Забудь

      Оставшееся до обеда время Дмитрий провёл в поисках вожатой. Их с Семёном домик был заперт, а во всех проверенных Жориным местах Ольга Дмитриевна отсутствовала.       Горн застал Дмитрия на спортивной площадке: парень как раз проверял, не решила ли Ольга, часом, малость подкачать бицепсы и трицепсы. К сожалению, или, может, наоборот, к счастью, вожатой у турников он не обнаружил.       Ему удалось проскочить в столовую до того, как туда ринулась основная толпа голодных пионеров. Парень взял себе порцию и направился к дальнему столику, что сейчас пустовал.       Он педантично разложил на столе тарелку риса с мясом, гречневый суп и кизиловый компот, после чего принялся всё это медленно поглощать. Беготня с обходным так его утомила, что парень решил непременно хорошенько отдохнуть после обеда. Поваляться на пляже или в домике, в своей постельке. Это не суть важно, главное – дать напряжённым мышцам немного отдыха. — Давай сюда, Алис, — услышал Жорин голос Мику над головой. — Тут, вроде, свободно…       Он увидел девочку с аквамариновыми волосами, что вместе с Алисой явно намерилась занять свободные места за его столом. — Приятного аппетита, — поприветствовал Жорин их. При виде японки мышцы парня надсадно заныли. Ему тут же вспомнился тяжёлый шкаф. Точнее – не так сам шкаф, как его вес. — Взаимно, — Мику улыбнулась. — Ты тоже обедаешь? — Как видишь.       Алиса смерила Жорина пристальным взглядом, после чего кивнула в знак приветствия. — И что ты планируешь? — спросила она, обращаясь к Мику. — Ещё не знаю, — японка было поднесла ложку с рисом ко рту, но положила её обратно. — Несколько песен моего сочинения, и ещё немного традиционных японских и советских. — Ясно, — Алиса деловито кивнула. — А что по времени? — Около часу. Может, полтора. Если много будет идей, то и до двух можно добить, но это вряд ли. — О чём речь? — бесцеремонно вмешался в разговор Дмитрий. — Да вот, приглашаю Алису вступить в музыкальный клуб, — с энтузиазмом ответила Мику. — Хочу организовать концерт к концу смены. — Круто, — искренне ответил Жорин. — А вы успеете к концу смены-то? — Я ещё не согласилась, — возмущённо заметила Алиса. — Не знаю, — японка на секунду умолкла. — У нас будет три полных дня. Если начнём готовиться немедленно, то должны успеть.       Ну-ка, ну-ка. Три полных дня? То есть, к концу смены – три полных дня? Совершенно случайно Дмитрий узнал информацию, что так его интересовала. Не сказать, правда, что она давала ответы на какие-то вопросы… Но полезной её точно можно было назвать. — Но есть ещё одна проблема, — продолжала японка, будто бы не замечая, что Жорин немного потерял нить беседы и ушёл в свои мысли. — Какая? — поинтересовался парень. — Нам не хватает одного человека, — грустно заявила Мику. — Алиса играет на гитаре, я могу петь и тоже на чём-нибудь играть. Но двух инструментов будет маловато.       Алиса фыркнула. — Я ещё не согласилась участвовать, — повторила она. — Можете попробовать пригласить Семёна, — предложил Дмитрий. — Не знаю, умеет ли он играть, но гитара у него есть… Он запнулся. Вряд ли стоило кому-нибудь рассказывать, что он шарился по квартире Персунова. — Можно, — задумчиво произнесла Мику. — Если он умеет играть… то они с Алисой могут сыграть в дуэте, а я сяду на ударные…       Алиса вздохнула. — Вряд ли он умеет играть, — заметила она. — Почему? — Удивилась японка. — Потому что он придурок. — Да ну, — Мику посмотрела на рыжую с явным сомнением. — Он