Легенда Севера. Бесконечная зима

      В бескрайних просторах космоса, среди далёких, неизведанных и загадочных звёзд существуют различные вселенные со своими историями, со своими загадками и собственным будущим, известным лишь неведомым силам. Они могут наблюдать за течением жизни, исчезновением старых звёзд и образованием новых, готовых принять на своей поверхности молодые, неразвитые формы жизни и новое будущее, дарованное им свыше. Огромные светила, согревающие поверхность ближайших планет, способствуют развитию новой жизни, всё дальше и дальше продвигая процесс эволюции и адаптации.       В одной из таких вселенных довольно давно образовалась звёздная система из нескольких планет и двух солнц, без единого намёка на скорое исчезновение. Одна звезда больше другой, с более высокой массой, вследствие этого малое солнце вращается вокруг большего немного под другим углом относительно остальных планет, тем самым создавая особые условия на ближайший к ней планете под названием Терра-Нова. Дни на ней даже в зимнюю пору были не на много короче, чем в летнее время года. Сами континенты, под воздействием двух светил поделились на три климатические области: вечно холодный заснеженный Север, зелёный Юг и среднюю часть под названием Лесогорье.       Каждая из этих областей была по-своему уникальна, чем привлекала художников в поисках необычных пейзажей, поэтов, стремящихся найти вдохновение для новых строк. Нередко одинокие музыканты или даже целая музыкальная компания отправлялись в походы навстречу новым природным звукам, далёким от их родного дома. Шум ветра в горах Лесогорья, шелест необычайной листвы в далёком Севере и журчание множества ручейков в зелёном Юге. Всё это привлекало к себе творческих личностей, и так спустя века появлялись новые шедевры, мелодии, сыгранные на различных музыкальных инструментах, какие только могли придумать и сделать творцы своего любимого дела. Но были и те, кто просто любил путешествовать, исследовать новые места, искать что-то новое для себя, разгадывать старинные загадки ушедшего времени среди забытых руин. Жители таких отдалённых мест желали, чтобы лишь такие цели проследовали зашедшие к ним странники. Увы, их желание мирной жизни и наблюдение за творческими личностями, пришедшими с добрыми намерениями, нередко разбивали существа с очернённой душой и злыми помыслами. Они грабили мирные поселения, не опасаясь возмездия от местных защитников. Трудно было патрулировать большие территории, и небольшие деревушки часто оставались наедине с опасностью от пришедших с далёких краёв разбойников, где те уже успели сыскать дурную славу, оказавшись во внимании стражей порядка. Вместе с разбойниками приходили и группы захватчиков ценных ресурсов, ибо там, откуда они прибыли, или уже истощили природные ресурсы, или своими незаконными действиями навлекли на себя ярость местного государства. Даже в самых райских местах из-за подобных существ мог появиться ад для мирного поселения. Приходилось покидать свои дома и родные места, дабы не лишиться жизни под гнётом бессердечных искателей наживы и свежей крови.       В часы отчаяния, среди тьмы и бесконечной злобы со стороны прогнивших душ с жадностью и жестокостью, появляются лучики света и надежды. Извечное противостояние добра и зла, света и тьмы в различных мирах, придуманных создателями вселенных, порождает своих обладателей веры, правоты и стремления достигнуть своей цели, своего предназначения. Так появляются кланы добродетелей, храмы служителей свету и мирному народу, светлые существа, такие как дракончики Джухаи, хранящие гармонию между добром и злом, стремящиеся помогать при случае всем нуждающимся, защищая от тёмных сил и наставляя на путь светлых помыслов. Джухаи внушали доверие своей добротой к мирным жителям, а их внешность ничуть не пугала, ведь они были чуть выше стоящего на задних лапах взрослого медведя, если учитывать всю их длину вместе с хвостом. Но строение их тела было таково, что, передвигаясь на задних лапках, те были чуть выше лис. Большинство дракончиков Джухаи носили одежду, как и остальные разумные существа, дабы не сильно выделяться от остальных и скрывать своё длинное тело с жёстким ворсом средней длины. Несмотря на то, что у них так же, как и у других подобных им рептилий были чешуйки, мех сильно отличал их от своих сородичей — больших и могучих драконов. Размеры, внешность, сила и образ жизни различали два родственных вида. Эволюция каждого вида издавна пошла своим путём, но их отличия не были помехой для мирного сосуществования. Но между ними были и сходства. Дракончики владели стихиями природы, как и их большие сородичи, а вторым сходством была цель существования — борьба с силами зла. И пока большие драконы боролись с глобальными проблемами их мира, дракончики Джухаи помогали мирным жителям избежать смертельной участи. Оба вида спокойно жили своей жизнью вместе с остальными в разных уголках планеты, в особенности их было много в Южной части. Юг мог вместить у себя многих, дать комфортные условия своими зелёными лесами, просторными полянами, реками, озёрами, морями, горными хребтами и глубокими подземельями. Тут проживали все виды этих волшебных существ. Также многих из них привлекал и Лесогорный край своей непростой местностью. Высокие горы и каньоны могли обеспечить защиту и уединение, ибо не все могли выдержать путешествие с множеством препятствий и опасностей. Восточный же край не мог похвастаться своими комфортными условия для большинства живых существ. Когда-то Восток радовал своими зелёными лугами, бесконечными, как казалось, просторами со множеством озёр и редкими небольшими лесами. Всё было испепелено упавшим с небес огненным камнем. Волна огня пронеслась по некогда цветущему краю, не давая шансов ни одной живой душе, оставляя за собой лишь выжженную пустыню. Большая часть Юга, примыкающая к границе Востока, также была под угрозой уничтожения, что стало бы глобальной катастрофой для большинства жителей континента. Но подобной столь ужасной ситуации удалось избежать благодаря жрецам, владеющим магией стихий и драконам, отдавшим свои силы, а некоторые и свои жизни, чтобы остановить смертоносную огненную волну.       Прошел век с той поры, как вместо цветущего края были лишь песок под палящим солнцем и тот самый метеорит, нашедший себе место в огромном кратере, образовавшемся после падения. Он и стал предметом влечения для многих исследователей, желающих узнать больше о космическом камне, прилетевшем с неба. Со временем вместе с исследованием метеорита, прозванного «лунным камнем», были найдены его осколки, разбросанные по всей пустыне в виде удивительных кристаллов, таящих в себе энергию в большем количестве, чем кристаллы Терра-Новы. Эти самые кристаллы с необычайной энергией внутри и повлияли на появления целых поселений исследователей, торговцев, жрецов и других деятелей. Пока одни охотились за необычными кристаллами и исследовали «Лунный камень» на Востоке, другие стремились попасть на Запад, где рядом с континентом Юга расположился немаленький остров драконов, являющийся родным домом для крылатых волшебных существ. Там разные виды драконов хранят свои яйца, выводят потомство и приучают своих детёнышей к условиям окружающего мира. Несмотря на то, что там практически нет поселений обычных зверей, всем видам драконов приходится бороться за свой дом и свою территорию друг с другом. Агрессивные виверны, озлобленные на остальных драконов вурмы и множество других видов нередко нападали на гнёзда благородных хранителей мира от тёмных сил. Но бесконечных сражений за территорию удавалось избежать, создавая хрупкий мир и предоставляя возможность существам отдохнуть и залечить раны. А чем ещё заниматься могучим драконам, кроме битв друг с другом за территории? У них ведь нет потребностей в земледелии и животноводстве. Приходится обучать своих детёнышей премудростям взрослой жизни, собирать различные артефакты и изучать руины некогда процветающих городов. Некоторые из самых старших видели закладку первого камня, как строились города, и как под натиском врага и природных катаклизмов труды обычных зверей оставляли лишь память в виде голых стен и безжизненности в пустых окнах частично разрушенных домов. Бывало так, что драконы, одержимые яростью и тьмой в душе сопутствовали исчезновению целых городов, стараясь насытиться жизнью их жителей, что не могло остаться незамеченным для благородных существ. Так порой и нарушался мир между ними, что приводило к новым стычкам на западном острове.       Но было место в этом мире, где войны между живыми существами казались обыденностью. Племена, целые города могли воевать друг с другом без намёка на мирные переговоры и удовлетворение своих желаний, не проливая кровь, не оставляя детей без родителей на произвол судьбы. Там, среди заснеженных гор, не по своей воле дремлет глубоким сном вечная ярость, кромешная тьма, желающая всей своей чёрной душой овладеть свободным краем. Но истинный повелитель снегов столетиями хранит своё право считать бескрайние снежные просторы своими владениями. В них и рождаются легенды, разносящиеся по всему миру. Из уст в уста за кружкой горячительного ведутся рассказы о бесконечной зиме, о смельчаках, отважившихся найти и удостовериться в мало кем подтверждённых легендах. Некоторым удаётся найти и убедиться, что это не легенда, а что ни на есть самая настоящая реальность, кто-то сам становится частью найденной легенды, а кто-то в своих странствиях, стремлениях и желаниях помочь тем, кто ему дорог, сам создаёт легенду, не подозревая об этом.

***

      Легенда начинается в далеких землях сурового морозного севера среди высоких гор, глубоких каньонов, необычных лесов, незамерзающих рек и озёр. Извилистые тёмные пещеры туннели, которые на первый взгляд для путешественников казались бесконечными, соединялись в огромные подземные пространства с заброшенными городами, рудниками и священными храмами. Всё казалось древним, забытым, заброшенным, интересным и необычным, привлекая к себе новых жертв любопытства и искателей приключений. На одно такое приключение и отправился небольшой защитник своего племени во главе молодого вождя, чья воля крепка, дух силён, а разум чист от тьмы и дурных помыслов. Но несмотря на свою страсть в вечных поисках тайн и секретов во всеми забытых местах, он не мог отказать своему лучшему другу в сопровождении их славного отряда. И хоть тот был не настолько умён, как сам вождь, менее сдержан и вспыльчив, его сила вместе с преданностью своему племени могли обезопасить поход до столицы Севера, что было немаловажным в трудные и опасные времена. Такая компания двигалась сквозь внезапно начавшуюся снежную пургу, преодолевая сильный ветер и холод вечной зимы далёкого свирепого Севера.       Снежная метель была настолько сильной, что силуэты существ, продвигающиеся сквозь неё, можно было различить только за несколько метров от них. Но отряду из племени Лиссантра этого было не важно. Они были готовы ко многим опасностям, смело двигаясь к своей цели. Кирэн, молодой вождь племени полярных лис, сделал ещё несколько шагов и остановился, чтобы попробовать осмотреться. Его белый мех вперемешку с ярко-голубым оттенком развивался на ветру. На голове был надет капюшон от плаща, чтобы скрыть ушки от сильного потока воздуха и снежинок. Лёгкий походный доспех с меховыми подкладками с внутренней стороны давал дополнительную защиту от холода, согревая в низкие температуры. Тяжёлый щит висел на спине, но годы тренировок и правильно подогнанная амуниция позволяли в случае опасности быстро воспользоваться им для защиты от опасности. Меч, дабы лапы не уставали во время похода, был убран в ножны, находящиеся на уровне бедра и привязанные к поясу. Ремешок, перекинутый через левое плечо и пристёгнутый к тем же ножнам, не позволял им сильно болтаться во время движения. Сзади к Кирэну подошёл его лучший друг Таркин. Его мех был темнее, чем у коренных представителей племени Лиссантра, в сам он был родом из другого дружественного племени «Воителей», откуда был его отец Таронт. Мать Таркина Мина была уроженкой племени Лиссантра, и несмотря на то, что любовь вспыхнула между двумя представителями разных племён, они не разлучились. Таронт решил остаться в племени своей будущей супруги. Как и его отец, Таркин вырос довольно сильным, высоким и выносливым лисом, что было свойственно жителям племени «Воителей». Между будущим вождём и обычным соплеменником завязалась крепкая дружба, которая не прекратилась даже после получения высокого статуса одним из них, и Таркин, упуская любые формальности обращения к своему вождю, спокойно мог излагать свои мысли и недовольства лучшему другу.       — Этой метели обязательно нужно было начаться именно сейчас? Почему не несколькими часами позже, когда мы добрались бы до столицы?       — Природа не выбирает, когда ей проявить свою силу, подстраиваясь под нас, — ответил я, не поворачивая взгляда пытаясь разглядеть нужную нам гору сквозь пургу.       — Р-р-ряф, показал бы я свою силу природе.       — Может и покажешь ей когда–нибудь, а сейчас лучше покажи свою силу в поисках направления. Через эту пургу и носа своего не видно… Хотя стой, уже не нужно, я разглядел «Северост», мы на правильном пути. Дай клич отряду, мы движемся дальше, — спокойным голосом попросил я Таркина, и он, будучи капитаном, поспешил исполнить просьбу, прокричав приказ во весь свой голос,       — Есть. ОТРЯ-Я-ЯД, ВЫДВИГАЕМСЯ!       Мы продолжили путь, стараясь укрываться от летящих в морду снежинок, так норовящих попасть в глаза, пасть и нос. Этой снежной метели действительно не ожидалось, небо было чистым без намёка на непогоду. Стоило отойти от племени на несколько километров, как набежали тучи, начался снегопад, усиливаясь с каждой минутой, внушая мысли о том, что стоит развернуться и отправиться в столицу Севера в следующий раз. Но ждать было нельзя, тем более в столь беспокойное время, когда племя «Свирепых волков» начало разнюхивать что-то рядом с нашими землями. Может, это сама природа решила помочь нам скрытно добраться до своей цели. Так наш враг и нас не заметит, и не сразу заподозрит, что племя осталось в крайне опасном положении без вождя и части войск. Всё это я обдумывал скорее для успокоения себя самого, ведь дома находилась моя супруга и недавно рождённый сын, единственный и светлый, как самый чистый снег с небольшими областями голубого оттенка. Немало переживаний последовало за мной и сам разум, сама душа требовали находить успокоение в мыслях и раздумьях. И пока я размышлял над всем этим, мы подошли к краю горы. Нам предстояло подняться по веревочной лестнице, давно закреплённой в этой части склона для подъёма к сквозному проходу через неё и спуску с горы. Таркин хотел уже первым подняться наверх, протягивая лапу, как я его остановил, схватив за неё.       — Подожди. Останься лучше тут и проконтролируй территорию. Я поднимусь и дам знак, если всё будет в порядке.       — А если нет, то я тебя буду готов поймать тут, ты только кричи погромче, хах, — решил пошутить мой друг, подмигнув правым глазом. Он часто любил сказать что-то забавное, даже если его шутка была понятна только ему. На этот раз ему удалось меня немного позабавить, но лично я не ожидал чего-либо опасного на вершине этого подъёма.       — Непременно. И… поднимайся последним, убедившись, что все наши воины поднялись наверх, — сказал я и начал подниматься по верёвочной лестнице. По правде говоря, в тяжёлых доспехах было бы крайне неудобно подниматься по этой неустойчивой лестнице, из-за чего пришлось бы обходить гору потратив не менее дня. Но мы знали, по какому пути нам предстояло пройти, поэтому весь наш отряд был одет лишь в лёгкие доспехи, отчего и в пути мы не устанем. Все были сильны духом, телом, выносливы и подготовлены к трудностям предстоящей дороги.       Постоянные порывы ветра раскачивали лестницу, но та была сплетена из очень крепких верёвок и закреплена на совесть, поэтому оставалось лишь крепко держаться и подниматься дальше. Уже через несколько минут я достиг вершины и ступил на твёрдую землю, покрытую снегом. Вокруг всё так же было видно не дальше нескольких метров, но чуйка подсказывала, что всё в порядке, да и свежих следов на снегу не наблюдалось. Можно было смело подавать знак своему отряду. Я слепил небольших размеров ком и бросил его вниз максимально близко к стене с лестницей, чтобы не попало на кого-нибудь, после чего начал искать проход в гору. «Я точно помню, что он должен быть где-то тут…» — сказал я себе, как только осмотрел всю стену рядом с подъёмом. Уже половина моего отряда успели подняться, а мне так и не удалось найти проход. Я уже было начал нервничать. Постарался вспомнить, найти ориентиры, понять, что может быть не так. «Может, мы не там залезли, и проход в другом месте?» Промелькнуло в моей голове, когда я осматривался по сторонам. «Нет, он должен быть тут. Может, снегом занесло?» — пришла ко мне весьма очевидная мысль. Раньше этим проходом часто пользовались, поэтому и был он очищен от снежного покрова. Я начал всматриваться более внимательно, обходя стену ещё раз. Мне удалось обратить внимание на одну область с небольшой впадиной, образованной снегом. Стало любопытно и я начал рыть снег с надеждой на то, что именно там может быть проход. Сугроб всё-таки был не маленький, и пришлось повозиться, даже уже ладошки с пальцами начали подмерзать, но тут почувствовалась твёрдая поверхность, только было что-то не так: когти впились в неё, и чтобы их выдернуть, пришлось приложить усилия. Как только мне это удалось, я продолжил копать более аккуратно. Оказалось, что за толщей снега была деревянная дверь. «Странно… Я не помню её тут…» — проговорил я про себя, рассматривая незапланированную конструкцию. Было видно, что дверь была сделана из очень прочного дерева краснолиственницы. На это был способен лишь очень хороший мастер с прочным профессиональным инструментом. В двери был замок и ручка, за которую я схватился, потянув на себя, но дверь не поддалась. Попытки толкнуть её тоже не увенчались успехом, и я, очистив от снега область вокруг дверного проёма, попытался найти ключ или какие-либо подсказки, но ничего так и не нашёл. Пришлось думать. В этот момент мне в затылок прилетел комок снега, разбившийся об меня сразу после попадания на мелкие кусочки. От такой неожиданности я подпрыгнул, развернувшись на месте в сторону прилетевшего комочка. Ещё в прыжке мне удалось вытащить свой меч, готовясь отразить возможную атаку, но этого не потребовалось. Как оказалось, мой друг Таркин кинул в меня снежок и теперь стоит с улыбкой на мордочке и смотрит на мою реакцию.       — Ну и что это было? — задал я вопрос, негодуя от подобного действия с его стороны. Мы были уже не дети, чтобы играться в снежки, да и находились не в своём племени, где безопасно. Тут что угодно может произойти, и кто угодно может напасть, и хорошо, если успеешь понять. А ведь часто бывает так, что нападают тихо, исподтишка, и лишь секунда даётся на то, чтобы осознать свою участь, прежде чем отправишься в край вечной мерзлоты.       — Ты первый начал, когда скинул на меня ком снега. — Ответил мой друг, пожав плечами и указав пальцем на свою голову. На его капюшоне натянутым на голову действительно было ещё немного снега. «И неужели он с ним так и поднялся, чтобы показать мне? Таркин в своём репертуаре». Когда всё относительно спокойно, мой друг предпочитает быть расслабленным, но стоит лишь появиться опасности, как он моментом готов ринуться в бой, отбросив любые шутки, легко заменяющиеся серьёзностью. — Мы так и будем стоять тут, или всё-таки наконец продолжим путь? — спустя минуту молчания задал свой вопрос Таркин. Я усмехнулся и повернулся обратно к двери препятствующей нашему проходу. Меч всё ещё был в моей лапе, и я уже собирался разрубить им дверь, чтобы расчистить путь. В этот момент ко мне подошёл мой друг с левого плеча.       — А она тут разве была? Есть ключ или что-то подобное?       — Не была, и ключа нигде не видно, — Таркин посмотрел на меч, потом на меня и довольно ухмыльнулся.       — Мой вождь, зачем тебе ключ, когда есть я? Отойди-ка, сейчас я её открою, — я отошёл с осознанием того, что сейчас произойдет. В силе своего друга я не мог сомневаться. Он очень много тренировался, оттачивал навыки ближнего боя на деревьях и порой даже со мной был не против помериться силой, как и с воинами нашего племени. Победить Таркина мог далеко не каждый, можно сказать, что из всего племени, наверное, только наш шаман смог бы его одолеть с помощью магии, ну и я. Мой друг отошел немного от двери, принял стойку для рывка, собрался духом, задержав дыхание на несколько секунд, и с выдохом резко тронулся с места набирая немалую скорость для обычного существа. Доли секунды, и по округе разнёсся грохот разлетевшейся в щепки деревянной двери. Пара щепок даже смогли до меня долететь, ощутимо ударив по плечу и закрывающей мордочку лапе. «В своём репертуаре», — с выдохом подумал я, посмотрев на проём, где только что стояла целая дверь. Таркин вышел оттуда, отряхиваясь и с довольной мордой, будто ничего и не произошло.       — Ну прямо таран для пролома городских стен! Если нас не пустят в столицу, то я знаю, как мы туда попадём. Ты именно для этого надел металлические наплечники? — высказал я свой восторг, подходя к другу. Вид у него был действительно не такой, какой был бы у кого-либо другого, проломившего дверь из самого прочного на всём Севере дерева. Он, довольный собой, продолжал стряхивать со своей походной амуниции пылинки.       — Городские стены?! Не-е-е, мне кости ещё пока целыми нужны… но если будет необходимость избавиться от подобных препятствий или врагов, то я с удовольствием сделаю с ними то, что сделал с… уже несуществующей дверью, — Таркин указал на дверной проём, не отрывая от меня взгляда. — И ты прав, наплечники я надел специально на тот случай, если нужно будет чего-то снести… или кого-то. Никто не знает, что может ждать нас в нашем путешествии. А теперь, мой вождь, прошу, входи, ты первый, — он слегка склонился, приглашая меня войти внутрь. Хоть его поведение и можно было расценить как насмешку, на самом деле это было не так. Я хорошо понимал его характер и манеру общения, поэтому порой даже подыгрывал, чтобы поддерживать его своеобразный боевой настрой.       — Твоя элегантность не знает пределов, — я слегка улыбнулся своему другу. Тот в свою очередь не упустил этот момент.       — Благодарю, — сказал он и, подозвав нашу группу, отправился за мной вглубь горы. Внутри нам предстояло пройти по длинному туннелю, освещаемому факелами вечного огня, созданными высшими шаманами огненной стихии. Они по заказу жителей за плату или услугу зажигают факела в пещерах, шахтах и в других тёмных местах, которые часто используются. Конечно, говорить об огне, созданном высшими шаманами, как о «вечном», не совсем правильно. Не многие знают, но огонь всё–таки не вечен, и имеет свой срок до исчезновения, хоть никто и не знает, какой именно. Даже сами шаманы. Существует мнение, что огонь горит столько времени, сколько в него вложил своей силы сам шаман. Все, кто использовал места с такими факелами, или не доживали до окончания силы в огне, или видели факел потухшим спустя недели и даже месяцы отсутствия. Одни утверждали, что факел прогорел столько-то лет, и что видели, как он погас на их глазах, и казалось, что тот правду говорит, и истина того, сколько времени горит факел, наконец найдена. Но обязательно найдётся тот, кто задаст пару разрушающих всю картину вопросов: «А ты видел тот день, когда был зажжён этот факел? Или ты знаешь того, кто присутствовал в этот день… говорил с ним?» — этот момент часто сопровождался сначала молчанием и опущенными глазами рассказчика, а потом новым обсуждением, врун ли рассказчик, или просто решил попробовать свою истину срока горения факела утвердить. Среди этих споров порой можно услышать усталый голос задавшего два простых вопроса: «То-то же, но не переживай, не ты первый, не ты последний попытался разгадать эту загадку». «А что же сами шаманы? Они не могут сказать, сколько может гореть факел?» — в один момент кто-то может задать вопросы всей толпе, да так, что даже трактирщик услышит в своём погребе, доставая оттуда очередной бочонок горячительного напитка. Тогда споры разгораются с новой силой, и всё тот же тихий, сидящий в своём одиноком уголке скажет, что и сами шаманы не знают, сколько длится их магия. Так порой некоторые и гадают, погаснет ли факел прямо на их глазах, или всё-таки прослужит ещё много лет, освещая путь.       Так же думал и я, когда видел огонь на стенах разных тёмных помещений. Мы молча шли, всматриваясь и прислушиваясь к любому движению, любому звуку. Ведь даже на самых изведанных, знакомых и родных тропах может завестись какая-нибудь тварь, которая без угрызения совести, движимая природными инстинктами и яростью, исподтишка нападёт на тебя, не дав даже опомниться. Поэтому мы и были все начеку и с оружием в лапах. Со временем брусья, удерживающие стены и потолок туннеля, ослабевают, и на пути может оказаться высокий камень, который и не обойдешь. Приходится или разрушать его, используя ту же магию со своим оружием, или пытаться перелезть, что порой даётся не каждому. Один из таких камней оказался на нашем пути, и хоть его мы могли перелезть, эта тропа достаточно важна для многих путешественников по нашему суровому краю, в том числе и для нас самих. Поэтому, когда Таркин предложил разобраться с ним и уже направился к препятствию, я остановил его, решив сам расчистить путь.       — Но, мой вождь? Вам не следует тратить свои силы на какие-то двери с камнями, — сказал он шутливо.       — И что же, мне всю дорогу теперь наблюдать за тем, как мои соплеменники расчищают передо мной путь, как перед хрупкой девой? — с этими словами, грозным взглядом и улыбкой на мордочке я подошёл к камню и использовал кристалл разрушительной мощи на своём мече. Клинок засветился ярким жёлтым светом, готовый сокрушить всё что угодно. Я размахнулся и ударил им со всей силы по камню, после чего быстро подставил щит, чтобы осколки не посекли меня. Раздался взрыв, сопровождаемый эхом нарушенной тишины данного места. Всё закончилось так же быстро, как и началось, лишь небольшое сотрясение прошлось по пещере, раздавшись гулом и падением чего-то тяжёлого на расстоянии от нас. Таркин медленно подошёл ко мне сзади и положил лапу на плечо. Я оглянулся и, увидев его серьёзный взгляд, посмотрел на результат своего действия, опустив щит. Камень разлетелся на мелкие кусочки, поцарапав стены. К счастью, трещины не появились, и всё выглядело таким же прочным, как и до разрушения препятствия. За спиной раздался тихий голос моего друга:       — Ты в порядке?       — В порядке, — сказал я уверенным голосом, прислушиваясь вглубь пещеры. Никаких шумов от падения или приближения врага не звучало, поэтому можно было немного расслабиться. — Все целы? — Таркин оглянулся и подтвердил, что вся наша группа уже стоит во всеоружии, готовая отражать внезапные нападения.       — Все в порядке… Мда-а-а, ну и пошумели мы тут… Так, глядишь, все звери, скрывающиеся в тени, сбегутся к нам. — тихим и серьёзным голосом сказал Таркин. Я поспешил его успокоить, если это можно было конечно назвать успокаивающим.       — Нас могли услышать ещё при входе в гору, когда ты дверь в щепки разнёс. Если тут и есть кто, то он уже давно за нами следит. И потом ты сам как зверь, друг мой, — я слегка пихнул в живот Таркина после этих слов, едва заметно улыбнувшись. Таркин лишь оскалил острые зубы, став серьёзным.       Мы отправились дальше. Среди кромешной тишины горного туннеля, по которому шел наш отряд, вместе с нашими шагами были слышны звуки, издаваемые летучими мышами, мирно свисающими с потолка и редко пролетающими над нами. Порой они пролетали настолько близко, что невольно насторожишься, приготовившись отразить атаку хоть и маленькой, но дерзкой твари. Один из воинов, идущих позади нас, шёпотом выразил своё недовольство по поводу пролетающих мимо кровопийц. За ним последовал шёпот другого.       — Ты их боишься? — идущий рядом с недовольным воином задал вопрос. После непродолжительного молчания, тот решил всё-таки признаться.       — Немного…       — Хм, знаю тебя с малых лет, но о твоей боязни не знал, — прошептал третий. За ним начали перешёптываться остальные, что и вправду могло привлечь лишнее внимание. Этого нам было не нужно, ибо громкий звук разрушенного камня мог произвести отпугивающий эффект, а перешептывания вряд ли остановили бы опасность, скрывающуюся во тьме. Я развернулся и подал знак, подняв лапу вверх, после чего вся группа остановилась, посмотрев на меня.       — Наговориться можно будет в городе, когда доберёмся. Сейчас оставим лишние разговоры. Прислушивайтесь к опасностям, — шёпотом проговорил я, стараясь вложить в эти слова столько строгости, на сколько это было возможно. Все синхронно кивнули. Таркин открыл пасть с намерением что-то сказать, при этом подняв левую лапу с поднятым указательным пальцем, но я его остановил своим серьезным взглядом, отчего тот прикрыл пасть и немного расстроился. Мы продолжили путь. По моим воспоминаниям и подсчёту расстояния, половина пути была пройдена. Остаётся лишь пройти подвесной мост, и мы будем недалеко от выхода.       Местная тишина была довольно странной. Обычно в подобных местах можно было услышать мелких грызунов, перебегающих и пищащих повсюду, шипение ящерок, недовольных вторжением на их территорию, и каких-нибудь путешественников, решивших сократить путь через гору. Не стоит забывать про разбойников и наёмников, предпочитающих обокрасть, напугать или лишить жизни свою жертву. Подобные туннели их излюбленные места. Тут и избавиться от своей жертвы можно без следов, после чего скрыться бесследно, и застать её внезапно, обезопасив себя от лишних повреждений своей драгоценной шкуры. Бывали случаи, когда группы путешественников уходили за приключениями в пещеры и туннели подземных лабиринтов и не возвращались. Порой можно было увидеть лишь клочок рваной одежды или какой-нибудь вещи, которые свидетельствовали о неудачном походе твоих товарищей. Поэтому я приказал всей нашей группе вести себя максимально тихо и прислушиваться к каждому лишнему звуку. Конечно, с тем камнем получилось навести шороху, заявив о себе, но подобные пути должны быть свободны для тех же торговцев с их забитыми под завязку телегами и не имеющих возможности самим разобраться с подобным препятствием. А ведь от них порой зависит многое в жизни разных городов и племён, поэтому расчищать путь для мирных жителей и порой буквально спасителей их родного племени — долг каждого беспокоящегося о своём доме жителя Севера. Именно это и сподвигло меня разрушить тот камень, нарушив тишину. Хвала высшим силам, никто так и не напал на нас. Хотелось бы дойти до города без происшествий. Но когда наша группа добралась до подвесного моста, оборванного с нашей стороны, оказалось, что приключения решили не обходить нас стороной. Теперь тот висит на другом конце пропасти, что сильно усложняет наше положение. Мы с Таркиным смотрели на другую сторону, где к вставленным в землю брёвнам всё ещё крепко были привязаны верёвки. На нашей же стороне такие брёвна имели лишь чуть более светлую полосу, чем цвет самого тёмно-коричневого бревна. Оборвался ли мост, или верёвки развязались, ясно не было, но делать что-то было нужно. Я начал прокручивать в голове план действий. Сначала пришла мысль вернуться назад и обойти гору, но это заняло бы очень много времени, даже до темноты не смогли бы до города добраться. Я оглянулся назад и посмотрел сначала вдаль уходящего туннеля, откуда мы пришли, а потом на своих воинов. Они периодически переглядывались между собой и ждали моей команды. «Мы не можем вернуться сейчас обратно к племени, и обходить гору у нас тоже времени не было. Нет. Нужно придумать, как на ту сторону попасть…»       — Кирэн, подойди сюда, — прервал мои мысли Таркин, подозвав к себе. Он стоял у стены рядом с пропастью и разглядывал мелкий туннельчик, по которому разве что мелкие существа смогут пройти. Я подошёл, чтобы рассмотреть поближе. — Тут едва кролик поместится, для нас он мелковат, — закончил описание находки Таркин, и поднялся с колена, продолжая смотреть на туннель. Ему явно что-то не нравилось, судя по его тяжёлому дыханию с довольно серьёзным взглядом. Оборванный или отвязанный мост с нашей стороны, туннель, которого я совершенно не помню и та дверь при входе, которая мне всю дорогу покоя не давала. Всё это было довольно странным.       — Мне это всё не нравится. Что-то тут не так, — выразил я наше общее беспокойство. У меня было предположение, что без приключений не обойдётся: или на нас нападет шайка бандитов, или мы на них нарвёмся, или в сильную бурю попадём и придётся скрываться, чтобы не замёрзнуть, или придётся спасти кого-нибудь и всё в этом роде, но подобные странности, которые мы наблюдаем сейчас, ожидаемыми не были. Я подошёл к краю пропасти и посмотрел вниз. Земля, стены — всё было освещено светлячками. На другой стороне у земли был виден непривязанный конец моста, и тут у меня появилась мысль.       — Нам нужно спуститься вниз, — сказал я вслух и поднялся, чтобы повернуться к своему отряду. Мы с Таркиным обменялись взглядами, как только он его перевёл на меня с пропасти. Тот кивнул мне и тихо ожидал дальнейших указаний. — Мне нужны два лука и несколько стрел. Лучники?!       Воины переглянулись и из строя вышла пара лучников. Быстрым шагом они направились в мою сторону, одновременно снимая свои луки с плеч, чтобы передать их мне вместе со стрелами. Один лук я взял себе, а второй протянул Таркину. Он без каких-либо раздумий принял от меня предлагаемые предметы, решив задать один лишь вопрос.       — На кого идём охотиться?       — Ни на кого. Луки нужны нам для того, чтобы попробовать вернуть мост на своё место. Пойдём, покажу, — подозвал я своего друга к краю ущелья и указал на отвязанную часть моста, — видишь концы верёвок, которые должны быть привязаны на этой стороне туннеля? — Таркин кивнул, глянув на меня, и вновь перевёл взгляд на отвязанную сторону моста. — Нам нужно спуститься вниз и привязать верёвки к стрелам, после чего выстрелить вверх в сторону наших воинов, а затем привязать другой конец верёвки к мосту. Наши смогут поднять его совместными усилиями. Благо у нас с собой есть несколько длинных верёвок на всякий случай.       —Тебя понял, мой вождь, командуй, — Таркин поднялся и, стоя у края ущелья, смотрел на меня, ожидая команды. Я тоже встал и повернулся к своему отряду.       — Воины, будьте начеку и не зевайте. Ожидайте наших стрел с привязанными к ним верёвками, и как только они достигнут этого края ущелья, хватайте их, крепко привяжите эти верёвки и переходите на ту сторону ущелья. Не забудьте разведать всё на той стороне и ожидайте нас с Таркиным, всё ясно?       — Так точно, вождь, — хором, но при этом не громогласно проговорил мой отряд, встав полукругом через несколько секунд после моего приказа. Я повернулся к ущелью и жестом передней лапы призвал Таркина следовать за мной, после чего начал спускаться по стене ущелья. Нам повезло с тем, что в самой стене было немало выемок, трещин и выпирающих камней, которые хоть и были довольно скользкими, но хвататься за которые всё же удавалось. Таркин следовал строго за мной, порой под своим весом сбивая торчащие камни. Пара из них прилетела мне в лоб и плечо, что принесло не совсем приятные ощущения. Решил немного сместиться в сторону до того, как неудачным образом снесёт меня одним из оторвавшихся от стены булыжников. Спускаться пришлось недолго, и лишь прилетевшие небольшие камни немного подпортили мне шёрстку, но мы хотя бы не сорвались с высоты.       Опустившись на землю, я огляделся вокруг, выискивая какие-либо опасности. К счастью, нас окружали лишь голые каменные стены и завалявшиеся с давних времён предметы, среди которых можно было разглядеть оружие с бронёй, и их давно умерших владельцев. Вместе с этим в нос ударил терпкий запах смерти и гнили, хотелось зажать нос, чтобы ничего не чувствовать. Очень неприятно было наблюдать сгнившие тела и скелеты, большинству привыкнуть к такому было непросто, но нам с Таркиным удалось уже немало повидать, побывав в различных туннелях неподалеку от нашего племени, и хоть я не раз ходил этим путём до столицы Севера, то, что находилось тут внизу, мне наблюдать ещё не приходилось. Если наверху подобное убиралось постоянно, то тут всё так и остаётся лежать на своих местах, напоминая о былых варварских временах. Впрочем, никуда они так и не ушли. Пока я осматривался, мне сверху по голове довольно болезненно прилетел один из камней, что заставило меня невольно прикрыть голову и начать оборачиваться к вершине стены. Доли секунды, и с высоты прямо на меня упал Таркин, всем весов придавив к полу. Из лёгких вышел весь воздух, а дыхание резко перехватило без возможности вновь вдохнуть, ни слова, ни звука не получалось выдать, чтобы с меня наконец встали. И пока я лежал, мучаясь от нехватки воздуха, Таркин там приходил в себя после падения, не спеша слезать с меня. Попытки встать не увенчались успехом, так как мой друг оказался слишком тяжёлым, чтобы поднять его, и в глазах начинало потихоньку мутнеть. К счастью, упавший на меня лис наконец заметил под собой трепыхание и поспешил подняться, после чего я смог вдохнуть воздух со смрадным запахом этих мест.       — Мой вождь!.. Прошу прощения, я сорвался со стены и… позволь помочь подняться… — Таркин подхватил меня за подмышки и без резких движений поднял на задние лапы. Я же всё это время пытался вновь наполнить организм кислородом. Даже злиться на своего друга сил не было, не то что сказать что-либо.       — Ты в порядке? Ничего не сломал? — он начал всего меня осматривать, пока я с тяжёлым дыханием и высунутым языком смотрел на него. После вопроса о моей целостности сознание начало возвращаться вместе с болью, которые исходили от ушибленных мест. Колени, локти, грудь, голова и подбородок заныли тупой болью, придавая всё больше ярости, которую пришлось стараться сдерживать.       — В следующий раз… ты первый будешь спускаться и последний куда-либо подниматься, — проговорил я как только вновь мог издавать звуки. Таркин кивнул и с виноватым видом посмотрел на меня. Я вновь осмотрелся вокруг дабы убедиться, что во время нашего конфуза никто из опасных тварей не появился, но нас всё так же продолжали окружать лишь мертвецы с их никому не нужными вещами и голые тёмно-серые камни, разбросанные тут и там. Внезапно я вспомнил о луке, висевшем на моей спине до падения и, обеспокоившись, я потянулся, чтобы нащупать лук, но его там не оказалось, и тогда оставалось лишь одно. Я опустил голову и не смог сдержать эмоций.       — Сарт… Таркин, глумес… ты… — на земле лежал сломанный пополам лук, что оказалось очень неприятно, ведь придётся или лезть снова наверх, или искать новый тут. Я перевёл полный злости взгляд на своего непутевого друга; тот увидел, как я на него смотрю, и затараторил:       — Погодь-погодь, сейчас что-нибудь придумаем… —Таркин поднял лук и соединил две половинки. У меня не было ни малейшего представления, что он хотел сделать, но соединив, отсоединив, снова соединив и так несколько раз, тот задал вопрос:       — У тебя случайно нету кристалла восстановления или заклинания какого-нибудь, ты ведь изучал магию? — я вздохнул, закрыв глаза и опустив голову вниз. Злиться долго мне было нельзя. Меня учили здраво мыслить и не терять рассудок под напором гнева. Он хорош в неравной битве, когда ярость придает сил, скорости и бесстрашия, но сейчас не та ситуация. Нужно было что-то делать, ибо задерживаться долго тут совершенно не хотелось, да и окружение мирно лежащих мертвецов мне не давало чувства безопасности и комфорта.       — Изучал… — я повернулся к другу спиной и начал выискивать что-нибудь, что могло бы нам помочь, одновременно продолжив, — но я не жрец и не шаман, чтобы знать тяжёлые и редкие заклинания, — на это Таркин фыркнул и что-то пробубнил себе под нос. Я же решил пройтись по ущелью в поисках чего-нибудь, что могло бы заменить нам сломанный лук. По правде говоря, подходить к гниющим мертвецам и вправду было немного неприятно. Пустые глазницы, в которых виднелась лишь тьма, смотрели на тебя, пронзая душу, отчего становилось страшновато. В нашем мире, мире магии и чудес, даже скелет под действием чар мог напасть на тебя, когда ты этого не ожидаешь, вот и тут меня не покидало чувство тревоги. Лапа сама потянулась к мечу, я уже был начеку. Среди различных рваных шмоток, костей и заржавевшего металла, из которого была сделана броня и холодное оружие, никак не получалось найти хоть что-нибудь, что могло нам помочь. «Сейчас бы восстанавливающий кристалл», — подумал я, проходя мимо очередного мертвеца, поражённого стрелой прямо в глазницу. «Стрелой…» — промелькнуло у меня в голове, и с новым энтузиазмом я принялся искать лук, с помощью которого и была выпущена стрела. Моё внимание привлекло небольшое скопление трупов у одной из стен прямо рядом со свисающим мостом. Двое, судя по одежде и лёгкой защите были обыкновенными бандитами, коих тут лежало немало. А вот ещё двое, кто лежали рядом, были явно из армии самой столицы — Северограда. На одном, по строению черепа похожего на кого-то из семейства кошачьих, были надеты металлические доспехи, прикрывающие живот и спину. Рисунки и необычные рельефы, проходящие по всей поверхности, указывали на их создание в кузницах столицы. Шлем с птичьими крыльями на верхушке по обыкновению был идеально подогнан для своего владельца, как делали в основном для армии Северограда. Металлические поножи, наручи, вся броня, которая была на мертвеце, покрылась ржавчиной, и реставрировать её без магии было бы довольно затратно, так как сплав был довольно крепким и неподатливым, когда остыл после принятия формы, а повторный его разогрев может повлечь за собой изменение свойств металла в худшую сторону из-за тех же сплавов, которые добываются в шахтах рядом со столицей. «И что же привело их сюда?» — подумал я, осмотревшись вокруг. Тут было много не только обычных бандитов и тех, кто по одежде был похож на рядовых граждан, но и солдат Северограда, и как они оказались в этом месте, мы уже не узнаем. Это вызывало некоторые вопросы. С первым рассмотренным воином оказалось всё ясно. Будучи хорошо обученным, тот и копьём мог хорошо владеть, и стрельбой из лука, который лежал рядом с ним. А вот второй оказался более интересным. Он не весь был одет в броню, а лишь частично. Те же наручи с причудливыми узорами и металлические пластины, соединённые между собой на туловище поверх меховой рясы жреца. Так когда-то давно одевались жрецы Северограда, и отличить их от остальных жрецов различных племён было довольно просто, ведь они были единственными, кто носил легкую броню и разные знамёна столицы на одежде в походах. Мы с Таркиным подошли поближе, чтобы рассмотреть.       — Похоже, они здесь со времён войн двух столиц[3], их форма и оружие… Прошло ведь уже три с половиной десятилетия, — я посмотрел на лук рядом с воином, — даже удивительно, что лук сохранился за столько лет.       — Может, это из-за магии какой–нибудь?       — Возможно, но этот лук нам нужен, другого целого я тут нигде не увидел, — сказал я, с уверенностью оглянувшись вокруг ещё раз. Что-то в этом месте меня настораживало и хотелось поскорее выбраться отсюда. К сожалению, моих способностей и знаний не хватит, чтобы рассеять возможную магию в этом луке, и придётся рискнуть, если мы хотим поскорее добраться до столицы. Таркин решил поднять лук первым, уже потянувшись за ним, но я его остановил, положив лапу на плечо. — Я возьму его. А ты будь начеку. Кто знает, что этот жрец мог наколдовать, — кивком указал я в сторону жреца, после чего сам потянулся за луком.       Голова его владельца была повёрнута в сторону, что избавило меня от того чувства, когда мертвец смотрит на тебя своими пустыми, тёмными глазницами в ожидании, когда можно будет наброситься. Ничего не указывало на опасность в данный момент, но тревога никак не покидала меня. Жрецы порой бывают очень коварными, и сейчас всё было на удивление слишком спокойно и легко. В нескольких сантиметрах от лука я остановил свою лапу в нерешимости взять его и, задумавшись лишь на мгновение, всё-таки схватился за деревянную рукоять. Ещё мгновение. Ничего не происходит. Мертвец даже не шелохнулся, и можно было выдохнуть спокойно.       — Всё в порядке, вождь?       — Пока да, в порядке, — ответил я, рассматривая лук в своих лапах. Он был довольно лёгким и удобным, причудливые вырезанные узоры в виде ветра украшали всю его поверхность. Тетива за всё это время не ослабла и была всё так же крепка. Эта находка не могла не радовать и даже заставила немного улыбнуться. — Этот лук достойная замена сломанному. Теперь мы можем выбираться отсюда.       — Согласен. У меня уже мурашки от этого… — Таркин не успел договорить, пошевелив ушами. До меня тоже донёсся скрежет металла со стороны мёртвого жреца с воином. Не успели мы повернуть головы в их сторону, как сначала послышалось громыхание костей, а через мгновение Таркина отбросило в сторону ударом копья, мне же удалось увернуться, так как на второй удар противнику понадобились секунды. Размышлять над тем, каким образом и почему на нас напал оживший труп, мне было некогда, да и не та ситуация, чтобы о чём-то задумываться. Мертвец обратил всё своё внимание на меня, посмотрев пустыми глазницами, в которых горел красный огонёк. Он старался орудовать своим копьём так, как учили их при жизни на тренировках, но получались лишь неуклюжие движения. Выхватив меч, я разрубил его копьё, оставив лишь обычную палку в лапах, но того отсутствие металлического наконечника совершенно не смутило, и тот продолжал орудовать палкой, как ни в чём не бывало. Следующим моим шагом было добраться до головы. Мне уже доводилось встречаться с подобным во время вылазок в подземелья, когда был ещё совсем юным. Тогда или убежать получалось, или кто-то из воинов, находящихся неподалёку, приходил на помощь. Пару раз увернувшись, я поднырнул под очередной атакой врага ему за спину и отделил его лысую черепушку от скелета. На этом всё закончилось. Скелет просто развалился, став обычной грудой костей, заваленных ржавыми доспехами. Теперь можно было и задаться вопросом, почему на нас напал оживший труп.       — Похоже… жрец наложил проклятье на этот лук. Гхр-р-р… ненавижу колдунов.       — И меня тоже? — задал я вопрос своему другу. Тот пару секунд постоял, подумал и, улыбнувшись, ответил:       — Что ты, ты не колдун, а так, лишь играешься с этими магическими штучками, ха.       — Вот как?.. Когда–нибудь я это тебе припомню, — с долей насмешки ответил я на шутку и перевёл взгляд на груду костей рядом с нами. — «Присвоение» — заклинание, связывающее частичку души владельца с его оружием. Немногие заклинатели знают его, и ещё меньше тех, кто согласится его использовать на себе.       — Отчего же? — Спросил Таркин. Я посмотрел на груду костей, а потом на отделённый череп, в пустых глазницах которого больше не было красных огоньков.       — Душа не может отправиться в иной мир, пока её что-то держит на земле. И будет она томиться в собственной клетке, пока кто-то, или что-то не отделит голову от тела. В данном случае, от скелета.       — Неужели этот… согласился, чтобы на него повесили такое заклятие?       — Возможно, этот лук был ему дороже собственной жизни, и даже после смерти он не собирался с ним расставаться. Но хватит тут болтовнёй заниматься, у нас есть дела и лук для их выполнения. Бери верёвку и привяжи её к стреле. Нужно будет хорошенько натянуть тетиву и насчёт три одновременно выстрелить.       Мы с Таркиным подошли к оборванному мосту и достали по верёвке, после чего привязали их к нашим стрелам. Я был уверен, что нам не хватит сил выстрелить так, чтобы оборванная часть моста достигла вершины, поэтому, когда мы уже натянули тетиву, я сначала произнёс несложное заклинание для кратковременного увеличения дальности полёта стрелы, так она будет наделена собственной силой, способной утянуть за собой дополнительно ещё и тяжёлый груз, коим в нашем случае являлись длинные тяжёлые верёвки. Наши стрелы слегка засветились лазурным сиянием, что немного удивило Таркина, и он посмотрел в мою сторону. Я кивнул ему в ответ, после чего начал отсчёт.       — Три… два… один… — мы отпустили тетиву одновременно, отправив стрелы в полёт к своей цели. Они, наделённые магией силы, уверенно тянули за собой веревки, не снижая темпа. У Таркина, конечно, силы было побольше, чем у меня, из-за чего его стрела чуть опережала мою, но это никак не помешало ей успешно достигнуть вершины. Мы постояли ещё пару минут, пока один из наших воинов не подал нам сигнал, после чего привязали свои верёвки к мосту и дождались, когда сверху начали медленно поднимать мост.       — Теперь можно подниматься наверх, — я посмотрел сначала на стену, по которой спустились вниз, потом решил перевести взгляд на противоположную стену. Как оказалось, на ней было больше выемок, и сама она была чуть менее сложной в подъёме. — Назад мы будем взбираться по противоположной стене.       — Хорошо, мой вождь. Ну, я пошёл?       — Да, только постарайся поменьше камней отрывать от стены, а то один из них невзначай, преодолевая силу притяжения, полетит вверх прямо в тебя.       — Хах, тебя понял.       Мы полезли наверх. На этот раз Таркин был более осторожен — мелкие камни хоть и летели порой из-под его лап, но меня не достигали, пролетая рядом. Пригрозил я ему, конечно, для шутки, к которым мы уже привыкли. Бремя вождя брало своё, и с детским весельем пришлось полностью распрощаться, а мой друг за это время так и остался весельчаком, не упускающим возможности пошутить, но порой и я вспоминал те беззаботные времена, когда был ещё подростком и мог веселиться с остальными, не думая о серьёзных вещах. Сейчас уже мои шутки и веселье выглядят довольно серьёзно. Пока мы поднимались, наша группа строем продвигалась по мосту на другую сторону. Сам мост немного пошатывало, но беспокоиться было не о чем, ведь его делали на совесть, да так, что хоть целый караван выдержит, как мне однажды довелось наблюдать, когда к нашему племени двигались торговцы. Они тогда неслабо перепугались, когда вдруг этот мост начало расшатывать. Стоило лишь остановиться и подождать, когда тот перестанет качаться в разные стороны. Так он выдержал немалую группу людей с повозками и продовольствием.       Когда мы достигли поверхности, Таркин скрылся за уступом, и я уже подумал, что там и останется, дожидаясь моего подъёма. Но я знал его, и эта мысль лишь на секунду задержалась в моей голове, и её хватило, чтобы в очередной раз убедиться, что мой друг действительно является верным товарищем. Он склонился ко мне, протягивая лапу, когда мне оставалось до верхушки около метра. По его улыбке было понятно, что всё в порядке, и я с радостью принял его помощь. Наконец, мы снова наверху. Мост преодолён, вся группа построена, и опасности не наблюдается. Хоть мы и потратили больше запланированного времени, но без приключений в нашем краю всё-таки было никуда. Зато был приобретён неплохой лук, сделанный для элитной стражи в столице Севера. По крайней мере, на это указывали некоторые нарезки на самом луке, и его владелец. Я достал находку и хотел уже передать нашему лучнику, оружие которого было раздавлено падением на меня друга, заодно и извиниться, нашёл его глазами подозвал. Но, похоже, он где-то уже раздобыл себе лук.       — У тебя новый лук? Откуда?       — Я всегда ношу с собой запасной в не готовом к бою состоянии. Пока мы вас ждали, мне удалось его быстро собрать. Мне запасного будет достаточно до конца пути. Я всецело верю, что с помощью высших сил и вашего командования я пройду с ним до конца, — проговорил лучник с серьёзностью и непоколебимостью. В его взгляде была уверенность и преданность нашему племени, что важно для воина нашего общего дома. Он выглядел старше меня, я помню, что видел его не раз в племени, но как-то не довелось познакомиться с ним поближе.       — Как тебя зовут?       — Лоран, сын Ирика из потомственных лучников. Наш род с детства учится стрелять из лука и служить нашему племени во благо его народа, — отчеканил лучник, сделав ещё более серьёзную морду, чётко произнося каждое слово.       — Ты хороший воин и хороший товарищ. Я горд идти на любые опасности вместе с тобой. Впрочем… — я посмотрел за спину лучника, где стояли остальные, ожидая приказа, — как и остальные наши товарищи по оружию. Можешь вернуться в строй. Отряд! Мы немало времени уже потратили тут, выдвигаемся.       Мы с Таркиным пошли вперёд. Всё так же, как и до моста, нас встречали лишь факелы, голые каменные стены и редкие узоры из прошедших столетий с начертанными историями или стихами от скучающих путников.       «… и лютая зима пришла в здешние края Всё живое постигла лишь одна судьба Быть закованными в лёд было всем суждено Ни лучика надежды, ни тёплого огонька Только лишь зима, сковавшая наши души и сердца…»       Это немногое из того, что можно было прочесть в подобных местах. У кого-то отчаяние жило в сердце, у кого-то холод и тьма сковали душу, оставив наедине со своим горем и отчаянием. Наш край не щадит слабых. Небольшим зверям, таким как длинноухи, похожие на кроликов, нужно было быть сильными, или хотя бы хитрыми, изобретательными, чтобы выжить. Конечно, многие предпочитают жить в больших городах, где есть защита для всех его жителей, но никто не знает, куда может завести тебя жизненная тропа. Поэтому нередко можно было увидеть кости потерявшихся существ. Даже хищников, от которых могут остаться лишь надписи и рисунки. Эта гора могла таить немало тайн прошедших времён, но изучать их у меня не было желания, как и у Таркина. У нас были другие обязанности, и времени на подобное практически не оставалось. Вот и сейчас мы продолжали свой путь, прислушиваясь к любому звуку и присматриваясь к любому движению. Но, к счастью, пока опасности не наблюдалось.       Мы прошли большую часть этих туннелей внутри горы, как нам попалась ещё одна дверь в заваленном камнями проходе. Она была точно такой же, как и при входе в гору, что было довольно странно для меня. Я достал свой меч и уже не церемонясь, решил просто её разрезать на несколько частей с помощью магии. Мне не хотелось тратить свою магическую энергию, но вторая дверь была уже краем моего терпения. Произнося заклинание силы, я взмахнул мечом и резанул им сверху вниз по деревянной поверхности. Послышался треск, и мелкие щепки полетели в разные стороны. Следующим быстрым движением ударил по двери снизу вверх под углом, практически разрезав её пополам. И заключительным моим выпадом снизу вверх с левой стороны двери остави разрезы в виде буквы «Х». Дверь развалилась на несколько частей и множество щепок. Из открывшегося прохода нам в морды ударил яркий свет, заставив невольно прищуриться, так как глаза уже привыкли к тёмному пространству, освещаемому лишь настенными факелами. Мы с Таркиным вошли, держа в лапах мечи, готовые к любым опасностям, но то, что мы увидели, немного потрясло меня: вся часть этого туннеля была будто обжита кем-то. К каменным стенам были прислонены сколоченные деревянные щиты с различным развешанным на них ручным инструментом, рядом деревянный стол, и много различных бытовых вещей, расставленные по своим местам, стояли вокруг. И пока мы рассматривали помещение, к нам подбежал недовольный заяц.       — Вы сломали мою дверь… как вы вообще проникли сюда?! Я ведь… — тут я не выдержал и в порыве ярости схватил зайца за воротник его шубы, поднёс его морду к своей и медленно, тихо спросил, глядя прямо в испуганные глаза:       — Это ведь ты… мост над пропастью отвязал? Двери все эти понаставил? — я продолжал смотреть на трепыхающегося в моей лапе зайца. Он бил меня по броне на животе своими задними лапами, пытался вырваться, вертясь в разные стороны, но моя мёртвая хватка не давала ему этого сделать. Его удары были для меня еле ощутимы через броню, а вот слова, исходящие из его уст, были весьма не приятны.       — Отпусти меня, чёртов лис, отпусти. Да, это я сделал… — я разжал лапу, еле сдерживая недовольство от выхода наружу в виде яростной злобы. Заяц упал на пятую точку и, бурча что-то себе под нос, медленно начал подниматься.       Он по собственной прихоти закрыл проход для всех желающих пройти внутри горы, и мне нужно было с этим разобраться. Таркин схватился за меч и с недобрыми намерениями направился к зайцу. У того от ужаса расширились глаза. Я остановил своего друга, пока тот не натворил дел. Заяц переводил взгляд между нами, ожидая своей участи. Мне в голову пришла мысль, как этот длинноухий мог бы исправить всё то, что сделал.       — Как тебя зовут?       — Чего тебе до моего имени, лис… — заяц прервался, когда встретился со мной взглядом. Серьёзный взгляд, угрожающий вид и мой друг, всё ещё стоящий рядом с мечом в лапе заставили его резко замолчать и задуматься.       — Я Курти, бывший инженер из города Райска.       — А почему бывший? Ха, длиной ушей не вышел, да? — спросил Таркин и посмеялся над своей же шуткой. Курти злобно и осуждающе на него посмотрел, скрестив лапы на груди. Я пихнул своего друга локтем, чтобы тот перестал смеяться над глупой шуткой и стал посерьёзнее. Заяц отвернулся от нас, закрыв глаза и проговорил:       — Это не важно. И вообще, что вам тут нужно? Я себе тут построил собственный домик, в котором мог бы спокойно провести остаток жизни, — с виду Курти выглядел уже не молодо, о чем свидетельствовали морщинки на его мордочке и немного потускневший цвет меха. Можно было предположить, что ему уже около двадцати лет,[4] и, по-видимому, он был довольно искусным и опытным строителем. Среди различных инструментов и древесного материала тут было немало поделок из дерева, камня и даже металла, в том числе и какие-то механизмы с неведомыми изобретениями, понятные лишь их создателю. Я не стал акцентировать внимание на всех этих творениях немолодого зайца, а лишь подошёл к нему, прервав на полуслове.       — Неподходящее место для проживания ты выбрал, длинноухий. Тут ходят караваны, путешественники, порой даже целые отряды бандитов и воинов других племён. И если бы тут прошли последние мною перечисленные, то пострадали бы не только твои двери. Так что мой тебе совет. Бери сейчас в лапы все свои инструменты и расчищай этот проход… — я указал на завал с разрубленной мною дверью и продолжил говорить чуть тише ещё более серьёзным голосом при этом немного оскалив зубы, — а после, собирай все свои манатки, и ищи другое место, и чтобы я тебя тут больше не видел. — После этих слов, Курти вздохнул и неохотно кивнул. — Вижу ты меня понял. Отряд! Выдвигаемся. И так немало времени потеряли в этой горе. — Мы продолжили путь, двигаясь мимо всяческого барахла Курти. У правой стены стояла четырехколесная телега с лыжами для нее, чтобы в случае чего, переоборудовать её в сани. «Так вот на чем он всё приволок», подумал я, проходя мимо саней. Нас вновь встретила дверь, как и предыдущие две. Моя лапа уже потянулась к моему мечу, чтобы повторить участь предыдущей двери, но Таркин меня остановил.       — Кирэн, позволь мне разобраться с этой дверью. Не получилось навалять этому зайцу, так хоть на его творении оторвусь. Да и потом, я открыл нам путь в гору, я открою и выход. — Сказать тут мне было нечего. Таркину в этом случае трудно было отказать и, склонив слегка голову, я вежливо дал жест лапой, позволяя ему открыть нам выход. Мой друг уже подготовился к разбегу, как сзади послышался голос Курти.       — Стойте!.. У меня ключ!.. Не сносите дверь!.. — но Таркин уже не слушал. Он усмехнулся и на всей скорости влетел в дверь, разнеся её в щепки с грохотом, который разнёсся по всей комнате. Я оглянулся назад, чтобы посмотреть на реакцию Курти. Тот остановился с открытым ртом и большими испуганными глазами, не в силах больше сделать ни шага. Ключ в его лапке со звоном упал на каменный пол. Тут из дверного проёма показалась довольная и злорадная морда моего друга.       — Нечего строить препятствия лисьим воинам, длинноухий. Только время потратишь, ха-ха-ха, — со смехом скрылся мой друг за каменной стеной. Я отдал приказ своему отряду выдвигаться наружу и сказал последние слова несостоявшемуся жителю этого места:       — Этот проход тоже расчисти, чтобы он стал прежним. Вернёмся, проверим. Не сделаешь, не поленюсь потратить время и насильно заставлю это сделать. Тепла и, надеюсь, скорейшего уюта тебе, длинноухий.       — Будет с вами тепло и уют… — после этих слов Курти забубнил себе что-то под нос и с недовольной мордой агрессивной походкой пошёл к своим инструментам, размахивая лапами. Я же спокойно отправился наружу, где наш отряд ожидала прямая дорога к Северограду.

