Возможно ли счастье?

Проснувшись, Савелий сначала не понял, где находится. Потолки бежевые, на стенах висят разные картины, справа большое окно, которое сейчас укрыто занавесками. Это явно не его комната. Тут его озарило. Точно! Он ведь приехал к Эриху вчера днём, а это их общая комната в бывшем поместье Вальтера Хоффманна. Он был так рад встрече со своим мужем, они долго были в объятиях друг друга, а потом… потом они переспали. Сава немного поёжился, смотря на спящего Эриха. Если честно, он не планировал провести их встречу так красочно, но омега не может отрицать, что ему это нравилось. Русский мысленно усмехнулся, вспоминая себя в прошлом и свою боязнь всего, что связано с постелью. Хотя, сейчас он уже вырос, наверное, и взгляды его изменились, да и революция, а после и война, тоже на него повлияли. Блондин приподнялся на локтях, смотря на расслабленное лицо немца. Он наклонился ближе и легко поцеловал спящего в лоб. — Доброе утро, милый… — он говорил тихо, словно себе под нос, так, чтобы не разбудить. Альфы в гоне очень изматываются, как и омеги во время течки. Поэтому стоит дать ему отдохнуть. Омега поднялся с кровати, подходя к зеркалу. Ноги всё ещё были ватными, но стоять можно. Всё же, с возрастом он стал выносливее, и ему это нравится. В зеркале легче рассматривать себя. Мягкие длинные белые волосы растрёпаны, отчего слегка напоминают гнездо. На теле виднеются засосы и следы от укусов, видно, что альфа иногда не сдерживался, и причина этого была ясна. Гон. Вообще, Сава думал, что Эрих за всё их время в разлуке мог найти кого-то, кто помог бы ему переносить гон. Но, похоже, он держался только на лекарствах. И теперь, когда столь желанная омега вернулась к нему, немец решил восполнить всё то время одиночества за раз. Но русский не злился, он и сам проводил течку под лекарствами, которые не всегда помогали, и он своими воплями мешал брату работать. Поэтому Слава, в основном, проводил время с ним. — Надо бы ополоснуться, негоже представать в таком виде, если кто-нибудь войдёт, — произнёс он себе под нос и пошёл в ванную комнату. К сожалению, чистых полотенец там не оказалось, поэтому было принято решение найти кого-нибудь из прислуги, чтобы попросить их принести новые. Но он же не может выйти из комнаты не одетым! Поэтому, накинув на плечи халат мужа, который был ему достаточно велик, и, подвязавшись поясом для удобства, вышел в коридор, перед этим приведя в порядок волосы.