показался мне приятным парнем. — Как знаешь, — Алиса пожала плечами с наигранным равнодушием. — Но играть он не умеет. Это я тебе точно говорю. — Ну тогда нам нужно искать другого музыканта, — вздохнула девушка с аквамариновыми волосами. — А иначе ничего не выйдет. — Я могу попробовать поговорить с Леной, — великодушно предложила Алиса. — С Леной? — в один голос спросили Дмитрий и Мику. Детектив с трудом мог представить девушку с фиолетовыми волосами звездой эстрады. Хотя, с другой стороны, внешность подходящая… скажем, для поп-группы. — Она умеет неплохо на скрипке играть, — пожала плечами Алиса.       Грустная мелодия скрипки, по мнению Дмитрия, как нельзя лучше подходила темпераменту Лены. Но он всё равно с трудом мог представить её, стоящей на сцене в свете прожекторов. — Скрипка не совсем то, что нам подходит, — вздохнула Мику. — Но лишней не будет. Если она согласится, придётся немного поменять план выступления, но всё лучше чем ничего.       Дмитрий отодвинул от себя пустую посуду и поднялся из за стола. — Спасибо за компанию, — сказал он, обращаясь к девчонкам. — Увидимся. — Удачи, — ответила Мику. Алиса вновь ограничилась многозначительным кивком.       Жорин обнаружил Ольгу Дмитриевну на её привычном месте: она сидела за столом, что располагался неподалёку от выхода. — Здравствуйте, — поздоровался он, обращаясь сразу ко всем сидящим за столиком. Дмитрий с первого взгляда определил, что это были вожатые других отрядов: женщина средних лет со строгой причёской и молодая блондинка с приятными чертами лица. — Дима? — Ольга повернула к парню голову. — Ты собрал все подписи? — Собрал, — он достал с кармана обходной, стараясь держать его так, чтобы остальные вожатые не заметили печального вида бумажки. — Вот. — Молодец, — Ольга мельком взглянула на обходной, даже не разворачивая листок, и сунула его в карман. — Записался куда? — Нет. — Почему? — Выбор у вас небольшой, — заметил Жорин. — Только музыка и кибернетика. Ни в первом, ни во втором я не разбираюсь. — Ну да, — Ольга нехотя, но всё же кивнула. — Сейчас маловато… Раньше больше было. — Я бы хотел вас кое о чём попросить, — перевёл тему Дмитрий. — Ну? — Ольга подняла на парня недоверчивый взгляд. — Мне нужны ключи, — ответил он. — От администрации и склада с одеждой. — Одежду забрать? - уточнила вожатая. — Да, — подтвердил Жорин. — Позже заберёшь, — пожала плечами Ольга. — Мне нужно сейчас. — Зачем? — Я кое-что в кармане забыл, — признался он. — Что именно?       Дмитрий внезапно подумал, что рассказывать ей о телефоне – не лучшая идея. Если вспоминать её вчерашнюю реакцию… Да, определённо не лучшая.       Если не телефон, что в таком случае он мог забыть в кармане? Сигареты? Спички? Зажигалку? Презервативы? Нет, пожалуй, это варианты ещё хуже. — У меня там деньги, — наконец, ответил он. — Кошелёк и письмо от родителей. Сами понимаете, когда это под рукой, как-то спокойнее становится.       Вожатая несколько секунд пристально смотрела на него, видимо, решая, доверять ли ей Жорину или нет. — Ладно, — сжалилась она, посчитав его доводы достаточно убедительными. — Вот, держи.       Ольга достала свою огромную связку ключей, после чего провозилась с ней добрую минуту и, сняв один ключ с этой связки, передала его Дмитрию. — Это от склада, — объяснила вожатая. — Администрация сейчас должна быть открыта. Откроешь склад, заберёшь что нужно – и сразу вернёшь ключ мне. — Понял, — детектив кивнул и быстрым шагом направился к выходу.

