Воробьи в Германии

Снова Господин НН не знал, что ему делать. Каждая его прогулка проходила в тумане: он даже сам не помнил, где находился, чего увидел и что приметил. Точнее, он не приметил чего-либо существенного, потому что ничего ему не было интересно. Погода была что ни на есть странная: хоть она и стояла теплая, в какой-то степени жаркая, но вместе с этим весь день выглядывало солнце, так ненавистное господину. Золотые лучи, отдавая блеском, тянулись к каждой травинке, задевали все листочки и выглядывали из всякого окна, где бы не находился мужчина. Даже сквозь шторы они отдавались расплывчатым жёлтым пятном, тем делая только хуже. Однако стоило раздвинуть ткани от окна, как тут же в глаза летела искристая пыль и вынуждала сделать сдержанный чих, затем с большим трудом можно было бы привыкнуть к расположившемуся у тебя на лице свету. Но мужчина, отнюдь, не наслаждался им, наоборот, сразу уходил от него подальше, как если бы обжегся о что-то. С нетерпением господин дожидался темноты. Вечером он сполна мог насладиться теплом, а если вдруг похолодает, немедля вернётся домой. Хотя в этот день прогулка вряд ли сможет удастся, ведь надо ехать дальше. Впрочем, у молодого человека появлялись мысли не ехать вообще никуда, но те мигом проходили, так как мужчина не любил отменять планы и цели ещё давно им решительно поставленные. Особенно сейчас нельзя было все взять и бросить, ведь он уже находился в паре шагов от выяснения хотя бы чего-либо. Да, он до последнего не верил, что именно так закончились его отношения с Гагиным. Прогуливаясь по городку темным вечером, когда закат оставлял свои отголоски только в виде разноцветного неба и на город опустился легенький туман, мужчина раздумывал только об одном. Быстрым своим шагов он отпугивал некоторых прохожих, решивших тоже насладиться вечерком. Если бы они также узнали, в каких раздумьях и мыслях терялся господин, ни на миль бы больше не проходили бы рядом с ним. Каким-то образом молодой человек оказался на местной набережной: впереди далеко-далеко расстилалось озеро, внизу лежал пляж, на котором твердо и стойко расположились острые глыбы камней, будто кем-то или чем-то заточенные. На один из таких и сел мужчина, всматриваясь в долину шумного водоёма. Тут начались его раздумья о неутомимом и невозвратимым прошлом. Бывает такое в жизни, что цепляешься за какой-то абсурд и до конца не можешь принять факт того, что это полный бред. Находясь в таком маленьком пузыре, отделяющим тебя от других, ты нарекаешь себя если не кем-то особенным, то явно кем-то, кто достиг чего-то доселе неизведанного. Иногда это ощущается плохо, потому что те, кто не в «пузыре», называют тебя глупцом и сумасшедшим, и сам начинаешь в свою пренеприятную исключительность. Иногда оно хорошо, что ты зациклен на невероятном и недостижимым, ибо порой виднеются примеры, от которых и появляется эта абсурдная идея. Но в случае НН в помине нет никаких достойных образцов, поскольку любовь мужчины к другому мужчине уже недостойно. Очень больно лишаться «пузыря», так как он ощущается в некотором роде твоим трудом, и чем дольше ты окружён им, тем больнее его терять. Опять же в случае НН всё намного абсурднее, неправильнее, что хочется пускать слезы. Возможно, это всё правда и истина, которая, как бы не отмахивался от неё Н, цепляет и не отпускает. Её сложно проговаривать даже в собственных мыслях, и не было бы никого её узнавшего, кто бы по-настоящему не скривил лицо от отвращения или не посмотрел бы на мужчину, как если бы тот признался в убийстве. Теперь пузырь лопнул и перед глазами возникла реальность. Жестокая и безжалостная, в которой Гагин, первый по-настоящему любимый НН-ом человек, не извиняется за причинённую боль, а разумно молчит. Да, мужчина до сих пор помнил тот вечер, когда Гагин сказал разрушительные четыре слова: "Он влюбился в меня", после которых, как успел за всё время вспомнить Н, его, молодого господина, высекли. Не сильно, но болезненно морально настолько, что, видимо, разум подростка стёр этот момент. Тогда его окружали его отец, решившего наказать сына за непростительный грех, хозяин гостиницы, своими объятьями будто защищавший собственного ребёнка от ужасного монстра в темноте и у которого в глазах боле не блистала искорка нежности к Н, как, впрочем, и у его сына. На Гагина вовсе смотреть во время хлестких ударов было страшно: пустые глаза, в которых не играло ни чувства вины, ни былой любви; сначала наивно думалось, что он всего лишь не мог адаптироваться к происходящему, пока его взгляд не сфокусировался, и он покорно не прижался к объятьям отца. Тут перед глазами возникла молния, громыхнувшее на всё сознание НН, и что-то обрушилось внутри него так сильно, точно от ударной волны. В тот вечер мальчик, на чьей спине отпечатались следы наказания, не надеялся на извинения отца, уж