Chamomile/Ромашка

— Охренеть! — вбегает на кухню взбудораженный Хан, где последние полчаса кашеварил у плиты Хо, готовя обед на двоих. — Что случилось? — интересуется у него соул и Бельчонок вместо ответа пихает телефон прямо под нос к Минхо. На экране картина маслом: Хёнликсы. В постели. В бывшей комнате Хана, в нынешней Феликса. — Я офигеваю просто! Я только вчера съехал, а Ликси уже притащил в комнату Джинни-хёна! Вот это блин скорость! — причитает громко Джисон, — И это осталось бы незамеченным, не захоти Сынминни случайно прийти утром в комнату к моему бывшему соседу! Хо на это только усмехается. Он отчего-то удивлён не был. Напротив: только подобного и ожидал. Видел, на что способны эти два парня, когда теряют остатки контроля. Их и общественное место, студия, не останавливала, и посторонние люди в лице Минхо или других случайных свидетелей, а уж когда на горизонте маячит пустая комната и целый выходной впереди, то сама судьба будто шепчет им не расставаться и делать всё, что душенька пожелает. — Знаешь, — произносит третьекурсник, отправляя порцию овощей в кипящую кастрюлю, — Есть у меня некоторое странное предчувствие, что эти двое — те ещё будущие кролики. Бельчонок удивлённо хлопает глазами, а потом прыскает со смеху: — С чего ты это взял? — Не знаю. — пожимает плечами Хо, — Просто они такие… Быстрые в этом плане, что ли? А ещё, те ещё занозы в заднице. И очень импульсивны! Вспомни, как они, ненавидя друг друга, всё время так и норовили как-нибудь сконтактировать? Хани подумал и решил, что бойфренд не так уж не прав. Реально, как бы друзья не разводили их в прошлом по разным углам, они легко находили способ встретиться, чтобы подраться или поругаться. Их как магнитом тянуло. Как будто каждое утро Хёнликсы просыпались с установкой, что день будет прожит зря, если они не увидятся и не поругаются. А ещё, по мнению Хана, эти двое были довольно страстными натурами. Их многочисленные драки в прошлом, как следствие желания контактировать и куда-то выпустить безудержную страсть только лишний раз доказывали это. Так что Минхо в своих умозаключениях определённо зрит в корень. — Тогда предлагаю всё то добро, что они вчера накупили нам, им же передарить. — предлагает Хани, ухмыльнувшись, — Оно им явно нужнее. — Обязательно передарим! — посмеялся на это Хо, полностью одобряя решение соула, — На их новоселье. А оно такими темпами, думаю, тоже не за горами. — А ещё можно наведаться в секс-шоп и подарить им даже чуточку больше. — поддакнул ему Хани и парочка зашлась заливистым смехом. Война Хёнликсов и Минсонов продолжается.

***

В это время на другом конце города обалдевший Чан смотрит в экран своего телефона и громко возмущается в чате.

Чани:

Вы зачем такое сюда скинули???

За что вы так со мной?

Я не желаю знать никакие подробности

из личной жизни брата!

😫

Хани: Да там же ничего такого!

Чани:

Нифига себе ничего такого!

Они буквально в постели!

Вдвоём!

Хо: Так в одежде же.

Чани:

Слава богу!

Минни: И под одеялом.

Чани:

Тем более, слава богу!

Бинни: Такие милые! 😍 Я все еще не верю, что это не сон и мы, наконец-то можем видеть их не ругающимися! 😊 Минни: Смотрите, что ещё есть 😎 *прикреплённое изображение*

Чани:

Ребят!

Вы чё издеваетесь?

😫

Нини!

Где ты?

Хоть ты меня поддержи,

пожалуйста!

Хо: А он не у тебя? Минни: … ПХАХАХАХАХАХА Бинни: Я вчера что-то пропустил? Хо: А я говорил тебе, хён, что ты зря решил убежать. Бинни: Я что, правда, что-то пропустил? Или он прикалывается просто? Чани, Айенни правда у тебя? 😳

Чани:

Чего?

Вы о чем вообще?

Почему он должен быть у меня?

