Легенда о вернувшемся Котфуа

В.

      "Василиск — тварь зело ужасная, взглядом жертв умерщвляющая да воду дыханием зловонным портящая. Я, хоть и путешествовал немало, таковых существ лично не встречал, но бают, что завидя странников василиски обращаются в прекрасных дев и юношей. Так они подманивают человеков ближе, а потом убивают и кушают. Кровь этих существ нелюдимых ядовитая и весьма для людей и зверья вредная. Посему наши отважные воины, доколе пролитие крови не запрещенное было, свои стрелы смазывали токмо василисковым ядом. Побороть василиска нельзя ни хладным оружием, ни тугим арканом. Токмо огнем да зеркалом, в которое они погляде да помре".       Жегроюль Вайка. "Энциклопедия о животных и травах Загадочных Земель". Хранится в королевской библиотеке возле "Сборника остроумных загадок королевского шута Таччи Тилла".

***

      «Проклятье, я начинаю им симпатизировать, ― шагая по коридору, мрачно думал Файрендо, ― нет, пора с этим заканчивать. Но если убить в замке всех… Меня это не обрадует, но выхода нет. Сейчас или никогда! Потом я уже не смогу этого сделать. Начну с Лиэль. Как же меня раздражает эта горделивая добропорядочная девица! Надо накрутить себя, чтобы её не жалко было… Как же тяжело с этими родственниками! Особенно с племянницей повезло! Ябеда! Вздорная, ненормальная, и глаза-то у неё… золотые, расплавленное золото. А как сверкают, когда она злится, словно янтарь, через который смотришь на солнце… Вознёсшиеся, о чём это я думаю??»       Ренди остановился и уткнулся лбом в стену. «Я не о том думаю. Мне нужно только отцовское золото. И нужно искать его, а не размышлять, у кого какие глаза. Всех убью».       Тут он вспомнил слова Мадины и судорожно усмехнулся. Нет, не убьёт. Он покажет им всем, и старухе тоже, что сможет замком завладеть. И заставит их всю жизнь служить ему…       Ренди решил начать поиски завещания с комнат графа. Пройдя в покои Ушедшего, он был поражен количеством пыли, закружившейся вокруг него. Внимательно оглядевшись, юноша целеустремлённо подошел к огромному сундуку, нагнулся, изучая массивный замок… и чихнул.       «Нельзя, чтобы догадались, что я владею магией, ― оглядываясь, убеждал себя он, ― а то ведь сожгут. Или пришлют Служителей Вознёсшихся...»       Но искушение было слишком велико.       Он стянул перчатку и обхватил пальцами замок. Щелчок ― и вот уже крышка откинута. Юноша опустил руку внутрь... И тут же отдёрнул. Затем осторожно заглянул. Это были всего лишь старые костюмы, а он уж было подумал...       Зная, что самое ценное прячется на дне, Ренди принялся выкидывать тряпки, небрежно бросая их через плечо. Где-то на середине работы он обнаружил тяжёлый подсвечник, усыпанный драгоценными камнями. Наверняка этот предмет использовался в каком-то ритуале. Налюбовавшись красивой вещицей, Файрендо по привычке кинул её в возрастающую груду одежды...       Лиэль тоже без дела не сидела. Поев, девушка начала было раскладывать по местам свои вещи в новой комнате, но потом решила размять ноги, обследуя замок. Ей было интересно всё. Она останавливалась перед каждым портретом, долго разглядывая предков и ища сходство с собой и родственниками. Незаметно девушка дошла до покоев самого деда, и как нельзя "вовремя". Тяжёлый расписной подсвечник свистнул в воздухе и благополучно поприветствовал её плечо, а затем свалился в груду одежды на полу. Девушка взвыла, схватившись за ушибленное место.       ― Что? ― резко оборачиваясь, перепугался Файрендо. Потом, разглядев в клубах пыли Лиэль, спохватился и спрятал обратно в сундук порванные в самых неожиданных местах кальсоны.       Немного отойдя от резкой боли, девушка посмотрела на того самого "слепого" и чуть не задохнулась от возмущения.       ― Ты! Опять ты! Уууух! Что ты здесь забыл вообще? В вещах чужих роешься?       ― Ищу завещание, ― деловито заявил Ренди, с ужасом глядя под ноги девушки и сожалея, что так необдуманно всюду раскидал нижнее белье Ушедшего.       Лиэль опустила взгляд и, подняв подсвечник, теперь разглядывала его, естественно, заметив творящийся беспорядок.       ― Ага. Среди дедушкиных личных вещей? Пф! О да-а. Конечно же. Куда ещё можно спрятать завещание, как не в домашние широкие панталоны! ― съязвила она, положив подсвечник обратно. ― У меня нет сил сейчас препираться с тобой. Только вытащи каплю своей совести, если она у тебя ещё осталась, и хоть сложи потом всё на место. Завещание он ищет... Герой...       ― Иди, пока цела, ― неожиданно немногословно ответил Ренди.       Лиэль хотела было опять вспылить, но сил и вправду не было, и она решила не тратить свои нервы на этого одноглазого пирата. Но шутку в его адрес не могла не отпустить.       ― Да пожалуйста. ― Почти скрывшись за дверью, она на секунду опять заглянула, готовая быстро сбежать. ― А я и не знала, что тебе нравится оставаться наедине с вещами и переодеваться в них, как девчонке. ― На этом она быстро скрылась из виду.       Файрендо, окончательно взбешенный, вылетел за ней. Сегодня он не стал оставлять аркан у себя в комнате. И пьяным он не был. Петля моментально затянулась на горле девушки, даже слишком хорошо затянулась...       Не удержавшись на ногах, Лиэль больно шлёпнулась на пол и схватилась за горло, пытаясь хоть немного ослабить верёвку. Но получалось плохо. Она начала задыхаться, в глазах потемнело, и от нахлынувшего удушья сознание норовило покинуть её. В эти показавшиеся ужасно долгими секунды девушка успела пожалеть, что не смолчала и теперь умрёт такой нелепой смертью, больше никогда не увидев мать с отцом. А ведь бедняжка и подумать не могла, что Файрендо настолько зол. Зато сомнений теперь почти не оставалось ― он мог и деда запросто убить. Уже падая в темноту, Лиэль опять почувствовала жар.       Внезапно стало легко. Девушку окутал тусклый серебристый свет, льющийся будто из неё самой, от которого наброшенная на шею верёвка просто сгорела. Лиэль вздохнула свободно и зачарованно взглянула на свои залеченные руки, на которых не осталось ни следа от ран.       "Что это такое? Флейты же нет со мной... Так как?" ― думала про себя дарканка и со страхом, перемешанным с отвращением, смотрела на дядю.       ― Не подходи ко мне! ― выкрикнула она. В голосе слышалось разочарование в нём как в человеке. Сияние не угасало, и девушка, словно загнанный зверёк, так и лежала на полу, окутанная им, боясь пошевельнуться из-за такой странной реакции своего организма.       Первым из-за поворота выскочил худощавый силуэт, следом, на некотором отдалении, переваливалась громыхающая и громко топающая бронированная фигура.       ― Да что тут опять творится?! ― От яростного, хорошо поставленного голоса, кажется, качнулись на цепях тусклые лампы.       ― Господин Аселин, ― попытался вклиниться стражник, но его попросту никто не слушал. Котфуа мгновенно оценил обстановку: держащаяся за горло племянница, взбешенный кузен у дверей апартаментов графа. Только аркана не хватало. И свечение не вписывалось ни в какие логические рамки.       ― Ты что, у себя на заставе или в лесу? Или на большой дороге подводы грабишь?! Ты у себя дома, идиот! Ты без пяти минут граф Анфлинтанский!       ― Да? ― Ренди тут же притих, и вид у него стал виноватый. "Граф"? Его это глубоко ошарашило. Но в следующее мгновение он подумал, что над ним издеваются, и обиделся. ― Вознёсшиеся, как же мне жить дальше? Я сирота, в замке меня все ненавидят, стараются изжить. А отплатить за унижения я никак не могу. Каждая женщина норовит меня оскорбить и оплевать, а дать ей отпор я не вправе! Слабый пол! Да, ты, маленькое чудовище! Где мой единственный и любимый аркан? Куда ты его дела, наша бедненькая, всеми обиженная крошка? А если бы я тебя рукой душил, что было бы? Тьфу, чтоб глаза мои тебя больше не видели! Я с тобой больше не разговариваю. Всё.       ― Какой ещё аркан? Чуть не убив меня, ты думаешь о своём аркане?! Я из-за тебя теперь вся свечусь, что ты сделал?!       ― Так тебе и надо, ― тут же позлорадствовал Ренди, забыв о том, что больше с ней не разговаривает. ― Братец Аселин, не подходите к ней. Такое ощущение, что это чудище, воплотившись в нашу родственницу, приползло из Загадочных Земель.       