Назад в 1991

В конце концов Гарри провел в больничном крыле еще неделю. Все это время за окном мягко падал снег, превращая Хогвартс в еще более чудесное место. Стекла покрылись морозными узорами, задули декабрьские ветра. Но в помещении всегда оставалось тепло и уютно. Так что Гарри даже неплохо себя чувствовал, если бы ему не было так скучно.  Его спасали друзья и редкие визиты взрослых. Даже Снейп заходил к больным. Он принес ингредиенты для отвара из мандрагоры. Профессор делал вид, что это лишь совпадение, но Гарри замечал, как его взгляд иногда менялся, когда он смотрел на тщательно забинтованную грудь мальчика. В нем мелькало что-то смутно напоминавшее сочувствие.  К счастью, Василиск не укусил его. Дамблдор рассказал ему, что произошло после того, как Гарри отключился.  Лишь на несколько секунд директор был дезориентирован падением. Он сразу выставил щиты над ними, чтобы волшебников не завалило многотонными осколками рушащихся колон. Именно это спасло мальчика, но он неудачно отлетел из-за ударной волны и угодил прямо в пасть к Василиску. Фоукс попытался отвлечь змею. Благодаря Кингсли, которому директор перебросил меч, Василиск был уничтожен.  Так что его раны — это ядовитая кровь Василиска, попавшая на него случайно. Остальные получили лишь ссадины и ушибы.  Авроров уже отозвали обратно. Над школой больше не висел дамоклов меч в виде Наследника Слизерина и монстра из Тайной комнаты.  Парализованного Годака уже перевезли в Больницу Святого Мунго. Когда он очнется, его ждет суд. Все газеты были заполнены его колдографией. На ней Вейзи мягко плывет по воздуху в сопровождении авроров, бесцельно пялясь в потолок.  Для Гарри было большим облегчением узнать, что дела решились относительно быстро и спокойно. А сам он не пролежал в лазарете до весны, как в прошлый раз. Друзья заглядывали по несколько раз на дню. К удивлению Гарри, слизеринцы приходили так же часто, как львята.  Гермиона неожиданно нашла общий язык с Дафной. Гринграсс принесла свежие цветы, собранные в теплицах. Гермиона помогла найти вазу. Вскоре девочки вовсю болтали о магии и даже перешептывались о чем-то личном. Гермиона при этом слегка краснела и бросала быстрые взгляды на Рона.  Гарри не рассказал друзьям об их длинной и сложной истории любви. Ему не хотелось их смущать. Но он был сильно удивлен, заметив химию между ними уже на первом курсе. Гарри решил не лезть в их начинавшиеся отношения.  Перси с младшим братом часто приходили чтобы навестить близнецов. Даже слизеринцам хватило такта не шутить над ними. По крайней мере, не так часто, как обычно. Рона злили друзья Гарри с змеиного факультета, но он тоже старался держать язык за зубами. Лишь с Малфоем ему было физически тяжело находиться в одном помещении. Драко приходил чаще, чем остальные однокурсники. Он всегда по-хозяйски садился на кровать Гарри с таким лицом, словно не понимал, что вообще тут делает. Но все равно продолжал приходить. Он рассказал ему последние новости, вставляя свои фирменные ядовитые комментарии. Но это было даже забавно. Гарри осознал, что привык к этому точно также, как к нравоучениям Гермионы и шуткам Рона. Малфой стал неотъемлемой частью его жизни в Хогвартсе. У Флинта случилась настоящая истерика, когда он узнал, что его ловец тоже вышел из строя. Мало было того, что Люциан перевелся, Майлз умер, а Годак вообще оказался убийцей. Квиддичная сборная Слизерина теперь слыла проклятой.  Но капитан быстро пришел в себя, когда узнал, что Поттер восстановится к матчу Слизерин-Когтевран.  Тео и Блейз тоже заглядывали в Больничное Крыло. Иногда сзади неловко топтались Крэбб и Гойл. Парни часто устраивали скандалы с гриффиндорцами. Из-за этого Мадам Помфри нередко выставляла их за дверь.  Забини неожиданно принес для Гарри книгу «Мифы Древней Греции: Античный Магический мир». Обложка была очень красивой — ярко-синяя кожа на которой золотой краской была нарисована какая-то женщина с пышными волосами и лавровым венком на голове.   Весь следующий вечер он с интересом читал о древней магии. Оказалось на обложке была изображена великая волшебница  — Цирцея, дочь Бога Гелиоса. Он неожиданно обнаружил у себя интерес к истории Магии. Профессор Бинс отбил у него всякое желание прикасаться к учебникам по этому предмету, но обстоятельства заставили его по-новому взглянуть на него.  Гермиона забыла, как дышать, когда увидела книгу на прикроватной тумбочке. «Гарри! Она же такая редкая и дорогая! Можно мне тоже полистать пока я тут?».