🤨

Хо: Совсем ни о чем! Минни: ПХААХХААХХААХАХ Хани: Мне кажется или мимо меня опять что-то ускользнуло?.. Хо! Нам надо серьёзно поговорить! Бинни: О! первый разлад в семейной жизни? 😚 Минни: Хён, у меня есть попкорн! 😎 Бинни: Отсыпь часть мне! Айенни: Не понимаю, куда я попал. День третий. Чан посмеялся с шутки младшего и отложил телефон в сторону, не желая более напарываться на фотографии интимного содержания с братом, его парнем или ещё с кем-нибудь из друзей. Потому что эта компашка, пока все косточки не обглодает, пока каждый снимок не обсудит — не успокоится. А У Чана не было на это времени, так как его ждали неотложные дела, и следовало бы заняться подготовкой к оным. А разборки он оставит на потом, когда он будет не одинокой единицей, а обзаведётся поддержкой на стороне в лице Нини, который вечером ждал его к себе в гости. Вдвоём они точно научат уму разуму остальных детишек. И не важно, что Айенни при этом всём был младше них всех.

***

Хёнджин напоминал Феликсу счастливого хорька. Суетливый, длинный и изворотливый, который с самого утра ни на шаг не отходил от блондина. Ликс в ванную, эта живность за ним. Ликс на кухню, Джинни уже там. Ликс готовить, Хван крутится около него, так и норовя тронуть, коснуться, повиснуть, обнять со спины, уложить свою голову на плечо и ни на секунду не желая отходить, ради терпеливого ожидания обеда. Первый приём пищи парни благополучно пропустили — долго валялись в кровати и дотянули аж до трёх часов дня. Сынмин, после своего первого появления, в комнату больше не приходил и никак им не мешался. И слава богам, учитывая, чем они впоследствии занимались. Хотя с их «первого раза», если можно было так выразиться, прошло уже очень много времени, но Феликса продолжала грызть совесть. Он ощущал себя страшным мудаком. С чего-то сам себе выдумал, что его парень опытный по всем фронтам и даже не спросив, позарился на его интимную неприкосновенность. Хотя сам Джинни утверждал, что всё хорошо, весь светился от счастья и был доволен как не в себя после всего произошедшего, младшему всё равно было стыдно до чёртиков. И, наверное, именно поэтому он не имел ничего против того, что Хван крутился около него и мешал ему готовить, постоянно залезая под руку. Как бы, таким образом, блондин хотел скомпенсировать свой мерзкий, на его взгляд, поступок. — Вкусно пахнет. — произнёс третьекурсник, высунув голову через плечо бойфренда и с шумом втянув воздух через нос, — А что это? Уставший немного от назойливого висения на себе, Ликс решил пошутить: — Жареные баклажаны в баклажанном соусе с баклажанами. Как реакция: бровки Джинни сразу сошлись к переносице, а губки надулись. Но прекратить обнимать со спины или хотя бы убрать свой подборок с плеча Ли он всё же не торопился. — Я не видел, чтобы ты такое резал…. — заметил обидчиво он. — А у меня всё заранее было приготовлено. — парировал Ликси. — Тогда я не буду такое кушать. — Правда? — наигранно весело воскликнул второкурсник, — Значит, мне больше достанется? — Только и ждёшь, как обобрать нуждающихся… — буркнул Хван, совсем обидевшись, на что Ликс посмеялся. В такие моменты Хёнджин так сильно напоминал ему капризного ребёнка, но это так умиляло и забавляло, что и злиться не хотелось. Спустя минут пять еда была готова. Ли, перед тем как отключить конфорку, в последний раз набрал немного содержимого кастрюльки в ложку и попробовал, чтобы убедиться, что всех специй хватало, и всё было доварено и дожарено. Так же ему пришлось сунуть такую же, а может даже большую ложку с содержимым в особенно «нуждающийся» рот (чтобы тот не ныл, как говорится), и только затем отключить конфорку. Далее надо было подготовить посуду. Младший нашёл на полочках милые чашечки и разложил их обед по ним, деля на равные порции (для Хвана втихушку