Легенда о вернувшемся Котфуа

Н.

"Наги — миролюбивый род. Эти змеи с человеческими лицами улыбчивы и простодушны. Весной они вплетают в волосы кувшинки и кружат по поляне, распевая хвалебные песни Вознёсшимся. Я повстречал нага в Загадочных Землях на болотах. Расчешуившись, испугавшаяся тварь спряталась от меня в болотной жиже. Как ни пытался я ее выгнать ― она не выползала. Отшвырнув в сторону аркан, я бесстрашно возмущал тёмную воду палкой, бросал камни, я умолял нага показаться, но увы... А ещё бают, что наги пьют кровь человеческих младенцев. Да в жизни я не встречал такого стеснительного наиневиннейшего существа! Примечание: в наши дни наги служат стражами сокровищ. Поставщик молодых нагов ― Рури Гост. Обращаться в таверну "Скрипучее седло". Жегроюль Вайка. "Энциклопедия о животных и травах Загадочных Земель". Хранится в королевской библиотеке возле "Сборника остроумных загадок королевского шута Таччи Тилла".

***

       Лиэль очнулась в своей постели, наконец-то почувствовав, что выспалась. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как её довели до комнаты, но явно мало ― за окном ещё было светло. Случай с Файрендо мгновенно всплыл в голове, и девушке стало ужасно неприятно, что её дядя ― такой болван-садист. Попадаться ему на глаза уж никак не хотелось, и она решила поискать Аселина, чтобы ещё раз извиниться за произошедшее в коридоре. Короткий взгляд на часы ― до обеденного времени осталось каких-то две минуты.       ― Ох, и почему я тогда не смолчала? ― укоряла себя Лиэль, решив, что пунктуальный двоюродный дядя наверняка уже в столовой, и направляясь туда. Заодно и поесть. Нервы, потраченные за проведённое в стенах замка время, просто требовали кормить свои не восстанавливающиеся клетки как можно чаще.       Шагая по коридорам и ёжась от холода, она вернулась мыслями к тому загадочному свечению, что защитило её от смерти.       "Что это такое вообще? Может быть, у всех дарканцев такое бывает?.. Или это последствия вчерашнего обморока и судорог? Ох, дедушка, как же мне тебя не хватает, ты бы непременно мне что-нибудь да пояснил или подсказал... ― жалела она. ― Я бы снова услышала твой добрый ворчливый голос и послушала твои сказки, которые так любила в детстве... Как же мама будет плакать теперь. Наверняка запрётся в комнате, ничего не сказав, а сама будет тихо рыдать в подушку..."       С такими невесёлыми мыслями она почти добралась до столовой, когда расслышала позади лёгкий шорох. Откуда-то ещё сильнее повеяло холодом.       Лиэль передёрнула плечами и обернулась на звук, подумав, что сзади кто-то идёт. Зря она это сделала.       Прямо за ней, стоя на мощном зеленоватом хвосте, возвышался наг ― древнее существо, о котором ныне ходили только легенды. Лицо и тело у человека-змеи были человеческие, но узкие бедра скрывались под чешуей, и ниже уже начинался хвост. Серебристые волосы опутывали его ― настолько были длинны. Глаза, немигающие и прозрачные, светились от голода. Раздвоённый тёмно-фиолетовый язык быстро облизнул едва заметные бледные губы.       Лиэль застыла, примёрзнув к полу от страха. Она просто стояла и с ужасом в глазах наблюдала, как это зловещее существо жадно смотрит на неё, словно на добычу. Девушка вжалась в стену, боясь, что если дёрнется, то чудище сразу же набросится.       "Что делать, что делать, что мне делать?! ― молча паниковала она. ― Свет, эй, огонёк! Давай, разгорись во мне и снова защити, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста..."       ― Куш-шать, ― прошипело чудовище, раскачиваясь на хвосте и глядя ей в глаза.       ― Т-ты говоришь? Н-не... не надо меня кушать... Я больная! ― на секунду зажмурившись, девушка начала быстро оглядываться вокруг, думая, чем бы в него запульнуть, чтобы отвлечь.       ― ...А я говорю тебе, точно тут каким-то погребом затхлым пахнет, ― раздалось за спиной у нага. Голос был приглушён расстоянием, а его владелец ещё не показался из-за поворота коридора.       ― Всё тебе чего-то мерещится. Вот как нагрянет господин с проверкой, а нас на посту нет.       Наг неожиданно подался вперёд и, схватив девушку, зажал ей рот холодной влажной ладонью. Затем повернулся в сторону голосов и подобрал хвост, свернув его кольцами. У Лиэль едва не оборвалось всё внутри. Теперь и позвать на помощь не было возможности, а "защита" не спешила появляться, видимо, исчерпавшись.       ― Да мы быстро посмотрим и... А!       Вывернувшие в коридор стражники ожидали явно не такого: один схватился за аркан, другой ― за сердце. Наг молниеносным броском напал на вооружённого, как он решил, врага, хотя и не понимал, чем эта веревочка может быть ему опасна. Он обвил хвостом отважного воина и со всей силы ударил о стену. Кровь, кости и обломки доспехов ― вот что осталось от бедняги. Второй страж издал громкий крик и шмякнул оземь без помощи нага ― в обморок.       Лиэль глухо завыла от увиденного и куснула противную нагову руку, уже почти не думая, чем это может закончиться. Змей, разъярённо шипя от боли, вполз в столовую, опасаясь, что в коридоре он не сможет достойно обороняться из-за тесноты. Он по-прежнему сжимал в руках Лиэль и не обращал никакого внимания на одинокую фигуру за столом. Теперь уже не было никаких сомнений в его явно кровожадных намерениях: приблизившись к столу, он швырнул девушку прямо на расставленные блюда, бокалы, приправы и придавил её хвостом, намереваясь хорошенько пообедать...       Дарканка закричала от страха и боли ― в спину вонзились осколки разбившегося бокала. Девушка упорно пыталась брыкаться, хоть это и не приносило никаких результатов.       Аселин, вскочивший секундой ранее на ноги, мгновенно ощетинился короткой плёткой и острым, но непозволительно коротким столовым ножом. Котфуа при виде змея в обморок падать не спешил, только мысленно проклинал запрет на ношение колюще-режущего оружия и того неведомого идиота, который выпустил чудище из подземелья.       ― Стой! Ты не поднимешь руку на семью графа!       Наг обернулся и печально вздохнул, не желая сражаться. Но, видя решимость нового врага, он на манер щита поднял со стола огромное блюдо, стряхнув с него жареного поросёнка.       ― Тебе не позволено покидать подземелье, ― даже заметив, что завладел вниманием нага, Аселин всё равно не понижал голоса. ― Возвращайся.       ― Куш-шать, ― прошипел тот, начиная потихоньку раскачиваться, словно готовясь к броску.       В это время выбившаяся из сил девушка пыталась придумать, чем может помочь дяде. Острая боль в спине не давала нормально думать, а змеиный хвост был таким тяжёлым, что, казалось, может расплющить её одним неосторожным движением.       ― Хорошо. Будет кушать, ― кивнул Аселин, усиленно соображая. ― Но не её и не меня. Ты подождёшь немного, и тебе принесут. Согласен?       Немного подумав, наг с сожалением отпустил девушку и, свернув хвост кольцами, уселся на него. Глаза его безотрывно следили за ножом в руке молодого Котфуа. Дарканка не поверила своим глазам, но встать не решилась.       ― Эй, за дверью. ― На кухне безмолвствовали, но Аселин пару раз слышал шорох и не сомневался, что перепуганные до смерти слуги не убежали, а затаились. ― Кровь для стража была приготовлена? Принести. Если нет, нацедить.       Кто-то едва слышно пискнул "Да, милорд".       А девушка незаметно старалась нащупать хоть что-нибудь острое под рукой, и ей это удалось ― под пальцами обнаружилась вилка. Она сжала её и, стараясь не шевелиться, спрятала в рукав.       ― Кто тебя выпустил, страж? ― нарушил тишину Аселин.       ― Не с-снаю. ― Наг задумался и добавил: ― Эту дверь мог открыть только кровный родс-ственник графа. Я видел, как умер один из прис-сраков, попавшийся на гласа этому человеку и с-спрятался. Человек был лохмат, как с-сверь, и светловолос-с...       На догадки не нужно было много времени ― лохматых светловолосых людей в роду сейчас было немного, а точнее, ровно один. Но озвучить догадку никто не успел ― в распахнутую дверь, со стороны коридора, влетел Морис и, не размениваясь на предупреждения, бросился на нага. В левой руке ― аркан, в правой ― кистень, мокрые волосы зачёсаны назад и в кои-то веки не мешают обзору.       А Лиэль, тут же вскочив, вонзила змее вилку прямо в хвост.       Наг взвился от боли. Блюдо, которое он до сих пор сжимал, полетело в девушку, но угодило в Аселина. Змей, не обратив на это внимания, метнулся на Мориса и головой со всей силы ударил его в грудь. Но тут же запутался в верёвке и забился, всей тушей навалившись на юношу. Пытаясь вырваться, он бешено наносил кругом удары хвостом. Один из них разломил напополам довольно-таки крепкий стол... Баронет вскрикнул, с грохотом повалился куда-то за стол и пропал под обломками.       Морис же, не ожидавший столь стремительной атаки, не успел толком замахнуться, и шипастое било лишь скользнуло по плечу нага, оцарапав. Бесполезный теперь кистень повис на запястье, закреплённый петлей, а Морис, быстро придя в себя, попытался захлестнуть ремнём аркана шею нага. На кухне кто-то истерично завопил, по коридору топали сапогами стражники.       Лиэль, кое-как встав на отдавленные ноги и стараясь не замечать боль в спине, полезла вытаскивать Аселина, но никак не могла сдвинуть обломок тяжёлого стола.       Наг, шипя от ярости и боли, придавил противника хвостом, лишив возможности двигаться, и приподнялся, пытаясь понять, откуда придёт новая опасность. Из повреждённого плеча потекли бледно-голубые прозрачные капли.       Стражники показались сразу в паре проёмов, щетинясь прихваченными топорами и тесаками, но внутрь пока не бежали. У кого-то мелькнул арбалет.       ― Дайте ему кровь, сейчас же, ― велел откуда-то с пола тихий и придушенный голос господина.       И со стороны кухни покатилась по каменным плитам найденная, наконец, бутыль, заполненная алой жидкостью. Наг тут же отпустил Мориса, но пополз не к бочонку, а к столу. Он хвостом смел обломки и осторожно извлёк Аселина.       ― Господин с-сердится? ― спросил он.       Удивлённая Лиэль так и осталась сидеть на полу, готовая уже упасть сама от усталости.       ― Нет, ― кривясь от боли и стараясь не отключиться, выдавил Аселин. "Точнее, не на тебя". ― Забирай еду... И возвращайся. Проследи, чтобы никто больше... не залез в подземелье.       ― Тот человек всё ещё там, ― нежно обхватывая угощение, настороженно ответил наг, ― он несёт в себе смерть всему живому.       Девушка кое-как поднялась, поддерживающе взяв Аселина за плечи. Хотя непонятно ещё, кого из них сейчас надо было держать.       ― Морис. Разберись с подземельем. ― Конструкция из двух побитых аристократов шаталась, грозя рухнуть, и слуги, не дожидаясь приказа, поспешили помочь им удержаться на ногах.       Морис выглядел порядком потрёпанным, но, как всегда, бодрым. Он пожал плечами, скрутил аркан и кивнул змею на дверь:       ― Пошли, что ли. Посмотрим, кто там тебя выжил.       Лиэль, то ли державшая за плечи Аселина, то ли держащаяся за них сама, глубоко выдохнула и, схватившись одной рукой за спину, в том месте, где пульсировала боль и торчал осколок, сказала:       ― Ну, знаешь ли, Асик, у вас тут похлеще, чем в нашем мрачном мире будет. Гады какие-то выползают и норовят сожрать. ― Перевозбуждённому мозгу нужна была хорошая разрядка, и девушка даже не заметила, как обратилась к дяде с его нелюбимым детским прозвищем, да ещё в такой вольной форме. Да и от дикой усталости думать нормально уже не получалось. "Интересно, в какой раз я уже жалею, что приехала сюда?"       