***

Ночью в четверг Гарри проснулся посреди ночи. От долгого сна в горле сильно пересохло и болела голова. Гарри приподнялся на локтях, чтобы найти стакан с водой, и заметил, что больничные койки слева от него теперь не пустуют. В помещении горел свет.  На кровати у окна лежал Эдриан Пьюси. Он был похож на тень самого себя: глаза впали, кожа побледнела еще сильнее а руки безвольно лежали на одеяле. На стуле рядом с Эдрианом сидел Теренс. Он что-то борматал себе под нос и загибал пальцы. Хиггс не отводил взволнованного взгляда от друга и вздрагивал каждый раз, когда тот делал слабый вдох. Гарри не знал, что могло случиться, но вид Пьюси и странные манипуляция Теренса сильно взволновали его. Он уже собирался окликнуть его, но вошла Мадам Помфри. Она пока не заметила пробуждения Гарри и направилась прямо к койке Эдриана.  — Мадам, он не открывает глаза... и дышит очень медленно. — Кажется Теренс недавно плакал, его глаза сильно покраснели. — Успокойтесь, мистер Хиггс, я провела диагностику несколько минут назад, он в стабильном состоянии. Вот, выпейте это, — она протянула ему склянку с зельем для сна, но Теренс не шелохнулся.  Мадам Помфри гораздо мягче, чем до этого, сказала: — Мистер Хиггс, вам нужно отдохнуть. С ним все будет хорошо, я буду рядом. Теренс молча выхватил у нее зелье и сделал пару глотков. Он лег на бок, лицом к Эдриану, и закрыл глаза. Мадам Помфри удовлетворенно кивнула и стала делать какие-то манипуляции с Эдрианом. — Мадам Помфри, — тихо позвал её Гарри, — Что с ним? Целительница повернулся и поднесла палец ко рту.  — Тише, мистер Поттер, — она заботливо накрыла пледом заснувшего Теренса, — Мальчикам нужен отдых. Мистер Пьюси будет в полном порядке, уверяю вас. Гарри еще немного понаблюдал за тем, как она колдует над спящим Эдрианом и тоже уснул. Ему снился теплый майский вечер и дом семьи Уизли. Драко танцевал с Джинни, а Гарри любовался ими в стороне. 

***

Узнать, что же случилось с Эдрианом, ему так и не удалось. На следующее утро, когда они еще спали, мадам Помфри дала ему последнюю порцию целебного зелья. Она велела ему менять бинты и мазать грудь мазью. Мальчик горячо пообещал ей следовать всем указанием и наконец вышел на свободу.  Замок опустел — студенты разъехались по домам, праздновать Рождество в кругу семьи. Все друзья Гарри уехали, кроме Рона. Он и Перси остались, чтобы быть рядом с близнецами. Мистер и миссис Уизли было позволено приехать в замок на Рождество. Друзья были очень рады этой новости.  В подземельях было удивительно тепло. Гостиная была украшена ветками ели и светящимися крошечными искорками, парящими в воздухе. Гарри на несколько секунд замер, чтобы полюбоваться этим великолепием. Он заметил, что почти все слизеринцы уехали. Остались только некоторые старшекурсники, чтобы вместе готовиться к СОВ.  Их спальня пустовала. Они с Роном давно решили, что на время каникул Гарри переедет в башню Гриффиндора и займет место Невилла. Все равно Рон тоже был один в комнате.  Гарри собрал немного вещей и пошел устраиваться на новом месте.

