Последняя нота - тубероза

      — Те-е-ео, ты пришёл скрасить моё одиночество?        — Ты нажрался что ли? Я не понимаю! — его лицо плывёт перед моими глазами, но я отчётливо понимаю, что он зол, а сзади его злого лица мнётся чьё-то ещё, неуверенное, маленькое, напуганное лицо.       — ТЫ И ЕЁ СЮДА ПРИТАЩИЛ?! — её присутствие здесь вызывает у меня скачок первобытной злобы. Что эта катастрофа здесь забыла?       — Драко, где ты был? Почему ты напился?       — Драко? Серьёзно, Тео, Драко? Ты ошибся, твоей тряпки сейчас здесь нет. — я смотрю на него и искренне смеюсь. Принять меня за эту безвольную скотину? — Будь он здесь, то… А, впрочем, неважно. Грейнджер, вот так сюрприз! Сигаретку? Поговорим о твоей ненависти? — я искренне забавляюсь их чудной реакцией. Удивлённое, непонимающее лицо Гриффиндорки, которая упорно пытается думать, от чего меж бровей появилась морщинка.       Лицо Тео, переполненное страхом, также прекрасно. Он отчаянно пытается что-то предпринять, просчитывая ходы, но у него явно выходит не важно.       — Малфой, ты сейчас не в лучшей форме и, думаю, разговор стоит отложить до… - ох, Грейнджер, тебе лучше не злить меня сейчас, особенно после утреннего рандеву.       — Да что ты такое говоришь, Ангел мой? — я быстро подскакиваю на ноги и подхожу к ней почти вплотную. Беру один из локонов и начинаю накручивать его на палец. — Что? Страшно? Неужели боишься? Или может ненавидишь? Тогда почему ты стоишь здесь?       — Малфой, я же сказала тебе..       — О нет, Ангелок, подожди-подожди. Кажется я понял твои великие планы. Ты хочешь впутать нашего Малфоя в паутину и крутить им как тебе угодно, м? «Да, Драко, не убивай себя», «О, Драко, я тебя ненавижу»: стратег из тебя нулевой, дорогуша. Ты либо рядом со мной, либо проваливай обратно к своим дружкам остолопам, наверняка для их уровня IQ твоя стратегия покажется гениальной. Я закончил, свободна. - я наконец отпускаю её локон и, не разрывая зрительного контакта, молча приказываю ей удалиться.       И она, не смотря ни на Тео, ни на моё тело, просто уходит. А Нотт, словно отмирая, произносит:       — Дракон, что это за концерт? — он смотрит в спину удаляющейся девушки с нескрываемым шоком.       — Ты был прав, она никчёмная, она не нужна нам. Эта девчонка будет лишь путаться под ногами и тормозить всю нашу жизнь и планы.       — Какие планы? Драко не сможет простить тебя за это…       — Он уже сделал это, когда отдал мне контроль в библиотеке. Он был готов рвать на себе волосы от гнева и желал исчезнуть, а я предоставил ему эту возможность. Возможно у нас не так уж мало общего.        — Пошли отсюда, мало ли что еще произойдёт. - он кажется смирившимся. Несмотря на всю ситуацию, Тео просто выглядит опущенным в воду. Не напуганным или злым. Он начинает принимать ситуацию. Мы тихо и уверенно двигаемся по замку в сторону подземелий, в надежде, что все их обитатели уже спят, и объясняться не придется. Гостиная выглядит пустой, в ней нет привычных вечерних посиделок и тусовки. Сейчас по углам, разве что, расселась парочка студентов, занимающихся домашними работами. Мы проходим, как будто незамеченные, никто не поднимает на нас головы, никто не смотрит и не удивляется.       Я захожу в спальню, и меня встречает бардак: разбросанные по комнате книги, пергаменты, одежда. Мне определённо лень что-то говорить, выяснять или спрашивать, поэтому я одним взмахом палочки возвращаю все вещи на их законные места.       — Значит, ты тоже перфекционист. — комментарий Тео хочется пропустить мимо ушей, но я словно спичка, занесенная над спиртом, и его слова выводят меня из импровизированного спокойствия.       — Мы части одной личности, придурок. Я и есть он, просто другая его часть, созданная им самим.       — Хорошо, хорошо, я понял. И... когда ты появился?       — Когда ты съебался в закат, а Люциус решил, что Драко не хватает мужского воспитания. — смотрю прямо ему в глаза, хочу рассмотреть или откопать там насмешку, доказательство, что он знал и делал всё это специально. — Думаю, ему приходилось не очень сладко. Он нуждался в чьей-то поддержке или защите. Не знаю. Он просто разглядел меня в темноте комнаты, где был заперт, и заговорил со мной.       — Подожди, Драко видит тебя? Ты для него как отдельная личность? — сейчас Нотт не на шутку удивлён, а я от такого наплыва вопросов просто хочу закончить этот диалог и лечь в постель.       — Не знаю, обычно мы не разговариваем.       Я поворачиваюсь в сторону ванной комнаты, показывая, что диалог окончен, мне слишком надоел этот день и общение с людьми.       — Подожди, а кровать?       — Что кровать?       — Драко трансфигурирует мне стол в кровать.       — Извини, я не умею, этому он меня не научил… — я я захожу в ванную, закрыв за собой дверь.       Оставаясь один на один со своим телом напротив зеркала, у меня наконец-то появляется возможность лучше рассмотреть его. Полностью чёрный костюм контрастирует с идеально белыми волосами и кожей. На этом мертвецки бледном теле идеально всё кроме фиолетовых мешков под глазами и синего цвета линий вдоль всего тела. Вены слишком видные и яркие. Белые волосы аккуратно уложены, не спадают на лицо, лишь чуть закрывают лоб. Обладатель этого тела явно очень консервативен в одежде. Жилетка чёрного цвета, лишь на оттенок светлее рубашки, плотно обтягивает торс, рубашка же застёгнута по самое горло. Зёленый галстук лишь слегка неаккуратен и растянут, но, судя по остальному образу, это лишь легкое послабление. Пиджак, как и всё остальное, сидит плотно по фигуре, лишь слегка топорщась на спине, намекая на худобу владельца. Прямые брюки в цвет пиджака струятся по длинным худым ногам. Я аккуратно взъерошиваю платиновые волосы на голове, хочу создать хоть какой-нибудь беспорядок на этом идеальном теле. В тусклом свете ванной комнаты волосы начинают отливать серебром, становясь похожими на глаза. Глаза. Они яркие, выразительные, опасные. Стальные серые. Кажется, это моя заслуга. Четкий профиль лица, словно созданный из мрамора, линия челюсти, о которую можно порезаться, высокие скулы. Всё настолько острое, что страшно дотронуться даже ладонью. Я спешно снимаю с себя одежду, чтобы рассмотреть остальное. Я впервые почувствовал себя так близко к Драко и его тайнам. Худая длинная шея, худые покатые плечи, такая же худая, но уже более широкая грудь, довольно узкая талия. Казалось бы, всё это тело можно описать лишь словом худоба. Худые ноги и аккуратные ступни. Но это не худоба, нет, это словно высеченная из камня греческая статуя. Я аккуратно провожу пальцами по груди, иссечённой шрамами поперек. Они зажили, но белые полосы всё равно остались на месте, напоминая их обладателю (или мне?) о том, что происходило. Помимо груди эти же белые следы шрамов присутствуют на левом предплечье в районе метки, на плечах, ногах и даже спине. Как будто это тело тысячу раз разрезали и собирали воедино. Или пропустили через мясорубку.       Я наконец захожу под душ, и зеркало запотевает от пара, горячие капли приземляются на тело, одаривая его теплом, отогревая от холода улицы. Но почему-то внутри всё так же невыносимо холодно. Неужели Драко живёт с этим? Я попытался запить этот убийственный холод алкоголем, но у меня не вышло, я чувствовал лишь тепло, идущее по горлу и пищеводу. Сейчас я стою под горячей водой, но мне по-прежнему холодно. Как Драко избавляется от этого кошмара? Чего он не рассказал мне?       