тем более на извинения Гагина. А ведь он ясно слышал, как тот стоял у двери, томно вздыхал, но так и не решился проговорить и слова. В душе случилось самое неприятное столкновение противоположных чувств: любовь и предательство. Скажет ли кто-нибудь сейчас господину, что противоположности притягиваются? Отнюдь, не такие. - Я ненавижу вас! - воспоминая былое, мужчина любил поговорить с кем-то, даже когда-то разговаривал со статуей Бога. Так почему бы сейчас не прокричать? - Я любил вас всей душой, но ныне... Вдруг с самого далека берега мужчина заметил белое, кажется, тлеющее пятно. Сначала приняв его за пылинку в глазах, он протёр очи рукавом рубашки, но и затем пятно не уходило. - Гагин? Ноги сами двинулись на встречу видению, а когда господин стал ближе, оно в мгновение ока исчезло, не оставив и следа. Разве что на том месте, где стояло пятно, оказалось письмо с приглашением на какой-то бал в доме ***. Возможно, кто-то выбросил или потерял данную записку, и обращать на неё внимание не имело бы никакого смысла, если бы в конце сообщения узнаваемым почерком не было бы начеркана подпись: "Надеюсь на скорую встречу, Гагин". Конечно же, как человек не верующий в мистику, приведений, и вышеупомянутого Бога, он бы не пошёл никуда и принял бы это за совпадение имён и элементарную случайность, да и нерационально будет идти на такое светское мероприятие в простом костюме. С другой стороны перед вами человек, обошедший почти всю Европу из-за какого-то внутреннего чувства, так что и тут его действия были предрешены. По-быстрому умывшись и причесавшись у себя в номере, НН немедля пошёл по адресу, указанному на конверте письма. На указанной улице оказался приятный на вид большой дом, как раз для таких мероприятий, явно туда не приглашались все люди высшего сословия. При входе пришлось представиться господином К, что было указано в письме. По удачному стечению обстоятельств, на вечере К не оказалось, посему слуги улыбчиво впустили названного господина и вместе с этим сообщили, что вечер подходит к концу и К пропустил обед с мазуркой. Тем лучше, ведь так уставшие гости несильно будут обращать внимание на новоприбывшего. Также удачно гости не выделялись особо пышными костюмами и не утруждались, что было на редкость, длинными обсуждениями сплетен и слухов. Было ли это вообще местное общество? Впрочем, господина оно устраивало. Из-за достаточно тихих разговоров гостей до ушей господина доходили только некоторые слова: Архипов, живопись, Бестужев, le portrait, Сибирь, Айвазовский, Le Premier Consul... Видимо, хозяин приглашал сегодня далеко не весь высший свет. Всматриваясь, господин наконец нашёл самого Гагина в обворожительном костюме и в кругу прелестных дам и не менее замечательно одетых мужчин. Рядом с каждым из приятелей его глаза блистали ярче всех свечей, которые так любезно были расставлены по зале, а улыбка, подаренная каждому собеседнику и собеседнице, заставляла снова углубиться в те самые теплые воспоминания, когда он улыбался молодому господину. Но НН так и не решался прервать чужую беседу, вообще не хотел попадаться на глаза Гагину. "Тогда зачем же ты сюда пришёл?" - спрашивал голос разума. Ведь буквально несколько минут назад мужчина решительно заходил в дом, чтобы... Что, собственно говоря? Увидеть Гагина? Вот он стоит прямо в паре шагов, красивый и с такими же пленительными кучерявыми волосами, как в прошлом. Кажется, даже ненависть потихоньку ушла на второй план и осталась где-то там, на набережной, стоило только увидеть бывший объект воздыхания. Так Н стоял в раздумьях, то поднимая взор на Ивана, то стыдливо опуская его в пол. Вдруг Гагин вышел на середину. Господин наконец услышал его повзрослевший голос. - Дорогие дамы и господа! - его добродушные глаза снова блеснули, - В связи с моим завтрашним отъездом я позвал вас всех сюда. Также я хотел бы сделать объявление о скором открытии моей картинной выставки в столице! - со всех сторон послышались одобрительные возгласы, которые заставили Гагина улыбнуться шире прежнего, - Последние минуты вечера я хотел уделить мазурке. Заиграла музыка. Некоторые гости сразу же двинулись навстречу друг другу, находя пары. Тем которые она не досталась, дожидались своей очереди, а иногда некоторые смельчаки вовсе уводили дам из-под носа партнёра. Один только Н глупо стоял, так не смогши позабыть образ сияющего Гагина. Мелодия кончилась. Явно ничем не разочарованные гости подходили к выходу, провожаемые веселым взглядом хозяина. Когда названный господин К вышел практически последним, то выражение непринужденности и легкости выветрилось с глаз Гагина. Н тоже поднял на него взор, который был печален и задумчив, из него веяло отчаянием, не такой, который хотелось бы видеть после хорошо проведённого вечера. Прохладный вечерний ветерок контрастировал с теплым, который витал