Глава 7
14 июня 2023 г., 19:00
Уён не был уверен, чего он ожидал после ухода Хонджуна, но по какой-то причине не мог сказать, что был сильно удивлён тем, как всё обернулось.
Казалось, просто всё… вернулось на круги своя. Минги и Сан, возможно, стали менее сдержаны в общении с ним, думалось ему, — они предлагали ему нежные прикосновения или сладкие поцелуи рандомно то тут, то там, или открыто трахая друг друга во всех менее уединенных местах по всему особняку — но в основном всё осталось по-прежнему. Он обнаружил, что, как и раньше, большую часть своего времени проводит с Ёсаном, даже просто отдыхая на его груди, пока тот читает или делает записи в дневнике.
— Скажи мне кое-что. — внезапно сказал Уён однажды вечером, когда Ёсан читал через его плечо, рассеянно рисуя узоры на его спине.
— Хмм… возможно, ты самый красивый человек, которого я когда-либо видел. — ответил Ёсан после недолгого размышления.
Уён фыркнул, смутившись, и легко ударил того в грудь. — Я не имел в виду говорить мне что-то такое рандомное. Это было вступление.
Ёсан захихикал, слегка прищурившись, когда на его лице расцвела улыбка. — Тогда будь конкретнее, моя любовь.
— Мы проводим много времени вместе. — продолжил Уён тоном лидера.
— Так и есть.
— До того, как я пришёл… ты проводил много времени с Сонхва? Потому что кажется, что Минги и Сан постоянно вместе, а Сонхва держится особняком.
— Ах. Немного сложная тема. — признался Ёсан, выпрямившись и отложив книгу в сторону, чтобы обнять Уёна за талию. — Когда Сонхва только обратил меня, мы проводили очень много времени вместе. В конце концов, нас было только двое. Но я считаю, что это было в основном для моего блага. Я был… совершенно без ума от него. Я всегда буду любить его… Я люблю всех вас по-разному, но тогда всё было в новинку и по-другому.
— Звучит так, словно всё изменилось. — тихо сказал Уён.
— Так и случилось, как это обычно бывает. — согласился Ёсан. — Сейчас всё по-другому, но Сонхва всегда был…
— Отстранённым? — предположил Уён.
Ёсан кивнул. — Я знал его, когда ещё был человеком. Он заботился обо мне до того, как обратил. Но даже тогда я чувствовал, что Сонхва не так связан с «здесь и сейчас», с другими людьми, как все вокруг. Мне всегда казалось, что с каждым годом в нём угасает какая-то частичка, словно часть его принадлежала прожитым эпохам. Ему было сложно полностью находиться в настоящем, когда он столько пережил. Бывали времена, когда он уходил в себя, не двигаясь, просто чтобы подумать, и дни пролетали незаметно, как будто он их не замечал. Он был внимателен к Минги, а потом и к Сану, когда они только обратились. Но я был рад утешить их, когда он не мог, и они хорошо относились друг к другу, так что в этом не было необходимости. Сонхва всё больше и больше замыкался в себе.
Уён нахмурился. — А что насчёт тебя?
— Я привык к одиночеству. Это никогда не ощущалось, как одиночество, потому что Сан и Минги всегда были здесь с распростёртыми объятьями. И если я когда-нибудь попрошу, то Сонхва примет меня. Но со временем спрашивать его становилось всё труднее и труднее, когда я понял, что на самом деле у него к этому не лежит сердце. — ответил Ёсан. — Как его… псевдозаместитель, я понимаю некоторые тяготы, которые Сонхва испытывает как глава ковена. Но я не думаю, что кто-то из нас — на самом деле никто — когда-либо сможет понять, каково это — прожить дюжину жизней в одиночестве. Более того, так долго оставаться наедине с истиной своего существования, верить в то, что он, возможно, был единственным в своем роде, верить в то, что он — монстр.
Уён не знал, что сказать, поэтому просто прошептал: — Я понимаю.
— Похоже, это был весьма окольный способ спросить меня, не раздражает ли меня твоё присутствие, или, возможно, ты крадёшь меня у Сонхва. — протянул Ёсан, ткнув Уёна в нос пальцем. — Но я обожаю твою компанию. Я обожаю тебя. Предпочитаешь ли ты, когда мы просто наслаждаемся друг другом в тишине, или ты хочешь, чтобы я трахнул тебя на любой доступной поверхности в этом доме… Я согласен расслабляться с тобой, или мы можем пристыдить Сана и Минги и показать, как громко я заставляю тебя кричать.
У Уёна перехватило дыхание, и он прикрыл рот рукой, шокированный. Если бы он умел краснеть, то покраснел бы до кончиков ушей.
Ёсан рассмеялся, отталкивая руки Уёна своим носом, чтобы целомудренно поцеловать его в губы. — Чего бы ты ни хотел, для меня это не имеет значения. Каждый момент, проведённый с тобой, прекрасен.
Уён улыбнулся, задумчиво прикусив губу. Прошло достаточно времени, прежде чем он заговорил. — Я знаю, ты говорил, что никогда не чувствовал себя одиноким, но… теперь, когда я здесь, я сделаю всё, чтобы ты никогда не ощущал одиночество, хорошо? Если тебе… нужно побыть одному, знаешь, ты можешь сказать мне, и это нормально. Но иначе я буду мучить тебя своим присутствием.
— Уён, любовь моя… я провёл более века в одиночестве. — ответил Ёсан с весёлой улыбкой, обхватив руками его лицо и проведя большим пальцем по изгибам его щёк. — Я с нетерпением жду твоей идеи о пытках.
— Вы двое отвратительны. — сказал Сан с порога, скрестив руки на груди. — Извините, что прерываю ваш сладкий момент, но здесь один из твоих фамильяров, Ёсан.
— О, хорошо. Я встречусь с ним внизу. — ответил Ёсан. Он наклонился, чтобы нежно поцеловать Уёна, следом выбравшись из-под него.
Уён не был уверен, что должен следовать за ним, поэтому просто улыбнулся и смотрел, как тот уходит. Он не сразу понял, что Сан всё ещё стоит там же как минимум минуту.
— Ты такой милый. — поддразнил он снисходительным тоном. — Он ненадолго, но если ты не слишком сильно засядешь в его заднице, то мы могли бы поиграть в Smash или что-то типа этого.
Уён закатил глаза. — Конечно, я бы с удовольствием уничтожил тебя снова.
— Я стал лучше в этом, сопляк. Я практиковался. Я заставлю тебя съесть свои слова. — прошипел Сан, глядя вслед другому, когда они отправились в игровую комнату.
— Я с нетерпением жду, когда ты попробуешь. — подстрекал Уён, подмигивая ему.
В конце концов они втянули в игру Минги, потому что он всегда был рад услужить им. Это, как и ожидалось, закончилось тем, что Уён зарубил их обоих. Когда у него хватило наглости предложить Сану придерживаться однопользовательских ролевых игр, Минги пришлось фактически стать между ними двумя и держать Сана на расстоянии вытянутой руки, чтобы он не растерзал Уёна. Он не был уверен, что на самом деле причинил бы ему боль, но он мог бы устроить ему адскую взбучку или что-то в этом роде.
Настаивая на том, чтобы они успокоились, он предложил им спуститься в общую комнату, чтобы остыть и посмотреть, чем занимаются остальные. Фамильяр Ёсана, по-видимому, давно ушёл, но они с Сонхва о чём-то говорили. Судя по выражению их лиц, это была не особо приятная тема, но когда все трое вошли в комнату, Сонхва и Ёсан улыбнулись им.
— Я чувствую некую враждебность между вами. — прокомментировал Сонхва, одаривая их хитрым взглядом.
— Просто Сан обиделся, он всё ещё не может…
— Мы не будем об этом говорить. — Минги перебил Уёна, толкнув их обоих в комнату. — А теперь идите и будьте вежливы друг с другом.
Ёсан рассмеялся. — Сан всегда был таким конкурентоспособным. Полагаю, ты просто научился нажимать на его болевые точки.
Когда он протянул руки, маня, Уён подошёл к нему, сидящему на диване, и плюхнулся ему на грудь. Минги упал в центре, Сан неохотно присоединился к нему, ничего не сказав, хотя явно хотел.
— Всё в порядке. Он тоже знает, куда нажать на мои кнопки. — поддразнил Уён, подмигивая ему из объятий Ёсана. Сан лишь ухмыльнулся, немного поведя бровью.
Они долго сидели вместе в дружеской тишине, когда Сонхва внезапно поднялся. Он что-то услышал, настолько слабое, что другие, вероятно, даже сами не заметили бы. Это был звук на самой периферии их слуха… скорее всего, они бы и не обратили на него внимания, если бы он не привлек их внимание.
— Прошу меня извинить… мне нужно кое-что сделать. Думаю, я ненадолго. — сказал Сонхва и просто вышел за дверь.
Сан заговорщически оглядел остальных в комнате. — Хм, похоже, таинственный гость Сонхва вернулся.
— Сколько прошло… месяцев? — спросил Минги.
Уён растерянно моргнул. — А?
— Мы почти уверены, что это фамильяр, которого он прячет от нас… ну, пытается, но он знает, что мы знаем. Он должен. — сказал ему Сан.
— Обычно мы просто встречаем наших фамильяров в общей комнате, они получают то, что им нужно, и уходят… или мы задерживаем их, пока они выполняют наши поручения. — объяснил Минги. —Но у Сонхва уже много лет есть один фамильяр, который настаивает на том, чтобы они встречались наедине и тайно.
— Вы… не знаете, кто это? — спросил Уён, любопытство взяло верх.
—Ты пропустил «секретную» часть? — прошептал Сан ровным тоном.
Уён почувствовал приступ смущения.
— Конечно мы знаем. — сказал Минги, закатывая глаза. — Я понял это много лет назад.
— Правда? Тогда к чему вся эта таинственность? — спросил Уён, глядя на Сана, пока тот смеялся над ним.
