшее с заморскими тканями, тщательно слушал каждого человека, пожаловавшего к нему во дворец. — Ваше княжество, — мужчина средних лет в пол поклонился князю. — А, знаю вас, кажется, — раздался голос правителя. — Вы кузнец же, куёте оружие для дочери моей да её сестёр-Дев. Дивное орудие-то. — Да, ваше княжество. — А это молодой человек с вами? — Сын мой, Яр, — засуетился мужчина. — Охотник он. — О, Боги! Точно! — князь приободрился духом. — Тот, который вывел дочь мою из леса? — Да, ваше княжество. Яр, в смущении от такого внимания, нелепо поклонился, получив от князя благодарственный кивок. Пока его отец рассказывал князю что-то про свою мастерскую, взгляд охотника случайно наткнулся на княжескую дочь. Аделина улыбалась, наблюдая за нелепостью Яра. Находясь во дворце, он совершенно не чувствовал себя уютно, в отличие от девушки, которая выросла в такой среде. Чтобы не подавать вида растерянности, парень вновь натянул ухмылку и одними лишь губами произнёс: — «Здравствуй, трусливая Дева.» И несильно поклонился. Аделина поняла это, прекрасно поняла, что он сказал, ведь в глазах парня опять засиял тот блеск, который она узнает из тысячи. *** год. 6 июля. Нещадное солнце обжигало кожу крестьян, собравшихся на поле. Сегодня молодёжь хотела закончить работу поскорее, чтобы отправится на празднование — День Ивана Купала, довольно любимый и известный праздник, особенно среди молодых. Юная княжна прошла вдоль поля, следуя за своей болтливой подругой. Она то и дело что-то рассказывала ей, смеялась и не замолкала. — О, вот и Яр! — подруга окликнула парня. Он стоял рядом с низенькой девушкой, у неё были две златые косы, она теребила кончик красного платка, мило беседуя с охотником. Аделина выглянула из-за спины подруги и посмотрела на незнакомую ей девушку. Та, испугавшись пристального взгляда, быстро попрощалась с парнем и увильнула из-под ловких глаз княжны. — Я такая страшная? — удивилась Аделина, когда Яр подошёл к ней, а подруга, пришедшая с ней, убежала за той девчушкой, быстро пролепетав что-то. — Не каждый день встречаешь княжескую дочь, вот и испугалась, — проговорил он. — Забудьте. Лучше скажите: что же вы забыли-то тут, княжна? Иль, неужто ли, меня проведать решили? — Наступи на язык, охотник. Лучше работай иди, а не языком трепи. — Ты ревнуешь? — И не мечтай, — просто сказала она, собираясь уходить. — Погоди! — окликнул он девушку. — Всем сердцем надеюсь, ты будешь на сегодняшнем празднике, а, трусливая Дева? Аделина улыбнулась и лишь прошлась оценивающим взглядом по охотнику. Она быстро увильнула, возвращаясь к подруге, которая пришла и уже зазывала её. Парень остался в недоумении, смотря вслед Деве, пока она совсем не пропала из вида. Яр издал горький смешок. — «Девица, что лишь с яркими лучами сравниваться». Не зря глупые песни твердят, что Яркосолнечная красива и недоступна. Купальский огонь разгорался сильнее. Вокруг собрались девушки в белых длинных платьях, они плели венки, пели песни и поглядывали на парней, ища глазами тех, кому они вручат сплетённую из разных цветов вещицу. Шум радостных пений, музыкальных инструментов ударил в уши Аделине. Девушке наконец-то разрешили побывать на праздновании Купальской ночи. Чтобы не выделяться на фоне, она надела на себя обычную длинную льняную рубаху. Остальные Девы тоже были тут. Но никто не хотел показываться народу, поэтому алые плащи и дорогие ткани пришлось оставить. На празднике были лишь три Девы: Дева Мары, Дева Живы и Дева Лёли, то есть княжеская дочь. Остальные четверо были слишком малы. — Гляди-ка, и охотники тут, — пролепетала Мороза, Дева