в воздухе во время мероприятия. От него мужчина поёжился, что аж слёзы мелькнули в уголках глаз. По крайней мере, так хотелось оправдать их появление. Тут мужчина понял то, о чем вообще не задумывался во время всего путешествия: Гагин не жил прошлым. Все десять лет он занимался искусством, любимым делом, жил с удивительно хорошей семьёй, в отличие от НН, который без какой-либо цели скитался по миру, восхищался людьми и проклинал дивную красоту природы. Господин более чем уверен, что Иван смог найти себя, потому что не жил прошлым и не вспоминал всё то плохое, что по праву можно назвать грехами. Тут стала понятна ещё не менее важная вещь: Гагин продолжал излучать счастье. Первая их встреча тоже наполнялась радостью и весельем, а своими руками НН сделал так, что в конце веселые глаза мальчишки потухли и опустошились. Вот и сейчас он сотворил тоже самое, только в разы быстрее. Теперь-то он понял, что заслужил тех ударов, оставшихся маленькими отпечатками на спине. Своими только действиями он отнимал всю радость любимого человека, как тут не чувствовать вину и обиду на самого же себя? С данного момента нет смысла боле гоняться за Гагиным, ведь мужчина понял всю тягость от собственного присутствия рядом с кем-либо. "Скоро приедет извозчик, а одежда даже не собрана" Он же знал, что этот вечер не принесёт ему ничего нового в жизнь, так зачем же рвался на бал? "Интересно удастся ли поместить новую одежду? Не хотелось бы её помять" Да, мужчина решил привнести маленькое новшество. По достоинству её бы оценил близкий друг или хороший знакомый, Гагин, например. "Сегодня холодно и туманно. Я вижу только свет фонарей в далеке, здания словно испарились" Даже сомнителен факт того, что только что мужчина выходил из дома Ивана. Непроглядная погода заставляла сомневаться даже в очевидном. Может, стоит убедиться? Повернувшись, мужчина с удивлением обнаружил стоящего у парадного входа хозяина дома. Гагин смотрел на него безотрывно, щурясь и вглядываясь. Видимо, тьма закрывала лицо НН. - Извольте мне простить мою грубость, но вы явно не являетесь господином К, как сказали слугам, - равнодушный голос ныне стоящего Ивана совершенно не сопоставлялся с радостным вечерним, - Кто вы? Мужчина не видел сейчас причины врать юношескому сердцу и сеять сомнения о своей личности. За всё время он изрядно наврал другим и в особенности себе. - Меня зовут господин НН, - выход в свет, - Надеюсь, вы меня не вспомните. Молчание, казалось, заткнуло все мысли Н. Душа трепетала в ожидании реакции Гагина. А она пока что выражалась только в глазах: они бегали из стороны в сторону, как будто анализируя лицо, тело незнакомца, и наконец остановились после услышанного и обработанного "Господин НН". Послышался удивленный вздох, затем какое-то одергивание, словно парень останавливал себя от чего-то. Мужчина предчувствовал, что вечером всё пойдет наперекосяк. К тому же, он опаздывал на поезд. Теперь уже всё равно на новую несобранную одежду, погоду и что-либо ещё. Главное сейчас - доехать до Петербурга. А потом... Жить, как прежде. Точнее, жить как он живёт сейчас - бессмысленно странствуя и нахально отзываясь о природе и восхваляя человеческий труд. Господин после времени ожидания вот-вот бы повернулся и ушёл прочь от Ивана, если бы тот не подбежал к нему раньше и не затараторил: - НН, миленький. Матерь Господня, как же давно мы с тобой не виделись, - руки легли на плечи и всячески трогали в разных местах, как будто неверяще в существовании человека перед собой, - Боже... Без малого десять лет с тобой не виделись, милый. Дорогой, бесценный, как же ты так пропал. Я тебе столько писем отправил. Помнишь, мы с тобой обсуждали, где жить хотим? Я все запомнил, каждый город и дом. Сюда приехал, думал, здесь окажешься... - глаза стали ласковыми, добрыми, как прежде. Улыбка по-грустному счастливая. Темп и звучание то утихали, что могли оглушить своим восклицанием. А самое главное - руки - потянулись к лицу, - Господи, не уж-то это ты... Всё тот же? Однако ответный взгляд и выражение показывали только равнодушие и даже какое-то раздражение от происходящего. Улыбка с лица Ивана на момент спала, брови поднялись, а взор стал чуть грустнее. Вдруг парень приблизился к НН и поцеловал стремительным касанием губ, вздохнув от нахлынувших эмоций, задержался на какое-то время, но мужчина держал уста неподвижно и совсем не реагировал на предмет ранних воздыханий, а потому скоро отстранился. Это даже нельзя было назвать поцелуем. - Что с тобой случилось? Теперь-то Гагин ничего не понимал. А НН на вопрос только бесстрастно сообщил: - Мне надо на поезд, сударь. У вас был очень приятный вечер. И оставил его посреди тумана при свете фонаря, отстукивая тростью по всей улице. За спиной чувствовался взгляд Ивана, но мужчине хотелось думать, что это ничего для него сейчас не значит.