выбирая самые красивые и аппетитные кусочки). Затем Ли сообщил Джинни, что тот может, наконец, сесть за стол и приступить к еде. Но пока Цыплёнок сам этого не сделал, Хван совету не последовал, продолжая назойливо ходить хвостиком от стола к шкафчику, от шкафчика к холодильнику, от холодильника к раковине, от раковины к столу... В общем, по пятам за бойфрендом. И даже за столом Хван не мог успокоиться. Сидеть напротив парня ему не понравилось, а потому он всё елозил и елозил, потихоньку вместе со своим стулом перебираясь ближе и ближе по чуть-чуть, пока, в конце концов, не оказался на одной с ним стороне. Ли в очередной раз глаза закатил, но помня о собственных ошибках этим утром, решил спустить на тормозах и это. Видимо после близости в голове Джинни что-то щёлкнуло и он возжелал 24/7 находиться рядом с соулом. Винить парня за это нельзя, для него это всё впервые. Пока они уминали свой обед, громко переговариваясь и постоянно смеясь, на кухню кто-то вошёл. Феликс привычно не обратил на это никакого внимания, так как кухня общая и тут постоянно кто-то ошивается, зачастую — не только с их этажа. А вот Джинни напрягся, помня о том, что находился тут не совсем законным путём и не знал, как вошедший среагирует на постороннего для их общежития человека. Некто, вошедший на кухню, по-видимому, ничего особого не заметил сначала. Он даже не поздоровался с людьми, что пришли раньше него. Достал кружку, налил себе воды и залпом выпил. И только потом повернулся и сразу напрягся, заметив нечто из ряда вон выходящее. Он наклонил голову набок, чтобы разглядеть поближе и удостоверится, что ему не показалось. Подошёл чуть ближе и брови его поползли наверх от удивления, когда он понял, что ему всё же не показалось и он действительно видел сидящего за столом общей кухни Хван Хёнджина. Пришедший парень не смог сдержать комментария: — Опаньки! Не помню, чтобы университетский принц жил в нашей общаге. И вроде бы в самой фразе ничего такого, как и в самом содержании комментария, но Ликс услышал эту некую язвительность и неприкрытую раздражительность. Особенно в части произнесения прозвища Джинни. И если изначально Ликс не собирался никакого внимания обращать на вошедшего, то сейчас считал своим долгом посмотреть на этого бессмертника, дабы выяснить, что он имел против него или Хёнджина. Обернувшись, Цыплёнок встретился глазами с соседом Сынмина. Он испытывал к этому парню некую неприязнь. Не то чтобы он с ним прямо ругался, но… Были некие тёрки в прошлом. Потому что у третьекурсника с факультета менеджмента была дебильная привычка оставлять за собой беспорядок на общей кухне или в коридоре, и на этом фоне они несколько раз цапались. Не сильно: обычно обходилось всё разговорами на повышенных тонах, расхождением по разным углам, забвением и впоследствии они могли сосуществовать и дальше. Однако налёт неприязни никуда не девался, а потом ещё и Минни рассказал про его похождения на любовном фронте, что не добавило Ён Вуну симпатии в глазах второкурсника. — Поздравляю! Альцгеймером не страдаешь! — не менее язвительно, чем сам парень, ответил ему Ликс. Потому что тон, с которым этот тип произнёс прозвище Джинни ему крайне не понравился. А ещё и сама абсурдность факта, что по поводу «лишних» гостей в общаге предъявлял ему именно он, а не кто-то ещё. Тип, что на постоянной основе таскал сюда девушек, возмущается, что Ли впервые в жизни привёл своего парня! Сюр! — Мог бы из комнаты не вылезать. — зло усмехнулся Ён Вун. — И зачем нам о таком париться? — бросил Ликс. В отличии от этого недо-Казановы у него хотя бы был парень, а не девушка и если сильно не приглядываться, то Хван чисто теоретически мог тут обитать. В отличие от пассий Ён Вуна. К тому же комендант общаги не имеет привычки заглядывать в комнаты или бродить