The Jewel

"Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные"

Матф. глава VII, 15

С момента роковой встречи прошло несколько дней. Феликс не смог уснуть в ту ночь: ворочался и бесконечно думал о том, что было бы, если. Крутил визитку в руках, рассматривал её со всех сторон, словно она могла указать на какой-то подвох. К сожалению, та лишь блестела и напоминала о человеке, который не должен был поселиться в мыслях. Но парень, видимо, заплатил демонам в голове Ликса, чтобы они заняли для него место в первом ряду театра, где декорации горят, а единственный актёр не может двинуться с места. Ему страшно. «Хван». Парень несколько раз произносил эту фамилию вслух, словно пытаясь привыкнуть. Однако это не помогало принять решение о смене деятельности, ведь это так непросто, даже если кажется, что это поможет жизни наладиться. Да, работа будет координально отличаться от той, которая есть сейчас, но кто сказал, что она лучше? Что всё это не очередное испытание судьбы, которое приведёт к новым печальным последствиям? Сейчас Ли при деле, кто бы что ни говорил. Он помогает другим людям расслабиться и получить удовольствие, чем не благодетель? Его танцы завораживают зрителя, начальство часто хвалит за успехи и поощряет бонусами. Коллеги завидуют гибкости парня и часто поглядывают на него с восхищением, желая обладать таким же телом, а может и этим телом — кто их знает. Но никаких романов на работе Феликс не допускает, ведь ничем хорошим это, как правило, не заканчивается. Он знает себе цену и она безумно мала, поэтому его место среди таких же отчаянных и пропащих людей. Хотя ценник этот он установил сам и работодатели с ним явно не согласны, потому как до тела Ликса может докоснуться лишь тот, кто способен заплатить кругленькую сумму. Благодаря этому и с деньгами у Ли проблем сейчас не бывает, и впечатлений в процессе набирается столько, что уже можно расплачиваться ими, как валютой. Так и зачем отказываться, бросая то, что вызывает эмоции (иногда даже приятные)? Помогает хотя бы так почувствовать себя живым. И потом, что его ждёт в этом неизвестном антикварном? Существует ли он вообще или тот незнакомец всё это выдумал, лишь бы затащить Феликса к себе в обход системы кабаре и сделать своей собственностью, как норовит поступить каждый десятый? Видел такое не раз, знает не понаслышке. «Нет-нет, и думать не нужно обо всяких демонах-искусителях с красивыми глазками, вроде этого Хвана! Пусть сам в своём магазине корпит за гроши...» — Ликса так просто не проведёшь. Он принял решение забыть обо всём этом, как о каком-то наваждении. Всё-таки время было позднее, после работы было особенно тяжело на душе, вот Ли и повёлся на сказочку о лучшей жизни. Новый день встретил танцора большим количеством посетителей. «Чем больше зрителей, тем интересней представление», — подумал парень, после чего принялся поправлять макияж. Сегодня на нём не было особо яркой косметики, потому что образ был и без того "говорящий". Кожаная мини-юбка, колготки в крупную сетку и облегающий полупрозрачный топ, что приятно касался кожи. Только рукам было немного прохладно из-за отсутствия рукавов, но это дело времени. Когда Ли окажется на сцене в свете софитов, жар заполнит всё пространство вокруг, не оставив шанса холоду поглотить ещё и его тело. Душа уже давно не знает тепла. Когда его коллега заканчивает танец и, хлопнув по-дружески по плечу, уходит за кулисы, наступает час Феликса. Он делает несколько лёгких шагов на своих высоких каблуках, чем прерывает тишину в зале, а через мгновение звучит музыка. Эта песня нравится Ликсу, он чувствует себя под неё очень уверенно, ведь знает, что от него невозможно оторвать взгляда. Он двигает бёдрами в так, делает уверенный выпад вперёд и плавные движения руками, проходя ими путь до груди. Толпа завывает от каждого нового па Феликса, и это доставляет ему удовольствие (возможно единственное, которое может доставить эта работа). Сейчас он — звезда. И неважно, кем он будет после. Выступление закончится и тот, кто выложил за него больше остальных, получит возможность разглядеть танцора поближе и прикоснуться там, где остальным не позволено. Ли бросает нежный взгляд из-под опущенных ресниц на сидящих, чтобы максимальное количество людей сегодня приняло решение не пожалеть своей зарплаты и побороться за встречу именно с ним. Но зрачки заметно расширяются на секунду, когда среди кучи влюблённых идиотов Феликс замечает одного знакомого. Того самого парня с остановки. Сейчас его выражение лица отличается от того, что