Самый красивый наложник

***

Ну вот и пролетели два с половиной года. Слишком незаметно. Многое произошло за это время.. Были разные моменты, и грустные, и радостные, неожиданные и приятные. Между Аку и Ацу произошла ссора. Они даже расстались на целую неделю, но позже не выдержали. Что омега спать не мог, вся подушка была в слезах, изо дня в день, что альфа, у него всё валилось из рук. Как-то раз, у него было настолько плохое настроение, что тот по ошибке закрыл Люси в винном подвале, на целых четыре часа, девушка там получила дозу адреналина на всю жизнь вперёд. Тёмно, страшно, насекомые которых она просто не любит, и брезгует ими, уфф хорошие четыре часа, ничего не скажешь. Зато Накаджима с такой свободой в душе, закрыл дверь на ключ, и ушёл к себе в комнату отдыхать, ну и понятное дело предварительно отнёс вино на кухню. А уже лёжа в кровати, когда на часах стукнуло полночь, юноша вспомнил, что что-то он всё таки забыл. Сблизила их заново Гин. Но это тоже, вышло чисто случайно. Аку, Ацу и Гин пошли за продуктами на другой рынок, тот рынок на котором они постоянно делали закупки временно закрыли, и пошли на новый, абсолютно не известный для младшей Акутагавы, но кто у неё спрашивал? Точнее кто вспоминал бы это, оба парня надулись и даже не смотрели друг на друга. А девочка не смогла сказать что не знает дороги, забоялась хмурого взгляда брата, и застеснялась возразить Накаджиме. Так и послали её за виноградом, она то его купила, а вот найти дорогу назад не получилось. Так и вышло, что пришлось искать потеряшку, и как-то так в процессе мальчики помирились, сами не заметили как обнялись когда увидели Гин целую и невредимую. Многое было, эти два года прошли насыщенно. Бурные ночки, красивые пейзажи, путешествия. А главный событием была свадьба Накахары с Дазаем. Альфа не спешил, и не заставлял омегу. Лишний раз не заводил тему об этом. Он даже планировал всё с знакомыми и родителями, а рядом с Чуей по поводу их свадьбы ни мур мур. Он пообещал, так зачем это ещё триста раз повторять? Как-то раз, лёжа в объятиях старшего, Чуя украдкой спросил, – Саму, когда мы поженимся? – юноша переворачивается на живот, и смотрит в глаза старшего, его же глаза блестели от любопытства в перемешку с хитринкой. Тот изгибает бровь. – Через два года, когда ты будешь совершеннолетним. Так и получилось, только вот признание вышло не таким грандиозным, каким император представлял у себя в голове. Всё как-то неожиданно, вот они сидят на против моря, а вот уже Чуя прыгает от счастья и вопит на весь пляж о том что он выйдет замуж. Дазай сидел сидел молча, обнял Чую, и от волнения слишком быстро протараторил "Чуя выходи за меня" а рыженький в ответ только фыркнул тихое "наконец-то" Проходила подготовка к свадьбе очень даже быстро, всего-то за четыре месяца. В подготовке участвовали все, кому не лень. А Мори с Накахарой радовались как дети, Чуя окрылённый этим предчувствием, а Мори радостью, что вот, неужели его сын остепенился и решил создать семью, поверить до конца мужчина всё ещё не мог. Вот так Накахара, в один день резко стал Дазаем, гордость и радость переполняла. Ведь свадьба это слишком торжественный праздник, волнительный, и до боли грустный, но также и счастливый. Он выходит замуж