— Сонхва делает вид, что не знает, что мы знаем. — объяснил Ёсан. — Вероятно, в интересах своего фамильяра. Видите ли, он стал фамильяром не для того, чтобы спасти свою жизнь. Он просто сделал это ради преимуществ, которые это давало. Умеренное заживление, смягчение всех тех болей, с которыми люди привыкают жить… и замедленное старение. Он не зависим от крови, поэтому приходит и уходит, когда ему заблагорассудится. Его не было несколько месяцев.
— Хотя это кажется разумным. Желание быть фамильяром только ради выгоды. — задумчиво ответит Уён. — Я имею в виду, я удивлён, что больше людей этого не делают. Но я полагаю, что СМИ хорошо справляются с тем, чтобы это звучало так, как будто они станут… сексуальными рабами вампиров или кем-то в этом роде.
— Не говоря уже о том, что это особенно осуждается в его сфере деятельности. — добавил Минги.
Уён нахмурил брови. — Почему это?
Ёсан приложил палец к губам, как будто рассказывает секрет.
— Ну, как и Хонджун… он тоже охотник на вампиров.
***
Сонхва блуждал мыслями по сырым каменным коридорам под особняком. Он раскопал их на самый худший случай, когда им нужно будет бежать посреди дня, и они тянулись на километры в нескольких направлениях. Он знал, что человек, к которому он идёт на встречу, будет на том же месте, что и всегда. Там была комната, где сходились несколько туннелей: арки с металлическими воротами окружали её со всех сторон, каждая из которых находилась на равном расстоянии от другой. За воротами, прямо напротив него, в тени стоял человек, видимый в темноте только зоркими глазами Сонхва. — Давно не виделись, друг мой. — сказал Сонхва, подходя к воротам. — Я начал беспокоиться. — Охота заняла больше времени, чем ожидалось. — сказал ему мужчина, тоном холодным и лишённым каких-либо эмоций. — Я слышал, что вы выслеживали вампира на Тайване. — ответил Сонхва. — Ты слышал правильно. — подтвердил мужчина. — Я полагаю, у вас всё прошло хорошо? — Достаточно любезностей и светских разговоров. Ты знаешь, почему я здесь. Сонхва тихонько усмехнулся, покачав головой. Он вонзил острый ноготь в ладонь, а затем просунул руку сквозь прутья металлической решётки. — Тем не менее, со всеми этими предосторожностями. Ты уже должен хорошо знать, что можешь мне доверять. — И ты должен уже достаточно хорошо знать, что я не доверяю не тебе. — возразил охотник, приподняв бровь. Сонхва склонил голову, соглашаясь. Охотник наклонился вперёд, схватив запястье Сонхва, чтобы удержать его на месте — они оба знали, что это бессмысленно — и слизнул кровь с кожи. Когда он отстранился, вытирая рот рукой, Сонхва убрал свою. — Значит, это всё? — радушно спросил Сонхва. — Нет. Ходят слухи, что у тебя появился новый высокопоставленный фамильяр. — обвиняюще сказал охотник. — Ким Хонджун. — Ваш информатор был прав. — Сонхва спокойно признался. — Коллекционируешь охотников? — Двое — это сложно назвать коллекцией… — возразил Сонхва. — И вы двое не могли бы быть более разными. Ваши обстоятельства и личность. — Интересно, что ты так говоришь. В любом случае, я бы подумал, что один мог бы жить и умереть из-за своей ненависти к вампирам. А теперь думаю, что он желанный гость в твоём доме. — Как и ты. — заметил Сонхва. — Если бы ты принял приглашение и перестал настаивать на том, чтобы прятаться в темноте. Второй проигнорировал его. — Что случилось? Что так изменило мнение Хонджуна? — Я всегда считал, что лучшее лекарство от невежества — это знание. — ответил Сонхва. —Я показал ему правду. — И как он это воспринял? Зная, что вампиры и люди не так уж отличаются, как он считал? — спросил он. — Как он воспринял то, что худшие вампиры могут быть созданы только из худших людей? — Только лёгкий экзистенциальный кризис. Он не настолько пессимистичен и зашорен, как ты. — ответил с улыбкой Сонхва. Охотник закатил глаза. — Хонджун всегда считал, что вампиры —монстры этого мира. Я просто давно знаю, что люди такие же плохие. — Иногда мне кажется, что вы забываете, что в этом мире тоже есть порядочные люди. Как люди, так и вампиры. — Сонхва упрекнул практически ласково. — Иногда легко забыть… когда видишь, что я делаю. — охотник ответил затравленным и пустым тоном. — Мир никогда не должен был быть совершенным. Важно не позволять ужасам этого мира заглушить всё хорошее. — сказал Сонхва. — Тогда, наверное, мне повезло, что ты напомнил мне. Сонхва меланхолично улыбнулся. — Думаю, да. Охотник не ответил. После долгой паузы он откашлялся и повернулся, чтобы уйти. — Увидимся. — До следующего раза. И, если уж на то пошло. я рад видеть, что ты здоров. — сказал ему Сонхва, его взгляд был таким же серьёзным, как и его тон, когда он смотрел вслед удаляющейся спине. — Береги себя, Иден.***
База Хонджуна нечасто принимала посетителей. Лишь немногие избранные знали её точное местонахождение, и Хонджун предпочитал держать это в тайне. Охотники, по большей части, занимались бизнесом сами для себя, что делало слишком рискованным доверять кому-то, если вы действительно не знали их. И даже тогда это была та ещё азартная игра. Поэтому, когда со стороны главного входа раздались три громких удара, как будто кто-то стучал кулаком по металлу, список возможных подозреваемых был невелик. Именно по этой причине Хонджун абсолютно не удивился, увидев Идена. Он открыл дверь, приглашая своего товарища-охотника войти. — Давно не виделись, Иден-хён. Слышал ты был В Тайбее или что-то в этом роде? — Тайвань. — растерянно поправил Иден, осматривая комнату. — Точно, Тайвань. — сказал Хонджун. — Твои уши, должно быть, горели. Мы как раз говорили о тебе на днях. — Похоже, так оно и было, не так ли? — ответил со смехом Иден, оглядываясь по сторонам. — Где твоя команда? — Еда закончилась. — легко соврал Хонджун. Они получали еду, которая была практически одной и той же. — Что тебя привело сюда? Это не похоже на тебя, просто так зайти без предупреждения. — Я слышал, что ты расследуешь исчезновения в Сеуле. Хонджун нахмурил брови. — Да, я и половина охотничьего сообщества. — Впрочем, я тебя знаю. Ты как собака с костью. Не остановишься, пока не доведёшь дело до конца. — возразил Иден. Хонджун моргнул. — Я имею в виду, что так и должно быть. — Не в этом случае. — сказал ему Иден. — Это опасно. — Наша работа опасна. — усмехнулся Хонджун. — Это природа вещей. — Это другое. — сказал Иден жёстким тоном. — Если ты попытаешься залезть в эту кроличью нору, тебе может не понравиться, куда она приведёт. В его словах было что-то такое, что заставило Хонджуна прекратить спорить. — Я… буду иметь это в виду. — Хорошо. — ответил Иден. Затем, спустя время, он снова заговорил. — Я также слышал, ты стал фамильяром Сонхва из Сумеречного ковена. Глаза Хонджуна сузились. — Где ты это услышал? — Люди говорят. Хонджун нахмурился, не отвечая. — Угу. Что из этого? — Учитывая все обстоятельства, были варианты и похуже. Я бы сказал, что он был лучшим выбором. Его кровь древняя: это даст тебе максимально возможное увеличение выносливости и исцеления, и он всегда был дипломатичен с охотниками. Многие лидеры ковенов враждебно относятся к представителям нашей профессии. — сказал Иден. — Я просто удивлён, что ты вообще пошёл этим путём.Ты не казался таким. — Это был не совсем… выбор. — медленно ответил Хонджун, сбитый с толку. Иден нахмурил брови. Потом до него дошло. — Ты умирал. Вот что он имел в виду, когда сказал, что у нас разные обстоятельства. Ты… ты зависим от этого. — Да, я имею в виду. Так обычно бывает. — возразил Хонджун, уставившись на мгновение, пока до него доходили слова Идена. — Подожди. Ты? С каких пор? — Ещё до твоего рождения. — сухо ответил Иден. Хонджун пробормотал. — Подожди… что? — Ты никогда не задавался вопросом, как я мог иметь за плечами тридцать лет охотничьего стажа, но при этом не выглядеть так, будто мне больше двадцати? — Мы… азиаты…? — рассуждал Хонджун, потому что это правда, что его население имеет тенденцию стареть изящно. Иден закатил глаза. — Мне сорок три, Хонджун-а. У Хонджуна перехватило дыхание. — Что?! Это… но… — Я охотился ещё до твоего рождения, до того, как весь мир узнал о вампирах. Сонхва был первым вампиром, которого я встретил, и у меня не было причины немедленно его убить. Он познакомил меня с некоторыми людьми, которые зависели от его крови — фамильярами — и они вовсе не были сумасшедшими или безмозглыми. До него я убивал каждого вампира на своём пути. — Что изменилось? Иден фыркнул безрадостным смехом. — Он спросил меня, казню ли я человеческих убийц с той же убежденностью. Хонджун фыркнул. — Это… определённо похоже на Сонхва. — Встреча с его ковеном, безусловно, заставила меня усомниться в том, что я считал правдой о вампирах. — продолжил Иден. — Легко ненавидеть их, когда единственные, кого ты встречаешь — убийцы, когда они так отчаянно хотят жить, что будут драться с тобой зубами и когтями за это право. Сложнее обесчеловечить того, кто приглашает тебя в свой дом, предлагает тебе вино и ни разу не заставил почувствовать угрозу. — Это… тоже похоже на Сонхва. — сказал Хонджун. — А ты просто… что? Попросил его сделать тебя фамильяром? — В итоге. Это произошло некоторое время спустя. У меня было много старых травм, которые, как