Мелодия струн и масляная краска на пальцах

Мое место не здесь. Так Джисон думал все годы обучения в этой школе. Джисон устал. Устал видеть все эти фальшивые улыбки, направленные в его сторону. Устал улыбаться им в ответ. Он знает правду. Знает, что почти все пришли на эту вечеринку вовсе не ради Джисона. Им просто в радость побухать за чужой счёт. Хан почему-то думал, что будет хорошей идеей позвать весь свой класс и пару людей из параллели на свой день рождения. Он думал, что сможет хорошо повеселиться и забыть хотя бы сегодня о том, что творится у него на сердце. Как же он ошибался. А на сердце Джисона была самая типичная рана на свете — невзаимная любовь. Но эта рана болела и кровоточила. Каждый день он вспоминал образ человека и понимал, что сильнее не полюбит больше никогда. Да еще и эти ненавистные лица пьяных подростков давили на больное. Но он не мог прекратить пробегаться глазами по каждому в надежде отыскать ту самую тускло-фиолетовую макушку. Но в глубине души он знал, что его тут нет. Он сейчас в другом месте. В месте, куда сейчас бездумно направлялся Джисон. Выйдя из общежития, музыкант заметил двух его знакомых, сидящих в компании друг друга. Этот дуэт заставил брюнета не на шутку удивиться. В любой другой ситуации Джисон тут же подлетел бы к ним и начал тараторить океан вопросов, но не сейчас. Он спросит Феликса об этом позже. У него есть более важные дела. Он быстро добрался до танцевального корпуса и влетел внутрь. Тут же послышалась приглушенная музыка. В ее сторону Хан и направился. В танцевальной студии была приоткрыта дверь. Джисон заглянул внутрь, и увиденное заставило его сердце забится чаще. Парень с тускло-фиолетовыми волосами плавно двигался под какую-то американскую песню. С его лба стекали капельки пота, волосы и ворот футболки были влажными. Он был полностью погружен в танец. В каждом его движении отражалась вся любовь, вложенная в это дело. Танец — это даже не частичка его души, это вся его душа, вместе с потом, кровью и слезами. Танец — это весь Ли Минхо. Хан часто приходил сюда лишь бы понаблюдать за танцором издалека. Он любил смотреть на его плавные и резкие движения, на сосредоточенное лицо. Его сердце радовалось даже такому малейшему проявлению чувств. Но этого все равно было мало. И с каждым разом становилось все сложнее не закричать о своих чувствах, также как и все сложнее было стараться не подходить ближе к двери и не открывать ее пошире. Вдруг Минхо остановился и посмотрел прямо в глаза Джисону через зеркало. Брюнет на секунду растерялся, но это только с виду. На самом деле в этот момент перед его глазами пронеслась вся жизнь, и он успел помолиться всем богам в которых не верит, чтобы Ли не надумал себе всякого. Хан поджал губы и надул и без того пухлые щеки, несмело вошел в студию, смотря в пол. — Здравствуйте, учитель Ли, — поздоровался Джисон, а Минхо выгнул бровь в вопросе.— Вы просто так красиво танцевали? и я не хотел вам мешать, — говорил он. — Тебе что-то нужно от меня? — спросил учитель. — Я хочу так же! — вдруг воскликнул Джисон. — Научите меня танцевать. — Для этого тебе нужно записаться на танцевальный факультет, — сказал очевидную вещь Хо. — Знаю, но не могу. Я уже принадлежу музыкальному факультету и у меня просто не будет хватать времени, чтобы ходить еще и на занятия танцевального факультета, — ответил Хан, пожав плечами. — Ну это твои проблемы. — Пожалуйста, учитель Ли! Я очень хочу танцевать и только вы можете мне помочь. Я могу заниматься у вас после учебного дня. Мне хватит и двух уроков в неделю, — начал тораторить Джисон, но Минхо как-то странно усмехнулся. — И что же я получу взамен? Думаешь, мне в кайф возится с каким-то подростком после рабочего дня? — Ну, как насчет кофе и пончиков за мой счет после каждой тренировки? — выпалил Хан первое, что пришло в голову, а потом зажмурился от своих же слов. Он понял, что звучал дико глупо. Он серьёзно предлагает любви всей своей жизни кофе и пончики? Какой же Хан идиот. — Хм, я согласен, — вдруг ответил Минхо как-то слишком оживленно. Хан поднял на него глаза полные