Дядя, вопреки ожиданиям, на прозвище не разозлился и, похоже, даже его не расслышал ― он повалился на руки слуг и отключился.       А вот наг обиделся, поняв что это его обозвали "гадом", но виду не подал. Не в первый раз это наименование слышал. А что он подумал в этот момент о девушке, сложно угадать. Во всяком случае, не говоря ни слова, он пополз к выходу, подозрительно оглядываясь и скрутив в кольцо кончик хвоста, чтобы на него никто не наступил.       Морис, украдкой потирая бок, потопал следом за змеем. Кистень ощутимо оттягивал руку, отбитые в схватке мышцы всё сильнее ныли, но парень не жаловался и не подавал виду. Впервые за долгое, долгое время он чувствовал себя живым.       ― Э, наг. Кто ж такой должен был в подземелье объявиться, что ты не хочешь возвращаться?       ― Волосатый человек, съедающий глазом всё живое, ― упрощённо пояснил змей, ― волосы у него дыбом стоят. Как у жуткобраза из Земель. Давно я на родине не был...       ― Глазом съедающий? ― хохотнул Морис, на миг представив дикую картинку. ― Хотя где-то я про такое, кажется, недавно слышал...       По пути им никого так и не встретилось: новость про "жуткую тварюгу, ей-ей, сожравшую кого-то из господ" распространилась среди слуг в рекордные сроки.       Двери, которую парень с детства запомнил неприступной и монолитной, на месте не было. Совсем. Из темного проёма пахло сыростью и застоявшейся водой, и эта мрачная дыра, ведущая в неизвестность, выглядела весьма устрашающе. Пожалуй, маленький Морис, доведись ему всё же распахнуть эти створки, со всех ног умчался бы прочь. Взрослый же Морис только азартно сверкал глазами, осторожно заглядывая внутрь. Ничего, конечно, не увидел, опасности тоже не почуял и оглянулся на змея.       ― Он ещё там?       Наг молча указал на каменные плиты пола. Его влажный след от хвоста ещё не высох. Человеческих следов возле не оказалось, а ведь даже снаружи было видно, что колонны омываются тёмной водой.       ― Согласен, я дурак, ― кивнул Морис. В голову закралась мысль о ловушке ― а ну как змей решил запастись кровью впрок и придумал басню про какое-то чудовище, которое "глазом ест"?       "Его глаз сжигает людские души. Это очень страшно..." ― неожиданно всплыло в памяти. Неужто не пустая байка, неужто кузен и впрямь стал василиском, раз его боится даже наг? А впрочем, почему бы не проверить?       ― Эй, Ренди-и! Вылазь, ты и так всю потеху пропустил!       Голос гулким эхом разнёсся по подземелью. Змей отполз от тёмного проёма, предоставив юноше разбираться с чудовищем по своему усмотрению.       ― Тут факел есть, ― ненавязчиво намекнул он, кивая на нишу слева от двери.       ― Ага. Значит, беру факел и змея за компанию и топаю... куда-то, ― не менее "прозрачно" намекнул парень, выдёргивая факел из скобы. Лампа была бы куда удобнее ― но когда это Морис искал лёгкие пути?       ― Змея можно не брать, ― забеспокоился тот, ― я только что поел, отяжелел...       ― ...бока мне все отбил. Давай-давай, пошли. Чья это работа, в конце концов, подземелье стеречь?       ― Хочешь, твоя будет? Думаешь, я по доброй воле его стерегу? ― Холодные глаза змея сузились и немигающе уставились на парня. ― Как ты думаешь, сколько лет я нахожусь там? Иди, человек. Если трусишь ― пусть впереди идёт стражник.       ― У меня своя работа, ― хмыкнул тот, складывая руки на груди. ― Но если трусишь ТЫ, то можешь оставаться здесь и ждать.       Не дожидаясь ответа от упрямого нага, парень беззвучно нырнул в темноту.