Вырываю себя из слишком долгих рассуждений и, обтираясь наспех полотенцем, смотрю на тумбу в поиске пижамы. Такая же чёрная и холодная. Фу. Мягкая ткань струится по телу, невесомо касаясь его. Но от холода ткани мне не по себе. Всю одежду как будто держат во льдах для заморозки. Выхожу из ванной и наблюдаю за Тео, который самостоятельно пытается трансфигурировать стол. Вмешиваться совершенно не хочется, и потому застываю в проёме, чтобы фиксировать его успехи. На третьей попытке он сдаётся и оборачивается в мою сторону.       — Хотя бы попытайся сделать раскладушку…       — Ладно. — соглашаюсь на удивление быстро, мне слишком в тягость наблюдать за этими страданиями ещё полночи.       — Кстати о планах, что за шрамы на груди у Драко?       — Пфф, это неудачное заклинание. Его бросил одногруппник в Драко, но тот парень не понимал, что оно делает. Его изобретателем оказался Снейп, он и не дал Драко подохнуть, а тому, кто кинул, и так досталось.       — Допустим я принял ответ. Мы убьём оставшихся Пожирателей.        — Что?! Ты рехнулся?       — Я планирую убить всех, кто причинял боль. Раньше я видел проблему только в убийстве Люциуса, но теперь она решена, и мои руки развязаны.       — Ты понимаешь, что это безумно опасно? Как ты выманишь их? Как ты убьёшь всех? Об этом ты подумал?       — Ммм, пожалуй, я вызову метку, они припрутся туда, и все сгорят в огне, как тебе идейка?       — Отвратительно. Спасибо за раскладушку. Я спать.       Он мигом плюхается на подобие кровати, сотворённой мной, и отворачивается к двери, не желая больше говорить. А во мне поселяется червь сомнений насчёт плана и моего посвящения Тео туда.       Я засыпаю беспокойно, не очень привычно заниматься бытовухой в его теле. Гораздо больше мне нравится резко забирать контроль, разбираться со своими делами и уходить на задний план, обдумывая дальнейшие действия. Сегодня всё было по-другому, и это дурацкое тело мне порядком надоело. Стоило мне только, наконец, задремать, но не прошло и пятнадцати минут, как я открываю глаза от подозрительного грохота и матов Тео:       — Блядский рот!       Тео лежит на той же раскладушке, только вот она начала резко трансфигурироваться обратно в стол на предательски подкашивающихся ножках. Он не успевает встать и соскочить со стола, как тот с диким грохотом ломается под его весом, а Тео оказывается на полу, лежа в обломках.       — СУКА! Сука! Сука! Мне похуй, что ты думаешь! Я перебираюсь к тебе, и мне до пизды! — разъяренный Нотт подскакивает из обломков и трёт ушибленный копчик, двигаясь в мою сторону. У меня не остаётся вариантов кроме как закатить глаза и отодвинуться к краю. Я хочу пошутить и уже открываю рот, когда Тео забирается под одеяло, но он оглушительно орёт, призывая меня заткнуться, и я поддаюсь. Надеюсь завтра вернётся Драко, и мне не придётся переживать этот кошмар снова.       Кажется, через секунду после произошедшего меня дёргают за плечо, и я рассеянно открываю глаза, спрашивая, что случилось. Надо мной навис Нотт в пижаме, который сообщает, что мы проспали, и если я не потороплюсь, то мы опоздаем на завтрак.       — На тебя это совсем не похоже, Драко.       Тео начинает искать в шкафу нужную одежду, и видимо не обращает внимания с кем, всё-таки, разговаривает.       — Потому что я не Драко, кретин.       — Ты всё еще здесь?!       — Ага. Дай мне что-то из своей одежды, носить эти костюмы просто невыносимо.       Я лениво подтягиваюсь в кровати и медленно встаю, начиная двигаться в сторону душа.       — Если ты наденешь мою одежду, нас либо опять заподозрят в гомосексуальности, либо поймут, что с тобой что-то не то. — Нотт выразительно смотрит в мою сторону, наблюдая за каждым движением, кажется, пытается провести параллели и сравнить меня с Драко.        — Мне плевать, я не надену это. Мне неудобно, и оно мне не нравится.       Скрываюсь за дверью в ванную. Хватит уже этих смотрин, чувствую себя драконом в клетке. Драконом в клетке. Иронично. Неплохая шутка для этого дерьмового утра. Надеюсь, к моменту моего выхода из ванной, Нотт уже приготовит мне что-то стоящее.       — Хорошо, вот, держи брюки, футболка и рубашка наверх. Сюда отлично подойдут кеды, но они маггловские, и это будет слишком заметно на тебе…       Тео выглядит радостным и неуверенным в своих действиях одновременно. Радостным, наверное, от того, что я решил сменить привычную классику на его стиль, а неуверенным от того, что это заметят.       — Всё круто. Скажем, что я тебе проспорил. В любом случае, признаться в том, что я не Драко, лучше, чем носить его шмотки.       Маленькое проявление доброты от меня за то, что Нотт всё-таки не такая скотина, как я о нём думал, и поделился со мной вещами. Ещё и в свет отпустит, а не оставит связанным здесь. Чёрные брюки менее официальные и более узкие чем прошлые, белая футболка и чёрная рубашка. Вот теперь всё идет как надо. Остаётся только закатать рукава и обуться. Если Драко боится показывать метку и шрамы, то я не он. Мне плевать. У этого придурка идеальное тело, которое он только уродует своей одеждой. Волосы не укладываю, пусть высохнут сами и будут такие, какие есть. Кажется, это не особо важный аспект жизни. Гораздо важнее сегодня не облажаться на уроках.       Мы с Тео быстро спускаемся по лестнице вниз, почти срываясь на бег, от быстрого набора скорости мне вдруг становится весело и, заходя в большой зал, я заливисто смеюсь. Неужели вот так легко можно почувствовать себя в порядке? Складываю руки в карманы и двигаюсь рядом с Ноттом в направлении слизеринского стола, за которым лица ещё более ошарашенные, чем у ПСов, видевшие, как я убиваю.       — Чего случилось, убили что ли кого?       Привожу их в чувства одной из своих нелепых шуток, и они, кажется, отмирают. Блейз и Пэнси косятся на Тео, пытаясь найти в нём ответы и поддержку, от чего ситуация кажется мне ещё смехотворнее.       — Драко, ты… Необычно выглядишь. — Блейз наконец находит, что мне сказать, но его вид по-прежнему граничит между непониманием и отрицанием.       — Не похоже на комплимент, давай заново.       — Вот видишь, с ним всё в порядке, наверняка просто жахнул с утра.       Пэнси улыбается и тепло смотрит на меня.       — Я рада что ты наконец-то в порядке.       — Вот такой подход я люблю. — уже пододвигаю к себе тарелку с эклерами и кружку кофе с молоком, от чего за столом проносится очередная волна удивленных взглядов.       — Ну, что ещё? — произношу, закатывая глаза.       — Ты… ненавидишь крем, сливки и вообще всё, что связано с ванилью и молоком.       Блейз недоверчиво смотрит в мою сторону, а Тео, не рассчитав сил, пихает меня локтем в ребро, от чего я давлюсь и начинаю кашлять.       — Знаешь, захотелось чего-то новенького, не всегда же воду пить.       Этот придурок начинает действовать мне на нервы, зачем он наблюдает за мной, ещё и подмечая что-то? Отстань, дай мне поесть. Если это тело требует эклеров, значит оно их получит.       Остальная часть завтрака проходит спокойно, мы беседуем, строим планы на сегодняшний вечер и постепенно расходимся на занятия. Я быстро перебираю ногами по лестнице, направляясь в кабинет истории магии. Тео обещает подойти позже, от чего возможность выбора места за мной. Выбираю первый стол у окна, там можно и послушать, что вещает профессор, и в окно поглазеть. Пора этому придурку Драко выбираться из тени. Да и пара десятков очков для его факультета не будут лишними, правда? Тео, заходящий в класс, одобряет мой выбор в отношении нашего пристанища, и занятия спокойно начинаются под монотонную болтовню преподавателя, прерываемую только скрипом пера о пергамент.       