***

Каникулы вышли потрясающими. Гарри давно так не отдыхал. В гостиной Гриффиндора ему было теперь слегка непривычно, но также уютно, как и раньше. Они с Роном не утруждали себя ничем кроме игр и полетов на метле. Вспоминали о домашней работе на каникулы они только благодаря письмам Гермионы. Она уехала с родителями в Швейцарию и обещала прислать на Рождество сувениры. Гарри был ужасно счастлив. Ему даже казалось, что его сердце вот-вот вырвется из груди от приятных эмоций и впечатлений. Только спящий в клетке Петтигрю иногда омрачал его мысли.  За день до Рождества в замок прибыла чета Уизли. Гарри, Рон и Перси встречали их в кабинете директора. С ними была маленькая Джинни. Она ужасно стеснялась Гарри и старалась не пересекаться с ним взглядом. Гарри тоже испытывал неловкость, но старался улыбаться девочке и быть дружелюбным. От этого она краснела только больше и жалась к маминой юбке.  Им выделили комнату в гостиной Гриффиндора, так что теперь Гарри чувствовал себя совсем, как в Норе. Но слишком сильно ощущалось отсутствие близнецов. Миссис Уизли сразу попросила отвести её к сыновьям, а Джинни отправила с мальчиками в гостиную.  Джинни была в восторге от всего, что видела, и чувствовала себя ужасно взрослой. Перси даже немного подобрел за каникулы и проводил для сестренки экскурсию, как делал это для всех первокурсников. Джинни немного испугалась движущихся лестниц, а выплывший из стены Пивз чуть не лишил её чувств. Но секретный проход в гостиную привел её в восторг. И то, что теперь она могла колдовать тоже.  Они провели ужасно веселый и теплый вечер. Мистер Уизли учил Джинни простым заклинаниям. Перси хвастался матери своими оценками. Рон стыдливо прятал свой табель под матрасом в спальне. Гарри ел домашние сливочные конфеты, которые миссис Уизли подарила ему, и мечтательно улыбался.  Они легли поздно. Малышка Джинни уснула прямо в кресле и Мистер Уизли отнес её в кровать. Перси ушел, как обычно, раньше всех. Он планировал дописывать какое-то эссе утром. Миссис Уизли поцеловала их обоих в макушки и потрепала за щеки.  Гарри уснул едва его голова коснулась подушки, а на следующие утро проснулся в окружении подарков. Наступило Рождество.

***

— Гарри! Гарри, просыпайся! — Рон настойчиво тряс его за плечи. — С Рождеством, дружище!  Гарри сонно потянулся и улыбнулся ему.  — И тебя, Рон! — Посмотри, какая тут гора подарков! Эти черные коробки точно от слизеринцев! Гарри надел свои очки и уставился на приличную кучу, скопившуюся у его кровати. Среди ярких оберток сильно выделялись темно-зеленые и черные коробки. Гарри улыбался и потянулся к одной из них. Тео прислал ему блокнот, который сначала напомнил Гарри дневник Реддла. Но это оказалось всего лишь записная книжка. На первой странице было написано: «Чтобы ты не забывал, когда геройствовать». Блейз прислал ему дорогие перья, которые вряд ли испортятся к концу его учебы. Миссис Уизли связала для него свитер в слизеринской расцветке. Ему показалось это очень трогательным - все же Уизли всегда были за Гриффиндор.  Джинни подарила ему трогательную открытку с одним стыдливым сердечком, зарисованным сверху облаком. Гарри спрятал её от Рона и убрал в ящик. Гермиона прислала швейцарский темный шоколад и теплые варежки. Рон подарил ему набор для ухода за метлой.  Хагрид прислал очень трогательный подарок: самодельный альбом с фотографиями его родителей. Лесничий много времени провел разыскивая их в архивах и у знакомых. Мальчик аккуратно положил его рядом с открыткой Джинни.  Наконец осталось несколько свертков: большой в серебряной подарочной бумаге и небольшая изумрудная коробочка. Гарри уже знал от кого они.  Прохладная ткань скользнула в руки. Рон удивленно ахнул. Мантия-невидимка наконец-то вернулась к нему. Теперь вечера в Хогвартсе станут интереснее.  Подарок от Малфоя сначала был непонятен для него. На черной атласной подушечке лежал браслет из серебра. Он был абсолютно гладким и казался большим. Гарри с сомнением разглядывал его. Рон поедал свой шоколад от Гермионы и тоже рассматривал подарок от Драко. Неожиданно он засмеялся. — Ну Малфой дает! — Рон подавился кусочком шоколада, — Дорогущая вещица! Хоть и бесполезная, там же только одно предложение можно написать.  Гарри ничего не понял. Он надел на руку браслет и тот моментально стал его размера. Через несколько секунд металл потеплел и на браслете появилась надпись: «Поттер — придурок».  Он засмеялся. Драко не изменял своему репертуару. Рон больше не видел браслет, после того, как Гарри надел его. Так что он сам пересказал другу послание от Малфоя.  — Гарри, напиши ему, что он похож на хорька!

