Часть 10
18 июня 2023 г., 19:28
После свадьбы всё вернулось на круги своя. Олег ходил на работу и продолжал втайне ревновать своего теперь уже мужа ко всему, что движется. И так длилось до конца апреля, пока Олег, сидя в кабинете, и вновь возвращаясь ко всем разговорам по поводу сущностей, не наткнулся на одну интересную мысль. Он вспомнил о фанфиках. Не теряя времени, Волков зарегистрировался на Фикбуке и углубился в таинственный и увлекательный мир Гарри Поттера, но уже в любительском исполнении. Результат был просто ошеломляющий. Он читал до конца рабочего дня и никакие силы, земные и небесные, не могли оторвать его от этого увлекательнейшего занятия. Серёжа разволновался, не наблюдая обиженную и ревнующую физиономию Волкова в течение дня и пошел разбираться, в чем дело. Картина, представшая перед его глазами, была попросту восхитительной. Олег вновь терзал Мальвину, но уже по другому поводу:
— Как ты можешь говорить, что шипперить Гарри и Волдеморта нормально? Ты совсем идиот?
Мальвина пыхтел, краснел, но отчаянно защищал свою позицию. Баталия была исключительно словесной и успокоеный Разумовский ушёл поработать ещё.
Олег был в восхищении от фанфиков, и, читая, в какой-то мере примерял их на себя. Сам, он, естественно, был Гарри, а вот Сереже в его фантазиях была уготована роль Драко Малфоя. Разумовский вписывался просто идеально — красивый, вредный, высокомерный и язвительный. Не хватало аристократизма и чистокровности, но Олег моментально придумал для Сережи таинственную и полную опасных приключений историю, включающую в себя сооблазненую и брошенную девицу-аристократку, внебрачное дитя, мучительную смерть матери и детский дом. Фантазия Волкова била ключом, и он забыл о всех своих терзаниях. Мальвина из предполагаемого соперника перешёл в разряд союзника по увлечению. Конечно, увлечение Мальвины подогревала обещанная Разумовским двойная премия за лояльность и осознание того факта, что бить его больше не собираются. Естественно, что синеволосый омега не сообщал о своей материальной заинтересованности в данном вопросе, и Волков пребывал в счастливой уверенности, что его союзник такой же фанат Драрри, как и он. Конечно, Драрри, а, как же ещё? Все остальные пейринги подвергались конструктивной и объективной критике и признавались в корне неверными. Всё пришло к тому, что работой отдела безопасности стал заниматься заместитель Олега, Валентин Гашпаров, а сам Волков приходил для того, чтобы сопроводить Сережу и провести заседание своего клуба фанатов фанфиков, то есть просто обсудить прочитанное с Мальвиной.
Вот так, как-то незаметно, Олег и пришёл к идее начать писать самому. Толчком послужил очередной звонок Алтана и праведный гнев Сережи на этого ехидного змея, наговорившего ему, самому Разумовскому, целую кучу завуалированных гадостей. Тут-то Олег и подумал о том, чтобы побить змея его же оружием, то есть, добрым словом, которое, как всем известно, круче любого пистолета.
Кем, в понимании Олега, был Алтан (применительно ко вселенной Гарри Поттера, разумеется) сразу стало ясно — Беллатриса Лестрейндж и никаких сомнений. Даже вечно противоречащий Олегу Мальвина в данном случае сразу согласился. Кем был Вадим — вот в чем вопрос. После долгих сомнений, терзаний и дискуссий Вадим стал Хагридом — огромным, тупым и неловким. Пейринг был выбран и дело пошло.
