Efferri

— А оно работает? Глаза Чимина сияли, когда он увидел на столе старое радио. Оно было покрыто слоем пыли и казалось утерянным среди множества других вещей, но для него оно было как открытие давно забытого сокровища. Бережно, Чимин взял радио в руки и начал рассматривать его, словно оно было сделано из самых драгоценных материалов. Он ощущал в нем что-то особенное, невидимую связь с прошлым и магическую силу, способную перенести его в другую эпоху. Осторожно повернул ручку настройки и услышал, как из старого динамика начали доноситься звуки. Это было не просто шипение и щелчки, это был звук времени, который заставлял его вспомнить о прошлом и о том, как было жить раньше. Он наслаждался каждым звуком, словно был частью этой истории. Чувствовал, как его душа наполнялась теплом и уютом, словно он находился дома, в окружении своих близких. Закрыв глаза, парень наслаждался этой музыкой, словно это было самое прекрасное в мире звучание. — Эта песня, которую Чонгук постоянно напевал себе, когда я был внизу.

flashback

Парень продолжал сидеть один в тёмном и угрюмом подвале, где воздух был насыщен запахом плесени и сырости. Было неуютно, и его мысли бродили где-то далеко, куда-то за пределами этих мрачных стен. Но вдруг Чимин услышал звук, тихий и ровный, словно нежный шёпот. Это был звук дождя, который барабанил по крыше и окнам. Он слушал каждую каплю, каждый шум, который возникал, когда капля ударяла о металлическую поверхность. Это звучание словно оживляло этот заброшенный подвал, и Чимин почувствовал, как сырость начала проникать в каждую его клеточку. Одежда на теле становилась мокрой, а воздух, насыщенный влагой, заставлял чувствовать, будто он находится на дне самого глубокого колодца. Слышал, как дождь барабанит по окнам и стенам, создавая такой звук, словно это была музыка, которая готова забрать его далеко от этого места. Ощущал, как каждая капля дождя становится его частью, как она проникает внутрь тела, словно это была жизнь, которая воскрешает его. Но в то же время, он чувствовал, что этот дождь, эта сырость, словно напоминали ему о чём-то, о том, что он находится в этом заброшенном доме, что он здесь и сейчас. Не мог избежать этого ощущения, что это место, где сейчас находится, соединяется с ним и не позволяет ему уйти отсюда. Но дождь продолжал стучать по окнам, словно голос, который не хочет замолкать. Продолжал создавать этот звук, который напоминал о том, что он принадлежит этому месту и не сможет уйти. В тёмном и мрачном подвале, где свет еле проникал сквозь трещины, Чимин сидел один, глубоко погруженный в свои мысли. Но вдруг услышал какое-то звучание, неясное и неопределенное, словно шёпот или журчание ручья. Начал прислушиваться и через несколько мгновений различил голос, музыку, вибрирующую сквозь стены. Голос был мягким и душевным, наполненным нежностью и чувственностью. Это был голос Чонгука, который исполнял песню с такой интонацией, что заставлял сердце Пака замирать. Чимин не знал, что Чонгук умеет петь, в этом угрюмом подвале его голос словно оживляя каждую клеточку его тела. Слышал каждое слово, каждую ноту, и это будто пронзало его душу и заставляло чувствовать себя снова живым. Он попытался разглядеть что-то сквозь темноту, но не увидел ничего, кроме пыльных коробок. Голос старшего был так красив, заставляя парня забыть обо всём на свете. Чимин чувствовал, как каждая нота передавала ему неповторимую эмоцию, словно был свидетелем самого потаённого чувства. Он погружался в эту музыку, словно это был самый настоящий мир. Пак не мог оторваться от этого звучания, он ждал, что оно продолжится, что сможет наслаждаться этим восхитительным голосом еще долго. Но голос прекратился, опять повисла тишина, словно никто и не пел. Закрыв глаза, Чимин погрузился в свои мысли, как вдруг услышал слабое звучание гитары. Сначала звуки были неясными, как будто они звучали вдалеке, но постепенно стали более отчетливыми, и он понял, что наверху Чонгук играет на гитаре. Мелодия, которая доносилась до его ушей, была мягкой и ритмичной, словно нежное поглаживание внутренних струн души. Она плавно перетекала из одной ноты в другую, создавая гармоничный музыкальный пейзаж. Парень слушал, как гитара говорила на своём языке, создавая музыкальный рассказ. Каждая нота была как слово в этой истории, и все вместе они создавали уникальную мелодию, которая была способна унести его в мир мечтаний и фантазий. Чимин не знал, что Чонгук умеет играть, но ему было приятно слушать эту музыку. Он закрыл глаза и отдался ей настолько, будто сам стал частью этого звукового пейзажа, который создавала гитара. Когда старший спустился к нему, в его руках была гитара. Он присел возле Чимина, она лежала на коленях, словно древний инструмент, готовый раскрыть свои музыкальные тайны. Его руки начали двигаться по грифу, и он настраивал струны с тщательностью и точностью часового мастера. Настраивал каждую струну на определенную ноту, перекручивая маленькие колки на головке гитары. Он слушал звук каждой струны, внимательно настраивая её, пока не достигал желаемой ноты. Затем переходил к следующей струне и продолжал настройку, убеждаясь в том, что звучание каждой струны в точности соответствует его требованиям. Чимин наблюдал, как его пальцы легко скользили по грифу, словно танцуя в ритм музыки, когда он пробовал звучание настроенных струн. Чон слушал каждую ноту, убеждаясь, что звучание струны гармонирует с другими. — Не знал, что ты умеешь играть, — невзначай произносит Пак, наблюдая за парнем с большим интересом, который, казалось, совсем не замечал его. — Я услышал, как ты пел, как играл мелодию. Это было невероятно. — Захотелось как-то себя развлечь, — произносит спокойно ему Чон, заканчивая настройку. — Но и показать тебе, на что я еще способен, — он самодовольно улыбнулся и принял гитару в свои объятья, словно заботливый отец, который обнимает своего ребёнка. Чувствовал, как тепло её корпуса передавалось ему, как будто она жила и дышала в его руках. Он начал играть на гитаре, и звук струн залил комнату, словно мелодия из другого мира. Его пальцы быстро двигались по грифу, словно они были настоящими бегунами, которые пробегают марафон. Он играл с удивительной лёгкостью и уверенностью, словно гитара была частью его самого. Чимину нравилось наблюдать и слушать эту прекрасную мелодию, которую создавали эти изящные руки. В присутствии Чона становилось комфортно, когда они могут вот так просто посидеть вдвоём, спокойно поговорить и наслаждаться присутствием друг друга. Чимин не прекращал быстро говорить о том, какой Чонгук прекрасный, какой талантливый, что одними словами и не передать, как он счастлив сейчас сидеть привязанным рядом с ним. Пак говорит быстро и без перерыва. Чонгука стал раздражать его голос, который резал уши. Это была чрезмерность лестных слов, вызывала раздражительность, подобно тому, как пейзаж богато описываемый словами, слишком увлеченно затянутого автором, начинает сбивать с толку. Он и без чиминовых слов знает, что идеальный и прекрасный. Ему казалось, что таким способом пленник пытается как-то манипулировать им, подлизаться, угодить, чтобы его больше не трогали. Эти выражения казались Чонгуку неискренними и лицемерными. Чон схватил Чимина за горло и притянул к себе, чувствуя дрожь чужого тела и холодность кожи. Его голос звучал, казалось, громко, словно эхом отдаваясь в ушах: — Перетянуть бы твоё горло струнами гитары. Горло стало щемить, будто неукротимое пламя, пожирающее его глотку. Чимин попытался проглотить слюну, но казалось, что его горло стало еще более узким, будто терновый венец, скручивающийся вокруг его шеи. Он почувствовал горькую печаль, понимая, что сильная хватка неизбежно настигла его. Чонгук опустил его горло, когда понял, что Чимин начал задыхаться. Теперь его дыхание было тяжелым и хриплым, будто он находился в густом тумане. Горло гудело и булькало, словно поток, скрытый под ледяной коркой. Чимин слышал, как дождь продолжал барабанить. Дождевая вода, будто беспощадный богатырь, льющий свой яростный гнев на землю, смывает все на своем пути. Она струится по крыше, бьется о карнизы и летает вниз, словно грозовой поток. С каждой минутой сила ее нарастает, и она пылесосит все, что встречается на ее пути, снесенные ветром листья, ветки, и мусор. Она стекает и течет по стенам, будто украшая их причудливыми узорами, а затем она медленно проникает в подвал, где затвердевшая земля пьет ее глотками. При этом она издает неустанное бульканье и плескание, будто тайный ручей, текущий под землей.