***

      С совершенно глупым видом Жорин пялился на пустое место там, где он самолично оставлял свои джинсы. Теперь, кроме воздуха, там ничего не было.       Продолжая не верить собственным глазам, Дмитрий взял с полки свой пиджак и хорошенько его встряхнул. На что он надеялся? Что запихал джинсы в карман пиджака и забыл об этом? Нет, это бред. Парень нервно усмехнулся.       Ситуация, вопреки здравому смыслу, его смешила. Он почувствовал что-то неладное уже в тот момент, когда обнаружил дверь склада открытой. Жорин точно помнил, что Ольга её запирала, и запирала на ключ: но сначала Дмитрий не придал этому особого значения. Мало ли, что может случиться? Может, уборщица забыла запереть или ещё что.       И, чёрт возьми, всё бы ничего – если бы вместе с джинсами не исчез и его телефон. Не то, чтобы в этом лагере он был Дмитрию совершенно необходим… Но, если он собирается отсюда выбираться, то с телефоном сделать это будет куда проще. Да и, в конце концов, Жорин не так хорошо зарабатывал, чтобы менять телефоны каждые полгода.       Парень сделал глубокий вдох. Нужно рассуждать логически, думал он. Целью воришки были именно джинсы. Ибо, во-первых, он не мог знать, что Дмитрий оставил телефон в кармане штанов; во-вторых, если вор приходил за телефоном, то ему не было никакого смысла тащить с собою лишний груз.       Тем более, что джинсы привлекали слишком много внимания: в этом Жорин успел убедиться на собственном опыте.       Так, это понятно. Идём дальше: кому они могли понадобиться? И с какой целью? Тут сложнее. Почти весь лагерь видел Жорина в этих джинсах и почти весь лагерь как-то на них реагировал. Но, черт возьми, вряд ли реакция была столь сильной, чтобы решиться их спереть. Кроме того… Кто мог знать, где Дмитрий оставил свою одежду? Славя, Ольга и он сам. Круг подозреваемых крайне ограничен. И крайне глуп.       Ольга, конечно, обращала на его одеяние слишком много внимания, но Дмитрий не верил, что она могла его украсть, чтобы, скажем, сжечь. Славя – просто не походила на воровку. Да и джинсы ей незачем. Не её стиль одежды. А воровать у самого себя… Дмитрий бы такое запомнил, это точно.       Кто ещё мог знать? Настя, например. Жорин самолично ей рассказывал, что оставил одежду на складе. Кто ещё? Уборщица, санитарка… Любой, у кого был доступ к этой комнате.       Дмитрия посетила мысль, что найти в лагере джинсы, а уж тем более, телефон, будет невероятно сложно. Практически нереально. Но терять последнюю модель самсунга ему не хотелось до такой степени, что он всё же решился попробовать что-нибудь предпринять.       И начать детектив решил с разговора с Анастасией. Не то, чтобы он её подозревал… Хотя ладно, он её подозревал. Из тех, кто точно знал, что Дмитрий оставил одежду на складе – девушка, по мнению Жорина, была самым слабым звеном.       В домике Анастасия отсутствовала. Её соседка, кареглазая пионерка с короткой стрижкой, что по возрасту больше подходила Ульяне, нежели Насте, поведала, что девушка должна находиться в библиотеке. Направляться в логово Евгении парню не хотелось, но пришлось.       Женя бросила на Дмитрия недобрый взгляд поверх книги, которую она читала, когда тот зашёл в библиотеку. Он уже открыл рот, чтобы парировать очередное ворчание библиотекаря, но та, внезапно, промолчала. Парень прошагал дальше между полок.       