***

Пока он шёл, ему не удалось никого встретить, что странно. Обычно домработники начинают свои дела в 7:00, а на часах было, когда он вышел из спальни, 8:12. Тогда какого чёрта на втором этаже нет ни души? Он поворачивает за угол и встречается взглядом с тем, кого меньше всего хотел видеть не то что сейчас, но и в принципе. Веймар. Красные глаза напротив изучающе его оглядели. Секунда, две, и альфа начинает принюхиваться, а следом недовольно рычит. Сава сначала не понял, что его так злит, а потом дошло. После ночи с Эрихом, который был ещё и в гоне, на нём осталось много его запаха. Слишком много. И это не удастся прикрыть тем, что они просто спали всю ночь в обнимку, всё слишком очевидно. — Ах ты, шлюха! — Веймар мгновенно оказывается рядом с ним и хватает за длинные волосы, не давая шанса сбежать. Омега сжал зубы от боли. — Так и знал, что именно так и закончится эта ваша встреча! Что, хочешь вернуть расположение Эриха к себе через постель? Так знай, что я никогда не позволю ему помогать такой бляди, как ты! Небось уже столько альф оседлал, что каждого и не вспомнишь! — пальцы на волосах сжали, отчего стало намного больнее. Сава начал скулить. — Господин Веймар, Вы всё не так поняли. — он понимает, что со стороны и впрямь кажется ночной бабочкой, которая только и умеет раздвигать ноги, но нужно объяснить ситуацию. Может, альфа успокоится и прекратит его оскорблять. — Я вовсе не планировал сегодняшней ночью провести время с Эрихом. Мы просто общались, так как долго были в разлуке, и неожиданно он впал в гон. И я, как порядочный муж, выполнил свой долг. — омега промолчал насчёт того, что ему дали выбор. Что он мог ложиться спать, а немец ушёл бы в другую комнату. Но он сделал свой выбор, и не жалеет. И время приятно провёл и мужа вывел из этого состояния. Веймар же, в ответ на всё это, лишь усмехнулся. — Ты сейчас серьёзно думаешь, что я в это поверю? Ой, только посмотрите на него. — он театрально приподнял незанятую руку, — столь благородная омега снизошла до помощи своему мужу. — Господин Веймар, прошу, не нужно изменять смысл моих слов. Вам всё было понятно. — Савелий попытался вырвать волосы из захвата, но уже другая рука схватила его за руку и сжала так сильно, что, скорее всего, останутся синяки. — Что-то я смотрю, ты много о себе возомнил, не думаешь? Скажу тебе ещё раз: мы не на равне с тобой, СССР. Как у вас на Родине говорят: надо обрезать крылья, пока ещё птенец, да? — Веймар потянул его куда-то. — Может хоть сейчас собью с тебя всю спесь, чтобы не смел со мной переговариваться. Омега вырывался, пытаясь убежать или сделать хоть что-то, но его руку сжали ещё крепче, настолько сильно, что кажется, надавить ещё чуть-чуть и сломаещь кости. Он открыл рот, чтобы начать звать на помощь, но рука, что до этого была на волосах, переместилась на рот. И именно в этот момент Сава вспомнил кое о чём, что давно читал в книгах. Там говорилось о том, что альфы, которые поставили на омегу метку, со временем начинают ощущать их эмоции, хоть и более слабо. Нужно попробовать достучаться до Эриха таким способом. Пожалуйста, пусть это сработает!

***

Проснулся Эрих оттого, что именно в этот момент солнце начало светить через слегка приоткрытое окно прямо ему в лицо. Он поморщился и открыл глаза, смотря в потолок. Альфа повернул голову и удивлённо поднял брови, не увидев омеги. Куда он делся? Ему же не приснилось всё то, что вчера произошло? Но на постели остался запах карамели, значит, Сава был здесь. Так, а где…? Он вдруг стал испытывать сильный страх, и причина его была не понятна. Эриха было трудно напугать, так почему это ощущение появилось? Его сущность затрепетала, начав тянуть куда-то в коридор. Она никогда себя так не вела. Да в чём дело?! Тут его озарило. Это не его страх, это чувство перешло к нему от Савелия. Неужели что-то случилось с омегой. Он вмиг подскочил, накинул на себя рубашку и штаны и выбежал в коридор. Сущность тянет его в определённую сторону, значит, нужно бежать туда. Скорее! Только бы успеть!