end of flashback

— Мне нравилось слушать, этот голос настолько прекрасный, что меня начинает трясти, — Чимин жмется, обнимает себя руками и чувствует, как становится легче. — Его пальцы на моей шее так сильно сжимали ее и мне казалось, что это освобождение. Когда слушал песню, мне чудилось, что я снова на свободе, дома. Когда был маленьким, отец часто слушал радио, и эта песня играла по утрам и вечерам. Чимин снова говорит многословно, едва связывая слова между собой. Погружаясь в свои воспоминания вновь, он старался рассказать каждый момент из его памяти своему психиатру. Психиатр, как наблюдатель, терпеливо изучает своего пациента, улавливая каждый сигнал, который может указывать на его психическое состояние. Его глаза тщательно сканируют каждое движение, каждую мимику и интонацию парня, пытаясь прочитать между строками его слов и действий. Юнги замечает каждый нюанс поведения, которые могут свидетельствовать о психологических проблемах пациента. Он старается поставить себя на место своего пациента, понять его точку зрения и постараться понять внутренний мир. Наблюдает за каждым его движением, выслушивает каждое слово, произнесенное этими пухлыми губами, к которым ему удалось недавно прикоснуться, будто хотел запечатлеть в своей памяти каждую мельчайшую деталь его облика. Какое блаженство испытывает он, когда пристально смотрит на него, вдыхая его аромат и слыша голос. Его сердце бьется быстрее, когда он слышит его смех, и когда тот улыбается, чувствует, что все проблемы растворяются в тумане этой милой улыбки. Его восхищение растет с каждой минутой, когда Мин смотрит на него, и не может ничего сделать, чтобы остановить этот поток чувств, который нахлынул на него. Это чувство новое и незнакомое, но одновременно прекрасное и безумно притягательное. Он желает быть рядом с ним, проводить время вместе и делиться своими мыслями и чувствами. Желает, чтобы эти взгляды и улыбки, которыми они обмениваются, были не только мгновенными встречами в кабинете, но и долгими и счастливыми моментами, которые они могут проводить вместе. Мужчина может попытаться забыть этот поцелуй, но каждый раз, когда он закрывает глаза, его ум возвращает его к тому моменту, когда ощутил мягкие губы на своих. Может пытаться отвлечься от этой мысли, но она всегда будет присутствовать в его сознании. Каждый раз, когда Юнги видит своего пациента, то вспоминает этот поцелуй, как будто он был только что произведен. Может ощущать, как его сердце бьется быстрее, и как душа тянется к Чимину, который произвел на него такой неизгладимый эффект. Мужчина стоял на распутье своих чувств, как путник на перекрестке. Его мысли были расколоты на две части, словно он находился в постоянном борьбе между своим разумом и сердцем. Он не мог определить, что именно происходит в его душе. С одной стороны, ощущал некую привязанность и желание проводить время с этим человеком, которое никак не мог назвать дружбой. С другой же стороны, он чувствовал неопределенную тревогу и страх перед возможным разочарованием, которое может произойти в случае, если он позволит себе открыть свое сердце. Юнги постоянно анализировал каждый момент, проведенный с Чимином, в надежде найти в них ответы на свои вопросы. Вспоминал их разговоры, пытаясь найти какой-то знак, который поможет ему понять, что именно чувствует. Но никакой ясности не приходило. Чимин проявляет к нему интерес, но точно ли интерес он проявляет именно «к нему»? Кошмары хоть и продолжают приходить, но также внезапно отступают, как и приходят. Чимин все еще продолжает шокировать его ужасными историями из своего прошлого. И каждый раз, когда Чимин открывается ему, Юнги находится рядом: сидит вместе с ним и крепко держит за руку. Он понимает, как сейчас важен для Чимина в такие тяжелые моменты. И принимает, что только он может и готов помочь. Пак Чимин был воплощением изящества и грации. Его небольшой рост, не превышающий 173 сантиметров, компенсируется идеальной пропорциональностью тела, утонченными плечами и изящными руками. Изумительно четкое лицо украшают ослепительно белые зубы и блестящие глаза, придающие ему очаровательный взгляд. Его мягкие черты, слегка повернутый носик и изящная форма губ создают незабываемый образ. Каждый раз, когда они встречались, Юнги замечал, что его сердце бьется быстрее и кожа горит от возбуждения. Он чувствовал, что не может сопротивляться сильным эмоциям, которые Чимин вызывал в нем. В то же время осознавал, что его чувства неприемлемы, и что он должен сохранять профессиональную дистанцию. Однако, когда Чимин открылся перед ним и рассказал ему о своих личных болезнях и проблемах, психиатр понял, что он не может оставаться равнодушным. Он решил, что будет делать все, что в его силах, чтобы помочь ему, даже если это означало, что должен будет принять на себя роль опекуна и наставника. В итоге Юнги понял, что был бы готов даже рискнуть своей карьерой и репутацией, чтобы быть с Чимином и помочь ему преодолеть проблемы. Его чувства были настоящими, которые так бережно хранил их в глубине своей души. Юнги сел на диван, подзывая к себе Чимина. Тот подошел и сел рядом, а затем психиатр предложил ему провести некий эксперимент. Он указал на свои колени и попросил положить на них свою голову. Чимин медленно опустил её на колени мужчины, чувствуя приятное тепло, исходящее от него. Руки покоились на бедрах мужчины, словно он желал находиться рядом с ним и больше не отпускать. Юнги мягко погладил волосы парня, привлекая его к себе. Он чувствовал, как сердце замирает от удивления и невероятного блаженства, когда парень положил голову на его колени. Ощущал сильное желание защитить и ухаживать за парнем, который был так близок к нему. В тишине они находились наедине друг с другом. Это был момент истинной близости, когда слова становились излишними, а жесты и прикосновения говорили о многом больше. Мужчина нежно продолжал поглаживать светлые волосы, а тот издал облегчающий вздох. Тело Чимина расслабилось под ласковыми движениями мужчины. Что за эксперимент такой, он не понял, но ему определённо нравится сейчас находиться в таком положении. — А сейчас прикрой глаза и дай своему телу расслабиться, а разуму — очиститься, — томно проговаривает ему Мин, вводя пациента в какой-то транс. Когда пациент прикрыл свои глаза, он продолжил. — А потом внимательно слушай и запоминай мои слова. Я буду говорить медленно, в перерывах задавать вопросы, — он проводит указательным пальцем по чужому уху, убирая прядь волос, а тот дернулся и покрылся мурашками от такого прикосновения, — и на них ты должен отвечать. Чимин в ответ издает тихое «угу» сосредотачиваясь на голосе мужчины. Голос психиатра наполнен заботой и пониманием. Звучит нежно и мягко, словно шепот души. Когда он говорит, его слова наполняются глубоким смыслом, который он передает своим пациентам. Юнги помогает открыть Чимину дверь в неизведанное, позволить