по этажам и Хван мог со спокойной душой ходить по ним всем, заглядывая в каждый уголок, который бы ему приглянулся. В противном же случае всех любовниц этого типа с факультета менеджмента давно бы уже спалили. — Потому что я случайно, так сказать, могу кому-нибудь рассказать о незаконных проникновениях в общагу. — сложил руки на груди Ён Вун, и бросил раздражённый взгляд на сидящего тише воды и ниже травы, и не понимающего, что вообще происходит, Хёнджина. — Тогда будь готов, что я тоже кое-кому, кое-что расскажу. — вскочил с места Ликс, прикрыв своим телом соула от этого полного ненависти взгляда. Хван, почуяв неладное и понимая, что дело начинает пахнуть жаренным, очень захотел, чтобы парни разошлись в стороны, и ради достижения этой цели попытался неловко пошутить: — Слушай, я бы на твоём месте с ним не воевал. — хохотнул Хван, имея в виду своего соула, от которого в прошлом не единожды получал по морде. Джинни думал, что его глупый каламбур поможет сбавить градус напряжения на этой кухне и никак не ожидал, что вместо этого масла в огонь подольёт. Ён Вун, лишь заслышав голос, весь напрягся и покраснел от гнева, зубы его скрипнули, глаза закатились и ответил он ещё более язвительно, чем до этого: — А то что? В одной постели с ним окажусь? Спасибо. Не надо. Я предпочитаю, когда между ног кое-что отсутствует. По одной этой фразе до Хвана резко доходит, что причина сей враждебности была вовсе не в Феликсе, и не отношениях этих двух соседей по этажу. И не в том, что он не ожидал тут постороннего увидеть. Ненавидели здесь именно самого Хёнджина и именно его не желали видеть в общаге. Будь на его месте другой какой-нибудь парень, вряд ли бы сосед Сынмина полез в перепалку с Ликсом, учитывая, что у него самого рыльце в пушку. А вот снести раздражающего его по какой-то причине Хвана он не смог. Единственным человеком на этой кухне, не понимающим всей ситуации в целом, оставался Феликс. Но ему и не нужно было понимать. Он просто не мог вынести сам факт того, что кто-то к его парню смел так обращаться. От брошенной язвительной фразы плечи второкурсника заметно напряглись, а кулаки сильно сжались и, по мнению Джинни, это было очень плохо и не сулило ничего хорошего. — Тогда наверное хорошо, что его тебе скоро отрежут? — парировал раздражённый и разозлённый донельзя Ли, припоминая обещание своей подруги, Чхве Лии, отрезать «стручок» этого сперматоксикозника, если он продолжит клеить девушек. Минни, конечно же, в красках и с особым удовольствием в тот же день, как услышал сам, передал сообщение от Лии-нуны, но вот только Ён Вун, к всеобщему сожалению, оказался куда умнее и такой выдумке не поверил. — Пффф! Очень смешно. Испугали капец. — саркастично бросает сосед Сынмина, снова зачем-то смерив раздражённым взглядом Хвана позади Ликса. Хотя тот в отличие от своего соула помалкивал и слова плохого не сказал. Пока оба парня мерили друг друга враждебными взглядами, а Хван растерянный сидел позади, на кухню вдруг выплыла неизвестная особа. Не обременённая чувством стыда, в одной только футболке своего ночного любовника. И если Ликс до этого считал, что его бойфренд совершенно бесстыден, то теперь убедился, что у Хёнджина воспитание всё же присутствовало. По крайней мере, на общей кухне он был в штанах и футболке, и даже кардиган Ликса на себя натянул. Пришедшая девушка сначала не обратила никакого внимания на обстановку вокруг и сомкнула свои руки на шее Ён Вуна. Однако его напряжённость, тот факт, что он никак не ответил на её объятия и, в целом гробовое молчание, висящее в воздухе, заставили её усомниться в нормальности происходящего и руки пришлось убрать. Она виновато прикусила губу и повернулась в сторону Хёнликсов, сразу заметив позади блондина Хёнджина. И, конечно же, она не могла оказаться