за своего истинного, хотя это было большой редкостью среди всех. Конечно за пару дней до праздника, омегу схватила в свои большущие лапы паника, и всё затмил страх. Напереживался он достаточно так. Но всё это оказалось зря. День свадьбы прошёл прекрасно. С утра Чую одели в красивые одежды, заплели праздничную причёску, накрасили, вручили цветочный веер, что считается ещё одной традициией Японии, и отправили в храм. Весь день руки тряслись, сердце выпрыгивало из груди, зато Осаму был спокоен, как удав, или же он просто делал вид... Накахара недоумевал. На самом деле нервничал альфа не менее чем младший, просто его защитная реакция это глупая ухмылочка, и шуточки на каждом шагу. Проходили разные клятвы, обряды, и вот оно долгожданное веселье. Столы в праздничном зале ломились от большого количества закусок, алкоголя и сладостей. Погуляли на славу, и главное, что очень радовало рыженького, это приезд сестры. Как говорила Коё: "ну не могла же я пропустить такой ответственный момент в твоей жизни." Девушка улыбнулась своей фирменной улыбкой, и приобняла брата, и тут, как-то не по плану из глаз хлынули слёзы, которые ручейками стекали на праздничную одежду. Озаки очень жалела что их родители могли наблюдать за счастьем сына только из-за облаков. Трогательными моментами день был наполнен до краёв. Такие моменты как поцелуй, танец молодоженов. Также, стереть улыбку с уст рыжевласого не давала поддержка со стороны Осаму, если он замечал что голубоглазый нервничает, то брал руку омеги и заботливо держал её в своей, поглаживая костяшки большим пальцем. Да даже простые слова от него "ты прекрасно выглядишь" или "теперь ты мой муж" слишком мило, романтично, и трогательно. Смешные моменты тоже были. Это Рюноскэ и Ацуши, которых заставили целоваться, при множеству любопытных пар глаз. Но самое смешное не это, это скорее мило, ибо, видели бы вы их красные лица. Произошёл один конфуз, который переплюнул всё на свете. Это Чуя, который в прямом смысле чуть не умер по средине торжества. Кульминационный момент на свадьбе это обряд "сан-сан кудо" : в знак верности, молодожёны выпивают три глотка сакэ из трёх чашечек, разного размера. Сначала всё было прекрасно, они ловко обмениваются чашечками, ни одна капелька не была утеряна, крепкий напиток нормально восприняли что Осаму что Чуя, но в конце, когда рыжий взял в руки чашечку и уже отпил немного, не понятно каким образом поперхнулся.. схоже от волнения. Тонна пудры, и так не бледном лице не смогла скрыть пунцовые щёки. Перед глазами пробежала вся жизнь, юноша заходиться кашлем, он прикрывает рот ладонями и жмурит глаза, шатен стоящий рядом тоже маленько запаниковал, а как помочь то и не знал. Но Чуя уже корчился не от того что поперхнулся, он корчился от смеха, ибо такая кончина выглядит до боли смешной, да и сама ситуация комична. Ну вы только представьте, играет тихая мелодия, горят свечки, все присутствующие радуются, а тут Чуя задыхается в приступе кашля, из-за того что выпил немного больше сакэ чем нужно, и теперь падает на пол, держась за горло. Ну это только у них такое бывает, потом Чуя все таки успокоился, и вытер слезинку, выступившую из уголка глаз от смеха. Все выдохнули. Ну и продолжили праздник, как ни в чём не бывало.