Олег не жалел себя в битве с противником. О ремонте было забыто, на кухне поселилась еда на вынос. Правда, из лучших ресторанов города, но на суть дела это не влияло. Серёжа причитал, что Олег испортит себе зрение, таращась часами в ноутбук, но Волков был неумолим. Жажда мести подогревала его, и без того неуемное, графоманство. Вначале получалось не очень. Перечитывая свой «шедевр» Олег чувствовал, что написано как будто третьекласником, имеющим слабое понятие о литературе вообще. Но Волков был упрям. Он писал, стирал написанное и начинал сначала. Результат не заставил себя ждать — с каждым разом получалось всё лучше. По крайней мере, посвящённый во все тонкости мести Мальвина утверждал именно так. Волков даже позвонил Рубинштейну, чтобы уточнить у веселого доктора могут ли сломаные страстными объятиями ребра проткнуть сердце, и будет ли такой вариант смертельным. Доктор, похмыкав в трубку, посоветовал не злоумышлять против своего альфы и намекнул, что воспитывать ребенка, сидя в тюрьме, будет практически невозможно. Олег, не вдаваясь в подробности, объяснил, что пишет научную статью и информация нужна для проверки некоторых данных. Рубинштейн естественно не поверил, но ситуацию со сломанными от страсти рёбрами прояснил, оперируя кучей абсолютно непонятных медицинских терминов. В общем, шедевр удался и Олег был доволен сам собой. Он убивал Алтана с помощью Вадика долго и мучительно и в результате всех его стараний фанфик представлял собой причудливую смесь дамского любовного романа и протокола патологоанатома о вскрытии трупа. Дело оставалось за малым — довести до сведения Вадима и Алтана, что это милое произведение о них.
Слишком заморачиваться Олег не стал. Опять таки, с помощью верного поклонника его творчества Мальвины, он скопировал все своё произведение из «Книги Фанфиков» и отослал Вадиму, сопроводив послание разъяснительным текстом: «Это о вас. Надеюсь, понравится». Вариантов сопроводиловки была тьма, от вежливо-аристократичных до неприлично-угрожающих, но в конце долгих обсуждений решили остановиться на этом, абсолютно нейтральном.
Отправив своё творение Ваду, Олег стал напряженно ждать, мысленно перебирая варианты возможной реакции противника. Мальвина повышал градус ожидания, предлагая свои мысли по этому поводу. Через пару часов такого милого времяпровождения к ним в кабинет зашел слегка растеряный Серёжа с телефоном в руке.
— Олежа, дорогой, мне тут Алтан позвонил и долго орал в трубку. Я вообще не понял, что происходит, но, видимо, это как-то связано с тобой. Он тебя в какое-то Мунго предлагает упечь. Это что такое и где находится?
— Серый, я тебе сто раз про Гарри Поттера рассказывал, — возмущенно подскочил Олег. — Это больница в магическом Лондоне.
Волков пробежался туда-сюда по кабинету, нервно ероша волосы, потом остановился и удовлетворенно вздохнул:
— Значит, проняло гада змеючного. Небось, про отделение недугов от заклятий говорил.
— Ну да, что-то такое было, — Серёжа даже не скрывал своего удивления. — Что ты ему такое написал?
Олег, не скрывая радости, вновь уселся в кресло руководителя отдела и начал свой рассказ о борьбе с противниками, смакуя подробности и благосклонно кивая Мальвине, когда тот вносил свои пять копеек в повествование. Серёжа внимательно выслушал мужа и попросил разрешения прочесть его творение. Олег, естественно, разрешил. Поклонник эпохи Возрождения в целом и Боттичелли, в частности, не моргнув глазом, прочёл шедевральное творение своего супруга и задумался, как лучше, и, главное, покорректнее, оценить этот труд. Он вспомнил осоновополагающий принцип — чем бы беременный не тешился, лишь бы не блевал, подумал, что от Алтана не убудет и принял решение. Довольно улыбаясь во все тридцать два зуба, Серёжа заявил:
— Олежа, ты умница. Я столько лет пытаюсь допечь Алтана, но ни черта не получалось. А ты, одним своим рассказом его до истерики довёл.
— Вообще-то это называется мини, — просветил мужа Олег, развалившись в кресле и довольно жмурясь. — И раз тебе понравилось, то я еще что-нибудь напишу, чтобы окончательно его пронять.