ему погрузиться в глубины своего сознания и ощутить невидимые силы, которые скрыты внутри каждого из нас. Он говорит тихим голосом, словно шепотом на ушко. Его слова звучат мягко и нежно, напоминая тихий звук прибоя на берегу океана. Говорит медленно, не торопясь, словно каждое его слово имеет особый вес и значение. Голос постепенно набирает силу, словно начинает возглавлять оркестр в глубинах сознания пациента. — Закрыв глаза, ты медленно погружаешься на глубину своего сознания, — тихим голосом, словно шепот, проговаривает ему Юнги. — И видишь что-то яркое, но необъяснимое. Попробуй представить, что это может быть и скажи — что? Слова мужчины становятся все более убедительными, и парень начинает постепенно погружаться в транс. Чимин чувствует, как мужчина вводит его в другой мир, полный загадок и тайн, где каждый шаг может привести к открытию новых граней сознания. Чимин видит, что находится в глубине леса, окруженный высокими деревьями и густым зеленым ковром мха. Он идет, и казалось, что лес не имеет конца. Но вдруг перед ним взору появился дом, тот самый, который находился недалеко от цветущего дендрария. Дом, который не оставляет его в покое, напоминая о своем существованию и том, что в нем происходило. — Я вижу дом. — Что еще? Он замер на месте, потому что нахлынули воспоминания прошлого. Видит у входа припаркованную машину Чонгука, что продолжала спокойно стоять, как и в последний день. Атмосфера была той же, что и пять лет назад, когда их спокойной жизни пришел конец. Чимин осторожно подошел к дому и постучал в дверь, в надежде, что ему откроют. Но никто не открыл ему. Вздохнув, он решился открыть её сам и войти. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь ветви деревьев, наконец-то осветили путь перед парнем. Слушая, как дверь скрипнула при открытии, Пак осмотрелся. Внутри дома царила тишина, нарушаемая только шелестом листьев, попадающих в комнату через расколотые окна. Он осмотрелся вокруг, пытаясь найти что-то интересное или необычное, но все, что он видел, были пыльные полы и разбитая мебель. Однако его внимание привлекла та самая гитара Чона, стоящая в углу комнаты. Подойдя, парень начал изучать её струны и медленно потянул за струны. Звуки, пронзительные и грустные, напомнили ему о давно забытых воспоминаниях, которые он пытался забыть. Не умея играть, он пытался повторить ту самую песню, которую слушал чаще, чем собственное дыхание. Чимин знал, что ему нужно было уйти, но это место снова не давало ему этого сделать. — Чимин? — Я в доме, — подавая признаки жизни, проговорил он, все еще погруженный в в свое сознание, — у Чонгука. Но я его не вижу… — Почему ты ищешь его? Мужчина продолжает говорить, и его слова звучат все глубже и глубже, словно он углубляется в самые тайны сознания парня. Его голос становится громче, его слова более убедительными, и парень погружается все глубже. — Все выглядит так же, как в тот день… Юнги чувствует, как тело парня под ним затряслось и тот издает тихое хмыканье, едва сдерживаясь, чтобы не закричать. — Я виноват, что его сейчас нет, — Чимин плачет, но не открывает глаз, боится снова не вернутся домой, — это все из-за меня. — Чимин, открой глаза, — приказывает ему мужчина, слегка дергая парня за плечо, чтобы вырвать его из сознания. — Пожалуйста, открой глаза и посмотри на меня. Незримая боль охватывает сердце Чимина, и слезы начинают капать на его щеки. Они стекают по лицу, словно соль, оставляя за собой трагические следы. Его душа полна раздумий, и он не может остановить поток воспоминаний. Он переживает снова и снова самые драматические моменты своей жизни, воскрешая события, которые не имеют возврата. Чимин дрожит от боли, но не издаёт ни звука. Его плачь глух и затерян в душе. Чувствует, что несёт в себе нечто неисчислимо тяжёлое, и сердце не может вынести эту ношу. Но в конце концов, он открывает глаза и его слезы иссякают, и он находит утешение в мыслях о том, что прошлое нельзя изменить, но будущее всегда можно изменить. Он видит обеспокоенное лицо своего психиатра, который смотрит на него сверху вниз. Его сознание освобождается от обыденных привязанностей и он тянет свою руку к лицу мужчины, рассчитывая на спасение. Юнги перехватает чиминову руку и крепко сжимает, а другой продолжает поглаживать его волосы, успокаивая после прилива эмоций. — Это был кошмар? — спрашивает его Мин, смотря в слезящиеся глаза. — Это было мое прошлое, — выдыхает его с дрожью в голосе Чимин. — Моя ошибка, которую я совершил, — он приложил свою ладонь к глазам, скрывая от мужчины слезы, — и её уже не исправить. Голос Юнги, который может стать прочным опорным стержнем для тех, кто нуждается в поддержке. Он умеет создавать комфортную и безопасную атмосферу, в которой пациенты могут рассказать о своих проблемах и болезнях. Его слова наполнены пониманием и терпимостью, и он умеет слушать, не прерывая и не судя. Созерцая за окном дивный мир, Юнги не мог не заметить, что ветер начал нарастать и погода стала меняться, словно исполняя неведомую тайну. Солнечные лучи постепенно померкли, сменяясь низкими тучами, которые, словно тяжкий покров, опустились на землю. Деревья, в которых только что пели птицы, начали шуметь от порывов ветра, согнувшись под его силой, словно исполнительницы древнего танца. Капли дождя, сначала едва заметные, начали увеличиваться в размере и частоте, словно в них была запрятана сила, способная изменить мир. И вскоре, прекрасный мир за окном стал меняться, переходя в темное и холодное царство, где дождь и ветер царят над всем, словно невидимые гиганты, неумолимо требующие внимания. Каждый удар капель о стекло звучал, словно знак предупреждения, что наступила пора изменений и преображений, и те, кто не готов к ним, будут неизбежно потеряны. Это был такой же дождливый день, слишком тяжелый, словно грузом давил на голову. Чимин поднялся с колен мужчины и сел. Его руки психиатр продолжал крепко держать, боясь, что Пак может сбежать. Но Чимин не сможет убежать. От прошлого не убежать. Чимин прижимается к Юнги, словно защищаясь от мира, которым был окружен. Его пальцы судорожно сжимали край белого халата, будто пытался держаться за что-то реальное в этом безумном мире. Он прижимался к своему психиатру, словно он был единственной опорой в его жизни. Глаза были полны страха и беспокойства, и в них отражалась боль, которую он чувствовал внутри. Даже не знал, как ее можно описать, но знал, что она была настоящей и непереносимой. Психиатр смотрел на него с пониманием и сочувствием, словно он мог понять его боль лучше, чем кто-либо другой. Голос Юнги звучал мягко и успокаивающе, словно он хотела унять его страх и беспокойство. Он попросил Чимина расслабиться и рассказать ему то, что его так сильно беспокоило. Чимин прижался к нему еще сильнее, словно хотел погрузиться в его тепло и защиту. Руки Юнги были нежными и утешающими, словно может доверять ему свою жизнь.

