Вместо нее

      Стефан чувствовал себя выжатым. Прилетев в Болоньи, он взял такси до железнодорожного вокзала и успел выпить не одну чашку крепкого кофе, прежде чем сел на поезд до Модены*. Около часа вязкой дремоты, когда в голове неприятно постукивало в такт колес, и он шагнул на перрон. Они с матерью не договаривались, что его кто-то встретит. В конце концов, он уже большой мальчик. Слишком большой, Стефан усмехнулся и, повернув голову, наткнулся на внимательный взгляд серо-голубых глаз. Привлекательное, с чуть заостренными чертами личико осветилось радостью. Девушка сделала несколько быстрых шагов и вдруг крепко обняла его. Оторопев от такого приема, Стефан все же ответил на объятие.       — Добро пожаловать, — она отстранилась, широко улыбаясь, и он невольно улыбнулся в ответ. — Ты знаешь, что я всегда мечтала о брате?       — Теперь знаю, — он рассмеялся, чувствуя, как уходит скопившееся напряжение. — Ты, по всей видимости, Клара?       — Да, между прочим, это значит свободная, — она прицокнула языком. — Сразу хочу извиниться за свой английский — он ужасен, я знаю.       — Я ничего не заметил, — покачал головой Стефан.       — Мне достался вежливый брат, который не спешит подтрунить над своей незадачливой сестрицей. Сегодня определенно мой день! — заявила Клара и взяла его под руку.       Они пошли к выходу, лавируя между группками встречающих.       — Просто ты еще не знакома с Деймоном, — вырвалось у Стефана.       Он сразу пожалел о своих словах, заметив набежавшую на ее лицо тень.       — Думаю, такая возможность мне и не представится, верно? — она помолчала. — Но мы не будем расстраиваться по этому поводу. По крайней мере, не сегодня, — лицо Клары вновь оживилось, и она бросила на Стефана быстрый, хитрый взгляд из-под темных ресниц.       Его сердце болезненно сжалось. Он слишком хорошо знал этот взгляд.       «Давай, Стефан, папа ни о чем не узнает, обещаю!».       «Ну не будь таким занудой, братец, поехали, повеселимся».       «Ты был прав, она удивительная. Жаль, что я не встретил ее первой… Расслабься, я пошутил».       Когда-то глаза Деймона светились таким же лукавством — когда он задумывал очередную шалость в детстве или находил новый способ отлично провести время, уже будучи подростком. Сейчас его глаза потухли. Подернулись мутной пеленой. Стали безжизненными. И Стефан готов был пойти, на что угодно, лишь бы изменить это, лишь бы вернуть его взгляду прежнюю живость и блеск. Противоречивые чувства к Кэтрин выжигали младшего Сальваторе последние полтора года, но, пожалуй, именно любовь к брату подтолкнула к тому, чтобы купить билет и сесть в самолет.       — Ты ведь останешься погостить после Рождества? — спросила Клара, когда они, закинув небольшой багаж на заднее сиденье ее миниатюрной машинки, сели в салон.       Стефан кивнул:       — Обратный рейс шестого.       Клара тихонько выдохнула. Она откинулась на спинку, не спеша заводить машину. Стало заметно, что знакомство с ним далось ей не так уж легко, а ее жизнерадостность была если не напускной, то отчасти нервической.       — Стефан… — она замолчала и, только встретившись с ним взглядом, продолжила, — я знаю, что ты обижен. И ты имеешь на это любое право. Но, пожалуйста…       — Все будет хорошо, — сказал Стефан и, помолчав, добавил: — Мне кажется, у тебя ее глаза.       — Все так говорят, — Клара завела машину. — Но я предпочитаю считать их своими.       Улыбнувшись, Стефан задумался о том, почему не может назвать Сильвию матерью. Хотя спокойно называл ее так дома, в разговорах с отцом или Деймоном. С юных лет он хранил в сердце светлый, но уже размытый образ. Несколько особенно ярких воспоминаний. Вот мама читает им с Деймоном книжку на ночь, а после целует в щеку и выключает свет, оставляя после себя пряный аромат специй и какого-то особенного уютного тепла. Нежно обнимает, усаживая на колени и касаясь губами набитой во дворе шишки, и в этих объятиях можно спрятаться от целого мира, они сами заключают в себе целый мир... Вот мать с отцом кричат друг на друга внизу в гостиной, а они с Деймоном, одеревенев, сидят в детской. Будучи старшим, Деймон понимал больше него, но на расспросы Стефана не отвечал, мертвой хваткой вцепившись в какую-то книгу.       А потом мама просто исчезла.       