***

      "Да откуда тут столько натекло?!"       Если сначала Морис ещё выбирал, где идти, то потом пошлёпал напрямик. Колени скрылись в ледяной воде: ни сапоги, ни ноги от сырости тут явно не спасёшь, как ни старайся.       В свете факела появлялись и снова исчезали белые колонны, и огонь отражался в мириадах капель, усеявших камень.       "Интересно, а вторая змеюка у нас тут не живёт?" Парень стал прикидывать, как можно вести бой в таких условиях. Просторно, есть где размахнуться арканом, но темно. И эта вода...       За задумчивость и поплатился, когда нога вдруг скользнула пяткой по камню и провалилась куда-то вниз. Морис машинально взмахнул руками, висящий на запястье кистень свистнул в воздухе и потянул в сторону своей тяжестью. Парень полетел назад и с головой ушёл под воду.       Но спиной дна не коснулся, проваливаясь всё ниже и ниже.       "Тут же по колено!" ― некстати мелькнула негодующая мысль.       Изображать булыжник и становиться утопленником Морис никак не собирался. Два мощных гребка... И он припечатался к чему-то головой, так и не оказавшись на поверхности. Под поспешно выставленной вверх ладонью был шероховатый камень. Совсем как тот, по которому он ступал меньше минуты назад...       Вторая мысль была куда более здравой: "Ловушка!"       Воздух жёг лёгкие, застыл в груди огненным комом и рвался наружу. А Морис плыл, быстро и широко загребая руками и иногда щупая камень над головой ― но просветов в нём не было. Сапоги и кистень тянули вниз, но останавливаться, чтобы сбросить одно и отвязать с руки другое, не было времени.       Рука с плеском вырвалась наружу, не натолкнувшись на преграду, и через миг над водой показалась облепленная тёмными волосами голова. Надрывно кашляя и протирая глаза, Морис ухватился за край плиты и сел на камень, опасаясь вставать на ноги. Воды над плитой было по грудь ― выпрямись в полный рост, так по колено.       Факел безвременно угас где-то позади, упав в воду. Парень, зверски стуча зубами, пошарил ладонями по полу: впереди, невидимая в темноте, была дыра, из которой он вылез. Где-то за спиной осталась та, в которую упал.       "Ну да, глупо было думать, что наг плавает в луже по колено. Зато я побывал у него в гостях".       Пролом впереди был узким ― самое то, чтобы провалиться, но вот чтобы нашарить его, задыхаясь, из-под воды... "Повезло", ― зло констатировал Морис.       Ну и что прикажете делать?       ― Файрендо, твою ма-а-ать!!! Если утонул и сдох, так и скажи!       ― Не оборачивайся, ― хриплый усталый голос доносился сзади. Кто-то легко шагал в воде, почти бесшумно. ― Неужели Морис?       ― А на кого похож? ― раздражённо переспросил тот, осторожно поднимаясь на ноги. ― Какого хрена ты тут сидел? Вроде ж не наг.       ― На тюленя похож. А теперь дай мне руку. Не оглядываясь. Просто протяни назад. Как ты залез сюда? Тут же ловушки со всех сторон...       ― Я уже в курсе, ― сообщил Морис, оглушительно чихнув в подтверждение. ― Что за ерунда? Почему не оборачиваться, не видел я тебя, что ли?       ― Чтобы ты в меня не чихал! ― разозлился Ренди. ― Руку давай! Ох, холодно... Ладно, я отвернулся.       ― Посмотрю я, как ты сам завтра чихать будешь, ― картинно оскорбился кузен.       Поправив на руке кистень (который больше всего на свете хотелось запустить куда подальше, но нельзя ― трофейный, дядин) и выкинув куда-то в темноту насквозь промокший, отяжелевший камзол, он наконец протянул ладонь.       ― Ты чего сюда полез?       Ренди промолчал, так и не придумав, что сказать. Его рука была холодной, словно у трупа, а замёрзшие пальцы сгибались с трудом. В другой ладони юноша держал промокшие, свисающие бесполезными соплями бинты. Он шёл уверенно, не оборачиваясь на брата и не останавливаясь до самой двери. Тут он отпустил Мориса и, схватившись за глаз, обессиленно прошлёпал к выходу, щурясь от света и чуть пошатываясь.       ― Так, ― Морис, мокрый и хмурый, словно грозовая туча, огляделся по сторонам. ― Тут должен был ждать один скользкий тип, но что-то я его не вижу.       В ответ Файрендо лишь чихнул и начал заваливаться вбок, но удачно встретился со стеной и, придерживаясь за неё, со скоростью полураздавленной улитки двинулся в свою комнату, не соизволив даже попрощаться.       Скинув, где стоял, противно хлюпающие сапоги и раздражённо размахивая кистенем, Морис направился к себе.       "Так, переодеться, вина для согрева. И искать змеюку. Ну я тебе покажу, если кого-нибудь сожрёшь!"       Слуги торопливо разбегались с его пути, а потом с любопытством выглядывали из дверей вслед где-то насквозь промокшему, босоногому господину Морису в одной рубашке и штанах. Даже без камзола, вот срам-то! А служанки, напоказ охая и ужасаясь манерам аристократа, сей "срам" втихомолку обсуждали ещё не один день.