Водоворот боли

Оставшись наедине с собой Ракель много размышляет, она думает о том, что ее жизнь превратилась в ад. Еще каких-то три года назад она была счастливой и амбициозной журналисткой, мечтающей о своем телешоу на одном из главных каналов Испании. Представляла, как они с мужем будут путешествовать по Европе, а когда вдоволь насладятся друг другом, она, наконец, подарит ему сына, а потом и дочку. Теперь же мысль о материнстве была одной из пугающих в жизни Мурильо. Ведь как можно приводить в этот мир ребенка, когда твой муж, что еще недавно носил тебя на руках и шептал слова любви перед сном, бьет тебя по лицу, оскорбляет и насилует? Как можно подарить любовь маленькому существу, если ты больше не веришь в это чувство? Паника, страх, беспомощность — вот какие чувства теперь были знакомы Ракель. После первых же побоев Альберто, девушка пожалела о том, что позволила себе полюбить, она дала себе обещание больше никогда не совершать такой ошибки. После всей боли, что она испытала за последние два года брака, ей сложно верить, что в мире есть порядочные люди. Именно так она и думала, пока случайный незнакомец с такой же раненой душой не оттолкнул ее от края крыши, спасая от суицида. Ракель задумывается о том, что, возможно, остался какой-то процент людей, которые имеют сердце, и которым знакомо сострадание. Иначе как можно объяснить ее поступок? Она пошла за незнакомцем, слепо доверившись ему. Но сейчас, находясь в старом доме в Толедо, ее начинают одолевать сомнения. Разум снова решает заговорить с ней, нашептывая ужасные вещи о том, что Серхио ее предаст. Здравый смысл говорит ей, что нельзя быть такой наивной идиоткой и соглашаться на помощь первого встречного. Он предостерегает ее быть умнее и рассчитывать только на себя. Тебе никто не поможет! Голова разрывается от потока мыслей, ей кажется, что стены давят на нее, пульс зашкаливает, становится трудно дышать. Ее ноги слабеют, и она падает на колени около дивана, не в силах контролировать этот приступ паники. Перед глазами все плывет, руки дрожат, а из глаз льются слезы. Из горла вырывается тихий стон, Мурильо сжимает правый кулак и что есть мощи ударяет им по паркетному полу, сбивая костяшки до крови. Она снова ревет, на этот раз от физической боли, но тем не менее снова наносит удар кулаком. Кровь стекает по ее руке, но она продолжает бить по полу до онемения в конечности. Когда силы заканчиваются, Ракель прислоняется спиной к дивану и начинает истерично смеяться, в то время как слезы бегут по ее щекам. — Я ненавижу свою гребаную жизнь! — Кричит она, прислоняя ушибленную руку к своему животу и пачкая цветочное платье, что нашел для нее Серхио. Дав себе время, чтобы успокоиться, девушка медленно встает на ноги и направляется в ванную, чтобы промыть рану. Вода больно обжигает ссадины, появившиеся на костяшках пальцев, но Ракель не замечает этого, она завороженно смотрит на то, как раковина окрашивается в алый цвет. Там же в ванной комнате она находит старую аптечку с просроченной перекисью и льет ее себе на руку, разглядывая, как жидкость шипит на ее ранах. На ее удачу в аптечке оказывается еще и зеленка, которой она позже обрабатывает ссадины. И чтобы хоть как-то отвлечь себя от грустных мыслей, Ракель решает вернуться к чтению, устроившись на кресле в гостиной, до тех пор пока часы пробивают 2 часа дня, заставляя ее вздрогнуть и распахнуть глаза. Мурильо обращает свое внимание на время и её охватывает новая волна паники. Серхио уехал больше шести часов назад, хотя обещал вернуться максимум через три-четыре. __________________________ Когда глаза архитектора Маркина открываются, а сознание слегка проясняется, он сперва ощущает пульсацию в затылочной части головы, куда как раз пришелся удар битой, а затем он чувствует, что его руки болезненно связаны между собой и при этом обнимают холодный металлический столб, который поддерживает его спину, не позволяя упасть. Ноги мужчины вытянуты впереди. Пытаясь сфокусировать зрение, Серхио осознает, что на нем нет его очков, а значит его попытки увидеть, где он находится, практически равны нулю. Перед собой он видит лишь три расплывчатые силуэта, по одежде которых он понимает, что это мужчины. Помещение, в котором ему не посчастливилось оказаться темное и сырое, похожее на какой-то цех или ангар. Слух улавливает шум какого-то станка, и Серхио понимает, что он на лесопильне. — Очнулся? — Слышит