Never too late

      В какой момент всё пошло наперекосяк? Алекс давно задаёт себе вопрос на эту тему и уже устала искать ответы на бесконечное количество подобных вопросов: глупые, бессмысленные, не приводящие ни к чему хорошему, только к дополнительным расстройствам и переживаниям. Ей нельзя нервничать, ей нельзя испытывать тревогу или панику, иначе была вероятность того, что она окончательно себя потеряет. Но что делать сейчас? Когда её друг попал в передрягу, из которой почти невозможно выбраться живым? Как здесь не тревожиться? В первую очередь, Алекс ощутила множество противоречий внутри: помогать или нет? Конечно, помогать! В каком бы состоянии она ни была, Джером постоянно приходил ей на помощь и спасал её от губительных приключений и вспышек саморазрушения. С другой стороны, своя жизнь дороже, к тому же рядом Ло. Вторая проблема — рассказать обо всём Ло или нет. Очевидно, нет! Ему крышу снесёт сразу, как только он услышит имя заклятого врага, и последствия будут хреновыми. С другой стороны, он заслуживает знать правду, к тому же так будет более понятна и достижима цель по возвращению его в свой родной мир.       Алекс ненавидела себя сейчас за эти противоречия и сомнения, пока бежала до дома друга. Она не должна колебаться, нужно действовать быстро, жёстко и решительно. Вызывать такси или ловить транспорт ей не хотелось: она по маленьким деталям разберёт машину от нервов и вынесет мозг, а если будет пробка на дороге, то вообще с ума сойдёт. Прошло достаточно времени с тех пор, как она вылетела из квартиры, оставив ничего не понимающего Ло в одиночестве. Было чертовски страшно, но чувство самосохранения давно её покинуло.       В доме Джерома горел тусклый свет, но в окнах никого не было видно. Алекс остановилась на минуту, чтобы перевести дух и осознать факт того, что ей абсолютно плевать. На всё, буквально. Почему-то стало очень легко и свободно от этого осознания, но у неё определённо не было цели здесь умереть. Она и Ло нужны друг другу. До тех пор, пока не вернёт его обратно, Алекс поклялась самой себе жить дальше. Мыслей не было никаких, сжав руку в кулак, она затарабанила по двери, подобно коллектору, который охотится за должником. Дверь распахнулась моментально так быстро, что Алекс не успела отреагировать, и лоб был рассечён до крови. Она громко проматерилась и зашипела, делая два шага назад и хватаясь за голову.       — Я думала, спасателя твоей задницы стоило приветствовать иначе.       Страшно. Но плевать. Однако тревожно. Хотя по барабану. Алекс никогда не устанет упоминать о том, что она - сплошное противоречие. Джером был очень бледным, и это заставило её немного ужаснуться, однако уверенно схватить его за запястье и спрятать его за своей спиной. Друг пытался побороть свой животных страх и попытаться выйти на один уровень с ней, но Алекс не позволила, преградив путь рукой. Хватит. Её очередь защищать его. Она. Не. Умрёт. Здесь.       — Вечер в хату, блять, — прорычала Алекс, скрывая за этим жестом тревогу.       В момент, когда она зашла в гостиную и увидела Дофламинго, а Джером испуганно икнул позади, Алекс поняла, что всё. Пиздец. Одна и та же галлюцинация не могла видеться двум людям сразу, к тому же, признаться честно, она не особо удивилась. Ладно, она прихуела знатно, но, серьёзно, в её квартире живёт сам Трафальгар Ло, так что шок прошёл почти моментально. Вместо этого появилось ощущение безнадёжности и отчаяния. В такие моменты, когда смерть близка, человек реагирует по-разному. Кто-то замирает, чувствуя вязкое оцепенение по всему телу, кто-то убегает так быстро и далеко, как только возможно. А кто-то как Алекс сейчас — борется.       — Фу-фу-фу, так это тебя я ждал так долго, что уже заскучал? Твой приятель оказался очень несговорчивым, может… — Он поднялся с низкого кресла во весь рост и угрожающе навис над ней. — …Хотя бы ты будешь более общительной?       Алекс послала к чёрту свою безопасность и повернулась к Джерому, чтобы осмотреть его после слов Донкихота. На его теле были видны множественные синяки, где-то царапины. Нет, не нити, как в её случае. Эти следы были похожи на лунки от давления ногтями. До неё дошло кое-что очень важное, что можно было бы использовать как преимущество. Сжав зубы, она резко повернула к нему голову. Как же хотелось втащить этому уроду.       Дофламинго представлялся ей иначе, как минимум, другого роста. На всех источниках была информация о том, что его рост чуть больше трёх метров. Сейчас же на неё смотрел сверху вниз дылдина метров двух, вероятно, даже чуть больше. Но даже так он выглядел очень устрашающим, чего только стоила его сумасшедшая улыбка во всю ширину хари, если в аниме это смотрелось кринжово, то в реальности — страшно.       — Во-первых, — рявкнула Алекс, сама себе удивляясь, — табло завали! Во-вторых, шаг назад для своей же безопасности сделай. В-третьих!...       — А в-третьих, заткнёшься ты и послушаешь меня, девчонка!... — прорычал злобно Дофламинго.       — Я не договорила!! Не перебивай меня! — рявкнула она ещё громче, так, что горло неприятно запершило. — В-третьих, садись в своё гнездо, и мы поговорим как следует! — она ткнула пальцем в сторону кресла, откуда только что встал Дофламинго.       Тот дар речи на несколько секунд потерял от шока. А, наверняка это было неприятным открытием, что кто-то может ему перечить и говорить такие слова с небывалой лёгкостью. Королевский птенец, мать его! Алекс пихнула Джерома в сторону кухни, и тот всё понял, как подумала она. Но вместо того, чтобы там спрятаться, этот балбес припёрся с тремя бокалами и парой бутылок алкашки. Он это серьёзно?! Припираться ей не хотелось, не та ситуация, где можно было бы как раньше мемасиками побросаться или что-то наподобие. Тяжело выдохнув, Алекс понаблюдала за тем, как Донкихот профессионально несколько секунд изгибал свои пальцы в надежде активировать свой фрукт, а потом, приняв позорное поражение, вернулся на своё место.       — Надо же, оно может быть послушным, — саркастично выплеснула яд в его сторону Алекс. — Ты похож на непутевого рэпера со своими корявыми пальцами и этой уродливой шубой. Можно вопрос? У тебя есть своя лужайка с фламинго, и ты каждый день общипываешь бедных птичек, чтобы замутить такой шмот?       — Следи за своим…       — Ой, да пошёл на хуй.       Алекс измученно выдохнула и села напротив него с лицом «кирпичом». После того, как ей удалось послать его, дышать стало легче. Джером, уже пригубив отдельно от всех рюмки три коньяка, тоже чуть успокоился. Отлично, они сделали мини-шаг для того, чтобы уйти с мёртвой точки. Время дежавю и выяснений многих обстоятельств, которые ей волновали. Она единственная здесь, кто более или менее шарит за происходящую ситуацию, и это определённо давало небольшое преимущество в разговоре.       — Ты кажешься мне чертовски знакомой, — потерпев словесное поражение, Дофламинго всё равно искрился самодовольством, словно он не был напуган тем, что оказался в неизвестности.       — Пересекались во снах, — мрачно и негромко произнесла Алекс, поднимая рукав кофты и показывая ему множественные кровавые следы. — Типа того. Припоминаешь?       — А-а, действительно.       Алекс почувствовала себя странно. Что за чертовщина? Почему этот увалень так спокоен и ничего не спрашивает? Почему преимущество есть у неё, но такое ощущение, что лидерство в данный момент не за ней? Словно он понимал, где находится, и вёл себя раздражённо по большей части из-за неё. И всё-таки пару вопросов он соизволил задать.       — Расскажи мне побольше об этом мире, дорогуша. И почему я не могу использовать силу своего фрукта?       — Потому что ты сам тот ещё фрукт, — буркнула недовольно Алекс.       В любой другой ситуации со стороны Джерома послышалось бы громкое «Бадум-тс!», но не в этот раз. Шутки в сторону, ситуация становится более напряжённой и непонятной. Уже второй «попаданец», и снова она каким-то образом замешана в этом. Она уже говорила, что это ей не нравится от слова «совсем»? Ничего, скажет ещё раз.       — Если серьёзно, я понятия не имею, как ты здесь оказался и..       — О, нет, — он самодовольно ухмыльнулся и вытянул ноги, закинув руки на подлокотники кресла, словно на троне сидел, — я знаю, как я сюда попал. Спрашивал я не об этом, не испытывай моё терпение и отвечай на вопросы.       После недолгого молчания, Алекс выдохнула:       — Ладно. Я расскажу тебе, а взамен ты объяснишь, как сюда попал. И главное — зачем? Я понятия не имею, почему сила твоего фрукта не работает здесь. Наверняка из-за того, что это, чёрт возьми, другой мир? — она была настолько кэпом, что Джером невольно усмехнулся и бросил на неё взгляд. — Этот мир многим отличается от твоего.       Алекс, уже пройдя это однажды, довольно спокойно и подробно описала в общих чертах, как устроен этот мир. Больше никакого сарказма или язвительности, пускай Дофламинго не обладал силой фрукта здесь, он по-прежнему остаётся самопровозглашённым королём Дрессроуз, и он всё так же чертовски опасен. Как минимум своими габаритами, один удар его кулаком или точный пинок наверняка мог отправить её к праотцам. Проверять, если честно, не очень хотелось. Не на своей шкуре. А вот если Бальтазара бы… И тем не менее, все на свете респектанули бы ей, узнав, что она послала на хуй самого Дофламинго.       — Кхм. Как-то вот так.       — Получается, для тебя я просто вымышленный персонаж. Любопытно, ты слишком уверенно и легко обо всём этом рассказываешь. Кажется, ты не совсем удивлена моему появлению? Знала бы ты, как сильно я удивился, увидев на Дрессроуз возле поверженного Мугивары кого-то, кого я не могу почувствовать своей Волей.       