Пара резких шагов, и "братец Аселин" оказался под лампой ― лицо у него было такое, словно он готов был голыми руками передушить дорогих родственников. Но передумал. На глаза ему некстати попался капитан стражи, поспешивший помочь госпоже подняться и изобразить бурную деятельность.       ― Ривс! Чтоб через час стража стояла у каждых дверей! ― рыкнул он. ― Даже у кухни! Повесить четыре замка на погреб! Завтра проверка профпригодности! Кто из твоих людей проиграет Морису два раза, отправлю кормить василисков в Загадочные земли!       Попавшийся под горячую руку капитан вытянулся в струнку и отдал честь.       ― Зачем так сурово? ― приглаживая волосы, поинтересовался Файрендо. ― Можно просто её в клетку посадить... а не под стражу. И я тоже хочу василисков покормить!       ― Тогда и ехать надо было в Загадочные земли, а не к отцу на праздник, ― гневно припечатал Аселин, похоже, не собираясь остывать.       ― Ты меня не любишь, Ася, ― "прорыдал" Ренди, выхватив платок и закрыв им лицо. ― Как ты жесток с сиротой... С братом, у которого украли, украли любимую, самую дорогую вещь ― аркан... Я всё Морису про тебя расскажу!       Лиэль закатила глаза, пытаясь на дядю не смотреть. Услышав, как обозвали Аселина, девушка внезапно хихикнула и вспомнила, как упомянутый "Ася" не любил это прозвище в детстве. На душе стало как-то теплее. И свет, как ни странно, начал потихоньку исчезать. Она просто стояла и улыбалась воспоминаниям.       ― А что ты такого сделал, чтобы тебя любили?! Как ты себя показал? ― Тираду прервал приглушённый расстоянием женский визг и сочная ругань, изрыгаемая подозрительно знакомым голосом. ― Убью обормота, ― сквозь зубы выдохнул Аселин и стремительно куда-то убежал.       Ренди бросился за ним. Во-первых, он не хотел оставаться с Лиэль. Во-вторых, надеялся на новый скандал, в котором приготовился поучаствовать.       ― Что ж за день сегодня, ― выдохнула уставшая девушка, оставшись почти в одиночестве. Не хотелось никуда бежать и суетиться, ругаться, разбираться с роднёй.       ― Позвольте сопроводить вас, госпожа, ― подал голос проштрафившийся капитан.       ― Э, ой, да, ― спохватилась девушка. ― Доведите меня до моей новой комнаты, пожалуйста.       "Может, хоть там наконец-то наступит покой", ― подумала она про себя.

***

      Аселин и Файрендо долетели до источника переполоха в рекордные сроки, едва ли не наперегонки друг с другом. Картинка их взорам предстала дикая: простоватая рябая девица в опрятной форме служанки сидела на высоком подоконнике, поджав ноги, и душераздирающе вопила, а внизу, потрясая кулаками и ругаясь, на чём свет стоит, торчал Морис. Но в каком виде! Весь мокрый, с картофельными очистками, прилипшими к чёрному камзолу, хлебными кусками в волосах и арбузной коркой в руке. Грязное ведро откатилось в сторону.       Ренди разочарованно вздохнул ― он явно надеялся, что кого-нибудь убили. Затем с любопытством воззрился на Мориса, надеясь, что хоть тот оправдает его ожидания.       ― Что это за балаган?! ― повысил голос Аселин, без труда перекрыв визг девицы и ругань брата. Тот наконец заметил новоприбывших и замолчал, с отвращением отбросив корку.       ― Вот у этой дуры спросите, ― буркнул Морис, брезгливо оглядывая одежду. ― Зачем было меня из-за угла помоями окатывать, а?       Служанка тоже замолчала, но слезать не спешила, гневно сопя и одёргивая платье.       ― Я думала, это опять п-привидение! ― выдала она, нарушив выжидательное молчание.       ― Привидение? ― заинтересовался Файрендо. ― У нас тут водятся настоящие привидения?       ― Никого тут не водится, ― отмахнулся Аселин. ― А из привидений только Морис бродит.       Служанка не посмела перечить, но явно осталась при своём мнении.       ― Ну-ка расскажи, где они водятся, ― жадно попросил Ренди, ― это очень важно. Не бойся. Я верю тебе. И люблю привидений... Да, очень люблю.       ― Да прямо тута и водятся. Я господские комнаты прибирала, иду ― а оно по коридору плывёт! Всё чёрное такое, ровно сажей вымазано, пола не касается. У меня прямо ноги так и отнялись! Не зря, думаю, девки про привидение говорили. Пока стояла, оно в стену и уплыло, по своим делам, видать. А тут с ведром с кухни иду я тем же коридорчиком, думаю ― а ну как опять? Ещё сожрёт меня, кто их, привиденьев, знает? Из-за угла тихонько так выглядываю ― а оно, чёрное такое, навстречу плывёт, и шагов не слыхать! Ну я и... ― Она замолчала, съёжившись на своём насесте.       ― Дура и есть, ― фыркнул Морис.       ― Ясно всё, ― разочарованно выдавил Файрендо, ― а если белое плывёт ― это значит Лиэль...       Морис хмыкнул, вспоминая ночные похождения, последний раз глянул на испорченный костюм и пошёл прочь, слегка раскинув руки и стараясь не прикасаться кожей к мокрой ткани.       ― Ещё зубы оскаль и завывай на ходу, ― мрачно посоветовал ему вслед брат. ― Тогда тебе по дороге ещё одно ведро на голову наденут. И щитом оглушат.       Ренди печально проводил его взглядом и, на удивление вежливо поклонившись Аселину, двинулся прочь. Он направился к самому тёмному коридору, надеясь попасть через него в подземелье. Когда графский сын был маленьким, ему запрещали туда ходить. И теперь, услышав о привидениях, пусть даже придуманных, он решил наведаться туда в поисках настоящих.       Файрендо спустился по влажным ступеням и на мгновение замер перед массивной дверью. Не было ни цепей, опутывающих её, ни множества замков. Не было дверной ручки. Не было даже дверных петель. Перед Ренди возвышалась массивная каменная дверь, изрезанная наполовину стёршимся барельефом.       Юноша мрачно разглядывал её, затем принялся привычно ощупывать каменные выступы. Бесполезно. Как и раньше, он не мог открыть её. Но теперь у него были знания того смертельно раненого василиска, которого он нашёл в Загадочном лесу...       Файрендо, оглядевшись по сторонам, снял перчатку и положил руку на рельеф. Холод. Бесконечный холод и пустота. Мерный гул вечности. Пальцы сами задвигались по стене, выводя невиданные причудливые знаки. И дверь исчезла.       Он протёр глаза, укусил палец, но перед ним по-прежнему темнел широкий ход. Ренди осторожно шагнул вперёд. Ничего. Пусто, холодно. Сверху капают ледяные капли. Вдаль уходит вереница белых колонн.       Он сделал ещё шаг и чуть не упал. Узкие ступеньки вели вниз. Файрендо пожалел, что не взял факела, но возвращаться не захотел. Ещё шаг. Ноги оказались в ледяной воде до колен.       Юноша лишь улыбнулся и двинулся вперёд. Ступеней больше не было. Он остановился и принялся бережно снимать с лица бинты. Это было невыразимо приятно ― освобождаться от их сковывающего плена... Теперь Файрендо видел и без света. Подземелье показалось ему нескончаемым: бесконечные ряды светлых колонн, тёмных ниш, для чего-то вылепленных в стенах, воды, заливающей пол...       Он не был уверен, что не провалится в ловушку для неосторожных, но продолжал идти вперед. Теперь его вело Око. Оно почуяло добычу.       Всё это ложь, что призраки говорят с живыми замогильными голосами. Этот даже не закричал, когда Огненное Око его обнаружило. Он горел, но так ничего и не сказал. Рассмотреть его Ренди не сумел, но зато почувствовал тепло внутри себя. Око было им довольно. Оно было сыто. Файрендо вновь бережно, пусть и неаккуратно, замотал его.       Возвращаться ему не хотелось. Юноша нашёл относительно сухое место и сел, наслаждаясь тишиной. Только сейчас он неожиданно осознал, что постоянные крики, ссоры, драки ― всё это ему давно опротивело. Но остановиться, изменить отношения или вовсе уехать он не мог. Слишком поздно.       "Хочу раствориться в темноте, ― думал он, неподвижно глядя во мрак, ― я не хочу сознаваться себе в этом, но мне ничего не нужно. Я не хочу жить. Но почему-то продолжаю это делать. Я только и делаю, что убиваю, и этим пытаюсь заставить жить себя. Как глупо... Я ехал сюда, чтобы всем доказать, что я ещё жив. Я нарушил их покой, заставил ненавидеть себя. Но они ранят меня больнее, чем я их. Я дико им завидую. Завидую Лиэль, которая не знает, что такое боль, у которой есть родители. Она хочет вернуться, у неё есть место, где ее ждут, где любят... Завидую Аселину. Он умён, обаятелен, его все уважают. Завидую... Нет, не завидую. Почему я не завидую Морису? У него есть брат, он не один. Странный он...".       Ренди сбился с мысли. Ему хотелось спать. Он свернулся на камнях, бездумно глядя в темноту...