ТЕЛОхранитель.

В любой работе важнее всего - соблюдать кодекс этики, но необходимо ещё и рассчитывать на персональный подход - это тоже немаловажный пункт, которого хочешь не хочешь, но придерживаться будешь. Даже несмотря на то, что ты - телохранитель одного из достаточно известных актёров, прославившегося после очередной роли в неприметном по началу подростковом сериале на Netflix. По началу, всё текло ровно и без присущих многолетним тёркам измученных, прикипевших друг к другу людей, недомолвок и ошибок. Методом проб, рассекая информацию от и до, Трэвис Уиллингэм, тридцатипятилетний личный телохранитель из крупной, - почти кричащей по всему Лос-Анджелесу о своём статусе компании, - пытался найти пути приятного, уютного взаимодействия с новым клиентом. Его звали Трой Бейкер, и по началу сотрудничество оказалось неловким до потери пульса. Да настолько, что на новенького охранника господин Бейкер если и смотрел, то тут же косил взгляд в любую сторону, кроме глаз мужчины - так и выяснилось, что ему... Некомфортно. Трэвиса быстренько пригласили в главный офис компании, чтобы сообщить неприятную новость - больше Трою Бейкеру их услуги не нужны - так распорядился личный менеджер парня, и они приняли решение воспользоваться другой компанией. Честно признаться, Уиллингэма это смутило. Причем настолько, что в голову закралась стойкая чернь непонимания: какого чёрта? Он ведь и словом с ним не обмолвился, помимо мест да улиц! Максимум их взаимодействия - это открытые двери, наблюдение за Троем, - прописанное в контракте обязательное дело, - и минимум слов. Их и не требовалось - чаще всего разговоры проходили текстово, поэтому неприязнь Бейкера, а это была именно она, здесь неуместна. - Просто забей, Трэв, - говорил ему уже начальник отдела найма, - у парня Голливудская волчанка. Он сам не мыслит, наверное, чего хочет. Ты выполнял свою работу. У зазвездившихся мальчишек свои тараканы. С этим Уиллингэм был согласен - это и успокаивало. Лишь после выяснилось, спустя почти полгода, что Бейкер прибегнул к женскому полу - именно женщина стала его следующей охранницей. Не то, чтобы Уиллингэм был сексистом, но... Чуткое мужское нутро было поддето, но вскоре вновь облито густым осознанием чужой неправоты. Кому не нравится, когда ошибаются те, кто когда-то доставил уйму неприятностей? Пусть Трэвис и не вкусил каких-либо ужасных проблем от поиска нового клиента, но... - Да, он снова хочет, чтобы это были мы, - кивает менеджер охранной компании, - не поверишь, но с "Калисто" у них возникли проблемы. Не знаю, какие... Но ты снова в деле. Правда, не знаю, как Трой будет смотреть тебе в глаза. Трэвис тогда лишь усмехнулся, потирая грубую щетину. Потому что Трой не посмотрит ему в глаза. Он отведёт взгляд, понуро поправляя кожаную куртку оверсайз, висящую на худом туловище практически жалобно, а затем прыгнет в машину и замолчит до самого дома. И вновь их общение - это редкие, почти случайные переглядывания в зеркале заднего вида. Или переднего - если совсем скучно. У Троя Бейкера привычки не меняются, поэтому он вновь сидел, уткнувшись в экран смартфона и яростно кому-то строчил, оставив Трэвиса в своём мире - мире работы, усиленного контроля и пробок на одной из улиц. Ночной город пестрил рекламой, вывесками и прохладными каплями моросящего дождя - всё это добавляло ситуации какой-то нелепый драматизм и почти издевательское уныние. Поправив воротничок бомбера чёрного цвета, Уиллингэм вновь был рад тому, что завершилась его эра неприятных брючных костюмов, сковывающих движения. Мужчина был крупным и высоким - почти под два метра, с развитой мускулатурой и плотным телосложением. Оно никак не сочеталось, в его понимании, с галстуками. Сейчас на нём плотная хлопковая поло кипельно-белого цвета, чёрная куртка и привычные телу джинсы с ботинками - всё цивильно, по регламенту и без отклонений. Никто и понятия не имел, почему у Троя Бейкера возникли сомнения в работоспособности мужчины, пока тот не встретился с его служанкой, Мартой, вновь. От менеджера Троя, низкого мужчины лет