flashback

Чимин сидел на краю кровати, закутавшись в одеяло, пытаясь укрыться от мира, который его окружал. Мысли кружились вокруг одной и той же темы, и он не мог остановить их. Чувствовал, что что-то не так, что-то, что он не мог объяснить. Это было как глубокий болезненный рубец на его душе, который не заживал и всегда напоминал о себе. Пытался отогнать эти мысли, но они возвращались снова и снова, как ночные кошмары, которые не оставляют его в покое. Чонгук уехал от него еще рано утром несколько дней назад, сколько точно он не знает. Прошло уже достаточно много времени, как они живут вместе. Это был особенный день, потому что сегодня ровно три года, как Чонгук привел его в этот дом. Сердце парня билось быстрее, и он чувствовал, как дыхание становилось тяжелым и неровным. Пак был окружен тьмой и страхом, и ему казалось, что он никогда не сможет выбраться из этого состояния. Почему Чонгук не возвращается к нему уже так долго? Дни кажутся однотипными, такими длинными, будто прошёл месяц или два с исчезновения старшего. Чимин испытывал одиночество, которое охватывало всем телом и душой. Ему казалось, что никто не понимает его и никто не может помочь, кроме Чона. Пытался справиться с этим самостоятельно, но чувствовал, что не может преодолеть это один. Его мысли казались ему громкими и невыносимыми, и он жаждал тишины и покоя. Знал, что ему нужна помощь, но было страшно обращаться к кому-либо. Ему казалось, что это признание слабости, и он не мог себе этого позволить. Так Чимин продолжал сидеть и терзать себя мыслями о том, что снова один. Его тело было тяжелым, словно было намертво сковано в цепи. Каждое движение было болезненным и утомительным, и он чувствовал, как его мышцы дрожат от усталости. Боль пронизывала тело, оно было израненным и истерзанным. Каждый удар сердца отдавался в каждом суставе, чувствуя, как тело превращается в живой ад. Холод пронизывал его кожу, словно она была покрыта льдом. Чимин трясся от холода, и его зубы стучали, словно они играли музыку на белых клавишах. Он чувствовал, как воздух в его легких горел огнем. И с трудом мог сосредоточиться на чем-то еще, кроме боли и холода. Пытался закутаться в одеяло, но это не помогало. Холод проникал сквозь каждый шов, и чувствовал, что замерзает с каждой минутой все больше. Его глаза были закрыты, ощущая, как капли пота выступают на его лбу и бороздят его щеки. Он чувствовал себя беспомощным и уязвимым, как лист, который порывом ветра уносит в даль. Так Чимин лежал на кровати, тело болело, холод проникал в самые глубины его души. Он желал только одного — чтобы эта боль и холод прекратились и оставили его в покое. Чимин смотрел на мир вокруг себя сквозь окно, наблюдая, как день сменяет ночь, а ночь сменяет день. Внутренние бури и невыносимая тоска охватывали его, когда он задумывался о своей жизни, о своих стремлениях и о том, что его ожидает в будущем. Внутри дома было полное одиночество. Его мысли были переполнены сомнениями, волнениями и страхом перед тем, что может произойти, если Чонгук не вернется домой. Внутри себя он чувствовал, что душа и тело пребывают в разных местах, не могут найти свою гармонию. Он знал, что нуждается в Чоне, чтобы почувствовать себя полноценным человеком, но он был не рядом. Холодные вечера не приводят к расслаблению, когда Чимин ждет. Внутри себя чувствовал, как нервы напрягаются из-за каждого шороха в доме. Он ходил взад и вперед, испытывая внутреннюю бурю, когда думал о том, что может случиться с его любимым, почему его так долго нет. Пытался заняться чем-то, чтобы отвлечься, но ничего не получалось. Сквозь окна он видел, как улица погружалась во мрак, и он чувствовал себя одиноко. С каждым прошедшим часом он все больше убеждался в том, что его любимый должен был вернуться давно, но что-то пошло не так. Эта комната казалась пустой и безжизненной, как его душа. Он смотрел на свои руки и перестал находить смысл существования. Все, что он делал — это мысленно перебирал свои ошибки и прожитые годы, понимая, что с каждым днем его одиночество становится все более нестерпимым. Каждую ночь Чимин ложился на кровать и ощущал, как пустота, которая казалась слишком большой, начинает увеличиваться. Хотел кричать и просить о помощи, но никого не было, кто мог бы его услышать. Его жизнь казалась безнадежной, и он не мог поверить, что в ней есть хоть какой-то смысл. Постепенно его здоровье начало ухудшаться. Он перестал есть и пить, его мысли стали запутанными и неуправляемыми. Его душа была готова уйти из этого мира, и он понимал это. Но он не хотел умирать один, не хотел уходить из этого мира, не попробовав спастись. Парень продолжал покорно сидеть в комнате, глядя в окно и слушая, как время тянется медленно и уныло. Его мысли были тяжелыми и загруженными. Но вдруг он услышал звук открывающейся двери. Его сердце забилось быстрее, и Чимин вздрогнул от неожиданности. Медленно поднялся и направился к двери, надеясь, что это его Чонгук, которого он так долго ждал. Наконец-то он увидел Чонгука, который стоял там и улыбался ему. Пак чувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, когда старший подошел к нему и обнял. — Хозяин вернулся, моя прелесть, — нежно говорит ему Чонгук, голос которого звучал приветливо и душевно. — Извини, что пришлось задержаться. Чимин чувствовал его тепло и понимал, что жизнь снова наполнилась смыслом, и что теперь он не один. Он был благодарен за то, что его любимый человек вернулся к нему. Теперь они стояли вот так, в объятиях друг друга, и на их лицах было только счастье и любовь. Чимин находился в объятиях своего любимого, и ощущения, которые он испытывал, были непередаваемы. Тепло и уют распространяются по всему его телу, как сердце начинает биться быстрее, и как душа наполняется безграничной радостью. Его глаза заполнились слезами счастья, и он не мог поверить, что он находится в объятиях своего Чонгука. Он чувствовал, как старший крепко держит его за плечи и прижимает к себе, словно никогда больше не отпустит. Пак закрыл глаза и наслаждался моментом. Ощущал запах, слышал его голос и чувствовал касания. В этот момент ему казалось, что ничего больше не нужно, кроме этого момента счастья и любви. Чимин считает, что Чонгук любит его неотъемлемой и искренней любовью, и это наполняло его сердце невероятной радостью. Вместе они создавали неповторимую атмосферу, наполненную теплотой, лаской и заботой в этом мрачном доме. Чимин знал, что теперь никогда не будет один, потому что у него есть Чонгук, который всегда будет рядом, когда это нужно. Он был настоящим счастливчиком, потому что он нашел свою любовь, свою родственную душу, свое спасение. Он открыл глаза и посмотрел на старшего, улыбаясь ему. В этот момент он был по-настоящему счастлив, наслаждаясь любовью и прекрасной жизнью в объятиях своего любимого парня. — У меня есть кое-что, из-за чего мне пришлось задержаться. Чимин продолжал молча стоять на месте, по просьбе Чона, и не делать никаких лишних движений. Он был призван остаться на месте у выхода у дома, терпеливо ожидая старшего. Ему было предложено пребывать в этом месте, где мог бы сохранить неподвижность, сдержанность и проявить чувство ответственности. Возложенная на него миссия требовала усидчивости и терпения, поэтому он безупречно выполнял свой долг, сохраняя при этом достоинство и спокойствие. Чонгук вышел из дома на улицу неизвестно для чего. И Чимину следовало не задавать лишних вопросов, а просто довериться. Пак с тревогой заметил, как Чонгук держал в своих руках безжизненное тело юной девушки. Его