Морены. — Ха, а дурни-то говорили, что не придут, лишь бы нас не видеть! — это развеселило Софью, Деву Живы. Яр и ещё троя парней собрались около дерева, в окружении парочки юных особ. Каждая пыталась всучить парню свой венок, но ни один ещё не принял их, просто отшучиваясь. — Нарасхват они у нас, — покачала головой Мороза. Она старшая среди Дев, ей было восемнадцать. Морозе удалось подцепить взглядом одного охотника — Колояра. — И что ж ты, дурень, венки от красавиц не берёшь-то? — поинтересовалась она, когда охотник, избавившись от назойливого внимания, подошёл к ней. — Приму венок лишь от тебя, Мара. — Размечтался. Мороза и Колояр часто флиртовали. — Уу, всё понятно, — протянула Софья. — Идите, голубки, пока мне дурно не стало! Софья третья по старшинству, она на чуть-чуть младше Аделины, ей семнадцать. Обстановка вокруг царила необыкновенная: девушки уже пускали венки со свечами в воду, не боясь в эту ночь даже русалок. Пение, танцы, костёр, признание в любви — так можно охарактеризовать ночь на Ивана Купала. — Так и знал, что вы придёте, княжна, — Аделина дёрнулась, когда неожиданно рядом оказался Яр. — Ох, Лёля, — прошипела она. — Так уж и быть, называй меня по-простому, прошу, а то уже передёргивает от твоего «княжна». — Хах, как скажешь, трусливая Дева! — Яр рассмеялся. — Погодь-ка, сама княжна извинилась передо мной? — Наступи на язык и лучше помолчи! Парень ещё сильнее засмеялся. — Ладно, ладно, больше не буду, но не обещаю! — Я не сомневалась.. Девушка выдохнула и сжала край венка, который держала в руках с самого прихода на поляну. Она сплела его ещё в храме, предварительно собрав ромашки, зверобой, иван-да-марья и колокольчики. Софья всё пыталась выяснить, зачем ей плести венок, и кому же она собирается подарить его. Впрочем, даже сама Аделина не знала ответа. — Гляди-ка! — Яр радостно вскочил. Он указал пальцем на высокие языки пламени, которые расходились в стороны. Молодёжь начала прыгать через костёр. — Ты пойдёшь? — Спросил он, нагнувшись к Деве. Та медленно покачала головой. Ей совершенно не хотелось участвовать в этой забаве. Яр понимающе кивнул и растворился в толпе. Девушка сидела на своеобразной лавочке, сделанной из длинного бревна. Она смотрела, как пары одна за другой прыгали через пламя, хватясь за руки. Она улыбнулась, увидев среди желающих Морозу и Колояра, которые держались за руки и в предвкушении ждали их очереди. Аделине быстро наскучило. Она встала и направилась в сторону озёра. Сев на сухую траву, девушка наблюдала, как чьи-то венки медленно уплывали вдоль тихой глади. В голове перемещались множество мыслей, а настроение подавленное, будто и нет никакого праздника. И самой Деве было сложно понять причину такой тоски, но венок в руках давал очевидный ответ. При каждом взгляде на сплетённые цветы в своих руках, сердце Аделины сжималось, странно начиная ныть. — «Ой, лёли-лёли, на Ивана да на Купала, Я зверобой собирала, Веночки плела да по тихой синей глади спустить так и не смогла. Ай, ляли-ляли, на Ивана да на Купала, Девица, что снится лишь, Запевает одна. Ой, лёли-лёли, на Ивана да на Купала, Суженый ряженый явится…» Чарующий голос Девы разносился над озером. Её дар, данный ей Богиней Лёлей, — это манящий и очаровательный голос, который способен приворожить на время любого и заставить выдать всё, что потребуется. На последней строчки песни голос надорвался, по щекам её потекли слёзы. Одиночество девушки нарушил взволнованный голос: — Тьфу, чёрт, Дева! — Яр прошёл по извилистой тропинке и остановился около девушки. — Ты хочешь попасть в лапы к нежити?! — Будто тебе есть какое-то