***

      Теперь они семья, Дазай до конца поверить не мог, ему всё ещё казалось что он спит, или просто умер. Повесился где нибудь у себя в кабинете, на своих чёртовых бинтах, а это так, галлюцинации. Но нет. Всё абсолютно не так. На самом деле сейчас он находится со своим мужем в другой стране, в маленьком гостевом домике, они отправились на заслуженный отдых, на целых две недели. Перед этим Осаму был в командировке месяц. Сейчас же царит уютная атмосфера, никаких криков и лязга мечей. Омега колдует над их ужином, и что-то увлеченно рассказывает, Осаму в ответ угукает иногда, а сам находится глубоко в своих раздумьях. Шатен словил себя на мысли, что Чуя реально вырос. Больше нет того подростка который когда то разбил ему нос, а потом сердился, не понятно на кого... Его уже нет. Чуя очень изменился. Начиная от внешности, и заканчивая мышлением. Вот так, видите, даже такой столь не детский возраст, шестнадцать лет. Он ничего не значит, шестнадцать лет – это всё тот же подросток, в сердце которого может быть страх, травмы, или же просто своеобразная наивность. Да что уж там, некоторые люди и вовсе не выростают. А Чуя, повторюсь, вырос. Черты лица поменялись, куда-то делась та детская припухлость, и глаза, взгляд уже более уверенный, взрослый что-ли.. В нём появился холод, и азарт. У него поменялся голос, он стал более мелодичным, ещё, юноша вырос на целых два сантиметра, теперь его рост достигает сто шестьдесят сантиметров. Это то что касается внешности, если смотря ментально, то... Чуя стал ответственным, его ход мыслей поменялся, вместе с мировоззрением, а также Дазай стал замечать его агрессию. Раньше, слепая любовь сглаживала углы, и все неровности, и вроде бы как это может показаться проблемой, но альфа любить не перестаёт. Наблюдать за Чуей который бесится – одно наслаждение, а успокоить поцелуем, а может и чем-то большим, двойное наслаждение. Материнский инстинкт. Эта тема тоже стоит внимания. Дазай уже не в первый раз замечает у Чуи ярко выраженный материнский инстинкт, даже его феромон, когда в поле зрения омеги появляется ребёнок, и он с ним контактирует, то запах становится очень сладким, какие-то сладости, конфетки да ароматное печенье. Рыжий так мило общается с этими... спиногрызами! Да, вот Дазай к детям равнодушен, так ещё и если эти "цветы жизни" включают свою устроянную сирену, которую природа установила где-то там в грудной клетке, и они истерят просто так, плача и крича, так это вообще караул кричи. Не переносит он их. Когда то Осаму доводилось няньчить своего племяшку Кьюсаку, и похоже этот проблемный мальчишка и сделал травму для кареглазого. Кью постоянно закатывал истерики, и в основном они крутились вокруг того что на него не обращают внимание, либо же его любимая мягкая игрушка потерялась. А если у Кью всё нормально, то он доставал своим смехом, и желанием напакостить. Брр, Дазая передёргивает. А Чуя напротив, с детьми возиться, хочет каждого уберечь, и любит их, к слову так же как и они его любят. И тянутся к нему. Недавно в гости во дворец приезжал принц Сигма, со своим мужем. Да да, когда Сигме пришло письмо от Дазая, с отказом от свадьбы, то омега был, если честно говорить, рад. Осаму почему то его отталкивал, как человек он ему неприятен, страшно ему было бы с ним. Да и к тому же у него был возлюбленный, Николай, который стал вскоре его мужем. И в тот раз они с Гоголем приехали не одни, а с их малышом, как говорил Чуя: "маленькое солнышко" рыжий играл с ним, постоянно на руках носил, в общем ему он понравился.       – Эй! Скумбрия! ты что завис? с кем я разговариваю? – Хмурит брови Накахара. Дазай выходит из своего транса, и моргает пару раз, чтобы сконцентрироваться. Перед ним стоит ужин, рыба аппетитно выложена на бамбуковые листики, рядом лежит рис, тарелочка с соусом, и деревянные палочки. Тот извиняется, и они садятся за трапезу. Дазай молча поедал свою порцию, а Чуя неловко колупался палочками, и нервно поглядывал на мужа.       – Чу Чу, ты мне хочешь что нибудь сказать? Выглядишь сам не свой. – Омега вздрагивает.       – Осаму.. – заметьте, так он обращается если предстоит что-то важное, – Я... хочу поговорить с тобой на кое какую тему.. – он мнется, неловко поджимает губы, и опускает голову.       – Я тебя слушаю. – нервозность была слышна в его тоне.       – В общем.. я знаю что ты не сильно любишь детей, но... у меня скоро течка, и я хотел б..       – Я согласен. Боятся тут нечего. Главное что ты готов. Глаза Чуи горели ярче звёзд, да он весь светился! Ни слова больше, тот только кинулся в объятия мужа.