Ли видел в прошлый раз. Тогда Хван был очень спокойным и сочувственным, словно хочет подобрать брошенного котёнка. А сейчас его глаза горели на пару с щеками. Он был смущён и ошеломлён, словно Ликс был самым порядочным человеком из его окружения и тут вдруг раздвинул ноги при знакомстве с родителями. Что за чувство Хван сейчас испытывает? Стыд? Что ж, не стоит удивляться, ведь Ли не утаил своей профессии, исповедуясь той ночью. Но внутри почему-то всё равно вспыхнуло нечто, которое заставило Феликса и самого на минуту зардеться. Вдруг его внешний вид перестал придавать уверенности, даже наоборот, отнял её, крича, что сейчас парень ведёт себя аморально, что должен немедленно прикрыться и поскорее спрятаться. Но Феликс Ли не будет самим собой, если не засунет внутреннюю монашку куда поглубже и не начнёт доказывать этому продавцу антиквариата за дальним столиком, что сейчас находится на своём месте и искусно делает своё дело, даже если до чёртиков его ненавидит. Движения стали резче, словно танцор не на шутку разозлился. Зрители стали выкрикивать пошлые фразы, показывая, что им нравится такой Феликс. Феликс с искрами в глазах, ведь демоны теперь пляшут вместе с ним. Дерзкий взгляд и зверская ухмылка не сползают с лица, в то время как Ликс постоянно поддерживает зрительный контакт со своим главным созерцателем. Весь мечется по сцене, ведёт себя так, будто всё это одна большая прелюдия. Он хотел, чтобы Хван понял, — никто здесь не нуждается в спасении. Когда композиция закончилась, бурные овации проводили Ли за кулисы. Танцор удалился в гримёрку, чтобы перевести дух и привести себя в порядок. Он ждал, когда кто-нибудь из начальства постучит, а это должно случиться с минуты на минуту, чтобы сообщить Феликсу, что ему предстоит провести время с господином, который был так любезен заплатить за ночь с ним. И, естественно, не признаваясь себе в этом, он ждал, что "господином" окажется именно Хван. Как следует поправив свои макияж и причёску, Ли с трепетом спешит открыть дверь, когда слышит стук. — Сегодня ты был особенно хорош, Феликс, поздравляю! — радостно декларировал невысокой мужчина, на которого работал Ликс. — Собирайся. Сегодня снова поедешь с Господином Рентаро, он уже ждёт тебя у входа. Сердце предательски дрогнуло. Господин Рентаро был одним из самых богатых и даже приятных клиентов Ли, составляющих его базу постоянников, но он был не тем, кого он хотел видеть сегодня. Неужели он недостаточно постарался, чтобы впечатлить Хвана? Не может быть, он был неподражаем! Только для него из кожи вон лез, а он вот так!.. Резко окатившее осознание заставило Феликса похолодеть. Он старался для него? Хотел произвести впечатление? Но для чего... Боже, и почему Феликс вообще ждал, что тот его выкупит? Откуда у продавца антиквариата столько денег, чтобы тягаться с толстосумами, которые захаживают к ним... Какой идиот. Не стоило даже думать о таком. Хотя, наверное, всё к лучшему. Больше Хван не захочет связываться с ним. И приходить тоже не будет. Каждый пойдёт своей дорогой, забыв о роковой встрече, словно её никогда и не было. Накинув кожанку поверх обнажённых плеч, Ли захватил припасённую сменную одежду и обувь, быстро зашагав к выходу из заведения, и попрощался с приятелем-барменом у самой двери. Завидев нужную машину, Ликс направился к ней, но почувствовал, что кто-то провожает его глазами и обернулся. Взгляд снова замер на Хване, стоявшем неподалёку от кабаре. Словно тот чего-то ждал. Или, может, кого-то? Вдруг он заплатил за кого-то другого, за кого не нужно было закладывать состояние и отказываться от семейного бизнеса? Ноги мелко задрожали. Скорее всего от холода. Да, от него, точно! От чего же ещё? Феликс первым отвёл глаза и поспешил открыть дверь машины, усаживаясь внутрь. Будто боялся передумать. Будто боялся, что взгляд чёрных дыр прожжёт дыру в нём самом и ничего не оставит, превратив в пепел, который разлетится по ветру. А Феликс не привык разваливаться на куски у всех на глазах. Он тот, кто восстанет из пепла, чтобы снова сгореть. — Всё в порядке? Ты весь дрожишь, — легонько коснувшись колена спросил человек, которому Ли должен позволить сегодня сжечь себя до тла. Впервые за долгое время Феликс дёрнулся от чужого прикосновения. — Да, просто на улице холодно. Поехали скорее, — вскоре машина тронулась и увезла Феликса подальше от посторонних глаз. Подальше от глаз человека, который заставил усомниться в своём выборе. Заставил задать себе вопрос, который так давно не звучал в голове:

«Что же я, чёрт возьми, делаю?»