детской радости, из-за чего Хо невольно улыбнулся краешком губ. — Спасибо, учитель Ли, вы не пожалеете! Я очень быстро учусь, — радостно воскликнул Хан. — Считай это подарком на прошедший день рождения, Хан Джисон, — вдруг сказал Минхо, чем заставил брюнета замереть на месте. Откуда он знает его имя? Они же не знакомы. Они пересекались лишь однажды, да и то давно. Джисон всегда наблюдал за Минхо издалека и сейчас был второй раз, когда он с ним заговорил. Хотя, на самом деле, узнать имя главного тусовщика школы было несложно, поэтом Джисон немного успокоился. Но его пульс участился снова, когда он понял, что Минхо знает о его дне рождения. Странно все это и очень волнительно. Хан уже тысячу раз успел похоронить свое сердце, пока Ли, как Чеширский Кот улыбался во все зубы. Ёбанный прекрасный Чеширский Кот. Хотелось стереть эту нахальную улыбку с лица. Прямо сейчас. Желательно поцелуем. Но Джисон сумел лишь покраснеть и нахмуриться от своих мыслей. — А.а откуда вы знаете, что у меня вчера был день рождения? — решился спросить Хан. — Хёнджин сказал, что идет на твою вечеринку. И сейчас он должен быть там. Странно, что имениник не на своем дне рождения, — невозмутимо ответил Хо. Он явно напрашивался на разговор. — Вы правда хотите, чтобы я поведал эту грустную историю? — выгнул бровь брюнет. Он начинал успокаиваться потому что с Минхо было как-то легко общаться. Хана явно успокаивал тот факт, что их диалог получается не таким, каким он его представлял. А представлял он его, как типичный разговор четырнадцатилетней девочки с ее крашем-старшеклассником. Джисон думал, что на каждом слове он будет запинаться из-за равнодушного взгляда Минхо. Но Хан говорит абсолютно четко, да и Минхо не смотрит на него равнодушно. Минхо вдруг сел на пол и прижался спиной к стене. Он похлопал рукой на место слева от себя, приглашая этим Хана сесть рядом. Он слегка потупил полминуты, а потом скромно опустился рядом. Минхо достал из сумки бутылку газировки. — Прости, сегодня у меня нет с собой вина для подобного разговора, можем ли мы обойтись газировкой? — с этими словами он протянул бутылку младшему. Мы. Ли Минхо сказал «мы» про себя и Джисона. И это слово из его уст звучало так мелодично, будто его язык был создан для того, чтобы говорить это слово, ну и чтобы быть во рту Хана, конечно же. Брюнет никогда не думал, что вот так будет сидеть с Минхо в пустой танцевальной студии и пить газировку, расказывая что-то друг другу. И вот сейчас это произойдет. Это определенно самый лучший день рождения. Хан на слова Хо слегка усмехнулся, сделал глоток уже теплого напитка и тяжело выдохнул. — Им и без меня хорошо, — наконец выдал Хан. — Да, конечно, я знал, что многие из тех, кого я позвал на вечеринку, пришли туда чисто набухаться, но я думал, что и мне тоже будет весело. — А почему тебе не весело? У тебя же много друзей, вроде, — совершенно серьёзно сказал Ли. Ему и правда было интересно. — Это не так. Я мало кому нужен на самом деле. Всех волнуют только мои деньги, вечеринки и бесплатное бухло, — нервно усмехнулся Хан. — Просто иногда становится невыносимо больно от этих фальшивых улыбкок и вопросов: «Как дела?» Кого-то и правда волнуют мои дела? А что, если я скажу: «Плохо»? Что они сделают? Ничего. Всем все равно и это самое ужасное, — Джисона явно прорвало на откровения. Ну а что поделать, в его организме достаточно много алкоголя. — Ну, мне не все равно, а это уже не «все», — Минхо по-доброму улыбнулся, чем вызвал ответную улыбку на лице Хана. Минхо не все равно. Это почему-то так успокаивает его мысли. Но не сердце, что яростно пыталось вырваться из груди и убежать куда-нибудь в Сербию, где его не найдет этот кот с фиолетовой шерстью. — У тебя же есть настоящие друзья? — Да, но их всего два, — ответил Джи. — Не «всего», а «целых» два, — снова улыбнулся Ли. — Порой и одного друга достаточно, чтобы не чувствовать себя одиноким, а у тебя их целых два. Джисон усмехнулся. И правда. Как он мог забыть про Йеджи с Феликсом? Им уж точно не все равно. Узнай Йеджи о словах Хана, она бы ему устроила взбучку, да такую, что