он грубый мужской голос одного из похитителей. — Да, кажется приходит в себя. Сильно же ты ему врезал, Хави, он был в отключке почти три часа. — Услышав, сколько прошло времени, Маркина в первую очередь думает об оставленной дома Ракель, и лишь потом о плачевности ситуации, в которой он оказался. — Ей, кусок дерьма! — Кричит тот самый Хави, пихая его ногой в бедро. — Давай, приходи в себя, разговор есть! — Что вам нужно? — С трудом выдавливает из себя архитектор, морщась от головной боли. — У тебя есть кое-что, что тебе не принадлежит, друг мой! — Он садится перед ним на корточки и хватает за подбородок, вынуждая его посмотреть на него. — Куда ты ее отвез? — Вы меня с кем-то путаете. — Отвечает Маркина, мотая головой в попытке смахнуть чужую руку. — Я не понимаю, о чем вы. — Ладно, попробуем иначе. — Он убирает руку, но лишь для того, чтобы согнуть ее в кулак и ударить Серхио по лицу. — Ну как? Память не вернулась?! — Ревет он. — Я правда не понимаю, о чем вы. — Серхио сплевывает кровь от разбитой губы. Но по правде говоря, осознание того, почему его связали пришло к нему сразу после того, как он открыл глаза. Ракель предупреждала его, что Альберто не идиот и что он очень быстро вычислит, кто и когда вывел его жену из больницы. И не удивительно, что его схватили около дома, Викунья явно сразу же определил, по какому адресу проживает архитектор. Положение хуже некуда. — Хватить выебываться, умник! — К ним подходит третий похититель, что ранее стоял в стороне. — Ты не знаешь с кем связался! Никто не переходит дорогу Альберто Викунья! — По голосу Маркина понимает, что перед ним муж Ракель. — Держи, так лучше видно? — Коп надевает на его нос очки, но Серхио по прежнему молчит. — Поднять его! Двое других хватают его подмышки и с силой тянут вверх, требуя встать на ноги. Сквозь грязь очков мужчина видит, что помощники Альберто далеко не полицейские, а скорее двое отморозков, какие обычно выполняют грязную работу на подобии избавления от трупа. Так же он понимает, что если не придумает что-то в кратчайшие сроки, то сам вполне может стать этим трупом и встретиться со своим братом раньше положенного срока. Не успевает Маркина задуматься о плане побега, как жесткий кулак Альберто ударяет его по ребрам, вынуждая согнуться на сколько позволяет его положение. — Где моя жена, мразь? — Ревет он у его лица. — Один раз ты меня одурачил… — Само собой, увидев Серхио на камере, Викунья вспомнил в нем того очкарика, что «случайно» перепутал больничную палату». — Куда ты ее увез? Ты ее любовник?! — Повторяю, я не знаю, о чем вы говорите. Вы меня с кем-то перепутали. Я обычный архитектор. — Не парь мне мозги, я не вчера родился! — Комиссар берет биту у Хави и со всей дури ударяет Серхио по бедру, но тот лишь сжимает зубы, чтобы не закричать от боли. — Ты будешь говорить или нет?! — Я ничего не знаю! — Сквозь боль ревет он. — Ублюдок! — Схватив его за подбородок, он припечатывает голову Серхио к колонне, пульсация в месте предыдущего удара усиливается, он чувствует, что по шее течет кровь. — Развяжи его, Майки. — Через секунду руки архитектора освобождаются, он собирается нанести ответный удар, но противник опережает его вновь замахиваясь битой, чтобы треснуть ей по другой ноге. Корчась от боли, тело мужчины падает перед копом на колени. Слабость ощущается каждой клеточкой, однако Маркина знает, что убивать его сейчас не будут, потому что им нужно знать, где жена комиссара. Но это не означает что перед этим из него не выбьют всю душу, причем буквально. Он опирается ладонями об пол, пытаясь подняться, но снова терпит неудачу, в этот раз уже Хавьер нападает на него слева, грубо ударяя ногой в живот, как итог — мужчина окончательно падает. — Вы знаете, что делать. — Викунья передает биту Майки, а сам удаляется из помещения, оставляя своих амбалов один на один против уже изрядно побитого Серхио. ___________________________ Уже в течении получаса Мартин меряет шагами комнату, расхаживая из угла в угол. А все из того, что он переживает за брата своего лучшего друга, который так же был и любовью всей его жизни. Серхио звонил аргентинцу рано утром, сообщая, что выехал из Толедо в Мадрид за своими вещами и документами, и обещал позвонить на обратном пути, чтобы Берроте купил для него и Ракель два билета на Филиппины. Именно туда он и собирался увезти девушку, спасая от жестокого мужа. С момента их разговора