Сейчас он должен был встретиться с реальным человеком. С той, которая приняла решение оставить их с Деймоном, чтобы зажить новой жизнью — выйти замуж, родить дочь. И он бы обманул, если бы сказал, что обида забыта, а боль прошла. Солгал, заявив, что не хочет и не ждет объяснений. Но он не вправе требовать их. Наверное, нет. Их сдержанная, осторожная переписка в сети началась более двух лет назад, но в своих письмах они так и не вышли за рамки обсуждения повседневных забот и новостей: его учеба, поступление Клары в университет, поздравления с Рождеством и днем рождения. По большому счету, он знал о сестре чуть ли не больше, чем о матери. Удастся ли им сохранить этот почти официальный тон? Стефан не знал. Как и того, чего ему хочется больше: выяснить все или никогда не касаться этой темы, чтобы не нанести себе и ей новых душевных ран, не лишиться той хрупкой связи, которая установилась между ними. И потом, он слишком устал от драм.       — Я придумала целую программу, так что скучать тебе не придется, — сказала Клара, выруливая с парковки. — Надеюсь, ты знаешь, что Модену называют гастрономическим раем? И что самое лучшее Ламбруско мы оставляем себе? Так что будь готов к тому, что мы будем очень много есть, пить и гулять.       — Я готов, — бодро отозвался Стефан.       — Eccellente, — довольно улыбнулась Клара, резко выкручивая руль и лихо встраиваясь в поток, Стефан только усмехнулся — ее манера езды тоже была весьма знакомой. — И да, если я слишком много говорю, скажи, — добавила Клара, забавно наморщив нос. — Отец говорит, что, когда я замолкаю, на улице слышно пение птиц.       — Все в порядке, правда, — сказал Стефан, добавив тихое: — Это как раз то, что нужно.       Проезжая одну улицу за другой, они говорили обо всем и ни о чем. О погоде, которая была слишком теплой и слякотной, поэтому мечтать о снеге на Рождество уже не приходилось, о планах на праздники, о достопримечательностях Модены, и о том, что Стефан обязательно должен навестить их весной, когда в городе не так много туристов.       — У вас, наверное, уже лежит снег? — мечтательно поинтересовалась Клара.       Стефан кивнул.       — Здорово, настоящее Рождество, — протянула она с оттенком зависти. — Нам не всегда так везет.       — Поверь, когда меня чуть не замело по дороге в аэропорт, это не казалось везением.       — Не будь занудой! — фыркнула Клара, Стефан в ответ только закатил глаза.       — Вот приедешь в гости, поймешь.       Она бросила на него внимательный взгляд, после чего кивнула.       — Обязательно приеду.       Они свернули на менее оживленную улицу, Стефан с интересом разглядывал верхушки зданий оставшегося в стороне старого города.       — Мы ведь туда поднимемся? — спросил он, указывая на колокольню. — Это было в планах?       — На Торре-Чивика**? Первым делом, — кивнула Клара. — Сначала мы посетим все эти туристические местечки, сходим на рынок, а потом я покажу тебе настоящую Модену.       — Звучит интригующе.       — О, поверь, ты не будешь разочарован! А еще я обязательно должна познакомить тебя со своими друзьями. Всю жизнь я была белой вороной: ни братьев, ни сестер! А теперь я смогу похвастаться красавцем-братом и ни за что не упущу такую возможность. Может быть, даже познакомлю тебя с кем-нибудь, ты влюбишься и навсегда останешься с нами, — она подмигнула ему в зеркале заднего вида.       — Неплохой план, — Стефан улыбнулся.       Ему вдруг мучительно захотелось, чтобы это стало возможным. Любовь давно не приносила ему радости, только разочарования и боль. Он честно пытался наладить свою личную жизнь, расставшись с Кэтрин, но получалось настолько жалко, что Стефан решил оставить попытки и не мучить ни себя, ни потенциальных претенденток на роль его девушки.       — Я сказала что-то не то? — спросила Клара, заметив перемену в его настроении.       — Нет, просто… — Стефан замолчал, подбирая слова. — Все в порядке, правда.       — Это как-то связано с тем делом, по которому ты приехал? Мама сказала, что тебе зачем-то нужен дядя Бенни, но не вдавалась в подробности. Я только поняла, что дело касается какой-то девушки, которая нуждается в срочной операции. Она?..       — Нет, — резковато ответил Стефан, — нет, — смягчив тон, сказал он, — это невеста Деймона.       — Тогда почему приехал ты, а не он? — сощурилась Клара.       — Он не верит… что это поможет, — сказал Стефан, отворачиваясь к окну.       — Но ведь это его невеста, — резонно заметила Клара, но быстро осознав, что лезет не в свое дело, поспешила ретироваться: — Извини, давай сменим тему.       — Все нормально, — Стефан откинулся на спинку сиденья и устало прикрыл глаза, — это сложно объяснить. Я рискую потерять их обоих, поэтому взял на себя такую смелость.       — Не надо, не объясняй. Расскажешь потом, если захочешь.       