дело. — Поверь, Дева, есть, — сказал он и, немного помедлив, присел рядом с ней. — Надеюсь, ты хоть не русалкам составить компанию решила? — Дурак.. — прошептала Аделина, вытирая слёзы. Парень закусил губу, не зная, что ему делать. — Аделина, — позвал он её. — У тебя что-то случилось? — Возьми, — девушка протянула ему венок. — Зря делала, что ли. Парень взял венок и покрутил его в руках. Улыбка медленно расползлась по его лицу. — Для меня? — Считай так. Аделина тяжело вздохнула, раздумывая, как поступить. В любом случае, как раньше уже не будет, и сейчас всё зависит от неё. — Яр, — протянула она и повернулась к парню. Далее слов не последовало, но они были не нужны. Неловкая тишина возникла между ними. Впервые Яр почувствовал неловкость и страх, бабочки запорхали в животе. Аделина, сама не ожидая, схватила его за горловину рубахи. Приблизившись, она остановилась. — Трусливый охотник, — неуловимым шёпотом произнесла княжна. Она не колебалась. Аделина прильнула к губам Яра, оставляя лёгкий и невинный поцелуй. Охотник приобнял её за талию, развязывая ленту на косе и отвечая на поцелуй. Сейчас уже княжне всё равно, что алая ленточка слетела с её косы, и длинные волосы развивались на ветру. По обычаям, видеть распущенные волосы у супруги мог только муж. Но кому есть дело до традиций, если в крови бушует юношеская любовь? «Любовь, словно Мор». Часть 1. *** год. 8 июля. — Вот чёрт, — прошептала девушка, быстро вытирая мокрый след слёз с щёк. Она сильнее обняла свои колени, сидя на полу своей комнаты. Тёмно-каштановые волосы, чуть светлее, чем были у Мораны, закрывают её покрасневшее от слёз лицо, искусанные красные губы несильно дрожат, издавая нервный вздох. Девушка сглотнула ком в горле и встала в полный рост, когда очередной раз в окно прилетела какая-то веточка. Она нахмурила брови. — Эй, Мороза! — в сотый раз она слышала мужской голос, зовущий её. — Чёрт, Дева, прошу тебя! Она не отвечала. Мороза не появлялась ни в коридорах храма, ни на тренировках после того самого праздника. Она наврала, что чувствует себя неладно. От части, пожалуй, доля правды тут есть. Девушка действительно чувствовала себя плохо, но отнюдь не из-за болезни. Былая хладнокровная и храбрая Дева, на чьи плечи взвалилась тяжёлая ноша следить и, можно сказать, воспитывать младших сестёр, сейчас выглядела совершено иначе. От девушки, в чьих глазах горел огонёк страсти, ни осталось и следа. Виной тому была совсем глупая вещь, что Дева сама себя корила за это. Глаза, не знавшие ранние слёз, медленно пускали горькие слезинки. — Мороза! Девушка не выдержала, ударив ногой ближайшую ножку кровати, она направилась в сторону окна. Отворив тяжёлые ставни, Дева так и не показалась, лишь дала понять парню, что тот может говорить, кое ему надобно, и уходить. — Ох, слава Богам! - выдохнул Колояр. — Из-за тебя, Дева, у меня скоро седые волосы пойдут! Девушка тихо усмехнулась, слыша такой родной и приятный голос. Она осела на пол около окна. — Нам нужно поговорить. Выйди, прошу. Мне хватить и пары минут. Ты ведь знаешь, я не уйду, пока не поговорю с тобой. Могу простоять под твоим окном хоть весь день. И помни, я никогда не шучу, когда дело касается тебя.. Мороза закусила губу. Девушка встала и не раздумывая бросилась в сторону двери. Всё-таки в этот раз ноющее сердце взяло верх. Оказавшись на улице, она сразу наткнулась на парня, который преданно ждал её. Колояр оторопел, от волнения и смущение пропуская пальцы через длинные, кудрявые чёрные локоны. Мороза сложила руки на груди. Она и позабыла-то, что была ещё совсем в простом белом платьице да волосы