Настю он обнаружил за одним из столиков в читальном зале. Она сидела, склонившись над небольшим толстым блокнотом, с простым серым карандашом в руках. Рядом лежала целая пачка таких же карандашей, всевозможных цветов: от ярких и броских, до бледных и невзрачных. — Привет, — неуверенно начал Дмитрий. Несколько минут он молча стоял рядом с девушкой, ожидая, что она заметит его и заговорит с ним. Тщетно. Анастасия была слишком увлечена своим занятием. — А? — Она вздрогнула. — Дима? Привет. А что ты здесь делаешь? — Да, в общем-то, — Дмитрий кинул взгляд на блокнот, листы которого Настя прикрыла раскрытой ладонью. — Хочу спросить кое-что. — Что, кое-что? — Анастасия аккуратно закрыла блокнот и спрятала его в карман юбки. Жорину стало жутко интересно, что же она там рисует. — Хочу спросить, хм… — Детектив задумался, как правильно сформулировать свою мысль. Задумался и завис. — Ну? — Анастасия закинула ногу на ногу и оперлась на спинку стульчика. — Помнишь, я вчера вечером заходил к тебе за курткой? — Помню. — Помнишь, я рассказывал тебе, что оставил одежду на складе администрации? — Помню. — Ты, часом, после этого не заходила на этот склад? — Я даже весьма расплывчато представляю, где он находится, — Настя пожала плечами. — А мог ли кто-нибудь ещё подслушать наш разговор? — Не знаю. Вряд ли. — Может, ты кому-нибудь рассказывала о нём? — Дима, ты меня пугаешь, — Анастасия посмотрела на парня долгим взглядом. — Думаешь, мне не о чем больше говорить? — Действительно, — Жорин смутился. — Прости… — А что случилось-то? — девушка по-прежнему не сводила с него пристального взгляда, и Дмитрию стало как-то не по себе. — Мои джинсы пропали, — пожал плечами парень. — Вот я думаю, куда… — Ого, это серьёзно, — девушка, наконец, отвела взгляд в сторону. — Тут нужно обращаться к вожатой. — Я пока не хочу выносить эту историю на всеобщее обозрение, — парень вновь пожал плечами. — Сам разберусь. — Как пожелаешь, — Настя фыркнула. — Смотри, чтобы потом поздно не стало. — Не станет, — уверенно ответил детектив. — Лучше скажи, у кого могли быть ключи от склада? — Понятия не имею, — русоволосая на секунду умолкла, старательно обдумывая вопрос. — У всех вожатых точно должны быть. Может, ещё у Слави. — Это понятно, — Дмитрий кивнул. — У кого ещё? У санитарок, например? — В лагере нет уборщиц, — отрезала Анастасия. — Всем занимаются исключительно сами пионеры. — Понятно. То есть, ключи были только у четверых людей? Троих вожатых плюс Славя? — Могли быть ещё у глав кружков, — неуверенно ответила девушка. — Но это не точно. Вообще, скорее нет, чем да. — Ясно, — Жорин вздохнул. — Что же, спасибо. — Не за что, — Настя вытащила свой блокнот и снова положила его на стол. — Удачи с поисками. — Спасибо.       Выйдя из библиотеки, Дмитрий на некоторое время остановился, задумчиво пялясь на густые кроны деревьев. Предстояло решить, куда он пойдет дальше.       Предположение Насти о том, что дубликаты ключей могли быть у глав разных кружков, казалось логичным, но вряд ли оно являлось верным. Слишком серьёзного калибра ключ, чтобы доверять его кому попало. А если учитывать, что обслуживающий персонал в лагере, как таковой, отсутствовал, то круг подозреваемых сужался до минимума. Он по прежнему не мог поверить, чтобы джинсы спёр кто-нибудь из вожатых, либо Славя.       С другой стороны, чтобы вскрыть склад, необязательно носить с собою ключ. Замок там хлипкий и ненадёжный. Достаточно иметь любой предмет с плоским окончанием и совсем немножко ловкости.       Так что, проникнуть на склад мог кто угодно. Другое дело, что если уж неведомый похититель и залазил туда, то делал он это со вполне определённой целью. А поскольку, кроме джинсов Дмитрия, на складе воровать было особо нечего, то и с целью сомневаться не приходилось.       Дмитрий оставил свои джинсы примерно около шести часов прошлого вечера и вернулся за ними сразу после сегодняшнего обеда. За это время неведомый вор, если верить логике парня, что это не вожатые и не Славя, успел: первое – посетить склад с кем-то, у кого были ключи. Второе – вернуться туда с отмычкой, чтобы забрать джинсы, которые он заметил при первом посещении. Получалось, что Жорину просто нужно выяснить, кто заходил на склад со вчерашнего вечера по сегодняшний обед. Если задуматься, сделать это не так уж и трудно. Просто надо поговорить со всеми вожатыми и Славей.       