сердце заполнилось ужасом, глядя на эту жуткую сцену. Ему было больно наблюдать, как беззаботный и безжалостный парень держал девушку в своих объятьях, словно она была всего лишь предметом его владения. Взгляд Чимина наполнился гневом и возмущением, ему необходимо что-то сделать. Для чего Чонгук привел в их дом какую-то девушку? Чонгук внимательно следил за девушкой, которая находилась в компании своей подруги в кафе, в котором он подрабатывал. И был поражен ее изяществом и прекрасной наружностью, которые бросались в глаза уже при первом взгляде. Ее красота была не только поверхностной, но и пронизывала глубину её души. Он замечал каждое её движение и желал, чтобы она заметила его взгляд. Она была для него не только объектом прекрасного, но и олицетворением силы и грации. Ее присутствие заставляло его забыть обо всем, кроме этой неповторимой красоты. Официант уважительно относился к её желаниям и потребностям, стараясь максимально комфортно обеспечить пребывание в этом месте. Он был готов подстраиваться под её настроение и желания, и делал все возможное, чтобы она чувствовала себя особенной. Каждый раз, когда она обращалась к нему, Чонгук чувствовал, что его сердце замирает от счастья и возбуждения. Он стремился максимально угодить ей, и делал это не только как официант, но и как человек, которому было бы чрезвычайно важно, чтобы она осталась счастливой и довольной. И не сдержался. Подождав, когда та останется одна и будет собираться уходить, Чонгук схватил и вырубил девушку одним ударом по голове, из-за чего та буквально упала в его объятия. Словно тень на стене, тело девушки было осторожно помещено в темный багажник его автомобиля. Ее безжизненный облик был укутан в мертвенное покрывало, а затем бережно перенесен в пространство, которое когда-то было предназначено для груза. На фоне тихой ночной тишины этот акт выглядел как нарушение всего мирного и доброго. Молчаливые и безразличные к страданию своих жертв, Чонгук проявляли мерзкую жестокость, которая поражала воображение. Его бездушный взгляд был настолько лишен человеческих чувств, что это напоминало некую абстрактную форму зла, которая окутывала все вокруг. Тихий щелчок закрывающегося багажника, словно нарушение тишины, окончательно запечатлел этот страшный образ. Черный автомобиль двинулся в путь, увозя с собой безжизненное тело девушки и захлестывая на своем пути волны страха и отчаяния. В пустой бесконечности ночи он двигался, словно чудовище, исправляя злые дела и нарушая все законы природы. Чимин с тревогой и беспокойством наблюдал за бездыханным телом девушки, которое Чонгук унёс на кухню. Ее лицо было бледным и безжизненным, как будто в ней не оставалось искры жизни. Он был ошеломлен произошедшим и не знал, что делать. Зачем же он её привел сюда? Кто она для Чонгука? Тело в руках парня казалось тяжелым и хрупким. Он положил девушку на стол, тихо выдохнув от усталости. Ее волосы лежали неровными прядями на столешнице, и она не двигалась. Старший приблизился к ней и взял ее ладонь в свою, чувствуя прохладу кожи. Он нахмурился и начал осматривать ее, пытаясь понять, что случилось, не обращая на вошедшего Пака никакого внимания. Тот лишь молча наблюдал за тем, как Чонгук рассматривал девушку на столе. Ее глаза были закрыты, и она, казалось, не дышала. — Вот, ради кого мне так пришлось задержаться, родной, — произносит Чонгук, обращаясь к Чимину. — Она такая красивая. Сегодня я многому тебя научу. Что? Чимин встрепенулся, когда увидел, как Чонгук взял нож в руку. Его сердце забилось быстрее, и он почувствовал прилив страха. В его глазах отразилось беспокойство, когда он начал наблюдать за Чонгуком, который стоял перед ним с ножом в руке. Он пытался понять, что происходит. Его ум начал работать быстрее, и он стал искать способы убедить своего друга бросить нож. Но он не мог найти правильных слов, и все, что он мог сделать, это наблюдать за сценой, которая разворачивалась перед ним. Его сердце забилось сильнее, когда Чонгук поднял нож в воздух. Он стал осматриваться по сторонам, ища что-то, что могло бы помочь ему решить эту ситуацию. Чимину стало не по себе, когда он увидел, как Чонгук подходит к девушке, лежащей на столе. Он почувствовал, как внутри него начал расти страх, когда тот медленно приближался к ней. Было ясно, что Чон не в своем уме, и младший понимал, что должен сделать что-то, чтобы предотвратить беду. Но страх взял верх над ним, и он не мог двигаться с места. Он смотрел на Чонгука с надеждой, что его друг остановится и не сделает чего-то страшного. Чимин почувствовал, как страх овладел им полностью. Он не мог даже сказать ни слова, ни сделать ни одного движения. Продолжал стоять на месте, смотря, как Чонгук приближается к девушке, и боялся. Понимал, что он должен сделать что-то, сказать, но его страх был слишком сильным, и он не мог справиться с ним. Его глаза были широко открыты, и он пристально смотрел на Чонгука, который уже был совсем рядом. В конце концов, парень просто закрыл глаза, понимая, что не может смотреть на то, что происходит. Его тело дрожало от страха, и он чувствовал, как его сердце бьется быстрее и быстрее. Он надеялся, что все закончится хорошо, но он боялся, что это может быть не так. Но внезапно послышался громкий звук сирен, который пронзил уши и заставил сердце биться быстрее. Этот звук был настолько громким и пронзительным, что Чимин даже чувствовал его в своих костях. Он мгновенно осознал, что это звук полиции, и его тело немедленно напряглось в ожидании. Тем временем, Чонгук, который собирался разрезать нежную кожу девушки, внезапно остановился, словно его ноги приварились к полу. Он резко повернул голову в сторону источника звука, внимательно прислушиваясь к окружающим звукам. Его ум охватило чувство неуверенности и беспокойства, так как он не знал, что происходит и что делать дальше. Оба юноши были охвачены чувством неизвестности и тревоги, но они не знали, как события будут развиваться дальше. Чонгук был напуган и взволнован, когда он услышал крики и шум возле дома, в котором они находились. Он мгновенно понял, что что-то необычное происходит и решил, что им нужно немедленно скрыться, чтобы не попасться. Обернувшись к Чимину, он начал громко кричать, приказывая ему схватить девушку затаиться в подвале, где они могли бы спрятаться и подождать, пока нежданные гости не уйдут. Его голос был зловещим и наполненным тревогой, когда он предупреждал Чимина о возможной угрозе и приказывал ему действовать быстро и безошибочно. Парень был испуган и озадачен, но он сразу понял, что должен следовать за словами и сделать все возможное, чтобы сохранить свою жизнь и жизнь своего любимого. Напуганный и ошеломленный, Чимин с трудом держал девушку в своих руках. Он был испуган и озадачен тем, что произошло, и не знал, что ему делать дальше. Его руки дрожали, когда пытался удержать тело, чтобы оно не упало на пол и не издало лишний шум. Чувствовал ее тяжесть и тепло, когда она лежала в его руках, без движения и сознания. Чимин стоял на верхней ступеньке лестницы, которая вела в подвал. Его руки дрожали, а сердце бешено колотилось в груди. Он был испуган до предела, и все, что мог, это держать бессознательное тело девушки на руках. Парень попытался спуститься по лестнице, но ноги несли его с трудом. Чувствовал, как тело девушки начинает скользить из его рук, и попытался ухватиться за что-то, чтобы не уронить ее. Но все было уже поздно, и тело девушки упало, скатываясь по лестнице вниз и падая на пол с глухим звуком. Парализованный страхом, Чимин