***

      Буря практически затихла, когда мы вошли в гору, и тут, стоило нам отойти от неё на пару километров, как снег повалил с новой силой, скрывая горизонт. Видимость вновь была снижена, но перед началом снегопада я разглядел весь наш путь и направление с вершины, где находился выход из горы. Огромный Североград тогда виднелся вдали и, казалось, недолго нам оставалось до него идти. Но природа всегда вправе вносить свои коррективы, и сейчас, похоже, наш путь был в полном её внимании. Переждать снегопад не было ни желания, ни времени, поэтому, прикрывшись капюшонами, мы продолжали идти дальше. Наша одежда была с длинным ворсом, и холод совсем не ощущался. Сапоги порой застревали в снегу, так и норовя соскочить с лап, но плотно прилегающие стенки были хорошо стянуты верёвками. Это могло бы приносить некий дискомфорт, если бы не внутренний мех, немного смягчающий давление. Никто из нас не жаловался на подобные обстоятельства, необходимые для проживания в здешних местах. И всё было бы не так уж и плохо в спокойной, хоть и трудной жизни на Севере, если бы не бандиты, наёмные убийцы и работорговцы, которых довольно часто можно было встретить на пути. К сожалению, нам их избежать не удалось. Уже недалеко от города был замечен караван. Вроде бы ничего примечательного: несколько саней с брезентом, скрывающим товар. «Запряженные» (наёмные звери, которые предоставляют свои услуги для перемещения саней и других объектов. Обычно, на работу «запряжённых» шли довольно крупные, сильные звери, такие как яки, но можно было встретить и волков, и кого-то из семейства кошачьих, и даже из небольших травоядных, объединяющих усилия ради общего дела), тянущие эти сани, и стражники из расы гиен, одетые как отъявленные бандиты. Возглавляли весь этот караван два крупных волка в дорогих хорошо защищённых доспехах и с двуручными мечами наперевес. Можно было не обращать внимания на караван и дождаться, когда они просто уйдут, но нас зацепила пара моментов. Первый заключался в самих «запряжённых». Обычно они были хорошо одеты и уверенно шли вперёд, выполняя свою работу. Сейчас же было видно, что звери устали и замёрзли. На них не было тёплых шуб, лишь какие-то свитера и лёгкие рваные накидки, а двигались они, еле перебирая лапками. С нашей позиции не было видно, что у них на лапах. Может, эти бездушные налётчики их и сапожек лишили, так необходимых для сохранения тепла. Было слышно, как кто-то разговаривал или, может, даже скулил, прося о помощи. Вторым же моментом оказался голос одного из бандитов, который подошёл к самым последним в караване саням и, приподняв брезент, прокричал грубым, жёстким голосом:       — Хватит скулить, мясо меховое! Никто вас тут не спасёт, ха-ха-ха! В этот самый момент мне вспомнилось прошлое, когда я и сам был украден в детстве подобной бандитской шайкой работорговцев. Тогда, мне вместе с другими своими товарищами по несчастью удалось спастись от них. Поэтому, сейчас я не мог допустить, чтобы кто-то беззащитный стал жертвой подобных негодяев. Без лишних слов, с помощью жестов я отдал команду готовиться к атаке и двигаться за мной, не привлекая внимания. Наши плащи хорошо скрывали нас среди белого снежного покрывала и позволяли в просторах севера двигаться практически незаметно. По мере сближения с караваном, всё чётче был слышен разговор бандитов и их смех, среди которого можно было различить, как кто-то скулит. Уже когда мы подобрались очень близко, готовые напасть, один из бандитов подбежал к клетке, чтобы выместить всю злость на пленных с помощью своего грозного ора.       — Если вы не захлопните свои жалкие пасти, я сам их заткну, куски шерсти! Мне осточертело слушать ваше нытьё всю дорогу, и сейчас у вас последний шанс остаться целыми, жалкие существа! — Как только бандит прокричал последнее слово, я приостановил готовность к атаке, оставив лапу на весу. Нужно было улучить момент, когда снова кто-нибудь из каравана привлечёт к себе полное внимание. Из клетки послышался ослабший, дрожащий от холода женский голос, заставивший моё сердце содрогнуться.       — Могли бы вы не кричать так… тут ведь дети и… — от её слов мне стало не по себе. Бандиты нередко берут детей в плен для продажи. Они ещё слабы, невинны и не знают всей суровости жизни. В них легко можно подавить волю к свободе и сделать послушным рабом, для которого собственная жизнь не будет дороже пяти самоцветов. Меня, старающегося сохранять здравый рассудок, начала наполнять ярость. Но, порой, чувства становятся сильнее него, заставляя ринуться в бой во благо обычного северного народа. Я уже продолжил медленно поднимать лапу, чтобы дать сигнал к нападению, как к озлобленному бандиту подбежал волк. Судя по его блестящей, украшенной различными узорами и костями существ броне, а также двуручному мечу, тот наверняка был вожаком всей этой шайки, или, по крайней мере, из командного состава. Его грозный рычащий голос мог бы повергнуть обычных жителей в ужас. Даже тот бандит, который выместил всю свою злость на пленных, немного склонил голову, не силясь посмотреть волку в глаза.       — Р-р-ряф, что тут пр-р-роисходит, Р-р-рокс?       — Эти жалкие пленные уже вывели своим нытьём, Яростный Зург. Хотел преподать им урок…       — Не тр-р-рогать пленных. Их стоимость напр-р-рямую зависит от их сохр-р-ранности… Пока бандиты выясняли отношения, я твёрдо решил, что пора действовать. После сигнала весь наш отряд, как призраки Севера, поднялись из-под снега и тихо направились в сторону каравана, пока никто не заметил. Метель хоть и утихла немного, но до сих пор давала нам возможность двигаться незамеченными. Ближайшая пара гиен, хорошо приспособившихся к этим краям, мирно стоявшая к нам спиной, наблюдая за неким представлением, оказались первыми жертвами наших клинков. Лезвия без особого труда вошли в плоть, пронзая сердце насквозь. Жертвы даже не успели осознать, что произошло. Лишь тихий всхлип среди завывания ветра и ора вожака бандитов был услышан из раскрывшейся пасти. Широко раскрытые глаза смотрели куда-то ввысь. То, что происходило, было уже не так важно. Душа покидала тело, отправляясь в край вечных страданий за все грехи и зверства, нанесённые невинным жизням.       — Что за?! — послышался грубый голос правее от меня. Один из охранников каравана обернулся и обратил на нас внимание, после чего с криком бросился в атаку. На это обратили внимание другие бандиты, которых одолевала жажда битвы и наживы, судя по их недобрым взглядам. Назревала настоящая битва, в коей мы обязаны были оказаться победителями, ради нашей цели и спасения пленных. За свободу и справедливость каждый из нас рванул навстречу своему сопернику. Таркин, по-видимому, поставил себе задачу во что бы то ни стало добраться до главаря этой бандитской шайки, чётко и уверенно продвигаясь в его сторону через нападавших. Следить за сражением своего друга у меня не было желания. На самого по два, а то и по три яростных врага нападали, размахивая своими побывавшими в битвах, потертыми саблями и одноручными булавами. Пришлось уходить в оборону и ожидать возможности пронзить мечом своих врагов. С каждым ударом по щиту я накапливал ярость. С каждой секундой бандиты начинали чувствовать превосходство надо мной, что стало их ошибкой. Из-за неопытности, один из них просто начал размахивать своей саблей, совсем позабыв о защите, тут и пришло время покарать врага за смертельную ошибку во время сражения. Отбив очередную атаку щитом, я совершил выпад мечом вперёд, пронзив жертву в брюхо. Алая кровь хлынула ручьём из зажатой лапами раны, не желая останавливаться. Бандит упал на окровавленный снег, сжавшись и поскуливая от боли и неминуемой смерти. Наблюдать за этой картиной мне не дали двое других его дружков, которые с ещё большей яростью от увиденного напали на меня. Эта ярость их и погубила. В то время, как я, полностью сосредоточенный на битве, следил за приёмами своих врагов, те, совершенно позабыв о своей собственной безопасности, старались пробить мою защиту. Улучив момент, мне удалось сначала пронзить одного своего соперника, потом быстрым движением с разворота резануть второго по его незащищённой шее. Истекая кровью и задыхаясь, мой враг упал на колени, прикрывая одной лапой смертельную рану на шее, а второй, не желая отпускать свой меч, упёрся им в снег. «Хм, а этот сильнее остальных, оказывается», пришёл я к выводу, наблюдая за медленной смертью бандита. Но продолжать наблюдать времени не было: ещё немало врагов нас окружало, и одному из наших воинов потребовалась помощь в схватке с двумя гиенами одновременно. Они, хоть и беспорядочно, но быстро махали саблями, стараясь вымотать своего врага. Один раз, им даже удалось добраться до своей жертвы, полоснув по предплечью. Из раны струилась красная кровь, мелкими каплями падая на белый снег. Расстояние до моего товарища было немаленькое, но, к счастью, со мной был лук, найденный в горе. Не теряя ни секунды, я вытащил стрелу, натянул тетиву, и выпустил саму смерть во врага, так отчаянно желающего добраться до своей жертвы. Стрела попала чётко в голову сквозь защищающий её шлем. Смерть оказалось мгновенной, отчего второй даже не сразу понял, что его напарник больше не способен вести бой. В это время, как только натиск наполовину ослаб, мой соплеменник сам перешёл в нападение, засыпая врага градом ударов, пока не отсёк ему голову своим мечом. Дело было сделано, и я начал выискивать Таркина, стремящегося добраться сразу до вожака этой бандитской шайки. В мгновение, среди звуков битвы, послышалась отпущенная тетива, следом свист стрелы, быстро приближающейся в мою сторону. Краем глаза мне удалось увидеть лучника, выстрелившего в меня, и внезапно появившийся меч, отразивший стрелу в нескольких сантиметрах от моей головы. Таркин подоспел вовремя и с серьёзным взглядом смотрел на меня, не выражая никаких эмоций. В этот момент я не мог даже и представить, что чуть не был лишён жизни. Мой друг обязательно мне это напомнит, когда окажется свободная минутка. Тем временем, стрелок подготовился выстрелить вновь. Мы повернулись к нему лицом. Через секунду, очередная стрела отправилась в мою сторону. Только на этот раз, я был готов и отклонился немного вбок, пропуская стрелу мимо себя. Внезапно, за нашими спинами послышался крик существа, сопровождаемый лязганьем металла и падением на снег. Мы с Таркиным оглянулись. Оказалось, незадачливый бандит решил подкрасться сзади и напасть, пока наше внимание было приковано к лучнику. «Хм», — издали мы с моим другом звук от этой забавной ситуации, после чего вновь переключились на лучника. Тот немного замешкался, но ненадолго. Его лапа потянулась к очередной стреле, только на этот раз ему не удалось осуществить свой план. Таркин выхватил нож и ловко бросил его в цель, пронзив глазницу. С очередным врагом было покончено. На нас уставился главарь всей бандитской шайки, готовый сразиться с нами вместе с парой своих прихвостней.       — Я думал, ты до него добрался, — спокойным голосом обратился я к своему другу. Тот лишь пожал плечами и подготовил свой меч к бою.       — Сейчас доберусь… — ответил он без каких-либо эмоций и пошагал уверенной походкой к своему врагу. Я последовал за ним, готовый сразиться с главарём. Двое бандитов, защищающих лидера, набросились на Таркина, оставив меня один на один с грозным врагом. В его взгляде виднелась неистовая ярость, лёгкая улыбка говорила о его уверенности в своей собственной силе и опыте. Как и многие волки, он считал нас назойливыми полукровками, жалкими пародиями на их вид, неспособными достичь силы и ярости в битве, коими обладают сами. Среди волков, сила, невозмутимость и безжалостность к своему врагу уже давно стали частью их культуры, в которую нам — лисам — вписаться было крайне сложно, да и далеко не все к этому стремились. Поэтому, между нашими видами неприязнь, перерастающая порой в войны, идёт с давних времён. И вот сейчас мне вновь придётся сразиться с волчьей яростью. Сжимая лапой меч и прижимая щит к себе, я воззвал к помощи своего предка — первого вождя и основателя нашего племени: «Лиссантра, дай мне сил сразить зло».       — Хм, за сколько же я тебя р-р-разделаю прямо тут? Две минуты, тр-р-ри? Ты-ы-ы, жалкое существо этого кр-р-рая! Иди сюда, я насыщусь твоей кр-р-ровью, — последние слова мой противник произнёс тихо и угрожающе, готовый вот-вот ринуться в бой. Его двуручный меч сиял от лучей солнца, внезапно выглянувшего из-за туч. Налитые кровью глаза смотрели чётко на меня, пронзая саму душу. Поддаваться страху было нельзя, и с верой в победу я направился к своему врагу, готовясь отражать удары.       Первая молниеносная атака была произведена внезапно, и спасти от неё смогла лишь моя реакция. Раздался лязг металла об металл. Лапа, удерживающая щит, заныла, но обращать на это внимания времени не было. За первым выпадом был следующий, нацеленный мне в голову. Я увернулся, поднырнув под своим врагом, после чего собрался вонзить свой меч ему в бок. Но тот не собирался вот так просто встретить свою смерть и резким движением мечом отбил мою атаку. Мне вновь пришлось перейти в защиту, периодически подпрыгивая над лезвием волка, который, в свою очередь, старался нанести мне критический или смертельный урон. «Он слишком быстрый для волка с таким мечом… мне нужно что-то придумать», — промелькнуло в моей голове во время нескольких секунд передышки.          — А ты шустр-р-рый комок шер-р-рсти, но это тебя не спасёт, — произнеся это, он бросился на меня с новой силой, из-за чего отбиваться от атак становилось всё сложнее. Лук с колчаном стрел был скинут мною ещё во время первой атаки, но сейчас, казалось, уже и щит начинал больше мешать, ибо левая лапа устала его удерживать и принимать удары. Лишь меч был средством защиты и нападения, вот только без особых результатов. Краем глаза мне удалось увидеть своего друга, который попытался прийти ко мне на помощь, но его остановили новые враги, навязавшие бой. Я был один на один с грозным врагом, и срочно нужно было что-то придумать, пока он не вымотал меня. Скинув щит, ухватив меч двумя лапами, собрав всю свою волю и магическую силу в лезвии, я решил попытаться быстрыми движениями нанести хоть какой–нибудь урон волку. Первая атака была нацелена врагу в левый бок, потом в правый, следующая по лапам, но все они были отбиты двуручным мечом. Несмотря на это, моя комбинация ударов не закончилась, и следом моей целью была голова с налитыми кровью глазами. Уже в прыжке с разворота через правое плечо я набрал инерцию для нанесения мощного удара, но и он был отбит. Впрочем, это не стало для меня сюрпризом, поэтому, занеся удар через другое плечо, так же с разворота и в прыжке, я ожидал, что враг отобьёт его, но магическая сила, находящаяся в моём клинке, смогла наконец разрубить невероятно прочное лезвие двуручного меча. Осколки металла полетели в разные стороны, рассекая плоть на голове волка. Но атака мечом была не единственным моим способом нанести урон. Мне удалось со всей силы нанести удар по клыкастой морде сапогом на задней левой лапе, которая оказалась совершенно неожиданной для моего противника. Оглушающий рёв пронёсся над полем битвы, заставляя прижать уши к голове. Не успел я перевести дух, как пришлось увернуться от летящей в меня половины двуручного меча, после чего мощный удар в живот отбросил меня на приличное расстояние. Мой меч вылетел из лап, как и весь воздух из лёгких с этим ударом. Дикая боль сковала моё тело, не позволяя даже открыть глаза, а дыхание перехватило. И вот так, лёжа на холодном снегу, стараясь глотнуть воздух и привести мысли в порядок, я уловил сквозь гул в голове звуки шагов, медленно приближающиеся ко мне. Моим последним оружием были хитрость и короткий кинжал, спрятанный в моём левом сапоге. По мере приближения моего врага, возвращались и дыхание с мыслями, позволяющие продолжать бороться за свою жизнь. Лапа уже потянулась к кинжалу, как моё тело внезапно начало быстро подниматься, а затем я был брошен ещё дальше. Снег хоть и смягчил удар, но спрятанный под ним слой льда всё равно принёс мне не самые лучшие ощущения, вместе с новой болью в ушибленных местах. И снова были слышны приближающиеся шаги. На этот раз, мне удалось незаметно достать кинжал и, ориентируясь на слух, как только враг подошёл ко мне вплотную, быстрым движением вонзить клинок ему в левое бедро. Чудом, кинжал вошёл прямо меж защитных пластин, что позволило мне крутануть его против часовой стрелки, расширяя рану. Мой поступок в поединке был не из благородных, но, когда враг превосходит вас, приходится идти на крайние меры, исключая благородство в битве. Волк взвыл во всё горло, схватившись за рану. Его левая задняя лапа подкосилась, а взгляд полный ненависти и злобы был устремлён в мою сторону. Попытка сделать шаг лишь принесла новую боль, с потоком хлынувшей крови из раны. Все штаны, весь снег под волком обагрился его кровью, а тот все продолжал попытки добраться до меня, с рычанием выговаривая слова.       — Жалкое существо… Вы, лисы, всегда были… жалкими воинами…       Подбираясь всё ближе, волк продолжал смотреть на меня полными ярости глазами. Из пасти текли слюни, а из раны струилась кровь. Он, как и я, знал, что ему оставалась лишь пара минут до того, как в его теле закончится кровь. Но это не останавливало бушующую ярость. Несмотря на смертельную рану, он хотел до меня добраться. И вот, пока стоял на одном колене, не в силах подняться, я продолжал смотреть на смертельно раненого, яростного и свирепого соперника и не мог не восхититься тем, как волки, несмотря ни на что, продолжали бороться и стараться добраться до своей цели. Мне захотелось прервать его медленную смерть, подарив быструю кончину в знак какого-никакого уважения к сильному противнику.       — Этот бой, ты выигр-р-р… нечестно, это и есть… ваша сущность. Последние слова меня задели. Все оскорбления из уст волка ничего для меня не значили, но обвинение в нечестности битвы я не смог проигнорировать.       — Нечестно? У тебя были сила и живучесть с хорошей бронёй, у меня — ловкость и хитрость. И то, что ты не смог покончить со мной сразу, швыряя в снег, было твоей ошибкой. Я лишь воспользовался шансом продолжать жить. Это Север. Тут нет права на ошибки в битве. Но ты был достойным противником. И я закончу твои мучения, — с этими словами я посмотрел на свой кинжал с окровавленным лезвием, а после перевёл взгляд на еле живого волка, который внезапно нашёл в себе силы рассмеяться от моих слов. Я вздохнул и метнул кинжал в своего врага. Лезвие вошло чётко в шею, прервав смех. Сначала, были слышны тихое рычание и попытки вздохнуть, цепляясь за жизнь, казавшиеся столь долгими для меня, наблюдавшего со стороны за смертью существа. Прошло несколько секунд, и звуки утихли. Тело перестало дёргаться в конвульсиях, испустив дух. На этом наша битва была окончена.       Звуки боя вокруг утихли, лишь шаги по снегу разбавляли своими звуками лёгкое завывание ветра и слабый гул в голове после битвы. Я задумался, закрыв глаза на несколько минут в попытке привести мысли в порядок и отойти от всего этого шума ударов и скрежета металла во время сражения. Мне нередко приходилось драться с шайкой бандитов и отрядами враждебных племён, но каждый раз приходилось после куража битвы немного потратить время на успокоение собственных нервов и ожидание снижения адреналина в теле. И такое случалось практически со всеми, кто ещё не привык жить сражениями. Звуки скрежета стали, криков от ярости и от боли ещё не стали обычной повторяющейся из раза в раз мелодией. Для меня всё это было до сих пор непривычно, хотя нельзя не признать, что сейчас переживать минуты, когда находишься на волосок от смерти, и от неё тебя отделяет лишь одна единственная ошибка, стало немного проще. Внезапно, мой покой прервал голос Таркина.       — Мой вождь, ты в порядке?       После тяжёлого вздоха, я ответил: «Да, всё в порядке». Меня подхватили за лапу и помогли встать. Тело ещё немного пошатывало, боль в области живота давала о себе знать после удара, но на лапах стоять я уже мог. Таркин смотрел на меня, не отрывая взгляда, в ожидании то ли приказов, то ли ещё чего.       — Точно? — ещё раз спросил мой друг. Его беспокойство порой не соответствовало его своеобразному и буйному характеру, но в такие моменты он доказывал, что среди его ехидного поведения, шуток и некой безбашенности есть место заботе и переживаниям. Это и его делало хорошим другом и товарищем по оружию.       — Да, лишь голова немного гудит, скоро пройдёт. У нас есть потери? — Таркин оглянулся, пока я смотрел на своего побеждённого врага. Через несколько секунд он ответил.       — Пока не знаю, но этих паршивых… было немало. Нужно построить отряд.       — Займись этим. Нужно оценить последствия нашего нападения.       — Есть… мой вождь. — Таркин ушёл. Я отвёл взгляд и начал глазами поиски своего снаряжения. Весь мой отряд подтягивался к месту построения. Некоторые довольные собой шли по снегу без какого-либо намёка на ранение и усталость. Были и те, кто прихрамывал и двигался, еле перебирая лапы и держась за различные места на теле. Многим из них помогали товарищи без ранений. Ко мне направлялись трое воинов из нашего отряда, неся в лапах моё снаряжение, брошенное во время битвы. Без лишних слов они передали мне всё и, после адресованной им благодарности, пошли в строй. Я последовал за ними. Чувство тревоги потихоньку нарастало с каждым шагом. Нести потери в пути никак не входило в мои планы, и как бы этот приказ о нападении не оказался ошибкой, повлекшей за собой лишь смерть товарищей. «Может, стоило дать уйти каравану и не ввязываться в битву? В таком случае, судьба пленников была бы незавидной, но моих товарищей не настигла бы смерть неизвестно за кого. Всё-таки, этот край не терпит слабых и наивных». С этими мыслями я подошёл к своему отряду. Было видно, что бой был тяжёлым, но слабости и какого–либо сожаления с недовольством не было видно в глазах воинов. Все они, как и положено, стояли в строю, ожидая приказа. Мой друг подошёл ко мне с лёгкой улыбкой и поделился не столь печальными новостями, какие бы я ожидал услышать.       — Все до единого в нашем отряде живы и вскоре смогут отправиться в путь. Есть пострадавшие, но раны не смертельны. До бракосочетания заживут, — Таркин коротко посмеялся, а воины немного повеселели после его слов. Новость о состоянии отряда не могла меня не радовать, но то, что некоторые всё же ранены, тяготило мои мысли. Нельзя было отправляться дальше, пока мы полностью не убедимся, что никому из отряда не угрожает опасность. Все они — сильные воины, и всё же нужно осмотреть их раны. Мой друг будто прочёл эти мысли или понял по моим раздумьям, что стоит сделать привал. — Может, стоит немного отдохнуть после столь славной битвы? Да и о раненых стоит позаботиться.       — Согласен. Отряд! Проверьте свои раны и обработайте их. А также не забудьте оружие и снаряжение, чтобы все было в порядке. Нам до столицы идти ещё долго, и не хотелось бы потерять вас на полпути. Трое добровольцев, помогите им привести себя в порядок. Вы двое, — я указал на двух своих товарищей, уверенно держащих в лапах щит и меч в ожидании приказа, — освободите всех пленных и соберите около саней, в которых их везли. Остальные проверьте, есть ли среди этих бандитов выжившие, соберите трофеи и подготовьтесь к длительному привалу. В продовольственных санях должны быть материалы для костра.       — Что нам делать с выжившими негодяями? — задал мне вопрос один из воинов.       — Свяжите их и оставьте кто-нибудь для охраны. Мы отведём их в столицу. Пускай гвардия города с ними разбирается. Всё, приступаем к делу!       — Есть! — хором прозвучало в строю, после чего все разошлись по делам, следуя мои указаниям. Я посмотрел на Таркина, ожидающего приказов.       — Пройдись с воинами по полю битвы, проследи, чтобы ничего не было упущено, и никто из этих головорезов не навредил нашим. Потом подойди ко мне, как закончишь.       — Слушаюсь, мой вождь. — Сказал он и направился к ближайшему павшему врагу. Я же пошёл к саням, в которых сидели пленные.       Из-под плотной ткани, накрывающей клетку в санях, выглянула белая лисья мордочка. По очертаниям было видно, что это девушка, которая, как только заметила, что я обратил на неё внимание, сразу скрылась. Изнутри тут же послышался еле слышный шёпот. В какой-то момент раздался детский голос.       — Они нас спасут?       — Не знаю, малыш. Будем надеяться, что да, — последовал тихий, измученный, но приятный женский голос.       Бандитам было практически неважно, кого продавать. Главное, чтобы за пленных больше дали. От такой мысли порой выворачивало душу. Хотелось собрать как можно больше желающих искоренить подобное и пройтись по всему Северному краю в поисках работорговцев и других бандитских тварей, для которых жизни других существ ничего, кроме драгоценных камней, не стоят. «Не стоит думать об этом. Подобное практически невозможно искоренить. Стоит лишь продолжать бороться, когда есть возможность, и позволяют обстоятельства».       — Откройте клетку, освободите пленных! — прокричал я двум воинам, находившимся рядом с санями. Те незамедлительно приподняли накрывающую клетку ткань и начали вскрывать замок. Когда я подошёл, всё было готово. Внутри сидели с десяток зверей разного возраста и вида. Все смотрели на меня, ожидая своей участи. Они не знали, что может быть дальше, ибо были измучены и находились в страхе. Нужно было их успокоить.       — Мы вас не тронем. Выходите, вы свободны, вам больше ничего не угрожает.       Пленные не торопились выходить, лишь переглянулись между собой и снова приковали свой взгляд ко мне. Среди них был детёныш северных тигров с чёрными полосками на белом коротком и плотном мехе, позволяющем не сразу замёрзнуть в нашем холодном крае. Были тут и травоядные, плотно прижавшиеся друг к другу, чтобы хоть как-то согреться. В их глазах виднелся страх и смятение от уготованной им участи. Похоже, вера в чудесное спасение их давно покинула. В числе травоядных была пара оленей, несколько кроликов, як… Похоже, несмотря на спасение, они меня побаивались. Мне пришлось отдать всё своё оружие членам отряда, чтобы показать своё дружелюбие и добрые намерения, и только после этого я залез в клетку. Все продолжали на меня смотреть, и лишь детёныш тигра сначала чуть отвёл взгляд в сторону, потом снова вернул свой взор на меня, задав вопрос.       — Вы правда пришли нас спасти?       — Да, — коротко ответил я. Говорить о том, что наш отряд всего лишь мимо проходил сейчас было незачем. Стоило показать, что мы настроены дружелюбно по отношению к пленникам. — Мой отряд уже готовит палатки и костры, чтобы согреться и передохнуть. Вы можете присоединиться к нам, — все переглянулись между собой и зашевелились. Первыми пошли тигры, за ними лисы из других племён, нейтральные волки и даже мама с медвежонком.       По правде говоря, я был слегка удивлён, что бандитам удалось поймать медведицу. Этот вид не из слабых. Их многие хищники боятся и стараются не ввязываться с ними в конфликт. Даже стало интересно, как им удалось поймать столь грозного зверя. Скованные холодом и слабостью, звери начали выбираться из клетки. Лишь травоядные и белая как снег лисица вместе с тигренком не торопились выходить. Пришлось немного поторопить.       — Ну же, выходите, или вы решили дождаться, когда насмерть замёрзните? — лисица с тигренком привстали и потихоньку направились к выходу. Вдруг, они остановились, и лисица, повернувшись в сторону травоядных, заговорила немного дрожащим, но спокойным голосом, какие бывают у серьёзных животных.       — Не бойтесь друзья, пойдёмте, помощь прибыла.              После этих слов она повернулась ко мне, и мы встретились взглядами. Её голубые глаза смотрели на меня с бесстрашием и благодарностью. Даже еле заметная улыбка появилась на её мордочке. Слова голубоглазой лисицы оживили напуганных травоядных, и те направились к выходу вместе с нами.       Снаружи Таркин вместе с парой воинов выдавали освобождённым пленникам одежду из запасов бандитов и еду, в которой они так нуждались. Остальные же вовсю начали заниматься палатками и кострами. От всего увиденного стало немного тепло на душе. Хоть мы и потратили время и силы на этот бой, но нам удалось спасти немало жизней и приобрести трофеи поверженных врагов без потерь в нашем отряде. Всё это не могло не радовать. Ко мне подошёл мой друг с довольной мордой и начал свой отчёт. — Трофеи с убитых собраны и тела проверены. Несколько этих тварей с незначительными ранениями оказались живы и попробовали сбежать, пока мы занимались проверкой тел. Сейчас они связаны и ждут своей участи. Также мы нашли тёплую одежду и выдали её всем освобождённым.       — Хорошо. А где пленные?       — Мы посадили их в палатку и выставили охрану. Сбежать им точно не получится, — мой друг посмеялся как злодей, после чего указал на одну из палаток.       — Приведи их сюда.       — Есть! — Таркин пошёл в сторону пленных. В этот момент за моей спиной прозвучал женский голос.       — Спасибо вам, вождь Лиссантры, — белая лисица обошла меня и встала рядом. Её голубые глаза манили, не давая отвести взгляда, а серьёзная мордочка была красива, как снежная степь в ясный солнечный день. Ей бы легко удалось меня очаровать, вот только в сердце моём уже была любовь всей моей жизни, ожидающая меня в нашем племени. Поэтому, без каких-либо смущений, как это порой бывает, я задал интересующий меня вопрос.       — Откуда ты меня знаешь?       — Я слышала о тебе от наших послов во время странствий по разным нейтральным племенам. Ты молод, силён, умён и хитёр — истинный вождь племени Лиссантры. Что же привело вас сюда? — вопрос белой лисицы немного насторожил меня. Рассказывать всем подряд, куда направляется наш отряд не очень-то разумно, но при этом и сама собеседница с виду не представляла какой-либо опасности.       Немного поразмыслив, я уже хотел рассказать, как Таркин привёл трёх связанных злобных северных гиен, смеряющих всех нас взглядом. Неожиданно, освобождённый як рассвирепел и, быстро набрав скорость, со всей силы боднул одного из бандитов. От столь сильного удара тот отлетел на довольно большое расстояние, и як отправился за ним. Всё произошло настолько быстро и неожиданно, что все присутствующие какое-то время наблюдали за происходящим без каких-либо движений. Первым пришёл в себя Таркин и, толкнув двух наших воинов в сторону озверевшего яка и его жертвы, побежал в их сторону, приготовив меч к бою. Двое оставшихся бандитов хотели воспользоваться замешательством и попытались сбежать, но их остановили охраняющие их воины. Я же уже хотел отправиться вслед за моим другом, положив лапу на меч, как меня остановила белая лисица, подхватив за предплечье.       — Не стоит переживать, вождь, этот як не представляет для вас опасности, — лисица вновь перевела взгляд на разъяренного яка и, немного помолчав, продолжила, — он лишь мстит за смерть своего брата и старается утешить душевную боль через ярость. Этот негодяй, на которого напал Норан, и убил его брата, попытавшегося освободить всех нас. Ты, наверное, знаешь, что эти хищные звери могли сделать с братом Норана… а его, сильно ранив, заставили смотреть на самое ужасное, что можно только себе представить. Какими бы были твои действия, вождь, если бы твоего брата и сестру убили, а тебя лишили возможности даже похоронить их? — спросила моя собеседница. Я хоть и был не из впечатлительных, и подобное переношу спокойно, ибо не раз встречался со зверством хищного народа нашего мира по отношению к травоядным, но от услышанного у не было слов. Я лишь посмотрел в глаза лисицы, стараясь до конца осмыслить сказанное. Она вздохнула и продолжила. — Не стоит его бояться, остальных он не тронет, и позволь ему остаться, я присмотрю за ним, — не согласиться с ней означало стать каким-то вершителем правосудия, а не обычным жителем нашего Северного края. Этот як просто отомстил тому, кто жил убийствами и питался страданиями мирных жителей и, возможно, сейчас его настигла кара свыше. Пускай высшие силы и будут судьями травоядному. Пока я обдумывал всё это, Таркин с парой воинов уже добежали до яка и его жертвы, и судя по тому, как Норан вымещал злость на бандитском отродье, от того, вероятнее всего, осталось только кровавое месиво. Моему другу удалось успокоить разъяренного зверя и подвести к нам. Все смотрели на происходящее, не отрывая глаз, и продолжали наблюдать, ожидая продолжения. Лишь те, кому был отдан приказ разбить лагерь, продолжали заниматься своими делами. Таркин сделал чудную морду и, почесав затылок, рассказал об увиденном.             — Та-а-ам… в общем, лучше вам не знать, что произошло с жертвой нашего… друга, — як опустил глаза, сел, и с грустной мордой просто стал ожидать своей участи. — От него осталось…       — Стой! Не продолжай. Тут дети, — пришлось мне резко прервать своего друга. Все из взрослых и так могут предположить, что стало с пострадавшим от ярости яка, а детям лучше пока это не представлять. И, чтобы они хотя бы в ближайшее время и не могли представить, я отдал приказ закопать поглубже в снег останки бандита. Оставшихся двух увели обратно в палатку подальше от разъярённых глаз освобождённых из плена зверей. После я посмотрел на яка, мирно восседающего на снегу передо мной.       — Норан, встань. Я уже знаю, по какой причине ты это сделал, и уверяю тебя, что понимаю твою боль. Никто из моего отряда не скажет о случившемся, — тут к яку подошла лисица и помогла встать, после чего поддержала меня.       — Я тоже ничего не скажу, как и другие, правда, народ? — все освобождённые кивнули, некоторые даже словами подтвердили о своём молчании по поводу произошедшего. Лисица вернулась к остальным вместе с яком. Я решил представиться всем присутствующим.       — Я Кирэн — вождь племени Лиссантра, приветствую всех освобождённых от неведомой участи, уготованной вам шайкой бандитов. Вы свободны и вольны идти туда, куда пожелаете. Мы с вас требовать ничего не будем. Вы также можете взять всё необходимое для возвращения домой, только не набирайте слишком много, а то не унесёте, сгинув в заснеженной степи. Я хочу предложить вам задержаться и вместе с нами провести эту ночь, чтобы спокойно поесть, набраться сил, выспаться и согреться у костра. Или вы можете собраться и пойти прямо сейчас. Выбор за вами.       Все освобождённые, вняв моему слову, призадумались. Некоторые из них переглядывались друг с другом, и лишь белая лисица продолжала смотреть на меня своим невозмутимым, слегка уставшим, но при этом манящим взглядом, приобнимая детёныша тигра перед собой. Я перевёл взгляд на Таркина.       — Размести всех по палаткам с кострами и позаботься о том, чтобы всем досталось еды из запасов захваченного каравана. А я пока займусь организацией дежурства и проверкой всего отряда.       — Хорошо, мой вождь, будет сделано. Эх, вот ведь спокойный и тёплый вечер, а?       — Да, погода нам сопутствует, и уходящее в закат солнце греет своими последними лучами. Нужно поскорее разбить лагерь и подготовиться к ночлегу, пока ещё светло и довольно тепло.       — Тогда поторопимся! — сказал мой друг, и мы разошлись выполнять свою работу. В моей голове промелькнула мысль: «Весь день пошёл совершенно не по плану».       

      ***

      Ночь наступила довольно быстро, раскрыв нам красоту этого времени суток. Большая светлая луна своим светом создавало мерцание мелких огоньков на снежном покрывале. Звезды ярко светили в чистом ночном небе приманивая взгляды жителей проживающих на севере, и если бы не лютый мороз, приходящий вместе с ночью, всем этой красотой можно было бы наслаждаться не пытаясь согреться у костра. Но порой, находились те, кто действительно мог долго разглядывать звёздное небо не страшась холода. Одним из таких оказался тот як, которого мы спасли. С момента, как мы все расположились у костра в своих палатках и найденных в складских санях каравана, Норан, сидя на снегу разглядывал звезды, периодически поворачивая голову, чтобы рассмотреть другую область ночного небосвода. Некоторые из простых жителей подходили, и спрашивали у него, не хочет ли тот пойти в палатку, тот лишь мотал головой и продолжал наблюдать за звёздами. Белая лисица, которая начала мне казаться не совсем уж простой жительницей нашего края разговаривала с двумя белыми тиграми в чёрную полоску, такими же, как и малыш, которого та всё это время держала рядом с собой. Был слышен и смех, и негромкие, но слышимые разговоры из палаток, в которых расположилась воины и освобождённые. Даже травоядные, которые были довольно сильно подавлены и испуганы, немного повеселели и сейчас общались с остальными зверями, в том числе и членами нашей группы. Пленные бандиты пытались что-то там кричать, вырывались, но их быстро затыкали, чтобы не привлекали особого внимание к нашему временному лагерю. Среди хищных бывших пленников, даже находились те, кто предлагал в знак благодарности за освобождение подежурить вместе с нашимы воинами. Как оказалось, среди них были те же солдаты из разных племён, что способствовало принять их предложение. Всё было спокойно. Лишь Таркин куда-то вдруг подевался, но переживать за него было незачем. Его одолеть просто так не получится, как и врасплох застать. Слишком уж крепким и чутким вырос мой друг, и натренированности в ведении боя ему хватало с лихвой, чтобы смело сражаться даже с белыми медведями, одетыми в прочную броню и с тяжёлыми топорами, пробивающими щиты. И ведь выходил из битв с ними победителем. Единственное, что порой могло ему помешать, это увлечённость, и в ней, при большом количестве врагов, тот мог пострадать от какого–нибудь бесчестного крысеныша, напавшего исподтишка. Сейчас же, скорее всего он просто вышел проветриться, или что–нибудь поискать.              Я сидел на своем походном коврике, которые мы используем на привалах, чтобы не сидеть на холодном снегу, и наслаждался теплотой костра с его танцем желто-красного пламени. Порой приятно смотреть на огонь. Он успокаивает, греет не только тело, но порой еще и душу. В его присутствии и думается лучше, и иногда, мечтается. Хотя мечты в нашем крае редко сбываются. Много чего может помешать им сбыться, но нередко, многим удаётся достигнуть своей жизненной цели. Всё таки мечты, порой задают цель жизни, и ради них стоит бороться, и двигаться к цели проходя все препятствия уготованные судьбой. Вот и я сейчас сидел и размышлял о своей жизни, погружаясь все дальше и дальше в воспоминания и свои планы на будущее. Моя любимая супруга, только родившийся сын от неё стали частью моей жизни, и ради них, ради всего нашего племени я обязан сделать нас сильнее. Поэтому, я и отправился в столицу Севера, чтобы отдать своих воинов на обучение лучшим мастерам боевых искусств нашего края. Мои раздумья резко прервал Таркин, с радостью вбежав в мою палатку. Мы с воином из моего отряда, находившийся вместе со мной в одной палатке даже встрепенулись, схватившись за рукоятки мечей. Таркин же даже не обратил на это внимание. В левой лапе он удерживал сломанный мною меч главаря бандитов, а в правой что-то светилось мягким голубоватым светом. Мне стало любопытно, чего это принёс мой друг, да ещё и с такой радостью на морде.              — Кирэн, я тут решил прогуляться и вот что нашёл в одном из ущелий неподалеку. Ха, да у меня чуйка на подобные вещи. — Таркин протянул мне правую лапу и разжал кулак. На его ладони лежал кристалл, переливающийся голубоватым светом. Внутри него, было видно более яркий чем он сам пучок света, являющейся самой заточенной в кристалле магией.              — Кристалл «восстановления»? — Задал я вопрос своему другу немного удивившись.              — Да, и вот… — Таркин протянул уже левую лапу со сломанным мечом, — я думаю, его стоит восстановить. Ты ведь уже оценил качество и мощь этого меча а? Кирэн? — Мой друг сел рядом со мной положив меч перед собой, и начал разглядывать кристалл «восстановления». Я посмотрел на меч с парой усиливающих в нем кристаллов, потом на кристалл, принесенный моим другом, и задал встречный вопрос:              — И чего же тебе мешает восстановить этот кусок бывшего меча?              — Так ведь это ты у нас умеешь шаманить со всеми этими волшебными побрякушками, — Таркин посмеялся и после короткой паузы не дождавшись никакой реакции от колкости в мою сторону, продолжил с улыбкой свой диалог, — я научен побеждать врагов с помощью холодного оружия и терзать их своими клыками, когтями и голыми лапами. Мне не нужна вся эта ваша магия. Мне достаточно своей внутренней ярости и силы духа вместе с устрашением врагов лишь одним своим яростным видом. Ты ведь знаешь это мой друг! — Таркин не слабо пихнул меня локтем в моё плечо, продолжая смотреть на меня в ожидании ответа.              — Во–первых, для тебя я всё таки вождь, и твоё поведение не подобающее подчиненному при остальных. — Серьёзным голосом сказал я Таркину, указав при этом на воина нашего отряда, мирно чистящего свой меч после битвы. Тот сразу же отреагировал на мои слова подняв голову, но не нашёл чего сказать. Лишь переводил взгляд то на меня, то на Таркина. Немного подумав, воин сказал:              — Я могу выйти, если вы пожелаете.              — Ты не мешаешь, занимайся спокойно своим делом. — Сказал я спокойным голосом воину. Тот кивнул, и продолжил заниматься чисткой своего оружия. Мой взгляд упал на его потёртый меч, у которого даже кусочков лезвия не хватало. Этому даже заточка не поможет. Слишком уж он был потрепан в бою. У меня промелькнула мысль о том, чтобы восстановить меч главаря бандитов, и оставить его себе, а свой отдать воину, славно повоевавшим в последней битве, раз уж даже его меч оказался в таком плачевном состоянии. Я продолжил беседу с Таркиным. — А во-вторых, да, знаю что ты у нас бесбашенная машина для убийства, готовая стены таранить головой не опасаясь повредить того, чего нету внутри неё. — Тут уже посмеялся я над шуткой. Хоть в ней была и часть правды, Таркин её оценил посмеявшись вместе со мной.              — Тааак… восстановишь этот меч?              — Наверное стоит. Только скажи, ты его себе хочешь оставить?              — Нет-нет-нет, я полагал, что его можно будет неплохо продать в столице, немного деньжат заработаем.              — Так ведь кристалл «восстановления» стоит дороже этого меча. Зачем нам тратить его на кусок железа и несколько серебряных монет?              — Об этом я не подумал. — Таркин задумался ненадолго, посматривая то на кристалл, то на сломанный меч. После не долгих раздумий, он поднял меч со снега. — Чтож, тогда, этому куску металла место только в глубоких сугробах… — Таркин было уже хотел выйти, чтобы выбросить оставшуюся часть меча куда глаза глядят, как я его остановил.              — Стой! — Мой друг обернулся уже на выходе, и вопросительно посмотрел на меня. На его морде не было серьезности, лишь всё та же лёгкая улыбка и немного усталый взгляд.              — Что такое? — Спросил он, смотря на меня через правое плечо.              — Мы не за заработком всё-таки идём в столицу Севера. Да и кристаллы, усиливающие этот меч, по-видимому не из слабых, если учитывать, как долго сам меч удерживал мои удары с помощью силы магии света. Дай мне этот меч и кристалл. — Таркин вернулся на своё место рядом со мной, и передал мне сломанный меч и кристалл «восстановления». Меня с детства учил наш шаман управляться магией, чувствовать её, использовать её энергию создавая заклинания. В каждом существе с рождения присутствует маленькая частичка магической энергии, только не все хотят, или не все могут ею овладеть. Как например Таркин. Он всю жизнь тренировался с оружием ближнего боя. Качал мышцы, накапливал ярость через тяжелейшие испытания, учился преодолевать боль. Ему не нужна магия, чтобы сразить даже жреца. Я же, учился многому, не только махать мечом. Отец учил меня обращаться со многим видом оружия ближнего боя, а мама, учила стрелять из лука. После похищения меня с несколькими другими подростками, и по возвращению назад, родители попросили нашего шамана научить меня управлять своей магической силой. Заклинания некоторые показал и рассказал, как их сотворить. Также, наш шаман научил меня пользоваться магическими кристаллами, которые не требовали долгого произношения заклинания. Нескольких магических слов на древнем драконьем языке было достаточно, чтобы активировать его. Я преподнес магический кристалл к части меча, и начал произносить заклинание, — мило аркон сия лариаонис раносса ки сирана. — После того, как я произнёс последнее слово, кристалл начал источать яркий ослепляющий свет, невольно заставляющий закрыть глаза. Пара секунд, и у меня в одной лапе лежал разряженный кристалл, ставший обычной стекляшкой, которую и выбросить теперь не жалко, а во второй меч главаря бандитов. Клинок был полностью восстановлен и выглядел так, будто только недавно был выкован в кузнице. Даже кристаллы, уменьшающий его массу и увеличивающий остроту лезвия, вновь были заряжены. Похоже моё заклинание, наложенное на мой меч во время битвы сильно ослабило действие кристаллов, из-за чего клинок главаря рассыпался под действием моей магической и физической силы. Сейчас же, я мог любоваться довольно красивым и не плохо сделанным восстановленным мечом.              — А хороший был меч у этого главного выродка разбитой нами банды отмороженных. Что ты теперь будешь с ним делать? Себе оставишь? — Задал мне вопрос мой друг, любуясь восстановленным мечом.              — Думаю, что да. — Ответил с лёгкой улыбкой я, не отрывая взгляда от меча. Воин, находящийся вместе с нами переводил взгляд со своего потрепанного меча на тот, который был в моей лапе и обратно. В глазах воина читалась некая грусть от того, что его оружие было не в лучшем состоянии, и сражаться им даже не очень хотелось, просто другого не было под лапой.              — А что со своим тогда сделаешь? — Я посмотрел на своего друга, после чего перевёл взгляд на воина. Тот встретился со мной взглядом и немного смутившись, вернулся к наточке своего оружия. Мне внезапно в голову пришёл ответ на вопрос Таркина.              — У воина его оружие — это часть его самого. Оно должно быть исправно и полностью соответствовать задачам, возложенным на него. У меня появился новый меч, а значит, старому пришло время перейти к новому владельцу. — Я положил восстановленный клинок рядом с собой, и снял ножны с пояса, чтобы передать их воину. Тот сначала не понял моих намерений и не торопился принимать от меня подарок.              — Эээ… — Только и смог выдавить из себя товарищ из нашего отряда. Пришлось немного добавить ему уверенности в принятии от меня подарка.              — Твой меч только на переплавку осталось отправить. Возьми мой, и бейся с ним как настоящий воин нашего племени.              — Ээээм… мой вождь, я не могу принять от вас столь ценный подарок. Я как нибудь попробую восстановить свой…              — Возьми его, это приказ! — С твёрдостью в голосе и уверенностью сказал я. Воин принял от меня ножны с мечом, и достал сам клинок, чтобы рассмотреть его. — Как тебя зовут?              — Морэн мой вождь. — Ответил воин, рассматривая мой подарок.              — Береги этот меч Морэн. Он не в одной битве сможет помочь тебе победить врагов.              — Благодарю вас. Это большая честь для меня удерживать ваш меч, и пойти с ним в бой. — Морэн приложил лапу к груди и поклонился мне. Я ответил им тем же. В это время, Таркин сидел не издавая ни звука, но по нему было видно, что тот находился в небольшом смятении. И вот, мой вопросительный взгляд вернул его из мира лёгкого недоумения.              — Хм… Кирэн, а не думаешь ли ты, что в этом мече может заключалась твоя сила, хитрость и ум? Ты ведь с ним с самой юности. Вместе с ним проходил испытание на получение титула вождя. — Тут я не выдержал и не громко рассмеялся. На меня уставились две пары глаз не смея прерывать мой смех от столь забавного предположения моего друга. После того, как смех прошёл, я вытер слезинку стекающую по щеке, и рассказал, почему мне было не трудно расстаться со своим оружием.              — Ты порой бываешь забавным мой друг… и не внимательным. Этот меч я держал для похода в столицу. Те мечи, которые ты видел в нашем поселении и при некоторых битвах, всего лишь похожи на этот. На самом деле, мой первый меч считающимся семейным в нашей семье, хранится в надёжном месте, у нас дома. Остальные же я брал по ситуации, и этот меч был в их числе.              — Я тебе поражаюсь Кирэн. Всё это время, я думал, что ты ходишь с одним и тем же мечом, всего лишь со временем меняя немного окантовку на рукояти.              — Нет мой друг, это всё разные мечи были. — Тут, со стороны входа послышался женский голос:              — Я не помешаю? — Белая лисица стояла у входа в палатку, ожидая ответа. Мне весь вечер было любопытно узнать, кто она такая, но то дела мешали этому, то она была занята оказанием некоторой помощи освобождённым из плена. Сейчас же, лисица сама пришла сюда, и теперь выдалась возможность всё разузнать.              — Нет, проходи и располагайся. — Ответил я, приглашая войти. Лисица кивнула в ответ и присела на свой коврик напротив нас. Она выглядела не настолько уставшей, как остальные. Будто её похитили самой последней и, по-видимому, совсем недавно. Я перевёл взгляд с лисицы на Морэна, рядом с которым она села. Тот посмотрел на меня и неожиданно задал вопрос.              — Мой вождь, с вашего позволения, я пойду, потренируюсь с новым мечом. Хочется привыкнуть к нему перед тем, как мы продолжим наш путь. Вы не против?              — Конечно нет. Это хорошее решение. Только не изматывай себя, ты нужен отряду отдохнувший и полный сил.              — Есть! — Морэн вышел из палатки, оставив нас наедине с незнакомкой. После ухода воина, лисица посидела ещё немного любуясь огнём, и наконец заговорила с нами.              — Я хочу ещё раз выразить вам благодарность от всех, кого вы спасли сегодня, и от себя лично вождь Кирэн. Я так и не представилась, за что прошу прощения. Моё имя — Силиция. Я родом из племени заполярного леса, и самого холодного края нашего Севера.              — А… — Только и успел я произнести, как Силиция меня прервала, задав вопрос за меня же.              — Чего я так далеко делаю от своего племени? Я… странствовала по заброшенным подземельям и различным городам в поисках знаний и некоторых редких заклинаний.              — Хочешь стать одной из этих колдунов белошерстная? — С небольшой насмешкой в голосе спросил у лисицы Таркин. Я посмотрел на него со строгостью, дабы показать своё недовольство в его отношении к нашей собеседнице. Но Силицию похоже его слова ничуть не задели. Она лишь посмотрела на моего друга усталым взглядом, после чего перевела его на меня и ответила.              — Можно и так сказать. Меня с детства интересовала магия, и я тренировалась ею пользоваться, управлять ею. К сожалению, мне не хватало знаний чтобы… — тут Силиция просто замолчала и опустила взгляд. Так она просидела несколько секунд, после чего продолжила, — чтобы я могла спасать жизни без последствий.              — И как же тебя поймали Силиция?              — Я вышла из небольшого города под названием Кринт, который находится около большой воды разделяющей наш материк от большой земли. Хоть я сама и не уверена, что большая земля больше нашего материка, но многие путешественники говорят об бескрайних лесах, песчаных равнинах, зелёных лугах и горных хребтах протяжённостью в бесчисленное количество шагов. Хм, я отвлеклась немного да? Так вот. В Кринте есть подземная древняя библиотека, в которой мне удалось прочесть несколько интересующих меня заклинаний, после чего, я покинула город. Мой путь лежал в столицу травоядных – подземный город Райск. Там, я намеревалась найти последние знания об интересующей меня магии. Стоило мне отойти за пределы взора стражи города Кринт, как меня схватили бандиты, и посадили в клетку к остальным пленным. За пару дней после этого, они схватили ещё нескольких жителей нашего края, и вот, по счастливой случайности для нас, вы оказались рядом и спасли нас. — Я внимательно слушал лисицу и с её рассказом, мне становилось всё больше интересно, зачем она отправилась так далеко за знаниями, когда в её племени наверняка есть жрец, способный обучить свою преемницу с магическими наклонностями. «Не угодила чем-то?» Промелькнуло у меня в голове. Лисица замолчала. Мы с моим другом сидели в ожидании продолжения рассказа, но наша собеседница просто смотрела молча на огонь не отрывая взгляда. Только я открыл рот, чтобы спросить, как Силиция продолжила.              — У тебя ведь есть детеныш да, вождь племени Лиссантра? — В этот момент я замешкался не торопясь с ответом. Лисица же просто продолжила смотреть на огонь. В себя меня привёл мой друг толчком своим плечом. По правде говоря, у меня появилось немало вопросов к Силиции вместе с небольшим любопытством от всего того, что она рассказала.              — Верно. Только, зачем тебе это? — Силиция подняла взгляд и посмотрела на меня своими голубыми глазами. За всё время разговора, она не менялась в мордочке, оставаясь всё такой же спокойной и слегка уставшей.              — И супруга твоя наверняка сильная, смелая и боевая. Она должна быть такой, как супруга вождя племени, и мать ребёнка лидера. — Лисица всё больше становилась странной и загадочной. Я даже не знал, как на всё это реагировать. С одной стороны, моя супруга Лунара действительно была таковой, какой её описала Силиция. А с другой — это всё не должно её касаться. На этот момент все вопросы к ней отошли на второй план кроме одного.              — Не стоит затрагивать мою семью. У нас с тобой разные дороги и цели. Скажи, зачем ты начала разговор про мою супругу и сына?              — Утром узнаешь вождь, не сейчас.              — Не стоит темнить лисица. Все тайны становятся явью, и это может произойти при не лучших обстоятельствах. Лишь высшим силам известно, что может тогда произойти. — Тут подключился Таркин. Как оказалось, ему тоже не шибко нравилось, что незнакомка начала вдруг расспрашивать про семью своего друга.              — Давай рассказывай белошерстная, пока не отправилась вслед за бандитами в край вечной войны. — Лисица посмотрела на нас обоих всё с тем же спокойствием. По-видимому, она не боялась всего этого, лишь продолжила разговор спокойным голосом без капли страха.              — Я не представляю для вас угрозы, и семье вождя племени Лиссантра на данный момент ничего не угрожает. К сожалению, я не могу рассказать всего, извините. Если моей судьбой уготовано отправиться в край вечного холода от вашей лапы, то я приму это. Но всё же, этого лучше не делать. — В момент, когда было сказано последнее слово нашей собеседницей, к нам в палатку забежал один из наших воинов. Он был немного напуган и растерян.              — Мой вождь… одному из наших стало хуже. Похоже, рана оказалась серьёзнее, чем мы думали.              Мы с Таркиным резко подорвались, оставив разговор позади, и поспешили к раненому. В этот момент, мне не было дела до каких-либо красот ночного времени. Потерять кого-либо из своих совершенно не входила в мои планы, и поэтому, не обращая внимания на радостные разговоры из палаток, и сверкающие звезды в ночном небе, я быстрым шагом торопился помочь одному из своих товарищей. Как только мы вошли в палатку, то увидели лежавшего посередине раненого. Рядом находились пара небольших костров, обогревающих присутствующих в палатке. Раненый не шевелился, лишь тяжело дышал, иногда скаля клыки. Рядом лежали разные лечебные травы, которые должны были помочь, окровавленные бинты с лоскутами ткани, и какие-то мази. Двое наших лекаря размешивали что-то в своих неглубоких мисочках, и наносили их на кровоточащую рану. Сама рана выглядела ужасно. Гной был повсюду, перемешанный с кровью и какой-то непонятной, чёрной, жидкой массой. Один из лекарей обратил на нас внимание и проговорил, — похоже клинок был зачарован какой-то тёмной магией. Никогда такого ещё не видел. — С грустью и озадаченностью, лекарь вернулся к лечению раненного. Моё сердце заколотилось сильнее от переживания. Я пытался вспомнить что-нибудь из лечебной магии, но в памяти совсем ничего не всплывало. И пока я копался в своей памяти в поисках лечебных магических заклинаний, в палатку вошла лисица. Она поравнялась со мной, рассматривая пострадавшего.              — Позволь мне помочь ему вождь. Я знаю заклинание, которое может избавить его от тёмной магии, поселившейся в теле… возможно.              — Возможно? — Спросил я с некоторым недоверием. Силиция посмотрела на меня невозмутимым взглядом, в котором на секунду приглянулась тоска.              — Я выучила исцеляющее заклинание магии воды в библиотеке Кринта, и пока лишь смогла вылечить раны Норана, когда тот попытался спасти своего брата, но проиграл битву. С тёмной магией я сталкивалась лишь однажды. — Спокойным голосом проговорила лисица. Она продолжала смотреть на меня, ожидая ответа. Также, оба наших лекаря обратили на меня взор. Пришлось принять помощь Силиции              — Хорошо, постарайся помочь ему, и пусть удача не покинет вас обоих. — Лисица кивнула, и подошла к раненому, после чего наклонилась, чтобы рассмотреть рану поближе. Через несколько секунд, она взяла немного снега и закрыла глаза, а затем положила свои лапы ладонями на рану. Все замерли в ожидании, не произнося ни слова. Лишь порой переглядывались, пока Силиция произносила заклинание. Снег, превратившийся в воду начал виться вокруг лап лисицы, покрывая мех водной пеленой. Наблюдать подобное мне приходилось лишь раз, когда в очередной битве один из наших воинов племени был сильно ранен. Тогда наш шаман, владеющий магией воды смог вылечить его примерно таким же образом. Сейчас, я даже начал корить себя за то, что не выучил какого либо заклинания лекарей–шаманов. «Похоже, нам повезло в том, что Силиция оказалась странствующим магом. Попробую узнать у неё это заклинание позже», подумал я наблюдая за процессом лечения. На наших глазах, глубокая рана начала потихоньку затягиваться, а вся гадость, находящаяся в ней растворяться под действием жидкости. Ещё несколько секунд, и белая лисица закончила исцеление, после чего отстранилась от него, чтобы дать тому чуть больше пространства. Пострадавший открыл глаза. Первым, на кого он посмотрел, была Силиция, наблюдающая за его реакцией на происходящее и самочувствие. — Что произошло? — Спросил воин, глядя на белую лисицу.              — Тебя ранили клинком, отравленным чёрной магией, и она потихоньку съедала тебя изнутри. — Ответила Силиция спокойным нежным голосом, как ответила бы заботливая целительница своему пациенту. Она вздохнула с облегчением, и продолжила. — Я использовала заклинание магии воды, чтобы исцелить тебя. Слава всевышним, мне хватило магической энергии на заклинание. Теперь, тебе ничего не угрожает. — Силиция встала и подошла ко мне, посмотрев в глаза с чувством некой радости и удовлетворенности. Я кивнул ей, после чего та встала рядом со мной и обратила свой взор на исцеленного. Тот в свою очередь обежал всех нас взглядом, и остановился на мне.              — Прошу прощения мой вождь за неудобство, доставленное вам. Мне следовало быть осторожнее и сильнее.              — Главное, что ты теперь в порядке. Отдыхай, поешь и набирайся сил. Будешь чувствовать себя лучше, подойди к старшему по дежурству Сорэну.              — Есть! — Твёрдо сказал воин и начал приводить себя в порядок. Наши лекари достали запасы еды, и предложили ему поесть, чтобы восстановить силы. Мы втроём тем временем покинули палатку и направились к своей. Силиция остановилась на полпути, провожая нас взглядом. Я обернулся и обратил на это внимание. Та немного помялась в нерешительности. Полагаю, что она остерегалась разговора, который начинался перед тем, как мы отправились спасать пострадавшего. Я, жестом позвал её пройти с нами в палатку. Силиция ещё немного постояла, обдумывая что-то своё, и неохотно, но согласилась проследовать за мной. Мы снова расположились на своих ковриках поудобнее для завязки нового разговора. Я решил оставить предыдущие вопросы на потом и начал с новых.              — У меня есть предположение, что ты не просто решила отправиться за знаниями водной магии. Ты выразила сомнение по поводу исцеления от тёмной магии, по какой причине? — Лисица посмотрела на меня и тяжело вздохнула.              — В своём племени, я была преемницей нашего старого шамана. Супруга нашего вождя заболела чем-то странным. Обычные методы лечения ей не помогали. С каждым днём, она становилась всё слабее, даже говорить толком не могла. Вся её шерсть становилась тёмно-серой и жёсткой       Наш шаман владел некоторыми знаниями по исцелению, которые помогали многим от разных болезней, и эти знания поддерживали её жизнь, не давая распространиться заразе быстро. Но, он не владел магией воды или силой света, чтобы исцелять существ, поражённых чёрной магией. Заклинания воды и света не поддавались ему, конфликтуя с его внутренней огненной энергией, жёстким, пылким характером… Вспыльчивый, гордый, вечно не довольный старый лис. Я тогда боялась, что мне не хватит знаний и сил, чтобы исцелить супругу нашего вождя, поэтому не пыталась помочь. Но наш шаман сильно настоял на том, чтобы я, как будущая его преемница исполнила свой долг. Мне пришлось согласиться иначе, меня просто выгнали, лишив всякой чести и возможности даже разговаривать с кем-либо из своих родичей. — Силиция замолчала, чтобы собраться мыслями и немного успокоиться от столь неприятных воспоминаний. На её мордочке появилась грусть. Пару минут мы просто сидели и смотрели на огонь, пока она не продолжила.              — Мне тогда удалось её исцелить. Она начала говорить, шла быстро на поправку, все были счастливы тогда, кроме нашего шамана. Как и всегда, он ходил угрюмый и злой, хоть и выразил некоторое уважение ко мне тогда, похлопав по плечу и похвалив своим хриплым голосом вечно недовольного. Мне тогда казалось, что всё получилось. Спустя три дня, супруге вождя резко стало очень плохо. Она прямо во время дневной трапезы упала в беспамятство, а её шерсть быстро темнела. Тогда не целительные силы нашего шамана, не мои уже не помогали. Она лишь стонала, тяжело дышала и не в силах была даже глаза открыть. На следующее утро, она покинула этот мир, и во всём этом обвинили меня. — На этих словах, Силиция закончила свой рассказ, уступив ночной тишине. Мы с Таркиным тоже сидели молча, и смотрели на огонь, переваривая рассказанное нашей собеседницей. Языки пламени будто показывали нам образы, создаваемые нашим разумом, и они порой наводили на разные мысли, помогали расслабиться и просто помечтать. Но тут, обычному отдыху около костра мешали размышления о судьбе белой лисицы. Из всего этого, у меня было к ней некое сочувствие, и вопросы.              — Печальна твоя история Силиция, и выражаю своё сочувствие. После того, как ты спасла моего воина от смерти, ты можешь гордиться своими навыками исцеления. У тебя всё ещё есть возможность вернуться обратно в племя?              — Есть возможность, но очень маленькая. Мне нужно проявить себя в качестве шамана, доказать, что я достойна быть им, и имею место среди своих сородичей. Но сделать это я должна странствуя по нашему Северному краю. — Тут неожиданно для меня, Таркин решил выдать своё предположение.              — А ты не думала, что этот ваш шаман мог навести тёмные чары на супругу вождя?              — Я думала об этом, но у меня нет доказательств, как и уверенности в этом. Он пытался ей помочь, но лично я считаю, будто он не всё делал для её исцеления. Если получится обо всём этом разузнать, и в случае чего разоблачить его, то возможность вернуться у меня возрастёт.              — Тогда нужно отправиться в твоё племя, и хорошенько поговорить с этим вашим шаманом. И лучше всего поговорить при помощи грубой силы. — Мой друг говорил жёстко с нотками ярости, как обычно при подобных разговорах. Лисица лишь покачала головой, но ничего не сказала. — И если ты не сможешь, то мы…              — У нас другие цели Таркин, и мы не можем сейчас влезать во внутренние конфликты чужого племени. Тем более, когда до него идти нам не меньше трёх дней. — Резко прервал я своего друга. Он немного поубавил пыл, посмотрев на меня, после чего отвернулся остановив взгляд на лисице.              — Я не прошу вас втягиваться в мои проблемы. Вы и так спасли мою жизнь от неведомой участи. Мне судьба преподнесла испытание, и я сама обязана его преодолеть.              — А ты мне начинаешь нравиться белошерстная. Ты немного напоминаешь женщин моего племени, но до наших в храбрости, стойкости и твёрдости всё же всем далеко, — проговорил Таркин, посмеиваясь над собственными словами, — не то что из твоего племени мой вождь. — С последними словами, мой друг пихнул меня, заливаясь смехом. Меня он порой поражал, так свободно выдаваемый шутки в адрес других. Мне пришлось ответить.              — Наши женщины тоже боевые и целеустремлённые. Вспомни мою супругу.              — Даааа, твоя супруга необычайная. Не удивлюсь, если в вашем доме главная ОНА! — Тут я не выдержал и с силой ударил своего друга по плечу, чтобы тот заткнулся. Он понял намёк и скалясь, потирал ударенное место. Я посмотрел на Силицию, которая просто наблюдала за нами. Я решил задать интересующий меня вопрос.              — Ты можешь научить меня заклинанию исцеления, с помощью которого ты помогла нашему воину?              — Вы спасли мне, и другим несчастным жизнь вождь Кирэн, и я с удовольствием научу вас всему, чего знаю сама. А вам Таркин я хотела бы сказать, что хоть ваше племя и воинственно, и женщины у вас действительно как настоящие фурии Севера, но и среди остальных племён найдутся те, кто сможет им противостоять.              За всё время нашей беседы с Силицией, мы ни разу не видели её улыбки, и вот, как только она закончила своё обращение к Таркину, нам посчастливилось увидеть хитрую, вызывающую улыбку белой лисицы. Таркин в ответ ничего не сказал, но по его морде было видно, что тот готов был начать долгий спор с аргументами и отстаиванием своей позиции до конца. Но Силиция не стала в это ввязываться, и просто подошла ко мне, чтобы начать обучение магии. Ночь хоть и была поздней, упускать шанса научиться новым заклинаниям было бы не позволительно воину, желающему стать сильнее. Лишь одна мысль промелькнула у меня в голове, что поспать совершенно не получится. Силиция будто прочитала моё описание, и успокоила меня.              — Наше обучение не займёт много времени. А теперь, начнём с самого простого заклинания — »осушение» (Заклинание — убирающее влагу из предметов)…              

***

      Поутру, весь наш лагерь начал собираться в дорогу. Большинство из жителей решили отправиться в небольшой город под названием Алмазан, прославившийся добычей белых как снег алмазов в подземельях города, и довольно жадными здешними торгашами, принимающие плату теми же алмазами, которые и добывают. Многим путникам, посетившим данное место, приходилось порой раскошеливаться, чтобы там провести время. Его пытались захватить наёмники, пришедшие из далёких земель, и даже армии разных племен и государств, но всё было тщетно. Город защищали сильнейшие наёмные воины из нейтральных племён севера, которые за защиту получали неплохую плату, а стены его хоть и были не высокие, но очень прочные благодаря замурованным в них магическим кристаллам защиты. Лисиция решила отправиться с остальными в Алмазан, чтобы проводить их и продолжить свой путь дальше. Зная репутацию этого города, я не понимал, почему они решили отправиться именно туда, а не в столицу Севера. Такой вопрос я и задал нашей белой лисице.              — В Алмазане находится один мой хороший друг из моего племени. Он единственный, кто сохранил со мной дружбу после изгнания, и он один из лучших проводников. Я уверена, что он согласится помочь всех провести домой, — Силиция отвела взгляд и повернулась чуть боком, чтобы указать на вчерашних освобождённых, собирающихся в дорогу, — тем более, благодаря вам, у нас достаточно ресурсов, оставшихся от запасов наёмников, чтобы приобрести там всё, что нужно для дальней дороги.              — Хорошо Силиция, если ты уверена в своих намерениях, то удачи вам в дороге, да пусть снега Севера укроют вас от новых невзгод.              — Благодарю вас вождь. — Лисица чуть задумалась, прикрыв глаза, а потом открыла, и подошла ко мне ближе, чтобы её шёпот был слышен только мне, среди лёгкого завывания утреннего ветерка. — По поводу вашей семьи. Дело в том, что моя мать, перед тем как уйти в край вечной мерзлоты, дала мне выпить немного крови старого дракона, после чего, с прикосновением, я могу заглянуть в будущее существа, хоть и выглядит всё размыто. Это стало моим даром, и проклятием. Я стараюсь не касаться существ, чтобы избежать вины за невозможное изменение судьбы. В какое-то время, я забыла про это, и коснулась тебя… с твоей семье всё будет в порядке, хоть и туманно всё, и нельзя знать наверняка, какой судьбоносной дорогой ты пойдёшь. Двигайся к цели, стремись к силе духа и тела, заводи друзей, и карай своих врагов. — После этих слов, белая лисица повернулась, и медленным, грациозным шагом пошла собираться в дорогу. Вдруг, она остановилась, повернулась ко мне и сказала:              — Никто не знает, можно ли изменить судьбу но, всегда ведь можно попытаться? — Больше Силиция ничего не сказала. Она просто занялась своими делами. Я же, стоял и пытался всё сказанное осмыслить и разобраться во всём, что она сказала. Мне захотелось подойти, и разузнать поподробнее обо всём сказанном, но тут подошёл Таркин с докладом.              — Отряд собран, построен, и готов отправиться дальше. Мы ждём ваших указаний.              — Хорошо, отправляемся немедленно, мы и так сильно задержались. — «Да помогут нам высшие силы не нарваться ещё на кого-нибудь», подумал я про себя. Таркин кивнул, и отдал приказ выступать. Воины пошагали в направлении Северограда соблюдая строй. Я оглянулся ещё в сторону Силиции, и мы встретились взглядом. Она смотрела на меня своими голубыми глазами, и будто что-то шептала. Мне стало немного не по себе, от чего я отвернулся, и вместе со своим отрядом отправился в Североград.              