Начать Дмитрий решил с Ольги Дмитриевны, просто потому, что найти её было легче всего. Вожатая вальяжно развалилась на своем шезлонге, читая толстую книжку в мягком переплёте. — Ещё раз здравствуйте, — пробормотал Жорин, приближаясь к лежбищу Ольги. — О, Дима, — она отложила книгу в сторону и посмотрела на него. — Ты ключи пришёл вернуть? — Да, — парень протянул ей ключ от склада. В любом случае, пиджак он уже забрал, а больше ему делать там нечего. — Но на самом деле, не только поэтому. — Что-то случилось? — вожатая внимательно посмотрела на него. — Не то, чтобы прямо что-то случилось… — Жорин на секунду замялся. — Скажите, вы заходили на склад после того, как я оставил там одежду? Или, может, давали кому-то ключ? — Нет, — тут же ответила Ольга. — А что случилось? — Да, в общем-то, ничего, — отмахнулся Дмитрий. — Спасибо, что дали ключ. — Дима, — вожатая нахмурилась. — Говори, что случилось. — Говорю же, ничего… — Он пожал плечами. — Всё нормально. — Дима, — повторила Ольга. Тон её стал угрожающим. — Джинсы пропали, — обречённо вздохнул Жорин. — Но не надо ничего делать. Я сам их найду. — Как это не надо? — вожатая села на шезлонге. — Это же натуральное воровство! — Хоть мне и не нравились эти твои джинсы… Но оставлять воровство безнаказанным нельзя! — Перестаньте, — попытался утихомирить Дмитрий вожатую. — Некого пока наказывать. — Нужно собрать всех на площади, — уверенно заявила Ольга. — И заставить вора признаться. — Не факт, что это кто-то из нашего отряда, — заметил он. — Давайте я для начала узнаю, кто это сделал, а потом расскажу вам.       Ольга Дмитриевна на секунду задумалась. В ней явно боролись два чувства: лень и желание наказывать. — Ладно, — ответила она, когда победила лень. — Найдёшь вора и всё расскажешь мне! — Обязательно, — пообещал детектив и тут же ретировался. Нужно быть осторожнее с этими расспросами, думал он. А то вожатые наломают дров.       Дмитрий так спешил сбежать от вожатой, что забыл спросить у неё, у кого в лагере были ключи от склада с пионерской формой. Парень мысленно выругался и понадеялся, что этой информацией владеет Славя, к которой он направлялся.       Стоя на площади, Жорин вдруг понял, что он понятия не имеет, где проживает помощница вожатой. И это слегка осложняло её поиски.       Конечно, можно вернуться к вожатой и уточнить у неё, где находится домик Славяны… Но Дмитрий боялся лишний раз напоминать Ольге об истории с исчезновением его одежды. Лучше молчать, чтобы она не перешла в режим берсерка.       В любом случае, думал он, маловероятно, что Славя сейчас в домике. Слишком уж она активная комсомолка, чтобы отлёживаться в собственном жилище посреди дня. А потому Жорин решил искать её где-то на улице.       И его предположение оказалось верным. Спустя почти час интенсивных поисков, Жорин обнаружил Славю на пляже: девушка лежала на расстеленном покрывале малинового цвета, подставляя под прямые лучи солнца своё стройное тело. Ярко-синий купальник уже был мокрым, видимо, Славя успела окунуться, а потому он выгодно подчёркивал все достоинства её фигуры.       Дмитрий сглотнул. Он всегда считал себя человеком довольно бесчувственным и не поддающимся на провокации, но два дня в этом лагере объяснили ему, что это не так. При виде Слави Жорин забыл, для чего вообще её искал.       