стоял на месте и не мог поверить, что это произошло с ним. Он смотрел на бездыханное тело девушки, лежащее на полу, истекающее кровью, и понимал, что все его надежды и мечты разрушились в одно мгновение. Закрыл глаза и попытался успокоиться. Знал, что ему нужно что-то сделать, чтобы спастись. Девушке уже не помочь: та, словно сломанная кукла, лежала в луже собственной крови, что растекалась из её головы. Он был на краю отчаяния. Сидел возле двери, что вела вниз, не зная, что делать. Знал, что Чонгук был внутри здания, и понимал, что ему нужно что-то сделать, чтобы спасти свою любовь и жизнь. Чимин быстро разобрался в ситуации и понял, что Чонгук был задержан полицией из-за одного человека. Это была подруга той самой девушки, тело которой продолжало лежать на холодном полу, пропитанного сыростью и мерзлотой. Так вышло, что девушка сразу заметила пропажу своей подруги и, выйдя на улицу с другого выхода, заметила, как темная фигура положила бездыханное тело её подруги в багажник, моментально скрываясь в тени ночи. Но та, запомнив номера, немедленно сообщила в полицию, прекрасно осознавая, что в той машине точно находилась её пропавшая подруга. Чимин быстро осознал, что должен что-то сделать, чтобы высвободить Чонгука. Он выбежал из дома и увидел его, стоящего среди полицейских, которые крепко держали и не выпускали. Заметил, что его друг был настроен боевым духом и не собирался сдаваться. И быстро осмотрел окрестности, и заметил, что полицейские были расположены так, что он мог бы прорваться к нему. — Чонгук! Чимин резко повернул и начал бежать в сторону любимого, преодолевая препятствия. Чувствовал, что его ноги горят от усталости, но не останавливался, продолжая двигаться вперед. Он приближался к Чонгуку, но полицейские пытались остановить его. Дал им отпор и продолжал бежать. И, наконец, добрался до своего Чонгука, начал биться за его свободу. Сердце Чимина замирает, когда полицейские схватили его за руки и грубо оттащили от Чонгука. Он боролся, пытаясь освободиться, но полиция была сильна и неотступна. Они не были дружелюбны к нему, и не желали слушать его аргументы. Вместо этого они грубо перетаскивали его дальше, крича на него и угрожая применить силу, если он не перестанет сопротивляться. Чимин чувствовал, что его руки сжаты в тиски стальных пальцев, и он не мог освободиться. Был беззащитен перед мощными и вооруженными мужчинами. — Отпустите, — истерично выкрикивал он, продолжая сопротивляться и пытаться вырваться из захвата мужчин. — Отпустите меня! Чимин чувствовал, как его сердце разрывается от боли и отчаяния. Он кричал, моля полицейских, чтобы они отпустили его и Чонгука. Он плакал и вопил, но его голос затихал в душераздирающих криках. Бился головой, словно о стену, кричал, что они невиновны ни в чем, что ими ничего не сделано, но полицейские были неумолимы. Они продолжали держать их, не отпуская, не слушая их просьб. Его ноги ослабевают, и чуть не падая на землю. Был изнурен и сломлен, но не его дух. Чимин продолжал кричать, моля о помощи, чтобы отпустили. Голос дрожал от боли и отчаяния, но не останавливался. Был готов бороться до конца, ради своей свободы и свободы Чонгука. Но полицейские были глухи к его просьбам. Они продолжали держать их, не позволяя им уйти. Чимин чувствовал, что безнадежно заключен в этом месте и что не может сделать ничего, чтобы изменить свою ситуацию. Но не сдался. Он продолжал бороться, надеясь на лучшее и готовый идти до конца ради своей правды и свободы. Чимин пытался говорить с ними, объяснять свою сторону их истории, но они не слушали его. Они лишь продолжали тащить его к машине, не оставляя ему ни малейшего шанса на справедливость. — Что случилось? Чонгук! — на разрыв горло крича, спрашивал его Чимин, не замолкая. — Что им нужно? Почему они говорят о каком-то преступлении и не позволяют мне к тебе прикоснуться?! Чонгук находится в состоянии ярости и эмоциональной напряженности, когда пронзительный крик Чимина доходит до его ушей, раздражая. Его ослушались, не сделали так, как он приказал, а в итоге сейчас находится среди множества людей в форме, что держат его крепко и не дают сдвинуться с места самостоятельно. — Закрой свой рот! — Чонгук начал кричать, чтобы выразить свои чувства и эмоции, тем самым привлекая внимание окружающих. — Никчемное создание, как ты посмел меня ослушаться, м? — он бросает грозный взгляд на Пака, вынуждая того вздрогнуть и еще сильней лить слёзы. — Я что тебе сказал, а ты что сделал? Какого хуя ты не спрятался, а вышел на свободу?! — голос старшего громкий, заставляет всех окружающих слушать и смотреть только на него. — Это всё из-за тебя, ёбанное животное! Если бы ты послушался меня, этого бы сейчас не было. Чонгука бросили на землю. Чимин стоял на месте, чувствуя боль и оскорбление от того, как к нему обращались. Глаза наполнились горячими слезами, которые начали стекать по его щекам, словно дождевые капли на стекле окна. Каждый удар сердца напоминал о его боли, и слезы текли все сильнее, словно ручей, размывающий горный склон. Он попытался сдержать эмоции, но теперь они накатывали на него с неудержимой силой. Каждое дыхание было тяжелым, будто воздух был густым и тягучим, как мёд. — Чонгук, не говори так, — Чимин задыхается, — Не мог оставить тебя одного, как я мог? Я же люблю тебя, Чон... — Я ненавижу тебя, Чимин! Ты предал меня, тебе не следовало выходить из дома, — кричит в ответ на него Чонгук, не давая ему договорить, — если бы ты послушал меня, если бы ты молчал… Чимин закрыл глаза и вздохнул, пытаясь справиться со своей болью. Но слезы все равно продолжали течь по его щекам, словно горькие ручьи, не заботясь о том, что они могут выдать его слабость. — Прости меня, прости! Я ошибся, признаю, что ослушался, но обещаю, что этого больше не повториться! И он плакал, не заботясь о том, кто увидит его слезы, потому что больше не мог скрывать свою боль и печаль. Продолжал повторять слова любви и о том, как сильно любит и нуждается в Чонгуке. Его сердце было разбито, и слезы текли все сильнее, будто его душа была разорвана на куски, и он не мог уже скрыть свою слабость перед миром. — «Больше» уже не случится, Чимин, — досадно произносит ему Чон, поднимая голову с земли, чтобы в последний раз взглянуть в глаза тому, из-за которого все это началось. — Это конец нашей с тобой счастливой и спокойной жизни. И только ты все уничтожил. Ты. Чонгук попытался подняться на ноги, решив, что будет бороться за свои права, даже если это означает борьбу с властными институтами. Его дух был непоколебим, и он был готов идти до конца ради своей правды и свободы. Взгляд Чимина стал тускнеть, когда его душа была разорвана на куски. Сердце, ранее полное радости и надежды, теперь превратилось в раздробленный камень, который тяжело лежал на груди. Он был безутешен и неподвижен, словно внутри него умерла вся жизнь. С тех пор, как любимый человек был разъединен с ним, чувствуя, как мир вокруг него рушится. Он привык к тому, что его рука находится в его руке, улыбка всегда рядом, и сердце билось в такт его. Но теперь все это было отнято у него, и он чувствовал себя одиноким и беспомощным. Мечты и планы были сотрясены до основания, словно землетрясение разрушило все вокруг. Он больше не мог представить свою жизнь без Чонгука. Мир Чимина был разрушен, и он остался один в своем горе. Его сердце было разбито на множество мелких кусочков, и не знал, как склеить их вновь. Но продолжал жить, ждать, надеясь, что однажды он снова встретит свою любовь и вернется к счастью, которое когда-то было его.