пятидесяти, пришло очередное указание - ждать парня в его же доме, пока тот занят в спортзале. Далее его нужно будет отвезти на какой-то приём-вечеринку. Трэвис уселся за стойку, скорректировав высоту стула под себя, и уставился на плотненькую мексиканочку Марту. Она, как в стереотипных комедиях для семейного просмотра, работала наизнос, но чтобы оплатить своё обучение и уехать в другой штат. - Ну неужели ты не знаешь? - Марта непонимающе уставилась на Трэвиса, поднимая плотные нататуаженные брови, - не может такого быть! Троя уже не было, а его камеры не писали звук - это было просто не к чему. Уиллингэм нахмурился, качнув головой в отрицании. Признаться честно, до этого момента, до того самого возмущенно-удивлённого взгляда девушки, у него не было и единой мысли спросить об истинных причинах увольнения. - Давай уже, не юли, - вздохнул мужчина, забирая протянутую кружку с кофе, - спасибо... Марта уселась рядом и цокнула: - Не нравилось ему, что ты такой... - Ка... кой? - с непониманием протянул Трэвис, - не болтаю с ним? Он сам молчит. - В зеркало видел себя? - напыщенно фыркнув, девушка отобрала из рук телохранителя кружку и сделала глоток, - он худой и беззащитный, а ты у нас киборг-убийца! - Завидовал, что ли? - всё так же продолжил он, пожимая плечами, - это херня, Март... - Понравился ты парню! Видимо, поэтому перестал мужиков брать в охранники! Ну, что ты такой тугодум? - Он гей, что ли? Хотя... - Не знаю, никто не знает. Они тут все помешанные хрен знает на чём... Разговор, естественно, прервался; сообщение, упавшее в мессенджер Уиллингэма, гласило, что пора возвращаться за работу. - Спасибо, что поведала... - бросил мужчина, надевая куртку и слегка в смятении поджимая губы. Подумать только - просто из-за того, что... понравился? Как мужик, что ли? Какой же пиздец происходит в этом городе! Отчего-то Трэвису вновь захотелось поваляться в песочно-каменных окопах Багдада, а не сидеть в Роллс-Ройсе, в ожидании долговязого парнишки Бейкера, который, оказывается, просто неровно дышал. Но ведь не было никаких намёков, - думал Уиллингэм, заводя машину и прогревая её на парковке в здании, где занимался Трой, - он ведь просто выполнял свои предписания, следил за порядком и разведывал местность. Не давал фанаткам хватать его за руки, оберегая от травм и прочего. Никогда ему не понять людей. Никогда. А работать с ними приходится... Трой объявился у машины весь загнанный, измученный тренировкой и убитый; глаза красные, чуть ли не заплаканные, а светлые волосы с тёмными корнями разметались по голове и липли ко лбу и глазам. Он отрицательно мотнул головой, чтобы ему не открывали дверь. Он запрыгнул вперёд, рядом с Трэвисом, отчего второй некомфортно поёжился и сощурил взгляд. - К... - Домой, - не давая выговорить и слова, Бейкер прохрипел и достал из куртки пачку сигарет, тут же жадно закуривая; тонкие губы обхватили сигаретный фильтр и втянули дым, - никаких сегодня лишних лиц... - ОК. Больше Трэвис и не смог бы произнести - этого и так казалось слишком много. Светловолосый Трой выглядел практически униженным. Неизвестно, что так сильно его прибило, но настолько взъерошенным Трэвис его не видел ещё никогда. И понял, что уже где-то минуту просто его разглядывает. Полопавшиеся капилляры в огромных глазах, дрожащие губы с зажатой сигаретой и покрасневшие руки. - Твою мать, Трэвис, просто езжай! - почти проорал парень, вдруг приглаживая волосы обеими руками, - просто отвези меня домой! Уиллингэм сразу понял, что дело плохо. Трой назвал его по имени - это раз, и он сказал более двух слов - это два. Всё приобретало иной оттенок, и это неприятно сказывалось на общем состоянии охранника: тоже захотелось выкурить парочку Мальборо, выпить пару стопок текилы и забыть, что этот вечер вообще существовал когда-то. Пока они ехали, мужчина смотрел только на дорогу, совершенно не отвлекаясь на агрессивное шипение с пассажирского места, где Бейкер неумолимо строчил кому-то, он был уверен, гневные тексты. Пока всё это происходило, в голове Уиллингэма крутилась лишь одна