я знал, начнут преследовать меня. Сонхва предложил. Я долго обдумывал это, но в итоге согласился. Хонджун сглотнул. — Ты не выглядишь так, будто ты… действительно близок с ним, с ними. Иден какое-то время смотрел на него, как будто решая, стоит ли ему отвечать на этот конкретный вопрос. — Нет. Мы сохранили наши отношения строго профессиональными. Будет лучше, если мы не будем усложнять ситуацию. Хонджун нахмурился, задаваясь вопросом: может быть, у него самого был некий дерьмовый самоконтроль для охотника? — В твоём случае… — осторожно продолжил Иден, — что бы ты ни выбрал, или выбираешь… если ты делаешь выбор для себя, значит, ты сделал правильный выбор. — Ты так говоришь, как будто это не твой выбор. — Это не так… не совсем так. Тот, кому не наплевать на законопослушных вампиров, должен пользоваться полным доверием Бюро. Глаза Хонджуна сузились. — Думаешь, они запятнаны? — Я думаю, что они ищут любой предлог, чтобы разорвать Соглашение между людьми и вампирами, и инициировать полное истребление расы вампиров. — сказал Иден серьёзным тоном. — Два месяца назад, мне кажется, я мог бы сказать тебе это, и ты смирился бы с этим. Но сейчас… — Они люди. Они всё ещё люди, которыми они были раньше, когда были людьми. Это будет геноцид. Мы не можем позволить им. — Нет, не можем. — согласился Иден, бросив на него многозначительный взгляд. — Так какие-нибудь кроличьи норы тебе попадались? Лучше всего, чтобы Бюро не увидело ни их шкуры, ни волоска. Хонджун решительно расправил плечи. — Я понял. Иден кивнул и повернулся, чтобы уйти, с весёлой улыбкой рассматривая пояс с оружием, висевший у двери. — Я всегда знал, что ты будешь чертовски хорошим охотником, Хонджун-а. Но лучше знать, что ты оказался хорошим человеком. Провожая его взглядом, Хонджун задумался, что именно это значит в их профессии.***
В следующий раз, когда Хонджун вернулся к Сонхва, он был рассеянным. Вампир, казалось, сделал своей личной целью вытащить его из собственной головы, вовлекая в вежливую беседу, пока ему не удалось вытянуть из него больше, чем просто пару слов. После того, как Хонджун принял кровь Сонхва, для гарантии продолжения исцеления, он позволил вампиру выжать из себя только пару оргазмов и отсосал Сонхва, после чего велел ему поиграть с остальными членами ковена. Хонджун же просто сидел в углу на том же диване и наблюдал за происходящим. На самом деле, приятно было наблюдать, когда его тело ещё не полностью восстановилось, а мозг на этот раз даже близко не вырубился. Удовольствие скручивалось тёплым клубком внизу его живота, пока он смотрел; его желудок вздрагивал каждый раз, когда кто-то издавал особенно приятный звук, заставляя его член заинтересованно подёргиваться. Он не считал, что втиснуться между кем-либо из них было разумным поступком. Сонхва, конечно, утверждал, что он прекрасно впишется, как идеально подогнанная шестерёнка в сложной системе движущихся частей... но Хонджун знал, что это больше будет похоже на то, как если бы его пропустили через мясорубку. Один на один с Сонхва было достаточно сложно справиться. Он не был готов попробовать что-то столь же авантюрное, как Уён... хотя его образ между Сонхва и Ёсаном, несомненно, был выжжен на его сетчатке. Он вздрогнул, когда заметил, что кто-то проник в его пространство. Это был Уён, стоявший перед ним на коленях и смотрящий на него снизу вверх из-под его ног с милым, пылким выражением лица. Он подавил смешок, когда увидел, как Хонджун подпрыгнул. — Извини... просто ты выглядишь немного тоскливо здесь, в одиночестве. — Мм, всё в порядке. — пробормотал Хонджун. — Большая часть твоего ковена меня не очень любит. — Потому что ты пытался убить меня. — напомнил Уён как ни в чём не бывало. — ...ага. — Хонджун отвёл взгляд, неловко кашлянув. — Может, тебе не следует... — Ты же не собираешься причинить мне вред, верно? — спросил Уён, смерив его серьёзным взглядом. Хонджун покачал головой. — Нет. Я имел в виду то, что сказал потом. Я совершил ошибку. — Окей. — Уён нервно облизал губы, скользя руками вверх по бёдрам Хонджуна. — Итак... тогда ты всё ещё заинтересован только в том, чтобы смотреть, или я могу...? Хонджун сглотнул. — Т-только если ты этого хочешь. Уён засиял, всё его лицо засветилось. — Да. Если бы я этого не хотел, меня бы тут не было. — Верно... — прошептал Хонджун, чувствуя, как его лицо вспыхнуло, когда Уён наклонился и прижался носом к его члену, пробуя провести языком по нижней стороне. В итоге Уён взял его в рот, покачивая головой вверх-вниз, но не сводя глаз с Хонджуна, словно хотел убедиться, что ему хорошо, что Хонджун получает удовольствие. Охотник издал прерывистый вздох и откинулся назад, запустив руку в волосы Уёна. На кровати Минги проводил языком по каждому дюйму груди и живота Сана, в то время как Сонхва пригвоздил Ёсана к кровати в коленно-локтевой позе одним лишь взглядом. — Это то, что ты ищешь сегодня вечером, мой драгоценный Ёсан? — спросил Сонхва, расстёгивая ремень и быстро вытаскивая его из петель. Ёсан маниакально закивал, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть на него. — Да. Пожалуйста. — Мм, мне нравится, когда ты просишь о том, в чём так нуждаешься. — сказал Сонхва, явно подтрунивая над ним. Ёсан завёл руки за спину, к пояснице, где Сонхва обхватил их ремнём. Ёсану было немного трудно балансировать на груди, но он позволил коленям принять вес на себя, так чтобы его лицо не было полностью прижато к кровати. Сонхва затягивал ремень до тех пор, пока он сильно не впился в кожу, зная, что никакого реального вреда это причинить не может. — Возможно, внешне ты не такой нуждающийся, как Сан, Ёсан… но то, как ты жаждешь моего внимания, так восхитительно. — Он подстрекал, правда превратилась в жестокую игру в грязные разговоры. — Я считаю столь же невозможным отказать тебе, только если ты потрудишься попросить. Сонхва знал, что Ёсан хочет его больше, чем когда-либо за все эти годы. Это не меняло того факта, что он не был тем, кто протянул руку помощи первым, а Ёсан продолжал сдерживаться всё это время. Сонхва не торопился его подготавливать, зная, что это не то, чего он хочет. Когда он в первый раз проник в него, позволив члену скользнуть внутрь одним быстрым движением, он чертовски прекрасно знал, чего именно хочет Ёсан. Ёсан уже начал ёрзать на нём, когда Сонхва схватил его за бёдра, жестоко и быстро трахая. — Н-н-н, не могу припомнить, когда ты в последний раз так меня трахал... — прохрипел Ёсан через плечо. — Думаю, сразу после подписания Соглашения. — ответил Сонхва. — Никто из нас не покидал особняк в течение нескольких недель. — Больше пятнадцати лет назад? — фыркнул Ёсан. — Как время летит. — Так долго? Не может быть. — зашипел возмущённый Сонхва. — Может один или два раза с тех пор. — согласился Ёсан. — Боги. Никогда не допускай того, чтобы я позволял тебе так долго обходиться без этого... никогда больше. Какое упущение. — Всё в порядке. — ответил Ёсан, мягко и с нежным прощением. — Сан неоднократно оказывал мне помощь. — Не совсем так. — сказал Сонхва многозначительным тоном. — Нет, не совсем. — согласился Ёсан, вздрогнув, когда Сонхва провёл рукой по его позвоночнику, прежде чем схватить за волосы и сильно дёрнуть, заставляя выгнуть спину. — И что в этом такого особенного, Ёсан? — спросил Сонхва: тембр его голоса был совершенно ровным, несмотря на жёсткие, уверенные движения бёдрами. — Т-ты был тем, кто обратил меня. — Ёсан задыхался. — Бывают моменты, когда кажется, что у тебя есть полная власть надо мной и при желании ты мог бы меня просто развоплотить. — Избавься от этой мысли. Даже если бы это было в моих силах, я бы и думать об этом не стал. — мягко упрекнул Сонхва. — Но ведь речь идёт не о том, что бы я сделал, верно? Ёсан качнул головой так сильно, как только смог, когда Сонхва так страстно вцепился в его волосы. В конце концов, он отпустил его только для того, чтобы обеими руками перевернуть на спину, даже не отстраняясь и не прерывая ритм. Это было неудобно — то, как его вынудили выгнуть спину над собственными связанными руками, но непристойный угол, под которым он оказался, видимо, нравился его старшему, так что он не стал жаловаться. Сонхва продолжал безжалостно трахать его, не отрывая глаз от Сана, который лежал на спине чуть дальше на кровати. Минги стоял на коленях перед ним на полу, вылизывая его так, словно это была его последняя трапеза, в то время как Сан извивался и корчился под его ласками. Прошло совсем немного времени, прежде чем он задрожал и кончил на себя со стонами и рычанием. Минги был счастлив убрать этот беспорядок на его животе, вылизывая каждую каплю. Это навело Сонхва на идею. — Хм, твой рот выглядит совершенно незанятым, Ёсан. — протянул Сонхва, словно это было самое прискорбное, что можно себе представить, и грубо прижал два пальца к языку другого. — Какая досада. Уён? В другом конце комнаты Уён с непристойным звуком оторвался от члена Хонджуна. — Иду! Он подмигнул Хонджуну и мягко шлёпнул его по бедру, следом вставая и возвращаясь к кровати. Охотник, вероятно, был бы чертовски зол, если бы не увидел, как тот толкнул Сана локтём и направил в его сторону. По крайней мере, он