***

Когда он понял, что идёт в комнату Веймара, стало страшнее. Брат уже мог причинить вред Саве за всё то время, что Эрих спал, а потом и шёл сюда. Он чуть ли не бегом добежал до дверей и похолодел, услышав громкий визг. Чёрт! Дверь распахивается, и немец влетает в комнату. — А ну пошёл прочь от него! — кулак прилетел точно в нос Веймара, отбрасывая его от омеги. — Что же ты никак не угомонишься!? Меня уже достало твоё отношение к нему! Веймар поднял руки в примирительно жесте. — Тихо, братец, угомонись… — Ещё раз я увижу тебя рядом с ним.. — Эрих ощетинился, — пиняй на себя. Он подхватил Саву, который сжался и дрожал, на руки и поцеловал в висок, унося обратно в комнату. Пока они шли до комнаты, омега отошёл от шока и обнял его шею, прижавшись ближе. — Совёнок, ты в порядке? Что он сделал? — Мои… волосы… Эрих присмотрелся и понял в чём дело. Сначала он не обращал внимания на это, но сейчас стало отчётливо видно, что часть волос была сострижена. Причём, неровно и кусками. Веймар, похоже, просто резал все волосы, которые видел. — Не волнуйся, всё будет хорошо. Они дошли до комнаты, и Эрих дал Саве приличную одежду. — За что он тебя так? — альфу очень интересовал этот вопрос. Омега вздрогнул. Сглотнув, ответил. — Господин Веймар посчитал, что я приехал к тебе специально для любовных утех, словно я перед каждым раздвигаю ноги. — под конец голос начал наполняться злобой. Ох, как же сильно ему хотелось прибить этого хама. — Вот больной ублюдок! — немец обнял мужа, прижимая ближе к себе и слегка выпуская феромоны, чтобы они воздействовали на русского, как успокоительные. Потом почти до вечера они были в комнате, сидя в обнимку. Эрих понимал, что сейчас он – единственный, кто может обеспечить мужа заботой и безопасностью. Савелий вдруг заговорил. — Можешь меня отпустить, я хочу посмотреть на себя в зеркале. — Да, конечно. Русский вылез из его объятий и направился к столику, где было зеркало. Пару минут он непрерывно смотрел на своё отражение, а затем вздохнул. — Ты можешь помочь мне кое с чем? — он выглядел очень устало, но глаза оставались всё такими же живыми. И Эрих был рад тому, что ментальное здоровье блондина цело. После прошлого раза, Сава был бледен и тих, что пугало. — Да, я сделаю всё, что тебе будет угодно. — Тогда…— он аккуратно достал из тумбочки ножницы. — Помоги мне остричь их. — омега посмотрел на свои целые локоны. — Часть волос отстрижена, будет лучше, если и остальные подровнять под них. — Хорошо. — Эрих взял из рук ножницы и обошёл севшего на стул перед зеркалом Саву. Ему хотелось рвать и метать. Русский так любил свои длинные волосы, да и он сам тоже ими любовался. А теперь ему придется лишать любимого этой красоты. — Не волнуйся. — Хоффманн видит, что блондин зажмурился, — волосы отрастут и станут ещё прекраснее, чем были. Золотые глаза наполнились благодарностью. Когда кто-то говорит об этом, и вправду становится легче. — Спасибо… Поняв, что Саве стало лучше, Эрих продолжил стричь волосы, стараясь сохранить как можно больше целых прядей.