чёрные её распущены. В таком виде, если вновь ссылаться на старые традиция, видеть супругу мог только муж. Юным девицам не позволительно появляться в таком виде. Но сейчас Мороза не думает об этом. «Ты и княжна? Смешно, Дева» Вновь вечерний диалог врезался в память, взгляд её заострился, вызывая холодную дрожь. — Чего тебе надобно? — голос девичий был низок и холоден. — Я верю тебе, — коротко сказал парень. — Мне не нужна твоя ложь, — почти сразу выпалила она. — Как тебя зовут на самом деле? — спросил он, пропуская мимо ушей всё сказанное девушкой. Она, собиравшаяся уйти, остановилась. — Как твоё имя в действительности, Дева? — опять повторил Колояр. — Моэра, — тихо ответила она. — Княжна Моэра Морская. — Значит, ты та самая княжна из рассказов? Она кивнула. — Мне очень жаль.. — Не стоит, охотник. — Мне жаль, что я не верил тебе. — Мара, — тяжело вздохнула Мороза. — Пойдём. Она повела его вдоль храма, держа путь в сторону сада, где виднелись ромашки, зверобой, иван-чай.. — Мне было 11, когда это случилось, — начала Дева свой рассказ. — Мой отец - князь Морского княжества. Он был довольно вспыльчив, не любил колдовство, ведьм. Моя мать - княгиня Морская. Добрая, но, увы, несчастная женщина. 4 декабря *** года мне исполнилось 11 лет. Тогда на пороге нашего дворца появилась она - Морена, Богиня зимы и смерти. Не передать словами, насколько был испуганно и разозлён отец. А особенно, когда она объявила, что мне суждено быть Девой. Отцу было стыдно признавать перед народом, что его родная дочь и княжна, являющаяся единственной наследницей, хоть как-то связана с магией. На следующий день было объявлено, что княжна Морская погибла, а опечалившаяся княгиня умерла в муках по любимой дочери, в действительности, когда он приказал казнить жену. Мол, понимаешь, она ведьма. С того момента я больше не слышала ничего об отце и жила в храме. Храм - мой дом, а остальные Девы в действительности мои сёстры. — Но ведь сейчас уже нет этого княжества на карте? — Оно перестало существовать. Но я не знаю, что случилось с отцом, — девушка пожала плечами и прошла дальше по саду. — Погоди-ка, — начал Колояр, пытаясь воссоздать цепочку этих событий. — Князь точно казнил свою жену? Все легенды про Морское княжество, которые я слышал, сказывают, что она скончалась. — На то они и легенды, дурачок. — То есть он никогда не любил княгиню? — Эх, Колояр, — выдохнула она и остановилась около небольшой оградки, за которой росли мощные бутоны чёрных цветов. — Знаешь, про цветы Мора? — она присела и провела пальцами по тёмным лепесткам. — Любовь увядает, словно цветы зимой. Мороз бьёт их по лепесткам. Они умирают. Но лишь Мор, цветок смерти, распускается зимой куда ярче, чем весной. На то и цветков смерти всего ничего, так же как и людей, умеющих сохранить любовь. Мороза встала и повернулась к парню. — Впрочем, он любил её. Любовь расцветает и увядает, но, видимо, она не распустилась вновь с приходом весны, а пала навсегда зимой. Колояр слушал рассказ Девы с сожалением и восхищением, перемещавшимися в его душе. Он подошёл ближе и заправил её выбившуюся из-за ветра чёрную прядь волос. Без лишних слов парень прижал её к себе. Она обхватила его руками и уткнулась носом в его рубаху. Стояли бы они так вечность. Им не нужен никто, пока они в компании друг друга. Вокруг тишина. Лёгкий ветер трепещет их волосы. Объятия, признание, поцелуй. Лишь Мор, цветок смерти, был свидетелем сокровенного чувства. — Княжеская дочь и косторез? — усмехнулась Мороза. — Дева и охотник, пожалуй, так звучит лучше, — Колояр улыбнулся, вновь расплываясь в объятиях любимой..