Идти оставалось недолго, да и путь становился безопасней с каждым шагом, приближающим нас к городу. В какой-то момент, за одним из холмов мы наконец смогли увидеть свою цель. Высокие стены на высоком холме, сделанные из дерева «Краснолиственниц», способных выдерживать низкие температуры, способные за секунды заставить кровь в жилах замерзнуть. Их прочность даст фору камням, а обработка, требует силы и ловкости лучших деревообрабатывающих мастеров нашего края. Их инструменты, зачарованные не простой магией, порой ценятся выше хороших мечей и щитов. Такие мастера знают и толк в дизайне своих творений, зачастую создавая шедевры в угоду своим заказчикам, и собственному удовлетворению от работы. При строительстве Северограда — столицы Севера, именно такие мастера и принимали участие, о чем свидетельствуют красивые вырезанные узоры не похожие друг на друга. Необычной формы сторожевые башни с амбразурами и зубьями на вершинах. Правильное расположение ледомётов, позволяло этим защитным орудием охватывать большую область перед стенами. И среди всей этой красоты инженерной и эстетической мысли выделялись ворота в город. На одной из створок был изображён защитник нашего края, ужас наших злых помыслов и опасных желаний, сама холодная ярость в прочной чешуе лазурного цвета чье ледяное дыхание превращает существ в безжизненные статуи изо льда, дракон–виверна, именующая себя Северис. А на другой, был изображён тёмный дракон, прибывший с больших земель Южного края. Тот стал опасностью всему живому в северном крае, в том числе и для Виверны. И сражалась она с нежданным и нежеланным гостем с дальних земель, окутанным тьмой, злобой и яростным желанием стать властелином Севера. Тогда, Северис воспротивилась желанию темного дракона не отдавая свою власть над суровым северным краем. И разразилась жестокая битва между двумя могучими существа. Крушились верхушки гор, метровые сугробы разлетались в разные стороны под весом их тел, оголяя издавна примершую землю. Полыхали и покрывались льдом города в гуще их сражения друг с другом. Тёмный дракон пал в битве и был тогда заточён в ледяную клетку, из которой было не выбраться даже самому яростному пылающему огню, протекающему в жилах проигравшего.              О том сражении слагали легенды, писали стихи и сочиняли песни, сказания и страшилки для детей, которые разносились по всему Северу со скоростью ветра во время сильнейшей бури. Прошло более пяти тысяч лун, и за это время никто больше не видел дракона–виверну Севера, как и её лютого ненавистного врага. Имя тёмного дракона стараются не упоминать нигде, даже в барах после несколько выпитых кружек пива. А то сражение не только было увековечено в старых рукописях и сказаниях простых обывателей, но и частично было изображено на вратах в город, напоминая каждому пришедшему тёмные времена. Вот и нам напомнило, как только мы добрались до стен самого большого величественного города здешних заснеженных земель — Северограда. Таркин поравнялся со мной, рассматривая ворота.              — Нет желания протаранить и эти ворота? Или тебе не хватит сил справиться с деревом? — в шутку задал я вопрос своему другу. Тот немного насупился и посмотрел в мою сторону.              — Ты похоже захотел моей клоунской смерти мой вождь… — Таркин на секунду замолчал, а затем продолжил перейдя на недовольный крик с долей шутки в его манере: — ТЫ ПРЕДСТАВЬ О ЧЕМ ПОДУМАЮТ ЗАЩИТНИКИ ЭТИХ СТЕН, КОГДА УВИДЯТ ТАРАНЮЩЕГО ИХ ВРАТА ЛИСА, СОВСЕМ ПОЕХАВШЕГО КУКУХОЙ!!! ДА Я БЫСТРЕЕ ОТ СТЫДА ТУТ УМРУ, ЧЕМ ОТ ПЕРЕЛОМА ШЕИ И ПРЕВРАТИВШИХСЯ В МЕСИВО МОЗГОВ…!!              — ЭЙ, КТО ТАМ ОРЁТ НА ВЕСЬ СЕВЕР?! — Прервал крик Таркина знакомый голос со стен.              — ДА ВОТ РЕШАЕМ, КАК ШТУРМОВАТЬ ВАШ ГОРОД БУДЕМ, НАШ ЖИВОЙ ТАРАН ОТКАЗЫВАЕТСЯ ТАРАНИТЬ ВАШИ ВРАТА! — Решил ответить я в шутку, заранее зная примерный ответ, и с кем я разговариваю.              — ВОТ КАК?! ЗНАЧИТ У ВАШЕГО ТАРАНА МОЗГОВ ПОБОЛЕЕ БУДЕТ ЧЕМ У ВАС ВОЖДЬ ЛИССАНТРЫ!              — ЗАТО СИЛЫ И МАСТЕРСТВА ХВАТИТ, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ ВАС СМОТРИТЕЛЬ МЕРКУРИЙ!              — А ТЕБЕ ВИДИМО ЭТО ХОЧЕТЬСЯ ПРОВЕРИТЬ ДА?! НУ ЧТО ЖЕ, СЕЙЧАС ТЫ УЗНАЕШЬ СИЛУ ЗАЩИТНИКОВ ВЕЛИКОГО ГОРОДА.              Таркин стоял в недоумении и смотрел на меня непонимающим взглядом. Я лишь улыбнулся ему, прищурившись в ожидании своего оппонента. Наконец, мой друг смог задать мне вопрос напружённым, но тихим голосом:              — Ты рехнулся? Зачем ты разозлил дежурного?              — Всё в порядке, смотри… — ответил я своему другу и указал на ворота, чьи створки начали медленно открываться. В них показались четверо защитников крепости, быстрым, грозным шагом направляющиеся к нам. Двое из них, являющиеся представителями расы ирбисов, были одеты как обычная стража столицы. Металлические нагрудники защищали их тела от колющего и режущего. Налокотники, наколенники, тяжёлые кожаные, сапоги и шлема с забралами, были неотъемлемой частью амуниции стражей. Копья и вытянутые овальные щиты сжимали их лапы. Но интересными фигурами были не они, а двое других из этой четвёрки. Смотритель Меркурий и его напарница Светлана. И хоть, родом они были из разных племён лисов, ладили друг с другом они, будто с детства росли вместе. Как всегда, Меркурий был одет в лёгкие доспехи, закрывающие лишь его тело. Щиты он не использовал, предпочитая оттачивать всё своё мастерство владения мечом. За его движения, трудно было следить, а скорость вращения сбивала практически каждую стрелу, выпущенную в Меркурия. Самой дорогой для него вещью — был его шлем, подаренный ему отцом, когда тот поступил на службу Северограда. Светлана — родом из племен самых дальних уголков Севера, где обитает также племя Силиции, была не менее интересным персонажем. Будучи боевым жрецом света, она всегда была рядом с Меркурием и помогала ему в битвах, защищая от опасностей. Но это было не первостепенной её задачей. Она была приставлена к Меркурию, как щит от тьмы, живущий в Меркурии с самого детства. И если бы не её свет, никто не знает, когда достаточно сильный, воинственный и хитрый воин стал бы орудием смерти под властью тьмы. Все его опасались когда-то, кроме меня, и я был счастлив, когда ему удалось найти своё местечко среди стражей великого города.              — Так значит ты решил помериться силами вождь Лиссантры? Что же, Светлана? Дорогая, подержи как мой меч, пора тут надрать кому-то хвост. — Меркурий передал свой меч Светлане, и вдруг испарился, оставив за собой тёмное рассеивающееся облако. Секунда, и я почувствовал мощный толчок в спину. Мне еле удалось удержаться на лапах и не упасть в снег мордой от столь сильного толчка. Мой оппонент рассмеялся. Его веселила моя беспомощность, по крайней мере, ему так казалось. Я не стал доставать меч, приняв вызов битвы с помощью магии. Конечно, Меркурий знал некоторые и темные, и светлые заклинания, но и мне удалось научиться некоторым хитростям после нашей последней встречи. Лисиция рассказала мне об одном заклинании магии света под названием — «Свет солнца». Его я и решил испытать своими силами. Конечно проще было бы использовать кристалл с этим заклинанием, но к сожалению под лапой такового не было. Пришлось произносить заклинание на языке драконов.              — И чем же ты решил меня удивить там а? — С некой насмешкой проговорил Меркурий, наблюдая за мною. Ещё несколько секунд, и прилив внутренней энергии охватил моё тело. И всё вокруг осветило яркой, ослепляющей вспышкой, которая не тронула лишь меня. Все, кто находился рядом были ослеплены на некоторое время, лишь Светлана продолжала стоять, и смотреть на меня, будто ничего не произошло. Но не она была моей целью. Меркурий, чье внимание было ослеплено моим светом, старался прийти в себя. Это мне и было нужно, чтобы одолеть его. Пока мой оппонент был дезориентирован, я напал на него, перевернув на живот, чтобы заломить лапы. Мне это удалось. Таркин где-то в стороне воскликнул от радости, выражая свою поддержку, я же, отпустил от Меркурия с удовлетворением от победы. Хотя, и победой это было назвать сложно, ибо Меркурий с детства был сильнее меня, выносливее и быстрее, но это не мешало нам быть лучшими друзьями в юности.              — Сдаешь мой друг, где же вся твоя тёмная сила? Не уж-то Светлане удалось искоренить её из тебя? — Меркурий рассмеялся и поднялся на лапы, чтобы посмотреть на меня.              — Нет мой дорогой друг. Моё проклятие тёмной силы вечно будет томиться в моём теле, и я его никуда не отпущу. Разве что не покину этот край, отправившись в край вечного холода. Где будет ждать меня покой, и гармония с собой. — Меркурий закрыл глаза и тяжело вздохнул, после чего посмотрел на меня с дружественной улыбкой, которую я помню с нашей первой встречи. Нас смогли лишь разлучить наши разошедшиеся жизненные пути, но даже они, не смогли помешать нам видеться, и удивлять друг друга новыми трюками.              — Чтож, тебе удалось и на этот раз удивить меня. Научился у тьмы новой способности? — Задал я вопрос одновременно, протягивая лапу для приветствия.              — У неё многому можно научиться, если осторожно лезть в глубинки её тайн, — ответил Меркурий пожимая мою лапу, — рад видеть тебя мой друг. Скажи, что привело тебя в столицу на этот раз?              — Я договорился с Хранителем Мирсонисом, чтобы высшие жрецы вместе с опытными инструкторами при его дворе обучили моих воинов военному делу. Тебя не было тут, когда я приходил сюда в прошлый раз.              — Хм, наверное ты был здесь в то время, когда меня отправили в город Райск, — Меркурий приблизился ко мне и молвил тихо, — в подземных городах становится не спокойно… — после этих слов, Меркурий отстранился, и сделав вновь весёлую морду, продолжил: — но не будем о плохом. Пройдемте в город, или хотите провести день под стенами?              — Конечно нет. Не улыбается мне удача оказаться в первых рядах обороны столицы, если вдруг на него наподут сие минуту. — Проговорил я с долей шутки.              — Нападут? Пока я у стражи этих стен, никто не посмеет напасть на город. — Гордо похвастался Меркурий. Ко мне подошёл Таркин с вопросом.              — Ты знаешь его? Вы говорили так, будто с детства знакомы.              — Так и есть Таркин. Меркурий мой первый друг с детства. Поговорим об этом позже. Идём, нужно добраться до Хранителя Севера.              Таркин пожал плечами и отдал приказ нашему отряду идти за стены города. Я нагнал Меркурия, который уже подходил к воротам вместе со своей напарницей. Та посмотрела на меня своей светлой улыбкой и чуть сбавила шаг, чтобы поговорить со мной.              — Неплохое заклинание, хоть и простое. Если бы я не слышала важную часть заклинания, то не успела бы поставить щит от него. Впечатляет. Где вы слышали его? — Голос у Светланы был красив, как у многих представительниц женского пола, проводящих свою жизнь не за изнуряющим тяжёлым трудом. Тоненький и певчий. Её можно было бы слушать по вечерам, отдыхая от тяжёлого дня. Впрочем, как и с моей супругой.              — Одна знакомая рассказала, спасённая моим отрядом по счастливой случайности.              — Интересно… может она и знала более сильное и контролируемое заклинание »Света солнца», а может и нет. В любом случае, знайте вождь Кирэн, если удастся найти свитки или книги древних заклинаний магии света, обязательно найдите информацию про используемое вами заклинание. Там наверняка будет написано, как усилить его.              — Непременно. Спасибо Светлана.              Светлая лисица мило посмеялась и поравнялась с Меркурием. Они на ходу посмотрели друг друз в глаза, и продолжали идти мимо ворот. Я поравнялся с ними, поглядев назад, где шагал вслед за нами отряд воинов во главе с Таркиным. Нас встречала стража города, состоящая из разных мастей существ. Тут и олени были, и медведи, и гиены, даже пингвины могли попасться с копьями и пиками. Многие шли на службу к Хранителю, чтобы быть в почёте и в относительной безопасности. Кто-то, шёл сюда и по другим причинам, как например мой друг.              Мы вошли в город. Ворота за нами закрылись, а вместе с тем, и наш подход начал подходить к концу. Проходящие мимо жители то и дело бросали на нас любопытный взгляд. Но нас это не сильно трогало. Народ в больших городах часто бывает любопытен к тем, кого видит в первый раз, и тут было это не исключением. Меркурий подошёл к нам, чтобы рассказать о некоторых правилах, которые необходимо соблюдать во время пребывания в столице.              — Буянить и размахивать холодным оружием тут запрещено. Не стоит дразнить стражу города и его жителей. Старайтесь не ввязываться в драки, чтобы потом не быть заключённым под стражу вместе с зачинщиками. Торговать можно чем угодно, и платить тоже: драгоценные камни, алмазы, золото, редкая древесина, древние фигурки, свитки и всё в этом роде — всё это предметы торговли. Но торговля живыми существами, не являющимися домашним скотом или питомцем строго запрещено. Проще говоря, работорговля тут неприемлема. А так же чёрный рынок с продажей частей тела и внутренними органами существ. Так, что ещё… что ещё? Ага, точно. Устраивать дебоши и напиваться так, что будешь валяться посреди улицы крайне не рекомендуется. У стражи, которая найдет вас, будет немало вопрос по этому поводу. Только задавать они их будут уже в тюремных камерах. Так что, будте вежливыми и осторожными. Добро пожаловать воины племени Лиссантра, в город Североград — столицу нашего чудесного северного края! Хранитель Мирсонис должен быть сейчас в своём храме. Проследуйте туда, коли он ждёт вас.              Столь долгую речь мы прослушали в полном внимании и с пониманием слов Меркурия. Мы все кивнули ему, после чего я поблагодарил своего друга за столь радушный приём.              — Спасибо Меркурий. Надеюсь, нам удастся во время прибытия тут выпить с тобой кружечки глинтвейна в местном баре.              — А то ещё чего покрепче мой друг хах. Чтож, ступайте, а нам со Светланой пора возвращаться к нашему посту. Увидимся.              — Увидимся. Таркин? Идём к хранителю.              — Есть.              И мы отправились по дворовой дорожке города в сторону храма Хранителя, находящегося на вершине города. Жизнь тут текла своим чередом. Повсюду были слышны разговоры торговцев и покупателей, заказчиков и исполнителей, родителей со своими детьми, и дружеские беседы. Тут и там стояли стражники, следящие за порядком кидая на каждого свой взгляд. Дети, чье любопытство порой становилось выше запрета родителей и страха, порой подбегали к стражникам, чтобы посмотреть на них, поинтересоваться чем-нибудь и спросить о чём-нибудь. Одни их прогоняли, оставляя без ответов, другие могли даже угостить сладостью, так детвора и бегали, игрались, познавали свой родной город вместе с его жителями. Дома тут строились как из камня, так и из дерева с каменным фундаментом. У всех в окнах были шторки, закрывающие что-либо происходящее внутри дома. Но было не мало и открытых, где можно было различить движущиеся силуэты. Наш отряд шёл не спеша, и все разглядывали всё вокруг. Большинство из них ни разу не видели город, приманиваясь его красотами и диковинными предметами торговли. Таркин то и дело бегал по разным лавкам, рассматривая все, что могло его заинтересовать. Один раз он даже отстал, пришлось его немного подождать. Когда Таркин подбежал ко мне, тот начал любоваться своим приобретением. Купленное кольцо на его левом пальце, выглядело необычно. Лисья мордочка с двумя глазками из самоцветов было прикреплено к кольцу, и сделана из того же серебра, что и само кольцо. По всей внешней окантовке от самой мордочке вились будто лианы, давая самому кольцо причудливый вид.              — И сколько оно стоило? — Не сдержавшись задал я вопрос своему другу.              — Не мало но, торговец говорит, что это кольцо необычное… что оно может раскрыть некоторые тайны. Меня это завлекло. Ты ведь знаешь, как я люблю исследовать новые места и различные тайны?              — Знаю. Но если ты потратил всё на него, то и не вздумай обращаться ко мне за помощью, когда мы отправимся в местный бар.              — Что вы мой вождь… ЭЙ… ОСТОРОЖНЕЕ. Пффф, дети, — мимо нас пробежала группа детей, сильно увлечённая догонялками и не обращала внимания на прохожих. Таркина-то они и не увидели, чуть не снеся толпой. — У меня есть ещё сбережения, так что расслабься.              — Я спокоен. Хотя есть какое-то нехорошее предчувствие. Что-то не даёт мне покоя и, будто что-то должно произойти.              — И что же тут может произойти? Ввязываться в драки мы не планируем. Нападение на этот город сейчас маловероятно, да и потом с тобой твой верный отряд. Уверен, что ты всего лишь волнуешься перед встречей с Хранителем.              — Я? Я переживаю лишь за то, что нас могут и не пустить сегодня. — Таркин вопросительно на меня посмотрел, и я решил ответить на этот немой вопрос. — Мы должны были прибыть к нему ещё вчера, но мы задержались. Сейчас новый день, и мы опоздали на приличное время. Будем надеяться на мудрость и благосклонность Хранителя к нам.              — Да-да, пусть всё обойдётся, но не бойся, в случае чего, я с тобой. — Таркин улыбнулся мне оскалив зубы. Я закрыл глаза и помотал головой, после чего устремил свой взгляд на дорогу, по которой гуляли жители. Меня привлекла одна кузница, в которой трудился не какой-нибудь сильный мускулистый медведь, а обычная уже не молодая женщина расы северных тигров. Она ловко орудовала молотом, занимаясь каким-то мечом, но в глазах её не было какой либо радости, грусть и тоска нависла над ней. Но не это привлекло моё внимание. У неё в кузнице было немало необычных мечей, брони, браслетов, ожерелий и много чего другого, в чем присутствовали магические кристаллы. Я предположил, что она как торгует подобными вещами, так и покупает их, и мне стало интересно, за сколько бы владелец взял мой меч, который достался мне от главаря бандитов. Об этом я и решил поинтересоваться у кузнеца.              — Да будет вечным пламя в твоём горниле кузнец. — Владелец кузницы продолжала бить своим молотом по мечу, лишь мельком глянув на меня. Ещё несколько секунд я стоял молча ожидая к себе внимания, после чего она наконец сказала коротко:              — Здрав будь воин. Дай мне минуту.              Практически этой минуты кузнецу и хватило, чтобы закончить свою работу с мечом и повесить его к остальным на заточку.              — Вам что-то нужно?              — Да. Вы покупаете оружие с магическими кристаллами в них? — С этими словами, я достал меч, и положил его на столешницу кузницы. Женщина посмотрела на него будто изучая.              — Я не покупаю ничего, и не продаю, кроме своих трудов. Я могу улучшить этот меч, наточить, сделать острее, кристалл поменять на другой для улучшения характеристик, или изменения его магических свойств. — В голосе кузница были лишь отголоски неведомой мне печали, и профессионального ознакомления со своей работой. Не радости, не любопытства, не дружелюбия от неё не исходило. Но при этом, перспектива улучшить меч мне понравилась. Немногие из кузнецов могли работать с магическими мечами, в особенности менять им магические свойства. Для этого нужно владеть тайными знаниями магического кузнечества, и этим навыком мало кто делится. Всё-таки, конкуренцию мало кто любит. «Нужно идти», промелькнуло у меня в голове, и попрощавшись с кузнецом, я вернулся к своему отряду. Таркин встречал меня с хитрой мордой. Мне это не понравилось, ибо его такое состояние могло значить одно…              — Ну как поварковали? Оставить тебя после нашего дела наедине с ней?              — Иди ты Таркин в…              — Куда? — Зная о моих манерах и воспитании с улыбкой спросил мой друг.              — В пень к мышам.              — Ладно-ладно, не горячись, я пошутил.              — Твои шутки тебя когда-нибудь под снег навечно загонят.              — Не загонят, ты ведь не допустишь моей потери? Кто будет спасать тебя в наших будущих битвах?              — Я могу о себе позаботиться.              — Конечно мой вождь, как скажешь.              Таркин коротко посмеялся и закончил на этом диалог. Ну и я решил не продолжать, поторапливаясь к хранителю. Чем выше и глубже мы продвигались в город, тем шумнее и многолюднее становилось. Всё чаще попадались красивые дома, торговые лавки и статуи различных героев Севера, величаво удерживающие мечи, щиты, луки и другое оружие в своих лапах. Среди статуй были также и образы важных политических деятелей прошлого, военачальники и жрецы, хранители знаний и истории, оставившие след в сердцах и памяти жителей нашего края. Я не раз уже видел их всех, и поэтому лишь мельком обращал на них внимание. Таркин же видел их всех впервые. Приходилось идти чуть медленнее, пока тот останавливался, чтобы разглядеть каждую. Благо ему хватало мозгов не достать меч рядом с очередной статуей воина с поднятым мечом. Было раз, когда Таркин схватился за рукоятку, но через несколько секунд убрал её, дабы не совершить действие, по сути против правил города. Пока Таркин любовался очередной статуей, а мы шли помедленнее, проходя мимо одной пожилой пары кроликов, я услышал невзначай их разговор между собой.              — Как ты мог потерять ваш фамильный кинжал? Он ведь так много значит для нас. — Отчитала старая крольчиха своего мужа.              — Я случайно. Я попал в пещеры к восьмилапам, когда исследовал подземелья Ортэка. Я испугался одного из этих чудовищ, споткнулся, и выронил его. Потом земля затряслась, и сильный грохот прошелся по пещерам. — Попытался оправдаться старый кролик, но похоже это не сильно усмирила гнев крольчихи.              — А ты не пробовал собрать все свои остатки мужества в свой старый кулак, и вернуться за ним.              — Так я и вернулся… но проход уже был завален. Я не знаю что делать.              — Что делать — что делать? Домой идти вот что, и поесть нормально, а там мы что-нибудь придумаем…              На этих словах я отдалился от кроликов, и расслышать что-либо было уже сложно, да и не моё это было дело. Таркин нагнал нас уже около важнейших объектов города, находящихся на вершине горы, чуть ниже храма Хранителя. Тут и тренировочные лагеря, и казармы, хранилища оружия и продовольствия, придворные кузница и библиотеки со старинными знаниями. Во всех этих местах мне не доводилось побывать, да и желания особо не было. Я был тут всегда с определенной целью, и бывать на экскурсиях тут времени совершенно не было. Поэтому я лишь присматривался ко всем этим объектам, чтобы найти для себя хоть что-нибудь интересное, пускай это и было лишь во внешности самих строений. Пройдя через небольшие ворота, мы оказались на самой вершине, где и находился храм Хранителя. Высокие стеклянные окна красовались в проёмах стены, добавляя света и уюта внутри помещений. Стены были выложены полностью из белого камня, а высота самой постройки зародили прозвище «Белая крепость» у всех, кто видел её. А ведь крепостью этот храм называют неспроста. Стены могли выдерживать прилетающие в неё камни, и даже огненные шары, способные расплавить твердую поверхность, не могли справиться с магической защитой самого храма. Оконные проёмы так же не были слабостью так называемой «Белой крепости», ведь в случае нападения, с помощью магии их закрывали изнутри, не давая проникнуть в них кому, или чему либо. Рядом с храмом находился небольшой садик с краснолиственницами, где можно было полюбоваться на колышущиеся листья, послушать их шелест, да и просто насладиться частичкой природы в хорошую, солнечную погоду. Также рядом находилась башня с огоньком на вершине, выполняющая роль маяка для заблудившихся в буре путников. Так же, она служила пунктом наблюдения территории вокруг самого города, дабы не один враг не мог подобраться к городу незамеченным. Проходя мимо башни, все мы задрали нос, чтобы смерить её высоту вблизи. У самых ворот, нас встретила стража, состоящая из грозных полярных медведей в броне, удерживающие в своих лапах большие, тяжёлые и невероятно острые секиры, способные разрубить даже металлический щит пополам. Стражники перегородили нам путь и с грозным видом один из них выставил лапу вперёд призывая нас остановиться. Мы не смели ослушаться, понимая, что пока не выйдет один из слуг хранителя, путь в храм будет закрыт. Ворота храма открылись, и оттуда вышел молодой заяц в мантии бежевого цвета с меховым воротником. Две верхние его лапы он держал за спиной, придавая вальяжности и серьёзности походке. С серьёзной мордой, заяц подошёл к стражником, и те расступились, давая проход к нам. Он обвёл нас взглядом, и начал своё приветствие.              — Приветствую вас воины племени Лиссантра, я Икри - один из советников и жрецов Хранителя. Вы опоздали, но вам дозволено сегодня войти, дабы завершить договорённость. Вождь Кирэн, вашему отряду придётся подождать в палате ожидания. Бурьян проводит их. — Один из стражников, чье имя было названо, подошёл к нашему отряду, и подозвал следовать за ним. Я кивнул в знак одобрения и посмотрел на Таркина. Тот было уже собрался последовать за отрядом, как я его остановил. Советник Икри посмотрел на него, потом на меня. В его глазах читалось неодобрение, но я настоял на своём.              — Таркин является моим советником в политических делах, и моим защитником. У нас с хранителем был разговор о том, что я могу явиться с ним.              — Мне не было про это сказано, но в ваших глазах была мною замечена правда, разве что только по поводу советника есть сомнения. Но это уже не моё дело. Хранитель позволил, я не смею препятствовать. Следуйте за мной.              Заяц повернулся, и пошёл в храм, мы последовали за ним. Стоило нам войти вовнутрь, как ворота в храм закрылись с громким звуком защелкивающихся внутренних замков. Икри быстрым шагом шел по кафельному полу мимо мраморных колонн. Внутри, храм был невероятно красив. Различные картины, вместе со статуями прошлых хранителей Севера украшали внутренние залы. На колоннах были повешены флаги разных нейтральных и дружественных племён, и даже с далёких заморских земель присутствовали знамёна. Свет из высоких широких окон освещали парадный зал, дополняя красоту и величественность. Из одного зала, мы перешли в другой поменьше, а там поднявшись по лестнице, попали в третий. Во всех комнатах, которые мы проходили, двери были сделаны простенько, хоть и из самого прочного дерева в нашем крае. Но среди них были небольшие красочные врата, над которыми висели знамена самого Северограда, подземной столицы — Райска, и личная эмблема семьи Хранителя, с изображением шара меж двух лап, удерживающих его. В прошлый раз, Хранитель принимал меня в комнате для гостей, но тут нетрудно было догадаться, что мы подошли к тронному залу. Личная стража, которая его охраняла, была тому подтверждением. Их броня и оружие отличались от стражей города и армии. Шлемы с птичьими стальными крыльями, смотрящими вверх, наручи, налокотники, наколенники, нагрудники и другие элементы брони имели частички необычного металла ярко-синего цвета с металлическим оттенком и рисунки знамени хранителя. Их копья с причудливыми наконечниками необычной формы, имели магические улучшения благодаря кристаллам, встроенными в металлические жезлы. Сражаться с ними, мало кто имеет желания, но Таркин как обычно решил сказать своё тихим голосом, пока мы шли к воротам в тронный зал.              — Это стража хранителя что ли? Больше похоже, что они тут для красоты. Я бы с каждым из них справился одной левой… — Последние слова были сказаны уже рядом со стражей, от чего те услышав их, посмотрели злобно на нас, но предпринимать что либо не стали.              — Открывайте врата, Хранитель ждёт нас, — сказал Икри, и один из стражников открыл нам путь в тронный зал. Мы пошли вперёд, немного удивившись красоте внутреннего помещения. Всё те же разные знамёна висели на стенах вместе с различными картинами больших размеров. Статуй здесь не было. Их замещали разные диковинные предметы из культур различных племён: от статуэток, до оружия и брони надетых на манекены. Большой ковёр красного цвета был постелен на полу, а с потолка свисали люстры с шариками, которые с помощью магии светятся в темноте, освещая зал. В центре зала стоял квадратный длинный стол с придвинутыми к нему красивыми стульями и высокими спинками. Поодаль от него находился ещё один стол, расположенный поперек зала, а за ним кресло хранителя с разными украшениями и узорами. Самого хранителя на нём не было. Рядом же со столом и креслом стояли несколько стражников, одетых в такую же броню, в какую были одеты охраняющие вход в этот зал. А с ними, и сам Хранитель по имени Мирсонис. Он был родом из северных олений и знатной семьи, проживающей в подземной столице — Райске. Меховая бежевая мантия с белыми снежинками красовалась на его плечах. На поясе справа висел длинный двуручный меч, свисающий почти до пола. Ветвистые аккуратные рога добавляли величественности образу хранителя, а головная подвеска, сделанная из кристаллов и одним самым большим из них кристаллом, расположенным на лобной части, говорила о его статусе защитника всего нашего Северного края. В его обязанности входило и урегулирование разногласий и раздоров между племенами, приводящие к геноциду. Это и было долгом Хранителя Севера, следить за порядком и защищать от чужеземцев, покосившихся на подземные богатства наших краёв.              — Ваше сильнейшество? Вождь Кирэн и его… — Икри посмотрел на Таркина, после чего продолжил, — советник прибыли.              — Хорошо Икри, ты можешь идти, — хранитель, стоящий к нам спиной и читающий какой-то свиток на столе повернулся к нам. Кроме мантии, на нём были одеты нагрудная броня, наплечники и наручи с наколенниками. Насколько я слышал, Мирсонис всегда носил лёгкую броню, вместе со своим мечом, ибо врагов у него было не мало. Так, хоть небольшая защита у него была, а его клинок, верно служил своему владельцу. Хранитель продолжил отдавать приказы, — оставьте нас одних. — Все послушались и вышли из зала, даже стража. Мы остались с хранителем наедине, и тот не спускал с нас строго властного взгляда. — Вы опоздали вождь Кирэн. Скажите, что задержало вас?              Голос хранителя был твёрдым, спокойным и настораживающим. Его владелец мог спокойно приказать выпроводить нас, и назначить время следующей встречи через неделю, а то и месяц, но он этого не сделал, что немного успокаивало. Но было предчувствие, что неспроста нас приняли, даже после опоздания. Мне необходимо было объясниться. Я поклонился, и начал:              — Не сочтите меня бестактным и безответственным Хранитель Мирсонис. Мы отправились к вам по строго запланированному маршруту, и с расчётом времени на его преодоления, чтобы прибыть к вам вовремя. Но по дороге, мы встретили караван с немалочисленной шайкой работорговцев, и я не смог пройти мимо, чтобы не спасти пойманных. Среди них были женщины и дети.              — И вам понадобилась половина суток, чтобы справиться с ними? — Спросил Мирсонис так, будто ожидал от нас большего.              — Нет хранитель, мы разбили лагерь на месте битвы, чтобы защитить всех и залечить раны. Утром мы разошлись, и отправились к вам. — Мирсонис закрыл глаза, начав что-то обдумывать. Я посмотрел на Таркина. Он в свою очередь посмотрел на меня. За всё время присутствия, он не менял выражения морды, оставаясь серьёзным. Я достал мешочек с самоцветами, предназначенными для оплаты обучения наших воинов, и протянул его хранителю. — Я принёс плату за обучение. Тут столько, сколько нужно.              Мирсонис открыл глаза и смерил нас взглядом. — Положи на стол рядом с тобой, — сказал хранитель и указал своим копытом на стол. Я положил мешочек немного раскрыв его, чтобы показать, что там действительно самоцветы. Мирсонис лишь взглянул на сияющие разными красочными оттенками камни, и перевёл на нас взгляд. Меня немного удивило, что он решил не проверять полностью количество самоцветов, будто полностью мне доверял. Это я и решил узнать.              — Вы даже не проверите?              — Я верю вам. Тем более, в случае обмана вы знаете, что вас ждёт, вы бы не стали рисковать, особенно когда на кону защита вашего племени. — Мирсонис отвернулся и замолчал на несколько секунд, обратив свой взор на картину с изображением его родной сестры. Потом хранитель вздохнул, и резко повернулся к нам с обращением. — У меня есть к тебе предложение вождь Кирэн. Этой ночью была украдена моя сестра в черте города. Она любила там гулять не опасаясь чего или кого либо. Но неудача с постигла её и какая-то шайка, её украла. Никто не знает, как это произошло, кто это сделал, и как они смогли выбраться из города незамеченными. Я предлагаю тебе не только защиту твоего племени от внешних врагов, и обучение твоих воинов, но и более совершенное и углубленное обучение твоих воинов, а так же, хорошее обмундирование для них, если получится вернуть мою сестру.              Я многого ожидал, о многом думал, что могло бы ждать нас по прибытию в город, даже во время пути до него, но чего я точно не ожидал, так это задания от Хранителя. Предполагалось, что мы с Таркиным доведём наш отряд до города, передадим их инструкторам в тренировочном лагере, я заплачу хранителю за это и мы обсудим с ним присоединение к общему союзу ради защиты, и призыва помощи в трудную минуту. А сейчас, приняв такое заманчивое предложение, мы можем надолго тут зависнуть. С другой стороны, в случае успеха, наши воины получат обучение, чуть ли не наравне со столичной гвардией, которая охраняет самые важные объекты города, и большинство важных шишек, в том числе и самого Хранителя. От такого трудно отказаться, но и план менять не хотелось. Я стоял в раздумьях, взвешивая все за и против. «Бегать по всему Северу в поисках… да и ещё сгинуть ненароком где-нибудь, не лучшая перспектива», крутилось у меня в голове. Хранитель будто прочёл мои мысли, и добавив ещё пищи для размышления.              — Мои разведчики обнаружили банду похитителей в заброшенных шахтах Кирао неподалёку от города. Я уже высылал туда отряд, но никто не вернулся, в том числе и разведчики, отправившиеся с ними. Возможно, все сгинули там, все, кроме одного. Сильно раненный разведчик смог вернуться довольно в плачевном состоянии но, прежде чем тот потерял сознание, он рассказал нам все, что видел. Я не могу ослаблять защиту города, поэтому прошу вас отправиться за ними.              Хранитель говорил твёрдо стараясь не выражать каких либо эмоций, но в голосе звучали нотки переживаний и печали. Скрыть их у Мирсониса не получалось. Я посмотрел на Таркина, тот лишь пожал плечами. Мне предстояло принять очень важное решение и я, принял его.              — Хранитель, мы найдём вашу сестру. Пока наши воины будут проходить обучение, о котором мы договорились, я и Таркин отправимся на поиски, но нам нужно немного времени отдохнуть и подготовиться к походу. — Таркин посмотрел на меня удивленными широкими глазами, явно не ожидая, что я соглашусь. Даже тихое негодование в виде ворчания прозвучало с его стороны. Мирсонис посмотрел на него, но не придал этому особого значения.              — Рад это слышать вождь Кирэн. Подготовьтесь к походу, но сильно не задерживайтесь. Похитители в любой момент могут покинуть шахты и отправиться куда угодно. Я не смею больше вас задерживать, и буду ждать вашего возвращения. За свой отряд не переживайте, я распоряжусь, чтобы обучение начали немедленно.              Я кивнул Хранителю, тот ответил взаимностью, после чего мы с Таркиным покинули тронный зал. Моего друга так и распирало поговорить со мной о моём решении, и не удержавшись выхода из храма, начал было своё негодование. — Ты всерьез хочешь отправиться за сестрой хранителя вместо того, чтобы насладиться местным баром и просто отдохнуть от всего в ожидании, когда наши воины закончат обучение?              — Да, — коротко ответил я, — это необходимо ради племени. Если хочешь воплотить своё желание повеселиться тут, я тебя не тащу с собой. Будешь присматривать за обучением. — Таркин на время замолчал уйдя в свои мысли. Нас нагнал Икри и проводил до выхода.              Ворота открылись, и в нас дунул холодный свежий воздух, началась небольшая метель. Мы дошли до нашего отряда, ожидающего нас в палате ожидания, хотя палатой данное помещение было назвать сложно. Скорее, его можно было бы отнести к достаточно просторному и уютному шатру со скамейками и столами. От ветра всех присутствующих защищал очень плотный и толстый тканый материал, из которого и состоял шатер. Внутри было достаточно тепло, поэтому за гостей можно было бы не переживать. Икри обратился к нам.              — Хранитель Мирсонис распорядился, чтобы я отвел отряд в тренировочный лагерь. Там им выделят места в казармах, накормят и начнут обучение в ближайшее время. Вам же, в скором времени отправляться в путь полагаю? Я могу отвести вас на кухню, чтобы подкрепиться, если хотите.              — Нет спасибо. Я бы предпочёл провести время в местном баре, а не в общей столовой со стражей. — Быстро с неким расстройством проговорил Таркин. Он явно был всем этим недоволен, и я его полностью понимал. С самого начала похода сюда, он надеялся по прибытию сюда, насладиться местным баром, крепким пивом, и различной едой. Даже не поскупился взять с собой сбережения ради такого. Ведь, он ни разу не был в больших городах, особенно в столице, и смена плана с подобными ожиданиями может не понравиться очень многим.              — Зря. Там неплохо кормят. — Ответил Икри на отказ Таркина, на что тот насупился и недобро посмотрел на советника. Я поспешил разрядить обстановку.              — Я поддерживаю своего советника и, пожалуй, тоже откажусь. Мы пойдём в город и найдём местечко, где можно хорошо отдохнуть.              — Как скажите, я не смею больше вас задерживать, и займусь вашим отрядом.              — Спасибо советник. Отряд! Вас отведут в тренировочный лагерь, накормят и покажут, где вы будете спать во время обучения. Советник Икри отведёт вас. Следуйте за ним. А сейчас, СТРОЙСЯ! — Скомандовал я и все наши воины быстро построились. Все ожидали дальнейшей команды. — Советник, ведите их в тренировочный лагерь. — Икри кивнул и показал жестом следовать за ним. Мы с Таркиным остались одни. Мой друг даже говорить не хотел поэтому, я взял инициативу в свои лапы. — Пойдём мой друг, найдём лучший бар и выпьем самого крепкого глинтвейна с хорошим сочным стейком, я угощаю.              

***

             Бар, который мы нашли в центре города, привлёк нас одним только названием «Сытый хвостатый». От увиденного названия, Таркин даже чуть повеселел. Внутри было немало народу, и чтобы найти свободный столик для нас двоих, пришлось подождать около десяти минут. Из-за небольших окон, внутри в отдалённых уголках света было немного, позволяя некоторым скрытным личностям чувствовать там себя комфортно. Ну, или тем, кто хотел не привлекать особого внимания, посидев тихо и обдумать свои планы, попутно обговаривается их со своим другом. Именно такое местечко нам и подвернулось. К нашему столику подбежала ящерка женского пола и принесла два листа с меню. Выбор конечно же пал на стейки и горячий глинтвейн, а пока мы ожидали, когда к нам вновь подойдут, я рассмотрел это заведение получше. Народ тут был разный. От зайцев и чуть меньше их кроликов, до волков с северными тиграми и ящериц примерно их же роста. Во многих заведениях всё было сделано так, чтобы травоядные и хищники сидели чуть поодаль друг от друга, чтобы не создавать дискомфорт при трапезе. В некоторых местах висели даже тканевые ширмы, разделяющие разные виды. Это место было не исключением. Хоть тут и не было ширмы, разделение с помощью расположения столиков по двум сторонам заведения всё-таки было. Но порой, травоядные присаживались за столики на хищной стороне, когда приходят с друзьями хищниками, или когда нет совершенно места и брезгливости от поедания кем-то мясных продуктов прямо рядом с ним. Прошло несколько минут нашего ожидания, и ящерка вернулась к нам.              — Что будете заказывать сссссударь?              — Ээээ нам два больших сочных стейка с тушёной морковкой и литр лучшего глинтвейна, — сделал заказ Таркин радостным тоном. Его морда хоть стала повеселее, когда мы пришли сюда, что не могло не радовать. Падения духом нам сейчас было ни к чему. Ящерка кивнула и убежала к стойке, где разливали алкогольные напитки.              — А не много ли нам глинтвейна? Нам ведь еще в путь отправляться, или ты решил тут остаться?              — Тут остаться? Куда же ты без меня мой вождь? Я тебя одного туда не отпущу. Мне ведь шутить будет не над кем, если с тобой что-то случится. Я этого не вынесу. — Таркин улыбнулся, оскалив правую часть пасти. Мне стало чуть поспокойнее. На самом деле, я рассчитывал на него, ибо одному отправляться в шахты дело весьма опасное, особенно когда идешь за шайкой бандитов. Таркин продолжил, откинувшись на стуле назад. — Так что, я с тобой Кирэн. Заодно исследую шахты, и может, найду что-нибудь интересное. Интересно, от каких сокровищ этот перстень а? Может там и откроется его тайна? — Задал вопрос вслух мой друг. Я лишь пожал плечами. В этот момент нам принесли наш заказ, и мы принялись за трапезу. Таркин аж облизнулся от увиденного стейка и, отрезав кусок, положил себе в пасть. После чего выпил стакан налитого мною глинтвейна. Пришлось его снова наполнять красной, горячей и горячительной жидкостью.              Так мы и просидели за вкусным сытным обедом, заказав себе вторую порцию. Когда всё закончилось, мой друг предложил заполнить наши фляги остатками глинтвейна, и взять с собой в дорогу. В иной раз, я бы отказался, ибо не сторонник горячительных напитков, в особенности, когда идешь на какое либо важное задание. Но тут Таркин настоял на своём, якобы может спасти от замерзания в самую холодную стужу, если вдруг таковая настигнет нас. С этим сложно было не согласиться, и я с неохотой передал ящерке-официантке наши фляги, чтобы та наполнила их глинтвейном. Заодно я расплатился за всё.              — Перед тем, как отправляться в путь, давай ещё зайдем в ту кузницу, которую я приметил в начале.              — Хорошо.              Нам принесли фляги, и мы отправились к кузнице. У меня была хорошая память на места, в которых я побывал, поэтому найти нужное мне место оказалось не сложно. Кузнец на рабочем месте отсутствовала, но на столешнице был звоночек, которым я и воспользовался. Работница вышла из-за ширмы и подошла к нам.              — Здравствуйте… а, это снова вы? Чем обязана?              — Есть возможность поменять магический кристалл этого меча на какой-нибудь получше? — Я положил меч бывшего владельца — главаря бандитов на столешницу. Кузнец взяла его и начала рассматривать. — Скажите, как к вам можно обращаться?              — Пармер меня зовут. Хороший меч… наточен искусно, и кристалл к нему подходящий… но можно и получше. Данный кристалл к сожалению не способен уместить в себе ещё одну силу стихий, поэтому придётся заплатить за новый, если вы хотите улучшенное оружие. Могу предложить кристалл с теми же свойствами, что и у этого, только ещё в нём заключена сила магии воздуха, способствующая облегчению самого меча. Это позволит вам орудовать им быстрее, и носить на себе больше веса. Или кристалл с огненной силой, которая создаёт языки пламени на лезвии, если произнести особые слова к нему. А ещё…              — Спасибо, кристалл с магией воздуха в самый раз подойдёт к нашему походу. Сколько уйдёт времени на улучшение?              — Минут десять. С вас тридцать пять драгов.              Я выложил драгоценные камни называющимися «драгами» из мешочка. Пармер взяла их и ушла с мечом за ширму. Мы с Таркиным отошли в сторонку и стали ожидать, поглядывая на проходящий мимо народ. Среди обычных зрителей ходила и стража города, — когда я был тут в прошлый раз, так много стражи не ходило по городу. Похоже, в связи с похищением сестры Хранителя, увеличена охрана города, — озвучил я свои мысли Таркину, тот лишь согласился с предположением. Прошло ещё несколько минут, и нас подозвала Пармер.              — Готово, теперь ваш меч лёгок как снежинка на ветру… утрировано. Будет желание ещё что-то улучшить, приходите.              — Непременно. — Ответил я, и мы с Таркиным направились к воротам города. Там нас встретил Меркурий.              — Уже уходите? Оу, а чего это вы… вижу, успели в местный бар зайти?              — Почему ты так решил?              — Друг мой Кирэн, по тебе сразу видно, когда ты немного выпьешь. Сразу веки чуть закрыты, и ты выглядишь будто уставший, да и друг твой ещё улыбчивее, чем при встрече.              — Хах, ты прав, мы хорошенько пообедали в »Сытом хвостатом», и подготовились отправиться в путь.              Ответил Таркин весёлым голосом и полным энергии. Так же и я хотел ответить, но Меркурий опередил меня своим новым вопросом. — А путь куда держите? Возвращаетесь в племя? — Своему другу детства я доверял как себе, поэтому хоть и тихо, но рассказал ему о нашем деле. — Вот как? Даааа, из-за этого инцидента охрана города резко повысилась и стала строже, как сам видишь. Полагаю, начнут набирать новых воинов для охраны города. Ну ничего, вас это не коснётся, разве что только цены чуть повысятся. Но это ведь не большая проблема для вождя племени так мой друг?              — Возможно Меркурий, возможно. В любом случае, всегда что-то меняется, и к этому приходится приспосабливаться.              — Это точно. Ну чтож, идите тогда…              — Погоди… — Я призадумался, и решил попросить своего старого друга об услуге, — если с нами что-то случится в тех шахтах, сообщи пожалуйста Хранителю, и отведи наш отряд в племя после обучения ладно?              — Даже и думать о подобном не смей Кирэн, ты справишься с этим делом. И не из такого выбирался. — Меркурий похлопал меня по плечу в знак поддержки и дружеского жеста, после чего ответил то, чего мне хотелось бы услышать. — Не переживай, в случае чего, я отведу наших воинов в наше племя. Благо дорогу я еще не забыл. Ну-с, это всё мой друг?              — Да, на этом всё. Надеюсь, мы вскоре вернёмся.              — Буду ждать вас, если конечно меня не отправят ещё куда-нибудь разбираться с какими либо проблемами.              Я кивнул и пожал лапу Меркурию, после чего тот отдал команду открыть ворота, и мы с Таркиным вышли наружу. Лёгкая метель обдувала наши морды, но холодно не было, предвещая хороший день. Задача если подумать была не такой уж и простой, учитывая, что похищениями занимаются в основном наёмники, которым практически не важно, чем заниматься и кого похищать, лишь бы платили достойно. С такими будет не просто справиться, но Хранитель надеется на нас, и нельзя его подвести. «Лишь бы всё прошло гладко, и без лишних приключений», подумал я и отправился вместе со своим другом в заброшенные шахты Кирао, и чтобы нас там не ждало, мы не отступим. Хоть и недолгое, но новое приключение началось. В сердцах наших теплилась надежда о том, что оно не окажется какой-нибудь историей, про которую можно было бы написать целую книгу со всеми опасностями, поджидающими на каждом шагу, новыми знакомствами и интригами. У меня не было желания становиться каким-нибудь героем рассказов, переходящие из уст в уста в местных барах. Поэтому, мой план заключался лишь в одном, найти, спасти с помощью хитрости и без всякого лишнего шума вернуть назад сестру Хранителя. Так и шли мы, по сугробам нашего северного края сохраняя молчание, погружённые в собственные мысли.