Ловушка для охотника.

Прошло несколько недель со дня знакомства Киры и Айвора. Поначалу черная грифонка опасалась лисогрифа, но вскоре поняла, что угрозы как таковой он не представляет. Но все же до конца она ему не верила и старалась с новым знакомым держать ухо востро. Кто знает, может это обманный маневр, а на самом деле где-нибудь неподалеку скрывается стая его собратьев и только ждет момента, чтобы порвать пришелицу? Поэтому она сразу же предупредила: что охотиться собирается только ночью. Самке было известно, что лисогрифы плохо видят в темноте - она же наоборот. Так у нее было преимущество: черный птицезверь заметит врагов раньше, чем они - его. И если что-то будет не так, Кира тут же успеет сбежать. Однако, казалось, намерения Айвора чисты. Он был совершенно не против поменять свой биологический ритм. С рассвета до заката они спали в пещере или под каким-нибудь деревом, а, начиная с вечера - и до восхода солнца, бродили по лесу, охотились, и вели обычный ритм жизни. Также они придумали новую стратегию добывания пищи: вначале парят в небе - и как только замечают на земле одинокую добычу, разделяются. Грифонка отправляется в засаду, место которой заранее обговорено с напарником. А Айвор же неспешно приближается к жертве, стараясь как можно сильнее обозначить свое присутствие. Неудачливый олень пугается и удирает, а лисогриф направляет его движение как раз к месту, где поджидает Кира. Она отлично видит гонимую к ней жертву - и в нужный момент делает рывок. Еще через пару минут олень мертв и можно смело вкушать его мясо. Но сначала нужно отнести в безопасное место, подальше от любителей падали. Самое близкое - это толстые ветви деревьев, куда наземные хищники не имеют доступа. Грифоны могли бы отнести обед в свою пещеру, но опасались, что запах крови привлечет вивернов, которые способны добраться до их укрытия и стащить честно заработаную добычу. Виверны - это драконы, но по размерам намного меньшие, и имеющие не две пары когтистых лап, а одну. С драконами этот вид роднит наличие кожистых крыльев, длинных когтей на лапах, змеевидная шея и хвост, ну и конечно же голова с пастью, полной острых зубов. Однако они, словно птицы, строят гнезда для жизни и проживают на острых склонах. И огонь не выдыхают. Душу Киры всё же иногда манило к одиночной жизни, она привыкла к ней. С другой стороны, чем больше она проводила времени с Айвором, тем сильнее чувствовала, что начинает отвыкать от одиночества. Жизнь обоих проходила во все той же борьбе, что и раньше, но сейчас стало как-то проще. Чувство голода стало посещать все реже, ведь они довольно быстро находили себе пропитание. *** Вот что делал тандем все лето и осень. Наступила суровая зима - со всеми ее метелями, холодами и ужасным голодом. Дело в том, что зимой почти все животные уходят в спячку, и в качестве добычи остается очень мало зверей. Остаются например, зайцы, лоси, небольшие дракончики и прочие. А единороги и пегасы, кормившие всю округу, маскируются под снег, и их с высоты не отличишь от белоснежной пелены. Мало того, зима оказалась очень ветреной - и, как следствие, очень сильно портилась видимость. Из-за ветра нельзя было летать, и обоим грифонам приходилось проходить через огромные сугробы, навстречу, леденящему все перья и шерсть, ветру. Когда же они, обледеневшие, добирались до пещеры, то мигом заваливались в нее - и падали на камни, даже уже не содрогаясь от того, что пол покрылся коркой льда. От усталости им обоим становилось все равно. Главное – крыша над головой и отсутствие ветра. Частенько он или она накрывали друг друга крыльями, чтобы согреться. Когда же буря ненадолго прекращалась, Кира и Айвор вылетали из пещеры и шли на поиски пищи. Пищу было достать очень сложно, учитывая то, что на зайцев и оленей резко возросла конкуренция. А воровать добычу у других хищников способны только падальщики. А опускаться до их уровня означает навсегда прослыть вором среди округи. А новости разлетаются очень быстро. Главные их разносчики - птицы. От голода сводило живот - и иногда Кира просто падала в снег, не в