***

Рождественский ужин прошел, как никогда весело. Родители Рона были счастливы снова оказаться в школе. Джинни прямо-таки лопалась от восторга. Особенно ей понравились хлопушки с сюрпризами.  Даже профессор Снейп вылез из своего кабинета и почтил их своим присутствием. Гарри даже показалось, что профессор принял душ. Его волосы выглядели намного лучше, чем обычно. Необычайно веселая Мадам Спраут даже сделала ему комплимент. Снейп поблагодарил её с наимрачнейшим выражением лица. Получился прекрасный ужин. Гарри шел с семьей Уизли обратно в гостиную и думал, какой же он все-таки везучий волшебник.  Он уже забыл про браслет, который был очень приятен к руке. Он снова потеплел и мальчик сонно потирая глаза под очками прочитал: «С Рождеством, дурацкий Поттер!» Гарри прижал большой палец к браслету и прошептал «С рождеством, Драко!»

***

На следующее утро Гарри ждал еще один сюрприз. После того, как они проводили часть семейства Уизли домой, директор попросил Гарри задержаться.  Пришло время собрать Орден Феникса. Сегодня днем они с Дамблдором пойдут в Хогсмид.  Рон был восторге. Ему тоже хотелось попасть в волшебную деревушку раньше времени. Гарри пообещал ему пробраться в тайный ход под мантией-невидимкой. Рон остался доволен.  Гарри чувствовал себя странно, идя до Хогсмида с Дамблдором пешком. Волшебник был намного выше него. Он надел светло-голубую мантию с мехом. На лице Альбуса сияла неизменная лукавая улыбка. У Гарри почему-то было странное ощущение, что он гуляет со своим отцом.  Гарри узнал, что философский камень был уничтожен за день до Рождества. Николасу Фламелю и его жене не хотелось умирать в праздник.