***

      А произошло это как раз через четыре дня. Когда у Чуи началась течка. Альфа тянется к огненным прядям смахивая их в сторону, а некоторые нежно заправляя за ушко, с серьгой из красного рубина. Открывается вид на весь овал лица, точёные черты лица, на манящие пухлые губы, веснушки хаотично рассеянны на щеках и вздернутом носике, и самое главное – два голубых океана, которые внимательно и с особым любопытством смотрят на шатена, не упуская ни единого движения.       – У тебя очень красивые глаза... Тебе такое когда то говорили? – шепчет Дазай       – Пф.. ты только заметил? конечно говорили. – фырчит Чуя, немного ёрзая бёдрами, он складывает голову на плече альфы, и обнимает его. Ну это для более удобного положения. Сцепка конечно дело приятное, это вот именно то, чего хочется, что-то большее чем всегда, но найти позу для удобства, тот ещё квест.       – Да? Вот прям так же, ты сидел у кого-то на члене и тебе делали комплименты? – давит лыбу альфа, жмуря свои глаза, а руки складывая на талии рыжего.       – Фу! Император, вы как всегда любите всё испортить, да и к тому же, вы знаете что у меня первые во всем. – Кривится юнец, отворачивая голову.       – Ой ой, какие же мы серьёзные. – Парирует Осаму и возвращает назад в прошлое положение Чую, теребя щёчки омеги, делая последнего очень милым и смешным, а это одновременно очень сильно драконило рыжего . Позже, когда узел спал, и они улеглись спать, рыжик под конец сказал       – Надеюсь, что у нас получится. – шепчет еле шевеля губами, а потом улыбается от ощущения поглаживания по талии, это знак поддержки от шатена.

***

      Всё таки получилось. Через неделю парочка вернулась с отдыха, и Дазай окунулся полностью в работу. Оставляя Чую один на один со своими мыслями и переживаниями. Омега переживал, думал, маялся постоянно.. С того дня течки уже прошло недели две, а то и больше, и вроде как симптомы сходятся. Поэтому как-то одним утром, когда шатен уже ушёл к себе в кабинет, рыжий побежал к лекарю. И да, он беременный. Голубоглазый прыгал от счастья. Только вот узнал о его беременности первый не Дазай, а..       Чуя бежит по длинным коридорам, они пусты, поэтому скрип досок и топот маленьких ступней мешать никому не будет. Тот ругается себе под нос, многослойное кимоно сковывает движения, тот так и норовит упасть. Но слава богу, вот она, нужная дверь. Сначала парень колеблется, ещё утро, сегодня у них выходной, может у них там... утренние ласки? А Чуя тут со своей новостью. Но прислонившись ухом к двери, каких нибудь характерных звуков этому он не услышал, поэтому можно войти. Фусима еле слышно отодвигается, и омега просачивается в комнату, фух, они спят.       – Акутагава! Проснись! Ты на работу опоздываешь! – вопит Чуя, стоя на входе. А клубок под именем Аку даже не шевелится, он только сильнее зажмурил глаза, и вцепился в плечо рядом лежавшего парня. Зато Ацуши поднял свою голову. Альфа сначала кое как разлепил свои разноцветные глаза, протёр рукой, потом похмурился и спросил,       – Чуя, но у нас же выходной? – спрашивает хрипло Накаджима.       – Да, выходной, просто я подумал что Рю испугается и сразу встанет, но схоже он упал в кому. Очень странно для него. – Чуя задумчиво прикладывает палец к губам. Акутагава, из-за сложного периода в детстве, жизни в трущобах, научился спать очень чутко, каждый шорох замечал, и просыпался. Но во время жизни во дворце, опасность ощущать он перестал, поэтому и спать стал крепче.       – Разбуди его пожалуйста. – лыбится ехидно омега.       – Может ты подождёшь? Рю сегодня очень..       – Нет, это сверх срочно. Ацуши вздыхает, ему кажется что это неуважение к возлюбленному, но если срочно, то хорошо. Он аккуратно пихает в плечо брюнета, и что-то приговаривает. Рюноскэ хмурится, и пихает парня в грудь, разворачиваясь на другой бок. Чуя не выдерживает, подходит, поднимает одеяло, находит тонкую лодыжку брюнета, и тянет со всей силы, стягивая с кровати, пока спящий не падает на пол. Рюноскэ вскрикивает, и быстро распахивает глаза.       – Какого чёрта Ацу... Чуя?! Ах ты ж..       – Спокойно, не рычи ты так на меня, ты вроде не собака. Прости но я не могу просто, мне нужно срочно кое что тебе сказать. Аку встаёт, отряхивает пижаму от пыли, и идёт за рыжим в коридор. А потом когда они выходят из комнаты, и идут по дальше от дверей, брюнет опирается на стену, сложив руки на груди, и смотрит прямо в голубые глаза выжидающе, мол, ну же, говори. Чуя мнется а потом подходит в плотную и шепчет.       – У нас с Дазаем будет ребенок, я уже на второй неделе Глаза были как блюдца у обоих. И после радостных криков, и парочки глупых вопросов от сонного Аку, Чуя уточнил.       – Ацуши можешь говорить, но больше никому, даже возле Дазая это не упоминай, я ещё ему не говорил, и даже не знаю когда скажу.