был достаточно предусмотрителен, чтобы сделать это. — Да, иди сюда, любимый. — прошептал Ёсан, призывая Уёна встать на колени над ним на кровати. Новообращённый послушно сделал это, застонав, когда Ёсан сделал именно так, как предложил Сонхва, и использовал свой рот по назначению. Внимание Хонджуна отвлеклось от троицы на кровати, когда к нему подошёл Сан с самодовольной ухмылкой. — Мм, не так уж часто мне удаётся поиграть с охотником. — проворковал Сан, слегка раздвигая колени Хонджуна, чтобы удобно устроиться между ними. — Не так уж часто мне приходится быть рядом с такими милыми вампирами. — Хонджун откинулся назад, приподняв бровь. — О-о, лесть приведёт тебя со мной куда угодно. — пропел Сан, обхватив рукой скользкий от слюны член охотника и дважды проведя вверх-вниз на пробу, оценивая его реакцию. Ухмыляясь, он сомкнул губы вокруг него, опускаясь сначала медленно, а потом взяв всё сразу. Хонджун застонал, откинув голову назад, но вздрогнул от неожиданности, когда крупная фигура приземлилась на диван рядом с ним, не заботясь о его личном пространстве. — Я тут только для того, чтобы посмотреть. — сказал Минги стальным тоном, не сводя с него пристального взгляда. — Понятно. — пробормотал Хонджун, хотя его глаза не могли не блуждать по нему. У Минги было великолепное тело и великолепный член. — М-м, впечатляет, не так ли? — понимающе спросил Сан после того, как оторвался от Хонджуна с непристойным хлопком. — Мне вообще-то нравится быть сверху, но, боже, это кажется пустой тратой времени, когда его член выглядит так, верно? Хонджун кивнул, сглатывая. Последовал удар, когда Сан снова выбил землю из-под его ног, заставив слегка вздрогнуть. — М-можно? — это вылетело из его рта прежде, чем Хонджун успел опомниться, уже нерешительно протягивая к нему одну руку. Минги сузил глаза, смотря на охотника. — Ты хочешь отсосать вампиру? — Ты будешь не первым. — язвительно хмыкнул Хонджун, заслужив фырканье от Сана, когда он снова отстранился. — М-м, давай, Минги, я хочу посмотреть, как он подавится этим. — сказал он с радостной улыбкой. Минги ответил не сразу. — Что, боишься, что я тебя укушу? — протянул Хонджун, ухмыляясь. — Ты можешь попробовать всё, что хочешь, с этими своими жалкими человеческими зубами. — сказал Минги, словно бросая ему вызов. Он схватил Хонджуна за подбородок, запрокидывая его лицо вверх, пока их взгляды не встретились. — Просто помни, что мои намного острее. Хонджун проглотил любой умный ответ, который мог бы придумать, потому что на самом деле это того не стоило. Минги и так не доверял ему… не нужно было навлекать на себя ещё больший гнев. Через мгновение Минги отпустил его. Хонджун хотел наклониться вперёд, но прежде чем он успел, Минги переместился так, что встал на одно колено на диване, а вторая нога стояла на полу. Их разница в росте была такова, что хоть Хонджун и сидел перед Минги, стоявшим на коленях, пупок вампира находился практически на уровне его глаз. Не то чтобы Хонджуну нравилось быть маленьким, но тогда это казалось опьяняющим. Он поднял одну руку, чтобы обхватить его у основания, обнаружив, что кончики его пальцев едва касаются большого пальца. Конечно, у него были маленькие руки, но и Минги не был обделён в обхвате. Хонджун сглотнул. — Передумал? — спросил Минги, и он мог бы счесть это подстрекательством, если бы не поднял глаза и не увидел, что вампир выражает что-то вроде настороженности. Он вовсе не дерзил или был самодовольным, хотя имел на это полное право. — Нет. — прохрипел Хонджун: его голос немного оборвался, когда Сан опустился полностью и сделал что-то особенное греховное своим языком. Он задрожал, когда Сан наклонился и облизал член, а затем взял его в рот, понемногу лаская языком. Сан немного отвлёкся, наблюдая за ними и не выкладываясь полностью. Он с предвкушением смотрел, как Хонджун пытался взять глубже, но его горло протестовало. Он немного отстранился, прежде чем успел задохнуться, и перевёл дыхание. — Тебе необязательно брать его до конца. В отличие от нас, тебе нужно дышать. — сказал ему Минги с едва заметным смешком. Хонджун лишь бросил на него вызывающий взгляд, в котором было столько же решимости, и попытался снова. — Ладно, ладно, я не сомневаюсь в твоих способностях. — настаивал Минги, качая головой и запуская руку в волосы Хонджуна. — Нет ничего страшнее охотника, которому есть что доказать. Сан оторвался с непристойным звуком, приподняв бровь. — И ничего сексуальнее тоже. Хонджун издал тихий звук, когда снова опустился, с трудом преодолев две трети, пока не почувствовал, как его горло протестующе сжимается. — Ты слишком напряжён. Ты думаешь об этом в своей голове. — прошептал Минги без злобы. — Послушай, просто расслабься. Я не собираюсь сидеть здесь и специально заставлять тебя задыхаться. Хонджун хмыкнул, расправив плечи, и выпустил длинный вдох через нос. Он открыл рот шире, заставляя горло раскрыться, и попытался насадиться как можно глубже. Однако тело воспротивилось, и ему пришлось отстраниться, когда у него начался рвотный рефлекс. — Стой, стой. — сказал Минги, проводя по щеке Хонджуна. Сан практически замер на коленях Хонджуна, медленно поглаживая его, но не настолько, чтобы отвлечься. — Твоя челюсть всё ещё напряжена. Расслабься. Пусть твой рот будет открыт, не напрягай язык. — Хонджун подчинился, Минги сразу же почувствовал перемену. — Вот и всё. Теперь просто дыши. Дай мне сделать всю работу. Хонджун сделал всё возможное, чтобы сосредоточиться на своём дыхании и постараться не подавиться. Минги двигался медленно, просто покачивая бёдрами в размеренном темпе, даже не погружая его до конца. Всякий раз, когда он входил чуть глубже, чуть дальше, Хонджун чувствовал, как его горло трепещет и сжимается. Он сжимал руки в кулаки, пока это чувство не прошло, пока он не смог взять его полностью, не испытывая желания подавиться. Руки Хонджуна переместились на бёдра Минги, обхватив их сзади, чтобы удержаться. Это было много, так много, но если бы он отдался этому, то мог бы почувствовать, как его тело расслабляется. Он и представить себе не мог, что когда-либо сможет быть таким расслабленным среди вампиров, так доверять им, но это был ковен Сонхва. В глубине души он знал, что они не представляют для него угрозы. Минги рукой зарылся в волосы Хонджуна, нежно удерживая его, словно он боялся, что любой силы будет слишком много, чтобы использовать её против такого человека, как он. Однако охотник хотел, чтобы тот попытался, хотел раздвинуть границы своей физиологии... хотел доказать, что он способен на гораздо большее, чем они думали. Хонджун издал нуждающийся звук вокруг члена Минги, который застрял в его горле, и посмотрел вверх с выражением, которое, как он надеялся, передавало именно эту мысль. Он не был полностью уверен. Минги усилил хватку, но лишь ненадолго, прошипев себе под нос проклятие. — Господи, ты нетерпелив, да, сладкий? Он заскулил, но на этот раз из-за того, что Сан опустился вниз полностью, видимо, ему надоело не выкладываться на полную. Хонджун чувствовал, как его внимание ослабевает, как его горло протестует слишком сильно, а челюсть сжимается. Минги заметил это, и вытащил большую часть члена, чтобы он мог отдышаться и насладиться им, сильно не отвлекаясь. Ласки Сана заслуживали всего его внимания, какими бы великолепным они ни были. Он попытался разделить своё внимание, действительно пытался... проводя языком по нижней стороне члена Минги, затем немного отстранившись, чтобы пососать головку. Но Сан делал что-то грязное, Хонджун даже не знал, что именно, но это было уже слишком, и он отстранился, задыхаясь и чувствуя, что кончает. Руками он нащупал спинку дивана, впиваясь в изогнутые деревянные акценты, извиваясь и непристойно выгибая спину. Минги закусил губу, наблюдая за ними двумя, поглаживая свой член в такт покачиванию головы Сана. — Куда ты хочешь, чтобы я сделал это, сладкий? — спросил Минги тихим, хриплым голосом, ускоряя темп. Хонджун издал невнятный звук, который мог быть словом, и, возможно, Минги понял его, потому что не прошло и минуты, как он кончил Хонджуну на грудь, создавая беспорядок вплоть до шеи. Секунды спустя он с напряжённым криком кончил в горло Сана, сильно выгибаясь. Сан принял всё это с удовольствием, а затем имел наглость оторваться и наклониться, чтобы вылизать торс другого дочиста. Грудь Хонджуна вздымалась, когда он смотрел, как Сан проводит по нему языком: горячий взгляд его глаз каким-то образом одновременно и насыщал, и вызывал голод. В конце концов, Сан отстранился и вытер рот тыльной стороной ладони, вставая и ухмыляясь. — М-м, я мог бы привыкнуть видеть тебя таким разбитым и податливым, мальчик-охотник. Он наклонился и подарил Хонджуну абсолютно грязный поцелуй, делясь его вкусом и вкусом Минги с охотником . Через мгновение он отстранился и подмигнул, следом направляясь к кровати. Хонджун издал сдавленный стон. Ему потребовалось некоторое время, чтобы заговорить, а когда он всё-таки заговорил, его голос был абсолютно надломлен. — Вы все станете моей смертью. Минги усмехнулся, усаживаясь на диван рядом с Хонджуном. — Я не знаю. Судя по тому, что я слышал, ты всегда был