Ответка прилетела через два дня. Вадим не стал заморачиваться с копированием текста и просто прислал ссылку на фанфик. Дрожа от нетерпения, Волков открыл фанфик и за компанию с Мальвиной принялся за чтение. Прочитанное разочаровало. Алтан не стал заморачиваться с пейрингом, чем, по мнению Олега, лишил себя половины удовольствия от творчества, и создал просто двух призраков, Слизеринца и Гриффиндорца, которые бродят по послевоенному Хогвартсу и чего-то там обсуждают. Не достигнув договоренностей, они попросту уничтожают друг друга. Все философские рассуждения призраков Олег благополучно пропустил, и из-за этого читать было просто нечего.
— Одним словом, муть, — облегченно вздохнул Волков и отправился к Сереже, чтобы вместе с ним порадоваться бесталанности Алтана.
Положа руку на сердце, Разумовский не назвал бы Алтана бездарным — его фанфик был написан в строгих традициях классицизма, где изящно завуалированные оскорбления от Слизеринца пересекались с не менее изящными размышлениями о судьбе, так рано отправившей главных героев в мир иной, от Гриффиндорца. Но напротив Сережи сидел его беременный омега и, затаив дыхание, ждал поддержки. Предать любимого альфа не мог и поэтому, собравшись с духом, соврал, глядя Олегу в глаза:
— Я и не сомневался, что этот чокнутый напишет чушь. Сплошная нудятина и никакого действия. Да и рассуждения весьма размытые.
От внимательного взгляда Разумовского не укрылось, как мгновенно расслабился и засиял Олег:
— Вот ты прав, Серый, писать он не умеет, от слова совсем. А мы с Мальвиной к следующему фанфику сюжет придумали, так что дело пойдет. Я тебе сейчас подробно расскажу.
И ведь рассказал. Вовремя вторгшийся в кабинет Мальвина, также активно помогал освещать сюжет будущего творения. В нём Алтану предстояло стать Златопустом Локонсом, влачащим свои дни в том самом Мунго. К нему приходит его бывший любовник Хагрид, но Локонс не узнаёт любимого и в ужасе выпрыгивает в окно, естественно, разбиваясь насмерть.
— Согласен, сюжет простенький, но с другой стороны, всё новое — это хорошо забытое старое, так что доработаем, добавим побольше соплей с сахаром и пойдет, — с видом знатока рассуждал Олег, развалясь на диване в кабинете и автоматически поглаживая живот. — Они нам кислую философию, а мы им — сладкую любовь.
— Ну, не настолько она и сладкая, раз закончилась смертью Локонса, — задумчиво возразил Мальвина.
— Зато Хагрид жив остался, — парировал Олег. — Но до конца своей жалкой жизни будет страдать, худеть и мучиться от воспоминаний о теле любимого на асфальте.
— А в мире магов есть асфальт? — вдруг озадачился Мальвина. Олег задумался. Серёжа с каким-то священным ужасом смотрел на двух, слегка сумасшедших, фикрайтеров, на полном серьёзе обдумывающих вопрос — есть ли асфальт в мире Гарри Поттера.
— Ладно, сделаем проще, — подытожил свои раздумья Олег. — Пусть он хлопнется о твёрдую землю и всё. Эффект будет тот же.
И автор, в сопровождении соавтора, бодро умчался в свой кабинет воплощать задумку в жизнь, оставив Сережу гадать, куда ещё занесет Олега до конца беременности.
Борьба между двумя «литературными гигантами» развернулась не шуточная. Серёжа, ранее радовавшийся новому увлечению любимого, теперь не знал, как его угомонить. Масла в огонь подлил Вадим, который признался по телефону, что ему фанфики Олега нравятся больше. Сережа дошёл до того, что позвонил Алтану и очень мягко намекнул, что сражаться с беременным омегой недостойно настоящего мужчины. На что Алтан надменно заявил, что он конечно же мужчина, но тоже омега, а беременность вообще к делу не относится.
Неизвестно, сколько бы длилось это своеобразное творческое соревнование, но жизнь внесла свои коррективы. Очередное УЗИ в исполнении доктора Рубинштейна сгубило все творческие планы Олега на корню.