состоянии идти дальше. Айвор поднимал ее и тащил на себе, хотя и сам еле передвигал лапы. Из-за конкуренции живности в лесу стало намного меньше. То ли оттого, что популяция животных снизилась, благодаря климату и голоду, то ли потому что маленькие зверьки успевали прятаться в норы. Деревья, когда-то служившее надежным укрытием для нападения, покрылись льдом, прикрытым снегом. И теперь подобраться к зверям очень сложно. Оба грифона умерли бы этой зимой от голода, если б несколько раз судьба сама не преподносила им удачу: они находили в лесу трупы больших хищников, не переживших холодов. Мяса от них было немного, но это все же лучше, чем лишайник на пещерных камнях или кора дерева, которыми кое-как перебивались наши герои. Не успевали птицезвери расклевать падаль в те считанные минуты, как вновь поднималась пурга. И товарищи вновь шли по сугробам, но добирались до своего убежища. *** Так прошла зима. Грифоны кое-как смогли пережить ее. Температура постепенно начинала повышаться, бурь стало меньше. Из-за облаков стали выглядывать первые весенние лучи Мара. Зима так измотала наших героев, что они порой думали, что она никогда не закончится. Но все в этом мире когда-нибудь заканчивается, как хорошее так и плохое. Наверное, это самое лучшее чувство на свете - ощущать тепло на своих перьях, исходящее от Мара. Хотя температура и повышалась, ночи все равно продолжали оставаться холодными. И та лужа, что днем образовывалась возле самого входа в пещеру, ночью превращалась в лед. День за днем, наши герои могли наблюдать все больше и больше насекомых, просыпающихся после зимней спячки и с жужжанием пролетающих мимо них. Снег очень быстро таял, текли ручьи, временами встречались огромные лужи, которые Айвор в шутку называл "болотами". К началу лета они должны были высохнуть. Раньше грифонка не замечала всех красот весенней природы, ее мысли постоянно были заняты поиском пищи. До сих пор: сейчас же, когда добыча пропитания стала более легким занятием, у грифонов появилось много свободного времени, которое они проводили вместе, гуляя по окрестностям. То они лягут на опушке леса, греясь в лучах Мара, то начнут таскать друг друга за хвосты, то играть в догонялки. Но природа не всегда была такой прекрасной и доброй, как показалось бы на первый взгляд. Однажды, выискивая дичь, неожиданно Киру схватило за заднюю ногу большое зубастое растение - «клыкастый капкан», травянистое растение, живущее на земле. Питается насекомыми и мелкими млекопитающими. У него нет ни глаз, ни ушей, зато есть очень хороший нюх, а также крупные зубы и настолько же большая пасть. А хватка его всегда очень сильная. И, благодаря этой самой хватке, он и схватил грифонку, не собираясь отпускать. После столь голодной зимы ему и большое животное было по вкусу. Пусть он не съест зверя полностью, но хотя бы откусит его часть. Кира закричала. Айвор в один прыжок добрался до нее. Сначала он пытался разжать пасть растению (но не зря последнее называют капканом!). Чем больше лисогриф прикладывал усилий, тем сильнее капкан сжимал челюсти, и тем больнее было попавшейся самке. Через минуту друг понял, как победить зелёного хищника: он подлетел к «шее» растения - и, после недолгих, но упорных усилий, грифон перегрыз ее. А подруга лежала на земле. Подбежав к ней, Айвор посмотрел ей в глаза. Изумрудно-зеленые, они были полны слез, однако грифонка держалась, хотя понимала, что малейший укол боли - и она начнет плакать горькими слезами. Самец осторожно посадил ее к себе на спину и полетел в сторону пещеры. Лапа Киры оказалось сломанной, поэтому две недели лисогриф не отходил от подруги, приносил ей дичь, которую мог поймать. Через эти две недели кости срослись, но под чуть неправильным углом. Грифонка не могла долго бегать. Но она заменяла это полетами. И она была очень благодарна Айвору за то, что он не бросил ее, не оставил в том лесу. Впредь они оба были намного осторожнее и осмотрительнее. Ведь на самом деле сломанная лапа - самое меньшее из того, что может произойти на Дарк-Кэте. Можно даже сказать, что Грифе в какой-то мере повезло.