безрассудным. Думаю, ты привёл всё безрассудство вместе с собой. Хонджун фыркнул и толкнул лицо Минги, после чего они вместе рассмеялись. — Я хотел бы подать официальный протест. — вскрикнул Сан, подходя к кровати. — По какому поводу? — сухо спросил Сонхва, всё ещё трахая Ёсана с абсолютной развязностью, в то время как Уён извивался сверху. — Все в этом ковене, кроме меня, трахали Уёна. — произнёс Сан обиженно. — А ты не пробовал попросить по-хорошему? — возразил Сонхва мелодичным тоном. Сан вздохнул. — Уён, можно ли убедить тебя отказаться от — по общему признанию, фантастического — рта Ёсана, ради того, что, как я обещаю, будет не менее захватывающим? Ёсан перестал двигаться, но мозг Уёна всё ещё медленно соображал. Он моргал несколько долгих секунд, глядя на Сана, прежде чем окончательно пришёл в себя. — Что? Я... конечно, я думаю, да. Сан издал что-то похожее на восторженный писк, забравшись на кровать позади него и откинувшись назад ровно настолько, чтобы оказаться над головой Ёсана. Ёсан смотрел на него с абсолютно вытраханным выражением лица: веки его трепетали каждый раз, когда бёдра Сонхва встречались с его бёдрами. Ёсан уже поработал с ним своим языком, поэтому Уён был податлив под прикосновениями Сана, когда тот схватил смазку и на всякий случай потрогал его пальцами. Он смазал себя, прежде чем войти внутрь, притягивая бёдра другого вплотную к своим без колебаний и предисловий, что вызвало у него сладкий, сдавленный вздох. — Я не помню, чтобы говорил тебе перестать использовать свой рот, Ёсан. — сказал Сонхва опасным тоном. Ёсан издал тихий звук и с немалым усилием приподнялся на связанных руках, откинув голову назад и взяв член Уёна в рот. Это было непристойно, это было практически прелюбодеяние, но он сделал это, вырывая ещё один прекрасный звук из уст Уёна, когда он провёл по нему языком. В итоге, он просто держал язык неподвижно, позволяя толчкам бёдер Сана и Сонхва в тандеме заставить Уёна глубже проникать в его рот. Это сводило его с ума, звуки, которые они издавали, смешивались с его собственными, пока он извивался в своей слишком сложной позе, преследуя своё собственное удовольствие, но зная, что, прежде всего, он хочет доставить его первым. Он не осознавал, что ждёт разрешения кончить, пока Сонхва не смилостивился над ним, благоговейно проведя рукой по его торсу, при этом движения его собственных бёдер ни разу не изменились. — Следуй за нами, Ёсан. — всё, что он сказал. Ёсан выгнулся ещё сильнее и издал приглушённый стон вокруг члена Уёна, кончая на себя длинными полосами. Уён был полностью разрушен этим зрелищем, схватив Ёсана за волосы и выводя бёдрами маленькие круги, пока не кончил в его жаждущее горло. Сан наслаждался этим, толкая Уёна в спину, пока тот не упал на грудь Ёсана. Сан ускорил темп и жёстко трахал его в погоне за собственной разрядкой. Руки Уёна впились в бёдра Сонхва, когда тот вышел из Ёсана, но быстро схватил его член, проводя рукой по нему. — Сонхва. — сказал он, и этот сладкий мелодичный голос был мольбой, старший знал это. Он снисходительно улыбнулся, прежде чем дать ему то, что он хотел, с мягким шипением кончая в его ожидающий рот и растекаясь по его губам и щекам. Сан выругался при виде этого зрелища, царапая ногтями спину Уёна, когда задрожал и потянулся, чтобы кончить ему на спину и бедра, ещё больше запачкав его. Уён только удовлетворённо хмыкнул, скатываясь с Ёсана и нежась в сладком сиянии в течение долгого молчаливого момента.***
После того, как они привели себя в порядок... что было довольно утомительным занятием, учитывая их состояние, все собрались в общей комнате, чтобы отдохнуть. Сонхва угостил кровью всех, кроме Хонджуна, который сидел рядом с ним в одолженном халате и пил из стакана что-то розоватое. Судя по тому, как она шипела, это была вода с брошенной в неё таблеткой электролита. — Знаешь, это выглядит куда менее отталкивающе, когда ты просто пьёшь из стаканов. — прокомментировал Хонджун, наблюдая, как Минги без особых усилий проглотил всю свою порцию, удобно устроившись с другой стороны. — Ты ожидал, что мы пьём её из черепов? Или перегрызаем глотки нашим фамильярам? — подстрекнул Сан, бросив на него взгляд. Хонджун спрятался за своим стаканом и закашлялся. — Мы сейчас практически больше не питаемся от наших фамильяров. Им проще сделать пожертвование в наше хранилище. — произнёс Сонхва. — Ты первый фамильяр за долгое время, которого мы вот так приняли в свои ряды. — Я думал об этом. — пробормотал Хонджун. — Я ни разу не видел твоих фамильяров поблизости. — Они живут своей жизнью. — сказал ему Минги. — Раньше у нас были фамильяры, которые не хотели ничего, кроме как предаваться гедонистическим фантазиям день и ночь. — объяснил Ёсан. — Они видели в нас скорее фетиш, нежели семью. — А сейчас? — спросил Хонджун. — Теперь мы держим только тех, кто в этом нуждается. Те, кто болеет, как правило. Сонхва платит им более чем разумную плату, чтобы они помогали нам с мелкими поручениями или уборкой особняка, но у них есть своя собственная жизнь, даже отдельная работа в другом месте, если они хотят. — ответил Ёсан. — Иногда они сдают кровь в наши приватные хранилища, но, честно говоря, мы даже почти не питаемся от них. — Вообще-то, это как-то неправильно. Они просто хотят жить полной жизнью. Их не интересует вампирский образ жизни. — объяснил Сан. — Половина из них — милые старички, мамы... — Охотники. — перебил Хонджун. — Охотники. — со смехом согласился Сан. С другой стороны дивана Сонхва бросил на него взгляд... и Сан не сомневался, что старший вампир точно знал, на что он намекал. В его взгляде было что-то настолько интуитивное, и он был уверен, что тот точно знает, кого он имел в виду… не только самого себя. Затем они погрузились в своего рода непринуждённое молчание. В конце концов, Ёсан собрал все стаканы и отнёс на кухню. Хонджун держал свой напиток на бедре одной рукой, а другой лениво поигрывал телефоном. Когда он на мгновение перестал стучать по экрану, Минги протянул к нему руку. Охотник вопросительно посмотрел на него, но всё равно передал телефон. — Просто подумал, что у тебя должен быть мой номер. — объяснил он низким голосом. — Сонхва дал мне свой. — запротестовал Хонджун, но вампир всё равно создал новый контакт для себя. — Это на тот случай, когда он тебе понадобится. Но на случай, если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, ты знаешь. Меня больше интересует твоя работа. Я бываю на охотничьих форумах чаще, чем ты думаешь. Хорошее место для разведки. — В прошлый раз, когда я был здесь, ты рычал на меня. Сейчас ты обращаешься со мной почти так, словно доверяешь мне. — заискивал Хонджун, скаля зубы. — Трудно не доверять кому-то хоть немного, когда у него в глотке твой член. — сказал Минги с очаровательной улыбкой, откладывая телефон в сторону. Хонджун рассмеялся. — Справедливое замечание. — Смотри. Я не говорю, что ты не должен сначала звонить Сонхва, если тебе что-то будет нужно, но в твоём деле есть некоторые вещи, с которыми я мог бы помочь. — продолжил Минги. — Так что если тебе когда-нибудь понадобится помощь, позови меня. — Конечно... хотя мой техник может обидеться. — ответил с улыбкой Хонджун. — Я уверен, что он делает всё возможное, когда что-то появляется. — сказал ему Минги. — Мы пытаемся оставаться на этой стороне закона при сборе информации, но за вампирские деньги можно купить много информации. К сожалению, за это тоже приходится платить молчанием, так что ситуация неоднозначная. — Человеческие деньги такие же. — растерянно пробормотал Хонджун. — Коррупция повсюду. — Это правда. Просто вампиры живут так долго, что склонны накапливать очень много богатств, понимаешь? — сказал Минги. — Я думаю, что половина высоток в Сеуле сегодня принадлежит вампирам. — Ага. Подожди. Это... хм. — Хонджун замолчал, пока его мысли блуждали, а шестерёнки крутились в голове. — Как же я не заметил? Как никто другой не заметил? — Заметил что? — спросил Минги, нахмурив брови в замешательстве. — Здания. Я никогда не проверял, кому принадлежат все здания. — объяснил Хонджун, как будто одного этого объяснения было достаточно без дальнейшего контекста. Охотник вскочил, поспешно натягивая одежду. — Хонджун-а, что случилось? — спросил Сонхва. — Куда ты идёшь? — В Сеул. Расследую зацепку! — поспешно ответил он, когда закончил надевать штаны и перешёл к рубашке. — В последний раз ты так увлёкся расследованием, что чуть не остался без моей крови. — упрекнул Сонхва, провожая его взглядом, когда он направился в фойе. — Больше такого не повторится. — заверил Хонджун, схватив ключи сразу как надел туфли у двери. — Я вернусь через неделю. — Хорошо... но будь осторожен. Моя кровь не может спасти тебя от всего. — сказал Сонхва, и так вот просто тот выскочил за дверь. Вампиры сидели в тишине несколько минут, пока Сан не заговорил. — Это было... странно. — Он говорил с Минги о чём-то. — ответил Сонхва. — Там упоминались здания? — Я не знаю, честно. Он начал нести чушь и тут же смылся. — Минги пожал плечами. — Что есть, то есть. Он охотник. Это и есть его работа. Что-то в этом всё ещё настораживало Сонхва, и его великолепное лицо было омрачено глубоким