Мы были, есть и будем

Гипс надо было носить минимум три недели. Рука в гипсе уже через час потела и чесалась, хотелось содрать его как корку с затянувшейся раны. После больницы хотелось завалиться на мягкую кровать и во сне забыть про боль и неприятные процедуры. А ведь всего этого можно было избежать, подперев чем-нибудь подъездную дверь. Илья точно пнёт её со всей силы, когда доберётся до дома. Телефон завибрировал, в наушниках пиликнуло уведомление из телеграмма. Писал «Кот👽». «Ты как там?» 14:23 «Могу забрать тебя, я освободился» 14:23

«Не надо, я уже еду домой»

14:24

«На такси, надеюсь?» 14:24

«Нет блять, на вертолёте»

14:24

…

…

«Ты злишься?» 14:26

«Не злюсь, честно»

14:27

«Хорошо. Жду тебя» 14:28 Илья тяжело выдохнул. Он без понятия, почему вообще мог быть зол, но разбираться в этом не стал. Денис не впервые задал этот вопрос, Илья не впервые ответил. «Кот👽» говорил, что так ему легче понимать интонации, «Пёс👻» не возражал. Загипсованная до локтя рука висела на обвязанном вокруг шеи Ильи бинтике, болезненные ощущения заставляли задуматься о том, что теперь почти месяц правой рукой пользоваться будет невозможно. Будет сложно сидеть в телефоне, мыться, ходить в туалет, есть. В ближайшие недели никаких игр на стримах, даже каточек в доту на втором канале. А ещё никакой нормальной дрочки, левой неудобно. Зато за Дрейком вся уборка и стирка на ближайшие 3 недели. Всё-таки плюсы найдутся везде. Такси завернуло налево и остановилось возле злосчастного подъезда. Илья оставил чаевые водителю и выскочил из машины. Убедившись, что машина отъехала, он подошёл к металлической двери и хорошенько ударил её коленом. И ещё раз. И, может, ещё два. Выместив свою злость, Коряков открыл дверь даже без ключей, через пару секунд та громко грохнула у него за спиной. Из-за того, что кто-то нагло открутил и спиздил дверной стопор, Илья сегодня и оказался в гипсе с двумя сломанными пальцами. Ключ провернулся в замке. Было тихо, только увлажнитель воздуха шумел со стороны спальни. Через несколько секунд послышалось поскрипывание кровати, и в коридоре показалась высокая фигура с растрёпанными волосами. Денис, будучи без очков, недолго приглядывался к новому «аксессуару» своего парня. — Привет, — Коломиец подошёл и наклонился для короткого чмока в губы от Мазеллова. Тот сразу немного потеплел. Смотря в чужие голубые глаза, Илья мог бы забыть не только боль и зуд, но и собственное имя. Чужой помятый домашний вид непроизвольно заставлял улыбаться. Дрейк всегда выглядел злым и серьёзным, такое уж у него спокойное выражение лица, но взгляд всегда выдавал нежность и трепет по отношению к Корякову. Денис не удержался, чмокнул ещё пару раз. — Ты уже закончил работать? — спросил, скидывая кроссовки, Илья. — Я сегодня только баги в программе фиксил, завтра последняя проверка и наконец отвалят денег за эту хуйню, — зевая, ответил Коломиец, пропустил своего парня в сторону спальни. — Чай будешь? — Я бы пивка бахнул.