***

— Нет, ну это вообще как произошло?! — раздался злобный крик, — Как это вообще понимать, а?! Слава был не просто зол, он был в ярости. Сава решил написать брату и рассказал в письме о случившемся. Не прошло и двух дней, как злой альфа объявился около дома Эриха, в котором сейчас жили сам немец и его муж. В тот день, когда Сава уже немного пришёл в себя, Хоффманн увёз его к себе, подальше от Веймара. И об этом омега также упомянул в своём письме. — Братец, успокойся. — блондин прижал руку ко лбу, смотря на старшего. — Этот ненормальный больше не притронется ко мне. Эрих запретил ему появлятся здесь без нашего согласия. У голубоглазого просто всё горело от ненависти. — Где этот Эрих шляется, когда у меня к нему столько вопросов!? Он обернулся на младшего. — Я послушал тебя, разрешил вернуться к этому немцу, начать снова с ним жить. И что происходит буквально на второй день твоего проживания тут?! Да я…! Да я его сейчас…! — Успокойся! — немец вышел на улицу. Первым встречать русского отправился именно Сава, Хоффманн же вышел только сейчас, так как ему нужно было закончить кое-какие дела. — Наконец-то ты здесь! — Слава поднял руки к небу, — Я уж думал, ты помер! А теперь! — он схватил брюнета за плечи, — Соизвольте мне объяснить, сударь, какого чёрта здесь происходило. Савелий кинулся к альфам. Он схватил брата за руку. — Брат, я ведь в порядке. Прошу, убавь свою агрессию, и давайте мы все поговорим нормально. И вообще. — он посмотрел на Славу недовольно. — Я не маленький, за мной не надо следить так усиленно. Ты мало того, что приехал без предупреждения, так ещё и оставил Рому дома. Эрих замер. Рому? А кто такой этот Рома? Кто-то важный для Вячеслава? — Не беспокойся об этом, Сава, я оставил ребёнка на тех, кому могу доверять. — альфа пытался успокоиться, начиная ровнее дышать. Только сейчас немец решил вмешаться в разговор. — Я, похожее, чего-то не понимаю. Какой ребёнок? Слава искоса посмотрел на него, но, встретившись взглядом с братом, вздохнул. — Рома, или же Морозов Роман Вячеславович. Мой сын и главный наследник русских земель. — голос его был полон гордости и нежности, когда он вспомнил о малыше. Хоффман пару минут стоял, пытаясь понять, правильно ли он понял сказанное, а затем вытаращил глаза. — Чего?! У тебя есть ребёнок?! Он был в шоке. Эрих обернулся на мужа. — Почему ты не говорил об этом? — Так ты не спрашивал. — как ни в чём не бывало ответил омега. Слава, наконец, остыл. И, поняв, что брат разговаривает со своим хахалем, пошёл в дом, сказав напоследок, что сделает чай. Бросив последний взгляд на уходящего, Хоффманн обернулся к золотым глазам. — Ладно, хорошо, ты не хотел говорить о рождении своего племянника, потому что письмо могли перехватить и узнать об этом могли совершенно чужие люди. Но, почему ты так заволновался от того, что Слава оставил сына дома. Второй родитель явно о нём позаботится. — сказав последние слова, он столкнулся с поникшим взглядом мужа. — Дело в том… дело в том, что избранница брата – человек. Глаза Эриха широко распахнулись. — Женщина-человек? Подожди-ка, но, если она человек, то после родов она… — он увидел подтверждение своих слов в глазах омеги. — Мне… очень жаль, соболезную. Но, он знал, на что шёл. И это было правдой. Люди слабее воплощений. Если мужчина-человек переспит со страной, которая после забеременеет, то всё более-менее хорошо. Но вот, если женщина-человек решит обзавестись ребёнком от страны… её ждёт печальный конец. Организм воплощения требует слишком много питательных веществ, то есть малыш буквально убивает свою мать изнутри. Во время родов, из-за и так плохого состояния и потери крови, женщина умирает. — У них был шанс, — ответил ему Сава. — У Марты была вероятность пережить роды. Если учесть, что обычно это равно 1%, то у неё было 15%. Она могла выжить, такой высокий шанс остаться с любимым, но… как видишь, она не перенесла родов. Лицо Савелия стало хмурым. — Помню, в какое отчаяние впал Слава после её смерти. Его ничего не интересовало, он даже начинал пить. Но единственное, что его от этого отделило — это я и Рома. Он души не чает в сыне, проводит с ним почти всё свободное время. Поэтому я удивился его приезду. Эрих положил руку ему на плечо. — Ну, это значит, что ты также важен для него. Сава улыбнулся. — Ты прав. Я тоже его люблю и ценю. Некоторые время они стояли молча. Тут Эриху пришла в голову отличная идея. — Слушай, Совёнок. — блондин повернулся к нему. — Может и нам завести детей? Сам посуди, мы оба с тобой уже взрослые, да и… в последнее время я очень хочу понянчить кого-нибудь. Сава посмотрел на него несколько секунд. — Ты знаешь, что дети – это большая ответственность. Они не игрушки, за ними надо ухаживать. Их надо… Немец приложил к его рту палец. — Тшшш, успокойся. — он поцеловал омегу в лоб, — мы будем прекрасными родителями. Сава всё ещё не был уверен в его словах. — Думаю, нам нужно время, чтобы принять это решение. Эрих поднял руки в примирительно жесте. — Конечно. Я ведь не настаиваю на детях сейчас. Просто, я интересовался, хочешь ли ты иметь со мной детей? — Тебе так интересен мой ответ? — Сава посмотрел на него хитрыми глазами, — Мой ответ – да. В первое мгновение Эрих не понял. — Что ты сказал? — Я сказал "да". Альфа подхватил мужа на руки и закружился. — Как же я люблю тебя, Совёнок. — Я тоже тебя люблю.