Из ступора его вывела сама помощница вожатой, которая радостно ему помахала. — Дима, — улыбнулась она. — Пришёл искупаться? — Я? Нет, — парень со всех сил пытался смотреть на спокойную гладь озера. Вода действовала на него успокаивающе. — Пришёл спросить тебя кое-что. — Спрашивай, — Славя села на покрывале и постучала рядом с собой. — И присаживайся. — Нет, я постою, — поспешно ответил Жорин, после чего ещё раз всё обдумал, переступил с ноги на ногу и всё же решил сесть. — Хотя нет, сяду. — Садись, — Славя улыбнулась. — И задавай свой вопрос. — Вопрос, да, — Жорин уставился в песок. — Слушай, ты заходила на склад с пионерской формой вчера или сегодня? — Сегодня нет, — девушка ухватилась за одну из своих кос, при этом случайно дотронувшись к плечу Дмитрия своим горячим плечом. — У меня же ключ сломан, вроде как. — Я неуверен, что он сломан, — заявил Жорин. — Попробуй проверить ещё раз. — Вчера ты говорил диаметрально противоположное, — заметила помощница вожатой. — Но я проверю, хорошо.       Вчера я не знал, что замок могли взломать, подумал Дмитрий. Вслух, конечно, он ничего такого говорить не стал. — А вчера, до нашего визита на склад, ты туда приходила с кем-то? — спросил детектив вместо этого. — Да, — Славя кивнула. — Вчера утром пионерка из младшего отряда сказала мне, что потеряла свой галстук. Мы ходили за новым. А вечером Алиса форму запачкала, пришлось менять. — Вечером? — оживился Жорин. — Когда примерно это было? — Около семи, — задумчиво ответила девушка. — Прямо перед ужином. — Около семи, — повторил Дмитрий и тут же поднялся с покрывала. — Спасибо. А где живёт Алиса? — От ворот первый поворот направо, — смотря на детектива удивлённым взглядом, ответила Славя. — Ищи там. На домике флаг с черепом, не перепутаешь. — Спасибо, — ещё раз поблагодарил Жорин помощницу вожатой и бросился прочь с пляжа, на поиски Алисы. — А что случилось-то? — крикнула Славя вслед Дмитрию. Тот, однако, сделал вид, что не услышал, и лишь прибавил шагу. Золотоволосая удивлённо хмыкнула и снова растянулась на покрывале.

***

      Найти домик с весёлым Роджером на дверях оказалось легко. Слишком уж он не вписывался в общую атмосферу лагеря, слишком сильно выделялся на фоне остальных домиков, бочонков и сарайчиков. Дмитрий поднялся на крыльцо и замер, обдумывая дальнейший план действий. За ничем не подкреплённые подозрения Алиса могла и по зубам съездить, Жорин в этом не сомневался.       Впрочем, обдумать свой план, как следует, у Дмитрия не получилось. Дверь в домик распахнулась, и он нос к носу столкнулся с Двачевской. — Ты? — удивлённо пробормотала она. Глаза девушки расширились, и детектив отметил, что они были скорее цвета осенней листвы, нежели просто карие. Стоп. А какое это имеет отношение к делу? — Я, — подтвердил Жорин, загородив собственным телом выход из домика. — Есть разговор. — Некогда мне с тобой говорить, — надменно фыркнула Алиса и отвернулась. — Пропусти. — Не пропущу, — твердо ответил парень. — Пропусти, — угрожающе повторила Двачевская. Голос её был твёрдым, хотя чуткий слух детектива уловил в нём нотки неуверенности. — Нет, — он приблизился к Алисе настолько, что их лица почти соприкоснулись. Девушка отступила назад в домик. — Я буду кричать, — предупредила она. — Можешь попробовать, — на лице Жорина появилась недобрая ухмылка. Он сделал ещё шаг вперёд, а она – ещё шаг назад. Теперь они стояли в домике. Дмитрий толкнул задней частью стопы дверь – и та захлопнулась. — Что ты хочешь? — дрожащим голосом спросила Алиса. — Джинсы, — спокойно ответил парень. Он поймал себя на мысли, что вид напуганной Алисы его возбуждает. Да ещё и эта расстёгнутая рубашка… — Какие джинсы? — Рыжая попыталась вернуть в свой голос прежнюю уверенность. Надо отдать ей должное, у неё это практически получилось. — Мои джинсы, — Жорин глядел на девушку, практически не