***

Вот и началось веселье. Прошло ещё три недели, две из них которые, проходят как ад. Чуя то теряет сознание, в любом удобном и не удобном моменте. То ему просто становится плохо. Его воротит от всей пищи, но голодовку он устраивать не хочет.. так ещё и голова болит очень часто. А Дазай ходит, и даже не подозревает ни о чём, про возможную беременность Чуи он даже думать забыл. Каким-то дождливым вечером, альфа пораньше освободился от работы, и заходя в их с Чуей спальню он заметил абсолютно привычную картину, омега сидящий за книгой, при свечах.        – Любовь моя, знаешь чего я очень хочу после тяжёлого рабочего дня? – Осаму ложится рядом с мужем, и игриво спрашивает. Чуя мычит вопросительно.        – Я хочу тебя, очень очень хочу. Но Чуя просто молча лёг на спину, распластался как кукла тряпичная, мол делайте что хотите. А ещё голову отвернул, и взгляд уставил куда-то в одну точку. Ну а Дазай не имея желания томить, стал снимать с юноши кремового цвета кимоно, тот осторожно снимал слой за слоем, потом поцеловал пару раз в шею, и продолжил дальше своё дело. Оголил плечи, следом торс, а потом и вовсе снял, с привеликим интересом огладил бедра, сжал в руках ляжки, а потом уставил взгляд на Чую. Голову он так и не повернул, за эти пару минут. А глаза его стеклянные, он что, плачет?        – Хей, малыш, что то случилось? ты не хочешь? – он заботливо гладит щёку.        – Я не могу понять почему ты такой слепой? Ты ничего не замечаешь..        – Шатен хлопает глазами – А что я должен заметить?        – Изменения в моём теле. Дазай смекнул немного, и стал откровеннее поглаживать и ощупывать тело омеги,        –Ты.. ты поправился?.. И твоё тело стало таким мягким – И правда, Чуя поправился, на парочку килограмм. И его тело стало мягким.        – Да иди ты нахрен! – Бывший Накахара пихает Дазая в грудь, и поворачивается набок, закрывая лицо руками, и следом захватив плед, он укрывается ним с головой. Да, он плачет, тихое хныканье и шмыганье носом слышаться из под одеяла. А потом, выделяется феромон, тонкий шлейф горчинки, что означает обиду, слышится в запахе. А потом Дазай слышит этот аромат.. очень сладенький.. и молоко! Он пахнет молоком!        – Боже мой, Чуя! ты беременный? Да? Я прав?!        – Да чёрт возьми, мы с тобой теперь родителями станем. Уже четвёртая неделя пошла.        – Чуя! Солнце, как же я рад.. у нас с тобой будет малыш.. – Осаму обнимает омегу и целует его в щёки, шепча от том, как он рад.