Мальчишка за миллион

      В какой-то момент времени Феликс спросил, где все необходимое, и Хенджин указал в сторону спальни. Рубашка Хеджина была уже расстегнута, а Феликс попрощался и с футболкой. Он отстранился, вставая, а Хенджин пораженно смотрел на рельефный пресс: когда он вставал, мышцы живота напряглись, прорисовывая шесть кубиков. Сам Хенджин рельефными мускулами похвастаться не мог, только что полным отсутствием жира из-за вечной нехватки денег на нормальную еду.       Но он покорно встал на ноги и двинулся в спальню. Смазка и презервативы лежали на тумбочке, он и правда подготовил их заранее, но Феликс вытащил из кармана еще несколько пакетиков — пришел со своими — и высыпал их кучкой рядом. Количество этих запасов вызывали у Хенджина некоторые опасения. Появилось подозрение, что под фразой «не оставлять до утра» имелось ввиду «не сбегать до утра».       Действовал Феликс, хоть и не грубо, но достаточно напористо. Стянул с него рубашку, потом одной рукой притянул за шею для поцелуя, а второй быстро расстегнул ремень.       Не прошло и минуты, как Хенджин упал на кровать, путаясь ногами в приспущенных штанах. Феликс стянул и их, и нижнее белье, только теперь взявшись и за свой ремень. То, что он уже вполне готов к продолжению, было отчетливо видно даже через плотную ткань джинсов — ширинку заметно распирало. Хенджин и сам чувствовал возбуждение, но сильнее — растерянность и даже что-то вроде недоумения. Кажется, это милейшее солнышко сейчас действительно трахнет его, как проститутку.       Девственником Хенджин не был, иначе бы просто не рискнул пойти на всю авантюру с эскортом. Но опыт у него был не сказать чтобы большой. Не так-то просто в достаточно чопорной Корее найти себе парня-гея.       Первый сексуальный опыт случился уже в Сеуле, он какое-то время встречался с парнем из модельного агентства… но до полноценного секса, а не минета или дрочки, они дошли лишь дважды — по разу, так сказать, для обоих партнеров. Хенджин не мог сказать, что ему так уж понравился анальный секс, поэтому сейчас скорость всего происходящего скорее пугала.       Феликс быстро расстался с остатками своей одежды, уже через пару секунд навалился на Хенджина, снова накрывая губы поцелуем. Волнение смешивалось с возбуждением, умелые ласки парня, который и так ему нравились, будоражили сознание, но скорость всего происходящего не позволяла избавиться от непривычной для Хенджина робости.       Пока он пытался собраться с мыслями, Феликс успел развернуть его, поставив на четвереньки, и даже растянул, густо залив все смазкой. Вошел в него медленно, но не особо-то осторожно. Ощущение наполненности словно заставило расслабиться, Хенджин опустился грудью на кровать, чуть разворачиваясь и сминая в руках простынь. Сдерживать стоны от движений Феликса не получалось, а отвести взгляда от его обнаженного тела и вовсе было невозможно.       Кончил он, к своему стыду, что называется, всухую — даже не притронувшись к себе. Считал, что в его возрасте это просто невозможно, но оказывается, просто нужен невероятно горячий партнер. Оргазм лишил его последних сил, Феликс откровенно удерживал его бедра на весу, пока в пару движений не кончил сам. Осторожно опустил его на кровать, и Хеджин тут же перевернулся на бок, чтобы лучше видеть происходящее.       Торс Феликса покрылся каплями пота, он снял и завязал в узел презерватив, небрежно уложил его на ту же тумбу и только после повалился на кровать рядом с ним. Их глаза теперь были совсем близко, и Хенджин даже смутился, отводя взгляд. А после вздрогнул, когда Феликс убрал с его лица прилипшую прядь.       — Ты как, в порядке? — спросил он своим мурчащим низким голосом.       — Вполне, — хрипло ответил Хенджин, блуждая взглядом где-то между кубиками пресса и ключицами Феликса.       Смотреть что выше, что ниже, было несколько неловко. Ощущать жаркий взгляд на своем лице — еще более неловко. От легкого касания пальцев по разгоряченной коже — от виска к губам, подушечкой пальца обвести контур — шли мурашки, отдаваясь в паху сладкой болью.       — Ты настолько новенький, что это твой первый раз? — спросил Феликс, скользя пальцами от губ по подбородку и к шее, щекотно рисуя волнистую линию.       — Так заметно? — сглотнул Хенджин.       Феликс тихо засмеялся:       — Очень. Прости, две недели вынужденного воздержания из-за камбека вовсе не сделали меня терпимее…       Он все еще продолжил рукой рисовать какие-то узоры по коже Хенджина, и тихое звучание голоса вовсе не делало ситуацию менее… волнующей.       — У тебя красивые глаза, — в голосе Феликса чувствовалась улыбка, словно он намеренно его дразнит, веселясь.       — Только глаза? — хрипло спросил Хенджин.       — Еще губы… и ноги. Да и задница ничего.       Хенджин понял, что все же покраснел, а Феликс весело расхохотался.       — Ты специально, да? — обиженно спросил Хенджин, наконец решившись посмотреть ему в глаза.       — Разумеется, — широко улыбался он. — Обычно это мне отвешивают море комплиментов, надеясь понравиться… бодрящее ощущение. Ты как красиво смущаешься… К тому же, я не соврал насчет глаз, губ, ног и даже задницы. Закажешь ужин? Тут вроде подают американские роллы, хочу филадельфию.       И, не дожидаясь какого-то ответа, он сначала быстро поцеловал Хенджина в губы, а потом резко встал с кровати и прямо обнаженным вышел в гостиную, из которой вернулся менее чем через минуту, но уже со своей сумкой.       — Я в душ, — с прежним весельем сказал он. — Можешь присоединиться, если хочешь. Но сначала закажи еду, пожалуйста, меня просили не светить голос администраторам.       Хенджин осторожно поднялся с постели — мышцы все еще подрагивали и бодрость Феликса даже пугала. Он достал из сумки спортивные штаны — брал с собой на всякий случай — и натянул на голое тело. За отельным халатом нужно идти в ванную, а откуда уже слышался шум воды и даже пение. Хенджин вышел из спальни, с ногами залез на диван, взяв в руки телефон и меню доставки.       Американские роллы пугали разнообразием, а с сыром филадельфия их было аж десять видов. Решив, что платить все равно не ему, Хенджин заказал их все. А еще цезарь с курицей, жареную свинину и напитки. Ожидание около получаса, поэтому Хенджин несколько нервно оглянулся в сторону спальни.       В душ его, по всей видимости, звали вовсе не потому, что спинку потереть надо. Он, конечно, знал, что некоторые люди могут заниматься сексом по несколько раз за ночь, но сам он повышенным либидо не отличался… при этом на грани сознания противно била молоточком мысль, что появление Феликса несколько сбило его с цели всего происходящего. То, что его «клиент» оказался знаменитостью, не меняет сути происходящего. И если Хенджин сейчас расплывется фанатской лужицей, робея и избегая прямых взглядов, в итоге это заставит его чувствовать себя еще хуже. Раз уж дошел до продажи себя, то стоит хотя бы попытаться сделать вид, что его не после концерта сняли за одну улыбку.       Поэтому он покинул свое укрытие на диване, снова снял с себя штаны в спальне и зашел в ванную. Феликс уже стоял перед зеркалом и вытирал полотенцем волосы.       — Я уже думал, что ты испугался и не придешь, — усмехнулся он.       — Не сразу разобрался, как заказывать, — почти не соврал Хенджин: он и правда не сразу разобрался, как связаться с рестораном по внутреннему телефону.       — Точно? — улыбнулся Феликс, откладывая полотенце.       Хенджин сам пересек расстояние между ними, становясь близко-близко. Разница в росте была не сказать чтобы огромной, но все же Феликсу пришлось запрокинуть голову, чтобы Хенджину было комфортно его целовать. Пухлые губы, такие притягательные веснушки на нежной коже, острый край челюсти. Феликс чуть откинулся назад, прислоняясь к стеклянной стенке душа, а Хенджину пришлось постепенно сгибать колени, опускаясь все ниже, выцеловывая шею, выступающие ключицы, коснуться губами розоватого соска, пройтись легкими поцелуями по напряженным мышцам живота… чтобы в итоге окончательно встать перед ним на колени и обхватить губами уже заметно напряженный член. Феликс зарылся ладонью в волосы на его затылке, а Хеджин сосредоточился на тихих стонах — его глубокий голос в ванной рождал какой-то особый акустический эффект, отчего Хенджину казалось, будто каждый этот стон что-то задевает в его теле, заставляя желать доставить ему удовольствие все сильнее.       Наверное, он никогда прежде так не старался во время минета. Феликс пальцами ерошил ему волосы, иногда задавая более желанный темп, но не напирал, позволяя брать так глубоко, как он может. Хенджин прежде никогда не глотал сперму, но сегодня даже ее вкус показался ему приятным.       — Good boy, — прозвучало сверху этим низким волнующим тембром.       Хенджину не удалось сдержать мимики — он возмущенно поднял голову вверх, а Феликс тихо засмеялся, вдобавок аккуратно вытер большим пальцем нижнюю губу Хенджина:       — Не нравится, когда так называют? — смеялся Феликс. — Не могу обещать, что больше так не буду. Вставай, нам обоим нужно в душ.