Он самовольно налил в свой бокал первую порцию янтарной жидкости и почти моментально выхлебал содержимое. Алекс было хотела сделать то же самое, только из горла, показав, кто босс в этом доме, но Джером уверенно перехватил её руку. Она с удивлением на него посмотрела. Уже немного придя в себя и успокоившись, друг ещё крепче сжал её запястье, почти до боли.       — Дай выпить, — буркнула она так, словно здесь никого другого не было.       — Нет. Я понимаю, ты в стрессе, как и все мы здесь. Но, пожалуйста, побереги своё здоровье и не пей алкоголь, если не хочешь умереть от аллергии на спирт.       — А может, хочу? — ответила она, не задумавшись.       Только потом до неё дошло. У неё не было никакой аллергии на алкоголь, иначе бы она уже давно откисла где-нибудь в подворотне. Джером что-то подмешал в бутылку? Ей с трудом удалось сдержать эмоции, которые выдали бы их с головой. А Дофламинго был настолько самонадеянным, что даже не побоялся пить практически из чужих рук. Храбрости и самоуверенности ему не занимать.       У Алекс мурашки пробежали от его тихого смешка, и она повернула голову в его сторону.       — Чего смешного? Отражение своё увидел где-то?       — Знаешь, если бы мы оказались в другой ситуации, от тебя бы и мокрого места уже не осталось, — его интонация резко изменилась, переходя на угрожающий бас.       — Знаю. Если бы я была в другой ситуации, то, как всегда, занималась самобичеванием или просто спала. А не сидела здесь в твоём противном обществе. Но давай так: ты оказался в незнакомом мире, и без нас тебе будет проблематично разобраться со всем без помощи.       — Так вот, — вдруг начал Дофламинго с усмешкой на лице, словно не услышал её слов. — Ты довольно интересна. Ты умеешь вообще удивляться или бояться? Или, возможно, к тебе каждый день попадает кто-то из другого мира? Скажем, например… — Он отставил бокал в сторону и медленно растянул губы в страшной улыбке. — Трафальгар Д. Ватер Ло?       — Что он только что сказал?.. — прошептал Джером, думая, что просто послышалось.       — Можно я тебе всеку пару раз? — просто спросила Алекс. — Как минимум за Росинанта.       — Я начинаю терять терпение, — он наконец злобно рявкнул и резко поднялся, швырнув бокал в стену.       Джером побледнел, как, впрочем, и Алекс. Только она не сдвинулась с места, а просто закинула ногу на ногу и угрожающе сузила глаза.       — Ты и пальцем его не тронешь, паскудня пернатая.       Она успела отскочить, схватив Джерома за шиворот, ровно в тот момент, когда Дофламинго занес руку для удара. Стол развалился, а из костяшек пернатого показалась кровь. Больно, наверняка, без прежней силы. Он не успел сделать следующего шага, как оступился и рухнул на пол, схватившись за голову и зажмурившись. Видимо то, что подмешал в алкоголь Джером, начало действовать. Когда угроза расправы пропала, Алекс и сама упала на колени, наконец почувствовав сильную дрожь в теле. Адреналин начал отступать. Она смогла выжить на данный момент, но неизвестно, что будет дальше и как будут развиваться события. Как же всё херово…       — А теперь подробнее о том, что он сказал. Трафальгар в этом мире?! — на эмоциях воскликнул Джером.       — Живёт со мной в квартире, — честно призналась Алекс, потихоньку беря себя в руки. — Давай не сейчас об этом, хорошо? Что ты подмешал в алкашку?       — Какая же ты всё-таки!.. — хотел пробурчать Джером, но угомонился и тяжело вздохнул, растрепав волосы. — Снотворное. Всю пачку, чтобы вырубить его наверняка.       — Он ведь кони двинуть может, мир-то другой, здоровье у всех как у обычного человека, — у неё дёрнулся глаз. — Впрочем, знаешь, так было бы даже лучше.       — Ах, ну, извини, я не знал про это, в отличие от некоторых!       — Подожди-подожди. Не ругайся. У меня лишь один вопрос. Как ты мог так поступить? Он же вроде твой краш, у тебя дакимакура с ним есть.       Алекс ещё некоторое время слушала крики Джерома, истерически и нервно смеясь во всё горло. Ебанулась, но ей можно. После этого ей пришлось принять тяжёлое решение: необходимо было спасти Дофламинго. Аргументов в пользу этого было вполне достаточно. Как минимум потому, что история аниме-мира может полностью измениться. Против этого решения была её совесть и чувство долга и ответственности — отомстить пернатому за все страдания её любимого мальчика. Но она не будет в это лезть, ни в коем случае. Ло давно не ребёнок и вообще ни разу не беззащитный. Он ещё заставит Дофламинго пожрать говна. И её также волновал другой вопрос: пернатый знал, где он и, вроде как, добровольно и осознанно здесь оказался. Но кто мог подсобить? Она не знала никого с фруктом, который позволял бы перемещать кого-то в пространстве или между мирами. Хотя у неё и было одно предположение, она не могла заставить себя в это поверить. Тот человек не мог быть предателем Луффи.