хмурым взглядом, когда он задумчиво смотрел вдаль. — В любом случае, уже далеко за полночь. Нам нужно поспать. — предложил Ёсан, вставая. — Согласен. Я так устал— подожди. — Уён остановился, потянулся к дивану и что-то схватил. — Что это? Это был сотовый Хонджуна. — Он забыл свой телефон. — понял Сонхва, резко вставая. — Я должен отдать ему его. — Где? — недоверчиво спросил Ёсан. — Ты даже не знаешь, куда он направился. — Он сказал, что расследует что-то в городе. — ответил Сонхва. — Я могу отследить его там по запаху. — Из твоей машины? Сейчас день, Сонхва. Оставь это. — предупредил Ёсан. — Он достаточно скоро заметит и вернётся за ним, я уверен. — Ёсан прав. Иди спать, мы разберёмся с этим после захода солнца. — настаивал Сан. Сонхва издал что-то среднее между фырканьем и вздохом, но присоединился к своим товарищам по ковену, когда они направились вверх по лестнице. Они все разошлись по своим комнатам, чтобы переодеться, пока он сам менял постельное белье. Это не заняло много времени, и вскоре он сам переоделся в одежду для сна, готовый устроиться спать... или, по крайней мере, попытаться. Он чувствовал, как тревога бурлит под его кожей, не давая покоя. Слишком много теней его прошлого проникло в его сознание, и он боялся всех ужасных последствий, к которым могла привести такая простая ошибка. Он повидал в своей жизни столько ужасных вещей, что трудно было не верить, что худшее может случиться в любой момент. Это заставило ходить его взад-вперёд, игнорировать желания своих младших и сорваться за Хонджуном... но у него не было такой возможности. Он был на полпути к двери своей спальни, когда вошли остальные, выглядевшие решительно настроенными устроиться тут поудобнее вместе. — Что всё это значит? — спросил Сонхва, в замешательстве нахмурив брови. — Мы чертовски хорошо знаем, что в таком состоянии ты не заснёшь, особенно если ты один. — сказал Сан. — Теперь ложись на грёбаную кровать, мы собираемся прижать тебя к себе, чтобы ты подчинился, нравится тебе это или нет. Сонхва не смог сдержать смех, покачивая головой, когда он сделал так, как ему было сказано. Остальные окружили его в считаные секунды, так близко, что все они каким-то образом касались его, даже если это была всего одна рука, перекинутая через другую, чтобы схватить его. В самых потаённых уголках его разума было так много тёмных теней, остатков воспоминаний, которые он изо всех сил давно старался похоронить. Но именно такие моменты, как этот, были самыми яркими пятнами из всех, и иногда казалось, что они могут гореть так ярко, что полностью прогоняют тени.***
После захода солнца от Хонджуна по-прежнему ничего не было слышно, и Сонхва был явно обеспокоен, когда все они собрались в общей комнате, где всё также лежал телефон охотника. — Уверен, он бы уже заметил, что его нет. — прокомментировал Сонхва, выглядя так, как будто он был готов сорваться в любой момент. Казалось, он в паре мгновений от того чтобы начать ходить взад-вперёд, сдерживаемый только своим безупречным самообладанием. — Почему он не связался со мной? — Скорее всего, он ещё не запомнил твой номер. — сказал ему Ёсан. — И, возможно, он не в том месте, откуда он мог бы позвонить на свой собственный телефон. — Номер особняка есть в справочнике Ковенов для Соглашений. Он мог бы легко получить доступ к данным, если бы это было необходимо. — рассуждал Сонхва. — Если он вообще потрудился проверить. — подал голос Уён. — Как единственный человек, который родился в том же столетии, что и Хонджун... Я могу сказать, что, вероятно, он не стал бы искать номер в справочнике. Сейчас все общаются по смс и KakaoTalk. Сонхва вздохнул, дрожа от напряжения. — Мне это не нравится. Если ему что-то понадобится, он будет сам по себе. — Ты слишком сильно переживаешь. Хонджун уже большой мальчик. Он может позаботиться о себе. — сказал Сан. — На самом деле, он какой-то... крошечный. — пробормотал невпопад Минги. Уён издал милый писклявый звук. — Я знаю! Он такой маленький! Это как столько антивампирской ненависти уместилось в таком маленьком теле? Как он зарабатывает на жизнь убийством вампиров? — Эффективно. — хмыкнул Ёсан, нахмурившись. — Я имел в виду, что он взрослый. Боже. — фыркнул Сан. — Так что не слишком переживай об этом, хорошо, Сонхва? Я буквально ощущаю, как от тебя волнами исходит напряжение. Почему бы нам не... посмотреть фильм вместе, чтобы немного успокоить тебя, а? — Прекрасная идея. — согласился Ёсан. Когда старший вампир открыл рот, чтобы поспорить, Ёсан одарил его суровым взглядом. — Сонхва. Он вздохнул, окончательно соглашаясь и драматически падая на диван. Сан устроился у него на коленях, что бы он не изменил своё решение. — Ура! Что мы будем смотреть? — Что-то беззаботное. — настойчиво сказал Ёсан, но, казалось, все и так были с ним согласны. Уён устроился между Ёсаном и Минги, его ноги были перекинуты через колени Минги, в то время как он сам лежал на груди Ёсана, и они вдвоём лениво поглаживали его по коже. Время от времени Сан дразняще хватал Минги за колено или за носок ноги Уёна. Сонхва в основном держался особняком, его мысли было явно далеко на протяжении большей части фильма. В конце концов, он позволил своим рукам зарыться в волосы Сана и, по крайней мере, сумел уделить внимание третьему акту. Во время затишья в сюжете тишину комнаты прорезал визжащий механический звук, от которого Уён чуть не свалился на пол, если бы Минги не держал его за ноги. Ёсан успокаивающе погладил его по спине, в то время как Сонхва встал, чтобы разобраться, а Минги поставил фильм на паузу. Это был телефон Хонджуна. Он поднял его, прочитав на экране: "КРАСНАЯ ТРЕВОГА". СЕУЛЬСКАЯ БАЗА 001 ВЗЛОМАНА. — Похоже это предупреждение... о какой-то атаке на его базу. — сказал Сонхва. — Но он ведь не собирался возвращаться на свою базу, верно? — заговорил Сан. — Разве он не говорил, что расследует что-то в городе? — Да, так и есть. — подтвердил Ёсан. — Так что, вероятно, его там нет. — Может его там и нет, но у него есть... друзья. Команда! — отчаянно ответил Сонхва. — Это означает, что они могут быть в опасности. Минги моргнул, глядя на него. — И? — И? — зашипел Сонхва. — И мы должны помочь им! У него нет телефона, и он не может знать, что нужен им. — Его команда не знает нас. Мы можем наткнуться на толпу охотников, которые могут убить нас на месте. — запротестовал Минги. — Они, должно быть, уже знают, что Хонджун — фамильяр. Мы не можем сидеть здесь и ничего не делать. — бросил в ответ Сонхва. — Я ухожу. — Ты не можешь пойти один. Я иду с тобой. — подал голос Сан. Минги упирался. — Я не отпущу вас двоих. Сан, ты не боец. — Это спасательная операция. — напомнил ему Сан. Минги вздохнул. — Что насчёт того, если охотник вернётся сюда? — Мы с Ёсаном останемся присмотреть за особняком. Если он вернётся за телефоном, мы скажем ему, что произошло. — рассуждал Уён. — Нам нужно идти. Мы не знаем, насколько серьёзным является это предупреждение. — поторапливал Сонхва. — Хорошо. — хмыкнул Минги. — Я подгоню машину.***
Никто из них никогда раньше не видел базу Хонджуна, но когда они подъехали, стало очевидно, что она стала жертвой крупномасштабного нападения. Здание и стоящие перед ним машины были практически сожжены дотла, пепел размок и смешался с водой из разбрызгивателей. Лишь несколько небольших пожаров еще полыхали вдоль высоких деревянных балок, но большая их часть была потушена. — Если тут кто-то и был, они, скорее всего, не смогли бы выжить. — пробормотал Минги, когда они все вылезли из машины, почти с сожалением в голосе. Практически. — Нет... Я слышу по крайней мере одно сердцебиение. Может быть, второе, но оно... очень медленное. И отдалённое. — ответил Сонхва: его голос становился тихим, когда он весь обращался в слух. — Там должны быть выжившие. — Или это ловушка. — заворчал Минги. — Тогда жди в машине. — бросил Сонхва в ответ. — Сан, за мной. — Да! — подал голос Сан серьёзным тоном, следуя за ним в разрушающееся здание. Оказавшись внутри, они разделились, прислушиваясь к звуку бьющихся сердец. — Уверен, их двое. — прошептал Сонхва, когда они прошли внутрь. — Один близко, но второй кажется далёким. — Да, это странно. Это почти как— ах! Фраза Сана оборвалась на визге, когда обгорелый и залитый водой пол под его ногами провалился, отправив его вниз, в кромешную тьму. Сонхва подбежал схватить его, но опоздал буквально на секунду. — Сан! Минги подбежал и присоединился к Сонхва у устья ямы. — Что произошло?! Сан? — Я в порядке! — крикнул в ответ Сан, отряхиваясь и гримасничая. — Что ты видишь? — спросил Сонхва достаточно громко, так что разнеслось эхо. — Похоже, здесь внизу огромный подвал. — сказал ему Сан. — Я осмотрюсь вокруг, после поднимусь наверх. Одно из сердцебиений слышится ближе сейчас. — Хорош... но будь осторожен. У тебя там внизу нет никакой поддержки. — прокричал Минги. — Мы продолжим поиски наверху. — добавил Сонхва, прежде чем оба исчезли из его поля зрения. Сан вздохнул, пробираясь через пепел и грязь к слабо бьющемуся сердцу, которое слышал неподалёку от себя. Как только он подошёл ближе, до него донёсся запах крови, резкий даже среди тлеющего дерева. Он сморщил нос и вгляделся