Заветный

Чуя всё думал над загадкой, которую ему загадал Дазай. Думал, пока на следующий день до Мафии не дошла весть, что вообще этот самоубийца мёртв. Конечно, Накахара подумал, что это была галлюцинация, а её появление списав на обильное количество работы и кофе в своём рационе. Но как его голова смогла придумать такую загадку? Если он её и придумал, то должен знать ответ, разве нет? Тогда почему не знает? Да, Чуя помнил, что Дазай — тварь очень уж живучая. И он не раз показывал, насколько живуч. Но даже патологоанатом доказал, что Осаму не бессмертный. Конечно, грустно было, но не до слёз. Накахара ненавидел Дазая. За его манию к суициду, за его приставучесть, за его безолаберность, за его ненадёжность. Но также этот непутёвый чем-то его привлекал. Наверное, своим умом, своей удачливостью и, конечно, своей ранее подтверждённой живучестью. Ведь если Осаму жив, и ещё котелок у него нормально варит, то Йокогаме не опасен никакой Достоевский или кто там ещё. Чуя даже успел забыть об этой несостыковке, если бы не одно удивительное сообщение. От кого: Бинтованый идиот «Как дела с моей задачкой, Чиби?»

* * *

Накахара пришёл на то же место, где они с Осаму встретились в прошлый раз. Была уже ночь, поэтому на улице никого, в том числе и Дазая. Чуя нахмурился. Это точно был его бывший напарник? Рыжий достал телефон и повторно просмотрел сообщение. Да, всё верно. Мафиози оторвал взгляд от телефона и вздрогнул. Дазай уже стоял напротив него. И как он его не заметил?!       — Здравствуй, Чу-у-уенька, — довольно протянул шатен. — Как дела? Как настрое-чхи! — остаток фразы был прерван чихом. Дазай шмыгнул. — Прости, я немного приболел.       — Ты же помер, скумбрия, — немного шокировано напомнил Чуя.       — Это лишь формальность, — скучающим тоном сообщил младший. — Решил загадку? — хитро улыбнувшись, спросил он.       — У уравнения нет корней, — ответил Накахара.       — Упс! — Осаму пожал плечами. — Ответ неве-е-ерны-ы-ый-ы-ый! — детектив сделал паузу. — Давай я тебе дополню. На месте «умершего», например, я.       — Ты просто очень живуч и сбежал из морга, — пожал плечами Чуя. — Только вот скажи: зачем тебе весь этот цирк?       — Этот цирк, как ты выразился, несёт очень уж важную роль в твоей и не только жизни, — раздражённо ответил младший. — Неужели это неясно? Я хоть раз делал что-нибудь просто так?       — Очень много что, — сказал Накахара, закатив глаза. Дазай непонимающе посмотрел на Чую. — Например, вот эта твоя загадка.       — Чуя, знаешь Доппо Куникиду? — уточнил шатен. — Эдогаву Рампо? Акико Йосано? Нет? Неудивительно. А что насчёт… Юкичи Фукудзавы?       — Это директор Агентства, — уверенно ответил Чуя. — Других не знаю, — безразлично добавил он.       — А раньше знал! — Дазай хихикнул. — Они все работали в Бюро, и, конечно же, знакомы между друг другом.       — К чему это всё?       — Ну, Чиби! — воскликнул шатен, но тут же получил пощёчину. — Ау!       — Хватит меня так называть, — грубо сказал Чуя.       — Пф, бука, — обиженно произнёс Дазай. — Ты загадку отгадал? Нет. Ведь я даже ранения не получил, — Осаму кашлянул, прикрыв рот. — Ты совершил великую ошибочку! — детектив подмигнул. Рыжему стало не по себе. — Завтра можешь не приходить в офис Портовой Мафи-апчхи!       — Что, приболел? — усмехнулся Чуя. Дазай ещё раз чихнул.       — Мне вот вообще не смешно, — Осаму потёр глаза. — Мне работать надо, а тут… — Дазай замолчал, его осенило, — …это. Чёрт.       — А разве в Агентстве не считают, что ты мёртв? — уточнил Чуя. На его нос упала снежинка. — Чё за…?       — В общем, ты всё понял, — сказал Дазай. — И ещё… — снег стал подать с новой силой. — Ты можешь посоветовать какие-нибудь действующие лекарства? Я уже задолбался.       — Я почти не болею, а если заболел, то несильно, — ответил Чуя с ноткой сочувствия. Дазай, пусть и гад, но тоже человек…       — Лад-чхи! — …и тоже может болеть. — Что-то я расчихался…       — Ты меня заразишь, бинт ходячий, — мафиози отошёл от бывшего напарника. — Я лучше пойду.       — Д-да, — кивнул Осаму. — Бр-р-р, как же холодно… — Дазай задрожал.       — Холодно? — переспросил Чуя. У Осаму температура. Но это не проблема рыжего. — Сам решай свои проблемы, но больным ко мне не лезь.

* * *

Тепло. Такое родное. Давненько он такого не ощущал. Тот человек умер четыре года назад, поэтому не удавалось почувствовать такое приятное тепло. Его подняли на руки. Он уткнулся носом в чьё-то плечо и обвил шею руками. Неизвестный подхватил ноги и стал нести ношу куда-то. Найдя в себе силы, парень прошептал:       — Одасаку?