***

Принять душ было тяжело, в первые 24 часа нельзя было мочить гипс. Переодевание, благо, столько сил не требовало. Ден зачем-то ушёл в душ после, хотя неудивительно, почти 30 градусов за окном. Хорошо, что дома можно нежиться под кондиционером и выбирать, какой бы фильм им сегодня посмотреть. Фильм был откровенно скучным, и оба парня поняли это ещё в первые 15 минут, поэтому каждый отвернулся, глядя в экран своего телефона. Под очередной бессмысленный диалог персонажей Илья зажал кнопку записи голосового сообщения в телеграмме. — Ребят, сегодня короче стрима не будет, мне лень перестраивать оборудование под левую руку. Игру с аукича придётся отложить на неопределённый срок, но я обязательно сяду её проходить, когда с меня снимут гипс. Завтра мы смотрим аниме на биго, а через пару дней постараюсь организовать хойку на втором канале. Илья хихикнул сам себе и продолжил. — Теперь хозяюшка у нас Дрейк, будет мне и посуду мыть, и вещи стирать… — Может ещё и хуй дрочить? — возмущённо перебил Коломиец, переворачиваясь лицо к Мазеллову. – Так сильно хочется? — хитро прищурившись, ответил Илья. — Иди нахуй. — Приглашаешь? Голосовое сообщение закончилось. Денис, проглотив возмущение, выдохнул и отложил телефон. — Вообще могу устроить. У тебя рабочая рука хоть и сломана, но есть ещё одна свободная. Коряков вопросительно приподнял брови, но смысл чужих слов до него дошёл с шумным вдохом — чужая ладонь проникла меж простынёй и спиной старшего, неспеша оглаживая через футболку. Денис знал все его чувствительные места и не стеснялся свои знания использовать. — Если ты будешь дрочить мне каждый раз, когда мне этого хочется — у тебя рука отсохнет. Денис по-доброму улыбнулся в ответ. — У меня есть не только руки, — язык быстро пробежался по зубам, вызывая у Мазеллова неподдельный азарт. — Что ж, мне верить тебе на слово? — Рука, как видишь, ещё на месте. Коломиец, придвинувшись чуть ближе, положил вторую ладонь на живот, заставляя Илью рефлекторно его втянуть. Обе руки быстро забрались под ткань футболки, медленно оглаживая чужое тело. Дрейк бессовестно дразнился, заставляя своего парня вдыхать и выдыхать чаще и яростнее. С живота, не торопясь, ладонь переместилась на таз, пальцы играли с резинкой боксеров. Илья, не в состоянии стойко выносить игры по чужим правилам, втянул Дениса в поцелуй, тянучий, долгий, сладостно вожделенный. Они улыбались друг другу в губы, сминали их, сплетая языки, наполняли лёгкие друг друга воздухом и нуждались в нём, будто утопающие. Они хотели этой близости, наслаждались ею; Денис наслаждался чужими прерывистыми вдохами; Илья тонул в голубизне глаз напротив и тянулся ближе. Вовлекая старшего в ещё один мучительно-сладкий поцелуй, Коломиец потянулся рукой к полувставшему члену, на пробу провёл пальцами вверх-вниз, получая в ответ проглоченный поцелуем стон, но отстраняться от губ не собирался. Кольцо из пальцев ещё несколько раз прошлось по всей длине, прежде чем Дрейк начал стягивать чужое бельё. Мазеллов приподнял бёдра, и боксеры очень быстро оказались у щиколоток. Тонкие длинные пальцы двигались всё быстрее на чужом достоинстве, вторая рука покоилась на спине под тканью футболки. Коломиец, вовлекая старшего в короткие мокрые поцелуи, будто пробовал его и его ощущения, долго смаковал их и разбирал на волокна. Полустоны терялись среди причмокиваний и шуршания одеял. Большой палец давил на головку, оглаживал её, пока остальные поступательными движениями оттягивали крайнюю плоть. Илье этого было мало, чертовски мало. Хотелось, чтобы Денис либо разрушил его прямо здесь и сейчас, либо дал возможность искромсать себя в клочья, вылизать, снюхать, проглотить. – Денис, – Мазеллов улыбнулся в чужие губы, пока не приоткрыл рот и в те же губы застонал – рука Дрейка со спины переместилась на чувствительный сосок, – мне очень хочется. – Чего? – Коломиец нарочно замедлился, нежно провел рукой ещё раз, начал играть с чужой мошонкой, получая в ответь вдох сквозь зубы. – Тебя. – Хорошо, – Денис остановился мучить парня и быстро направился в сторону ванной. Через несколько секунд он вернулся с бутыльком смазки со вкусом клубники. – Забыл. К этому времени Илья улёгся на кровати поудобнее и уже достал две упаковки презервативов из ящика тумбы. – Я сегодня не готов принимать в себя, – честно отозвался старший, зубами открывая упаковку. – Можем и без этого обойтись, если хочешь. – Да