моргая. Взгляд его походил на взгляд удава перед броском. Только Алиса не была похожа на напуганного кролика. — Откуда я знаю, где они? — Двачевская небрежно пожала плечами и презрительно скривила губы. — И вообще, я расскажу вожатой, что ты ко мне домогаешься! — На складе, где лежали джинсы со вчерашнего вечера, была только ты и Славя, — тут Дмитрий откровенно лукавил, ведь он не допросил остальных вожатых и утверждать наверняка, что кроме Алисы и Слави туда никто не заходил, не мог. Но ведь рыжая об этом не знает? — И домогаются, кстати, совсем не так. — Так может, это Славя и взяла, — хмыкнула Алиса. — Какие претензии ко мне? —У Слави есть ключ, — заметил Жорин. — А двери после взлома оказались открытыми. Значит, ломали их с помощью отмычки. — Это ничего не объясняет, — заявила Алиса. Из её голоса исчез всякий испуг. — Может Славя специально не запирала дверь, чтобы перевести на меня стрелки. И как бы я попала в само здание администрации? — Через окно, — предположил Жорин. — Или через дверь. Она, например, сегодня открыта. — В таком случае абсолютно любой мог взломать там дверь и забрать твои джинсы, — Алиса скрестила руки на груди. — Не любой, — твердо ответил Дмитрий. — Далеко не каждый знал, что в администрации вообще есть склад с пионерской формой. А уж тем более, что на этом складе лежат джинсы. — Ну, даже если так, — Алиса сделала долгую паузу и тяжело вздохнула, будто разговаривала с умственно неполноценным. — Это могли сделать уборщицы или ещё кто. Абсолютно любой! — В лагере нет уборщиц, — Жорин стал потихоньку закипать. Его профессиональная выдержка давала сбой. — И ты об этом знаешь. — Это мог быть случайный взлом, — не моргнув глазом, заявила Алиса. — Или кто-то из вожатых… — Хватит! — внезапно, даже для самого себя, взревел Дмитрий. Алиса в ужасе попятилась назад, зацепилась за валявшуюся на полу кофту и шлёпнулась на кровать. Парень навис над нею. — Говори, где джинсы. — Я… я не знаю, — попыталась возразить рыжая. — Алиса, — проникновенно прошипел Жорин. Он ухватил Двачевскую за подбородок, и её горячее дыхание обожгло ему руку. Мысленно парень проклял подростковые гормоны и почувствовал, как в пионерских шортах что-то зашевелилось. — Давай я пойду к Ольге и скажу, что это ты украла мои джинсы. Она явится сюда и, будь уверена, перероет все шкафчики и весь домик. И когда она всё же найдет эти чёртовы джинсы, то об этом узнает весь лагерь. И до конца смены тебе придётся сидеть под домашним арестом и выходить только тогда, когда этого захочет вожатая. Как тебе перспектива?       По глазам рыжей Дмитрий понял, что перспектива ей не очень. Она дёрнулась назад, пытаясь вырваться из хватки Жорина, но тот держал крепко. — Отпусти, — прошипела Алиса. — Нет, — детектив прожигал лицо Двачевской взглядом. Свои глаза, цвета поздней осенней листвы, она отводила в сторону. — Ты не скажешь вожатой, — пробормотала девушка. Дмитрий не понял, было ли это просьбой, приказом или вопросом. — Если ты добровольно отдашь мои джинсы – нет, — после некоторой заминки, всё же ответил он. — В шкафу, — одними губами прошептала Алиса. Из её голоса исчезла и дрожь, и уверенность. Осталась одна лишь обречённость.       Жорин разжал пальцы и сделал два медленных шага назад. Он ожидал, что Двачевская выкинет какой-нибудь фокус, но та сидела смирно. Тогда парень прошагал к небольшому вещевому шкафу, что стоял у дальней стены домика.       Джинсы, аккуратно сложенные, лежали на второй полке, на самом видном месте. Рядом валялся телефон парня. Первым делом он проверил зарядку мобильника и, удовлетворившись цифрой в сорок восемь процентов, спрятал его в карман пионерских шорт. Только после этого Дмитрий осмотрел штаны. Впрочем, особо осматривать было нечего. С последней их встречи – джинсы совсем не поменялись.       