мысль: почему он вообще показался Трою привлекательным, если это так было на самом деле? Здравая самооценка, конечно, давала ему определенные плоды. Сила? Брутальность? Да, он не брился уже с неделю и выглядел, как какой-нибудь второсортный лесоруб - не хватало лишь клетчатой рубахи нараспашку да топора поострее, но... - Тебе рассказали. Потребовалось немного времени, чтобы осознать, что вопрос был задан именно Трэвису - тот обернулся, встретившись с ярко-голубыми глазами Бейкера. Тот смотрел без укора, без злобы или чего-то такого. А вопрос ли это? Распахнутая кожаная куртка свисала с одного плеча, оголяя плечо и заставляя невольно заглянуть под другим углом. - Рассказали же... - качнул головой Трой, приоткрыв губы и щурясь. - О чём вы? - Ты. Напряжение прошлось по рукам, сжимающим руль; расстановка их сил неумолимо менялась. Ебучие жизненные шахматы - отнюдь не меньшее из зол в этой ситуации. Он ужасно не хотел обсуждать это. Необязательный унылый разговор. - О чём ты? - но спросить пришлось. Бейкер упустил дёрнувшийся уголок собственных губ; его порадовало, что мужчина назвал его без официоза. - Я попросил Марту сделать это, - рассказал Бейкер с совершенно спокойным на первый взгляд лицом, но Уиллингэм прекрасно понимал, что он сходит с ума от одной только ситуации. Всё происходило именно сейчас, именно за рулём - потому что он до ужаса, до головокружения боится признаваться в таком в бесстрессовой ситуации. Он был и не пискнул, будь они в спокойной ситуации. - Зачем? - почти галантно вопросил Трэвис, позволяя себе нахмуриться. - Ты пугаешь меня одним своим видом, - выговорил парень, ёжась на сиденье, - работать с тобой тогда стало... Невыносимо. - Я просто выполнял свою работу. Никаких предпосылок не давал. Всё по правилам. Было совершенно непонятно, кому слова давались более трудно: молодому актёру, который измучен после тренировки и, возможно, мозгоправа, или бывшему спецназовцу, а ныне охраннику, ведущему машину по ночной автостраде. - Значит, я тебя защищаю, а ты меня боишься? - почему-то решил спросить Уиллингэм. Если уж этот диалог и начался, то ему просто суждено было продолжаться, пока не закончится смена. Трой некоторое время молчал, кусая нижнюю губу и листая что-то в смартфоне, пока мужчина корректировал маршрут в объезд строящейся дороге. - Боюсь. Но не могу понять, как именно. Знаешь, это как смотреть на лезвие ножа... Красиво, но опасно. Обрезаться можно. Типа того. - Бред. Черта переступлена - дальше дороги обратно уже не будет. Если бы это было возможно, то слова неоновыми буквами мелькали бы перед глазами Уиллингэма, оповещая о том, что он попал в просак. Всё кончено, теперь лишь... - Я не гей, - спокойно сказал парень, убирая с глаз мешающие прядки чёлки, - просто ты мне понравился как мужчина. Всё. - А это не одно и то же? - Нет, твою мать... Спорить смысла не было. Уиллингэму ещё с юности казалось, что нет никакой разницы между открытым гомосексуализмом и тем, что тебя тянет к мужчинам в сексуальном плане. Мысли были странными и не хотелось гонять их в голове, но... Если говорить начистоту, то Трой Бейкер - та ещё заноза в заднице, если взять его, как отдельного человека, а не просто актёришку. Взять его... Хотелось так сильно мотнуть головой, чтобы глаза сделали в орбитах полный оборот. Парень был миловидным, приятным и обаятельным - вне всяких сомнений. Настоящий ангелок в юности и приятный молодой человек - сейчас. С тоненькими татуировками на руках, миниатюрными и едва заметными издалека, длинными пальцами и худым, но спортивным телосложением. Он, безусловно, притягивал взгляд, но Трэвису никогда не хотелось бы видеть в нём сексуального партнёра. До этого момента. - А если бы я попросил? - спросил бархатный голос совсем рядом, но в то же время - с соседнего места. Просто слова так громко и чутко ударили по ушам, что почти оглушили. Мужчина дёрнул нервно плечами и похрустел шеей. Глаза пару раз моргнули, сгоняя сонливость. Ночная дорога на пару секунд расплылась перед ними. - Нет. - Заплатил? - продолжил Трой, наращивая градус