Пятнадцать баллов за одно занятие - это, определённо, успех. Я выхожу из класса, в полной готовности бежать на другие занятия, но уже в пустом коридоре слышу плач, совмещённый со сдавленным криком, прямо из женского туалета. Он кажется мне смутно знакомым, и я иду на его зов, словно загипнотизированный. Подхожу совсем близко и, прислоняясь к дверному косяку, заглядываю внутрь. Там, прямо напротив зеркала и раковины, с включенным краном стоит Грейнджер. Она рыдает и, в попытке заглушить крики, закрывает рот руками. Когда она несчастна, то выглядит даже чуточку лучше, чем обычно: волосы частично намокли, от чего ранее уложенные локоны превратились в хаотичные завитки. Рубашка выглядит слегка помятой, а складки на юбке забавно трясутся от её судорог.       Чтобы обозначить своё присутствие я легонько стучу по дверному косяку. Она поднимает глаза на зеркало и, наконец, замечает меня.       — Зачем ты пришёл сюда?! — она кричит это, смотря на меня в зеркало, от чего перед ответом я выхватываю палочку и произношу:       — Муффлиато.       — Я знаю, зачем ты пришёл. Ты хочешь меня убить или поцеловать, я не знаю. Но здесь ты именно за этим. Бери, я сломалась! Вот, я стою здесь, хочешь убить меня? Давай!       Грейнджер кричит прямо в зеркало, не делая ни шага в мою сторону. Её лицо забавно покраснело от слёз, которые продолжают течь по щекам, а тело нелепо содрогается будто в треморе.       — Золотце, если я однажды решу убить тебя, то я хочу, чтобы ты оказала мне хоть минимальное сопротивление.       Я делаю к ней несколько шагов и встаю прямо за спиной.       — А то будет совсем не интересно. — опускаю голову и произношу ей это прямо на ушко.       — Убирайся отсюда! Ты ужасен. Я пыталась выпихнуть твой образ из этого зеркала, но тут ты всё портишь и появляешься лично.       Момент. И её прорывает. Она со всей силы бьёт кулаком стекло, от чего оно трескается и разбивается, оставляя на месте моего лица дыру. А из её руки начинает сильным потоком течь кровь, на которую она не реагирует. Я резко хватаю её за талию и, разворачивая, сажаю на столешницу рядом с раковиной. Её огромные глаза в страхе округляются, а рот открывается, чтобы сказать что-то, но закрывается, не найдя и слова. Я стою напротив и, взяв её руку в свою, медленно подношу ко рту, проводя языком по струйке крови, и смотря ей прямо в глаза веду языком, доходя до раны, стараясь слизать всю кровь.       — Она слишком грязная для тебя. — она наконец подаёт голос, смотря мне в глаза. Слишком тихо говорит об этом, создавая ещё более интимную обстановку, чем была до этого.       — Скажи мне сейчас, Грейнджер. Скажи, что я ужасен. Скажи, что ненавидишь меня.       Я сжимаю её руку чуть сильнее и хватаю языком всё новые капли. Кажется, она даже перестала дышать от этого, жмётся ближе к холодной раковине, стараясь отодвинуться от меня, но глаз не открывает, смотрит, словно завороженная. А я и не думаю отстраняться. Свободной рукой медленно, одними лишь кончиками пальцев, стираю слезы на её щеках, слегка поглаживая их. От этого движения она, кажется, окончательно тает и подаётся ко мне вперёд. Ближе к моему лицу, уменьшая расстояние. Когда её лицо становится уже совсем близко, я теряюсь. «— Зачем ты делаешь это? — Ну давай, подайся вперёд. — Целуй, чёрт возьми.»       Но вслух лишь произношу:        — Тебе стоит целовать не меня, а Драко. Сделай это сегодня вечером.       И отстраняюсь, оставляя первый и последний, почти невесомый поцелуй на её ране. И ухожу прочь.