Жорин обернулся, по-прежнему держа в руках свою новообретённую одежду. Алиса всё так же сидела на кровати, опустив голову. — Зачем тебе джинсы, Алис? — мягко поинтересовался детектив. Девушка скользнула по нему равнодушным взглядом, с нотками грусти в глазах, и промолчала. — Не подумай, что я хочу тебя как-нибудь оскорбить или использовать эту информацию против тебя… просто… они же даже не женские.       Алиса подняла тяжёлую голову и снова прошлась по парню пристальным взглядом. — А какая разница? — пожала она плечами. — Да, в общем-то, никакой, — Жорин покрутил джинсы в руках. — Кроме того, что одни носят женщины, а другие – мужчины. — У меня никогда не было джинсов, — спокойно ответила Двачевская. — Я думала, что они, ну… Что, как бы, нет особой разницы между женскими и мужскими. Что их могут носить как первые, так и вторые.       Дмитрий закрыл шкаф, и опёрся на него спиной. Внезапно он кое-что понял. — Алиса? — Что? — Можно странный вопрос? Такой, будто его задаёт сумасшедший? — Если этот вопрос какой-то… аморальный… — Нет, — поспешно перебил Жорин Алису. — Он просто странный. — Ну попробуй, — взгляд Двачевской выражал явное недоверие. — Какой сейчас год? — Что? — Алиса опешила. — Какой сейчас год? — Повторил Жорин. — Послушай, — взгляд рыжей стал злым. — Если ты считаешь это смешным… — Нет, — Дмитрий выдохнул, стараясь сохранять в своём голосе максимальное равнодушие. Он понимал, насколько его вопрос странный. Странный для любого адекватного человека. — Просто скажи, и я от тебя отстану. — Да пошёл ты, — Алиса вспыхнула. — Ты… Ты… Ненавижу таких! Ты просто никого не замечаешь с высоты своей колокольни! Иди к чёрту отсюда!       Странное утверждение, подумал детектив. Он переступил с ноги на ногу, выпрямился. Взгляд его чёрных глаз был прикован к покрасневшему лицу Двачевской. — Просто дата, — ответил он. — Пожалуйста… — Тысячу девятьсот семьдесят девятый год от Рождества Христова, — сквозь зубы выплюнула Алиса. — Доволен? Что теперь? — Теперь я уйду, — Дмитрий пожал плечами и двинулся к выходу из домика. Проходя мимо постели, на которой сидела Двачевская, он бросил рядом с ней свои джинсы. — Что ты делаешь? — Девушка подняла на него удивлённый взгляд. — Считай, подарок, — Жорин взялся за ручку двери. — И больше не воруй, прошу тебя. Он вышел на улицу, оставив удивлённую Алису один на один со своими тараканами.       Парень направился к своему домику. По правде говоря, его спонтанное решение отдать Алисе собственные джинсы – удивило самого Жорина ничуть не меньше, чем девушку. Это был неожиданный, секундный порыв души, который, тем не менее, Дмитрий считал правильным.       Семьдесят девятый год, думал он. Время, когда железный занавес чутка приподнялся – и в Союз тоненькой струйкой хлынул поток западной продукции: импортная жвачка, одежда, аксессуары. Всё это появилось, да только стоило, как крыло от самолёта. Зато любой импортный товар превозносил тебя в глазах сверстников на несколько ступеней вверх; а в глазах идеологических патриотов – наоборот.       И если ему, Жорину, удастся вернуться обратно в своё время, он сможет купить ещё десяток точно таких же джинсов. А у Алисы такой возможности не будет ещё лет пятнадцать. Другое дело, что он отдал ей мужские джинсы… Но тут главное сам факт наличия импортного товара, а уж его уместность – дело десятое.       И парню стоило бы подумать о том, что его предположение о перемещении во времени оказалось верным, что он действительно оказался в Советском Союзе и что ему стоит как-то отсюда выбираться… Но мысли Жорина упорно возвращались к Алисе, к их разговору и к её глазам цвета поздней осенней листвы.