одной из тех, кто не фанател по Принцу. Не могло парням так повезти. Она кокетливо построила глазки и помахала красноволосому ручкой. И даже ранее разлетевшаяся по универу новость о том, что он гей и что встречается со своим соулом, её не остановил от этих действий. Джинни, привыкший к этому, дежурно улыбнулся в ответ, хотя никогда не любил подобного отношения к своей персоне. Он всегда улыбался в таких случаях, хотя и очень натужно. Просто затем, чтобы не казаться грубым, и чтобы фанатская любовь не переросла в фанатскую ненависть. Потому что снести флирт было гораздо проще, чем, к примеру, кнопки в ботинках. А он на своей практике сталкивался с подобным ужасом и повторения ситуации не хотел. Феликс, что и так находился на взводе от происходящего, теперь готов был рвать и метать от резко накатившего чувства ревности. Мало того, что на его парня всякие типы наезжают, так ещё и девка этого самого типа глазки строит его соулу! Джинни, заметив, что ещё секунда и может начаться драка, резко поднимается с места, желая выйти из конфликта без лишнего кровопролития, притягивает Цыплёнка к себе за плечи и предлагает пойти им в комнату: — Может, поедим за просмотром фильма? Недавно одна неплохая комедия вышла. — под его руками взбешённый Цыплёнок слегка расслабляется, а в голосе считывает эту осторожную и безмолвную просьбу не начинать драки и не портить этим их идеальное свидание. Джинни безумно хотел уйти отсюда поскорее. Подальше и от неприятного соседа, что на него зуб точил и от его подружки, которая плевала на своего любовника и строила глазки занятому Джинни. — Хорошая идея. — буркает ему в ответ Ликс и силой заставляет себя отвернуться от парочки, чтобы собрать всю остывшую еду. Хван выдыхает и хочет надеяться, что это все неприятности на сегодня и дальнейший остаток дня принесёт им только хорошее, но вот происходит снова нечто из ряда вон. За своей спиной парни слышат звук затвора камеры, что заставляет обоих резко повернуться. Эта девчонка, что вышла из комнаты в одной только футболке (Хёнликсы сомневались даже в том, что на ней были трусы), взяла с собой телефон! И на который зачем-то запечатлела Хёнджина! Хотя понятно было зачем. Чтобы в последствии этот снимок как-то использовать или возможно продать совсем уж бешенным фанатам Принца. Ён Вун в данной ситуации был ни при чём, но с удовольствием наблюдал за действиями подружки и за окончательным падением в дыру ненависти Ликса. Понимая, что ещё секунда и аппарат этой девчонки полетит прямо в пол или в саму особу, Хван успевает перехватить своего парня в последний момент, прежде чем его рука добралась бы до чужого телефона. Он просил, буквально умолял, Цыплёнка не обращать внимания и пойти поскорее в комнату. Но всё было тщетно. Фитиль уже подожжён и до взрыва оставалось пара секунд. Полностью уверенные в своей безнаказанности, девушка с парнем с удовольствием пялились на них, пока Хван силой тащил Ликса в комнату. Уйти так просто, заставить их думать, что всё в ажуре, что бы они не делали — это было выше самого Хёнджина! Поэтому напоследок он бросает им, что если увидит это фото хоть где-то, то одним обращением в полицию, где у него работает ближайший родственник, они не отделаются, ведь плюсом к этому, он подключит к делу своего влиятельного деда и его связи, чтобы жизни этих двоих максимально разрушить. И плевать, что это было полнейшим фарсом и его дедуля подобным даже близко не занимается. Парочка ведь об этом не знает и такого запугивания хватает, чтобы они заметно сдулись. И Хван был уверен, что как только они с Цыплёнком скрылись за дверьми комнаты младшего, третьекурсник с факультета менеджмента приказал своей подружке удалить фото, во избежание неприятных последствий в будущем. И этим Джинни окрестил собственную победу.