***

Они достаточно быстро добрались до деревни. В каникулы почти все лавочки были закрыты. По главной улице не сновали толпы веселых школьников. Только местные жители шли по своим делам. Завидев Дамблдора они останавливались и почтительно снимали головные уборы.  Они остановились у трактира «Кабанья голова». Гарри вспомнил, что им владеет Аберфорт. Интересно, братья наконец-то смогли найти общий язык? «Страшный упрямец, Гарри! В детстве он разводил коз и пытался их заколдовать. Однажды отец вышел во двор и увидел плывущих по небу парнокопытных. Магглы напечатали это в своих газетах. Но Аберфорт не бросил своих питомцев. Не зря его патронус — коза!» — этот рассказ Гарри услышал от Дамблдора по пути к трактиру. Ему показалось, что профессор рассказывает о детской шалости брата с огромной любовью.  В трактире было всего пару человек. Дамблдор сразу прошел на второй этаж. Гарри поспешил за ним. Их уже все ждали.  За длинными деревянным столом сидели участники Ордена. Гарри сразу же подошел к Люпину. Они обнялись и он почувствовал, как наворачиваются слезы. Он так скучал по доброму профессору.  Дамблдор привлек внимание собравшихся.  — Друзья, я рад, что вы нашли время собраться с нами в праздники. Давайте не будем растягивать момент приветствия и приступим к делу. Делом оказались отчеты, подготовленные аврорами. Они описывали странные случаи, произошедшие за последние полгода. Ничего, что наводило бы на мысли об активности Воландеморта и его последователей, не попадалось. Кроме случая Квиррелла, конечно.  Гарри быстро стало скучно, но он терпеливо слушал обсуждения возможных вариантов возрождения Темного Лорда. Пока все сходились во мнении, что он слишком слаб и затаился где-то. Возможно, в своем заброшенном маггловском имении.  Собрание закончилось только через пару часов. Ничего особо полезного Гарри для себя не вынес, но он был рад, что его хотя бы берут на них.  Когда все начали расходиться, Гарри подозвал Ремуса и вместе они подошли к директору. — Профессор? Мы можем поговорить о… о Бродяге?  Люпин удивленно посмотрел на него.  Дамблдор отвел их в сторону.  — Гарри, я понимаю твои чувства, — Дамблдор вздохнул, будто это тоже давалось ему тяжело, — Мне нужно время, чтобы продумать план, как твоему крестному безопасно сбежать из тюрьмы. И куда он после этого пойдет. Боюсь, нас ждет очередной скандал. Он подмигнул ему. Ремус замер не верящим взглядом смотря то на мальчика, то на директора.  — Постойте, крестный? Но ведь крестный Гарри - это… — Да, Ремус, я тебе все объясню. Дело в том, что Сириус невиновен.

***

Он вернулся в гостиную уставший, но довольный. С пакетиком сладостей из «Сладкого Королевства». Люпина очень взволновала новость, о невиновности его друга. Он горячо поблагодарил Дамблдора и куда-то убежал. Гарри был бы рад, если бы он вел у них ЗОТИ вместо Грюма. Тот постоянно орал и доводил учеников до нервной икоты.  Еще Гарри был бы рад снова обнять крестного. Воспоминания об Отделе Тайн и арке смерти до сих пор вызывали у него неописуемую боль.  Они с Роном провели вечер, разбирая колдографии Лили и Джеймса и поедая сладости, которые принес Гарри. На нескольких снимках был запечатлен Петтигрю. Плюгавенький блондин беспокойно вертелся рядом с Сириусом. Гарри замутило от этого зрелища.  Они закончили рассматривать альбом и решили лечь отдыхать. Завтра предстояло сесть за домашнее задание. Каникулы заканчивались. Скоро в замок вернутся студенты. 

***

Новый семестр начался с проверки эссе и контрольных. Студенты, привыкшие в свободный жизни за каникулы, невообразимо страдали.  Гарри был ужасно вымотан тренировками и занятиями. В тот вечер он рано пожелал всем спокойной ночи и закрыл полог. Его ужасно клонило в сон весь день, поэтому уснуть не составило труда. И тогда с ним впервые случилось это.