в темноту, пытаясь найти источник этого запаха. А потом он увидел груду обломков, под которой была придавлена человеческая нога. — Эй? Ты там всё ещё жив? — крикнул Сан. — Нгх— думаю, да. — пришло в ответ, и нога немного сдвинулась. — Я нашёл одного из них! — крикнул Сан, но, судя по тому, что он мог слышать сверху, Сонхва и Минги столкнулись с похожей ситуацией. Он присел на корточки, вглядываясь сквозь груду металла и обломков. Он смог разглядеть мужчину с пушистыми каштановыми волосами и милым личиком. — Эй... не бойся, я друг Хонджуна. Я тут, чтобы помочь, мы не собираемся причинять тебе вред или что-то в этом роде. — Н-не было похоже, чтобы ты собирался. — хмыкнул мужчина, и его улыбка была слишком ослепляющей, беря во внимание далеко не идеальные обстоятельства. — Ох. Наверное, я думал, что ты будешь большим фанатичным мудаком, как твой друг-охотник. — пробормотал Сан, с лёгкостью поднимая большую металлическую балку и отбрасывая её в сторону. — Сколько вас тут было? — Двое. — ответил он, на мгновение запаниковав. — Чонхо, он был н-наверху... — Всё в порядке, похоже, мой ковен нашел твоего друга, и я слышу, как бьётся его сердце. — заверил Сан. — Как тебя зовут? — Юнхо. — напряжённо ответил он. Вероятно, он надышался дыма. — Т-тебя? — Я Сан. Не волнуйся, я вытащу тебя отсюда. — Значит ты п-просто собираешься притвориться, что не чувствуешь запаха всей этой крови, да? Не притворяйся при мне, я могу сказать, что это плохо. Сан нахмурился. — Ты можешь сказать, где ты ранен? Юнхо с сомнением хмыкнул. — Думаю, в боку. О-ожоги притупили мои нервные окончания, так что я не могу сказать г-где точно. Сан кивнул. — Если это... действительно плохо. Ты хочешь, чтобы я спас тебя? — Я н-не могу сказать, что я действительно хочу быть вампиром. — прошептал Юнхо, сделав долгую паузу. — Но, я... п-правда не хочу умирать. — Я посмотрю, что я могу сделать. — мягко ответил Сан. Ему потребовалось несколько минут, чтобы в одиночку расчистить завалы. Когда он убрал самый большой кусок, то увидел, что напряжение в дыхании Юнхо заметно ослабло. Однако он также смог увидеть источник кровотечения: кусок полурасплавленной арматуры торчал у него из бока, всё ещё прикрепленный к бетону под ним. Сан зашипел, сморщившись. Тут было много крови...вероятно, он ещё долго не придёт в сознание и определенно не доберётся до больницы. — Хочешь... тебе сказать сначала плохую новость или реально херовую? Юнхо невесело рассмеялся, покачав головой. — Просто скажи всё прямо. — Ты потерял слишком много крови. Ты не сможешь долго находиться в сознании. Поэтому мне нужно твоё согласие... но. Если я буду максимально быстрым, то моей крови может хватить. И, возможно, мне не придётся обращать тебя. Юнхо задумался на долгое молчаливое мгновение. Потом он сглотнул. — Делай всё, что должен сделать, но... если я смогу остаться человеком, я буду в вечном долгу перед тобой. — Ничего в человеке не вечно. — ответил Сан угрюмым тоном, следом впиваясь зубами в плоть своей ладони. Как только выступила кровь, он прижал руку ко рту Юнхо, наблюдая, как она окрашивает его подбородок в алый цвет.***
Прошло несколько часов, прежде чем Хонджун заметил пропажу своего телефона. Он никогда в жизни раньше не забывал нигде свой телефон... ну. Он оставлял его где попало, когда был слишком сильно ранен, чтобы здраво мыслить, бросал его, преследуя бегущую цель... но он никогда не забывал о нём, когда был в здравом уме и теле. Сонхва и его ковен что-то сотворили с его мозгом. Он провёл целый день, возвращаясь к местам, где были оставлены жертвы. Конечно же, все они были в пределах видимости некоторых зданий в городе. Видеозаписи с камер видеонаблюдения с этих зданий неизменно ничего не давали; они всегда обрывались непосредственно перед исчезновением, или показывали, как они уходят за границы кадра, но ничего после... но жертвы исчезали рядом с этими зданиями. Всего их было около дюжины, и на первый взгляд казалось, что они принадлежат разным компаниям. Но оказалось, что они просто были сданы разным компаниям в аренду. Все они принадлежали одному и тому же конгломерату, Holdings Enterprise, принадлежавшему богатому —и древнему— вампиру. Проблема была в том, что Хонджун должен был делать всё строго по инструкции. У этого парня будет много охраны, много юридической защиты... и пока у него не будет веских доказательств, он не может сделать свой ход. Его теория была в лучшем случае косвенной. Не говоря уже о том, что у него точно не было мотива, и его всё ещё беспокоило то, что сказал ему Иден. На данный момент он должен держать это подальше от Бюро. Хонджун решил пойти на риск и попытаться проверить главную штаб-квартиру Holdings в центре города, чтобы узнать, был ли поблизости сам босс, или он мог бы найти что-нибудь подозрительное. Излишне говорить, что персонал сразу же отшил его, и он был уверен, что любой шанс на то, что вампир не знал о преследовании, моментально испарился. Если он и был виновен, то теперь он знал, что к нему приближается охотник. Выйдя из здания, он решил позвонить Юнхо, но в этот момент последние лучи солнца скрылись за горизонтом... и тут он понял, что у него нет телефона. Он мог бы проделать долгий путь обратно в Соннам, но это было бы мучением. Он знал, что ему буквально придётся спасаться бегством после того, как заберёт свой телефон, иначе, как он знал, его бы втянули в ночные развлечения ковена. Не то чтобы ему это не нравилось, но… у него была работа, которую нужно было сделать. Он не мог позволить себе предаваться таким отвлекающим занятиям, по крайней мере, не слишком часто. Вместо этого Хонджун решил отследить ещё несколько зацепок, перед возвращением на свою базу. По дороге он размышлял о достоинствах того, чтобы попросить Сонхва привезти его телефон. Команда, вероятно, тоже беспокоится о нём... они долго не получали от него известий. Поэтому он решил, что вернуться туда было лучшим выходом из положения. За исключением того, что когда он подъехал к своей базе, всё здание было сровнено с землёй. Хонджун свалился со своего мотоцикла, позволяя ему просто беспорядочно упасть, когда его охватила паника. — Боже мой... Юнхо! Чонхо! — закричал он, бросаясь к двери. Однако он остановился, заметив кровавый след, ведущий от двери. Он довольно резко остановился на подъездной дорожке, но оба их джипа были сожжены. Кто-то другой увёз их... или это была кровь кого-то не из членов его команды. Это было предупреждением, и он знал это. Он подошёл слишком близко к цели своего расследования, и кто-то следил за ним. Другого объяснения и быть не могло. Он не знал, что делать. Он проклинал себя за то, что оставил свой телефон в Соннаме. Он хотел позвонить Сонхва, принять его предложение о помощи, независимо от времени или причины, потому что он мог бы пойти по их запаху или определить по кровавому следу, живы они или мертвы. У него были и другие убежища в городе... но какой в этом был смысл? Он сделал единственное, что пришло ему в голову. Он направился в Соннам. Поездка была мучительно долгой... дольше, чем обычно, несмотря на всю его спешку, и он нарушил немало законов, добираясь туда. К тому времени, как он въехал на знакомую подъездную аллею, его сердце было в мгновениях от того, чтобы выскочить из груди. По крайней мере, на этот раз ему удалось поставить байк на подножку, когда он припарковал его на привычном месте перед входом и направился к двери, навалившись всем своим весом на богато украшенную дверь. Его ноги дрожали. — Сонхва-хён! — закричал Хонджун, сумев только раз постучать в дверь, прежде чем она распахнулась. Он почувствовал, как его паника немного рассеялась, но беспокойство было всё ещё слишком очевидным, когда он ввалился внутрь. — Спасибо, блять— хён, моя база была атакована, и... моя команда, я не знаю, были ли они убиты там или пропали без вести... повсюду кровь! Кажется, я оставил свой телефон здесь и... — Хонджун-а, пожалуйста, успокойся. Я знаю о твоей базе, я был там. — успокаивал Сонхва, закрывая за собой дверь. Хонджун почувствовал, как весь воздух стремительно покидает его лёгкие. — Ты... ты был там? — Твой телефон предупредил нас о нападении на вашу базу. Мы не знали, как с тобой связаться, поэтому отправились туда, чтобы обеспечить безопасность твоей команды. — объяснил Сонхва. — Твои друзья наверху. Мыслительные процессы Хонджуна резко оборвались, когда его захлестнуло облегчение. — Они здесь?! Прямо сейчас? Они...? — Постарайся успокоиться, Хонджун-а. — успокаивал Сонхва. — Да, они живы и всё ещё люди, но... мы должны были сделать Юнхо-щи фамильяром с его согласия. Мы не уверены, что Чонхо-щи поправится без необходимости в этом, но... — он нахмурился. — Он ещё не очнулся. — Отведи меня к ним. Сонхва повёл охотника вверх по лестнице, ведя его в свободную комнату, в которой они их разместили. Юнхо сидел на довольно шикарном на вид диване, подняв рубашку, и проверял, как продвигается заживление его раны. Сан сидел рядом с ним, внимательно наблюдая. Минги сидел у кровати, где лежал Чонхо, с пакетами льда на голове и под его шеей. Ёсан и Уён стояли в углу, обеспокоенно наблюдая за происходящим. — Хён! Ты вернулся! — сказал