Хан больше никогда в жизни не посмел бы и подумать об отсутствии друзей. А Феликс бы крепко-крепко обнял и прошептал что-то типо: «Я рядом» и затащил бы в эти объятья злую Хван. Джисон тепло улыбнулся своим мыслям. — Поэтому не вешай нос, главный клоун школы Хан Джисон, — улыбнулся Минхо. — Больше не буду, — в ответ улыбнулся Джи и встал с пола. Пришло время заканчивать их диалог, и Хан очень удивлен тем, что инициатором оказался сам он, а не Ли. — Спасибо вам. Мне правда стало легче. — Обращайся, — сказал Хо и тоже встал. Брюнет слегка помялся на месте, а потом развернулся и пошел к двери. — Увидимся в среду после занятий, — сказал ему вслед учитель. Младший улыбнулся ему через плечо и поспешил удалится. Да, это определенно лучший день рождения. И так думал не только Хан. Феликс, что пришел в комнату раньше Джисона, тоже думал над этим. Его преследовали странные мысли по поводу Хёнджина. Ему очень нравилось находиться рядом с ним, когда Хван переставал строить из себя не пойми кого. Он был интересным и глубоким человеком, со своими идеями, мыслями, мнением и душой. Ли ценил таких людей, ведь в наше время человека с чистой душой нужно еще поискать. А он вот нашел его и не знал, что с этим делать. Хёнджин классный, но также он тот еще козлина. Ликс не понимал этого человека, но одновременно как будто бы знал и понимал его всего. Странно и непонятно, но блондин так чувствует. Может забыть про брата своей подруги? А может наоборот постараться с ним поговорить? А может пустить все на самотек? Да, пожалуй, третий вариант ему нравился больше всех. Просто забить на Хёнджина и плыть по течению. Да, отличный план. Только вот в планы не входила ебучая джинсовка старшего, которую Ликс в будущем повесит у себя в шкафу и будет любоваться ею добрых десять минут каждое чертово утро, а потом все равно выбирать свою одежду и идти на уроки. Возможно, немного обидно за такой прекрасный и единственный подарок на день рождения. Но только немного.

***

К среде Джисон успел по максимому натянуть нитки своих нервов. Он очень волновался. Постоянные вопросы: а что, если ничего не получится? Что, если он плохо будет танцевать? Вдруг Минхо скажет, что больше не хочет учить Хана? А даже если и не скажет, как далеко это зайдет? Один танец, два, три? В любом случае, это неважно. Важно то, что он наконец может побыть рядом с Ли. Даже чуть-чуть. Неважно. Главное быть рядом. Джисон приоткрывает дверь танцевальной студии и снова залипает на красивое тело и плавные, немного сексуальные движения. Но Минхо быстро останавливается, завидев ученика. Он проходит внутрь и снова, как в первый раз, мнется у двери. — Не будь зажатым, в танцах нужно быть максимольно раскрепощенным, — слышит он фразу от Ли и сразу же расслабляет плечи. Он кидает рюкзак в угол комнаты и подходит ближе к учителю. — Итак, что делать? — спросил Джи. — Я нашел для тебя хореографию. Мне кажется, она тебе подойдет по стилю, — сказал Минхо и протянул парню свой телефон с уже включённым видео. — Посмотри, а потом начнем учить. Хореография оказалось супер красивой. Много плавных и сексуальных движений переходили в резкие и наоборот. Весь танец так и кричал о страсти. Странно. Почему Минхо подумал, что именно это подойдет Хану? Джисон никогда не считал себя сексуальным, но видимо Ли думал иначе. Что ж, если этого хочет Хо, то брюнет не будет сопротивлятся. Парни начали танцевать. Минхо поочередно объяснял каждое движение, и Хан с легкостью его повторял. Он вдруг обнаружил, что ему нравится слушать спокойный, но серьёзнный голос учителя. От этого голоса так и хотелось делать все правильно и не совершать ошибок. Некоторые особо сложные движения, конечно, Хан мог не понять с первого раза, но Ли терпеливо объяснял и показывал столько раз, сколько нужно было. От такой активности стало жарко, поэтому музыкант снял с себя кофту и остался в одной объёмной безрукавке. Эта одежда идеально подчеркивала его подкаченые руки, из-за чего Хо невольно задержал на них взгляд, но Хан этого, к сожалению, не заметил. Они продолжили занятие. — Так, подожди, — остановил