ситуации до максимума. Ещё немного, и поплавится приборная панель. - Нет. - вопреки мыслям, мужчина облизывается и щёлкает зубами. Парень, разумеется, красив: в меру женственный, но этого почти нет. Оно где-то далеко. Быть может, в изогнутых приятных губах и сладковатой улыбочке... - Шучу, расслабься... - уже тише выдал Бейкер, вдруг совершенно меняясь в лице и потухая ещё сильнее. Уиллингэм успокоился, но в голове всё ещё блуждали мысли: или вовсе не приторная женственность всему виной? А напряженные длинные запястья, играющиеся с собственным мобильником, дёргающийся от раздражения кадык, мелкие морщинки на носу, когда тот злится? Приятный мужественный голос. Сукин сын умеет околдовать. Наконец-то Уиллингэм называет вещи своими именами... Жаль, правда, что не вслух. - Останови, пожалуйста, машину... - Трой выглядел напряженным и практически расстроенным, когда заговорил, поэтому мужчина сразу выполнил его пожелание. Они прижались к обочине у спокойного района с большим парком. Вокруг, конечно, ни души - этот объезд не так популярен. Можно сказать, им почти никогда не пользовались. - В чём дело? - раз уж они научились разговаривать друг с другом, Трэвис не хотел скрытностей. Дело ведь всегда в безопасности клиента. - Я правда тебе никак не нравлюсь? - вместо объяснений спросил парень, поднимая голову и хмурясь, - то есть... Я понимаю, что ты выглядишь как... Чёртов папаша, но... - О чём ты? - Не притворяйся, Господи, - прыснув, Бейкер от отвращения поморщился, разводя руками, - серьёзно? Просто ответь на грёбанный вопрос. Злость закипела в Трэвисе так стремительно и яростно, что скрывать её было просто невозможно. Заглушив мотор, он толкнулся к спинке и повернулся корпусом к Бейкеру. Сейчас его лицо освещал только дежурный свет на крыше салона авто - и больше ничего. - Ты хочешь узнать, трахнул бы я тебя? - прыснул он, чуть наклоняя голову, - тебе это нужно? - Да. - сглотнул Трой, в момент краснея. Было видно, что он прикусил кожу во рту и уже не мог сдерживать наплыв эмоций. Не до слёз, но яростно - руки сжимались в кулаки, а дальше парень куснул костяшку на одной из ладоней. - Да. - отзеркалил мужчина, - я бы тебя трахнул, хотя бы для того, чтобы навсегда от тебя избавиться. Почему я, нахуй, вообще должен переживать на работе о том, что кто-то хочет... - Пошёл нахуй. И в один момент вся эта встряска приобрела оттенки неуместной подростковой драмы. Звенящая в отголосках матершины злоба паразитировала в салоне и мимикрировала под максимализм. Бейкер полыхал изнутри, с умирающей посекундно выдержкой буравя охранника взглядом. В голубых глазах читалась только живая ненависть и всепоглощающее желание прогрызть глотку. - Пошёл ты, - шёпотом, напряженным и лёгким одновременно, выдал Уиллингэм, - как вы, зазнайки Голливудские, меня бесите... Сигарета оказалась в зубах так быстро, что он не успел скоординировать даже своих движений: дым просквозил через зубы и ноздри, а затем мужчина глухо простонал, потирая переносицу. Забвенно наблюдая за происходящим, Трой смущённо прятал взгляд в экране мобильного телефона. - Ты сможешь сказать своим, что я не хочу с вами сотрудничать? - А почему ты не можешь? - спокойно выдохнул мужчина. Он кинул на парня один единственный взгляд глубоко-карих глаз, но тут же наткнулся на чужие - голубые и блестящие. Они умоляюще просили хоть чего-то, и всё это... - Нет оправданий. Но я могу сказать, что ты напал на меня. - О, давай только не портить друг другу репутацию... Трой хотел было вылететь из салона, но замки дверей оказались наглухо замкнуты; кнопка разблокировки была рядом с Трэвисом. И никак иначе. - Куда собрался...? В ответ - ни слова. Лишь испепеляющий взгляд, способный выжечь все эмоции до единой, но сейчас он действовал, как масло, подлитое в огонь. Несколько раз Уиллингэма просить не придётся - у него есть самоуважение, голова на плечах и собственные потребности. И сейчас ему нужно проучить парня напротив. На это он и напрашивается. Свет погасает, когда мужчина заканчивает сигарету и швыряет её за окно, тут же его