прошло слишком много времени, да и телефон архитектора был недоступен последние два часа, с тех пор как обеспокоенный Мартин начал названивать ему. Не понимая, что же делать, он хватает свой телефон, чтобы снова вызвать сербов. — Да, Палермо! — Отвечает ему голос в трубке. — Хельсинки, дружище, мне снова нужна ваша помощь. — Они всегда используют кодовые имена, хоть и знают настоящие. — Снова твой товарищ, которого мы доставали из канализации? — Подкалывает его серб. — Мне не до шуток, Мирко! — Огрызается аргентинец, давая понять, что дело серьезное. — Его телефон выключен, а мне нужно знать, все ли с ним в порядке. Отправь своего человечка к нему домой, а второго в Толедо, проверить не вернулся ли он. — Ладно, будет сделано. Мартин сбрасывает вызов, садится за свой компьютер и попутно набирает еще один номер. Человеком на том конце провода оказывается инспектор полиции Мадрида, которую в ее участке называют не иначе, как акула. Та самая, которая поотгрызает всем конечности в стремлении добиться результата, и не важно в каком деле. Неподкупная и беспринципная — рыжая бестия Алисия Сьерра. — Сколько раз я говорила тебе, не звонить мне, когда я на работе, твою мать! — Орет она в трубку своего мобильника. — Я придушу тебя, когда ты вернешься в Испанию! — Я тоже очень скучал по тебе, любовь моя. — Ёрничает в ответ аргентинец, не обращая внимания на ее угрозы. — Чего тебе, Мартин? У меня нет времени играть в лучших друзей. — Пробей для меня телефончик. Хочу знать, где он последний раз был в сети. — Ты с ума сошел? — Шипит рыжая. — Да я скорее сожру свои трусики, чем рискну ради тебя работой. Ты не понимаешь, о чем просишь! — А если я скажу, что это телефон младшего брата Андреса? — Она слышит это имя и все в ее сознании меняется, в голове вспышками появляются воспоминания о нескольких месяцах, проведенных с лучшим любовником, который когда либо был в ее жизни. — Что такое, Али? Вспомнила единственного мужчину, что отверг тебя? — Меня никто не отвергал, сукин ты сын! Вы обвели меня вокруг пальца, вы использовали меня, как марионетку! — Ошибаешься, он любил тебя, пока я любил его. — С грустью произносит Берроте. — Но все в прошлом, Али, Андрес вчера умер, а вот Серхио похоже вляпался в дерьмо. Мне нужно его найти. Сделай мне одолжение, и я больше никогда не побеспокою тебя. — Умер? — Сьерра ощущает странную боль под ребрами. Хоть она уже целых 3 года не слышала ничего об Андресе де Фонойоса, эта новость все равно ранит ее. — Да, проклятая болезнь в наследство от матери, поскорбишь позже. — Диктуй номер… — Грустно произносит она, пытаясь не дать волю слезам, ведь она сильная женщина. Благодаря помощи Алисии, Мартин выясняет, что Серхио находится в Мадриде, его телефон последний раз пинговался в районе Alcorcón на юго-западе от центра города. И это довольно странно, учитывая, что ему ничего делать в том районе. Как раз в это время перезванивает Мирко, сообщая, что его человек нашел припаркованный автомобиль около дома архитектора, но следов мужчины найдено не было, за исключением разве что нескольких капель крови, что были на асфальте около его машины. А в Толедо лишь Ракель, к которой он приехал лично и которая напугана до чертиков, потому что ее спаситель так и не вернулся. — Она хочет поговорить с тобой. — Сообщает серб, передавая девушке телефон. — Его схватил мой муж, я в этом уверена. — Плачет она в трубку. — Так, сеньорита, успокойся. Мои ребята его найдут. Мне только нужно знать, что тебе известно о районе Alcorcón. Вряд ли, конечно, у твоего благоверного там участок. — Alcorcón? — Ракель пытается сообразить, почему ей знакомо это название. — Ну же, дорогуша, думай скорее. Ты же не хочешь, чтобы мы нашли твоего нового друга с проломленной головой? — Ему приходится сменить тон на более грубый. — Точно! Maderas RADO! — Радостно кричит Ракель. — Это лесопилка Хави, друга Альберто. Там огромные склады, он точно отвез его туда. — Мирко выхватывает телефон из ее рук. — Я собираю ребят, мы выезжаем! — Не дожидаясь ответа аргентинца, серб скидывает звонок и идет к машине, девушка бежит за ним. — Куда ты, красавица? — Я поеду с вами! — Не смеши меня, принцесса. Тебе там нечего делать, иди поищи в доме аптечку и нитки, уверен, ему понадобится. — От слов серба Мурильо замирает в ужасе, представляя, что ее спаситель пострадал по ее вине. Но ей ничего не остается, кроме как вернуться в дом и ждать…