Стефан кивнул. Очень может быть, что именно так он и поступит. Ему давно хотелось поделиться хоть с кем-то. Без обиняков и утаек, просто выговориться.       Они выехали на окраину города. По обеим сторонам дороги тянулись двухэтажные виллы, украшенные гирляндами и светящимися рождественскими фигурками. Люди прогуливались по тротуарам, обмениваясь приветствиями и первыми поздравлениями.       Когда машина стала сбавлять скорость, Стефана охватило волнение. Пятнадцать лет он представлял себе этот момент. Конечно, сейчас все было иначе, чем в его мальчишеских мечтах: он вырос, и многое изменилось. Стали иметь значение условности, причины и следствия. Раньше он хотел только одного — чтобы мама вернулась. Сейчас — чтобы их встреча прошла спокойно. Все, что от него требовалось, это как-то пережить Рождество и вернуться домой, заручившись согласием Шнейдера на операцию. И все же ему было не по себе. В животе что-то перевернулось и подскочило к горлу, ладони похолодели.       Они остановились возле очередной виллы. Поблизости от кованых ворот стояли высокий худощавый мужчина и темноволосая женщина. Стефан выбрался из машины.       — Вот и мы, — громко сказала Клара, выходя следом.       Мужчина лет пятидесяти с совершенно седой шевелюрой и живыми темными глазами первым шагнул вперед и протянул Стефану руку.       — С приездом. Я Тео. Надеюсь, она не заболтала тебя до смерти? — он кивнул на дочь, которая в ответ демонстративно фыркнула.       — Совсем нет, — ответил на рукопожатие Стефан, — было неожиданно, но приятно.       — Клара сама вызвалась, — заговорила Сильвия.       Звук ее голоса заставил Стефана вздрогнуть, и он впервые взглянул матери прямо в глаза. Она держалась ровно, почти строго, смотрела спокойно. Она сама взяла Стефана за руку, коротко, но сильно сжала его пальцы в своей ладони и сразу же отпустила.       — Как прошел перелет? — спросила она.       Голос у нее был негромкий, но обладал природной выразительностью.       — Все в порядке, — кивнул Стефан, перекладывая дорожную сумку из одной руки в другую.       — Мы так и будем стоять у ворот? — поинтересовалась Клара.       — Нет, конечно, — рассмеялся Тео, широким жестом приглашая присутствующих пройти в дом. — Я рад, что ты приехал, Стефан. Наш дом — твой дом, — сказал он, когда они уже шли в сторону виллы по узкой каменистой дорожке, слегка обогнав женщин.       — Спасибо, — поблагодарил Сальваторе-младший, чувствуя неловкость и странное воодушевление одновременно.       Внутри дом оказался не менее уютным, чем снаружи. Быть может, чуть захламленным, но в этом была своя прелесть. Стефан не успел ничего возразить, как оказался за большим столом в гостиной, на котором стояла тарелка горячих спагетти и миска салата. Пока он ел, сестра рассказывала о планах на сегодняшний день. Оказывается, вечером должны были прийти гости, «первый предпраздничный ужин», как назвала его Клара, и им нужно было готовиться.       — Иначе тетя Агата не преминет заметить, что «панеттоне явно пересушен, а кролик, кажется, жестковат»***.       Скорченная Кларой гримаска заставила Стефана рассмеяться.       — Клара, — мягко упрекнула дочь Сильвия.       — Что? — искреннее удивилась та. — Она ведь настоящая ведьма! Скажи, нет?       Сдавшись, Сильвия тоже улыбнулась и покачала головой. Стефан украдкой посмотрел на мать и встретился с ее изучающим взглядом. Смешавшись, он снова принялся за еду, которая была простой, но очень вкусной и какой-то уж слишком домашней. Он к такой не привык.       — Ну а мы не будем мешаться под ногами и тоже найдем себе занятие, как ты на это смотришь? — предложил Тео, хлопнув его по плечу.       — Тео, может быть мальчик… — Сильвия запнулась, — возможно, Стефан захочет отдохнуть с дороги.       — Я с удовольствием приму душ, но спать точно не собираюсь, — сказал Стефан.       — Ну и отлично, — Тео поднялся. — Тогда пусть тебе покажут комнату, а я буду ждать тебя на улице.       Стефан кивнул и с удовольствием откусил большой кусок фокаччи. Пусть это будет нелегко, но он больше не сомневался в правильности своего решения приехать. __________________________________________________       * Модена (итал. Modena) — город в итальянском регионе Эмилия-Романья на севере Италии, административный центр одноимённой провинции Модена. Один из центров итальянского автомобилестроения (предприятия «Феррари»).       ** Торре-Чивика (другое название Гирландина) — башня на площади Пьяцце-Гранде в Модене.       *** Панеттоне — традиционный итальянский рождественский кекс родом из Ломбардии.