Юнхо, ослепительно улыбаясь. Что-то в этом было такое, что резануло по сердцу Хонджуна. — Да... слава богу, вы живы, я... что с ним? Мы знаем, что с ним? — спросил он, медленно подходя к кровати, на которой лежал Чонхо. — У него... сильный отёк мозга. Это не критично сейчас, но без лечения состояние не улучшится. В человеческой больнице им, вероятно, придётся прибегнуть к сложной инвазивной хирургии. — объяснил Сонхва. — Это сопряжено с множеством потенциальных осложнений. Мы не хотели принимать поспешных решений до твоего возвращения. — Он не приходит в сознание, так что... решение остаётся за тобой. — прошептал Юнхо, его улыбка померкла. Сонхва вопросительно посмотрел на него. — Я его ближайший родственник, у него нет... у него нет семьи или типа того. — сказал Хонджун. — По закону я его доверенное лицо. Сонхва кивнул. — Тогда тебе принимать решение. Хонджун сильно задумался, наблюдая, как поднимается и опускается грудь его протеже. — Я даю тебе разрешение от его имени лечить его своей кровью. — Ты уверен? — спросил Сонхва. — Он не будет возмущён тем, какое решение ты принял, не так ли? Хонджун маниакально фыркнул, вскинув руки. — Будет ли он? Я не знаю. Но я чертовски уверен, что не позволю ему вот так лежать в кататоническом состоянии, когда один из вас может его спасти. Юнхо-я? Юнхо двойственно махнул рукой. — Ты фамильяр, и это не изменило тебя в плохую сторону. Я тоже принял это. Не думаю, что Чонхо обиделся бы на тебя. Хонджун кивнул. — Я согласен. Сделай это. Сонхва пришлось с этим согласиться. Он взглянул на кровать и махнул рукой в сторону парня. — Минги. Минги кивнул, рукой осторожно поднимая голову Чонхо с опоры из пакетов со льдом, а другую поднёс к своему рту, вонзив острый ноготь в язык. Он приоткрыл рот человека большим пальцем, прижав их губы друг к другу. Через несколько секунд он опустил руку ниже, осторожно массируя пищевод через кожу, заставив кровь стечь в горло. Прошли мучительные полминуты, прежде чем Чонхо захрипел и сглотнул, вцепившись в вампира, который держал его неподвижно. Он казался немного запаниковавшим, поэтому Минги тихо проворковал: — Полегче, ягнёнок, с тобой всё в порядке. Чонхо растерянно моргнул, после чего осмотрел комнату. Увидев, что и Юнхо и Хонджун были там, он расслабился. — Чонни, прости, но ты не приходил в сознание. Мне пришлось их попросить. — сказал Хонджун с искренним сожалением. — Юнхо тоже. Ты не одинок. — Всё в порядке, я не сержусь. Вполне уместно, что все мы фамильяры, а? — ответил Чонхо со смешком. Он посмотрел вниз и постучал по гипсу на своей ноге. — Значит ли это, что он мне больше не понадобится? — Конечно же нет. — сказал ему Минги с яркой улыбкой, стягивая одеяло, чтобы он мог взяться за гипс с обеих сторон. Он провёл ногтями по всей длине, срывая его с ноги. Чонхо согнул ногу, как будто перелома никогда и не было. — Чувак, это определённо лучше, чем физиотерапия. — Я рад за тебя. Я рад, что вы оба живы. — сказал Хонджун, и по его тону было слышно, что дело не только в этом. — Но тот ублюдок, который послал за вами своих головорезов... с ним нужно что-то делать. — У нас больше нет базы, хён. Нет командного центра, девяносто процентов нашего оружия уничтожено... — рассуждал Юнхо. — Ты же не думаешь, что сможешь противостоять ему. — Мне придётся. — Пока... — вмешался Сонхва, чувствуя назревающий спор.. — Мы более чем рады, если вы останетесь здесь. У Минги обширная компьютерная база, которая, я уверен, вам пригодится, и полагаю, он не откажет вам в услугах. — Да, конечно. — легко согласился Минги. — Есть целое крыло гаража, которое вообще не используется, если ты захочешь установить там своё оборудование. Скажи мне, что заказать, и я распоряжусь, чтобы всё привезли. — продолжил Сонхва. — Подожди... что? Ты хочешь, чтобы я устроил тут кузницу? — спросил Юнхо, ошеломлённый. — Вы же понимаете, что он создаёт оружие... чтобы убивать вампиров. — серьёзно сказал Хонджун. — Только не нас. — ответил Сонхва, добавив шёпотом. — Надеюсь. — Это не долговременная ситуация. — добавил Хонджун. — У нас будет новая база, просто это займёт... время. Что тогда? — Я могу приказать доставить всё туда позже. — с лёгкостью ответил Сонхва. Последовала пауза, охотник огляделся, словно ожидал, что кто-то ещё запротестует. И когда никто этого не сделал, он заговорил. — Эй. — тихо пробормотал Хонджун, потянув Сонхва к двери, говоря еле слышно. — Что это такое? Ты так зациклился на этой заднице, или что-то в этом роде? Потому что это перебор. Остальным вампирам в комнате пришлось скрывать свои приступы смеха, они могли слышать его, несмотря на тихий тон. Сонхва умудрился не выглядеть полностью оскорблённым, скорее, он выглядел смущённым. Он взял человека за плечо и вывел из комнаты, хотя в этом не было необходимости. Это было больше для видимости уединения, чем для чего-то ещё. — Нет, Хонджун-а. Ты мне очень дорог... или ты веришь, что я притащил свой ковен на твою базу, когда она была атакована, подверг их потенциальной опасности, потому что мне нравится спать с тобой? Хонджун съёжился, скривившись. — Нет, просто. Я... мы... убиваем вампиров. Знаешь, я подумал, что ты можешь наслаждаться мной... как игрушкой или чем-то вроде того. Новая игрушка. Но не... — Ким Хонджун. — яростно зашипел Сонхва, схватив его за оба плеча. — Ты не игрушка — боги, где же я ошибся, что ты смог поверить в такое? Хонджун долго тупо смотрел на него. — Я не знаю, наверное, где-то между четвёртым и пятым оргазмами? Твоё развлечение было ощутимо. — Развлечение. — повторил Сонхва оскорблённо. — Я нахожу удовольствие в том, чтобы доставлять тебе удовольствие. Возможно, ты неправильно меня понял... — Слушай, мне сейчас на всё это наплевать, ясно? — прервал его Хонджун. — Просто... забудь, что я только что сказал. Это пустая трата времени. С этими словами он вернулся обратно в комнату, оставив Сонхва в замешательстве смотреть ему вслед, когда он обратился к своей команде. — Юнхо-я, атаковали только главную базу? Ты знаешь, как обстоят дела с убежищами? Юнхо огляделся, шикоро раскрыв глаза, словно был удивлён, что оказался в таком положении. — Эм... я не уверен. Я не думаю, что они были скомпрометированы? Честно говоря, меня гораздо больше беспокоило, что подвал обрушится на меня. Хонджун нахмурился. — Всё в порядке. Я пойду и проверю их сам. Остальные, казалось, вздрогнули от этого. — Сейчас? Ты собираешься идти сейчас? — замялся Чонхо. — Но, хён...! — У меня повсюду тайники с оружием. — сказал Хонджун. — Я собираюсь взять всё, что смогу, и выследить этого ублюдка, пока он снова не атаковал нас. Он знает, что я близко подобрался, и это пугает его. Вот почему он это сделал. — Хонджун-а, это не план. Я уважаю твоё мастерство охотника, но думаю, что с твоей стороны было бы глупо снова бросаться на него. Ты даже не успел вступить в контакт с вампиром, а он уже успел выследить вашу базу и сровнять её с землей. Пожалуйста, — умолял Сонхва, нежно хватая Хонджуна за бицепс, когда тот пытался обойти его. — Подумай об этом хорошенько. Хонджун был так близок к тому, чтобы вырваться, так близко к тому, чтобы выплюнуть проклятие и выйти прямо за дверь, но он мог видеть, как Юнхо и Чонхо смотрели ему вслед, умоляя его не уходить. Без твердого плана — нет. Он громко выругался и опустил глаза. — Ладно. Мы поступим по-твоему. Но никто так и не смог добраться до этого парня. Как нам теперь с ним справиться? — Большая часть моих исследований сохранена. Я должен быть в состоянии получить к ним доступ отсюда. — сказал ему Юнхо. — И ты никогда не заставлял меня искать его. — подал голос Минги, вставая и хрустя костяшками пальцев. — У меня есть приличная сеть, и, похоже, вы довольно далеко продвинулись в своих расследованиях. Думаю, мы втроём сможем его выследить. — Вы даже не смогли найти банду, которая чуть не убила Уён-ни. — раздражённо пробормотал Сан. — Эй! Я связал с ними тонну нападений и сузил круг их охотничьих угодий, просто нам так и не удалось найти их базу. Не то чтобы это сейчас имело значение. — возразил Минги. — И вообще... — Достаточно, Минги. — мягко прервал его Сонхва. — Вы с Юнхо-щи должны поработать над этими данными, если он в состоянии. Мне также понадобится список оборудования и материалов, которые тебе потребуются для создания здесь кузницы. А я пока отвезу Хонджуна в его убежище, чтобы забрать оружие. — Что? — Хонджун резко вздёрнул голову. — Уже... почти рассвело. — Наши автомобили оснащены УФ-защитой. И поскольку ваши джипы пострадали во время нападения на базу — и я предполагаю, что ты не сможешь увезти все свои припасы на мотоцикле — тебе понадобится моя помощь. — Так что, ты не против, чтобы мы переехали и сделали здесь базу, но одолжить свою машину — это слишком? Будешь нянчиться со мной по дороге? И при этом страдать от дневного света? — съязвил Хонджун. — Я не думаю, что тебе безопасно идти одному, вне зависимости от того, приближается рассвет или нет. — охотно признался Сонхва. — Кроме того, мне тысяча лет. Вампир я или нет, но я видел гораздо больше рассветов, чем ты. Я могу прожить один день без сна. Я переживал гораздо худшее. Хонджун нахмурился, но спорить не стал.