музыку Минхо и подошёл к младшему. — Почему у тебя на этом движении не прогибаются плечи? — Ну там же прогиб идет в спине, разве нет? — сказал он. — Да, но там так же прогибаются плечи, — ответил Ли. — Сделай ещё раз. Хан снова выполнил движение. Минхо покачал головой и подошел к парню. Он аккуратно коснулся пальцами предплечий Хана и почти невесомо провел вверх к плечами. Мурашки тут же пробежались по телу Джи. Касание такое легкое и невесомое, что хотелось раствориться в нем. Ли более уверено схватился за чужие плечи и развел их в разные стороны, не отрывая глаз от чужого тела. — Вот так, — почти шепотом выдал Минхо и отошел. — Еще раз. И снова все покругу. Они еще долго находились в студии, Хан выучил почти весь танец и, на удивление, у него хорошо получалось. Минхо еще несколько раз позволял себе коснуться Джисона, но только в редких случаях. Но Хан был рад и этому. Ему необязательны касания, его радует больше то, что Ли смотрит только на него, когда Хан весь из себя такой гибкий и сексуальный. А взгляд Хо такой внимательный и искрящийся, что Джи готов в нем утонуть. Плавать он, конечно, умеет, но в этом океане и утопиться не грех. — Так, учитель, ждите меня здесь, я скоро буду, — протараторил Хан и выбежал из студии. Минхо даже не успел и слова сказать после конца тренировки, а эта белка уже куда-то убежала. Бешеная белка. И куда он вообще побежал? Через десять минут ожидания Хан вернулся, а в руках его был свежий кофе из автомата и коробочка с пончиками из школьного буфета. Ли странно оглядел сначала еду, потом музыканта, потом снова еду. — Ну, я же обещал, — единственное, что сказал он и отдал старшему стаканчик с коробочкой. Ли расмеялся. Все же этот человек такой неугомонный, и это по-своему мило. Ледяное сердце Минхо невольно начинало таять рядом с этим комочком полным энергии. — А я уже и забыл про наш договор, — сказал он, но принял угощение. — Спасибо, Хан. Джи улыбнулся своей самой широкой и искренней улыбкой. Они присели на пол, Минхо сделал глоток кофе и вскинул брови в удивлении. — Я не знал, какой кофе вы любите, поэтому купил на свой вкус. Это американо с мятным сиропом и медом, — пояснил Хан и от чего-то покраснел. — Но если вам не нравится, можете не пить! — быстро протараторил он. — Нет-нет, — как-то слишком эмоционально выдал старший. — Это очень вкусно, еще раз спасибо, Хани, — Ли спрятал свою улыбку за стаканчиком. Хани. Какое, блять, Хани?! Минхо что, хочет убить Джисона? Если да, то у него хорошо получается, ведь у брюнета сейчас сердце остановится. — А...э...а, пончик с карамелью, мой любимый, — выдал первое, что пришло в голову Джи, чтобы отвлечься. — О, я тоже его люблю. Но самый любимый с клубникой, — продолжил тему Хо. — Я учту. — Не надо! Это выглядит так, будто я напрашиваюсь на угощения, — как-то обижено воскликнул Минхо, заставив Джисона слегка вздрогнуть от неожиданности. — Я старше тебя, и по правилам я должен тебя угощать. Хан почему-то посмеялся. Может, это из-за нервов он так реагирует. Телефон в кармане зазвонил — Феликс рушил всю идилию. Хан недовольно фыркнул и поднял трубку. Феликс начал что-то лепетать про завтрашний проект по истории и задаваться вопросом: почему Хан еще не в комнате, и где его черти носят. Джисон ответил ему, что сейчас придет и отключился. Все это время Минхо неотрывно наблюдал за младшим и грустно поджал губы, когда он начал собираться в общежитие. Парень накинул на плечо рюкзак, а Минхо встал на ноги перед ним. — В пятницу в это же время, — сказал Хо. — Хорошо. Еще раз спасибо за занятие, — улыбнулся Джисон и пошел на выход, но перед самой дверью остановился и оглянулся на старшего через плечо. — И кстати, я никогда не следую правилам, поэтому в следующий раз жди свой клубничный пончик, — хитро прищурился Хан, но увидев, что Ли собирается что-то сказать перебил его. — И ничего не говори, я все равно буду стоять на своем, ведь должен же быть хоть один плюс в том, что ты учишь меня танцевать. — А я вижу еще один плюс, — сказал старший. — Какой? — Мы перешли на ты, — улыбнулся Минхо.

***

Мое место не здесь.