***

Он ужасно озяб, словно каждая клеточка тела промерзла до костей. Он думал только об одном — его предназначение умереть, чтобы умер он.  Встав на ноги Гарри почувствовал, как ужасно болел шрам и кружилась голова. Кабинет Снейпа казался незнакомым и чужим. С трудом передвигая ногами, Гарри отправился в свой последний путь. Через Хогвартс на територию и в Запретный лес.  Умирать было не больно. Гарри прекрасно помнил, как быстро зеленая вспышка ослепляет и забирает жизнь у волшебника. А потом он оказывается в чистом и спокойном месте. Это было даже не страшно. Просто ужасно печально.  Он честно пытался всех спасти. Помочь каждому погибшему от рук Реддла. И вот все опять встало на свои места. Воландеморт напал на замок, погибло много людей и теперь он ждет его в этом же лесу, как и много лет назад. Это их с Томом судьба и предназначение.  Гарри начал подниматься из подземелий. Все вокруг словно отдалялось с каждым шагом и расширялось. Гарри тяжело дышал через рот и хватался руками за стены. Его несло по инерции из коридора в коридор. Периодически он впадал в забытье и обнаруживал себя уже на пролет выше, чем он был до этого. Гарри потрогал лицо и обнаружил что оно мокрое от слез. Гарри подумал о Драко. Ему будет больно. Он услышит громкое раскатистое: «Гарри Поттер мертв!» и перестанет дышать. Сейчас Гарри надеялся, что Драко ничего к нему не чувствует. Что все это было очередным обманом и Малфой только сожмет кулаки до побелевших костяшек и продолжит жить дальше. Гарри не хотел, чтобы ему было больно. Он был ответственен за Драко и подвел его.  Гарри спустился по мраморной лестнице в вестибюль. Вокруг бегали дети с волшебными палочками на изготовке. Маги утешали друг друга, стояли на коленях у мёртвых, подавали воду. Гарри заметил Нотта, ведущего за собой девушек и малышей. Он был сердит и покрыт какой-то копотью с ног до головы.  В общем гуле Гарри не раз слышал, как его окликали, но не мог сделать усилие и повернуться. Почему-то казалось, что как только он обернётся, идти дальше он уже не сможет. На крыльце Гарри увидел Невилла и Вуда. Ребята несли маленькое тело. Это был Колин Криви. И он был мертв. Он почувствовал, как сжимается сердце. Его словно спрессовали до размера шахматной фигурки. От вида обескровленного детского лица хотелось скорее убежать. Гарри отшатнулся в сторону, давая им пройти. Невилл не заметил его, он шел с прямой спиной и смотрел прямо перед собой.  Он окликнул его. Невилл повернулся и скорбь на его лице сменилось удивлением. Вуд перехватил Колина и ушел с ним в Большой зал. — Гарри! Тебя все ищут! — он вдруг подозрительно осмотрел его с ног до головы. — Ты ведь не собираешься идти туда? — Нет, конечно, нет, —  ложь далась легко, — Я иду не за этим. Невилл, выслушай внимательно. Ты ведь знаешь о Нагайне — змее Воландеморта?  — Да, я слышал о ней... а что? — Убей её. Меч Гриффиндора появляется, когда он и правда нужен. Гарри развернулся и оставил ошарашенного Невилла позади. Недалеко от замка Гарри заметил силуэт склоненный над маленькой фигурой и сердце пропустило удар. Платиновые волосы блестели освещенный светом тысячи заклинаний. Гарри медленно приблизился к ним. Драко склонился над какой-то девочкой. — Ничего, —  шептал он, —  Все хорошо, Ребекка, я отнесу тебя в замок. — Я хочу домой, — пробормотала девочка, стеклянными глазами смотря на него. — Я хочу к маме...   — Я...Я... — Драко выглядел таким потерянным, таким несчастным.  Девочка глубоко задышала, а потом прикрыла глаза и выпустила изо рта последний клубок пара. Жизнь в ней медленно угасла. Его Малфой громко вскрикнул и стал медленно отступать назад.  Он протянул руку и положил ему на плечо. Драко вздрогнул и оглянулся.  — Что... Гарри?  Гарри прижал его к себе ,вдыхая его теплый запах. Что-то внутри окончательно сломалось, когда он почувствовал, что Драко дрожащими руками обнимает его в ответ и точно также вдыхает его аромат. Гарри немного отстранился и заглянул ему в глаза. Там было столько боли, столько любви и отчаянья, что воздух выбило из легких. Драко схватил его лицо холодными руками и прижался к его лбу своим.  Это было прощанием. Это было их последнее объятие, последние секунды вместе. — Вернись к ней, Драко. — тихо сказал Гарри. — Отнеси её к остальным. — Я не брошу тебя. — таким же шепотом ответил Драко.  — Ты всегда со мной. — Он мягко отстранился и ласково погладил его по щекам. Такой испуганный. — Так нужно. — сказал он, ни на секунду не поверив в собственные слова.  Образ Драко начал растворяться, Гарри почувствовал, как жжет глаза и как горячие слезы бегут по щекам. Гарри продолжал гладить его лицо и шептать что-то невразумительное. Неожиданно Драко начал трясти его. Его лицо стало меньше и ощутимо моложе. — Поттер! Поттер, проснись! Ты меня слышишь? —  Он настойчиво тряс его за плечи, даже не пытаясь отцепить его руки от своего лица — Гарри! Скажи что-нибудь! Говори со мной! — Это судьба. — Зашептал Гарри сквозь всхлипы и Драко пришлось приблизиться, чтобы расслышать. — Он убьет меня... Так будет каждый раз... Я... Ничего не изменить… Гарри чувствовал, как сознание покидает его и последнее, что он запомнил — расплывающееся перепуганное лицо Драко, и руки, крепко сжимающего его плечи.