закрывая; силуэты едва видны, район освещён из рук вон плохо, но это играет на нервах парнишки удивительным образом. Крепкая рука взрослого мужчины ложится на напряжённую шею молодого актёра и утягивает к себе; шорох кожаной куртки и скрипучая ткань сидений гулко отзываются в салоне. Он жмётся лбом ко лбу, горячо выдыхая на приоткрытый рот парня, отчего Бейкер моментально рассыпается в чужой хватке; громко сглатывает, пуская прохладные пальцы по груди мужчины. Впервые прикосновения ощущаются так тягуче, словно сливаются воедино и прерывают ссору на неправильной ноте. Обоим что-то нужно, но никто не знает, чем всё завершится. Жадные тонкие пальцы Троя несколько раз пробуют сжимать тело Уиллингэма сквозь плотную ткань футболки; мнут умоляюще мышцы, вымученно дрожа кончиками по выступающим едва ли рёбрам. В голове парня мутнеет. Трэвис слабо прижимает губы к губам; аккуратно проводит ими по обеим, ощущая дрожащие ладони парня уже буквально повсюду. Возбуждение преследует его, как наваждение. Оно стучится - пришло время открывать. Бейкер просит, медленно вытаскивая край футболки мужчины из-под ремня джинсов и проникая ладонями к горячему широкому телу; в его рту язык Уиллингэма скользит по зубам, коже и чужому языку. Дразнит, выводит на какой-то собачий скулёж и тянет слюну меж губ, тонкими ниточками разрывающуюся следом. - Как же я хочу тебя... - шепчет Трой, продолжая гладить спину мужчины под одеждой, начиная тянуть футболку наверх, но его останавливают. Вторая рука Трэвиса держит его затылок и жмёт ближе, до боли в челюстях; язык толкается ещё глубже, призывно и по-блядски рассмеиваясь в поцелуе. Он знал, что даже это выведет парня из себя - если не уже вывело. Он убирает с глаз Бейкера прилипшую чёлку, жадно хватает зубами нижнюю губу парня и больно кусает, заставляя его сбросить руки со своего тела. Но Трой не протестует - лишь облизывается, стягивая с себя куртку и швыряя её назад. Весь растрёпанный, покрасневший и ужасно возбуждённый. Почему-то этот вид возрождает в Трэвисе непонятную гордость. Он довёл Голливудского актёришку до состояния кипения одним только поцелуем. Какое достижение. Они смотрели друг на друга некоторое время, пока дыхание восстанавливалось до возможного для разговора уровня. - Назад. - сказал глухо мужчина. Кивнув, Бейкер едва ли смог быстро перелезть через коробку передач и оказаться сзади - на достаточно широких задних сиденьях. Трэвису было сложнее, ведь он был ещё и крупнее, но всё обошлось: Бейкер уже сидел, согнув ноги в коленки и ждал продолжения. Уиллингэм протянул к нему руку, располагаясь между худых бёдер парня и держа за край чёрной майки; губы ткнулись слепо в кадык, следом кусая кожу на шее; горячее дыхание опалило место укуса, вызывая у Бейкера слабые, скулящие стоны. Рука парня опасливо легла на ширинку Трэвиса, вопросительно проводя от и до - член мужчины уже крепко стоял, что вызвало у Бейкера неловкую, но довольную полуулыбку. Губы наконец встретились с другими, целуя медленно и чутко; спешка вдруг закончилась, уступая место аккуратным, лёгким прикосновениям. - В обморок не упадёшь? - спросил тихо Уиллингэм, берясь одной рукой за ремень в джинсах парня, - не хочу нарушать закон... Бейкер промолчал, обеими руками стаскивая с тела мужчины куртку и укладывая её под свою голову; оставив его в футболке, он не сдержался и избавился и от неё. Крепкая грудь Уиллингэма, что был старше парня чуть ли не на десяток лет, тяжело вздымалась в такт дыханию, пока всё такие же ледяные ладони Троя очерчивали какие-то собственные территории. Ответа не требовалось - сам Трэвис уже изнывал от желания, пусть и показывал это слабо - у него слишком давно не было секса, чтобы тратить время на разговоры. Но Трою требовалось знать, что всё в порядке. - Ты ведь не заставляешь себя? - глупый вопрос так же глупо повис в горячем воздухе, на что Трэвис лишь раздраженно взял парня за подбородок и навис над его ухом, кладя руку Бейкера на свой член, почти болезненно пульсирующий в джинсах. - Есть идеи...? - с усмешкой, горькой и дерзкой, мужчина