***

— Какой кретин!!! — ругался Ликс, меряя шагами собственную комнату, — Урод! Скотина! Да что он себе позволяет?! Ли рвёт и мечет, словно загнанный зверь, бесконечно ругаясь на двух идиотов, оставшихся на кухне и не дает усадить себя на кровать, где давно сидел совершенно спокойный Джинни. — И дура эта! Глаза ей выколоть и руки отрезать, чтобы на чужих парней не покушалась! Идиотка! Хван вздыхает и снова тянется к соулу, чтобы попытаться усадить Цыпу, тем самым успокоив его. Но когда и в этот раз не выходит, то вновь приходиться применить силу. Хёнджин насильно захватывает его в свои объятия и усаживает прямо себе на колени, руки сомкнув на его талии и уложив подбородок на его плечо. — Не психуй ты так и забей на идиотов. Не стоят они того. — просит он, желая этот инцидент оставить далеко в прошлом и вернуться к выходному свиданию. — Не могу я забить! — возмущается ему в ответ Ликс, который был распалён до предела и в отличие от Хвана не мог по щелчку переключаться в своих состояниях, — Как Минни уживается с этим типом в одной комнате? Я бы его и его подружек убил бы давно! — Просто Минни не хочет в тюрьму. — глупо шутит Джинни. — А мне уже плевать! Отпусти и я ему морду начищу! — рвётся на свободу Ликс. Хван же, вместо того, чтобы отпустить лишь крепче прижимает парня к себе за талию и тихо смеется в его спину: — Цыплёнок, ты на нахохленного петуха похож. Находись Ли в более лояльном настроении, не хоти он убить кое-кого, шутка возможно сработала бы, но к сожалению второкурсник рвал и метал, а потом разозлился ещё больше. — Ещё ты меня бесить вздумал??? — рявкнул он на бойфренда и попытался извернуться в чужих объятиях так, чтобы глянуть в лицо этого бессмертника. — Не ревнууууй! — тянет Джинни, легко улыбнувшись. — Чего? Да кто тут ревнует? — Ты, конечно. — Никто не ревнует! — Ты учил меня не врать, а сам... — Я не вру! — Конечно, не врёшь. — кивал Хван, вытянув губки и полностью убеждённый, что Ликс по большей части взорвался не из-за грубых слов, не из-за того, что их пытались с кухни выгнать, а именно из-за девушки, что посмела строить свои глазки Джинни. Феликс прекращает брыкаться, поняв, что действо это бесполезное, так как Джинни держал его слишком крепко, складывает руки на груди и интересуется: — Я не понял, а ты, какого чёрта такой спокойный? В его представлении человек, что не мог снести в прошлом оскорбления со стороны ненавидящего его Ликса, который в целом не был в восторге от этих заигрываний множественных незнакомок и незнакомцев, никак не мог оставаться таким спокойным, когда буквально всё кричало ему о том, что надо бы разобраться с данной ситуацией! — Потому что на эту девушку мне как-то всё равно, привык уже, — вздохнул Джинни, — А этому кретину и так фигово, ведь он варится в собственной желчи и рано или поздно скопытится от зависти. Так что не вижу смысла распаляться на этих людей. — Зависти? — Ага. Он меня ненавидит только из зависти. Я вспомнил, что однажды сталкивался с ним в коридоре и тогда он от мерзкого, снисходительного комментария не удержался. Его видимо страшно бесит, что ему приходится из кожи вон лезть, чтобы нравиться девушкам, а мне для этого ничего не надо делать, и всё равно внимание обеспечено. — А ты и рад этому! — закатил глаза Ликс, у которого перед глазами всё ещё стояла та сцена на кухне, где Хвану глазки строили, а он улыбался ей, как дурак. Ответа не следует долго и Ли это немного напрягает. Он поворачивается, чтобы посмотреть на затихшего парня. Когда они встречаются глазами, то Ликс замечает в них доселе невиданное бесконечное чувство печали и некой обречённости. — Ты и правда так думаешь? — спрашивает тихо Джинни, и по голосу слышно лёгкие обвиняющие нотки, — Правда думаешь, что мне в кайф всё это внимание? Ликс виновато закусывает губу. Он никогда так не думал, на самом деле. И брякнул подобное обвинение, потому что всё ещё был немного взбешён и не следил за тем, что вырывается из его рта. В прошлом, да и сейчас, он видел, как Хёнджин весь сжимается и закрывается в себе, когда на горизонте маячат его сумасшедшие фанатики. Второкурсник помнит и те ужасные подарки, которые «поклонники» надарили Джинни в его день рождения: кулоны со всякими волосами и прочими мерзкими вещичками. Ликс не наивен и понимал, что у университетского принца от его популярности проблем гораздо больше, чем каких-либо бонусов. Ему хватает глупых фанатов, хватает мерзких завистников, сталкеров, что преследуют его самого, его семью или близких. К тому же сам Джинни довольно неконтактный парень и очень ценит уединение, тишину и спокойствие, а вечно визжащие вокруг него люди постоянно подрывают его зону комфорта. И Ликсу стоило бы подумать головой, прежде чем беситься и предъявлять такую глупость, которую ему продиктовала собственная ревность. — Прости. — искренне извиняется Феликс и тогда Хёнджин заметно расслабляется, боль из его глаз уходит и он расплывается в лёгкой улыбке, обрадовавшись, что эта канитель с участием неприятных лиц закончилась и теперь они с соулом могут продолжить своё свидание. — Всё в порядке. — легко отвечает он, — Будем завтракать? — Ты имел в виду обедать? — улыбнулся в ответ Ли. — Это первый приём пищи, так что завтракать. — возразил Хван, что по жизни привык к тому, что его утро зачастую начиналось после полудня. Цыплёнок счастливо хихикнул и обнял руками парня за шею. Спорить он не стал, но завтрак-обед всё равно надолго ушёл на задний план, ведь гораздо интереснее и вкуснее оказались чужие губы.