***

Весь следующий день Малфой смотрел на него, как на умирающего. Он повсюду следовал за ним, не задавая вопросов.  Гарри это поведение казалось странным и раздражающим. Ну приснился кошмар человеку, с кем не бывает? Он даже толком не помнил, о чем этот сон был. Но в память отчетливо врезалась одинокая фигура Драко, склонившаяся над чьим-то телом, и их крепкие объятья.  Не наговорил ли он лишнего, пока был в помутненном сознании?  Уроки в этот день были невероятно нудными. Травология с её копанием в земле плавно перетекла в полуторачасовую лекцию от Бинса. Гарри еще раз вспомнил, почему его категорически не волновала история Магии до книги Блейза.  После обеда их ждал практическое занятие по ЗОТИ. Это был все еще любимый предмет Гарри, но манера преподавания Грюма больше раздражала, чем нравилась ему. Конечно, это не пожиратель в шкуре аврора, но сам Грозный глаз тоже не подарок.  Поттер рассеянно ковырял свой картофель и ни с кем не разговаривал. Драко в кои-то веки был занят общением с Тео. Блейз обсуждал что-то с Пэнси.  Неожиданно Гарри вспомнил об отсутствии среди второкурсников Эдриана. Перед глазами снова всплыла странная картина, которую он увидел ночью в лазарете. — Эй, Тео! — Нотт перегнулся через насупившегося Драко. — А где Пьюси? Я кажется видел его в лазарете еще до Рождества. С ним все нормально? Сидящий напротив них Грэхэм вдруг противно засмеялся. Его поддержал Перегрин и еще парочка отвратительных персонажей.  — Наконец-то и Поттер заметил! Добро пожаловать в клуб! Гарри удивленно уставился на них. Драко огрызнулся на старшекурсников и успокаивающе дотронулся до его руки. Этот жест удивил Гарри, но его уже отвлек Тео. — Прости, что раньше не сказали тебе, — сказал Тео, — Ты и не спрашивал. У Эдриана особый случай. Его отец занимается темными артефактами в Отделе тайн. Однажды он взял с собой сына на работу. Конечно, он не тащил его в самый опасный отдел Министерства. Но Эдриан все равно умудрился забежать туда, куда не стоило попадать. На нем очень темное проклятье, Гарри. Это все, что я могу сказать. Может Пьюси сам тебе расскажет подробности. Гарри в этом сильно сомневался, но промолчал. Как нелепо Эдриан получил проблемы на всю оставшуюся жизнь.  — Кстати, советую тебе сразу сообщить старшим, если увидишь его без сознания или заметишь странное поведение. Эдриан бывает… не в себе. И очень опасным.  Теперь понятно почему с ним никто не решается спорить. А стать его близким другом смог только добродушный Теренс.  Гарри решил поговорить с ними, когда предоставится возможность. Чем-то ситуация Эдриана напоминает его собственную. Мальчик, невольно ставший проклятым, приносящий боль и смерть.  Но может у него получится в этот раз жить нормально? Гарри в этом сильно сомневался.