медленно стащил с Бейкера джинсы с бельём, поудобнее устраиваясь меж чужих ног. Худой, но стройный и подтянутый Трой, выглядел настоящей мечтой просто многих и многих девчонок. И это грело не только в груди, но и, конечно, между ног. - Чёрт, - прикрыв глаза, Бейкер мягко целовал охраннику шею, проводя языком по солоноватой коже и оставляя после себя лёгкое покалывание, - голова кружится... Аккуратно наклонившись к парню, Трэвис провёл рукой по собственному члену, ощущая, как тот уже налился смазкой. По телу пробежала судорожная дрожь, приводя в сознание: придётся делать всё самому. Взяв парня под коленом, он потянул его на себя, сваливая на сиденье и пристраиваясь; Трой вытянулся за поцелуем, но его остановила вторая рука, схватившая за талию и резко швырнувшая на живот. Теперь Бейкер, ударившись лицом в куртку, негромко скулил в ожидании; Трэвис медленно прижал его поясницу к сиденью, заставляя выгнуться; чуть подняв майку парня, он провёл широкой ладонью по изогнутому позвоночнику. Приятный вид. Немыслимо дикий, но приятный. - Блять! - взвыл парень, когда Уиллингэм первый раз толкнулся в него, предварительно смазав слюной. Конечно, этого было недостаточно, но, судя по тому, как задрожал парень, его это не особенно волновало - он вытянул длинную руку, тронув бедро мужчины, чтобы тот продолжил. Горячо, липко и потно; крупными каплями стекая с короткой чёрной чёлки, солоноватая жидкость падала и разбивалась о мягкую кожу молодого парня; Трэвис выдохнул, слабо выстанывая, когда пришло время продолжить. Движения были плавными, медленными, но тягучими и растущими в своей тяжести с каждой секундой. Трой скулил, сжимая пальцами ткань куртки и прикусывая собственные губы, пока в него входил уже крепкий и налитый член, растягивая и заставляя замирать от новых болевых ощущений. - Твою ма-а-ать... - провыл он, ударяя рукой по замкнутой двери и крича что-то смазанное и сбитое в куртку, которую ткнулся носом, - чёрт... - Совсем больно? - спросил мужчина, медленно двигаясь и не останавливаясь ни на секунду. Бейкер жалобно проскулил снова, но вскоре смог заговорить, откинув голову: - Нет... Непривычно... Одной рукой продолжая вжимать его в обшивку, а второй убрав с его лица волосы, мужчина толкнулся в него так сильно, что Трой захлебнулся, тяжело и сбито дыша; его спина покрылась испариной - на нём можно было рисовать, как на чёртовом запотевшем стекле. Оргазм находил медленно, но невероятно оглушал любые адекватные способности мыслить. Секунда за секундой, длинная и приятная до ужаса, они заставляли мужчину стонать вместе с Троем, уже самостоятельно насаживающегося на член и просящего продолжать глухими, едва слышными слабыми словами. Без презерватива, смазки и обещаний - всё просто случилось, спонтанным порывом злости и ярости опутывая практически незнакомых людей. Просто потому. - Я всё... - дёрнувшись, Трой протяжно застонал, вытягивая руку и впиваясь кончиками ногтей в ногу мужчины. Уиллингэм, подхватив того за горло и подняв к себе, чтобы их тела оказались прижаты друг к другу, несколько раз грубо и глубоко толкнулся, но кончить в парня не смог, закончив в собственную футболку; Трой почти расслабленно улыбался, и его губы подрагивали от отступающего оргазма, пока он одевался и пытался совладать с учащённым дыханием. - Я не пошучу, если скажу, что ты лучший. - Боже... - почти фыркнул мужчина. Они одевались медленно, пока разгоряченные тела остывали. Трой пригладил волосы, следом поворачиваясь к Трэвису и облизывая губы. - Что? - спросил хрипло мужчина. - Меня тут впервые в жизни начал какой-то папарацци преследовать... по пятам. Не хочешь оказаться со мной на обложке? - И... что нужно делать? - Да ничего сложного, - цокнул Бейкер на выдохе, - поцелуй меня, когда я попрошу. - Только не меняй меня на женщину, хорошо? - усмехнувшись, Уиллингэм надел свою куртку на голое тело и склонил голову в сторону. - Да ни за что... - растянув губы в широкой улыбке, Трой мелко чмокнул губы мужчины и аккуратно куснул, - и вообще... Спасибо. Но теперь я хочу ещё больше.