end of flashback

В тот день, когда его жизнь казалась наиболее удачной, он потерял все, что было дорого ему. Его душа была разорвана на куски, и сердце билось в такт только тоске. Ощущение, как его мир превращался в развалины, а все его мечты и надежды исчезли в один миг. Каждый день, когда Чимин просыпался, ему казалось, что ничего не имеет больше смысла. Он перестал надеяться на лучшее, потому что все, что было ему дорого, было отнято у него навсегда. Его дни стали монотонными и безрадостными, и Чимин часто задумывался о том, как было бы хорошо, если бы мог вернуться назад и изменить все свои ошибки. Но уже было поздно, и он понимал, что больше никогда не сможет исправить прошлое. Чимину казалось, что останется один навсегда, потому что никто не сможет заполнить пустоту, которая образовалась внутри него. Но появился Юнги, который буквально собирает по частям, вновь создавая в нем какой-то смысл. В кабинете психиатра вдруг стало прохладно, словно ветер, пронизывающий стены, занес свои холодные поцелуи в каждый уголок помещения. Воздух стал плотным и сырым, словно туман, который покрывает город в пасмурный день. Даже свет в комнате показался менее ярким, словно бурильный луч проникал через серую пелену, образованную тучами. За окном продолжал идти дождь. Он падал тихо и равномерно, словно затвердевший метроном, который создавал ритмическую мелодию, но без лишней громкости. Капли стучали по стеклу, создавая какую-то странную гипнотическую музыку, которая вызывала ощущение мира, отделенного от реальности. Такое сочетание прохлады и дождя создавало особую атмосферу в кабинете, словно его стены стали временным убежищем от неугомонного мира, где все бегут и не успевают остановиться на мгновение, чтобы задуматься о своей жизни. В этом уединенном пространстве можно было сосредоточиться на себе, на своих мыслях и чувствах, которые иногда так трудно выразить словами. Звук дождя создавал момент, будто время остановилось и можно было укрыться от бегущего мира, чтобы заняться саморефлексией и понять свои внутренние чувства и мысли. Чимин прижался к своему психиатру, словно его жизнь зависела от каждого мгновения, проведенного в его объятиях. Он ощущал каждое его дыхание на своей коже, словно оно передавало ему не только тепло, но и надежду на спасение. Сильней прижимаясь к нему, Пак ощущал, как его тело невольно расслабляется. Сердце билось в унисон с сердцем мужчины, словно две части одной целости, которые не могут существовать без друг друга. Он ощущал его силу и мудрость, которые придавали ему уверенности в своем будущем. Чимин закрыл глаза, уткнувшись лицом в плечо доктора, и почувствовал, как его душа наполняется тревогой. Его грудь поднимается и опускается в темпе его неуправляемого плача. Наконец, поднимает голову, вытирая слезы рукавом своей рубашки. Психиатр слушает его внимательно, гладя его по плечу, пытаясь успокоить его. Он выбирает каждое слово с особой тщательностью, чтобы не нанести ему еще больше боли. И так, Чимин продолжает рассказывать, раскрывая все тайны своего сердца. Он больше не скрывает своих эмоций и чувств, потому что он знает, что психиатр будет слушать его. Юнги почувствовал, что его пациент начинает паниковать. Он мягко прижал его к себе, чтобы успокоить и защитить. Чувствуя тепло его тела, пациент начал расслабляться и успокаиваться. В ответ на это Юнги нежно обнял его плечи, прижимая к себе еще ближе, словно хотел дать пациенту понять, что он не один. — Я понимаю, как тебе трудно, но ты не один. Я здесь, чтобы помочь тебе, — дослушав пациента до конца, тихо проговорил Юнги. В этот момент Чимин понял, что не может жить без своего психиатра. Он был его опорой, его светом в темноте, его теплом в холоде. Понял, что никогда не отпустит его, что будет всегда рядом, чтобы защищать и любить. — Все хорошо, я здесь, — Юнги тихо шептал, словно боясь нарушить мир, который только что создал. Он понимал, что в этот момент самые важные слова — это те, которые не говорят вслух, а передаются через прикосновение и объятие. Чимин медленно успокаивается, чувствуя облегчение, что он наконец-то нашел кого-то, кто ему поможет. Он забыл о своих страхах и тревогах, забыл о том, что окружающий мир может быть жестоким и несправедливым. В этот момент ему было хорошо, он чувствовал себя защищенным и любимым. Доктор гладил его по спине, словно успокаивая маленького ребенка, и Чимин почувствовал, как его тело нежно колышется в такт его ласкам. Он ощущал тепло его рук, которые казались бесконечно нежными и заботливыми. Парень медленно успокаивался под его ласковыми прикосновениями, и Юнги чувствовал, как его сердце начинает биться сильнее. Он был готов отдать все, чтобы его пациент ощутил хотя бы каплю той любви и заботы, которую он ему дарил. Тихие вздохи пациента перешли в ровное дыхание, и Юнги почувствовал, как его тело ослабевает в его объятиях. Он продолжал прижимать его к себе, не желая отпускать, словно он боялся, что пациент снова начнет паниковать. Он смотрел на него, улыбаясь тихо, и понимал, что это был тот момент, когда вся боль его пациента ушла, и он остался только с любовью и заботой. Юнги понимал, что в этот момент он был рядом со своим пациентом, чтобы поддержать его и защитить, словно он был его светом в темноте. Темный вечер обрамлен серыми облаками, которые лениво кружились на небе, словно не торопясь испустить свой драгоценный груз. Вдали, за окном, густой дождь барабанил по крышам и оконным стеклам, создавая свой собственный ритм. Это был дождь, который не знал устали, и его стучащие капли напоминали о себе своей постоянностью и настойчивостью. Ветер сквозь щели оконной рамы тихонько свистел, создавая гнетущее ощущение одиночества и тоски. Казалось, что внешний мир был настолько погружен в свои проблемы и заботы, что не мог услышать и не хотел знать о том, что происходит внутри комнаты. Но для того, кто находился внутри, дождь за окном стал своего рода утешением. Он создавал некий уют и спокойствие, словно приглашая забыть о том, что происходит за окном и просто наслаждаться этим звуком. Капли дождя, падая на землю, создавали удивительную мелодию, которая могла успокоить самое тревожное сердце. Она уводила в себе все трудности и проблемы, которые могли возникнуть в жизни, и переносила в другой мир, где все было легко и просто. Дождь за окном стал не только знаком погоды, но и знаком чувств и эмоций. Это был некий особый настрой, который мог быть либо грустным, либо уютным, либо даже романтичным. В этот вечер дождь не переставал идти, и каждый мог наслаждаться им по-своему, погружаясь в свой внутренний мир и находя в нем свою истину. — Во всем виноват я, только я, — тихо продолжал ругать себя Чимин, не забывая своих ошибок. — Если бы я только не вышел из дома, то… — Ты все сделал правильно, Чимин, — перебивает его Юнги, не давая договорить те неправильные слова, которые собирался произнести парень. — Если бы ты этого не