***

Наступила весна.  Только что прошел ливень, и с начинающих наряжаться в листву веток, капала вода. Она сверкала под полной луной. За невысоким хромающим человеком по дороге плелось маленькое уродливое  существо в лохмотьях. Оно непрерывно причитало писклявым противным голосом, таща за хозяином его вещи.  — Лонни не хочет идти в этот дом, хозяин. Лонни боится, позвольте Лонни вернуться, хозяин... — Заткни пасть. —  Прохрипел из-под капюшона мантии неизвестный.  Они еще шли так некоторое время, но существо более не смело даже пикнуть.  Наконец мужчина остановился у высокой железной ограды и что-то прошептал. Простояв в тишине еще минут пять, словно ожидая ответа, он услышал короткое «войдите», произнесенное кем-то стоящим рядом с ними. Но рядом никого не было. Он подозвал своего слугу, и шагнул на совершенно сухую каменную дорожку, грязными сапогами. Никто не вышел встречать его, но он и не ждал этого.  Одна за другой открывались перед ним, вначале парадная, затем входные двери в длинные узкие помещения, которые освещались слабым светом вспыхивающих свечей. Дом был черный. И речь тут не просто о цвете, сама суть этих стен, покрытых пылью и стекающим воском, прогнила из-за хозяев обитающих внутри. И хоть дом стоит давно, еще с гоблинского восстания, приличного хозяина он так и не нашел.  Наконец, мужчина остановился напротив одной из дверей и резким движением скинул капюшон.  Он был старым и седым. Даже борода и брови выглядели так, словно его хорошенько припорошило снегом.  Выразительными были только глаза. В них плескалась такая злоба, такая ненависть ко всему сущему, что их теплый карий оттенок все равно казался черным, как смоль.  — Убирайся и не показывайся на глаза! — рявкнул он, не оборачиваясь.  Лонни пискнул и исчез вместе с чемоданом, после оглушительного хлопка.  В этот момент дверь отворилась и на него уставилась бледная суровая женщина. У нее была идеальная прилизанная прическа и дорогая мантия. В этой обстановке она выглядела лишней.  — Рубенс, здравствуй! —  Она облизала сухие губы и скривила их в подобие улыбки. — Лорд все же почтил тебя своим вниманием. Это я рассказала ему о твоем даре. Если бы не… — С дороги, Кэрроу! — Рубенс толкнул её плечом, пробирая внутрь комнаты.  Ему было все равно на эту выскочку, как и практически на всех в этом доме.  — Грубо, Рубенс, тебе стоит вести себя сдержанней! — Женщина хищно оскалилась и тяжелой походкой проследовала за мужчиной. Она достала палочку и направила ему в спину. — Алекто, не стоит докучать нашему дорогому гостю. — Глубокий стальной голос моментально остудил её пыл. К Рубенсу навстречу вышел хорошо сложенный молодой мужчина. Ростом он был чуть выше среднего, на белом лице оценивающе сверкали серые глаза, из-под темных бровей. На щеках ни капли румянца. На его лице были отпечатаны юношеская невинность и зрелая расчетливость. И он выглядел вовсе не как тот Лорд, о котором все говорили лет десять назад.  Рубенс замешкался и замер. Он не понимал, что приходит. Когда он уезжал из страны Воландеморту было за сорок. И как он вообще смог выжить в ту ночь?  — Рубенс Торнтон, рад, очень рад вашему визиту! — Мужчина улыбнулся, но в холодных глазах не появилось и тени радости от встречи. — Слышал, вы впервые за долгое время вернулись на родину. У вас, наверное, масса историй о тех местах, где немногим удалось побывать. Но нам сейчас нужно обсудить другие вопросы. Вы читали мое письмо? — Я бы не приехал сюда. — Рубенс имел привычку отвечать скоро и скомкано.  — Справедливое замечание, мистер Торнтон! — мужчина насмешливо прищурится. — Вы, наверное, устали с дороги, не желаете чаю? Собеседника ничуть не смутил такой холодный ответ, напротив в его глазах промелькнул интерес. — Нет, но присесть хочу, а то дорога у вас черти что — мешанина из грязи и дерьма.  Все в комнате на секунду замерли и Рубенс услышал возмущенный возглас Кэрроу за спиной.  — Тогда я помогу вам с чисткой одежды и мы присядем у камина, — он даже не дрогнул от грубости гостя, — Тергео! С палочки, которой мужчина не задумываясь взмахнул, сорвалось заклинание и Рубенс невольно отшатнулся.  — Теперь мы готовы. Алекто, иди к мужу, разговаривать с Мистером Торнтором я буду наедине.