нет, – Дрейк принял презерватив из чужих рук и, вывернув его нужной стороной, раскатал по своему уже вставшему члену. – Я и сам хотел ну... "поскакать", так сказать. Мазеллов прыснул от слов младшего, пока тот, в свою очередь, выливал на свои пальцы смазку. Средний палец проник внутрь без особых усилий, безымянный палец втиснулся следом без боли. Денис сидел верхом на своём парне и приспущенным шортами и трусами, пока пальцы расходились внутри ануса наподобие ножниц. Зрелище для Ильи открывалось великолепное. Смотреть, как Дрейк растягивает себя для него, как старается для того, чтобы ощутить в своей заднице его член. Капельки пота стекали по белоснежной шее, пока Коломиец выгибался прямо перед старшим, добавляя третий палец. Комната наполнялась жаром и учащённым дыханием обоих. Дениса хотелось просто сожрать, обкусать всю шею и плечи, сдавливать его бёдра до синяков и шлёпать по ягодицами до красных отпечатков, хотелось до каменного стояка, до боли в животе, до воя по-собачьи. Дениса очень хотелось, просто пиздец. Руки Ильи нашли себе место на чужих бёдрах, поднимались выше, перебирая рёбра, вновь возращались на место. Старший хотел было приподняться для ещё одного, хотя бы короткого поцелуя, но чужая рука припечатала его спиной к простыни. – Лежи, – приказным тоном сказал Дрейк, вынимая из себя три пальца. Он открыл бутылёк снова, вылил на руку приличное количество и стал смазывать чужой член, быстро надрачивая Илье. Последний выглядел, как самый довольный кот, да и сам себя считал самым удачливым человеком на свете. Денис направил в себя головку, медленно и аккуратно насаживаясь. Он был ахуительно узким, до ебаных звёздочек перед глазами. Влажная теснота вскоре полностью окутала член: от головки до самого основания. Мазеллов согнул ноги в коленях, и Дрейк, оперевшись на них, начал двигаться. В такой позе половой орган входил полностью, с лёгкостью доставая до простаты. Младший подскакивал и снова опускался по самые яйца, комок нервов внутри заставлял прерывисто стонать и прыгать на члене ещё усерднее, пока чужие руки сжимали ягодицы и насаживали, помогая получать удовольствие. Денис перед Мазелловым был самым красивым и желанным зрелищем. Хотелось пройтись поцелуями по каждому изгибу, поцеловать взасос пухлые губы и поймать каждый стон из приоткрытого рта. Денис, усердно принимающий в себя его член, – это произведение искусства. И как бы сильно не хотелось облапать его во всех местах – Илья держался, наслаждаясь властностью младшего. Сегодня он из них двоих ведёт. Пока Мазеллов любовался парнем перед собой, тот замедлил темп и вскоре, заметно уставший и вспотевший, остановился. – Устал? – спросил Коряков, давая рукам свободу передвижения по всему телу. – Ага, – чужая туша аккуратно легла сверху, Денис утянул старшего в ленивый поцелуй, – давай теперь ты. Коломиец устроился сверху поудобнее и прогнулся в спине, пока Илья поддерживал его за ягодицы, всё ещё оставаясь внутри. Губы гуляли по бледной коже шеи и плеч, оставляя за собой розовые метки. Где-то на ключице сомкнулись зубы, впиваясь в кожу, когда Мазеллов начал движение. Желания на дразнения не было уже ни у кого. Подмахивая бедрами, Илья нещадно вдалбливался, слушая чужие стоны над ухом каждый раз, как проходился по простате. С Денисом хотелось вот так – до пота, крови и слёз, до потемнения в глазах и полного отключения мозгов. Тонкие длинные пальцы хватались за его плечи, губы смазано тыкались куда-то в уголок рта. Чужие бёдра подрагивали в преддверии оргазма, пока Мазеллов вгонял член по самое основание, сминая в ладони мягкую ягодицу. – Я скоро- – не успел закончить Денис, как грубая рука начала надрачивать ему в темп толчков. Вскоре бёдра и колени предательски задрожали, и Коломиец излился в презерватив, сжимая член внутри себя до потемнения в глазах. Через несколько грубых толчков Илья, остановившись, тоже кончил в презерватив, будучи ещё внутри Дениса. Оба молчали, пытаясь отдышаться и прийти в себя после отличного секса. Они лениво целовались, покусывая губы друг друга. – Это было ахуенно, – Мазеллов улыбнулся в поцелуй и положил руку на чужую щёку. – Ты супер. – Ты тоже, – улыбнулся Дрейк, улыбались и его глаза. – Теперь опять в душ идти. Я весь потный и в смазке. – И всё равно самый красивый, – Илья потёрся кончиком носа о чужой нос. – Пойдём вместе? – О да, – блаженно выдохнул Коломиец, – помоешь мне голову.