сделал, возможно, сейчас ты не сидел тут со мной. И кто знает, сколько бы еще продолжался тот кошмар, а насильник оставался безнаказанным. Ты все сделал правильно, — Юнги нежно берет его бледное лицо в свои ладони, всматриваясь в заплаканные глаза напротив. — Больше никогда, слышишь, никогда не смей говорить, что это ошибка. То, что случилось с Чонгуком не было ошибкой, это было самое настоящее спасение, в котором ты действительно нуждался. — Как же… он ведь говорил, что это все из-за меня. — Он много чего тебе говорил и делал, это ужасно, Чимин, что тебе приходится верить его словам. — Но я любил его, а он меня… — Это не любовь, — твердо и уверенно выдает ему Юнги, словно приговор. — Это самое ужасное, что может произойти с жертвой, когда начинает защищаться, путем психологического давления со стороны насильника, расценивая все его действия и слова как выражение любви. Ты жертва, Чимин. Жертва насилия, но не любви. Каждый раз Юнги пытается вразумить Чимину тот факт, что Чонгук отвратителен и все его поступки, причиненные ему, ужасны. Это не проявление любви, это безумие, необъяснимое, что-то кошмарное. Чимин снова начал плакать, не в силах сдержать свои эмоции. Он был охвачен глубокой болью и одиночеством, которые сжимали его сердце и не давали покоя. Склонив голову, он стал произносить тихие слова, которые казались ему единственным выходом из этого безумия. — Почему меня никто не любит? Я стараюсь быть хорошим человеком, но почему-то все отвергают меня. Неужели я не достоин того, чтобы меня любили? Его голос звучал тихо и тревожно, словно он боялся, что кто-то услышит его слабость. Он продолжал говорить, и его слова превращались в рыдания, которые захлестывали его тело. — Я хочу быть любимым, я хочу иметь друзей и близких людей рядом. Но почему все так сложно? Почему все такие холодные и равнодушные к моим страданиям? Голос Чимина затих, и он остался сидеть на месте, склонив голову. Его глаза были наполнены слезами, которые, не переставая, текли по его щекам. Юнги смотрел на него, тот сидел, скрывая свое лицо руками, словно бы скрываясь от мира и не желая показывать свою слабость. Его сердце было охвачено желанием обнять его и сказать ему, что он не одинок в этом мире, что есть человек, который может любить его таким, какой он есть. Но слова застревали в его горле, а сердце билось сильнее, желая вырваться наружу. Он медленно обнял его, словно хотел донести до него всю свою любовь и поддержку. Чимин неожиданно зашептал: — Юнги, почему ты обнимаешь меня? — Потому что люблю, — ответил Юнги, словно сорвавшись с цепи. — Любишь меня? Но я же такой никчемный и никто не любит меня, — пробормотал Чимин, всё ещё скрывая свое лицо. — Я люблю тебя за то, кто ты есть, Чимин. Я люблю твою улыбку, твои глаза, твою душу. Ты самый прекрасный человек, которого я знаю. И хочу, чтобы ты знал, что не одинок в этом мире. У тебя есть я, и буду любить и поддерживать тебя всегда, — произнес Юнги, словно раскрывая свою душу. Юнги смотрел на Чимина с любовью в глазах, и внутри его души теплота распространялась все больше и больше. Он хотел, чтобы Чимин понимал, что настоящая любовь — это не просто чувство, которое охватывает сердце. Тот находился в блаженном состоянии, когда его мягкое тело обволакивали объятия старшего. И ощущал тепло и безопасность, которые Юнги излучал в каждом своем движении. Пак закрыл глаза, наслаждаясь ощущением близости и ласки, которые Юнги ему предоставлял. Каждый раз, когда находился в его объятиях, то ощущал, что все проблемы и тревоги исчезают, словно они никогда и не существовали. Чувствовал себя любимым и желанным, и это было невероятно важно для него. Чимин знал, что Юнги всегда будет рядом, когда он нуждается в поддержке и утешении. Знал, что Юнги — это тот единственный человек, который действительно понимает его и готов поддержать в любой ситуации. Чимин ощущал, как сердце его замирает, когда психиатр находился поблизости. Его дыхание становилось тяжелым и неустойчивым, а руки дрожали от волнения. Он не мог объяснить, что происходит с ним, но все его мысли и чувства были направлены только на Юнги. Каждый раз, когда Чимин видел его, то не мог оторвать от него взгляда. Его сердце билось быстрее, когда мужчина улыбался ему, и его голос пробуждал в нем множество приятных эмоций. Он был счастлив, когда был рядом с Юнги, и ощущал, что никакие другие моменты в жизни не могут сравниться с этими. Чимин забывал о Чонгуке, потому что Мин был теперь единственный, кого он мог видеть рядом с собой. Его сердце было наполнено любовью и желанием быть с Юнги всегда. Он понимал, что влюблен в Юнги, и это чувство было сильнее любого другого, которое он когда-либо испытывал. Пак был готов отдать все, чтобы быть с Юнги. Его мысли и сердце были полностью направлены на него, и он не мог представить свою жизнь без него. Вселенная была свидетелем того, как Юнги простер руки к Чимину и взглянул на него с нежностью, которую не видел никогда раньше. Он произнес каждое слово с такой тщательностью, словно каждое из них имело огромное значение. — Я понимаю, что прошлое продолжает терзать тебя, и твое сердце все еще занято Чонгуком. Но не тороплюсь, поэтому готов ждать, пока ты отпустишь его и примешь меня, а не его. Чимин смотрел на него, словно слушая мелодию, которая разносилась в воздухе, словно голос, который когда-то слышал давным-давно, но забыл. — Юнги… Я… Я, — Чимин отвечал, голос его был тихим и дрожащим. — Я понимаю, — Юнги улыбнулся, словно пытаясь успокоить его. — Ты можешь дать мне ответ, когда будешь готов. Я буду ждать, Чимин. Я буду ждать тебя, как долгожданного рассвета. Медленно подняв голову, Чимин посмотрел на Юнги, словно только сейчас заметив его настоящее лицо. Он улыбнулся, и его глаза засветились, словно зажигая огонь внутри его души. Чимин был зажат между своим прошлым и настоящим. Он долго не мог забыть Чонгука, который оставил его, когда ему больше всего была нужна поддержка и оставил одного. Это оставило в Чимине глубокие раны, и он боялся доверять и снова влюбляться. А что значит по-настоящему любить? Но однажды он встретил Юнги и почувствовал, что в нем есть что-то особенное. Чимин был привлечен Юнги своим теплым сердцем и заботой, которую он проявлял к нему. Он чувствовал, что мужчина понимал его лучше, чем кто-либо другой. С каждым днем Чимин все больше убеждался в своих чувствах к Юнги. Он начал забывать о своем бывшем парне и понимал, что теперь все его мысли в голове забиты лишь мужчиной. Понимал, что психиатр был настоящим, и что они могли создать нечто большее, чем он мог представить. — Спасибо, Юнги, — прошептал Чимин. Юнги улыбнулся и обнял Чимина. Он понимал, что это было трудное решение для Чимина, и был готов взять на себя любую ответственность и заботу о нем. Они обнялись, и Чимин понял, что нашел свое настоящее счастье рядом с Юнги. Они остались сидеть в объятиях, и Юнги чувствовал, как сердце его наполняется любовью и счастьем.